Апелляционное определение № 33-62115/2025 от 16 декабря 2025 г.

Гражданское дело № 33-62115/2025

в суде 1-ой инстанции № 2-3537/2025

УИД 77RS0003-02-2025-005380-11

Судья суда 1-ой инстанции: ФИО1


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 декабря 2025 года город Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Жолудовой Т.В.,

судей Нестеровой Е.Б., Заскалько О.В.

с участием прокурора Триполевой А.И.,

при ведении протокола помощником судьи Галигузовой К.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Жолудовой Т.В. гражданское дело по апелляционной жалобе Медяника ххххххххххххххххх на решение Бутырского районного суда города Москвы от 02 сентября 2025 года, которым постановлено:

В удовлетворении требований Медяник хххххххххххххххххх к ООО «Региональная строительная компания» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, отказать.;

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ООО «Региональная строительная компания» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 20 февраля 2024 года был принят на работу в ООО «Региональная строительная компания» на должность заместителя начальника службы безопасности на основании трудового договора № 0000007538 от 20 февраля 2024 года. 01 октября 2024 года на основании дополнительного соглашения к трудовому договору № 0000007538 от 20 февраля 2024 года переведен на должность заместителя генерального директора по безопасности – начальник службы безопасности с заработной платой 588 000 рублей. Находился в подчинении только генерального директора общества. Взысканий не имел. 21 марта 2025 года уволен по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за прогул в соответствии с приказом генерального директора № 939/1-У. Увольнение считает незаконным, поскольку 03 февраля 2025 года принял решение об уходе в отпуск без сохранения заработной платы на 35 дней (по 09 марта 2025 года включительно), являясь ветераном боевых действий. Имелась договоренность, согласно которой 10 марта 2025 года истец явится на работу для подписания Соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон с компенсацией 3 000 000 рублей, получения трудовой книжки и расчета, с учетом наличия у ответчика задолженности перед истцом по выплате заработной платы. 26 февраля 2025 года истец посетил офис, однако, истцу предложено изменить сумму выходного пособия на 1 000 000 рублей. Истец согласился. Подписанное соглашение передано в отдел кадров. До 10 марта 2025 года истца не вызывали. Прибыв в офис 10 марта 2025 года истцу стало известно, что генеральный директор решения не принял, при этом пояснил, что истцу на работу выходить не нужно. Заподозрив обман, истец заявил о намерении реализовать неиспользованный им отпуск за 2024 год, с 11 марта 2025 года на 28 дней (по 07 апреля 2025 года включительно на основании п.п. 11 п. 1 ст. 16 Федерального закона от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах»). Заявление на отпуск 11 марта 2025 года истец направил заказным письмом, которое получено 19 марта 2025 года. 07 апреля 2025 года, не получив заработную плату и отпускные, осознав обман, истец направил в адрес работодателя заявление о выплате задолженности по заработной плате и о приостановлении работы с 08 апреля 2025 года до полного погашения задолженности. Письмо получено ответчиком 15 апреля 2025 года. Задолженность до настоящего времени не погашена.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил суд признать незаконным и отменить приказ №939/1-У от 21 марта 2025 года об увольнении; восстановить на работе в должности заместителя генерального директора по безопасности – начальника службы безопасности; взыскать задолженность по выплате заработной платы по день восстановления на работе и неустойку, средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда 7 056 000 рублей, судебные расходы.

В судебном заседании суда первой инстанции истец исковые требования поддержал, представитель ответчика возражал против удовлетворения иска.

Суд постановил приведенное выше решение, об отмене которого просит истец ФИО2 по доводам апелляционной жалобы, ссылаясь на то, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применены нормы материального права, не дана оценка доводам истца, в том числе о том, что его отсутствие на рабочем месте не являлось самовольным использованием дней отпуска, поскольку предоставление отпуска от усмотрения работодателя не зависело.

Проверив материалы дела, выслушав в судебном заседании истца ФИО2, представителя истца ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО4, просившего оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, заключение прокурора, полагавшего решение суда подлежащим отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении исковых требований, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, в остальной части не усматривает оснований для отмены или изменения решения суда, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, в том числе, в виде увольнения по соответствующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Согласно подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

В силу положений пункта 53 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 17 марта 2004 года, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 статьи 12 ГПК РФ).

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 20.02.2024 ООО «Региональная строительная компания» с ФИО2 заключен трудовой договор № 7538, в соответствии с условиями которого истец принят на работу к ответчику на должность заместителя начальника службы в Службе безопасности с должностным окладом 80000 руб.

Дополнительным соглашением от 01.10.2024 ФИО2 переведен на должность заместителя генерального директора по безопасности – начальника службы безопасности в подразделении работодателя Руководители с должностным окладом в размере 250 000 руб.

