Апелляционное определение № 33-279/2026 33-3727/2025 от 19 января 2026 г.

Председательствующий по делу Дело №33-279/2026

Судья Рыбаков В.А. (№ дела в суде 1-й инст. 2-1172/2025)

УИД 75RS0001-02-2024-011560-41


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам <адрес>вого суда в составе:

председательствующего судьи Казакевич Ю.А.,

судей Погореловой Е.А., Радюк С.Ю.

при секретаре Цыржиевой А.З.

с участием прокурора Апрелковой В.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в <адрес> 20 января 2026 года гражданское дело по исковому заявлению прокурора <адрес> в интересах ФИО1 к Частному учреждению дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр» о признании незаконным приказа о расторжении трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО2

на решение Центрального районного суда <адрес> от <Дата>, которым постановлено:

«Исковые требования удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ генерального директора Частного учреждения дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр» от 08.11.2024 № 198 о расторжении трудового договора по инициативе работника с заместителем генерального директора – директором Читинского филиала ФИО1.

Восстановить ФИО1 на работу с <Дата> в Частное учреждение дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр» в должности заместителя генерального директора – директора Читинского филиала Частного учреждения дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр».

Взыскать с Частного учреждения дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) средний заработок за время вынужденного прогула с <Дата> по <Дата> в размере 367 500 рублей.

Взыскать с Частного учреждения дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей».

Заслушав доклад судьи Казакевич Ю.А., судебная коллегия

установила:

прокурор <адрес> обратился в суд с вышеуказанным иском в интересах ФИО1, ссылаясь на следующие обстоятельства. ФИО1 с <Дата> по <Дата> осуществляла трудовую деятельность в должности заместителя генерального директора – директора Читинского филиала Частного учреждения дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр» (далее СибКЭУЦ (ЧУ ДПО)). В период осуществления трудовой деятельности дисциплинарных взысканий на работника не налагалось.

<Дата> истцу поступило задание от генерального директора Калашникова Э.Э., которое она исполнила, но ее сообщения отправлялись на доработку до <Дата>, а <Дата> прошел отчет директоров филиалов за 9 месяцев, который истец, как директор Читинского филиала, прошла успешно. Никаких нареканий со стороны работодателя не поступало.

<Дата> по видеоконференцсвязи поступил вызов от генерального директора Калашникова Э.Э. Истец в это время находилась в своем кабинете с бухгалтером ФИО3, дверь в кабинет была открыта, поэтому разговор был слышен и в соседнем кабинете специалистом ФИО4. В камеру было видно только истца, Калашников Э.Э. сказал ей, что он остался недоволен выполненным заданием, и работать с ней больше не хочет, предложил в этот же день (а именно в течение 5 минут) расторгнуть трудовые отношения по соглашению сторон с выплатой 2 окладов.

Не имея возможности обдумать, пребывая в состоянии стресса от сложившейся ситуации, истец написала письменное заявление об увольнении по собственному желанию и отправила его по электронной почте Калашникову Э.Э. Через некоторое время истцу позвонила помощник генерального директора ФИО5 и потребовала переписать заявление по собственному желанию на увольнение по соглашению сторон, направив на электронную почту проект соглашения об увольнении. Соглашение истец подписывать не стала. В тот же день истцу прислали приказ об увольнении от <Дата> № по инициативе работника, с которым истец ознакомилась, и произвели окончательный расчет.

<Дата>, в воскресенье, ФИО1 обратилась к работодателю с письменным заявлением об отзыве своего заявления на увольнение, направив его по электронной почте на имя генерального директора Калашникова Э.Э., мотивируя отсутствием у неё волеизъявления на расторжение трудовых отношений и желая продолжить трудовую деятельность, на который ответ получен не был.

Таким образом, работодателем при увольнении ФИО1 нарушен порядок увольнения по собственному желанию, предусмотренный ст. 80 ТК РФ, а именно несоблюдения права работника на отзыв заявления об увольнении по собственному желанию до истечения 2-х недельного срока. Добровольного волеизъявления на увольнение не имелось, так как данным увольнением ФИО1 поставила в критическую ситуацию себя и своих детей. Незаконным увольнением ей причинены моральные и нравственные страдания в связи с тем, что она осталась без работы, не имея намерений на увольнение.

