Апелляционное определение № 33-5220/2026 от 15 марта 2026 г.

Судья Сулейманов М.Б. УИД 16RS0051-01-2025-011941-20

Дело № 2-7176/2025

Дело № 33-5220/2026

Учет № 212г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Мелихова А.В.,

судей Абдуллина И.И., Муртазина А.И.,

с участием прокурора Янусика А.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Азмухановым Р.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Муртазина А.И. гражданское дело по апелляционной жалобе Федеральной службы по надзору в сфере транспорта и по апелляционной жалобе Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» на решение Советского районного суда города Казани Республики Татарстан от 2 сентября 2025 года, которым постановлено:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (ИНН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (ИНН ....) компенсацию морального вреда в размере 1 600 000 руб.

Взыскать с Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН ....) компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (ИНН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 (ИНН ....) компенсацию морального вреда в размере 1 600 000 руб.

Взыскать с Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (ИНН ....) компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (ИНН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 (ИНН ....) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Взыскать с Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (ИНН ....) компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <***>) в бюджет муниципального образования г. Казани государственную пошлину в размере 3000 руб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителя истца ФИО3 – ФИО4, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, заслушав заключение прокурора Янусика А.С., просившего оставить решение суда без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 (далее совместно именуемые – истцы) обратились в суд с иском к Федеральной службе по надзору в сфере транспорта, ФАУ «Российское классификационное общество» (далее совместно именуемые – ответчики) о компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что 10 июля 2011 года на территории Куйбышевского водохранилища в результате затопления дизель-электрохода «Булгария» погибла находившаяся на борту судна ФИО6, которая являлась дочерью ФИО1 и ФИО2, и родной сестрой ФИО3

3 июля 2014 года по факту крушения дизель-электрохода «Булгария» Московским районным судом г. Казани в отношении должностных лиц, причастных к крушению вынесен приговор.

Истцам причинены моральные, нравственные страдания в результате гибели их близкого человека.

На основании изложенного, истцы обратились в суд с настоящим иском и просили взыскать в пользу ФИО1 с Федеральной службы по надзору в сфере транспорта компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., с ФАУ «Российское классификационное общество» компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.; в пользу ФИО2 с Федеральной службы по надзору в сфере транспорта компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., с ФАУ «Российское классификационное общество» компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., в пользу ФИО3 с Федеральной службы по надзору в сфере транспорта компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., с ФАУ «Российское классификационное общество» компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

Истцы в суд не явились, извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

В судебном заседании представитель ответчика Федеральной службы по надзору в сфере транспорта иск не признал, просил в его удовлетворении отказать, ранее представил письменные возражения на иск.

Представитель ответчика ФАУ «Российское классификационное общество» в суд не явился, извещен надлежащим образом, ранее представил письменные возражения на иск.

Представитель третьего лица Министерство транспорта Российской Федерации в суд не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица МТУ Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по Приволжскому федеральному округу в суд не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица ПАО «СК «Камское речное пароходство» в суд не явился, извещен надлежащим образом, ранее представил письменные пояснения по делу.

Третьи лица ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 в суд не явились, извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

