Определение № 33-374/2026 от 11 февраля 2026 г.

Судья Тхазеплова Л.А. Дело № 33-374/2026

материал № 13-925/2025

дело № 2-2262/2019


О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

12 февраля 2026 года г. Нальчик

Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики в составе председательствующего Сохрокова Т.Х.,

рассмотрев без проведения судебного заседания материал по обращению ФИО1 о восстановлении срока предъявления исполнительного листа, выданного по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании долга, процентов за пользование займом, процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов,

по частной жалобе ФИО1 на определение Нальчикского суда КБР от 01 декабря 2025 года,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с заявлением о восстановлении срока на предъявление исполнительного документа к исполнению по гражданскому делу № 2-2262/2019 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании долга, процентов за пользование займом, процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов.

В обоснование своих доводов заявитель указал следующее.

На основании решения Нальчикского городского суда КБР от 13.07.2019 заявителю 26.09.2019 был выдан исполнительный лист серии ФС № о взыскании с должника ФИО2 в его пользу 7 614376 рублей 16 копеек.

Исполнительный лист был 04.10.2019 предъявлен к исполнению, и на его основании было возбужденно исполнительное производство №-ИП, в рамках которого были наложены аресты на имущество должника ФИО2

За более чем пять лет нахождения названного исполнительного листа в исполнительном производстве №-ИП, а затем и в сводном исполнительном производстве №-СД, содержащиеся в нем требования не были исполнены.

При таких обстоятельствах должник ФИО2 предложил ФИО1 вариант более быстрого получения причитающихся по исполнительным листам взысканий. Для этого ФИО2 убедил С.А.ББ. в том, что на его имущество должника, арестованное судебными приставами, имеется реальный покупатель, готовый заплатить ему его стоимость в объеме всех имеющихся обязательств ФИО3, причем в кратчайший срок.

Для реализации обещанного, ФИО2 предложил ему заключить с заявителем «Соглашение об отступном», в соответствии с которым он должен был снять арест с трехэтажного административно-складского здания общей площадью 3468,3 кв.м, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> «А», после чего ФИО2 был обязан в трехдневный срок оформить это здание в собственность заявителя. Для его продажи и получения от покупателя денег одновременно с подписанием Соглашения ФИО2 предложил заявителю подписать «Предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества» с покупателем, по условиям которого заявитель получал от него денежные средства в объеме, соответствующем размеру всех имеющихся у ФИО2 обязательств перед ФИО1

Доверяя обещаниям должника ФИО2 и действуя под их влиянием, 28.02.2025 ФИО1 подписал с ФИО2 «Соглашение об отступном», в соответствии с которым 03.03.2025 направил в отдел судебных приставов соответствующее заявление, на основании которого 17.03.2025 было вынесено постановление об окончании сводного исполнительного производства №-СД, повлекшее снятие ареста со здания.

Одновременно, 28.02.2025 был подписан присланный ФИО2 «Предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества», по которому Покупатель в лице ООО «Сигма» обязался в срок не позднее 10.03.2025 заключить договор купли-продажи недвижимого имущества (здания) по цене 17536082 рубля 43 копейки, которые должен был перевести в течение 60 дней ФИО1

Однако, Должник (ФИО2) свои обязательства не выполнил – здание в собственность ФИО1 не переоформил, его выкуп не состоялся, что подтверждается отсутствием факта передачи заявителю здания и неполучением денег.

Затем Должник (ФИО2) убедил ФИО1 в том, что имеется лицо, готовое выкупить у него его долг объемом в 17536082 рубля 43 копейки с дисконтом, то есть за 14905670 рублей 02 копейки.

Доверяя новым обещаниям Должника, и действуя под их влиянием, 01.08.2025 заявитель подписал присланный ФИО2 «Договор цессии», по которому ФИО1 уступал долг ФИО2 объемом 17536082 рубля 43 копейки за 14905670,2 рублей юридическому лицу – ООО «Спектр» («Цессионарий»), которое оно обязалось перевести на его счет по графику: 5000000 рублей – в течение 7 дней после подписания Договора цессии, 9905670 рублей 02 копейки – в срок до 01.10.2025.

