Решение № 2-3875/2020 2-3875/2020~М-1823/2020 М-1823/2020 от 12 октября 2020 г. по делу № 2-3875/2020

УИД: 78RS0014-01-2020-002377-40

Дело №2-3875/2020 13 октября 2020 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лемеховой Т.Л.

при секретаре Копейкине В.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного протечкой, в размере 1 898 300 руб.. судебных расходов, указывая, что принадлежащей истцу <адрес> и находящемуся в ней имуществу причинены повреждения в результате протечки, произошедшей 02.01.2020г. из вышерасположенной <адрес>, принадлежащей ответчице; согласно заключению независимой экспертизы рыночная стоимость восстановительного ремонта жилого помещения и имущества составляет 1 898 300 руб.

Впоследствии истец уточнил исковые требования и в окончательном варианте просит взыскать ущерб, причиненный протечкой. В размере 834 648 руб., расходы по оплате отчета об оценке в размере 13 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб., расходы по оформлению доверенности в размере 1800 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 692 руб.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала.

Ответчица ФИО2 и ее представитель по доверенности ФИО4 в судебное заседание явились, против удовлетворения исковых требований возражали.

Третье лицо ООО «КС СПб» в судебное заседание не явилось, о причине неявки суду не сообщило, доказательств уважительности причины неявки не представило, об отложении разбирательства по делу не просило, извещено надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о чем имеется личная подпись представителя в судебном извещении о явке (т.2 л.д.116).

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п.1 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом, в силу п.2 данной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из изложенного следует, что факт причинения вреда и причинно-следственную связь между действиями ответчика и причиненным вредом должен доказать истец, а отсутствие своей вины в причинении истцу вреда должен доказать ответчик.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является собственником <адрес> по Варшавской <адрес>; ФИО1 является собственником нижерасположенной <адрес>.

Данные обстоятельства подтверждаются выписками из ЕГРН (т.1 л.д.161-164, 165-168) и не оспаривались сторонами в ходе судебного разбирательства.

Согласно акту №1 от 09.01.2020г., составленному ООО «КоммуналСервис СПб», 02.01.2020г. в <адрес>, расположенную на 2-м этаже, произошла протечка из <адрес>; в результате протечки пострадала вся квартира (с указанием конкретных помещений и повреждений); причиной залива является повреждение соединений на полотенцесушитель за отсекающими кранами в <адрес>, расположенной на 3-м этаже. Полотенцесушитель не проектный, самовольная замена (т.1 л.д.10).

Согласно акту №б/н от 16.01.2020г. осмотра <адрес> установлено, что залив нижерасположенной квартиры произошел вследствие течи соединения полотенцесушителя со сломом на обратке. Полотенцесушитель не проектный, произведена самовольная замена. Проект отсутствует. Течь соединения расположена за отсекающими кранами (т.1 л.д.11).

Согласно п.5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме и правил изменения размера платы за содержание и ремонт жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006г. №491 (далее – Правила содержания общего имущества), в состав общего имущества включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях.

Таким образом, место течи расположено не на общем имуществе многоквартирном дома и находится в зоне ответственности собственника квартиры ФИО2

Факт протечки и ее причина (повреждение полотенцесушителя), а также факт самовольной замены полотенцесушителя ответчиком в ходе судебного разбирательства не оспаривались; доказательств иного суду в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ не представлено.

Таким образом, факт причинения ущерба квартире истца в результате залива из вышерасположенной квартиры ответчика нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству ответчика судом была назначена судебная строительно-техническая экспертиза.

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы №104-22/20 от 14.08.2020г., выполненной ООО «Центр независимой экспертизы «Петроградский Эксперт», повреждение полотенцесушителя в <адрес> является следствием использования при монтаже коррозионно-неустойчивой детали. Каких-либо признаков механического или физического воздействия на полотенцесушитель, а также гидравлического удара в системе ГВС, которые могли бы быть причиной повреждения, не выявлено (т.2 л.д.41).

При этом, в исследовательской части заключения эксперт указал, что на основании проведенного осмотра и исследования конструкции соединения стояка ГВС с полотенцесушителем можно заключить, что переходной уголок полотенцесушителя с эксцентриком, являющиеся штатными деталями полотенцесушителя, соединялись с магистралью ГВС посредством гайки с фланцем и с наружной резьбой, которая была соединена с муфтой. В процессе длительной эксплуатации резьбовая часть гайки с фланцем претерпела коррозионные изменения и разрушилась, в результате чего герметичность соединения полотенцесушителя со стояком ГВС была нарушена.