По условиям трудового договора местом работы является место нахождения работодателя – г. Москва (п. 1.3), рабочий день в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка (п. 5.1).

На основании заявления ФИО2 в соответствии с п.п. 11 п. 1 ст. 16 Федерального закона №5-ФЗ от 12.01.1995 «О ветеранах» ему предоставлен отпуск без сохранения заработной платы с 03 февраля 2025 г. по 09 марта 2025 г.

По окончании отпуска 10 марта 2025 г. ФИО2 на работу не вышел и отсутствовал на рабочем месте в течение всего рабочего дня с 10 марта 2025 г. по 19 марта 2025 г., с 09.00 до 12.00 часов 20 и 21 марта 2025 г., не уведомив работодателя о причинах отсутствия, что зафиксировано актами, докладными записками, истцом не оспаривается.

12 марта 2025 г. ФИО2 почтой направлено требование о предоставлении письменных объяснений о причинах отсутствия на рабочем месте. Согласно отчету об отслеживании отправления 15 марта 2025 г. была неудачная попытка вручения, после чего письмо возвращено отправителю.

20 марта 2025 г. согласно акту ФИО2 отказался знакомиться с уведомлением о предоставлении письменных объяснений о причинах отсутствия на рабочем месте, уведомление зачитано вслух.

Приказом № 939/1-У от 21 марта 2025 г. трудовой договор с ФИО2 был расторгнут, и он уволен 21 марта 2025 г. с занимаемой должности на основании пп. «а» п. 6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей (прогул). Основанием приказа указаны акты, докладные записки об отсутствии ФИО2 на рабочем месте с 10 марта 2025 г. по 21 марта 2025 г., уведомление о предоставлении объяснений, акт об отказе ознакомления с уведомлением.

Указанные обстоятельства подтверждаются письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела, видеозаписью, которая обозревалась судом первой инстанции, показаниями допрошенных судом первой инстанции свидетелей работников ООО «Региональная строительная компания» ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, участвовавших при составлении актов, докладных записок, подтвердивших сведения, изложенные в них.

Проверяя доводы истца об отсутствии на рабочем месте в связи с договоренностью с работодателем расторгнуть трудовой договор по соглашению сторон, а также в связи реализацией права, предоставленного Федеральным законом от 12 января 1995 года N 5-ФЗ "О ветеранах", на использование отпуска, суд обоснованно не признал их уважительными причинами отсутствия на рабочем месте, учитывая, что соглашение о расторжении трудового договора сторонами не заключалась, с заявлением о предоставлении отпуска до его начала ФИО2 не обращался.

Как следует из материалов дела, заявление о предоставлении отпуска с 11 марта 2025 г. ФИО2 направлено работодателю по почте 11 марта 2025 г. и поступило в ООО «Региональная строительная компания» согласно отчету об отслеживании 19 марта 2025 г., в связи с чем не могло быть реализовано работодателем, поскольку предоставление отпуска после его использования законом не предусмотрено.

Суд учитывал, что ФИО2 был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы на основании его заявления в период с 03 февраля 2025 года по 09 марта 2025 года, что подтверждает соблюдение работодателем прав, предусмотренных Федеральным законом от 12 января 1995 года N 5-ФЗ "О ветеранах".

Принимая во внимание, что нахождение в отпуске с 11 марта 2025 г. истцом не было согласовано с работодателем, суд правомерно исходил из того, что его использование истцом являлось самовольным и не может признаваться уважительной причиной отсутствия на рабочем месте, учитывая, что истец занимал руководящую должность, действовал недобросовестно, направляя заявление о предоставлении отпуска по почте, очевидно понимая, что оно не может быть своевременно получено работодателем, при этом, не имея препятствий для его передачи лично, дважды посещая офис и не сообщая работодателю о причинах отсутствия на работе на протяжении длительного времени.

Разрешая спор с учетом установленных по делу обстоятельств на основании собранных по делу доказательств, руководствуясь положениями ст. ст. 21, 81, 189, 192, 193, Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями по их применению, приведенными постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», а также с учетом условий трудового договора, локальных нормативных актов работодателя, проверив обоснованность признания работодателем причин отсутствия на рабочем месте неуважительными, установив, что факт невыхода истца на работу и отсутствия на рабочем месте в рабочее время в течение рабочего дня с 10 марта 2025 г. по 19 марта 2025 г. без уважительных причин нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства и не был опровергнут истцом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для применения к дисциплинарного взыскания в увольнения по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, за прогул на основании приказа № 1 от 28.03.2024, а также о соблюдении работодателем порядка и сроков применения дисциплинарного взыскания.

Проверяя соблюдение работодателем процедуры применения дисциплинарного взыскания, суд установил, что порядок и сроки применения дисциплинарного взыскания, предусмотренные ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчиком соблюдены, письменные объяснения у истца затребованы, а оценивая тяжесть совершенного истцом проступка при выборе вида взыскания, учтены характер допущенного нарушения, обстоятельства его совершения, предшествующее поведение работника, его отношение к труду, оснований для вывода о несоразмерности примененного взыскания совершенному проступку судом не установлено.

Судом при оценке соразмерности избрания крайней меры взыскания с учетом представленных доказательств было принято во внимание, что, учитывая руководящую должность ФИО2, работодатель вправе был рассчитывать на добросовестное выполнение истцом как заместителем генерального директора по безопасности, должностных обязанностей в полном объеме с учетом сложного положения Общества, однако, ФИО2 оказывал явное, активное противодействие принимаемым генеральным директором мер по минимизации экономического ущерба Обществу, отказывался выполнять распоряжения генерального директора. При таких обстоятельствах суд посчитал правомерным расторжение трудового договора по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что в ходе рассмотрения дела ответчиком представлены доказательства наличия законного основания для применения дисциплинарного взыскания и соблюдения процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности, доказательств в их опровержение истцом в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представлено не было, суд правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований в для удовлетворения требований о признании незаконным, отмене приказа об увольнении № 391/1-У от 21 марта 2025 г., восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.

Представленными ответчиком расчетным листками, справками о подтверждении операции подтверждается, что ФИО2 была выплачена заработная плата за май 2025 г. в размере 511 560 руб. – 25.04.2025, 26.05.2025, за задержку выплат начислена и выплачена компенсация в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации 20 215,74 руб. 24.04.2025, за февраль, март 2025 г. заработная плата не начислялась в связи с отсутствием отработанного времени.

Установив, что причитающаяся заработная плата вместе с компенсацией за задержку выплат выплачена в полом объеме, задолженности по оплате труда у ответчика перед истцом не имеется, суд правомерно отказал в удовлетворении исковых требований о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплат.

Судебная коллегия полностью соглашается с приведенными выводами суда первой инстанции и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в строгом соответствии с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном установлении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что ввиду наличия у него права на использование ежегодного отпуска в удобное для него время, предоставленного ему, как ветерану боевых действий, подпунктом 11 пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 12 января 1995 года N 5-ФЗ "О ветеранах", ему не требуется соответствующего согласования с работодателем является ошибочным, основанным на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Пунктом 11 ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 12 января 1995 года N 5-ФЗ "О ветеранах" предусмотрено, что ветеранам боевых действий предоставляются меры социальной поддержки, в числе которых использование ежегодного отпуска в удобное для них время и предоставление отпуска без сохранения заработной платы сроком до 35 календарных дней в году.

Общий порядок и условия предоставления отпусков регулируются нормами Трудового кодекса Российской Федерации в частности разделом V главой 19 с особенностями предусмотренными специальными Федеральными законами.

Согласно статье 122 Трудового кодекса Российской Федерации оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно. Отпуск за второй и последующий годы может предоставляться в любое время рабочего года в соответствии с очередностью предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков, установленной у данного работодателя.

В соответствии со статьей 123 Трудового кодекса Российской Федерации очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее, чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника.

О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее, чем за две недели до его начала.

Отдельным категориям работников в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, ежегодный оплачиваемый отпуск предоставляется по их желанию в удобное для них время.

В соответствии со статьей 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовой распорядок определяется правилами внутреннего трудового распорядка.

Виды оплачиваемых отпусков предусмотрены нормами трудового законодательства. К ним относятся основной отпуск (статья 115) и дополнительные отпуска (статья 116), каникулярный отпуск, отпуск по личным обстоятельствам, отпуск по окончании образовательной организации высшего образования федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, другие виды отпусков в случае, если их оплата предусмотрена законодательством Российской Федерации.

Предоставление работнику отпуска, соединение или разделение отпусков, продление или перенос отпуска, замена части отпуска денежной компенсацией и отзыв сотрудника из отпуска оформляются соответствующим приказом работодателя изданного уполномоченным лицом.

Между тем, приказ о предоставлении ФИО2 отпуска с 11 марта 2025 г. работодателем не издавался, наличие только заявления ФИО2, направленного по почте 11 марта 2025 г. и полученного работодателем 19 марта 2025 г., о предоставлении такого отпуска без согласования даты ухода в отпуск с руководителем, без его оформления соответствующим приказом не может служить основанием для невыхода на работу с 10 марта 2025 г., следовательно, отсутствие истца на работе с 10 марта 2025 г. является дисциплинарным проступком - прогулом без уважительной причины, что может повлечь за собой наложение дисциплинарного взыскания.

Отпуск без сохранения заработной платы предоставляется на основании соглашения работника и работодателя (ч. 1 ст. 128 ТК РФ). Если отпуск был использован работником без согласия работодателя, у последнего также есть основания для увольнения работника за прогул.

В соответствии с пунктом 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный). При этом необходимо учитывать, что не является прогулом использование работником дней отдыха в случае, если работодатель в нарушение предусмотренной законом обязанности отказал в их предоставлении и время использования работником таких дней не зависело от усмотрения работодателя (например, отказ работнику, являющемуся донором, в предоставлении в соответствии с частью четвертой статьи 186 Кодекса дня отдыха непосредственно после каждого дня сдачи крови и ее компонентов).

Утверждение о том, что работодатель в указанном случае не может отказать в предоставлении работнику отпуска в удобное для него время, не свидетельствуют о том, что порядок предоставления отпуска носит уведомительный характер, поскольку в таком случае работодатель фактически лишается возможности своевременно принимать необходимые организационные решения, связанные с уходом работника в отпуск, в частности вопросы о временном замещении отсутствующего работника иным лицом, о временном возложении должностных обязанностей на другого работника, об изменении графика отпусков, о расчете, начислении и выплате денежных средств, причитающихся работнику в связи с его уходом в отпуск, и т.д.

Доводы истца о достижении договоренности с работодателем о расторжении трудового договора с выплатой выходного пособия доказательствами в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не подтверждены, в связи с чем не могут быть приняты во внимание.

Ссылки истца на неизвещение его работодателем о новом рабочем месте судебная коллегия также считает несостоятельными, поскольку из представленных в материалы документов явствует, что у истца не имелось никаких затруднений в посещении своего рабочего места и места нахождения работодателя, куда он как прибывал лично, так и направлял почтовую корреспонденцию.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности ответчиком законных оснований для применения дисциплинарного взыскания.

Судебная коллегия отмечает, что оценка тяжести совершенного работником проступка и выбор вида взыскания, соответствующего тяжести проступка, является компетенцией работодателя.

Суд может удовлетворить требование работника об оспаривании законности его увольнения лишь в случае, если при наложении на него дисциплинарного взыскания не учитывалась тяжесть совершенного им проступка, и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (пункт 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

При рассмотрении настоящего дела вышеуказанных обстоятельств, при которых суд мог бы признать увольнение истца незаконным, судом первой инстанции и судебной коллегией не установлено.

Как установлено судом, работодателем при принятии решения о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения приняты во внимание характер проступка, обстоятельства, при которых он совершен, прежнее поведение работника, отношение к труду, занимаемая истцом руководящая должность, возлагающая повышенную ответственность за соблюдение трудовой дисциплины.

Какие-либо обстоятельства, которые бы свидетельствовали о несоразмерности принятого решения о привлечении ФИО2 к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, при рассмотрении дела судом не установлено.

Суд учел все заслуживающие внимание обстоятельства и отношение работника к труду, не соответствующее занимаемой должности, в связи с чем пришел к выводу, что примененное к истцу взыскание в виде увольнения по пункту подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации является соразмерным.

Доводы апелляционной жалобы в части спора об увольнении не содержат правовых оснований к отмене или изменению решения суда, по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком трудовые права истца нарушены не были, с чем судебная коллегия согласиться не может, поскольку выводы суда в данной части не соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации основанием взыскания компенсации морального вреда является нарушение трудовых прав работника неправомерными действиями работодателя. Причинение работнику нравственных страданий в таком случае презюмируется, то есть не требует доказывания.

Обосновывая требования о взыскании компенсации морального вреда, истец в исковом заявлении, в том числе указывал, на нарушение работодателем сроков выплаты заработной платы.

Данное нарушение подтверждается представленными доказательствами и ответчиком не оспаривалось. Выплата заработной платы за январь 2025 г. произведена истцу уже после обращения в суд с настоящим иском в апреле 2025 г.

Задержка выплаты заработной платы нарушает права работника на своевременную оплату труда и является основанием для взыскания компенсации морального вреда, что не было учтено судом первой инстанции, в связи с чем решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда подлежит отмене с принятием по делу нового решения.

При определении размера компенсации судебная коллегия принимает по внимание характер нарушения ответчиком трудовых прав истца, степень и объем нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости и определяет к возмещению компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Правовых оснований, влекущих в пределах действия ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмену постановленного по делу решения в остальной части, судебной коллегией при рассмотрении жалобы не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия

определила:

решение Бутырского районного суда города Москвы от 02 сентября 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.

Принять в отмененной части по делу новое решение.

Взыскать с ООО «Региональная строительная компания» ххххххххххх в пользу Медяника ххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххх компенсацию морального вреда в размере 10 000,00 руб.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.

В остальной части решение Бутырского районного суда города Москвы от 02 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Медяника хххххххххххххххххх – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 05 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи: