Решение № 2-1595/2023 2-59/2024 2-59/2024(2-1595/2023;)~М-1133/2023 М-1133/2023 от 25 февраля 2024 г. по делу № 2-1595/2023

Гражданское дело № 2-59/2024 (2-1595/2023)

УИД 42RS0011-01-2023-000634-78


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Ленинск-Кузнецкий 26 февраля 2024 года

Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Курносенко Е.А.,

при секретаре Базаевой А.В.,

с участием помощника прокурора г.Ленинска-Кузнецкого Кемеровской области Романенко Л.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «СУЭК-Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, компенсации за нарушение возможности трудиться, процентов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «СУЭК-Кузбасс» о возмещении компенсации морального вреда в связи с производственной травмой, компенсации за нарушение возможности трудиться, процентов.

Требования (с учетом неоднократных уточнений иска от <дата>, <дата>, <дата>,<дата>) мотивированы тем, что истец с <дата> являлся горнорабочим подземным с правом управления дизелевозом 3-го разряда в АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ «Спецналадка», и <дата> повредил здоровье вследствие несчастного случая на производстве.

Решением Ленинск-Кузнецкого городского суда от <дата> по гражданскому делу <номер>, вступившим в законную силу <дата> (определение Кемеровского областного суда от <дата>, определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от <дата>), признан незаконным и отменен акт о расследовании несчастного случая на производстве АО «СУЭК-Кузбасс» от <дата>; несчастный случай, произошедший <дата> с ФИО1 на рабочем месте АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ «Спецналадка» признан связанным с производством.

АО «СУЭК-Кузбасс» составлен акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от <дата>, вина работника установлена в размере 25%.

АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ «Спецналадка» составлен акт <номер> о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от <дата>, вина работника - 0%.

В результате полученной травмы истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% до <дата>, выдана Программа реабилитации пострадавшего (ПРП) <номер> от <дата>.

Согласно справке ВК <номер> от <дата>, выданной ГАУЗ «ККЦОЗШ», истцу рекомендован труд без подъема тяжести более 7 килограмм, длительной ходьбы и вынужденного длительного положения тела с <дата> по <дата>, однако ответчик не предоставил истцу работу при наличии у него медицинских противопоказаний.

По прежней специальности истец работать не может, в связи с чем АО «СУЭК-Кузбасс» его уволило за отсутствием возможности перевода на подходящую должность, в результате полученной травмы истец лишился того заработка, на который мог рассчитывать до её получения.

В соответствии с п.5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности (ФОС) ответчик выплатил истцу в счет компенсации морального вреда денежную сумму 205 300,37 рублей, не доплатив в связи с неверным расчетом средней заработной платы денежную сумму 23 169,29 рублей, в связи с недоплатой возникла неустойка в размере 8 858,28 рублей согласно ст.236 ТКРФ.

С учетом перенесенных нравственных и физических страданий, истец полагает недостаточной выплату по п.5.4 ФОС в размере 205 300,37 рублей и просит взыскать с ответчика по ст.151 ГК РФ компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

В связи с отстранением истца от работы по медицинским показаниям с <дата> по <дата>, подлежит взысканию компенсация за лишение права трудиться в размере 91 823,90 рублей, а также неустойка на сумму 91 823,90 рублей за период с <дата> по <дата> в размере 27 216, 34 рублей, предусмотренные ст.ст.234,236 ТК РФ.

Истец ФИО1 с учетом уточнения исковых требований от <дата> (представлены в судебное заседание <дата>) в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просит взыскать с АО «СУЭК-Кузбасс» в связи с повреждением здоровья вследствие производственной травмы <дата>:

компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей по статье 151 ГК РФ;

недоплату единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда, предусмотренной п.5.4 Федерального отраслевого соглашения в размере 23 169, 29 рублей, и неустойку (проценты) за недоплаченную единовременную выплату в счет компенсации морального вреда за период с <дата> по <дата> в размере 8 858, 28 рублей, в соответствии со ст. 236ТК РФ;

компенсацию за лишение возможности трудиться в период с <дата> по <дата> в размере 91 863, 90 рублей и неустойку (проценты) за лишение возможности трудиться за период с <дата> по <дата> в размере 27 216, 34 рублей в соответствии со ст.ст.234, 236 ТК РФ;

судебные расходы за услуги представителя в размере 100 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований с учетом уточнения от <дата>, а также представил заявление от <дата>, в котором просил не рассматривать заявление о возмещение судебных расходов за услуги представителя, указав на реализацию своего права по вступлению решения суда в законную силу.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований с учетом уточнения от <дата>, поддержав заявление доверителя ФИО1 от <дата> не рассматривать заявление о возмещение судебных расходов.