Суд первой инстанции исковые требования удовлетворил частично, постановив решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе представитель федерального казенного учреждения «Российское классификационное общество» ФИО17 просит отменить решение суда ввиду его незаконности и принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований. В обоснование указывает, что мотивы отклонения доводов Российского классификационного общества, действительно указанных в возражениях, в обжалуемом решении суда не приведены. Исходя из содержания приговора Московского районного суда города Казани от 3 июля 2014 года в качестве потерпевшей по уголовному делу фигурирует только ФИО2, доказательства о признании остальных истцов по настоящему делу потерпевшими по уголовному делу не представлено. С учетом того, что истцы мотивируют свои требования к Российскому классификационному обществу именно совершением бывшим работником Российского классификационного общества преступления, данные требования должны быть взаимоувязаны с соответствующим уголовным делом и результатом его рассмотрения судом, приговор которого имеет обязательное преюдициальное значение в гражданском процессе о взыскании вреда, причиненного преступлением. Указание в исковом заявлении пяти предложений, обобщенно декларирующих тяжесть семьи от потери близкого человека, не может обосновывать заявленный размер компенсации, десятикратно превышающий размер компенсаций морального вреда, присужденных судом иным потерпевшим по тому же уголовному делу. Иных доказательств, обосновывающих размер заявленных требований, истцы не представили. В частности, не представлены доказательства поддержания моральной (эмоциональной) связи ФИО6 с истцами, проведения большего времени ФИО6 с братом (показания свидетелей, документальные свидетельства: переписка, совместные фотографии и т.д.), в чем заключается тяжесть переживаний на протяжении уже 13 лет с момента смерти ФИО6 Чрезмерное завышение размера компенсации за причинение морального вреда истцами может быть вызвано привлечением истцами ФИО4 в качестве представителя. Указанным гражданином на сайте в сети интернет предлагается заключать с ним договор на оказание юридических услуг, оплата которых заказчиками предполагается в виде процентов от суммы компенсации морального вреда, что определенно может необоснованно повлечь завышение размера требуемой истцами компенсации, тогда как расходы на представителя должны входить в судебные издержки, имеющие иной правовой механизм возмещения. Суд первой инстанции при вынесении обжалуемого решения суда не принял во внимание, что РКО как ответчиком оспаривается не право потерпевших по уголовному делу на компенсацию морального вреда, а ее размер, в связи с чем в возражениях РКО указывалось на непредставление истцами доказательств, обосновывающих заявленный размер исковых требований. Кроме того, в обжалуемом решении суда указано, что при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции учитывал также «долгие дни поиска тела дочери и сестры, перенесенный ФИО1 инфаркт, приобретенная ФИО2 язва 12-ти перстной кишки», тогда как соответствующие доказательства истцами не предъявлялись, ответчикам вопреки части 3 статьи 56 ГПК РФ, ссылки на такие доказательства в исковом заявлении отсутствуют. Более того, само по себе указание на перенесенные в течение прошедших с момента трагедии 13 лет истцами заболеваний не свидетельствует об их причинно-следственной связи с моральными переживаниями от гибели ФИО6 В результате не рассмотрения судом первой инстанции заблаговременно поданного РКО ходатайства об участии в судебном заседании путем веб-конференции или видеоконференцсвязи и не извещения РКО о результатах рассмотрения этого ходатайства при рассмотрении дела были нарушены основополагающий принцип гражданского судопроизводства – состязательности и равноправия сторон, а также его задач и смысла, установленных статьей 2 ГПК РФ и право на справедливую судебную защиту, гарантированную каждому частью 1 статьи 46 Конституции РФ. РКО не является лицом, причинившим вред истцам, или владельцем источника повышенной опасности, а также лицом, ведущим деятельность повышенной опасности, а является лишь работодателем причинителя вреда. Следовательно, в силу части 1 статьи 1068 ГК РФ несет солидарную со своим бывшим работником обязанность по возмещению причиненного вреда и взыскание с РКО компенсации морального вреда по данному делу должно быть обусловлено частью 1 статьи 323 ГК РФ.