Однако и в этот раз ФИО2 свои обещания не выполнил, что подтверждается тем, что никто его (ФИО2) долг не выкупил.

На основании изложенных обстоятельств, заявитель полагал, что имеются основания утверждать, что исполнительные листы из УФССП РФ по КБР отозваны, а также совершены все последующие действия исключительно под воздействием обмана Должника (ст. 179 ГК РФ), который вводил в заблуждение относительно своих намерений и возможностей.

Убедившись в обмане, заявитель предъявил 15.08.2025 повторно исполнительные листы, включая лист № № от ДД.ММ.ГГГГ, в службу судебных приставов для возбуждения исполнительного производства.

01.09.2025 судебный пристав-исполнитель Нальчикского ГОСП УФССП России по КБР ФИО4 вынесла постановление о возбуждении исполнительного производства по взысканию 7614376 рублей 16 копеек, которое 22.09.2025 отменил ее руководитель ФИО5

В этот же день 22.09.2025 судебный пристав-исполнитель ФИО4 вынесла постановление об отказе в возбуждении исполнительного производства №-ИП по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 31 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», в связи с истечением и не восстановлением судом срока для предъявления исполнительного листа к исполнению.

Определением Нальчикского городского суда КБР от 01.12.2025 ходатайство ФИО1 оставлено без удовлетворения.

В частной жалобе ФИО1, полагая, что названное определение суда является незаконным и нарушает его права и законные интересы, просит отменить определение суда и принять новый судебный акт, которым восстановить срок для предъявления исполнительного документа, мотивируя следующими обстоятельствами.

В обоснование жалобы указано на существенные нарушения норм процессуального права, выразившиеся в рассмотрение дела в отсутствие заявителя при необеспечении судом участия посредством видеоконференц-связи (ВКС), и утверждает, что определением Нальчикского городского суда КБР от 20.11.2025 ходатайство ФИО1 об участии в судебном заседании 01.12.2025 путём использования систем видеоконференц-связи было удовлетворено, Симоновскому районному суду г. Москвы было поручено обеспечить трансляцию. Симоновский районный суд г. Москвы заявку не исполнил, о чём Нальчикский городской суд КБР был уведомлен.

Вместе с тем, ни заявитель, ни его представитель не были заблаговременно извещены о невозможности проведения ВКС, и о том, что судебное заседание состоится в их отсутствие. В результате суд рассмотрел дело по существу без участия заявителя, чем лишил его возможности представить дополнительные доказательства, дать объяснения, заявить ходатайства, что является безусловным основанием для отмены судебного акта (п. 2 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ).

Кроме того, суд первой инстанции указал, что ФИО1 не обеспечил явку в Управление Росреестра по КБР для регистрации перехода права собственности, чем не исполнил условия соглашения. Данный вывод опровергается представленными в жалобе доказательствами: доверенностями от 05.03.2025 № № и от 24.07.2025 № №, выданными на имя представителя с полномочиями на регистрационные действия, а также описями документов, направленных в Управление Росреестра по КБР, подтверждающими факт обращения за государственной регистрацией.

Заявитель также отмечает, что судом не были истребованы сведения из Управления Росреестра по КБР, не проверены причины приостановления регистрационных действий, и утверждает, что бездействие в регистрации было вызвано наличием ограничений (арестов), не снятых должником, что не может быть вменено в вину взыскателю.

Между тем, суд первой инстанции ошибочно расценил отзыв исполнительного листа как добровольное действие, не сопряжённое с обязательствами должника. Автор жалобы обращает внимание на то, что отзыв был осуществлён под условием того, что должник обещал исполнить судебный акт путём предоставления отступного, что прямо предусмотрено условиями соглашения от 28.02.2025.

При этом, заявитель утверждает, что согласно Обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), если отзыв исполнительного документа обусловлен обещанием должника исполнить судебный акт, срок предъявления исполнительного листа исчисляется заново, а в случае неисполнения такого обещания – подлежит восстановлению, однако, суд первой инстанции данное разъяснение не применил.

