Решение № 2-1973/2019 2-1973/2019~М-1722/2019 М-1722/2019 от 9 июля 2019 г. по делу № 2-1973/2019

Дело № 2-1973/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

10 июля 2019 года г. Омск

Советский районный суд г. Омска в составе

Председательствующего судьи Бузуртановой Л.Б.,

при секретаре Максименко О.И.,

с участием прокурора Кирилловой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «ТГК № 11» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного его здоровью в результате профессионального заболевания,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с названным исковым заявлением к ответчику, указав в обоснование требований, что с 12.12.1991 по 06.02.2019 года он работал в АО «ТГК № 11» электрогазосварщиком 5 разряда. В 2010 году при прохождении медицинского профосмотра впервые был направлен медицинской комиссией к профпатологу с подозрением на профессиональное заболевание. В результате обследования был признан годным к работе с использованием средств индивидуальной защиты (СИЗ). В 2011 году вновь направлен к профпатологу, и был допущен к работе с использованием СИЗ. В марте 2012 года направлен в Центр профессиональной патологии (ЦПП), где прошел обследование и курс лечения. В июне 2012 года повторно направлен в ЦПП, где ему был поставлен диагноз: <данные изъяты> 1ст. Также была установлена связь заболевания с его профессиональной деятельностью. В июне 2012 года работодателем создана комиссия, расследовавшая случай профзаболевания истца и установила, что заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного многократного воздействия на организм вредных факторов. Комиссия признала 100% вины работодателя, так как им не были соблюдены санитарно-гигиенические нормы и другие нормативные акты. Его вины установлено не было. Был составлен акт о случае профессионального заболевания. Истец был направлен на медико-социальную экспертизу (МСЭ), где ему установили 30% утраты трудоспособности. Заболевание, полученное по вине работодателя, выражается в постоянных <данные изъяты>. В июле 2016 года на очередном заседании МСЭ ему установили утрату трудоспособности бессрочно. В 2017 году из-за ухудшения здоровья диагностировали <данные изъяты>. Ему требуется постоянное наблюдение у врачей пульмонолога, эндокринолога, невролога, психиатра, профпатолога и др., а также необходимо проходить дважды в год лечение в Центре профессиональной патологии и Центре реабилитации. Постоянное ухудшение состояния здоровья ограничивает его трудоспособность в быту и причинят ему значительные моральные и физические страдания. У него нарушен сон, так как ночью приходится вставать и производить ингаляции аэрозолями или через небулайзер. Необходимость всегда иметь при себе лекарство, снимающее приступы удушья, приводят к повышению нервозности и напряжению. Он часто испытывает неловкость, находясь в обществе, из-за внезапного <данные изъяты>. Из-за постоянного приема большого количества лекарств у него появились сопутствующие заболевания: <данные изъяты>. В декабре 2018 года после прохождения медицинского профосмотра он был отстранен от работы по состоянию здоровья, хотя весь состав врачебной комиссии вынес заключение «годен», а профпатолог не дал допуск к работе. После этого он вынужден прервать свою трудовую деятельность, лишившись возможности дополнительного заработка, не может вести активный образ жизни. Причиненный ему моральный вред оценивает в сумму 3 000 000,00 рублей. Он обращался к ответчику по вопросу выплаты компенсации морального вреда в размере 600 000,00 рублей, на что от ответчика поступило предложение о выплате ему 100 000,00 рублей, с чем он не согласился. Просит взыскать с АО «ТГК № 11» компенсацию морального вреда в размере 3 000 000,00 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям указанным в иске. Суду пояснил, что в настоящее время состояние его здоровья ухудшается, в связи с чем он был направлен в онкологический центр.

