Апелляционное постановление № 22-3428/2019 от 2 декабря 2019 г. по делу № 4/17-104/2019

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

03 декабря 2019 года г. Симферополь

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе

председательствующего - Хиневич А.Н.,

при секретаре - Абдурашидовой Д.А.,

с участием прокурора - Челпановой О.А.,

представителя заявителя - ФИО4,

представителя Министерства финансов РФ - ФИО5,

представителя МВД России - ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционным жалобам заявителя ФИО2 и представителя Министерства финансов Российской Федерации по доверенности – руководителя УФК по Республике Крым ФИО7 на постановление Бахчисарайского районного суда Республики ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, которым частично удовлетворено заявление ФИО2 о возмещении вреда в порядке реабилитации и с Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 взысканы денежные средства в размере 34 721,28 рублей за оплату труда адвоката и представителя,

проверив представленные материалы, заслушав представителя ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы заявителя и возражавшего против удовлетворения доводов апелляционной жалобы Минфина РФ, представителя Министерства финансов РФ – ФИО5, поддержавшую доводы апелляционной жалобы Минфина РФ и возражавшую против удовлетворения апелляционной жалобы заявителя, представителя МВД России ФИО6, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, прокурора, полагавшего необходимым постановление суда оставить без изменения,

УСТАНОВИЛА:

заявитель ФИО2 обратился в Бахчисарайский районный суд Республики Крым с заявлением о возмещении в порядке реабилитации имущественного ущерба, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в сумме 5 224 974 руб., из расчета: 84 000 руб. - расходы супруги на арендную плату в период 12-ти месячного нахождения его в местах лишения свободы; 120 000 руб. – сумма займа его гражданской супруги ФИО8; 15 000 руб. - траты ФИО8 на проезд к месту отбывания им наказания; 11 096 руб. – расходы ФИО8 на приобретение продуктов питания, переданных ему; 3 191 572,32 руб. – неполученный им доход от предпринимательской деятельности за 1 год; 434 640 руб. – неполученный им доход по договору подряда №, заключенному ДД.ММ.ГГГГ между ИП «ФИО12» и ООО «<данные изъяты>»; 744 948 руб. – неполученный им доход по договору подряда №, заключенному ДД.ММ.ГГГГ между ИП «ФИО12» и ООО «<данные изъяты>»; 12 800 руб. – за оплату услуг адвоката, оказывавшего ему правовую помощь; 111 867,78 руб. – суммы, взысканные с него в пользу потерпевшего в рамках исполнительного производства; 5 250 руб. – исполнительный сбор; 200 000 руб. – сумма займа по договору от ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО9; 20 000 руб. – за услуги юриста ФИО4

В ходе рассмотрения дела требования заявителя были дополнены, произведен расчет суммы вреда с учетом роста потребительских цен, который, по мнению заявителя, составляет 5 636 165,91 руб.

Постановлением Бахчисарайского районного суда Республики Крым от 21.10.2019 заявление ФИО2 удовлетворено частично, постановлено взыскать с Министерства Финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2, денежные средства в счет возмещения имущественного вреда в размере 34 721,28 руб..

В апелляционной жалобе заявитель ФИО2 просит постановление суда изменить, как постановленное с выводами, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, что привело к необоснованному занижению суммы компенсации имущественного вреда, увеличив сумму выплаты ФИО2 до 5 074 754,27 руб..

В обоснование своих доводов заявитель, ссылаясь на положения ч.3 ст.23, 15 ГК РФ, п.1 ст.135 УПК РФ и на разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», указывает на то, что в материалах дела содержатся доказательства, подтверждающие осуществление ФИО2 предпринимательской деятельности, при ведении которой он продолжительный период времени получал доход до момента его незаконного осуждения, иного дохода не имел. Расчет недополученного ФИО2 дохода от предпринимательской деятельности был произведен исходя из размера его среднемесячной прибыли за отработанные 11 месяцев в 2016 году до дня заключения его под стражу, с учетом индексации.

На основании указанного, заявитель выражает свое несогласие с выводами суда о том, что доходы ФИО2 в 2016 году за осуществление им предпринимательской деятельности не свидетельствуют о получении им такого же дохода за период с 29.11.2016 по 29.11.2017, в связи с чем указывает о необоснованном отказе в удовлетворении его требований о возмещении имущественного вреда в сумме 1 356 644,16 руб. с учетом индексации.

