Решение № 2-1/2024 2-1/2024(2-14/2023;2-1686/2022;)~М-685/2022 2-14/2023 2-1686/2022 М-685/2022 от 21 января 2024 г. по делу № 2-1/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 января 2024 года г.о. Балашиха

Московская область

Железнодорожный городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Мазур В.В.,

при секретаре Орловой Д.Г.,

с участием представителя истца ФИО1 – адвоката Петрова С.А.,

ответчика ФИО2 и ее представителя - адвоката Усанова А.Г. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости, признании недействительными доверенности, завещания, применении последствий недействительности сделки, признании объекта недвижимости вошедшим в состав наследственного имущества,

УСТАНОВИЛ

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости, применении последствий недействительности сделки, признании объекта недвижимости вошедшим в состав наследственного имущества, указав, что во время брака с ФИО4 ими была приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>. ФИО4 на случай смерти распорядилась всем своим имуществом, в том числе указанной квартирой, в пользу ФИО12, в случае его смерти ранее смерти наследодателя или одновременно с наследодателем, в пользу ФИО2, путем составления 27 ноября 2007 г. завещания, удостоверенного нотариусом. ФИО2, племянница ФИО7, узнав о содержании завещания ФИО7, вошла к ней и ФИО12 в доверие, пользуясь их беспомощным состоянием, под видом оказания помощи понудила ФИО7 и ФИО12 выдать ей доверенность на распоряжение принадлежащими им денежными средствами, с января 2021 г. убеждала ФИО7 при ее посещении оформить на нее квартиру, при этом угрожала отказом в передаче пенсии, которой распоряжалась по своему усмотрению, и причинением вреда здоровью, 30 июня 2021 г. совместно с двоюродной сестрой ФИО10 и нотариусом ФИО8 по месту жительства ФИО7 и ФИО12, оказывая на них психологическое давление, угрожая им лишением материального содержания и выселением из квартиры, пользуясь их преклонным возрастом и беспомощным состоянием, неспособностью ФИО7 понимать характер своих действий и руководить ими вследствие психического расстройства, располагая выданными ранее под влиянием заблуждения ФИО12 и ФИО7 доверенностями, понудила ФИО7 заключить договор дарения квартиры, выдать доверенность на совершение дарения представителем, составить завещание в пользу ФИО2, а ФИО12 дать письменное согласие на отчуждение квартиры. ФИО7 умерла 19 декабря 2021 г., после ее смерти с заявлением о принятии наследства обратился ФИО12 Истец полагает, что договор дарения квартиры от 30 июня 2021 г., доверенность, выданная ФИО7 ФИО10 30 июня 2021 г. на совершение от ее имени сделки дарения, завещание ФИО7 от 30 июня 2021 г. подлежат признанию недействительными на основании статей 177, 179 ГК РФ, поскольку в момент их совершения ФИО7 находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, и совершила их под влиянием угрозы. Кроме того, при удостоверении согласия ФИО12 на дарение квартиры, доверенности на совершение дарения представителем, завещания нотариусом ФИО8 были допущены нарушения статей 1118-1124 ГК РФ и статьи 57 Основ законодательства о нотариате.

С учетом уточнения исковых требований истец просит:

- признать недействительной сделку по отчуждению объекта недвижимости общей площадью 31,4 кв.м, жилой - 16,8 кв.м, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, совершенную между ФИО7 и ФИО2;

- признать недействительной доверенность, выданную ФИО7 на имя ФИО10 30 июня 2021 г. на совершение от ее имени сделки дарения, принадлежащего ей на праве собственности объекта недвижимости общей площадью 31,4 кв.м, жилой - 16,8 кв.м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: <адрес>;

- признать недействительным завещание, совершенное ФИО4 30 июня 2021 г., составленное нотариусом Балашихинского нотариального округа ФИО8;

- применить последствия недействительности сделки - возвратить квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в собственность ФИО7 и прекратить право собственности на квартиру ФИО2;

- признать объект недвижимости, расположенный по адресу: <адрес>, вошедшим в состав наследственного имущества ФИО7, умершей 19 декабря 2021 г.

Определением Железнодорожного городского суда <адрес> от 24 ноября 2023 г. допущена замена истца ФИО12, выбывшего из спорного правоотношения в связи со смертью 02 апреля 2023 г., его правопреемником ФИО1

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена, ее представитель в судебном заседании на удовлетворении уточненных исковых требований настаивал и просил удовлетворить их в полном объеме.

Ответчик ФИО2 и ее представитель исковые требования не признали, просили в удовлетворении заявленных требований отказать. ФИО2 пояснила, что ФИО7 считала ее своей дочерью и хотела, чтобы квартира принадлежала ей, поскольку ФИО7 было тяжело передвигаться, она пригласила нотариуса в квартиру ФИО7, психическими заболеваниями ФИО7 не страдала.

Третье лицо - нотариус ФИО14 в судебное заседание не явилась, извещена, ранее представила в суд письменные пояснения, в которых указала, что 30 ноября 2021 г. по месту жительства ФИО7 и ФИО12 по адресу: <адрес>, ею были удостоверены от имени ФИО7 доверенность на совершение дарения квартиры и завещание ФИО7, от имени ФИО12 согласие на дарение квартиры, при их удостоверении дееспособность ФИО7 и ФИО12 ею была проверена и сомнений не вызывала.

Свидетель ФИО9, допрошенный в судебном заседании 18 мая 2022 г., показал, что до 2019 г. они с ФИО7 хорошо общались, после 2019 г. отношения ухудшились, она его узнавала с трудом, выгоняла из квартиры.

Из показаний свидетеля ФИО1, допрошенной в судебном заседании 18 мая 2022 г., следует, что по приезде в квартиру к ФИО7 она увидела ее в ужасном состоянии, на кухне лежали психотропные таблетки.

Свидетель ФИО10, допрошенная в судебном заседании 25 августа 2022 г., показала, что ФИО7 была ее тетей, они общались по телефону, на вопросы ФИО7 отвечала нормально, выезжать куда-то ей было проблематично.

Суд, заслушав объяснения явившихся лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы гражданского дела, пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

Доверенности на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должны быть нотариально удостоверены (пункт 1 статьи 185.1 ГК РФ).

К ним относятся доверенности, уполномочивающие представителя на отчуждение имущества, права на которое зарегистрированы в реестре (например, заключение договоров купли-продажи, мены, дарения в отношении такого имущества) (пункт 128 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Пунктом 1 статьи 420 ГК РФ предусмотрено, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону (статья 1111 ГК РФ).

Согласно пункту 5 статьи 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Положениями статьи 1131 ГК РФ предусмотрено, что при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание) (пункт 1); завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (пункт 2).

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Согласно пункту 1 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 1 статьи 179 ГК РФ).

Закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании (пункт 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Из материалов дела следует, что ФИО12 и ФИО7 состояли в браке с 22 июня 1973 г., что подтверждается свидетельством о заключении брака.

В период брака на имя ФИО7 приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, право собственности на квартиру за ФИО7 в едином государственном реестре недвижимости зарегистрировано 28 июня 2001 г.

27 ноября 2007 г. ФИО7 составила нотариально удостоверенное завещание, в котором распорядилась всем своим имуществом, какое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось и где бы оно не находилось, в том числе квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, в пользу мужа ФИО12, в случае его смерти ранее ее смерти или одновременно с ней, в пользу ФИО2

30 июня 2021 года ФИО12 дал нотариальное согласие своей супруге, ФИО7 на дарение на ее условиях и по ее усмотрению нажитого ими в браке имущества состоящего из: квартиры, находящейся по адресу: <адрес>.

30 июня 2021 г. ФИО7 выдала ФИО10 доверенность на совершение дарения квартиры.

30 июня 2021 г. ФИО10, действуя от имени ФИО7 на основании нотариально удостоверенной доверенности от 30 июня 2021 г., с письменного согласия ФИО12 от 30 июня 2021 г., удостоверенного нотариально, заключила с ФИО2 договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Переход права собственности на жилое помещение по договору дарения зарегистрирован в едином государственном реестре недвижимости 13 июля 2021 г.

ФИО1 и ФИО12 обратились в МУ МВД России «Балашихинское» с заявлением о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности по факту мошеннических действий в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Постановлением исполняющего обязанности дознавателя ОП по обслуживанию м/р Железнодорожный от 02 декабря 2021 г. в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 330 УК РФ, отказано на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

19 декабря 2021 г. ФИО7 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти.

27 января 2022 г. к нотариусу по месту открытия наследства обратилась ФИО1, действующая от имени ФИО12 по доверенности, с заявлением о принятии наследства по всем основаниям, послужившим началом производства по наследственному делу в отношении наследодателя ФИО7

Наследственное дело содержит завещание, составленное ФИО7 30 июня 2021 г., удостоверенное нотариусом Балашихинского нотариального округа <адрес> ФИО8, зарегистрированное в реестре под номером 50/143-н/50-2021-5-70, в котором завещатель ФИО7 распорядилась принадлежащей ей на праве собственности квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, в пользу ФИО2

Истец и его представитель в своих объяснениях утверждали, что ФИО7 в момент выдачи доверенности на совершение дарения квартиры представителем, заключения договора дарения и совершения завещания 30 июня 2021 г. находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Ответчик и его представитель в своих объяснениях утверждали, что ФИО7 психическим заболеванием не страдала.

Из сообщения ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница «Диспансерное отделение № психоневрологического диспансера» от 26 апреля 2022 г. следует, что ФИО7 под диспансерным наблюдением врача-психиатра не находилась, консультативно-лечебную помощь не получала.

Согласно сообщению ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница» Наркологический диспансер» ФИО7 у врача-нарколога на учете не состояла.

Из медицинских документов ФИО16. следует, что в августе 2009 г. ей установлен диагноз «Гипертензивная (гипертоническая) болезнь с преимущественным поражением сердца без застойной сердечной недостаточности», в период со 2 сентября 2011 г. по 26 сентября 2011 г. она обращалась за медицинской помощью с диагнозом «Гипертензивная (гипертоническая) болезнь с преимущественным поражением сердца без застойной сердечной недостаточности», 03 ноября 2011 г. врачом-эндокринологом ФИО7 выставлен диагноз «Инсулиннезависимый сахарный диабет с неуточненными осложнениями», при повторном посещении врача-эндокринолога ей установлен диагноз «Инсулиннезависимый сахарный диабет с множественными осложнениями», 17 июня 2021 г. фельдшерской бригадой ФИО7 постановлен диагноз «Пневмония неуточненная», 18 июня 2021 г. при осмотре ФИО7 врачом-терапевтом по месту жительства диагноз «Пневмония неуточненная» был подтвержден, 24 июня 2021 г. по результатам осмотра врача-кардиолога ФИО7 установлен диагноз «Ишемическая болезнь сердца. Атеросклеротический кардиосклероз. Гипертоническая болезнь 3 стадии, риск 4. Хроническая сердечная недостаточность, левосторонний гидроторакс? Застойная левостороння нижнедолевая пневмония. Сахарный диабет 2 типа, средней тяжести», 01 декабря 2021 г. ФИО7 была осмотрена врачом-терапевтом, во время осмотра контакту была недоступна из-за выраженных мнестических нарушений, самостоятельно себя не обслуживала, с кровати не вставала, речевые функции были утрачены, тазовые функции не контролировала, ей установлен диагноз «Дисциркуляторная энцефалопатия 3 степени. Деменция».

Согласно медицинскому заключению врача ООО «Оздоровительный центр» «Залесье», имеющего сертификат специалиста по специальности «неврология», диагноз «Дисциркуляторная энцефалопатия 3 степени. Деменция» выставлен врачом-терапевтом, не имеющим квалификации и сертификата специалиста невролога и психиатра, данные осмотра пациента сведений для постановки такого диагноза не содержат.

При возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний, в том числе по доводам сторон и их представителей, определениями Железнодорожного городского суда <адрес> от 24 октября 2022 г. были назначены посмертная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено ООО «Компромисс-М», и посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУЗ МО «ЦКПБ» им. ФИО11.

В заключении от 07 декабря 2022 г. №2-1686/2022 эксперт ООО «Компромисс-М» пришел к выводу о том, что подписи от имени ФИО7 в завещании от 30 июня 2021 г., составленного в пользу ФИО2, и в доверенности, выданной на имя ФИО10, удостоверенные нотариусом ФИО8, выполнены ФИО7

При оценке заключения эксперта по правилам, предусмотренным статьей 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что оно отвечает требованиям относимости, допустимости и достаточности, сомнений в его достоверности не имеется.

Заключение содержит описание проведенного экспертом исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные вопросы, порядок проведения экспертизы не нарушен, экспертиза проведена экспертом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов, заинтересованности эксперта не установлено, эксперт предупрежден об ответственности, предусмотренной статьей 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований для назначения дополнительной или повторной экспертизы, предусмотренных статьей 87 ГПК РФ, в том числе по доводам представителя истца, судом не установлено.

Согласно заключению комиссии экспертов от 30 января 2023 г. №10/п ФИО7 в юридически значимый период (момент совершения завещания и выдачи доверенности от 30 июня 2021 г.) обнаруживала признаки психического заболевания в форме неуточненного органического расстройства в связи со смешанными заболеваниями (шифр по МКБ-10-F06.998), об этом свидетельствуют материалы гражданского дела, сведения из медицинской документации о появлении у ФИО7 на фоне длительно существующей сосудистой патологии головного мозга (гипертоническая болезнь, церебральный атеросклероз) и дисметаболических расстройств (сахарный диабет), церебрастенических жалоб (головные боли, общая слабость в 2020 г.), снижения когнитивных функций (снижение памяти при осмотрах врачом-терапевтом 22 апреля 2021 г., 18 июня 2021 г., при осмотре врачом-кардиологом ООО «Мед гарант» 24 июня 2021 г. «не могла объяснить, зачем вызвала врача»). Установить степень выраженности нарушений со стороны психики, их влияние на способность понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения завещания от 30 июня 2021 г. и в момент выдачи доверенности от 30 июня 2022 г., по представленным сведениям, не представляется возможным.