Представитель ответчика «ТГК № 11» ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, поддержала представленный в материалы дела письменный отзыв, откуда следует, что в 2012 году ФИО1 установлен диагноз - <данные изъяты>, установлена 30% степень утраты профессиональной трудоспособности. Актом Управления Роспотребнадзора по Омской области от 13.06.2012 установлены факты длительного многократного воздействия на организм истца вредных веществ химической природы (кремний диоксид, марганец), работодатель признан виновным в причинении вреда здоровью ФИО1 С 2017 года в целях реализации социальной политики АО «ТГК-11», коллективным договором была предусмотрена обязанность работодателя по осуществлению ежемесячной выплаты работнику, получившему профзаболевание на производстве по вине работодателя, до выздоровления или получения инвалидности. Размер выплаты, назначенной ФИО1, составил 3 000,00 рублей ежемесячно. С февраля 2017 года до даты увольнения работник по данному основанию получил 72 000,00 рублей. По результатам периодического медицинского осмотра у ФИО1 в ноябре 2018 года выявлены медицинские противопоказания к работе электрогазосварщиком 5 разряда. Работник уволен 06.02.2019 по соглашению сторон. В целях компенсации моральных и нравственных страданий, связанных с прекращением трудовой деятельности, в АО «ТГК-11», на основании Соглашения о расторжении трудового договора от 01.02.2019, Истцу выплачена денежная компенсация в размере 3-х средних месячных заработных плат на общую сумму 97 096,30 рублей. Полагает, что 169 096,30 рублей, выплаченные Ответчиком Истцу в добровольном порядке, в связи с частичной утратой им профессиональной трудоспособности, в полном объеме компенсирует его физические и нравственные страдания. Анализ сложившейся судебной практики определяет сумму компенсации морального вреда, подлежащей выплате работодателями в пользу работников, получивших утрату 30% профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, в размере от 80 000,00 до 100 000,00 рублей. Просит учесть, что стаж работы ФИО1 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание, составляет 30 лет, согласно п. 3.3. Санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 20.01.2012 № 3, а также п. 9 Акта Управления Роспотребнадзора по Омской области от 13.06.2012. АО «ТГК-11» является правопреемником ОАО «Омская электрогенерирующая компания», следовательно, принимает на себя ответственность перед Ответчиком в качестве работодателя за причиненный вред здоровью с 03.08.2005 - даты регистрации Общества, образовавшегося в результате реорганизации в форме выделения из ОАО АК ЭиЭ Омскэнерго, по 2012 год - дату установления утраты профессиональной трудоспособности (7 лет). Согласно записям в трудовой книжке, ФИО1 работал 12 лет, с 1991 по 2003, электросварщиком ручной сварки, электрогазосварщиком в ПРП «Омскэнерго», в филиале ОАО АКЭиЭ Омскэнерго «Электрогенерирующее предприятие» ТЭЦ-4, 10 лет, с 1981 по 1991, - электросварщиком на заводе сборного железобетона № 1 треста «Железобетон». В период работы у других работодателей, предшествующих работе в АО «ТГК-11», ФИО1, согласно указанным в трудовой книжке наименованиям профессий, в течение 22 лет выполнял аналогичные по функционалу работы. Просила отказать в удовлетворении заявленных требований. Дополнительно, при рассмотрении вопроса об определении размера компенсации морального вреда просила принимать во внимание выводы об оптимальном размере компенсации, согласно сложившейся судебной практике, установить размер компенсации морального вреда, соизмеримый со степенью вины каждого работодателя, виновного в получении Истцом профессионального заболевания.

Суд, выслушав участников процесса, заключение прокурора Кирилловой Е.А., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, исследовав медицинскую документацию истца, приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании ч. 1 ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации, в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Судом установлено, и следует из трудовой книжки ФИО1, что он 12.12.1991 был принят электросварщиком ручной сварки 4 разряда в котлоремонтный цех № 4, участок топливоподачи в ПРП «Омскэнерго», которое преобразовано в филиал ОАО АКЭиЭ «Омскэнерго».

31.12.1999 перемещен, на основании ч. 2 ст. 25 КЗОТ РФ, в филиал ОАО АК «Омскэнерго» ТЭЦ-4 электросварщиком ручной сварки 4 разряда цеха централизованного ремонта на участок топливоподачи.

19.11.2001 переведен электрогазосварщиком 5 разряда Топливно-транспортного цеха.

С 04.02.2004 филиал ОАО АК «Омскэнерго» и филиал «Омская ТЭЦ-4» вошли в состав созданного филиала «Электрогенерирующее предприятие», в качестве «структурного подразделения «ТЭЦ-4».

01.05.2004 истец переведен в топливно-транспортный цех электрогазосварщиком 5 разряда.

На основании решения акционеров от 31.12.2004, ОАО АК «Омскэнерго» реорганизовано путем выделения ОАО, в том числе, и ОАО «Омская электрогенерирующая компания».

03.08.2005 истец переведен на участок топливообеспечения и транспорта на должность электрогазосварщика 5 разряда.

01.07.2006 переведен электрогазосварщиком 5 разряда в топливно-транспортный цех структурного подразделения «Омская ТЭЦ-4».

С 29.08.2007 ОАО «Омская электрогенерирующая компания» реорганизовано в форме присоединения к ОАО «ТГК № 11», трудовые отношения истца продолжены с ОАО «ТГК № 11».

03.03.2008 ФИО1 переведен электрогазосварщиком ручной сварки 6 разряда топливно-транспортного цеха структурного подразделения «ТЭЦ-4».

07.08.2012 истец переведен на должность электрогазосварщика 5 разряда топливно-транспортного цеха структурного подразделения «ТЭЦ-4».

ОАО «ТГК № 11» переименовано в АО «ТГК № 11». (01.01.2014)

06.02.2019 Трудовой договор с истцом расторгнут по соглашению сторон п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Данные обстоятельства подтверждаются копиями приказов о приеме на работу и увольнении ФИО1, личными карточками работника, копией трудового договора, дополнительными соглашениями к трудовому договору, и не оспаривались сторонами. (том 1 л.д. 9-17, 107-122, 123-145).

Согласно Санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника от 20.01.2012 № 3, утвержденной руководителем Управления Роспотребнадзора по Омской области ФИО3, условия труда ФИО1 в период его работы на предприятии не соответствовали требованиям санитарных правил и гигиенических норм по следующим показателям: содержание в воздухе рабочей зоны марганца, аэрозолей преимущественно фиброгенного действия (том 1 л.д. 92-97).

Как следует из акта о случае профессионального заболевания, установленного 13.06.2012, утвержденного Руководителем Управления Роспотребнадзора по Омской области от 03.06.2012, работа ФИО1 связана с вредными условиями труда. Общий стаж работы 32 года. Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 30 лет. Заключительный диагноз: <данные изъяты>. Заболевание профессиональное.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие вредных веществ химической природы (в 2010 - кремний диоксида при ПДК= 1 мг/куб.м. зафиксировано фактически 1,65 мг/м.куб.; в 2005 - марганец при ПДК= 0,2 мг/куб.м. зафиксировано фактически 0,27 мг/куб.м.) Заключение: на основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате: 1. Выполнение работы в условиях с превышением ПДК вредных веществ химической природы в воздухе рабочей зоны вне сварочного поста. 2. Продолжительная работа электросварщиком ручной сварки (электрогазосварщиком) в условиях воздействия вредных веществ химической природы (том 1 л.д. 87-91).

В соответствии с извещением № 4 об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания № 388-2/У от 13.06.2012 Центра профессиональной патологии Бюджетного учреждения здравоохранения Омской области КМХЦ Министерства здравоохранения Омской области ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты>. Заболевание профессиональное. (том 1 л.д. 98).

Согласно справке серии МСЭ-2011 № 0089276 Бюро № 16 филиала ФКУ ГБ МСЭ по Омской области Минтруда, ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием от 13.06.2012 установлена утрата профессиональной трудоспособности 30% с 07.07.2017 бессрочно (том 1 л.д. 8).

Заключением врачебной комиссии Центра профессиональной патологии БУЗОО КМХЦ Министерства здравоохранения Омской области № 456 от 08.06.2018, ФИО1 установлен клинический диагноз: <данные изъяты> Заболевание профессиональное. Рекомендовано: санаторная реабилитация один раз в год по профилю патологии органов дыхания и нервной системы. В постороннем уходе и сопровождении не нуждается. Заключение: данные проведенного обследования и динамического наблюдения свидетельствуют о <данные изъяты>том 1 л.д. 34-35,54).

На основании изложенного суд приходит к выводу, что ухудшение здоровья истца произошло вследствие профессионального заболевания, полученного в период его работы в ПРП «Омскэнерго», ОАО АК «Омскэнерго» ТЭЦ-4», ОАО АК «Омскэнерго», филиала «Омская ТЭЦ-4», ОАО «Омская электрогенерирующая компания», ОАО «ТГК № 11», а также АО «ТГК № 11», являющегося правопреемником ОАО «Омская электрогенерирующая компания», что привело к утрате профессиональной трудоспособности истца на 30%. Причиной заболевания послужили: выполнение работы в условиях с превышением ПДК вредных веществ химической природы в воздухе рабочей зоны вне сварочного поста.

Согласно ст. 21 ТК РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Порядок и основания возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору установлены Федеральным законом № 125-ФЗ от 24.07.1998 года "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний". В силу ст. 8 указанного Закона, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств возмещается по правилам, предусмотренной главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В силу ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьями 151, 1101 ГК РФ регламентировано, что при определении размеров денежной компенсации морального вреда, причиненного гражданину (в том числе нравственных страданий) суд принимает во внимание степень вины нарушителя, характер физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности лица, которому причинен вред, а также требования разумности и справедливости.

При этом, согласно разъяснениям, приведенным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Поскольку вина ФИО1 в получении им профессионального заболевания, либо грубая неосторожность при исполнении трудовых обязанностей в ходе рассмотрения дела не установлены, суд приходит к выводу, что возмещение морального вреда, причиненного истцу в результате профессионального заболевания, является обязанностью работодателя пострадавшего работника, каковым на период установления профессионального заболевания являлось ОАО «ТГК № 11», правопреемником которого в настоящее время является АО «ТГК № 11».

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, суд руководствуется положениями ст. 237 ТК РФ и разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 г. № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", исходит из того, что причиной возникновения у истца профессионального заболевания явилось воздействие на его организм вредных производственных факторов в период его работы на предприятии ответчика в связи с необеспечением работодателем безопасных условий труда, вследствие чего приходит к выводу о возникновении у ответчика обязанности возместить истцу моральный вред в связи с причинением вреда его здоровью.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень вины ответчика, общий стаж работы истца в неблагоприятных условиях, степень физических и нравственных страданий истца, его возраст, утрату профессиональной трудоспособности на 30%.

Также суд отмечает, что режим труда и отдыха на предприятии ответчика соблюдался, средствами индивидуальной защиты истец обеспечивался, правила пользования ими не нарушались, что истцом не оспаривалось, истец проходил периодические медицинские осмотры 1 раз в год.

Кроме того, суд учитывает тот факт, что истец работал на предприятии ответчика и его правопредшественников на протяжении длительного времени, в течение которого работодатели допускали нарушения трудовых прав истца, подвергая его воздействию вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что привело к причинению вреда здоровью истца и возникновению профессионального заболевания.

Факт материальных выплат, произведенных ответчиком истцу на основании локальных нормативных актов предприятия, не являющихся компенсацией морального вреда, не лишает истца права на возмещение морального вреда.

На основании изложенного, учитывая все установленные фактические обстоятельства, исходя из принципа разумности и справедливости, суд полагает взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000,00 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Сумма государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика в доход местного бюджета составляет 300,00 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «ТГК № 11» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного его здоровью в результате профессионального заболевания, 300 000,00 (триста тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, заявленных ФИО1, отказать.

Взыскать с Акционерного общества «ТГК № 11» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300,00 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Советский районный суд г. Омска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья подпись Л.Б. Бузуртанова

Мотивированное решение составлено 15.07.2019 года.

Копия верна:

Судья Л.Б. Бузуртанова