Представитель ответчика АО «СУЭК-Кузбасс» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, полагала достаточной в счет компенсации морального вреда выплату по п.5.4 ФОС в размере 205 300, 37 рублей, расчет выплаты правильным в соответствии с нормативными и локальными актами предприятия, просила учесть выплату АО «СОГАЗ» в размере 121 200 рублей в пользу истца по договору комбинированного страхования от несчастных случаев, в удовлетворении требований за лишение возможности трудиться и процентов просила отказать, ссылаясь на их необоснованность, неверное толкование стороной истца статей 234,236 ТК РФ, а также на ст.392 ТК РФ, предоставив подробные письменные возражения и доказательства в их обосновании.

Представитель третьего лица ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, решение оставила на усмотрение суда, представлены документы из материалов выплатного (страхового) дела на истца.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся участников процесса.

Суд, выслушав истца, представителей истца и ответчика, свидетелей, заключение помощника прокурора г.Ленинска-Кузнецкого Романенко Л.Н., полагавшей удовлетворить требование о компенсации морального вреда вследствие производственной травмы в размере 30 000 рублей, исследовав письменные доказательства, приходит к следующему.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.)

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда") разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Судом установлено и следует из материалов дела, что с <дата> истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ Спецналадка, работая горнорабочим подземным с правом управления дизелевозом 3-го разряда на участке <номер>, что подтверждается копией трудовой книжки, приказами о приеме и переводе на работу, личной карточкой работника, трудовым договором <номер> от <дата>, дополнительным соглашением от <дата> к трудовому договору <номер> от <дата>.

Согласно графику выходов участка <номер> на <дата> с отметкой ламповой, истец ФИО1 был на рабочем месте <дата>, что подтверждается актом о расследовании несчастного случая от <дата>.

Решением Ленинск-Кузнецкого городского суда от <дата> по гражданскому делу <номер>, вступившим в законную силу <дата> (определение Кемеровского областного суда от <дата>, определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от <дата>), несчастный случай, произошедший с ФИО1 <дата> на рабочем месте АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ «Спецналадка», признан связанным с производством (т.1л.д.15-46).

На основании решения Ленинск-Кузнецкого городского суда <номер> от <дата>, АО «СУЭК-Кузбасс» составлен Акт о несчастном случае на производстве <номер> от <дата>, которым ввиду грубой неосторожности установлена вина истца в размере 25 % (т.1л.д.53-56).

На основании предписания начальника отдела федерального государственного надзора в г.Полысаево - главного государственного инспектора труда <номер> от <дата>, АО «СУЭК-Кузбасс» составлен Акт о несчастном случае на производстве <номер> от <дата>, которым вина истца ФИО1 не установлена – 0% (т.1л.д.48-52).

В соответствии с п.9.1 Акта <номер> от <дата> причина несчастного случая- личная неосторожность пострадавшего при передвижении по выработкам, нарушение п.2.2 Инструкции по охране труда для горнорабочего подземного с правом управления дизелевозом (т.1, л.д.52).

В п.10 Акта <номер> от <дата> указаны лица, допустившие нарушение требований охраны труда:

п.10.1 – ФИО1 –горнорабочий подземный 3-го разряда с правом управления дизелевозом подземного участка <номер> по транспортировке грузов допустил личную неосторожность при передвижении по выработкам, чем нарушил п.2.2 Инструкции по охране труда для горнорабочего подземного с правом управления дизелевозом;

п.10.2 – П. – начальник подземного участка <номер> по транспортировке грузов не осуществил контроль за исполнением производственной и трудовой дисциплины, чем нарушил пункт 1.10 должностной инструкции начальника подземного участка по транспортировке грузов.

Как следует из Акта <номер> от <дата>, комиссия не установила в действиях ФИО1 грубой неосторожности, указав на личную неосторожность пострадавшего.

В соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести <номер> от <дата> (форма 315/у), пострадавший ФИО1, подземный горнорабочий с правом управления дизелевозом 3-го разряда, поступил в травматолого-ортопедическое отделение поликлиники ГАУЗ КО ЛКГБ <номер><дата> в 16 ч 50 мин, где ему установлен диагноз: <данные изъяты>. Согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» (утвержденной приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.12.2005 № 160) указанное повреждение относится к категории тяжелых. Код по МКБ-10: <номер> (т.1л.д.75)

На основании Справки о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве <номер> от <дата> (форма 316/у), истец ФИО1 проходил лечение с <дата> по <дата>, поставлен диагноз: <данные изъяты> (т.1л.д.76).

Согласно справке серии МСЭ-2008 <номер> от <дата> истцу впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 % на период с <дата> до <дата> (т.1 л.д.181-182 ).

Программой реабилитации пострадавшего ФИО1 в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболеваниями ПРП <номер> от <дата> предусмотрены: лекарственная терапия с <дата> по <дата>, санаторно-курортное лечение с <дата> по <дата>, выполнение профессиональной деятельности при снижении квалификации и изменении условий труда, доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях (т.1 л.д.184-188).