В пояснениях к частной жалобе и письменной позиции, направленных в суд апелляционной инстанции, ФИО1, поддерживая доводы своей жалобы, представил дополнительные доказательства в их обоснование, в частности, ответ Симоновского районного суда г.Москвы на его обращение о причинах отказа в организации ВКС, постановление судебного пристава-исполнителя от 14.11.2025 о возбуждении исполнительного производства на основании вышеуказанного исполнительного листа серии ФС №, а также уведомлений Управления Росреестра по КБР.

От ФИО2 поступило письменное обращение о рассмотрении частной жалобы с извещением лиц, участвующих в деле, в котором, выражая несогласие с доводами названной жалобы, он также просил отказать в её удовлетворении.

Вместе с тем, оснований для рассмотрения частной жалобы в судебном заседании с извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте её рассмотрения, судом не установлено, в связи с чем, на основании частей 3 и 4 ст. 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) частная жалоба рассмотрена судьей единолично, без извещения лиц, участвующих в деле, и проведения судебного заседания.

Изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Статьей 123 Конституции Российской Федерации определено, что судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (часть 3).

Согласно ст. 2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду, мирному урегулированию споров.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (часть 1).

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2).

Из ч. 1 ст. 155.1 ГПК РФ следует, что при наличии в судах технической возможности осуществления видеоконференц-связи лица, участвующие в деле, их представители, а также свидетели, эксперты, специалисты, переводчики могут участвовать в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при условии заявления ими ходатайства об этом или по инициативе суда. Об участии указанных лиц в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи суд выносит определение.

Предоставление возможности участвовать в судебном заседании посредством видеоконференц-связи не является обязательным и зависит от ряда обстоятельств.

Вместе с тем лицо, уведомленное о возможности участия в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, в случае ее отмены должно быть заблаговременно извещено об этом, чтобы иметь возможность явиться в суд, непосредственно рассматривающий дело. В противном случае слушание дела должно быть отложено, а лицо, ранее уведомленное о возможности участия в судебном заседании посредством видеоконференц-связи и не явившееся в судебное заседание по причине ее отмены, должно быть извещено о новой дате судебного заседания, проводимого с использованием видеоконференц-связи либо без нее.

Как следует из материалов дела, ходатайство ФИО1 о рассмотрении дела в суде первой инстанции с использованием систем видеоконференц-связи в Нальчикском городском суде КБР было удовлетворено, однако, поскольку заявитель не был извещен о наличии технической возможности организации проведения судебного заседания в режиме видеоконференц-связи (о чем им самим указано в частной жалобе), учитывая, что такая возможность фактически отсутствовала (о чем указано в ответе председателя Симоновского районного суда г.Москвы – л.д. 117), а также принимая во внимание, что другая сторона также не принимала участия в судебном заседании, в связи с чем, принципы состязательности и равноправия сторон нарушены не были, и заявителем не заявлено о наличии препятствий в представлении в суд доказательств по делу или каких-либо ходатайств (в том числе, об оказании содействия в истребовании доказательств), суд апелляционной инстанции полагает, что указанное обстоятельство не может являться безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При этом возможность участия представителя заявителя в интересах последнего судом была реализована. Так, копия возражений ФИО2, поступивших в суд 10.11.2025, была вручена представителю ФИО6 нарочно 14.11.2025 (л.д. 43-46 + оборот, 139-143); в тот же день он ознакомился с материалами дела по ходатайству ФИО1, направленному в суд в электронном виде (л.д. 102-104).

Кроме того, суд также принимает во внимание, что о дате и времени судебного заседания по делу, назначенном на 20.11.2025, заявитель был лично извещен письмом, полученным 28.10.2025 (л.д. 107); в связи с неявкой лиц, участвующих в деле, судебное разбирательство было отложено на 01.12.2025 (л.д. 112), о чем он получил извещение 28.11.2025 (л.д. 118), однако не предпринял попыток реализации своих прав на участие в деле через имеющегося представителя.

Согласно ч. 6 ст. 330 ГПК РФ правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям.

Представленная суду апелляционной инстанции опись документов, принятых для оказания государственных услуг по государственной регистрации прав от 07.03.2025, не опровергает выводов суда об отсутствии оснований для восстановления заявленного процессуального срока, поскольку, вопреки доводам автора жалобы, обжалуемый судебный акт не содержит выводов суда о том, что ФИО1 не исполнил свои обязательства по соглашению об отступном; данные доводы приведены в качестве правовой позиции, изложенной ФИО2 в представленном письменном возражении (л.д. 127-128) и не были положены в основание указанного определения суда.