На основании изложенного, с учетом уточнений исковых требований, просил суд признать незаконным приказ генерального директора СИБКУЭЦ (ЧУДПО) от <Дата> № о расторжении трудового договора по инициативе работника с заместителем генерального директора - директором Читинского филиала ФИО1, восстановить ФИО1 в должности заместителя генерального директора - директора Читинского филиала СИБКУЭЦ (ЧУДПО) с <Дата>, взыскать с СИБКУЭЦ (ЧУДПО) компенсацию за вынужденный прогул за период с <Дата> по дату вынесения решения суда в размере 3 675 рублей в день, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей (т.1, л.д. 5-9, л.д. 112).

Судом постановлено приведенное выше решение (л.д. 226-229).

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО2 просит решение районного суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

Указывает, что истец сама написала заявление об увольнении по собственному желанию, указала дату увольнения. После получения от истца заявления, сотрудники предприятия с ней связались, и объяснили, что увольнение по соглашению сторон будет выгоднее для нее, но истец настояла на увольнении по собственному желанию. Все это противоречит выводам суда о том, что на истца было оказано давление. Указанный вывод суда противоречит и протоколам судебных заседаний, где отвечая на вопросы представителя ответчика, истец не смогла пояснить, в чем именно состояло оказываемое на нее давление. Угроз истцу или ее близким не поступало. Истец имеет высшее образование, является дееспособной, в силу руководства деятельностью филиала обязана следить за дисциплиной других сотрудников, знать трудовое право. Из показаний свидетеля ФИО4 также следует, что работодатель предлагал истцу увольнение по соглашению сторон, в ответ на это ФИО1 направила заявление об увольнении по собственному желанию. На вопрос судьи о том, предлагалось ли истцу увольнение по соглашению сторон, ФИО4 пояснила, что она поняла, что по соглашению сторон.

Судом не дана оценка тому обстоятельству, что после подачи заявления, руководитель связывался с истцом, пояснял, что ее заявление противоречит воле работодателя и ухудшается условия для истца. Выводы суда также противоречат должностной инструкции истца, в соответствии с которой она должна знать основы трудового законодательства.

В суде истец не смогла пояснить, в чем заключалось оказываемое на нее давление, директор ей или ее близким не угрожал, не оказывал какого-либо иного давления. Вывод суда о том, что на истца было оказано давление, не мотивирован. Тот факт, что истец написала заявление об увольнении в день разговора, не свидетельствует об оказании на нее давления. Показаниями свидетелей подтверждается, что Калашников Э.Э. предложил истцу увольнение по соглашению сторон, направил проект соглашения и дал время подумать. Заявление об увольнении по собственному желанию истец написала по своей инициативе. В заявлении истец сама указала дату увольнения. Достоверных доказательств того, что на истца оказывалось давление, суду представлено не было.

Факт того, что истец является матерью троих несовершеннолетних детей, не имеет юридического значения для разрешения настоящего спора, к категории социально-нуждающихся истец не относится.

Ссылки суда на то, что работодатель должен выяснять по каким причинам работник заявляет о немедленном увольнении, является ли его волеизъявление добровольным, не основаны на нормах закона. Также необоснован вывод суда о том, что работодатель должен был предложить работнику достичь соглашения об иной дате увольнения с учетом специфики ее работы (т.1, л.д. 240-243).

Проверив материалы дела, заслушав объяснения представителя ответчика ФИО2, истца ФИО1, заключение прокурора Апрелковой В.С., обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 на основании трудового договора № от <Дата>, приказа (распоряжения) о приеме работника на работу № от <Дата>, дополнительного соглашения к трудовому договору № от <Дата> состояла в трудовых отношениях с Частным учреждением дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр» (СибКЭУЦ (ЧУ ДПО)), занимала должность заместителя генерального директора – директора Читинского филиала (т.1, л.д. 16-19, л.д. 20, л.д. 22).

<Дата> истцом ФИО1 было написано и передано работодателю заявление об увольнении по собственному желанию <Дата> (т. 1, л.д. 86).

На основании указанного заявления, в тот же день ответчиком был издан приказ № о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), согласно которому ФИО1 уволена с занимаемой должности с <Дата> на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ по инициативе работника (т. 1 л.д. 87).

С данным приказом истец ознакомлен <Дата>, что подтверждается ее подписью на приказе.

<Дата> ФИО1 направила генеральному директору СибКЭУЦ (ЧУ ДПО) Калашникову Э.Э. заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию, так как оно было написано под давлением, просила отменить приказ об увольнении, так как прекращать трудовую деятельность не собиралась (т.1. л.д. 88).