В соответствии со схемой монтажа и подключения полотенцесушителя к системе ГВС эксцентрик полотенцесушителя должен соединяться с водорозеткой ГВС непосредственно. В исследуемой конструкции для соединения была использована деталь с малой коррозионной устойчивостью – гайка с фланцем и цилиндрической частью с наружной резьбой, которая разрушилась в результате коррозии (л.д.18-19).

Заключение судебной экспертизы является четким, понятным, мотивированным, внутренних противоречий не содержит и иным собранным по делу доказательствам не противоречит; эксперт имеет необходимые образование, квалификацию, стаж и опыт работы, не заинтересован в исходе дела, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований сомневаться в правильности выводов судебного эксперта у суда не имеется.

Учитывая изложенное, суд считает возможным согласиться с указанным выводом судебного эксперта и приходит к выводу о том, что причиной повреждения полотенцесушителя в квартире ответчицы является следствием использования при монтаже коррозионно-неустойчивой детали.

При этом, поскольку замена полотенцесушителя была произведена ответчиком самовольно, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае причиной протечки, в результате которой были причинены повреждения квартире истца, являются действия ответчика ФИО2

Доводы ответной стороны о том, что виновником протечки является производитель соответствующей детали, не могут быть признаны обоснованными, поскольку выбор способа монтажа полотенцесушителя, отличный от схемы его монтажа и подключения к системе ГВС, а также выбор коррозийно-неустойчивой детали для соединения полотенцесушителя со стояком ГВС в рассматриваемом случае был осуществлен ответчиком (либо под ее контролем как собственника жилого помещения), которая при отсутствии специальных технических познаний имела реальную возможность воспользоваться при выборе соединительной детали помощью специалиста либо обратиться для установки (замены) полотенцесушителя в управляющую компанию, обладающую необходимыми техническими специалистами.

Доводы ответчика о том, что согласно выводам эксперта поврежденные детали содержат производственный дефект, являются несостоятельными, поскольку противоречат содержанию заключения судебной экспертизы, в котором отсутствуют выводы о наличии в гайке с фланцем и цилиндрической частью с наружной резьбой, которая повредилась в результате коррозии, производственного дефекта.

При этом, суд принимает во внимание, что из содержания заключения судебной экспертизы усматривается, что названная выше деталь подверглась коррозии в результате длительной эксплуатации.

Данный вывод соответствует письменным объяснениям ответной стороны, которая пояснила, что соответствующая деталь приобреталась ею в конце 2015 – начале 2016гг.

Доводы ответчика о том, что производитель полотенцесушителя в соответствии с п.6.1 паспорта гарантирует работоспособность полотенцесушителя в течение 7 (семи) лет со дня продажи, в рассматриваемом случае правового значения не имеют, поскольку из содержания заключения судебной экспертизы усматривается, что поврежденная гайка с фланцем, использованная ответной стороной при подключении полотенцесушителя к системе ГВС, штатной деталью полотенцесушеителя не являлась.

Таким образом, при достаточной степени разумности и осмотрительности, используя для подключения полотенцесушителя к системе ГВС в нарушение схемы подключения дополнительную гайку с фланцем, имеющую малую коррозионную устойчивость, ответчица могла и должна была своевременно произвести ее замену, что объективно исключило бы произошедшую протечку.

Оценивая доводы ответной стороны о том, что повреждение указанной детали произошло одномоментно, то есть является форс-мажорным обстоятельством, суд учитывает, что обстоятельством непреодолимой силы (форс-мажорным обстоятельством) является чрезвычайное и непредотвратимое при данных условиях обстоятельство, однако повреждение указанной выше детали объективно могло быть предотвращено путем монтажа полотенцесушителя в соответствии со схемой подключения, своевременной замены использованной для подключения детали либо использования детали, имеющей высокую коррозионную устойчивость.

Таким образом, повреждение детали, использованной при подключении полотенцесушителя к системе ГВС в квартире ответчицы, форс-мажорным обстоятельством не является.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что вина ФИО2 в протечке, приведшей к повреждению имущества истца, в ходе настоящего судебного разбирательства ею опровергнута не была, в связи с чем исковые требования истца о взыскании с нее ущерба от протечки подлежат удовлетворению.