Также заявитель указывает, что в период отбывания незаконного наказания он имел право на продукты питания и предметы, не являющиеся первой необходимостью, что не было учтено судом при решении вопроса о взыскании имущественного вреда в виде расходов на передачу продуктов питания и других товаров в размере 11 096 руб., что с учетом индексации составляет 12 761,51 руб..

В апелляционной жалобе представитель Министерства финансов Российской Федерации по доверенности – руководитель УФК по Республике ФИО1 ФИО7 просит отменить постановление суда, как необоснованное, вынести новое решение, которым в удовлетворении требований заявителя отказать полностью.

В обоснование доводов жалобы указывает, что суд не дал оценки тому обстоятельству, что в отношении ФИО2 уголовное дело прекращено кассационным определением Верховного Суда РФ от 27.12.2017 на основании п.1 и п.2 ст.27 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, что в силу положений ст.133 УПК РФ не является реабилитирующим основанием.

Кроме того, апеллянт указывает о необоснованном взыскании в пользу ФИО10 суммы в размере 12 800 руб. (14721,8 руб. с учетом индексации) в счет возмещения расходов на получение юридической помощи, в связи с отсутствием в материалах дела документов, подтверждающих оплату заявителем указанных услуг.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В силу ст. 53 Конституции РФ к числу гарантированных прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с ч.1 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме, независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как верно было установлено судом на основании исследованных в судебном заседании материалов уголовного дела, приговором Бахчисарайского районного суда Республики Крым от 15.09.2016 ФИО2 осужден по п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, меру пресечения постановлено изменить на заключение под стражу по вступлению приговора в законную силу. Указанный приговор на основании апелляционного постановления Верховного Суда Республики Крым от 09.11.2016 вступил в законную силу и 29.11.2016 осужденный ФИО10 задержан, направлен для отбывания наказания.

02.03.2017 постановлением президиума Верховного Суда Республики Крым приговор суда от 15.09.2016 и апелляционное постановление от 09.11.2016 изменены, действий ФИО2 переквалифицированы на ч.1 ст.112 УК РФ и ему назначено наказание в виде 1 года лишения свободы.

Кассационным определением Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 все вышеуказанные судебные решения отменены, уголовное дело в отношении ФИО2 прекращено за истечением сроков давности уголовного преследования на основании п.3 ч.1 ст. 24, п.2 ч.1 ст.27 УПК РФ, и за ним признано право на реабилитацию.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя Минфина РФ наличие у ФИО2 права на возмещение имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием в порядке гл.18 УПК РФ, судом верно установлено на основании вышеуказанных доказательств, подтверждающих статус ФИО2 как реабилитированного лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», судам следует иметь в виду, что согласно ч.4 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию не распространяется на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду истечения сроков давности, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанном случае само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования. Однако, если уголовное дело было возбуждено, несмотря на наличие указанных выше обстоятельств, либо вред причинен вследствие продолжения уголовного преследования после возникновения или установления таких обстоятельств, за исключением случаев продолжения уголовного преследования в связи с возражением лица против его прекращения по данным основаниям, лицо имеет право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ.

Исходя из изложенного, у ФИО2 имелись основания для возникновения права на реабилитацию, которое было признано за ним кассационным определением Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017, в связи с чем суд апелляционной инстанции отклоняет доводы представителя Минфина РФ, утверждавшего об обратном.

Установив указанные выше обстоятельства, исследовав представленные материалы и юридически значимые для разрешения заявления реабилитированного обстоятельства, суд первой инстанции дал надлежащую оценку представленным доказательствам, которые явились достаточными для рассмотрения заявления, и пришел к обоснованному выводу о необходимости частичного удовлетворения заявленных требований реабилитированного.

При рассмотрении вопроса о возмещении ФИО2 сумм, выплаченных на оказание юридической помощи защитником ФИО11 в ходе рассмотрения Верховным Судом Республики ФИО1 уголовного дела, достоверно установлен факт оказания юридической помощи ФИО2 адвокатом ФИО11 на основании заключенного соглашения. Судом также проверены факты реального участия адвоката ФИО11 при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции 08.11.2016 и 09.11.2016. Материалы дела подтверждают выполнение адвокатом условий соглашения в виде оказания юридической помощи ФИО2

Не предоставление заявителем платежных поручений либо квитанций об оплате услуг защитника в уголовном судопроизводстве, вопреки утверждению апеллянта, не может свидетельствовать о том, что заявителем ФИО2 не были понесены указанные расходы, поскольку в материалах уголовного дела имеются соглашение от 03.11.2016, заключенное с адвокатом ФИО11, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, составленные в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2002 №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», и оснований полагать о невыплате ему вознаграждения за оказание ФИО2 правовой помощи у суда не имелось. Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы представителя Минфина РФ, суд пришел к обоснованному выводу о реальности понесенных ФИО2 расходов на адвоката, разумности заявленных требований, необходимости возмещения их в полном объеме. В обжалуемом постановлении приведены убедительные мотивы принятого решения.