Приказом <номер> от <дата> Филиала № 6 ГУ Кузбасское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации, в соответствии с ПРП <номер> от <дата> нуждаемостью пострадавшего в санаторно-курортном лечении, ФИО1 выдана путевка <номер> в АО «Пансионат с лечением «Импульс» с заездом с <дата> на 21 день по цене 50 253 рублей (т.1 л.д.149).

Согласно справке МСЭ-2006 <номер> от <дата> истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 % на период с <дата> до <дата> (т.1л.д.189-190).

Программой реабилитации пострадавшего ФИО1 в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболеваниями ПРП <номер> от <дата> (выдана взамен ПРП <номер> от <дата>) предусмотрены лекарственная терапия с <дата> по <дата>, санаторно-курортное лечение с <дата> по <дата>, выполнение профессиональной деятельности при уменьшении объема (тяжести) работ, снижении квалификации и изменении условий труда, доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях (т.1 л.д.191-193).

Приказом <номер> от <дата> ОСФР по Кемеровской области –Кузбассу, в соответствии с установленной ПРП <номер> от <дата> и нуждаемостью в санаторно-курортном лечении, ФИО1 выдана путевка <номер> в ФБУ Центр реабилитации Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации «Ключи» с заездом с <дата> на 21 день по цене 0 рублей (т.1 л.д.150).

Как следует из представленных документов, утрата трудоспособности в размере 30% установлена ФИО1 сроком до <дата> и не является бессрочной.

На основании приказа заместителя управляющего ГУ Кузбасское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации филиал № 6 <номер> от <дата> ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в размере 45 911, 95 рублей (т.1 л.д.79).

Приказом ГУ Кузбасское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации филиал № 6 <номер> от <дата> ФИО1 назначена ежемесячная страховая выплата на дату <дата> в размере 15 306,46 рублей (т.1, л.д.61).

Приказом ОФПСС РФ по Кемеровской области –Кузбассу <номер> ФИО1 назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 18 395,40 рублей на период с <дата> по <дата>.

<дата> истец обратился к работодателю АО «СУЭК-Кузбасс» с заявлением о выплате компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей (т.1, л.д.102).

На основании приказа генерального директора АО «СУЭК-Кузбасс» от <дата><номер> «О единовременной выплате в счет компенсации морального вреда и возмещения вреда здоровью ФИО1 в связи с травмой, полученной на производстве и установленной Актом <номер> о несчастном случае на производстве от <дата>», в соответствии с п.5.4 ФОС истцу выплачено единовременное пособие в счет возмещения компенсации морального вреда в размере 20 % среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (30%), за вычетом единовременной страховой выплаты в размере 45 911,95 рублей, назначенной приказом филиала № 6 ГУ Кузбасское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации <номер> от <дата>, в размере 205 300, 37 рублей, путем перечисления на лицевой счет ФИО1, что подтверждается платежным поручением <номер> от <дата>, из расчета: (41 868, 72 рублей *20%*30 - 45 911,95 рублей ) *100%, где:

41 868, 72 рублей –средняя заработная плата за период с июля 2019 по июнь 2020;

30 % – процент утраты трудоспособности ;

45 911,95 рублей – сумма единовременной страховой выплаты,

100%- процент ответственности АО «СУЭК-Кузбасс» (т.1, л.д.73-74).

На основании заявления истца и п.1.2.1 договора комбинированного страхования от несчастных случаев на производстве <номер> от <дата> между АО «СУЭК-Кузбасс» и АО «СОГАЗ» сроком до <дата>, пострадавшему ФИО1, как застрахованному лицу (страховым случаем является временная утрата общей нетрудоспособности, наступившая в результате несчастного случая на производстве, произошедшего в период действия договора), на основании страхового акта <номер> и платежного поручения <номер> от <дата> произведена страховая выплата в размере 121 200 рублей (т.2,л.д.4).

Размер единовременной страховой выплаты в сумме 45 911,95 рублей и размер страховой выплаты в сумме 121 200 рублей по договору комбинированного страхования от несчастных случаев <номер> от <дата>, сторона истца не оспаривает.

Вместе с тем, истец не согласен с размером выплаченной единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда (п.5.4 ФОС) в сумме 205 300, 37 рублей на основании, полагая неверным расчет средней заработной платы на основании выданных ему расчетных листков за период с <дата> по <дата>, поскольку ответчиком не включены в расчет оплата АО «СУЭК-КУЗБАСС» за его обучение (квалификацию) 14 дней (<дата>), возмещение за медицинский осмотр в <дата> в размере 5 232 рублей, выплата по листкам нетрудоспособности (<дата> - 3 дня) в сумме 933,15 рублей.