В апелляционной жалобе представитель ответчика Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (Ространснадзор) ФИО18 просит отменить решение суда ввиду его незаконности и принять по делу новое решение о долевой компенсации морального вреда с учетом степени вины каждого из лиц, виновность которых установлена приговором суда от 3 июля 2014 года, апелляционным определением от 2 апреля 2015 года и постановлениями следователя от 4 мая 2012 года. В обоснование указывает, что судом первой инстанции в нарушение требований материального права не учтена вина указанных лиц и других осужденных, не являвшихся работниками ответчиков по настоящему делу, при определении величины долевой ответственности каждого из причинителей вреда. Данное нарушение идет вразрез позиции Верховного Суда Российской Федерации, регламентирующий долевую ответственность, указанной в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33. Заключение договора аренды не исключает деликтной ответственности собственника судна по настоящему делу, которая наряду с виновностью лиц, установленных приговором суда и постановлениями следователя, надлежало учесть как при определении долевой ответственности каждого из указанных лиц, что, в свою очередь, надлежало учесть при определении доли вины каждого из ответчиков, так и величины денежной компенсации морального вреда. Суд неправильно применил нормы материального права, определив степень ответственности Ространснадзора в общей доле, равной со степенью ответственности виновных лиц, управлявших источником повышенной опасности. Доли ответственности каждого из лиц, виновность которых в крушении судна установлена, необходимо определить в долях, размер которых обжалуемым решением суда не установлен. Поскольку приговором удовлетворены иски потерпевших, с осужденных взыскано от 200 000 рублей до 400 000 рублей, следовательно, общий размер денежной компенсации морального вреда в пользу истцов необходимо определить в размере 200 000 рублей. Следовательно, с учетом изложенных в апелляционной жалобе долей ответственности величина разумной и справедливой денежной компенсации должна составлять 20 000 рублей.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО29 – ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, просил решение суда оставить без изменения.

Прокурор Янусик А.С. в заключении по делу просил оставить решение суда без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Остальные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в жалобе (часть 1 статья 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

На основании пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно статье 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета (государственного внебюджетного фонда Российской Федерации), бюджета субъекта Российской Федерации (территориального государственного внебюджетного фонда), бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. N 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 5.5.13. Положения о Федеральной службе по надзору в сфере транспорта, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30.07.2004 N 398, Федеральная служба по надзору в сфере транспорта осуществляет в установленном порядке выполнение функций главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Службы и реализацию возложенных на нее функций.

Из материалов дела следует, что 10 июля 2011 года на территории Куйбышевского водохранилища в результате затопления дизель-электрохода «Булгария» погибла находившаяся на борту судна ФИО6, которая являлась дочерью ФИО1 и ФИО2, и родной сестрой ФИО3

Приговором Московского районного суда г. Казани от 3 июля 2014 года ФИО11 осуждена по части 3 статьи 238, части 2 статьи 143, части 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации к 11 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью в сфере оказания туристических услуг сроком на три года, ФИО12 – по части 3 статьи 263 Уголовного кодекса Российской Федерации к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением и эксплуатацией пассажирского и грузового водного транспорта на 3 года, ФИО13 – по части 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации к 6 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта сроком на 3 года, ФИО14 – по части 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации к 5 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта сроком на 3 года, ФИО15 – по части 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации к 5 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта, а также в Российском Речном Регистре, сроком на 3 года, освобожден по амнистии.

Указанным приговором суда установлено, что ФИО11 – владелец дизель-электрохода «Булгария», ФИО12 – старший помощник капитана дизель-электрохода «Булгария», ФИО13 – начальник Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора, ФИО14 – главный государственный инспектор Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора, ФИО15 – старший эксперт Камского филиала Российского речного регистра – каждый совершили преступления, повлекшие по неосторожности 10 июля 2011 года затопление в акватории Куйбышевского водохранилища р. Волга дизель-электрохода «Булгария», гибель 122 пассажиров и членов экипажа судна, причинение телесных повреждений различной степени тяжести 78 пассажирам и членам экипажа «Булгария» и крупный ущерб собственнику судна.

На момент гибели ФИО19 – ФИО13 и ФИО14 состояли в трудовых отношениях с Казанским линейным отделом Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора, а ФИО15 состоял в трудовых отношениях с Камским филиалом Российского речного регистра (ныне – ФАУ «Российское классификационное общество»).

Полагая, что в результате виновных действий бывших сотрудников (должностных лиц) ответчиков, наступила смерть ФИО6, причинив тем самым истцам значительные страдания, ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с настоящим иском.

Разрешая данное дело, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленных требований и удовлетворил иск частично.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом районного суда как соответствующим обстоятельствам дела и требованиям закона.