При этом в ответе на вопрос раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.07.2020), на который ссылается автор жалобы, указано, что для случаев, когда исполнение по ранее предъявленному исполнительному документу было окончено в связи с отзывом взыскателем исполнительного документа, ч. 3.1 ст. 22 Закона об исполнительном производстве (в редакции Федерального закона от 28 мая 2017 г. N 101-ФЗ) установлено, что период со дня предъявления данного исполнительного документа к исполнению до дня окончания по нему исполнения вычитается из срока предъявления исполнительного документа к исполнению.

Такой порядок предусмотрен законодателем в целях исполнения постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2016 г. N 7-П "По делу о проверке конституционности ч. 1 ст. 21, ч. 2 ст. 22 и ч. 4 ст. 46 Федерального закона "Об исполнительном производстве" в связи с жалобой гражданина ФИО7", а именно, для соблюдения баланса интересов взыскателя и должника, исключения возможности продлевать срок предъявления исполнительного документа на неопределенное время, что приводило бы к неограниченному по продолжительности принудительному исполнению содержащегося в исполнительном документе требования и, как следствие, к чрезмерно длительному пребыванию должника в состоянии неопределенности относительно своего правового положения.

Следовательно, при предъявлении исполнительного документа к исполнению срок его предъявления прерывается, но в случае возвращения исполнительного документа взыскателю по его заявлению этот срок, исчисляемый заново с момента возвращения исполнительного документа, определяется с учетом особенностей, предусмотренных ч. 3.1 ст. 22 Закона об исполнительном производстве, а именно, за вычетом ранее имевшего место одного или нескольких периодов нахождения исполнительного документа на исполнении, который окончился отзывом исполнительного документа взыскателем.

Если на основании представленных взыскателем доказательств судом будет установлено, что возврат исполнительного документа обусловлен действиями должника, например, произошел из-за обещания должника исполнить судебный акт или заключить мировое соглашение под условием предварительного отзыва исполнительного документа, ненадлежащим исполнением своих обязанностей органами принудительного исполнения, иными подобными обстоятельствами, свидетельствующими о вынужденном характере отзыва исполнительного документа взыскателем, срок предъявления исполнительного документа исчисляется без учета особенностей, установленных ч. 3.1 ст. 22 Закона об исполнительном производстве.

Таким образом, из данного разъяснения следует, что указанные случаи являются основанием для иного исчисления срока предъявления исполнительного документа, но не для его восстановления после констатации его пропуска.

В то же время, действия (бездействие, решения) судебного пристава-исполнителя лицами, участвующими в деле, обжалованы не были, в связи с чем, оценка им не дана.

Таким образом, доводы частной жалобы не основаны на законе.

Дополнительные доказательства, представленные заявителем в суд апелляционной инстанции, в виде ответа Симоновского районного суда г.Москвы на его обращение о причинах отказа в организации ВКС, а также уведомлений Управления Росреестра по КБР и материалов регистрационного дела, как и постановление судебного пристава-исполнителя от 14.11.2025 о возбуждении исполнительного производства на основании вышеуказанного исполнительного листа серии ФС № не влекут принятия иного процессуального решения.

Более того, как следует из общедоступных сведений с сайта Федеральной службы судебных приставов, исполнительное производство №-ИП, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ на основании вышеуказанного исполнительного листа серии ФС № в отношении ФИО2, находится на исполнении, что свидетельствует об отсутствии необходимости восстановления указанного процессуального срока предъявления исполнительного документа к исполнению.

Таким образом, доводы частной жалобы фактически основаны на неправильном толковании процессуальных норм, направлены на несогласие с оценкой судом первой инстанции доказательств по делу, с которой суд апелляционной инстанции соглашается, вопреки доводам жалобы.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены обжалуемого определения суда не установлено, в связи с чем, частная жалоба С.А.ББ. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 334 ГПК РФ, суд

о п р е д е л и л :

определение Нальчикского городского суда КБР от 01 декабря 2025 года оставить без изменения, а частную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 12 февраля 2026 года.

Председательствующий Т.Х. Сохроков