Обосновать основания включения указанных выплат в расчет средней заработной платы по п.5.4 ФОС, истец не смог, ссылаясь на их наличие в расчетных листках за спорный период.

Период расчета средней заработной платы и размер выплаченной истцу заработной платы по представленным расчетным листкам, истец не оспаривает.

Представитель истца ФИО2 полагает расчет средней заработной платы в справке <номер> для выплаты по п.5.4 ФОС правильным в соответствии с трудовым и коллективным договорами, системой оплаты труда ответчика, расчетными листками, однако поддерживает доводы своего доверителя, представил контррасчет.

Ранее, представитель истца ФИО2 полагал, что согласно справке АО «СУЭК-КУЗБАСС» <номер> в расчет средней заработной платы не включены: оплата часовой ставки, выплата истцу за его обучение (квалификацию) 14 дней (<дата>), возмещение за медицинский осмотр в <дата> в размере 5 232 рублей, выплата по листкам нетрудоспособности (<дата> - 3 дня) в сумме 933,15 рублей.

Иные доводы относительно расчета средней заработной платы для выплат по п.5.4 ФОС, стороной истца не заявлены.

Проверив доводы стороны истца, суд находит их необоснованными.

В силу чч. 1 и 2 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922 (далее - Положение).

В соответствии с Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. N 922, для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат, включая выплаты, связанные с условиями труда, в том числе повышенная оплата труда на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда (пункт 2). При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (пункт 4). При определении среднего заработка используется средний дневной заработок. Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней (п. 9).

В подтверждение начисления ФИО1 заработной платы за спорный период его работы до получения производственной травмы <дата> (<дата>), стороной ответчика представлены приказы о приеме на работу, переводе на работу, трудовой договор и дополнительное соглашение к нему, коллективный договор, приказы по тарифам, индексации, расчетные листки.

Согласно показаниями свидетеля - начальника отдела труда и занятости АО «СУЭК-Кузбасс» Ч. в судебном заседание <дата>, работает на данном предприятие с <дата>, в обязанности входит расчет норм труда, начисление заработной платы работникам, расчет средней заработной платы ФИО1 для единовременной выплаты по п.5.4 ФОС произведен за период с <дата> по <дата> (за 12 месяцев предшествующих производственной травме <дата>) на основании Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 №922 (в ред. от 10.12.2016) «Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», с учетом приказов о приеме на работу и переводе на другую работу ФИО1, трудового договора с работником ФИО1 и дополнительного соглашения к трудовому договору, коллективного договора АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ Спецналадка на с <дата> по <дата>, приказов по тарифным ставкам для ГРП 3 разряда за 1 час работы, приказов об индексации минимальных тарифов и должностных окладов, начисленной заработной платы согласно расчетным листкам за спорный период, которые также выданы ФИО1, что отражено в справке <номер> от <дата>. В подтверждении показаний, в материалы дела приобщены все перечисленные документы, а также письменные пояснения к справке <номер> (т.1, л.д.250, т.2, л.д.1-справка <номер>, письменные пояснения к справке <номер>).

Свидетель Ч. не согласилась с расчетом истца, указав, что расчет произведен без индексации минимальных тарифов, а указанные истцом выплаты (оплата за обучение в связи с получением квалификации для работы в АО СУЭК-КУЗБАСС, возмещение за медицинский осмотр, выплата по листкам нетрудоспособности) не подлежат включению в расчет средней заработной платы в соответствии с п.2,3 Постановления №922. Расчет заработной платы произведен истцу с учетом системы оплаты труда у работодателя, на основании трудового и коллективного договоров, приказа о приеме на работу и переводе с должностным окладом работника, должностного оклада, с учетом фактически отработанных им в месяц и смену часов, тарифа ГРП 3 разряда, индексации, а также учтены оплата за ночные смены, за сверх норматива, специальная оценка труда (вредные условия), за молоко, доплата за обеспечение промышленной безопасности, районный коэффициент, премия), доплата от и до места работы, оплата.

Вместе с тем, свидетелем произведен подробный расчет заработной платы истца по каждому месяцу расчетного периода со ссылкой на нормативные и локальные акты, расчетные листки за период <дата> - <дата>, с оплатой часовой ставки.

Стороной истца не оспаривается за указанный расчетный период: тариф за 1 час фактической работы, размер индексации, фактически отработанные смены и часы, оплата по тарифу, количество часов в смену (8ч).

В соответствии с подпунктом "б" пункта 5 Положения № 922 при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам.

Оплата за обучение в связи с получением квалификации для работы в АО «СУЭК-КУЗБАСС», возмещение за медицинский осмотр, также не подлежат включению в расчет средней заработной платы в соответствии с пунктами 2 и 3 Постановления №922, и направлены на возмещение работнику его затрат при устройстве на работу.

