Приговор № 1-37/2020 1-568/2019 от 18 февраля 2020 г. по делу № 1-37/2020

Дело № 1-37/2020

УИД 11RS0005-01-2019-006039-17


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ухта Республики Коми

19 февраля 2020 года

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Тихомировой А.Ю.,

при секретаре Сергеевой М.Г.,

с участием государственного обвинителя – прокурора г. Ухты Якимова П.А.,

потерпевших П*, Щ*,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Шведовой М.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, .... ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ),

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 15 часов 30 минут <...> г. до 07 часов 34 минут <...> г. между ФИО1 и К* С.В., находящимися в состоянии алкогольного опьянения в квартире ФИО1, расположенной по адресу: Республика Коми, г. Ухта, ...., возник конфликт, в ходе которого К* С.В. причинил ФИО1 телесное повреждение, после чего у ФИО1 возник умысел на убийство К* С.В.

Реализуя свой умысел, находясь в вышеуказанное время в вышеуказанном месте в состоянии алкогольного опьянения, ФИО1 вооружился кухонным ножом и нанес им К* С.В. не менее двух ударов в область расположения жизненно важных органов человека – в грудную клетку, чем причинил К* С.В. телесные повреждения в виде колото-резаной раны передней поверхности грудной клетки справа на уровне 2-го межреберья по среднеключичной линии, проникающей в плевральную полость, с повреждением правого легкого, сердечной сорочки, аорты, квалифицирующейся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также резаной раны тыльной поверхности правой кисти, квалифицирующейся как легкий вред здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья сроком не свыше 21 дня.

От полученной проникающей колото-резаной раны передней поверхности грудной клетки справа К* С.В. в указанный период времени скончался. Непосредственной причиной смерти К* С.В. явилась тампонада сердца кровью с явлениями острой сердечнососудистой недостаточности, развившаяся как осложнение полученной проникающей колото-резаной раны передней поверхности грудной клетки справа с повреждением аорты, сопровождающейся скоплением крови в полости сердечной сорочки и сдавлением сердца излившейся кровью.

Между причиненным ФИО1 повреждением К* С.В. и наступлением смерти последнего имеется прямая причинно-следственная связь.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал и показал, что около 18 часов <...> г. к нему в гости для совместного распития спиртного пришел знакомый К*. Зайдя в квартиру, К* сообщил, что упал на лестнице, при этом из носа К* шла кровь. К* и ФИО2 в комнате распивали спиртные напитки, выпили бутылку водки. Когда спиртное закончилось, Саенко сходил в магазин, купил еще бутылку водки, которую они также выпили. Конфликтов между ними не происходило. Около 21 часа К*, не раздеваясь, лег спать в комнате на диване, не застеленном постельным бельем, ФИО2 чуть позже заснул на другом диване. Около 7 часов утра ФИО2 проснулся, увидел, что К* лежит в комнате на полу, ФИО2 подумал, что К* спит, накрыл на стол и позвал К* опохмелиться, но тот не ответил. Следов крови и видимых телесных повреждений у К* не было. В ванной ФИО2 увидел полотенце со следами крови и обнаружил на своей голове рану, которой накануне вечером не было. Что происходило ночью, ФИО2 не знает, т.к. крепко спал. К*, которого он несколько раз приглашал за стол, не подавал признаков жизни, ФИО2 подошел к нему и почувствовал, что он холодный. После этого Саенко вызвал скорую помощь и полицию. ФИО2 полагает, что ночью в квартиру мог кто-то прийти и убить К*. В то же время, ФИО2 поясняет, что дверь в квартиру была закрыта и в квартире с К* они были вдвоем.

В связи с существенными противоречиями на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании оглашены показания ФИО1, данные в присутствии защитника при допросах в качестве подозреваемого, обвиняемого и в ходе проверки показания на месте.