Доводы апелляционной жалобы ответчика Федеральной службы по надзору в сфере транспорта о том, что судом первой инстанции в нарушение требований материального права не учтена вина указанных лиц и других осужденных, не являвшихся работниками ответчиков по настоящему делу, при определении величины долевой ответственности каждого из причинителей вреда, суд неправильно применил нормы материального права, определив степень ответственности Ространснадзора в общей доле, равной со степенью ответственности виновных лиц, управлявших источником повышенной опасности, отклоняются судебной коллегией за несостоятельностью.

Как следует из материалов дела, ФИО11, <дата> года рождения, являлась директором ООО «АргоРечТур»; ФИО13, <дата> года рождения, являлся начальником Казанского линейного отдела Волжского Управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта; ФИО14, <дата> года рождения, являлся главным государственным инспектором Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Федерального службы по надзору в сфере транспорта; ФИО15, <дата> года рождения, занимал должность старшего эксперта Пермского участка Камского филиала ФГУ «Российский Речной Регистр»; в состав командного состава экипажа дизель электрохода «Булгария» входили капитан ФИО5, первый помощник капитана ФИО12, механик ФИО7.

Вина ФИО15, ФИО13, ФИО14 и причинно-следственная связь между их действиями при осуществлении должностных обязанностей и наступившими последствиями в виде гибели пассажиров и членов экипажа судна «Булгария», в том числе ФИО6 установлена вступившим в законную силу приговором Московского районного суда г. Казани от 3 июля 2014 года, с учетом изменений внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 2 апреля 2015 года, указанные обстоятельства в силу статьи в силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При рассмотрении иска в порядке уголовного судопроизводства юридические лица Казанский линейный отдел Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора, ФАУ «Российское классификационное общество» в качестве гражданских соответчиков не привлекались, в связи с чем компенсация морального вреда по иным основаниям не может являться условием освобождения работодателя от ответственности за вред, причиненный его работником при исполнении им своих должностных обязанностей.

Учитывая вышеизложенное правовое регулирование и установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно исходил из доказанности причинения истцам физических и нравственных страданий в связи со смертью ФИО6, которая погибла в том числе из-за преступных действий должностных лиц государственного органа – Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, а также сотрудника Камского филиала Российского речного регистра, вследствие чего указанные организации обязаны возместить причиненный истцу моральный вред.

По настоящему делу исковые требования заявлены в отношении ответчиков Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество». Истцом требования о компенсации морального вреда в отношении ПАО «Судоходная компания «Камское речное пароходство» и иных лиц не заявлялись, указанные лица не привлечены к участию в деле в качестве соответчиков, поэтому требования об установлении долевой ответственности и взыскании компенсации морального вреда с указанных лиц, не могут быть удовлетворены.

Судебная коллегия принимает во внимание, что затопление в акватории Куйбышевского водохранилища реки Волга дизель-электрохода «Булгария» и гибели пассажиров и членов экипажа «Булгария», в том числе ФИО6, произошло по вине начальника и главного государственного инспектора Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора – ФИО13, ФИО14, а также старшего эксперта Камского филиала Российского речного регистра, которые привлечены к уголовной ответственности по части 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации. При этом ФИО13 осужден к 6 годам лишения свободы, ФИО14 – к 5 годам лишение свободы, ФИО15 – к 5 годам лишения свободы.

Учитывая, что вред жизни ФИО6 был причинен, в том числе в результате виновных действий работников ответчиков, то в силу положений статьи 1068 ГК РФ обязанность по возмещению данного вреда возлагается на работодателей Федеральное автономное учреждение «Российское классификационное общество» и Федеральную службу по надзору в сфере транспорта, поскольку истцом реализовано право на получение компенсации морального вреда, причиненного вследствие ненадлежащего оказания соответствующих работ и услуг при осуществлении соответственно классификационной деятельности и деятельности по надлежащему надзору в сфере транспорта, обязанность надлежащего оказания и осуществления которых законом возложено на указанных ответчиков, в связи с чем, требования истцов о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными.