При таких обстоятельствах суд принимает Справку <номер> от <дата> в качестве допустимого доказательства расчета средней заработной платы за период с <дата> по <дата> для единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии с п.5.4 ФОС, согласно которой среднемесячный заработок истца ФИО1 за период с <дата> по <дата> составляет 41 868, 72 рублей.

Проверив расчет ответчика, суд находит правильным расчет единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии с п.5.4 ФОС в размере 205 300, 37 рублей, которая перечислена <дата> и получена истцом ФИО1, что подтверждается платежным поручением <номер>, пояснениями истца.

Таким образом, выплаченное истцу единовременное пособие в счет возмещения компенсации морального вреда в соответствии с п.5.4 ФОС в размере 205 300, 37 рублей, права истца не нарушает.

Разрешая спор в указанной части, проверив в судебном заседание расчет средней заработной платы истца за спорный период, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требования и доплате единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии с п.5.4 ФОС в размере 23 169, 29 рублей.

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика неустойки на компенсацию морального вреда, суд исходит из следующего.

Как отмечено в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года № 45-П, компенсация морального вреда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации является одним из способов защиты гражданских прав (статья 12), что - в свете статьи 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации - позволяет рассматривать ее как гарантированную государством меру, направленную на восстановление нарушенных прав и возмещение нематериального ущерба, причиненного вследствие их нарушения.

Согласно части 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 г. № 81-ФЗ "О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности" социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 18 января 2019 г. утверждено Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности на 2019 - 2021 годы, к которому присоеденилось АО "СУЭК-Кузбасс".

Пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральным законодательством, а также Конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (пункт 1.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности).

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности (раздел V "Социальные гарантии и компенсации") определено, что в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

По смыслу изложенных выше нормативных правовых актов Российской Федерации и Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в данном случае угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре, в том числе условия выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (ч. 1 ст. 135 ТК РФ).

Системы оплаты труда, включая системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами (ч. 2 ст. 135 ТК РФ).

В соответствии со ст.129 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата включает в себя: вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, выплачиваемое, например, в виде тарифной ставки, оклада (далее - оклад);стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) ;компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера).

За невыплату или неполную выплату в установленный срок заработной платы, включая оклад, компенсационные и стимулирующие выплаты, предусмотрена ответственность по ст. 236 ТК РФ.

Между тем, компенсация морального вреда не является составляющей заработной платы, требования истца основаны на неверном толковании норм материального права. ФИО1 не оспариваются выплаты, предусмотренные в ст.236 ТК РФ.

Требования истца о взыскании в его пользу неустойки (процентов) за недоплаченную единовременную выплату в счет компенсации морального вреда за период с <дата> по <дата> в размере 8 858, 28 рублей, не подлежат удовлетворению, положения ст.236 ТК РФ не распространяются на единовременную выплату в счет компенсации морального вреда по п.5.4 ФОС, положениями ФОС неустойка (проценты) не предусмотрена.

Рассматривая требования ФИО1 о взыскании в счет компенсации морального вреда суммы 800 000 рублей по статье 151 ГК РФ, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

В обосновании заявленных требований, истец ссылается на медицинские заключения по форме №315/у и №316/у, справки ВК, вступившее в законную силу решение Ленинск-Кузнецкого городского суда от <дата> по гражданскому делу <номер>, акт о несчастном случае на производстве <номер> от <дата>, отсутствие вины истца в производственной травме, длительность нахождения на больничном в связи с производственной травмой <данные изъяты>, выписку из амбулаторной карты <номер>, степень утраты трудоспособности в размере 30%, программу реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве, протокол обследования, <данные изъяты>, показания свидетеля Г.

Как следует из вступившего в законную силу решения Ленинск-Кузнецкого городского суда от <дата>, <данные изъяты>. Согласно заключению ВК <номер> от <дата>, ФИО1 поставлен диагноз: <данные изъяты>.

В ответе ОСФР по Кемеровской области –Кузбассу от <дата><номер> указано, <данные изъяты> (т.1 л.д.108-110, 120-148, 158-159 протокол судебного заседания).

Согласно Справке ГАУЗ «Кузбасский клинический центр охраны здоровья шахтеров» ВК <номер> от <дата><данные изъяты> (т.1 л.д.206).

В соответствии со справкой ВК <номер> от <дата> ФИО1 показан труд на поверхности постоянно с <дата> (т.2).

В судебном заседание истец ФИО1 пояснил, что нравственные и физические страдания связаны с <данные изъяты>.

Во исполнение требований суда, ФИО1 представлены следующие медицинские документы.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

Согласно показаниям свидетеля Г., с ФИО1 знаком с <дата>, <данные изъяты>, осенью 2020 года узнал что у ФИО1 была травма на производстве, ФИО1 жаловался, что болит спина, не видел ФИО1 на службе 2 раза в сентябре 2020 года, служба 2 раза в неделю в субботу утром литургия с 09:00 до 12:00, вечером в воскресенье с 16:00 до 19:00, во время службы все стоят на ногах, в 2023 году помогал ФИО1 поднимать до его квартиры мешки со штукатурной смесью 25 кг для ремонта, ФИО1 жаловался на боли в ноге, в январе 2022 года ФИО1 занимал 30 000 рублей, до сих пор не отдал, ссылается на трудное финансовое положение, говорил, что пытался устроиться на работу эл/слесарем, но не брали.

Материалами дела, пояснениями истца установлено, что по окончании временной нетрудоспособности (<дата>), истец прибыл <дата> на место работы в АО «СУЭК-Кузбасс», предоставив работодателю Справку ВК <номер> от <дата>, в которой истцу рекомендован труд без подъема тяжести более 7 килограмм, длительной ходьбы и вынужденного длительного положения тела с <дата> по <дата> (т.1 л.д.206).

Согласно показаниям свидетеля –начальника отдела кадров АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ ФИО5, в подтверждении представлен приказ, с учетом справки ВК <номер> от <дата> ФИО1 предложен список всех вакансий АО «СУЭК-Кузбасс» по состоянию на <дата>, с которым ФИО1 ознакомился <дата>, расписался и сделал пометку «не подходит по состоянию здоровья», желание обучиться иной специальности не изъявил, в связи с чем, издан приказ об отстранении ФИО1 от работы с <дата> по <дата>, с которым он также ознакомился и не оспаривал.

В материалы дела представлена копия Списка вакансий АО «СУЭК-Кузбасс» по состоянию на <дата> на 30 листах, на каждом из которых наличествует подпись ФИО1, датированная <дата> и отметка «не подходит по состоянию здоровья» (т.1 л.д.207-236, т.2 – копия с отметкой «не подходит по состоянию здоровья»). Дата и запись «не подходит по состоянию здоровья» истцом не оспариваются.

Согласно ответу АО «СУЭК-КУЗБАСС» от <дата> б/н, на дату <дата> список вакансий, предоставленных ФИО1 для ознакомления составлен в соответствии со штатным расписанием производственных единиц АО «СУЭК-КУЗБАСС» должностей/профессий.

Из пояснительной записки от <дата> заместителя директора по персоналу и АХЧ АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ «Спецналадка» Ч. следует, что согласно списку вакансий АО «СУЭК-Кузбасс» по состоянию на <дата>, ФИО1 подходили вакансии: электрослесарь (слесарь) дежурный и по ремонту оборудования (на основании имеющегося удостоверения электрослесаря (слесаря) дежурного и по ремонту оборудования); при переводе на вакансии горнорабочий поверхностный, пробоотборщик 2 разряда требуется переобучение за счет предприятия (т.1 л.д.249).

В соответствие со справкой <номер> от <дата> директора по персоналу и АХЧ АО «СУЭК-Кузбасс» В. и списком вакансий АО «СУЭК-Кузбасс» по состоянию на <дата>, ФИО1 по его основному образованию (технолология продуктов общественного питания – технолог) подходили вакансии: заведующий столовой, заведующий производством – технолог, на <дата> вакансий по данным штатным должностям не имелось. Данная вакансия также предлагалась ФИО1 согласно списку всех вакансий -<дата>, однако истцом на Списке сделана пометка «не подходит по состоянию здоровья».

Таким образом, истцу предложены все имеющиеся у работодателя вакансии, в том числе на основании представленных ФИО1 документов об образовании (т.2):

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

Согласно ответу Министерства труда и занятости населения Кузбасса <номер> от <дата>, в период с 2020 по настоящее время ФИО1 дважды обращался в целях поиска подходящей работы в ГКУ Центр занятости населения г.Ленинск-Кузнецкий:

<данные изъяты>

<данные изъяты> (т.2).

Согласно сведениям ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу от <дата><номер>, с <дата> по настоящее время место работы ФИО1 - <данные изъяты> (т.1, л.д.176), что подтверждается истцом, справкой ОСФПР.

Вместе с тем, суд принимает во внимание действия ответчика по оказанию истцу содействия в трудоустройстве в связи с медицинским заключением и диагнозом, не желанием истца пройти переобучение по иной квалификации в связи с имеющимися у ответчика вакансиями для работы на поверхности.

Как было отмечено выше, утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% не является бессрочной и установлена истцу до <дата>, инвалидность не установлена.

Доказательства того, что истец не может вести нормальный образ жизни, суду не представлены.

Программой реабилитации предусмотрено выполнение профессиональной деятельности при уменьшении объема (тяжести) работ, снижении квалификации и изменении условий труда, доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях, то есть, установлена возможность продолжения выполнения профессиональной деятельности.

Суд принимает во внимание Акт <номер> от <дата> о несчастном случае на производстве, которым установлена личная неосторожность истца при получении производственной травмы, выразившаяся в нарушении Инструкции по охране труда и технике безопасности, а также ненадлежащий контроль со стороны начальника подземного участка (т.1, л.д.52).

Доводы ответчика, что выплаченная в пользу истца единовременная выплата в счет компенсации морального вреда в сумме 205 300,37 рублей является достаточной, суд не принимает.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в ходе расследования несчастного случая на производстве работодателем не установлено наличие грубой неосторожности в действиях истца, обстоятельств непреодолимой силы, не представлены доказательства, что работодатель должным образом осуществил надлежащий контроль за исполнением им требований охраны труда, правил техники безопасности при выполнении трудовых обязанностей, чтобы исключить вероятность несчастного случая на производстве, в связи, с чем основания для освобождения ответчика от ответственности у суда не имеются.

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в порядке ст.151 ГК РФ, учитывая конкретные обстоятельства несчастного случая, характер полученной травмы, отсутствие вины потерпевшего в несчастном случае, грубой неосторожности, при этом личную неосторожность при выполнении трудовых обязанностей и нарушение техники безопасности, не обеспечение контроля со стороны работодателя, амбулаторное лечение и нахождение на больничном в течение одного года, тяжесть полученных телесных повреждений (тяжкий), последствия травмы – противопоказан тяжелый труд, установление утраты профессиональной трудоспособности (30%) в срок до <дата>, возраст истца (<дата>), отсутствие инвалидности, содействие работодателя в трудоустройстве истца, что предельный и минимальный размер компенсации морального вреда законодательством не предусмотрен и истец вправе заявить, а суд удовлетворить иск данной категории с учетом обстоятельств конкретного дела, учитывая выплату ответчиком в счет компенсации морального вреда в размере 205 300,37 рублей, суд приходит к выводу, что требуемый истцом размер компенсации морального вреда 800 000 рублей, то есть свыше выплаты в счет компенсации морального вреда по п.5.4 ФОС, является завышенным, и полагает возможным определить его в сумме 250 000 рублей и взыскать с ответчика в пользу истца 50 000 рублей.

Данный размер, по мнению суда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации за лишение возможности трудиться в период с <дата> по <дата> в размере 91 863, 90 рублей по ст.234 ТК РФ и неустойки (процентов) за лишение возможности трудиться за период с <дата> по <дата> в размере 27 216, 34 рублей по ст.236 ТК РФ, суд не находит оснований для их удовлетворения.

Согласно ответу ОСФР по Кемеровской области –Кузбассу от <дата><номер>, в связи с производственной травмой от <дата> ФИО1 был временно нетрудоспособен с <дата> по <дата> в связи с производственной травмой (т.1 л.д.108-110, 120-148).

Согласно ответу ОСФР по Кемеровской области –Кузбассу <номер> (на исх.<номер> от <дата>), ФИО1 выданы листки нетрудоспособности за период:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В соответствии со справкой АО «СУЭК-Кузбасс» от <дата>, за период с <дата> по <дата> ФИО1 представлены на предприятие ПЕ ФИО6 «СУЭК-Кузбасс» электронные листы нетрудоспособности, причина выдачи листков нетрудоспособности – <данные изъяты> (т.2).

Как было установлено судом на основании копии трудовой книжки, приказов о приеме и переводе на работу, личной карточки работника, трудового договора <номер> от <дата> и дополнительного соглашения от <дата> к трудовому договору <номер> от <дата>, акта о несчастном случае на производстве от <дата>, с <дата> и на момент производственной травмы <дата> истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «СУЭК-Кузбасс», ПЕ Спецналадка в должности горнорабочего подземного с правом управления дизелевозом 3-го разряда на участке <номер>, то есть в соответствии с документами об образовании.

Судом установлено и стороной истца подтверждено, что при выходе ФИО1 на работу после временной нетрудоспособности <данные изъяты>, ответчиком предложены все вакансии, имеющиеся у него согласно штатного расписания на момент выхода истца на работу, в том числе по его специальностям, однако истец отказался от предложенного с пометкой «не подходит по состоянию здоровья», обучиться новой квалификации не пожелал.

Приказом директора АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ «Спецналадка» от <дата><номер> ФИО1 отстранен от работы подземного горнорабочего с правом управления дизелевозом 3-го разряда с <дата> по <дата> без начисления заработной платы с сохранением места работы (должности).

Основанием приказа указана справка ВК <номер> от <дата>, выданная ГАУЗ «Кузбасский клинический центр охраны здоровья шахтеров», <данные изъяты>, и отказ ФИО1 от перевода на другую работу, соответствующую медицинским показаниям (т.1 л.д.118-119,205-248).

Если работник, нуждающийся в соответствии с медицинским заключением во временном переводе на другую работу на срок до четырех месяцев, отказывается от перевода либо соответствующая работа у работодателя отсутствует, то работодатель обязан на весь указанный в медицинском заключении срок отстранить работника от работы с сохранением места работы (должности). В период отстранения от работы заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (часть 2 статьи 73 Трудового кодекса Российской Федерации).

Абзац пятый части 1 статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает обязанность работодателя отстранить от работы работника при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором.

Согласно справке ВК <номер> от <дата> ФИО1 показан труд на поверхности постоянно с <дата> (т.2).

Согласно Табелю учета рабочего времени АО «СУЭК-Кузбасс», подземный горнорабочий 3-го разряда ФИО1 в период с <дата> по <дата> на работу не выходил, стоят отметки «НН» (т.1 л.д.115-117).

После истечения срока отстранения, согласно ответу ОСФР, АО «СУЭК-Кузбасс», пояснениям самого истца, с <дата> по <дата> ФИО1 был временно нетрудоспособен по общему заболеванию.

Приказом директора АО «СУЭК-Кузбасс» ПЕ «Спецналадка» от <дата><номер> подземный горнорабочий с правом управления дизелевозом 3-го разряда ФИО1 уволен <дата> на основании п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ с выплатой выходного пособия в размере двухнедельного среднего заработка в соответствии со ст.178 ТК РФ. Основанием приказа указано: Медицинское заключение (справка ВК <номер> от <дата>); ознакомление работника с вакантными должностями; уведомление об отсутствии вакантных мест на предприятии (т.1л.д.77 оборот).

С данным приказом ФИО1 ознакомлен <дата>, желание на переобучение не выразил, что подтверждено документально, а также истцом в судебном заседание (т.1, л.д.77-77 оборот).

В судебном заседание истец подтвердил получение им при увольнении выходного пособия.

Пункт 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возможность прекращения трудового договора в случае отказа работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы (части 3 и 4 статьи 73 названного Кодекса).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, возможность прекращения трудового договора в случае отказа работника от постоянного или временного (на срок более четырех месяцев) перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы направлена на охрану здоровья работника. Необходимость перевода работника на другую работу должна быть установлена специализированным органом и зафиксирована в медицинском заключении, выданном в порядке, установленном федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, что предполагает использование объективных критериев при установлении указанного факта и исключает произвольное применение данного основания прекращения трудового договора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2010 г. N 1090-О-О и 1114-О-О, от 14 июля 2011 г. N 887-О-О, от 24 декабря 2012 г. N 2301-О).

В соответствии со статьей 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В судебном заседание установлено, что <дата> истец ознакомился с приказом об отстранении от работы, его не оспаривал и сейчас не оспаривает, также как не оспаривал и не оспаривает размер выходного пособия при увольнении, с жалобой на приказ не обращался, желание получить другую профессию (квалификацию) у ответчика не изъявлял, в настоящее время трудоустроен.

В соответствии с положениями абзаца 2 статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

По смыслу статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность работодателя по возмещению работнику неполученного заработка является видом ответственности работодателя, которая наступает только в том случае, если незаконные действия работодателя повлекли лишение работника возможности трудиться и получать заработную плату.

Поскольку ФИО1 не оспаривал и не оспаривает приказ об отстранении от работы от <дата>, а также положенные ему при увольнении выплаты, а действия работодателя по отстранению истца от работы на основании медицинского заключения не были признаны незаконными в установленном законом порядке, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика компенсации за лишение возможности трудиться за период с <дата> по <дата> в размере 91 863, 90 рублей по ст.234 ТК РФ, а также неустойки (процентов) за лишение возможности трудиться за период с <дата> по <дата> в размере 27 216, 34 рублей по ст.236 ТК РФ.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1 ст. 88 ГПК РФ).

В силу п.3 ч.1 ст.333.36 НК РФ истцы при подаче искового заявления в суд от уплаты государственной пошлины были освобождены.

В соответствии с абзацем 3 пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина для физических лиц составляет 300 рублей.

Поскольку в рамках настоящего гражданского дела исковые требования о компенсации морального вреда удовлетворены в пользу истца, размер государственной пошлины подлежащей взысканию с ответчика в доход местного бюджета составляет 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к АО «СУЭК-Кузбасс» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «СУЭК-Кузбасс» (место нахождения: <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой (<дата>) в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «СУЭК-Кузбасс» в доход бюджета Ленинск-Кузнецкого городского округа государственную пошлину в сумме 300 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд через Ленинск-Кузнецкий городской суд в течение одного месяца со дня составления в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено 04 марта 2024 года.

Председательствующий: подпись Е.А.Курносенко

Подлинник документа находится в гражданском деле № 2-59/2024 Ленинск – Кузнецкого городского суда города Ленинска – Кузнецкого Кемеровской области.