Так, в ходе допроса <...> г. в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что они с К* выпили 2 бутылки водки, которую запивали пивом, в связи с чем быстро и сильно опьянели. Когда Саенко вернулся из магазина, то закрыл входную дверь на замок, чтобы никто посторонний не зашел в квартиру (....).

При допросе в качестве обвиняемого <...> г. ФИО1 признал вину в убийстве К* С.В. и показал, что после совместного распития спиртных напитков, будучи в состоянии алкогольного опьянения, ФИО2 поссорился с К* из-за неаккуратности последнего при посещении туалета и обозвал ФИО3 свиньей. В ответ К* толкнул ФИО2, отчего тот ударился головой о дверной косяк и рассек кожу на голове. Разозлившись, ФИО2 пошел на кухню, взял нож с острым концом и нанес им К* удар в грудь. В комнате на табуретке, которую они использовали в качестве стола, лежал нож, но маленький и тупой, поэтому Саенко сходил на кухню за острым ножом (....).

В ходе проверки показаний на месте <...> г. ФИО1 пояснил, что на почве неаккуратного посещения К* туалета, между ними возник конфликт, в ходе которого они с К*, находясь в комнате, схватили друг друга за грудки, потом К* оттолкнул ФИО2 и последний ударился головой о дверной косяк, в результате чего рассек кожу. После этого ФИО2 пошел на кухню, взял нож с острым концом, вернулся в комнату и ударил ножом К*. Во время удара они оба стояли лицом друг к другу. Нож ФИО2 держал в левой руке, лезвием от большого пальца. Саенко взял нож и нанес удар, обороняясь от ФИО3, который выше, моложе и сильнее его. При этом К* угроз ФИО2 не высказывал, ударов нанести не пытался, предметов в руках не держал, за ФИО2 на кухню не проследовал. Входная дверь в квартиру была закрыта, ключи от квартиры имеется только у ФИО2 (....).

При допросе в качестве обвиняемого <...> г. ФИО1, признав вину в убийстве К* С.В., объяснил свои действия нахождением в состоянии алкогольного опьянения и подтвердил ранее данные показания (....).

После оглашения вышеуказанных показаний в судебном заседании ФИО1 их не подтвердил, пояснив, что следователь неправильно записал его показания.

Несмотря на отрицание в судебном заседании ФИО1 своей вины в совершении преступления, его вина подтверждается исследованными доказательствами: показаниями свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями судебных экспертиз и иными документами.

Потерпевшая П* суду показала, что К* является её родным братом. К* злоупотреблял алкоголем, в последнее время не работал, круг его общения П* не известен, о том, что брат общается с ФИО2, она не знала. О смерти брата ей стало известно <...> г. от участкового. В полиции сообщили, что брата убили ударом ножом в грудь.

Потерпевшая Щ* дала аналогичные показания.

Из показаний свидетеля Ю*, данных в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что <...> г. около 16 часов к нему в гости пришел К*, вместе они употребляли спиртные напитки, около 19 часов К* ушел. На следующий день около 07 часов утра Ю* позвонил ФИО2 и сказал, что К* больше нет, что он его убил, накрыл простыней и сейчас К* лежит в комнате. Также Саенко сказал, что хочет избавиться от тела, скинув его с балкона. По голосу Ю* понял, что ФИО2 находится в состоянии алкогольного опьянения, поэтому не воспринял его слова серьезно. В этот же день Ю* позвонил М* и сообщил, что ему известно от бывшей супруги ФИО2, о том, что ФИО2 убил К*. Поняв, что это не шутка, Ю* позвонил по номеру 112 (т....

Согласно показаниям свидетеля М*., данным в ходе предварительного расследования и оглашенным в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, утром <...> г. он узнал от Ч*, что К* умер в квартире ФИО2. М* позвонил их общему знакомому Ю*, который подтвердил, что ФИО2 убил К* (т. ....).