В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел степень вины причинителей вреда, а также фактические обстоятельства причинения морального вреда истцам в результате преступных действий сотрудников ответчиков.

При определении конкретного размера компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из всех обстоятельств дела и пришел к выводу о взыскании с ответчика Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта в сфере транспорта в пользу каждого из родителей погибшей ФИО6 компенсации морального вреда в размере 1 600 000 рублей и компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей в пользу ФИО3, который приходится родным братом погибшей ФИО6 С Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» в пользу каждого из родителей погибшей ФИО6 суд взыскал компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей, в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции учитывал характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, долгие дни поиска тела дочери и сестры, перенесенный ФИО1 инфаркт, приобретённая ФИО2 язва 12-ти перстной кишки, в частности, также тот факт, что потеря дочери и сестры причинила истцам нравственные страдания и безусловно является невосполнимой утратой, вследствие которой нарушено личное неимущественное право истцов на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь, индивидуальные особенности истцов, что неизгладимой для истцов является боль утраты своей дочери и сестры, и подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим и продолжающая причинять нравственные страдания истцам, степень и глубину переносимых им нравственных страданий, учитывал обстоятельства гибели, утрату семейной целостности, лишение возможности общения с дочерью и сестрой, их эмоциональные переживания, а также лишение бесценных личных неимущественных прав на любовь со стороны дочери и сестры, поведение ответчиков, которые никаких мер к возмещению причиненного истцам морального вреда, не предприняли, требования разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы ответчика Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» о том, что доказательств, обосновывающих размер заявленных требований, истцы не представили, судебной коллегией отклоняются.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Поэтому взысканная компенсация, по мнению судебной коллегии, отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшим за перенесенные страдания.

Доводы апелляционной жалобы ответчика Федеральной службы по надзору в сфере транспорта о том, что поскольку приговором удовлетворены иски потерпевших, с осужденных взыскано от 200 000 рублей до 400 000 рублей, следовательно, общий размер денежной компенсации морального вреда в пользу истцов необходимо определить в размере 200 000 рублей, следовательно, с учетом изложенных в апелляционной жалобе долей ответственности величина разумной и справедливой денежной компенсации должна составлять 20 000 рублей, судебная коллегия признает несостоятельными.

В соответствии с пунктом 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Принимая во внимание тот факт, что за последние десять лет средний уровень зарплат в России вырос более чем в 2,5 раза, а также учитывая динамику роста индекса потребительских цен за тот же период времени, судебная коллегия полагает, что взысканные судом первой инстанции суммы в качестве компенсации морального вреда соответствуют требованиям разумности и справедливости.

Доводы апелляционной жалобы федерального казенного учреждения «Российское классификационное общество» о том, что суд первой инстанции учитывал также «долгие дни поиска тела дочери и сестры, перенесенный ФИО1 инфаркт, приобретенная ФИО2 язва 12-ти перстной кишки», тогда как соответствующие доказательства истцами не предъявлялись, ответчикам вопреки части 3 статьи 56 ГПК РФ, ссылки на такие доказательства в исковом заявлении отсутствуют, не представлены доказательства поддержания моральной (эмоциональной) связи ФИО6 с истцами, судебной коллегией отклоняются, поскольку соответствующие доказательства имеются в материалах дела (в частности, выписка из истории болезни № 6278 (л.д.87-96, Т.2), фотографии (л.д.101-106, Т.2) и т.д.).

Доводы апелляционной жалобы федерального казенного учреждения «Российское классификационное общество» о том, что само по себе указание на перенесенные в течение прошедших с момента трагедии 13 лет истцами заболеваний не свидетельствует об их причинно-следственной связи с моральными переживаниями от гибели ФИО6, судебная коллегия отклоняет, поскольку последствия перенесенных истцами нравственных и физических страданий в связи со смертью близкого человека могут иметь отложенный эффект в будущем и проявиться в виде возникших заболеваний, более того, в соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Поэтому указанные обстоятельства обоснованно приняты судом первой инстанции во внимание.