В подтверждение размера причиненного ущерба истцом ФИО1 суду был представлен отчет об оценке №2020/01/09-19 от 13.01.2020г., составленный ООО «Центр оценки и экспертиз», согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта помещения (квартиры) и имущества, находящегося по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, по состоянию на 09.01.2020г. составляет без учета износа 1 898 300 руб., с учетом износа – 1 813 900 руб. (т.1 л.д.12-157).

В связи с несогласием ответчицы с размером причиненного ущерба судом по ее ходатайству была назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению судебной экспертизы №104-22/20 от 14.08.2020г., выполненной ООО «Центр независимой экспертизы «Петроградский Эксперт», рыночная стоимость восстановительного ремонта квартиры истца составляет без учета износа 887 581 руб., с учетом износа – 834 648 руб. (т.2 л.д.5-76).

Заключение судебной экспертизы в указанной части также является четким, понятным, мотивированным; эксперт имеет необходимые образование, квалификацию, стаж и опыт работы, не заинтересован в исходе дела, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований сомневаться в правильности выводов судебного эксперта у суда не имеется. Истец с заключением судебной экспертизы согласился и уточнил исковые требования в соответствии с выводами судебного эксперта.

Доказательств иного размера ущерба ответной стороной суду в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ суду не представлено.

Учитывая изложенное, суд считает возможным согласиться с указанным выводом судебного эксперта и приходит к выводу о том, что причиненный истцу в результате протечки ущерб подлежит взысканию с ответчицы ФИО2 в требуемом истцом размере (834 648 руб.).

Разрешая требования истца, суд также проверил наличие оснований для уменьшения размера ущерба, предусмотренных ст.1083 ГК РФ.

Согласно п.1 ст.1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

В соответствии с п.2 данной статьи если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

Согласно п.3 ст.1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Вместе с тем, содержащихся в ст.1083 ГК РФ условий для уменьшения размера ущерба, подлежащего взысканию с ФИО2 в пользу ФИО1, судом в ходе судебного разбирательства не установлено.

Так, как указано выше, причинение истцу ущерба из-за протечки является следствием вины ФИО2, а не умысла ФИО1

Объективных доказательств наличия со стороны ФИО1 грубой неосторожности, способствовавшей возникновению или увеличению вреда, ответной стороной суду в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ не представлено.

Ответчик ссылается на то, что в момент аварии истца и членов его семьи дома не было, при этом на многочисленные звонки по мобильному телефону ни ночью, ни днем истец не ответил и не перезвонил; ему было направлено смс-сообщение, однако несмотря на своевременное оповещение о произошедшей аварии и заливе квартиры истца, истцом не было предпринято каких-либо мер для уменьшения убытков, он не поторопился прибыть в квартиру и ликвидировать последствия залива.

Вместе с тем, суд полагает, что указанное не свидетельствует о грубой неосторожности истца, которая способствовала или могла способствовать возникновению или увеличению вреда, поскольку отъезд истца с семьей на новогодние каникулы с целью отдыха в другой регион, равно как и отказ прерывать данный отдых с учетом уже состоявшегося факта залива, сами по себе не могут быть признаны действиями, не отвечающими обычной степени разумности и осмотрительности.

При этом, ответчиком суду не представлено доказательств того, что в случае прибытия истцом на место происшествия не через несколько дней (по окончании отдыха), а через день (с учетом времени, необходимого для прибытия из другого региона), истец объективно имел бы возможность уменьшить размер ущерба, причиненного ему протечкой горячей воды.

Доводы ответчика об обратном являются предположением, не основанным на каких-либо объективных фактах и доказательствах.

Ответчик в ходе судебного разбирательства также ссылалась на тяжелое материальное положение и воспитание троих детей.

Вместе с тем, в судебных заседаниях 22.09.2020г. и 13.10.2020г. ФИО2 пояснила суду, что она трудоустроена, замужем, ее супруг работает; старшему сыну 25 лет, он также работает, проживает совместно с ней, имеет единый бюджет и ведет с ней совместное хозяйство; дочь также совершеннолетняя, перешла на 4-й курс института, не работает, стипендию не получает; младшему сыну 10 лет; у нее есть автомобиль, а также земельный участок, полученный на средства материнского капитала, трехкомнатная квартира площадью 90 кв.м.