Свидетель Ч* суду показала, что ФИО2 – её бывший супруг, брак между ними расторгнут 24 года назад, вместе они не проживали, но иногда созванивались. В последнее время ФИО2 злоупотреблял алкоголем. Утром <...> г. ей позвонил ФИО2 и сообщил, что у него дома скончался К*. Про конфликты, драки с К* ФИО2 не говорил.

Свидетель С*, заместитель начальника ОУР ОМВД России по г. Ухте, суду показал, что ФИО2 был доставлен в отдел полиции по подозрению в убийстве К* С.В. и добровольно рассказал подробности совершенного преступления.

Согласно показаниям свидетеля О*, данным в ходе предварительного расследования и оглашенным в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, он работает фельдшером бригады скорой медицинской помощи. В 07 часов 34 минуты <...> г. О* прибыл по вызову по адресу: г. Ухта, ...., где находился мужчина в состоянии алкогольного опьянения, представившийся как ФИО2. Также в квартире находился труп мужчины с признаками окоченения и трупными пятнами. ФИО2 пояснил, что вечером они легли с этим мужчиной спать, утром ФИО2 проснулся и обнаружил, что мужчина скончался. О* констатировал смерть мужчины и уехал (т. ....).

Из показаний свидетеля Г*, данных в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что он работает участковым уполномоченным ОМВД России по г. Ухте. <...> г. он находился на суточном дежурстве. Утром поступило сообщение из скорой помощи о том, что в квартире по адресу: ...., скончался К*. Прибыв около 10 часов 40 минут по указанному адресу, Г* обнаружил в квартире ФИО2, находившегося в состоянии алкогольного опьянения. В комнате на полу лежал труп мужчины, накрытый простыней. Следов крови не было. Поскольку смерть была зафиксирована врачами скорой помощи, Г* труп не осматривал. Со слов ФИО2, накануне они с К* вместе выпивали, К* стало плохо и он упал (т. ....).

Из показаний свидетеля Ю*, данных в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что он работает в ритуальном агентстве, занимается доставкой тел умерших в морг. Днем <...> г. он приехал по вызову в квартиру по адресу: ...., где находился труп мужчины без признаков насильственной смерти, телесных повреждений и следов крови Ю* не заметил. Также в квартире в состоянии алкогольного опьянения находился ФИО2, который пояснил, что они с этим мужчиной вместе уснули, утром ФИО2 проснулся, а мужчина – нет. По направлению участкового труп был доставлен в морг (т. ....).

Сообщение от ФИО1 в дежурную часть полиции о смерти в его квартире К* С.В. поступило <...> г. в 07:26 час. (т. 1 л.д. 8), в этот же день в 07:45 час. поступило сообщение от сотрудников скорой помощи о констатации смерти К* С.В. до приезда врачей, при этом, со слов хозяина квартиры, К* С.В. «допился» (....), <...> г. в 09:56 час. в дежурную часть полиции поступило сообщение от судебно-медицинского эксперта М* об обнаружении у трупа К* С.В. колото-резанного ранения передней поверхности грудной клетки справа (....), <...> г. в дежурную часть полиции поступило сообщение от Ю* о том, что К* С.В. убили (....

Согласно акту медицинского освидетельствования <...> г. в 20:55 час. у ФИО1 зафиксировано состояние алкогольного опьянения (....).

Из протокола осмотра места происшествия от <...> г., составленного участковым Г*, следует, что была осмотрена квартира по адресу: ...., в комнате на полу обнаружен труп мужчины, лежащий на спине, следов крови и телесных повреждений при визуальном осмотре трупа не обнаружено (....).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от <...> г., составленного следователем Б*, в общем коридоре на 8 этаже, где распложена квартира ФИО1, на полу, стенах и на внешней поверхности входной двери в квартиру ФИО1 обнаружены следы вещества бурого цвета в виде капель, брызг, потеков; в комнате квартиры ФИО1 на полу возле балконной двери обнаружены следы вещества бурого цвета в виде капель, которые частично замыты, на полу возле входа в комнату обнаружены следы вещества бурого цвета виде мазка, смывы всех обнаруженных следов вещества бурого цвета изъяты; на диване, расположенном возле входа в комнату, обнаружена подушка, наволочка которой пропитана веществом бурого цвета, вырез наволочки со следами вещества бурого цвета изъят; в помещении кухни в выдвижном ящике комода обнаружен и изъят нож хозяйственно-бытового назначения с деревянной рукояткой, на лезвии которого обнаружены замытые следы вещества бурого цвета; в ванной комнате обнаружено полотенце со следами вещества бурого цвета, вырез со следами изъят (....).

Из протокола осмотра трупа от <...> г. следует, что на передней поверхности грудной клетки трупа справа имеется хирургический шов длиной 8 см. от колото-резаной раны, на тыльной поверхности правой кисти трупа имеется повреждение в виден резаной раны диной 10 мм., в ходе осмотра изъяты вещи трупа (т....).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта .... от <...> г. и заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы ....-Д от <...> г. при исследовании трупа К* С.В. обнаружены: 1) колото-резаная рана передней поверхности груди справа на уровне 2-го межреберья по среднеключичной линии, раневым каналом в направлении снизу вверх справа налево и спереди назад, проникающая в правую плевральную полость с повреждением правого легкого, сердечной сорочки, аорты, со скоплением крови в правой плевральной полости и в полости сердечной сорочки; 2) резаная рана на тыльной поверхности правой кисти;

проникающая колото-резаная рана груди образовалась от ударного воздействия острого предмета с колюще-режущими свойствами, в том числе при ударе клинком ножа, имеющим острие, данное повреждение является опасным для жизни и квалифицируется как тяжкий вред здоровью,

непосредственной причиной смерти К* С.В. является тампонада сердца кровью с явлениями острой сердечнососудистой недостаточности, развившаяся как закономерное осложнением проникающей колото-резанной раны грудной клетки;

резаная рана мягких тканей правой кисти могла образоваться от ударно-скользящего воздействия острого предмета с режущими свойствами, в том числе от воздействия лезвия клинка ножа, и квалифицируется как легкий вред здоровью;

все повреждения имеют прижизненный характер, могли образоваться одномоментно либо в быстрой последовательности, незадолго до наступления смерти, в примерный промежуток времени с 15:30 час. <...> г. до 01:30 час. <...> г.;

в крови К* С.В. обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,2 г/л, что у живых лиц обычно соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения (т. ....).

Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы ....-Д также следует, что возможность образования колото-резаной раны грудной клетки потерпевшего при обстоятельствах, указанных ФИО1 при допросах в ходе предварительного расследования, не исключается (....).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта .... от <...> г. у ФИО1 обнаружена ушибленная рана на волосистой части головы в теменной области слева, которая могла образоваться за 1-4 дня до обследования от однократного ударного воздействия, возможность её образования при соударении головой в результате падения полностью не исключается, но более характерно причинение раны посторонним лицом, рана квалифицируется как легкий вред здоровью (т....).

Из заключения генетической судебно-медицинской экспертизы .... следует, что на смывах с клинка ножа, имеющего деревянную рукоятку, обнаружены микроследы крови, которые могли произойти от К* С.В. с вероятностью 99,....% (т. 1 л.д.....).

Согласно заключению генетической судебно-медицинской экспертизы ...., кровь, изъятая с места происшествия (в подъезде и квартире) произошла от К* С.В. с вероятностью 99,....% (т....

Из заключения генетической судебно-медицинской экспертизы .... следует, что кровь на фрагменте полотенца произошла от ФИО1 с вероятностью 99,....%, кровь на фрагменте наволочки произошла от К* С.В. с вероятностью 99,....% (....).

Согласно заключению трасологической медико-криминалистической экспертизы ...., рана передней поверхности грудной клетки К* С.В. образовалась от действия клинка ножа с деревянной рукояткой и веществом бурого цвета на острие клинка (.... ....).

Из протокола осмотра предметов и документов от <...> г. следует, что была осмотрена одежда К* С.В., футболка обильно опачкана веществом бурого цвета и имеет в верхней части с лицевой стороны в области груди щелевидное повреждение с ровными краями, свитер имеет аналогичное повреждение в том же месте (....).

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их допустимости, суд приходит к выводу об исключении из числа допустимых доказательств, на которые сослался государственный обвинитель в прениях сторон как на доказательства вины ФИО1, показаний допрошенного в качестве свидетеля по уголовному делу сотрудника уголовного розыска ОМВД России по г. Ухте О*, данных в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ (....), согласно которым ФИО1 после доставления в отдел полиции по подозрению в убийстве К* С.В. в ходе беседы сообщил оперативным сотрудникам о том, что это он нанес удар ножом К* С.В., и показал, как он держал нож во время удара. При этом другой сотрудник полиции С* снимал разговор с ФИО1 на видеокамеру своего телефона.

Данную видеозапись С* предоставил следователю, который скопировал её на диск, приобщил в качестве вещественного доказательства, а государственный обвинитель представил суду данную видеозапись в качестве доказательства виновности ФИО1

Согласно ч. 1 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Воспроизведение содержания показаний участников уголовного судопроизводства, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу, однако не оформленных предусмотренным законом образом, путем допроса в качестве свидетелей иных лиц не допустимо.

Учитывая, что сотрудник уголовного розыска ОМВД России по г. Ухте О* воспроизвел в своих показаниях объяснение доставленного в отдел полиции по подозрению в совершении преступления ФИО1, в то время как для получения показаний ФИО1 уголовно-процессуальным законом предусмотрен иной порядок, а именно: допрос с оформлением соответствующего протокола, с разъяснением прав, предусмотренных ст. 47 УПК РФ, в том числе права пользоваться помощью защитника и не свидетельствовать против самого себя, показания свидетеля О* являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Также недопустимым доказательством суд признает видеозапись разговора оперуполномоченных О* и С* с ФИО1 в отделе полиции, поскольку, как указано выше, сотрудниками полиции запись осуществлялась не в ходе допроса ФИО1 с соблюдением установленной законом процедуры, и ФИО1 не был поставлен в известность о производимой сотрудниками полиции видеозаписи разговора.

Все другие доказательства, исследованные в судебном заседании, являются допустимыми, поскольку получены в соответствии с требованиями УПК РФ, и сторонами не оспариваются.

Суд признает достоверными вышеизложенные показания потерпевших и свидетелей, за исключением О*, поскольку эти показания последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой и подтверждаются другими доказательствами, изложенными выше. Оснований для оговора подсудимого ФИО1 у потерпевших и свидетелей не имеется, неприязненные отношения между ними отсутствуют.

Оценивая показания ФИО1 в совокупности с другими доказательствами, суд приходит к выводу о том, что достоверными являются его показания, данные в ходе предварительного расследования, поскольку они подтверждаются совокупностью иных доказательств:

- заключением судебно-медицинского эксперта о выявленных у К* С.В. телесных повреждениях, характер, локализация и механизм образования которых согласуются с показаниями ФИО1;

- заключениями трассологической и генетической экспертиз, согласно которым рана на передней поверхности груди К* С.В. причинена ножом, на который указал ФИО1, как на орудие убийства, на лезвии именно этого ножа, обнаружена кровь К* С.В.;

- показаниями свидетеля Ю*, которому со слов ФИО1 стало известно об убийстве последним К* С.В.; и другими доказательствами.

При этом суд учитывает, что показания в ходе предварительного расследования ФИО1 давал в присутствии защитника, а проверка его показания на месте фиксировалась на видеокамеру, каких-либо нарушений при допросах ФИО1 не допущено, замечаний по итогам допросов от него и защитника не поступало.

Изменение показаний подсудимого в судебном заседании является способом защиты ФИО1 от предъявленного обвинения в совершении особо тяжкого преступления и желанием переложить ответственность на иное лицо.

Оценивая все исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В процессе распития спиртных напитков в квартире подсудимого между ФИО1 и К* С.В., находящимися в комнате возле входной двери на кухню, возник конфликт, в ходе которого К* С.В. толкнул ФИО1, отчего последний ударился головой о дверной косяк и получил телесное повреждение в виде раны на волосистой части головы.

Сразу после этого, испытывая неприязнь к К* С.В. и намереваясь убить последнего, ФИО1 направился в кухню, где вооружился ножом, имеющим острый клинок, и, вернувшись в комнату, нанес острием ножа не менее 1 удара в грудную клетку, причинив К* С.В. проникающую колото-резаную рану, приведшую к тампонаде сердца кровью с явлениями острой сердечнососудистой недостаточности и повлекшую смерть потерпевшего на месте происшествия.

О наличии у ФИО1 умысла на убийство К* С.В. свидетельствует то обстоятельство, что подсудимый для нанесения удара вооружился не тем ножом, который находился в комнате, поскольку, как следует из показаний ФИО1, этот нож имел закругленное лезвие, был тупым и маленьким, а сходил на кухню за другим ножом, имеющим острый клинок, следовательно, более травмоопасным для человека.

Кроме того, удар ножом ФИО1 нанес в область расположения жизненно-важных органов К* С.В. – грудную клетку, при этом удар был нанесен с приложением силы, поскольку является проникающим. После нанесения удара ножом потерпевшему, ФИО1 лег спать, проявив тем самым безразличие к судьбе К* С.В.

Вышеуказанные действия ФИО1 в совокупности свидетельствуют о наличии у него умысла на убийство К* С.В.

Оценивая предшествующее нанесению удара поведение подсудимого и потерпевшего, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не находился в состоянии необходимой обороны и не превысил её пределов, поскольку, как следует из показаний ФИО1, после того, как К* С.В. его толкнул, других действий, направленных на причинение вреда ФИО4, потерпевший не совершал, за подсудимым на кухню не проследовал, угроз применения насилия ему не высказывал. Следовательно, ФИО1 не защищался от преступного посягательства со стороны потерпевшего, а действовал из неприязни и мести за причиненное ему К* С.В. повреждение волосистой части головы.

Доводы стороны защиты о том, что К* С.В. телесное повреждение могло быть причинено иным лицом – либо в подъезде, куда К* С.В. вышел ночью, либо в квартире, куда это лицо зашло, пока ФИО1 спал, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из заключения эксперта следует, что проникающая рана грудной клетки причинена К* С.В. ножом, имеющим деревянную ручку и острый клинок. Данный нож, с замытыми следами крови потерпевшего, был изъят в ходе осмотра квартиры подсудимого из выдвижного ящика комода, расположенного на кухне. Согласно показаниям ФИО1 этот нож всегда находится в ящике комода.

Учитывая местонахождение орудия убийства в квартире ФИО1, а также показания ФИО1, данные в ходе предварительного расследования, которым суд доверяет, не усматривая причин для самооговора, виновность иного лица, которое, по мнению стороны защиты, могло причинить ранение К* С.В., исключается.

При этом суд учитывает, что ФИО1 сам объяснил наличие в подъезде следов крови, принадлежащей К* С.В., тем, что последний пришел к нему уже с разбитым в результате падения носом, из которого шла кровь. Проникающее же ранение грудной клетки не вызвало у К* С.В. обильного наружного кровотечения, поскольку, как следует из показаний свидетелей Г*, Ю*, О*, видевших труп К* С.В. на месте происшествия, а также протокола осмотра одежды К* С.В., на свитере потерпевшего отсутствовали видимые следы крови.

То обстоятельство, что ФИО1 сам сообщил в полицию о смерти К* С.В., заявил приехавшим участковому, фельдшеру и сотруднику ритуальной службы о том, что К* С.В. умер в результате естественных причин, не является доказательством невиновности ФИО1, а лишь объясняется его желанием избежать ответственности за содеянное.