Доводы апелляционной жалобы федерального казенного учреждения «Российское классификационное общество» о том, что, исходя из содержания приговора Московского районного суда города Казани от 3 июля 2014 года в качестве потерпевшей по уголовному делу фигурирует только ФИО2, доказательства о признании остальных истцов по настоящему делу потерпевшими по уголовному делу не представлено, с учетом того, что истцы мотивируют свои требования к Российскому классификационному обществу именно совершением бывшим работником Российского классификационного общества преступления данные требования должны быть взаимоувязаны с соответствующим уголовным делом и результатом его рассмотрения судом, приговор которого имеет обязательное преюдициальное значение в гражданском процессе о взыскании вреда, причиненного преступлением, не могут повлечь отмену или изменение обжалуемого решения суда, поскольку при установлении оснований для взыскания компенсации морального вреда в рассматриваемом случае суд исходит из совокупности представленных доказательств.

Доводы апелляционной жалобы РКО о том, что в результате не рассмотрения судом первой инстанции заблаговременно поданного РКО ходатайства об участии в судебном заседании путем веб-конференции или видеоконференцсвязи и не извещения РКО о результатах рассмотрения этого ходатайства при рассмотрении дела были нарушены основополагающий принцип гражданского судопроизводства – состязательности и равноправия сторон, а также его задач и смысла, установленных статьей 2 ГПК РФ и право на справедливую судебную защиту, гарантированную каждому частью 1 статьи 46 Конституции РФ, также не могут повлечь отмену или изменение обжалуемого судебного постановления, поскольку о рассмотрении настоящего гражданского дела Российское классификационное общество знало и имело возможность изложить свою правовую позицию относительно заявленных требований, что подтверждается представленными в материалы дела возражениями на исковое заявление (л.д.38-40, Т.2), в материалах дела имеется письмо, адресованное Федеральному автономному учреждению «Российское классификационное общество» об отказе в удовлетворении ходатайства об обеспечении участия представителя ответчика в судебном заседании посредством веб-конференции или видеоконференц-связи в связи с отсутствием технической возможности (л.д.139). Более того, представитель ответчика был извещен о дате и времени судебного заседания, соответствующее извещение им было получено (л.д.162, Т.2) и имел возможность принять участие в судебном заседании очно.

В соответствии с частью 6 статьи 330 ГПК РФ правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям.

Согласно пункту 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям (часть 6 статьи 330 ГПК РФ), например из-за нарушения судом первой инстанции порядка судебных прений, необоснованного освобождения лица, участвующего в деле, от уплаты государственной пошлины и т.п. Характер допущенных судом первой инстанции нарушений, а также вопрос о том, могли ли они привести к неправильному разрешению спора, оценивается судом апелляционной инстанции в каждом конкретном случае исходя из фактических обстоятельств дела и содержания доводов апелляционных жалобы, представления.

Вопрос по судебным расходам разрешен в соответствии с главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При вышеизложенных обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что оснований для отмены обжалуемого решения по доводам апелляционных жалоб не имеется, решение суда соответствует собранным по делу доказательствам и требованиям закона.

Доводы обеих апелляционных жалоб направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены вынесенного по делу судебного постановления. Выводы суда мотивированы, подтверждаются имеющимися в деле доказательствами, и оснований для признания их незаконными нет.

Доказательствам, собранным по делу в установленном законом порядке, дана оценка судом первой инстанции, оснований не согласиться с которой не имеется. Доводы апелляционных жалоб направлены на иную оценку собранных по делу доказательств. Положенные в обоснование выводов суда доказательства являются допустимыми и получили надлежащую правовую оценку.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, в том числе тех, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда города Казани Республики Татарстан от 2 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Федеральной службы по надзору в сфере транспорта и Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 26 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи