Апелляционное постановление № 22-547/2023 от 4 июля 2023 г. по делу № 1-81/2022

Судья А. В. Еськова дело № 22-547/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

05 июля 2023 года город Кострома.

Костромской областной суд в составе:

председательствующего по делу судьи А. Н. Андриянова

при секретаре судебного заседания И. А. Черёмухиной,

с участием прокурора отдела прокуратуры Костромской области С. Н. Карамышева,

потерпевшей Г.Б.Л. и ее представителя – адвоката И. Н. Шульги,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Егорова А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Костромской области, не судимого,

по апелляционной жалобе потерпевшей Г.Б.Л., и по апелляционному представлению государственного обвинителя А. С. Акуратова на приговор Костромского районного суда Костромской области от 01 ноября 2022 года,

которым он осуждён по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, в течение которого он своим поведением должен доказать своё исправление; возложены обязанности не менять места жительства без разрешения специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за осужденным; являться в него на регистрацию один раз в месяц.

Удовлетворён гражданский иск потерпевшей, с осуждённого взыскано 930 тыс. рублей в счет возмещения морального вреда, причинённого преступлением.

По делу разрешена судьба процессуальных издержек и вещественных доказательств.

Доложив материалы дела, заслушав прокурора, потерпевшую и её представителя, поддержавших доводы апелляционного преставления и апелляционной жалобы; выступления осуждённого и его защитника против ужесточения наказания, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 признан виновным и осуждён за то, что 28 марта 2022 года около 15 часов на 10 км автодороги Р - 243 Кострома - Шарья - ФИО2 - Пермь, у п. Дорожный Костромского района Костромской области, управляя личным легковым автомобилем KIA CEED при обстоятельствах более подробно изложенных в приговоре, нарушил требования указанных в приговоре Правил дорожного движения, и на нерегулируемом пешеходном переходе не предоставил преимущества и совершил наезд на пешехода А.В.Л., скончавшегося от полученных травм на месте происшествия.

Позиции сторон.

Осуждённый ФИО1 с обвинением согласился, объясняя, что не заметил пешехода, вину признал, приговор не обжаловал.

В апелляционной жалобе потерпевшая Г.Б.Л.., оценивая обстоятельства уголовного дела и выводы суда, изложенные в приговоре, просила бы исключить из приговора решение об условном осуждении ФИО1 и назначить ему максимально возможное по строгости наказание, считая назначенное несправедливым вследствие чрезмерной мягкости. Настаивает, что виновному в смерти супруга должно было быть назначено реальное лишение свободы; что учёт судом смягчающими обстоятельствами признание вины и активное способствование раскрытию и расследованию преступления не основано на материалах дела; что осужденный был не полностью правдив и в своих показаниях, и в отношении к содеянному, пытаясь найти себе оправдания, что не видел торможения другого транспортного средства, пропускавшего мужа, что на развитие дорожной ситуации повлияло его противоправное поведение, что он, якобы, начал метаться на дороге; что вывод суда о частичном возмещении морального вреда в суме 130 000 рублей является неверным, поскольку полученные от осуждённого 60 000 рублей это деньги на погребение, а остальных 70 000 рублей недостаточно для возмещения морального вреда за смерть близкого человека, с которым прожила долгую жизнь, поэтому взысканная компенсация сильно занижена и должна быть увеличена; что суд не учел ее мнение о строгом наказании виновного; что он грубо нарушил 6 пунктов Правил дорожного движения и подверг опасности не только других, но и своего ребенка, и беременную жену, ехавших с ним в машине; что суд в приговоре не решил вопрос о сохранении ареста, наложенного на автомашину ФИО2.

В апелляционном представлении государственный обвинитель старший помощник прокурора Костромского района А. С. Аккуратов просил изменить приговор, исключить применение ст.73 УК РФ, усилить наказание до 3 лет лишения свободы, поскольку данные о личности осужденного и смягчающих обстоятельствах судом переоценены и не были учтены характер и степень опасности преступления, характер допущенных нарушений ПДД и мнение потерпевшей о строгом наказании,

Обращает внимание, что взысканная сумма ущерба вреда определена неверно. Суд признал, что взысканию подлежит 1 000 000 рублей, а с учетом уже выплаченных денег - 930 000 рублей, между тем из материалов дела следует, что потерпевшей выплачено 130 000 рублей, из которых возмещены расходы на погребение в сумме 54 520 рублей, а 75 480 рублей в счёт компенсация морального вреда, следовательно, взысканию подлежит сумма 924 520 рублей.

Так же полагает необходимым сохранить арест на автомашину осужденного до погашения исковых требований.

В возражениях защитник осуждённого – адвокат А. В. Егоров категорически несогласный с апелляционным представлением и с апелляционной жалобой, анализируя обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, степень вины ФИО2, помощь следствию и меры, предпринятые по заглаживанию вреда, просил отказать в их удовлетворении и оставить приговор без изменений.

Сторона защиты приговор не обжаловала и в этой связи защитник отмечает, что он вынесен с учетом всех обстоятельств дела; отмечает, что ФИО2 сразу сообщил о ДТП и признал вину, способствовал расследованию преступления, принял меры к заглаживанию вреда, исходя из своих материальных возможностей. Имея зарплату в 20 000 рублей, двоих малолетних детей на иждивении и неработающую жену, он смог выплатить потерпевшей 130 000 рублей, которые она сама распределила в счёт возмещения ущерба, хотя ранее создавала условия, лишившие его подзащитного возможности принять посильные меры к заглаживанию вреда ещё на стадии предварительного следствия.

Находит не основанными на законе доводы стороны обвинения об учёте судом мнения потерпевшей о назначении ФИО2 строгого наказания и считает, что решение суда по иску достаточно справедливое, как и весь приговор.

Апелляционным постановлением Костромского областного суда от 28 декабря 2022 года принято решение об изменении денежной компенсации морального вреда, взысканной с осуждённого в пользу потерпевшей Г.Б.Л. – постановлено взыскать 924 520 рублей, и сохранен арест на его автомашину КИА CEED идентификационный номер (VIN) №, 2008 года выпуска, регистрационный знак № сохранить.

В остальном приговор оставлен без изменений.

Решения судебных инстанций.

Внося указанные в деле изменения относительно гражданского иска и ареста на автомобиль, но оставляя приговор в части наказания без изменений, областной суд, при прежнем рассмотрении уголовного дела, помимо прочего согласился с решением о признании смягчающим обстоятельством активного способствования ФИО2 раскрытию и расследованию обстоятельств ДТП, выразившееся, по мнению суда первой инстанции, в даче правдивых показаний, способствующих расследованию, в выдаче доказательств; а доводы апелляционных жалобы и преставления в этой части отверг с приведением соответствующих мотивов.

Постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 17 мая 2023 года апелляционное постановление Костромского областного суда отменено по кассационному представлению заместителя прокурора Костромской области А. П. Фадеева и по жалобе потерпевшей Г.Б.Л. в связи с его несправедливостью, уголовное дело возвращено на новое апелляционное рассмотрение.

Отменяя апелляционное постановление по доводам потерпевшей и государственного обвинения, суд кассационной инстанции основывался на разъяснениях, изложенных в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», и отмечал, что преступление ФИО2 совершено в условиях очевидности, что признание уже известных сотрудникам правоохранительных органов факта ДТП и его обстоятельств, равно как и подробное его описание, не имело особого значения для расследования уголовного дела; что судом апелляционной инстанции в нарушение указанных требований уголовного закона не дано оценки конкретным доводам апелляционной жалобы потерпевшей Г.Б.Л. о необоснованном признании виновному активного способствования раскрытию и расследованию обстоятельств ДТП, в качестве смягчающего наказание обстоятельства, влияющего на назначенное наказание.

При таких обстоятельствах, суд кассационной инстанции не согласился с апелляционным постановлением и указал, что нижестоящим судом не проверены в должной степенивсе основания для отказа в удовлетворении доводов жалобы потерпевшей Г.Б.Л.

Рассмотрев уголовное дело в апелляционном порядке повторно, выслушав участников процесса и оценив представленные доводы, как в пользу изменения приговора, так и в пользу оставления его без изменений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Обстоятельства дела и доказательства.

Фактические обстоятельства уголовного дела установлены районным судом правильно, и основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах обвинения, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. Все доказательства оценены по внутреннему убеждению суда в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела по существу.

На основе этих доказательств судом с очевидностью установлено, что ФИО2, управляя своим автомобилем, допустил нарушение скоростного режима и правил проезда нерегулируемого пешеходного перехода, вследствие чего совершил наезд на пешехода А.В.Л., который в результате этого погиб.

Из показаний водителя Д.В.С., двигавшегося в тот день впереди в попутном с осуждённым направлении в г. Кострому следует, что он вовремя заметил потерпевшего, который начал переходить дорогу; притормозил, чтобы пропустить и остановился перед пешеходным переходом примерно за 5 метров, когда шедшая позади автомашина под управлением осуждённого перестроилась в левый ряд и пошла на опережение слева. Пешеход успел пройти мимо него, и заметил эту машину в левом ряду, но отскочить о не успел, послышался свист тормозов, произошёл наезд на пешехода, которого от удара откинуло назад к обочине.

Схоже описывали обстоятельства ДТП другие автолюбители, ставшие случайными очевидцами произошедшего – А.А.С., А.Л. и супруга осуждённого И.В.К., пояснявшая, что муж пытался избежать наезда, но произошло всё быстро, удар пришёлся на правую сторону автомашины.

Осуждённый ФИО2 показал, что в тот день вместе с беременной женой и сыном ехал в Кострому со скоростью не меньше 70 км/ч. Проехав под зелёный свет перекресток на п. Никольское, продолжил движение дальше. Из-за а/м «Ауди», которая двигалась впереди, не видел пешеходный переход полностью. На левую полосу перестроился за 30-40 м до пешеходного перехода, а самого пешехода, вышедшего из-за машины в правом ряду, увидел примерно за 10 м, резко нажал на тормоз, попытался уйти влево, из-за чего его машину «повело». Пешеход заметался, т.к. транспортное средство, двигавшееся по правой полосе, еще не остановилось. После столкновения они с женой сразу выбежали из машины. Жена стала звонить в скорую помощь, а он вызвал сотрудников ГИБДД. С места ДТП не уходил, вину не отрицал. С 7 октября 2022 года уволен с работы в системе ФСИН. До этого получал по 20 000 рублей в месяц.

Сообщение о произошедшем ДТП поступило в дежурную часть ОМВД России по Костромскому району 28 марта 2022 года в 15 часов 15 минут (т.1 л.д.3).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что это случилось на въезде в Кострому за перекрёстком на пос. Никольское Костромского района, на 10 км автодороги Кострома – Шарья – ФИО2 – Пермь за пределами населённого пункта на нерегулируемом пешеходном переходе возле автобусной остановки в зоне действия знака 3.24 «ограничение скорости 70».

Как показала потерпевшая, супруг в этом месте переходил дорогу, чтобы пересесть на автобус и ехать дальше на работу в соседний Судиславский район.

Проезжая часть дороги здесь в 4 полосы – по две в каждом направлении, дорожные условия и видимость в направлении движения в норме, дорожная разметка и обозначение пешеходного перехода знаками 5.19.1 и 5.19.2 соответствуют требованиям Правил. В направлении пешеходного перехода видны следы юза автомашины осуждённого, на которой имеются характерные механические повреждения с правой передней части. Тело погибшего отброшено на расстояние 8 м от неё за остановку к правой обочине. Из автомашины осуждённого изъята флеш-карта видеорегистратора с записью произошедшего (т.1 л.д.8-23).

Смерть А.В.Л. наступила на месте в результате многочисленных травм головы, других частей тела и разрывов внутренних органов от взаимодействия с выступающими частями движущегося автомобиля в момент дорожно-транспортного происшествия (заключение эксперта т.1 л.д.40-47)

Из выводов автотехнических экспертиз по собранным данным и сведениям сохранившемся на флешносителе с видеорегистратора виновника ДТП следует, что средняя скорость его автомобиля во время движения составляла 115 км/ч, а перед началом торможения не менее 80 км/ч. Время с момента начала видимости пешехода, выходящего из-за впереди идущего автомобиля до момента столкновения, составила 2 - 2,8 секунды. Погибший переходил проезжую часть в пределах нерегулируемого пешеходного перехода отмеченного жёлтыми и белыми линиями дорожной разметки и дорожными знаками. По выводам эксперта, предотвращение происшествия для водителя автомобиля Киа зависело не от наличия (отсутствия) у него технической возможности, а от соблюдения требований п. 14.1 и 14.2 ПДД РФ. Водитель должен был руководствоваться требованиями абз. 1 п. 10.1 с учетом дорожного знака 3.24. Выбранная водителем скорость движения автомобиля Киа превышает ограничение максимальной скорости движения в этом месте. В действиях водителя автомобиля Киа усматривается несоответствие требованиям п. 10.1 ПДД РФ и дорожного знака 3.24 Приложения № 1 к ПДД РФ в части выбора скорости движения. При условии соблюдения требований п.п. 14.1 и 14.2 ПДД РФ с технической точки зрения водитель автомобиля Киа имел гарантированную возможность предотвратить происшествие (т.1 л.д.71-76, л.д.89-92, л.д. 98-100,106-107).

Таким образом, действия и виновность осуждённого в наезде на пешехода А.В.Л., и последствия в виде его смерти установлены судом и квалифицированы по ч.3 ст. 264 УК РФ правильно.

Осужденный характеризуется положительно к административной и уголовной ответственности ранее никогда не привлекался, и, назначая наказание, суд правильно учел положения ч.3 ст.60 УК РФ, в том числе семейное положение и наличие у него двоих малолетних детей, влияние назначенного наказания на условия жизни семьи, а также признание вины и меры посильно предпринятые к возмещению материального и морального вреда.

При этом суд апелляционной инстанции не может принять и учитывать мнение потерпевшей о назначении виновному строгого наказания, поскольку это не предусмотрено уголовным законом, и отмечает, что осужденный никогда не утверждал о «противоправном поведении погибшего», лишь субъективно оценивал его поведение. Но в то же время суд апелляционной инстанции, оценивая доводы стороны обвинения не может согласиться, и признать смягчающим наказание обстоятельством наличие в его постпреступном поведении активного способствования раскрытию и расследованию обстоятельств преступления.

Как обоснованно утверждается стороной обвинения, потерпевший погиб по вине осуждённого ФИО2 в условиях очевидности при скоплении народа, и на раскрытие и расследование обстоятельств наезда не требовалось усилий со стороны осуждённого, что могло бы реально смягчить его положение и повлиять на назначение наказания.

Вину он признал, но в соответствии с пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления, а также указало лиц, которые могут дать свидетельские показания, лиц, которые приобрели похищенное имущество, указало место сокрытия похищенного, место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

Таких действий в поведении осуждённого ФИО2 по делу не прослеживается, а согласие с обвинением и выдача флешносителя с видеорегистратора при всей очевидности ситуации не свидетельствует о том, что это следовало признавать и учитывать суду в качестве самостоятельно спорного смягчающего наказание обстоятельства, поэтому признание его судом и учёт при назначении наказания подлежит исключению из приговора по доводам потерпевшей и представителей государственного обвинения.

Переходя к вопросу о справедливости наказания, суд отмечает, что уголовный закон настаивает на строго индивидуальном подходе, имея в виду, что справедливое наказание, способствующее решению задач и достижению целей, указанных в статьях 2 и 43 УК РФ, заключается в его соответствии не только личности виновного, но и характеру и степени общественной опасности содеянного, и обстоятельствам его совершения,

При учете характера общественной опасности преступления следует иметь в виду, прежде всего, направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред. Степень его общественной опасности устанавливается в зависимости от конкретных обстоятельств преступления, в частности, от характера и размера наступивших последствий, способа его совершения, от вида преступного умысла либо неосторожности ( п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58(ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания")

При этом, по смыслу части 2 статьи 43 УК РФ, наравне с целью исправительного воздействия на виновного, такими же целями уголовного наказания являются восстановление социальной справедливости, заключающейся в его соразмерности вреду, причинённому охраняемым уголовным законам правоотношениям.

В свою очередь, уголовно-процессуальный закон (ч. 2 ст.389.18 УПК РФ), наделяя суд апелляционной инстанции полномочиями по исправлению допущенных нижестоящими инстанциями недочётов при отправлении правосудия, признаёт несправедливым тот приговор, по которому назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления и личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Принимая во внимание изложенное, по настоящему уголовному делу к осуждённому ФИО1 применена мягкая мера уголовного наказания, не соответствующая характеру преступления и степени его общественной опасности.

Поэтому, суд апелляционной инстанции, руководствуясь приведёнными в Общей части Уголовного кодекса РФ началами назначения наказания, учитывая личность виновного, признание им вины, наличие двоих малолетних детей, меры принятые к заглаживанию вреда, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи, полагает необходимым и справедливым, удовлетворить частично апелляционное представление и апелляционную жалобу, и усилить назначенное ему основное наказание до двух лет лишения свободы.

При этом, положения ст. 73 УК РФ об условном осуждении из приговора также надлежит исключить, поскольку это не отвечает принципу справедливости и целям наказания, и суд апелляционной инстанции не находит оснований, чтобы признать возможность его исправления без реального отбывания лишения свободы в колонии-поселении, как того требует п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ.

Оснований для замены лишения свободы принудительными работами в соответствии со ст. 53.1 УК РФ в данном случае суд апелляционной инстанции также не усматривает по тем же причинам.

Каких-либо иных новых существенных доводов и обстоятельств, которые не учел суд при назначении наказания, в апелляционных и кассационных жалобах потерпевшей и представлениях прокурора не приведено.

Размер компенсации морального вреда по иску потерпевшей ( т.2 л.д. 34) определён судом в размере 1 млн. рублей в соответствии с положениями ст. 1064 и ст. 1101 ГК РФ с учётом характера причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степени вины причинителя вреда, требований разумности и справедливости. Это решение является обоснованным и оснований для его изменения не имеется.

С учётом дополнительных сведений, доказательств и пояснений сторон, приведённых в суде первой и апелляционной инстанции об уже принятых осуждённым мерах к возмещению материального и морального вреда до вступления приговора в законную силу, с учетом выплаченных денег потерпевшей взыскано в качестве компенсации морального вреда - 930 000 рублей.

Как правильно указано в представлении, и не оспаривается сторонами, потерпевшей к тому времени осуждённым выплачено 130 000 рублей. Из них 54 520 рублей, она отнесла на возмещение материальных расходов, связанных с погребением супруга, а 75 480 рублей в счёт компенсация морального вреда, следовательно, по предыдущему апелляционному представлению в счёт компенсации морального вреда областной суд взыскал 924 520 рублей.

На сегодняшний день к моменту повторного апелляционного рассмотрения дела стороны гражданского иска признали, что потерпевшей поэтапно выплачено ещё 80 000 рублей в счёт компенсации морального вреда.

Следовательно, во избежание сомнений и неясностей при исполнении приговора в этой части, в пользу потерпевшей с учётом выплаченных денежных сумм в счёт компенсации морального вреда следует взыскать окончательно 844 520 (восемьсот сорок четыре тысячи пятьсот двадцать) рублей.

Поскольку районным судом не был разрешён вопрос в приговоре о сохранении либо исключении ареста на автомашину осужденного (т.2 л.д.77), за которым сохранено право собственности на это имущество, апелляционной инстанции считает необходимым арест сохранить.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ суд

п о с т а н о в и л :

приговор Костромского районного суда Костромской области от 01 ноября 2022 года в отношении ФИО1 изменить:

изменить сумму компенсации морального вреда, которая взыскана с него в пользу потерпевшей Г.Б.Л., взыскать в её пользу с осуждённого окончательно 844 520 (восемьсот сорок четыре тысячи пятьсот двадцать) рублей;

сохранить арест на автомашину КИА ED (CEE”D) идентификационный номер (VIN) №, 2008 года выпуска, регистрационный знак №.

Исключить из приговора в качестве смягчающего его наказание обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления и применение положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

Усилить назначенное Н, ФИО3 наказание, назначив ему по ч.3 ст. 264 УК РФ лишение свободы сроком на два года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на два года.

К месту отбывания основного наказания ему надлежит прибыть самостоятельно за государственный счёт по предписанию, выдаваемому территориальным органом уголовно-исполнительной системы в соответствии с положениями ст. 75.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ.

Срок отбывания лишения свободы исчислять со дня прибытия осужденного ФИО1 в колонию-поселение.

Зачесть в срок лишения свободы время его следования к месту отбывания наказания в соответствии с вышеуказанным предписанием, из расчета один день за один день.

Срок отбывания дополнительного наказания исчислять со дня отбытия наказания в виде лишения свободы.

В остальном, этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменений, а апелляционные жалобы потерпевшей Г.Б.Л. и апелляционное представление государственного обвинителя – прокурора А. С. Аккуратова, - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно с момента его провозглашения и может быть обжаловано вместе с приговором в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции через Костромской районный суд Костромской области, в течение шести месяцев со дня провозглашения апелляционного постановления.

В случае подачи кассационной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий _________________________