При рассмотрении заявления ФИО2 судом учтены требования ч.4 ст.135 УПК РФ о необходимости произведения указанных выплат с учетом уровня инфляции. Размер инфляционных выплат, подлежащих выплате ФИО2, определен судом с учетом индекса роста потребительских цен в сумме 14 721,28 руб.

Принятое судом решение об удовлетворении требований заявителя о взыскании 20 000 рублей за оказание ему юридической помощи ФИО3 при рассмотрении вопроса о возмещении имущественного вреда в порядке гл. 18 УПК РФ сторонами в апелляционном порядке не оспаривается. Судом надлежащим образом установлен факт реальности выплаты указанной суммы ИП ФИО4 на основании заключенного с ним Договора об оказании юридических услуг от 23.05.2018, платежного поручения №1243 от 29.05.2018, в связи с чем суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда в данной части.

Кроме того, суд обоснованно отказал в удовлетворении требований заявителя о возмещении расходов, понесенных его сожительницей – ФИО8 на аренду квартиры, по возврату денежных средств по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, а также по возврату денежных средств заявителем ФИО2 по договору займа от 15.02.2018, поскольку заявителем не предоставлено доказательств, что данные расходы понесены именно в связи с незаконным отбыванием ФИО2 наказания в виде лишения свободы. Выводы суда в данной части достаточно мотивированы и не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции.

Также суд апелляционной инстанции полагает обоснованным отказ суда в удовлетворении требований заявителя о взыскании расходов по исполнительным производства о взыскании имущественного вреда и компенсации морального вреда в пользу потерпевшего, так как указанные расходы не связаны с незаконным отбыванием ФИО2 наказания в виде лишения свободы.

Как было установлено судом, за ФИО2 признано право на возмещение имущественного вреда не в связи с его оправданием в совершении преступного деяния либо недоказанностью его вины, а в связи с истечением сроков давности уголовного преследования при переквалификации его действий.

Согласно ч.1 ст.135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования; конфискованного или обращенного в доход государства на основании приговора или решения суда его имущества; штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда; сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи; иных расходов.

Взысканные с ФИО2 денежные средства по гражданскому иску потерпевшего не входят в состав имущественного вреда в понимании главы 18 УПК РФ, поскольку они не имеют никакого отношения к отбыванию ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы.

Суд первой инстанции обоснованно отказал ФИО2 в возмещении расходов, понесенных его сожительницей ФИО8 на приобретение и передачу в места лишения свободы продуктов питания, средств гигиены и бытовой химии в сумме 11 096 рублей, при этом верно руководствовался положениями приказа Министерства юстиции РФ от 11.04.2005 №205 «Об утверждении норм питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственном изоляторе Федеральной службы исполнения наказания, на мирное время», согласно которым указанные лица бесплатно обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости. Каких-либо доказательств того, что ФИО2 не были предоставлены указанные вещи и предметы, а также бесплатное питание, а также доказательств того, что приобретенные ФИО8 продукты были фактически переданы в исправительную колонию, в материалах ходатайства не содержится, заявителем таких сведений представлено не было.

Не подтверждены доказательствами и расходы, якобы понесенные ФИО8 на проезд и пребывания по месту нахождения исправительного учреждения, в котором ФИО2 отбывал наказание, на основании чего судом верно отказано в удовлетворении данных требований.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым постановление суда отменить в части принятого решения об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о возмещении ему неполученного дохода от предпринимательской деятельности, исходя из дохода как индивидуального предпринимателя за 2016 год, а также о компенсации неполученного дохода по договорам подряда от 07 ноября 2016 года №, №, исходя из следующего.

Отказывая в удовлетворении данных требований, суд мотивировал свои выводы тем, что предпринимательская деятельность – это самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Получение определенного дохода ФИО2 в 2016 году не свидетельствует о том, что такой же либо какой-либо иной доход мог быть получен заявителем в период с 29.11.2016 по 28.11.2017.

Статья 135 УПК РФ предусматривает исчерпывающий перечень расходов, подлежащих возмещению реабилитированному, к которым отнесены заработная плата, пенсия, пособие, другие средства, которые он лишился в результате уголовного преследования; конфискованное или обращенное в доход государства на основании приговора или решения суда его имущество; штрафы и процессуальные издержки, взысканные с него во исполнение приговора суда; суммы, выплаченные им за оказание юридической помощи; иные расходы.

Размер неполученной заработной платы, которой реабилитированный лишился в результате уголовного преследования, рассчитывается с учетом конкретных обстоятельств, исходя из размера ежемесячных: заработной платы, дохода, денежного содержания (денежного довольствия), денежного вознаграждения, включая денежные поощрения и доплаты и т.д., а при отсутствии документов - из среднемесячного заработка по субъекту РФ с учетом уровня инфляции.

Сумма, подлежащая возмещению реабилитированному, на которого распространялись трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, определяется исходя из средней заработной платы (среднего заработка), порядок исчисления которой устанавливается на основании ст.139 ТК РФ и Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. №922.

По смыслу ч.1 ст.135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя компенсацию средств, которых он лишился в результате незаконного уголовного преследования, и расходов, фактически понесенных реабилитированным в связи с уголовным преследованием, что включено в понятие реального ущерба.

В соответствии со ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из системного толкования указанных норм следует, что под другими средствами, которых реабилитированный лишился в результате уголовного преследования, следует понимать все легальные доходы, которые он получал в результате предпринимательской деятельности.

Согласно предоставленных заявителем документов ФИО2 08.05.2015 был поставлен на учет в инспекции ФНС по <адрес> в качестве индивидуального предпринимателя. Согласно выписке со счета ИП ФИО2 на указанный счет зачислялись денежные средства. Налоговой декларацией за 2016 год подтверждена сумма полученных доходов ИП ФИО2 за указанный период.

Из заявления ФИО2 усматривается, что причиненный ему имущественный вред складывается из недополученного им дохода (заработка) от предпринимательской деятельности и не полученного дохода (заработка) по договорам, заключенным им 07.11.2016. При этом, недополученные в период незаконного отбывания наказания в виде лишения свободы доходы заявитель расценивает как упущенную выгоду.

Таким образом, не смотря на то, что сумма убытков, заявленная ФИО2 как неполученный доход от предпринимательской деятельности, хоть и не является реальным ущербом, понесенным ФИО2 за время содержания под стражей, однако в соответствии с требованиями закона относится к числу вреда, подлежащего взысканию в порядке гл. 18 УПК РФ.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции полагает необходимым постановление суда в части отказа в удовлетворении требований заявителя ФИО2 о возмещении имущественного вреда в виде неполученного дохода от предпринимательской деятельности, отменить.

Учитывая, что заявитель должен доказать, что неполучение доходов от предпринимательской деятельности состоит в прямой причинной связи с нахождением его в местах лишения свободы в период с 29.11.2016 по 28.11.2017 и за указанный период его предпринимательская деятельность была фактически приостановлена по независящим от него обстоятельства, с учетом его права на представление интересов в сфере предпринимательской деятельности иными лицами, в соответствии с п.9.1 ч.4 ст. 47 УПК РФ, суд апелляционной инстанции полагает необходимы материалы дела направить на новое судебное разбирательство, в ходе которого выяснить данные обстоятельства.

При новом рассмотрении материалов дела суду следует руководствоваться положениями гл. 18 УПК РФ, ст. ст. 15, 1070 ГК РФ, и разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», верно установить фактические обстоятельства дела, запросить при необходимости дополнительные сведения относительно ведения предпринимательской деятельности от имени ФИО2 в период отбывания им наказания, приостановления предпринимательской деятельности, фактический размер дохода ФИО2 после его выхода из мест лишения свободы (для определения фактической упущенной выгоды и факта наличия таковой), на основании чего принять законное, обоснованное и мотивированное решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.397, 399, 389.15, 389.16, 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Бахчисарайского районного суда Республики Крым от 21 октября 2019 года в части отказа в удовлетворении требований заявителя ФИО2 о возмещении имущественного ущерба в виде недополученного дохода от предпринимательской деятельности, заявленного в сумме 3191572,32 руб., и недополученного дохода по договорам подряда, заявленного в сумме 434640 руб., – отменить, материалы дела в данной части направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе.

В остальной части указанное постановление суда оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Судья А.Н.Хиневич