Оценив заключение комиссии экспертов по правилам, предусмотренным статьей 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что оно отвечает требованиям относимости, допустимости и достаточности, соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, экспертиза проведена с соблюдением установленного порядка лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов и имеющими длительный стаж экспертной работы, содержит подробное описание проведенных исследований и сделанные в результате их выводы. Эксперты предупреждены об ответственности, предусмотренной статьей 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, заинтересованности экспертов не установлено.

Оснований для назначения дополнительной или повторной экспертизы, предусмотренных статьей 87 ГПК РФ, не имеется.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого имеющегося в деле доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии, предусмотренных пунктом 1 статьи 177 ГК РФ оснований для признания недействительными оспариваемых истцом доверенности от 30 июня 2021 г., договора дарения от 30 июня 2021 г. и завещания от 30 июня 2021 г., поскольку бесспорных и достоверных доказательств, подтверждающих, что ФИО7 в момент выдачи доверенности, заключения договора дарения и совершения завещания находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, суду не представлено, имеющиеся в деле доказательства такие сведения не содержат.

Показания допрошенных в судебных заседаниях свидетелей относительно состояния ФИО7 противоречивы, медицинские документы сведений о наличии у ФИО7 психического расстройства в момент выдачи доверенности, заключения договора дарения и совершения завещания не содержат, на учете у врача-психиатра и у врача-нарколога ФИО7 не состояла, из заключения комиссии экспертов следует, что ФИО7 обнаруживала признаки психического заболевания в форме неуточненного органического расстройства в связи со смешанными заболеваниями (шифр по МКБ-10-F06.998), однако установить степень выраженности нарушений со стороны психики, их влияние на способность понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения завещания от 30 июня 2021 г. и в момент выдачи доверенности от 30 июня 2022 г., по представленным сведениям, не представляется возможным.

Оспариваемые доверенность от 30 июня 2021 г., договор дарения от 30 июня 2021 г. и завещание от 30 июня 2021 г. содержат действительную волю ФИО7 с учетом цели выдачи доверенности и совершения сделок - дарения и завещания.

Выданная ФИО7 письменная доверенность на совершение дарения представителем нотариально удостоверена и соответствует требованиям пункта 5 статьи 576 ГК РФ.

В доверенности, выданной ФИО7 на совершение дарения представителем ФИО10, названа одаряемая ФИО2 и указан предмет дарения - квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

Договор дарения квартиры, приобретенной в период брака, заключен с письменного согласия супруга ФИО7 - ФИО12

Завещание от 30 июня 2021 г. ФИО7 совершено лично, составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом, на завещании указаны место и дата его удостоверения, завещание записано со слов завещателя нотариусом, до его подписания полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса, завещание собственноручно подписано завещателем.

Доводы истца и его представителя о том, что при составлении завещания нотариусом были допущены нарушения статей 1118-1124 ГК РФ и статьи 57 Основ законодательства о нотариате, носят предположительный характер и подтверждения при рассмотрении дела не нашли.

Доводы истца и его представителя о том, что доверенность от 30 июня 2021 г., договор дарения от 30 июня 2021 г. и завещание от 30 июня 2021 г. совершены ФИО7 под влиянием угрозы, которая носила реальный характер и была направлена на достижение правовых последствий, не желаемых ФИО7, какими-либо доказательствами не подтверждены, не установлены такие обстоятельства и при рассмотрении дела.

Показания свидетелей ФИО9 и ФИО1 о том, что ФИО12 заставили подписать документы и он их подписал под давлением, данные со слов ФИО12, факт заключения ФИО4 договора дарения квартиры, выдачи доверенности на совершение дарения представителем и совершения завещания под влиянием угрозы не подтверждают.

При таких обстоятельствах суд отказывает истцу в удовлетворении заявленных требований о признании недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости, признании недействительными доверенности, завещания.

И поскольку исковые требования о применении последствий недействительности сделки, признании объекта недвижимости вошедшим в состав наследственного имущества производны от исковых требований о признании недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости, признании недействительными доверенности, завещания, в удовлетворении которых истцу отказано, суд отказывает в удовлетворении исковых требований о применении последствий недействительности сделки, признании объекта недвижимости вошедшим в состав наследственного имущества.

Поскольку в удовлетворении иска отказано, оснований для взыскания с ответчика судебных расходов по уплате государственной пошлины, исходя из положений статьи 98 ГПК РФ, также не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ

Иск ФИО1 к ФИО2 о признании недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости, признании недействительными доверенности, завещания, применении последствий недействительности сделки, признании объекта недвижимости вошедшим в состав наследственного имущества – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме через Железнодорожный городской суд Московской области.

Судья В.В. Мазур

Мотивированный текст решения изготовлен 08 февраля 2024 года