Апелляционное постановление № 10-2/2026 от 4 мая 2026 г. по делу № 10-2/2026

Мировой судья А.. Дело №

34MS004№-60


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Новоаннинский «05» мая 2026 года

Новоаннинский районный суд Волгоградской области в составе председательствующего судьи Захарова Р.П.,

при секретаре судебного заседания Тарасовой Е.С.,

с участием помощника прокурора Новоаннинского района Волгоградской области Кузнецова А.А.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Блюденовой О.В., представившей удостоверение № и ордер на защиту по соглашению № от 09.02.2026 года,

а также с участием потерпевшего Б.П.В. и его представителя Б.С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Блюденовой О.В. на приговор мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, не судимый,

осужден по:

ч. 1 ст. 143 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 100 000 (ста тысяч) рублей,

по приговору разрешены вопросы по вещественным доказательствам.

Выслушав мнение осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Блюденовой О.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражение на апелляционную жалобу государственного обвинителя, мнение помощника прокурора К.А.А., потерпевшего Б.П.В. и его представителя Б.С.А., просивших приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу стороны защиты – без удовлетворения,

УСТАНОВИЛ:

По приговору мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 12 часов 15 минут, совершил нарушение требований охраны труда, совершенное лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. – преступление, предусмотренное ст. 143 ч.1 УК РФ.

Преступление совершено им ДД.ММ.ГГГГ на территорию СГБУ <адрес> «Новоаннинское лесничество» по адресу: <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признал.

В апелляционной жалобе защитник Блюденова О.В. выражают несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным. Указывает, что в приговоре мирового судьи отсутствуют какие-либо доводы, обосновывающие факт того, что именно действия (бездействия) ФИО1 были основной и единственной причиной наступления тяжких последствий, дающих основание сделать вывод о его виновности. Так, при постановлении приговора мировой судья пришел к неверному выводу о том, что наступивший с потерпевшим несчастный случай находится в причинно-следственной связи с указанными в обвинении ФИО1 нарушениями ст.ст.214, 218,219 Трудового кодекса РФ и п.п. 3, 6, 8, 70 Правил по охране труда на автомобильном транспорте. Кроме того, мировой судья критически отнесся к показаниям свидетелей Ф.Р.С., С.Н.С., Б.В.Н. и Ч.А.Г., данных ими в ходе судебного следствия о том, что ФИО1 регулярно проводил инструктажи по технике безопасности, сославшись на их объективность, в связи с трудоустройством у ИП ФИО1, а также на то обстоятельство, что в ходе предварительного расследования они давали иные показания. Также, мировой судья оставил без внимания доводы стороны защиты о том, что к показаниям свидетеля К.Л.П. о том, что в ходе допроса свидетелей ФИО2 и ФИО3 он фиксировал их показания с их личных слов, необходимо отнестись критически, поскольку указанные протоколы аналогичны друг другу, что свидетельствует о формальном подходе следователя к допросу свидетелей. Не дал мировой судья оценку и показаниям свидетеля С.В.А., который и на предварительном следствии, и в суде давал аналогичные показания о том, что инструкции по охране труда ИП ФИО1 производил регулярно и ответственно относился к технике безопасности на рабочем месте. Мировой судья критически отнесся к показаниям инспектора по охране труда, допрошенной в судебном заседании К.Т.И. о том, что отсутствие подписей Б. в каких-либо документах ИП ФИО1 и не проведении с ним инструктажей не повлияли бы на выводы расследования, поскольку Б.П.В. самостоятельно выбрал способ выполнения своих трудовых обязанностей в части снятия колес с транспортного средства. Оценка рисков ФИО1 и проведение инструктажей с Б.В.П. каким-либо образом на данную ситуацию не повлияли бы, поскольку свидетель является специалистом в области охраны труда, проводила расследование по данному факту, на основании которого дано заключение эксперта по охране труда, данные показания не противоречат иным исследованным доказательствам и показаниям свидетелей. Полагают, что достоверных доказательств того, что ФИО1 не ознакомил Б.П.В. с должностной инструкцией водителя, не обеспечил проведение обучения и проверку знаний по охране труда водителю Б.П.В., не произвел с ним инструктаж, а также инструктаж по технике безопасности на рабочем месте, в судебное заседание представлено не было. Кроме того, мировой судья, ссылаясь на заключение эксперта по охране труда и технике безопасности, как на доказательство виновности ФИО1 не дал оценку тому факту, что основной причиной несчастного случая с водителем Б.П.В. является нарушение работником трудовой и производственной дисциплины, выразившиеся в нахождении под транспортным, установленного на домкраты, без установки его на козелки, чем нарушил п. 70 Правил по охране труда на автомобильном транспорте. К выводу о виновности ФИО1 мировой судья пришел исключительно, полагаясь на показания самого потерпевшего. Тогда как, непосредственной причиной несчастного случая явилось именно то, что Б.П.В., несмотря на свой многолетний опыт работы, прохождение инструктажа по технике безопасности, при отсутствии производственной необходимости, в ходе выполнения работ, неправильно выставил опорные устройства и проник внутрь транспортного средства, тем самым, допустив грубую небрежность. Просит суд апелляционной инстанции отменить приговор мирового судьи судебного участка №<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вынести в отношении королева А.Н. оправдательный приговор.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как усматривается из материалов уголовного дела, вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, основан на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правильная оценка которым даны в приговоре.