Таким образом, оценивая в совокупности исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении ФИО1 наказания, в соответствии со ст. 6, ч. 2 ст. 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории особо тяжкого, данные о личности подсудимого, в том числе, состояние его здоровья, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и условия жизни его семьи, наличие обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание.

Судом установлено, что ФИО1 ранее не судим, к административной ответственности в 2018 и 2019 годах не привлекался, проживает один, в быту характеризуется посредственно, поскольку замечен в злоупотреблении спиртными напитками и нарушении общественного порядка, однако жалобы на него в полицию не поступали. На учетах у нарколога и психиатра ФИО1 не состоит, имеет хроническое заболевание .....

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от <...> г., каким-либо психическим расстройством, которое лишало бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, ФИО1 не страдал и не страдает, в состоянии аффекта в момент совершения инкриминируемого деяния не находился.

Учитывая выводы комиссии экспертов, поведение ФИО1 в ходе предварительного расследования и судебного заседания, суд признает его вменяемым.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает:

на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку ФИО1 в ходе предварительного расследования давал подробные показания об обстоятельствах совершения преступления, не отрицая своей причастности, участвовал в проверке показаний на месте, сообщал, в том числе информацию, не известную правоохранительным органам;

на основании п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ – противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку К* С.В. первый применил к ФИО1 насилие, от которого у последнего на волосистой части головы образовалось телесное повреждение, что и послужило причиной ответных действий подсудимого;

на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – возраст ФИО1, наличие у него хронического заболевания «гипертония» и статуса участника ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку в момент убийства ФИО1 находился в состоянии опьянения, в последние годы злоупотреблял алкоголем, в связи с чем, учитывая характер и обстоятельства совершенного преступления, суд приходит к выводу о том, что именно это состояние спровоцировало совершение ФИО1 преступления.

Учитывая фактические обстоятельства и тяжесть совершенного преступления, наличие отягчающего наказание обстоятельства, оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, для изменения категории преступления, совершенного ФИО1, на менее тяжкую не имеется.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что для достижения целей наказания, а именно: восстановления социальной справедливости, предотвращения совершения подсудимым новых преступлений, его исправления – наказание ФИО1 должно быть назначено в виде реального лишения свободы.

С учетом тяжести и общественной опасности совершенного подсудимым преступления и обстоятельств его совершения, суд не усматривает оснований для назначения ФИО1 более мягкого вида наказания или условного осуждения, поскольку приходит к выводу о том, что исправление подсудимого невозможно без реального отбывания наказания в условиях изоляции от общества.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения подсудимым преступления, его поведение до, во время или после совершения преступления, дающих право назначить ему наказание ниже низшего предела, чем предусмотрено уголовным законом за совершенные преступления, то есть применения ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Законных оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ не имеется.

Местом отбывания наказания на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд назначает исправительную колонию строгого режима, поскольку ФИО1 осуждается за особо тяжкое преступление и ранее не отбывал лишение свободы.

В целях исполнения приговора меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу следует оставить прежней в виде содержания под стражей.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей со дня его задержания до дня вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд считает возможным ФИО1 не назначать, учитывая отсутствие у него судимостей, наличие совокупности смягчающих обстоятельств.

Гражданский иск по делу не заявлен.

В отношении вещественных доказательств суд принимает решение на основании ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней в виде содержания под стражей.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок отбывания наказания время нахождения ФИО1 под стражей со дня задержания, то есть с <...> г., до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Вещественные доказательства:

....

....

....

Приговор может быть обжалован участниками судебного разбирательства в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в жалобе, а в случае, если дело будет рассматриваться в апелляционном порядке по жалобе иного лица или по представлению прокурора, то в отдельном ходатайстве или в возражениях на апелляционные жалобу или представление, которые должен направить в суд в десятидневный срок со дня получения копии жалобы или представления.

Председательствующий А.Ю. Тихомирова