Как следует из представленных ответной стороной суду справок о доходах по форме 2-НДФЛ, среднемесячная заработная плата ответчицы ФИО2 в 2020 году составляет 86 988,52 руб. (т.2 л.д.96), что значительно превышает размер прожиточного минимума в Санкт-Петербурге, ее супруга – 54 257,18 руб., что также значительно превышает размер прожиточного минимума в Санкт-Петербурге, от представления справки о доходах сына, ведущего с ФИО2 совместное хозяйство и имеющего с ней единый бюджет, ответчица уклонилась, справку о том, что совершеннолетняя дочь обучается на дневном отделении и не получает стипендию, также не представила.

Суду представлены сведения о кредитных договорах, согласно которым ежемесячные выплаты по кредитам составляют 126 551,79 руб., что превышает ежемесячный доход семьи ответчика на сумму 10 993,29 руб.

Оценивая указанные сведения о кредитных обязательствах ответчицы в совокупности со сведениями о ее доходах, суд приходит к выводу о том, что поскольку согласно представленным ответной стороной суду справкам ни по одному из кредитных договоров ответчица задолженности не имеет, то есть своевременно совершает кредитные платежи на сумму, превышающую ее доход, сообщенный суду в рамках настоящего спора, ФИО2 скрывает дополнительные источники дохода.

Данный вывод подтверждается также объяснениями ФИО2, данными суду в судебном заседании 22.09.2020г., согласно которым своими силами произвести истцу ремонт она не предлагала, она не верит, что у истца возник такой ущерб от залива и может выплатить ему 200 000 руб. (т.1 л.д.114).

Совокупность указанных выше обстоятельств, по мнению суда, опровергает доводы ФИО2 о ее тяжелом материальном положении, с которым п.3 ст.1083 ГК РФ связывает право, но не обязанность суда уменьшить размер ущерба, подлежащего возмещению причинителем вреда.

При этом, суд полагает, что сам по себе факт наличия у ответчицы кредитов не является основанием от освобождения ее от обязанности возместить причиненный вред в полном объеме.

При объективной невозможности единовременного возмещения ущерба ответчица имеет возможность погашать его частями, при представлении объективных доказательств этому также заявить ходатайство о рассрочке исполнения решения суда.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оснований для уменьшения размера причиненного ущерба по правилам ст.1083 ГК РФ суд в рассматриваемом случае не находит.

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Поскольку исковые требования истца удовлетворены в полном объеме, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по составлению заключения независимой экспертизы в размере 13 000 руб., несение которых подтверждается договором №2020/01/09-09-18 от 09.01.2020г. об оказании услуг по оценке (т.1 л.д.178-180), квитанцией на оплату оценочных услуг №3879 серия АА от 15.01.2020г. на сумму 12 500 руб. и 500 руб. за копию отчета, необходимую для представления ответчику (т.1 л.д.181), которые являлись необходимыми для подтверждения обоснованности требований истца по размеру, а также расходы по оплате государственной пошлины 17 692 руб.

Также с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оформлению доверенности в размере 1800 руб. (т.1 л.д.202), так как данная доверенность выдана истцом представителем по конкретному делу, следовательно, расходы по ее оформлению могут быть отнесены к судебным издержкам, связанным с рассмотрением настоящего дела.

Поскольку исковые требования истца удовлетворены, с ответчика в его пользу в силу ст.100 ГПК РФ подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя, которые подтверждаются договором №б/н о возмездном оказании юридической помощи от 02.03.2020г. (т.1 л.д.182-183) и квитанцией на оплату юридических услуг №000128 серия АА от 02.03.2020г. на сумму 35 000 руб. (т.1 л.д.184).

При этом, учитывая характер спора, сложность дела, а также объем правовой помощи, оказанной истцу его представителем, непредставления ответчиком доказательств чрезмерности данных расходов, суд полагает требуемую истцом сумму в размере 35 000 руб. в рассматриваемом случае в полной мере отвечающей требованиям разумности и справедливости.

Оснований для снижения указанной суммы расходов по инициативе суда суд также не усматривает, поскольку доказательств того, что в Санкт-Петербурге за аналогичные услуги обычно взымается плата в меньшем размере и, соответственно, требуемая истцом сумма расходов на представителя является чрезмерной, суду не представлено и судом не добыто.

На основании изложенного, руководствуясь ст.199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 ущерб, причиненный заливом квартиры, в размере 834 648 (восемьсот тридцать четыре тысячи шестьсот сорок восемь) руб., расходы по составлению отчета об оценке в размере 13 000 (тринадцать тысяч) руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 (тридцать пять тысяч) руб., расходы на оформление доверенности в размере 1800 (одна тысяча восемьсот) руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 692 (семнадцать тысяч шестьсот девяносто два) руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Л. Лемехова