Так, виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами:

показаниями потерпевшего Б.П.В., пояснившего, что он что он работал у ИП ФИО1 водителем на автомобиле КАМАЗ с 2023 года. Никаких документов при поступлении на работу не подписывал. Трудовая книжка находится у него дома. Заработную плату получал за каждый выполненный рейс. Деньги переводили на банковскую карту. С правилами трудового распорядка, инструкциями по технике безопасности, должностной инструкцией его не знакомили. Он за ознакомление не расписывался. В апреле 2024 года у него на автомобиле КАМАЗ пришли в негодность колеса. К.С.О. предложил ему посмотреть колеса на автобусе, который стоял на территории Лесхоза в <адрес>. Автобус принадлежал ФИО1 15 или ДД.ММ.ГГГГ он позвонил ФИО1, тот разрешил ему посмотреть колеса и, если подойдут, поставить их на КАМАЗ. После осмотра ДД.ММ.ГГГГ он позвонил ФИО1 для вызова шиномонтажной бригады для демонтажа колес с автобуса. ФИО1 сказал, что такой услуги в городе нет. По его просьбе ФИО1 направил ему в помощь в демонтаже М.Р.В. Он заехал в гараж, взял пеньки, заехал к К.С.О., он дал доску, которую нужно положить под домкрат. Приступая к демонтажу колес с автобуса, он под передние колеса поставил откатные, залез в моторный отсек, так как не было мотора вместе с коробкой, поднял правую сторону автобуса при помощи домкрата, положил под балку (задний мост) рядом с колесом пенек и начал поднимать другую сторону. Он демонтировал задние колеса автобуса и моторный отсек у него находился сзади. Под домкратом стояла доска, она лопнула, домкрат и автобус вместе с ним наклонились в левую сторону, он сидел на земле спиной к правой стороне. Правая сторона автобуса упала с пня, ему придавило спину, у него отказали ноги. Из-под автобуса его вытащил М.Р.В. ФИО4 и других приспособлений для безопасного выполнения работ по демонтажу колес в гараже у ИП ФИО1 он не видел. Демонтировал колеса из моторного отсека, поскольку оттуда был доступ к колесам, не нужно было снимать обшивку. Демонтаж он произвел правильно. Инструктажа по технике безопасности перед выполнением работ по демонтажу колес с автобуса ИП ФИО1 с ним не проводил. Если бы ФИО1 сказал, что демонтировать колеса автобуса из моторного отсека опасно, он бы этого не делал. В результате несчастного случая ему причинены травма позвоночника в грудном и поясничном отделе, перелом ребра. У него отсутствует чувствительность в ногах. Необходима реабилитация. ФИО1 выплатил ему на лечение и сплит-систему 80 000 руб. Когда он лежал в больнице, к нему приезжал инспектор государственной инспекции труда. Он не говорил при опросе, что был ознакомлен с правилами трудового распорядка, инструкцией по технике безопасности и где-либо расписывался за это. С актом о несчастном случае он был ознакомлен и написал замечания. Также в судебном заседании подтвердил правильность показаний, данных в ходе предварительного расследования, в части осведомленности о способе демонтажа, предусмотренном правилами безопасности;

показаниями представителя потерпевшего Б.С.А., пояснившей, что она является супругой Б.П.В. 14-ДД.ММ.ГГГГ Б.П.В. был в рейсе. В телефонном разговоре сообщил, что у него была поломка, нужно менять резину. В покупке новых колес работодатель отказал. К.С.О. предложил снять колёса с автобуса, который находится в Лесхозе. Он поехал туда, позвонил, сказал, что один не справится. Ему в помощь направили М.Р.. Позже в этот день ей позвонила ее мать, работающая в Новоаннинской ЦРБ, сказала, что Б.П.В. везут в больницу на скорой. В больнице она узнала, что его придавило автобусом. Из Новоаннинской ЦРБ его направили на скорой в Урюпинскую ЦРБ, затем ДД.ММ.ГГГГ он переведен в 25-ю больницу в Волгоград. В настоящее время ему необходима реабилитация. Демонтаж колес с автобуса производился с разрешения ФИО1 При приеме на работу трудовой договор не составлялся, трудовая книжка находилась дома у Б.П.В. Электронная заведена позже, после несчастного случая. Заработная плата ему зачислялась на банковскую карту после каждого рейса. ФИО1 после несчастного случая оказывал материальную помощь Б.П.В. в размере 80 000 руб.;

показаниями свидетеля М.Р.В., показавшего, что он подрабатывал у ИП ФИО1, 17 апреля, точную дату не помнит, утром ему позвонил Б.П.В. и попросил помочь демонтировать колеса с автобуса. Он согласился. Б.П.В. за ним заехал, затем в гараже на <адрес>, где стоял автобус. Они начали демонтировать колеса. Сняли одно, начали демонтировать второе, автобус накренился и упал с пенька. Б.П.В. придавило. Он его вытаскивал, потом позвонил К.С.О. и вызвал скорую. Б.П.В. сразу жаловался, что не чувствует ног. В момент падения автобуса они вместе с Б. находились в моторном отсеке, но он ближе к краю. Козелки в гараже ИП ФИО1 были, почему Б.П.В. взял пеньки, он не знает. Инструктажей по технике безопасности с ним не проводилось. Проводились ли они с Б.П.В., ему неизвестно. Давал ли ФИО1 Б.П.В. указание демонтировать колеса с автобуса, он также не знает;

показаниями свидетеля И.У.И., показавшей, что она работает в ГБУЗ Новоаннинская ЦРБ фельдшером отделения скорой медицинской помощи. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 13 часов 42 минуты был получен вызов по поводу травмы Б.П.В. Приехали на место быстро – в течение 10-20 мин. Состояние было тяжёлое: перелом позвоночника, парез нижних конечностей, отсутствие чувствительности, травматический шок первой степени. Как пояснил сам потерпевший, на него упал автобус, так как сорвался домкрат. Б.П.В. находился рядом с автобусом, лежа на животе. Его погрузили на щит и доставили в больницу;

показаниями свидетеля К.Т.И., показавшей, что она работает главным государственным инспектором труда в Государственной инспекции труда Волгоградской области. По решению руководителя инспекции по труду она проводила дополнительное расследование несчастного случая с Б.П.В. Было установлено, что Б.П.В. выполнял ремонтные работы, снимал колёса с использованием домкратов и пеньков. В результате демонтажных работ получил травму. Какие-либо документы, регламентирующие снятие колёс, не требуются. Достаточно того, что Б.П.В. проходил инструктажи. В инструктажах у него записаны были инструкции по охране труда. Инструкция по охране труда содержит требование, что работник должен соблюдать правила по охране труда, в ней содержатся автомобильные правила. Следовательно, Б.П.В. должен знать эти правила и выполнять все нормы, которые установлены данными правилами. В данном случае можно было бы выполнить безопасную работу, не заходить в ту зону, где находился Б.П.В., а выполнять демонтаж сбоку автобуса, сняв обшивку, поставить домкрат, приподнять заднюю часть автобуса, и таким образом демонтировать колёса, такая возможность была. Применение козелков, согласно правил, обязательно, там написано «козелки» и в скобочках есть ссылка «подставки». В данном случае, применялись деревянные бруски, очень прочные, и называть их подставками наверно можно. В данном случае дело было не в самих брусках, а в том, что автомобиль был выставлен на домкраты. Нарушение со стороны ФИО1 в том, что он не препятствовал тому, что Б.П.В. стал выполнять эти работы. ФИО1 должен был оценить риски повреждения здоровья, при выполнении данной работы. Такие риски оценены не были, и Б.П.В. с рисками, что может получить повреждения, ознакомлен не был. Основная причина несчастного случая с Б.П.В. - это нарушение работником дисциплины труда, которые выразилось в выполнении работ, нахождении под транспортным средством, выставленным на домкраты, без установки его на козелки, это основная причина. Сопутствующей причиной является неудовлетворительная организация производства работ, недостатки в создании и обеспечении функционирования охраны труда, в части не проведения идентификации опасности, оценки уровня профессиональных рисков на рабочем месте водителя. Если бы были оценены риски повреждения здоровья работников во время проведения демонтажных работ, тогда возможно, несчастного случая бы не было. Нарушения, которые допустил пострадавший, говорят о том, что он знал и, зная правила, их нарушил. Он знал, как менять колёса. Это следует из протокола опроса Б.П.В. Он это делал не в первый раз, у него большой опыт, больше девяти лет работы водителем, год из них у ФИО1. Отсутствие подписи Б.П.В. в инструкции по технике безопасности не повлияло на возникновение несчастного случая, потому что есть журнал проведения инструктажа, в котором указан номер этой инструкции, по которой прошёл инструктаж Б.П.В.. Соответственно, он знал эту инструкцию, раз он за неё расписался. Б.П.В. в опросе говорил, что он знал правила выполнения работ. Отвечал, что не помнит, знакомился и не знакомился с инструкциями;

показаниями свидетеля К.С.О., показавшего, что он работает у ИП ФИО1, является индивидуальным предпринимателем. Б.П.В. работал с ним. В апреле 2024 года у Б.П.В. на КамаЗе пришли в негодность колеса. Он сказал, что на территории Лесхоза стоит автобус и колеса могут подойти. Согласовывал ли Б.П.В. с ФИО1 демонтаж этих колес, ему неизвестно. Б. заехал к нему за плитой под домкрат, он ему ее дал. О несчастном случае он узнал из телефонного звонка М.Р.В. Приехал на место происшествия, Б.П.В. лежал на земле на животе. Его придавило автобусом. Б.П.В. неправильно выставил подпорки. Этот вывод он сделал из местонахождения пенька после падения автобуса. В гараже у ФИО1 имеются козелки, почему Б.П.В. взял пеньки, не знает. Относительно инструктажа по технике безопасности ему ничего не известно;

показаниями свидетеля С.В.А., показавшего, что примерно с октября 2022 года по май 2024 года он работал у ИП ФИО1 водителем. При поступлении на работу с ним был заключен трудовой договор, ему вручен экземпляр, произведена запись в трудовую книжку, проведен вводный инструктаж и инструктажи на рабочем месте. О их проведении он расписывался в журналах. Инструктажи проводил ФИО1 Проводились ли инструктажи с Б.П.В., ему неизвестно;

показаниями свидетелей Ф.Р.С. и Ч.А.Н., данные в ходе расследования по уголовному делу о том, что инструктажи по технике безопасности не проводились, и что Б.П.В. не знакомился ни с одной должностной инструкцией, касающейся его деятельности и не расписывался в журналах о проведении с ним вводного инструктажа и инструктажей на рабочем месте;

показаниями свидетеля К.Л.А., показавшего, что он работает следователем Новоаннинского МРСО СК Волгоградской области. Он проводил допросы свидетелей Ф.Р.С. и Ч.А.Н. В ходе допросов использовались компьютер и принтер. Свидетели отвечали на поставленные вопросы, ответ дословно заносился в протокол. Свидетели ознакомлены с протоколами допросов, о чем поставили подписи. Свидетель Ф.Р.С. был без очков, читал протокол допроса самостоятельно, никаких жалоб на зрение не высказывал. Времени для прочтения показания свидетелям было предоставлено достаточно;

показаниями эксперта М.Д.А., показавшей, что она работает экспертом в ОМВД РФ по Киквидзенскому району Волгоградской области, проводила почерковедческую экспертизу № по уголовном делу, возбужденному по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 143 УК РФ. В ходе производства экспертизы установлено, что в журнале регистрации проведения вводного инструктажа (на странице 2), трудовом договоре от ДД.ММ.ГГГГ, листе ознакомления к приложению инструкции по охране труда для водителя грузового автомобиля, журнале регистрации инструктажа по охране труда на рабочем месте (на страницах 3,4) провести сопоставление подписей с экспериментальными и свободными образцами подписей Б.П.В. не представляется возможным ввиду несопоставимости подписей по транскрипции. Несопоставимость по транскрипции означает, что подписи невозможно сравнить. У подписи Б.П.В. в экспериментальных образцах безбуквенная транскрипция, в исследованных документах - подписи смешанной транскрипции.

Факты, изложенные в показаниях потерпевших, свидетелей, которые положены в основу приговора, согласуются с письменными доказательствами, приведенными в приговоре, в том числе:

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей;

- постановлением о производстве выемки от ДД.ММ.ГГГГ и протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ;

- постановлением о производстве выемки от ДД.ММ.ГГГГ и протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей;

- постановлением от ДД.ММ.ГГГГ о получении образцов для сравнительного исследования и протоколом от ДД.ММ.ГГГГ получения образцов для сравнительного исследования;

- постановлением от ДД.ММ.ГГГГ о получении образцов для сравнительного исследования и протоколом от ДД.ММ.ГГГГ получения образцов для сравнительного исследования;

- протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ и постановлением о признании предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ;

- заключением почерковедческой судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №;

- заключением судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № Новоаннинского судебно-медицинского отделения ГБУЗ «Волгоградское областное бюро судебно-медицинской экспертизы»;

- заключением Государственного инспектора труда в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-ПВ/12-18139-И/33-39;

- актом № формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве с Б.П.В.;

- заключением о результатах судебной экспертизы по охране труда и технике безопасности №/Э от ДД.ММ.ГГГГ специализированного частного учреждения «Ростовский центр судебных экспертиз»;

- трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ИП ФИО1 и Б.П.В.;

- приказом ИП ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № о приеме Б.П.В. на работу с ДД.ММ.ГГГГ;

- копией приказа ИП ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № о закреплении транспортного средства - автомобиль КамАЗ 53215-15 с государственным регистрационным знаком № за водителем Б.П.В.;

- должностной инструкцией водителя автомобиля, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО1;

- инструкцией по охране труда для водителя грузового автомобиля, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО1;

- выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от ДД.ММ.ГГГГ № ИЭ№, согласно которой ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ является индивидуальным предпринимателем ИНН №, ОГРНИП №;

- водительским удостоверением № на Б.П.В.;

- рапортом старшего следователя Новоаннинского МрСО СУ СК России по <адрес> Б.А.В. об обнаружении признаков преступления, зарегистрированный в КРСП Новоаннинского МрСО СУ СК России по Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ за № и от ДД.ММ.ГГГГ за №;

- рапортом помощника оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный в КУСП ОМВД России по <адрес> за №;

- рапортом помощника оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный в КУСП ОМВД России по <адрес> за №;

- протоколом опроса пострадавшего при несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым Б.П.В. ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные и другие доказательства полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, а равно оценка изложены в приговоре. Приведенные в приговоре доказательства, суд в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, привел мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Оснований для признания недопустимыми каких-либо доказательств, положенных в основу приговора, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона при получении доказательств в ходе предварительного расследования, их исследования и проверки в судебном заседании, не допущено.

У суда первой инстанции не имелось оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей, поскольку они последовательны, логичны, в целом не содержат существенных противоречий, влияющих на оценку исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, в связи с чем, они, вопреки доводам стороны защиты, обоснованно признаны судом достоверными доказательствами по делу.

Оснований для оговора потерпевшими и вышеуказанными свидетелями осужденного судом не установлено, следовательно, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел мотивов подвергнуть сомнениям достоверность изложенных и принятых во внимание судом их показаний.

Письменные доказательства составлены надлежащим образом, отражают данные на момент совершения преступления. Существенных нарушений, которые могли бы повлечь признание указанных доказательств недопустимыми доказательствами, при их составлении не допущено.

Доводы стороны защиты, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом проверки суда первой инстанций, которые обоснованно отвергнуты им как опровергнутые совокупностью исследованных в ходе судебного следствия доказательств. Оснований не соглашаться с указанными выводами суда первой инстанции не имеется.

Заключение экспертизы по охране труда и технике безопасности №/Э от ДД.ММ.ГГГГ специализированного частного учреждения «Ростовский центр судебных экспертиз», обоснованно положенное в основу обвинительного приговора, получено в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ. Выводы эксперта мотивированы и научно-обоснованы, не содержат противоречий между собой, дополняют друг друга.

Экспертиза проведена в специализированном экспертном учреждении, компетентным экспертом, составленное заключение соответствует требованиями ст.204 УПК РФ.

Протоколы следственных действий, заключение эксперта полностью соответствуют предъявляемым к ним требованиям закона, поэтому доводы апелляционной жалобы стороны защиты, в том числе, о недопустимости экспертизы, положенной в основу приговора, являются несостоятельными.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при производстве предварительного следствия, а также при направлении уголовного дела в суд не допущено.

Обстоятельства, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы свидетельствовать о недопустимости доказательств, а также неустранимые сомнения в исследованных судом доказательствах, не установлены.

Действия ФИО1 были правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 143 УК РФ. Каких-либо оснований для иной правовой оценки его действий, а также для оправдания, прекращения уголовного дела, освобождения его от уголовной ответственности не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом первой инстанции также не допущено.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, мировым судьей обоснованно учтены, в соответствии с п. с ч.2 ст. 61 УК РФ, совершение преступления небольшой тяжести впервые, принятие мер, направленных на возмещение вреда, причиненного преступлением (выплату потерпевшему компенсации в размере 80 000 руб.), а также в соответствии с абз. 3 п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2018 года N 41, небрежность, допущенную потерпевшим при выполнении работ по демонтажу колес автобуса из моторного отсека. Иных обстоятельств, которые должны быть признаны смягчающими, не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Мировой судья обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде штрафа. Данные выводы являются верными и должным образом мотивированными.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, всех данных о личности виновного, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, чрезмерно суровым не является, оснований для его снижения не имеется.

Вместе с тем приговор мирового судьи подлежит изменению в силу следующего.

В соответствии со ст. 78 УК РФ сроки давности уголовного преследования лица исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу.

Согласно п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если истекло два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Судом первой инстанции установлено, что преступление, за которое ФИО1 осужден по ч. 1 ст. 143 УК РФ, было совершено им ДД.ММ.ГГГГ. Данных, свидетельствующих об уклонении осужденного от следствия и суда и приостановлении течения сроков давности, материалы уголовного дела не содержат.

Таким образом, срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за данное преступление, относящееся к категории небольшой тяжести, составляет 2 года и истек до рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции, то есть до вступления приговора в законную силу.

Следовательно, приговор мирового судьи подлежит изменению с освобождением ФИО1 от наказания по ч. 1 ст. 143 УК РФ на основании п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, осужденного по ч. 1 ст. 143 УК РФ, изменить: на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить ФИО1 от наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 143 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В остальном приговор мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, осужденного по ч. 1 ст. 143 УК РФ, оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Блюденовой О.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в редакции Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, действующей на момент подачи кассационной жалобы.

Мотивированное апелляционное постановление изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья Р.П. Захаров