Полагая увольнение незаконным, в обоснование исковых требований истец ФИО1 указала, что не имела намерения увольняться, написала заявление об увольнении по собственному желанию под давлением руководства, намерения прекращать трудовые отношения с ответчиком не имела.

Разрешая исковые требования, суд пришел к выводу о незаконности увольнения истца, при этом суд исходил из отсутствия добровольного волеизъявления ФИО1 на увольнение по собственному желанию, работодатель не выяснил причины незамедлительного увольнения истца, не разъяснил последствия такого увольнения, в частности, что работник лишен возможности отозвать заявление об увольнении в срок до даты увольнения, согласованной сторонами, с учетом специфики, занимаемой истцом должности, работодателем не было предложено работнику достичь соглашения об иной дате увольнения (с учетом необходимости передачи имущества).

Признав увольнение истца незаконным, суд удовлетворил производные исковые требования истца, взыскал с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула в размере 367 500 руб., компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб. Поскольку решение суда в указанной части сторонами по делу не обжалуется, решение суда в указанной части в соответствии с требованиями ст. 327.1 ГПК РФ судебной коллегией не проверяется.

Оценивая доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый, второй и третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

По данному спору об увольнении юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1, их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являлись следующие обстоятельства: были ли действия ФИО1 при подаче <Дата> заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными; выяснялись ли работодателем причины подачи ФИО1 заявления об увольнении по собственному желанию с учетом расторжения трудового договора в день подачи заявления.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, указанные обстоятельства были правильно определены и исследованы судом первой инстанции.

Суд выяснил и учел обстоятельства, предшествующие написанию ФИО1 заявления об увольнении по собственному желанию, повлиявшие на принятие решения истцом об увольнении, мотивы, которыми она руководствовалась при написании такого заявления, и дал оценку по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации всем представленным сторонам доказательствам, в том числе объяснениям сторон, показаниям свидетелей.

Судебная коллегия полностью соглашается с приведенными выводами суда первой инстанции и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в строгом соответствии с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

В решении приведено верное толкование норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", а также результаты оценки доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ответчика о недоказанности факта принуждения ФИО1 к увольнению по собственному желанию, неверной оценке судом представленных доказательств, по существу сводятся к иной оценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор, судом было принято во внимание, что согласно пояснениям истца, она не имела намерения увольняться, на иждивении имеет троих несовершеннолетних детей и была заинтересована в продолжении работы, иного места работы и (или) заработка не имела. В свою очередь, работодатель в лице генерального директора Сиб КЭУЦ (ЧУДПО) Калашников Э.Э. оказал на истца давление, требовал от нее уволиться в течение одного часа, что подтверждается пояснениями истца, а также показаниями допрошенных свидетелей.

В частности, допрошенная свидетель ФИО3 пояснила, что генеральный директор Калашников Э.Э. позвонил ФИО1 по видеоконференц-связи, сказал, что больше не хочет с ней работать, предложил ей уволиться и два оклада в качестве компенсации, чтобы она смогла найти работу, дал время подумать 5 минут и отключился. ФИО1 была растерянна, для нее это было неожиданностью, она не знала, что ей делать. Затем в течение часа ФИО1 позвонила секретарь генерального директора Калашникова Э.Э. и сказала, что готовит документы и ждет от ФИО1 заявление. При этом ФИО1 никто не разъяснял последствия написания заявления об увольнении, право отозвать заявление, отработать 14 дней также ей не предлагалось. Ее торопили написать заявление, и предлагали только компенсацию. Вместе с тем, ФИО1 желание не увольнение не изъявляла, до <Дата> никогда не говорила, что хочет уволиться, ее все устраивало. <Дата> свидетель с ней вместе делали бизнес-план на следующий год. Для ФИО1 предложение об увольнении было неожиданным.

Допрошенная свидетель ФИО4 пояснила, что ее кабинет находится рядом с кабинетом ФИО1, слышимость хорошая, <Дата> она находилась в своем кабинете, дверь была открыта, и она слышала, что ФИО1 по видеоконференц-связи позвонил генеральный директор Калашников Э.Э., и как она поняла из разговора, предложил ей уволиться по соглашению сторон, дал подумать 5 минут и написать заявление об увольнении. Когда ФИО1 вышла из кабинета, сказала, что Калашников Э.Э. предложил ей уволиться, при этом она была растеряна, для нее это было неожиданностью. До <Дата> ФИО1 никогда не говорила, что хочет уволиться.

В свою очередь ответчиком не представлено суду доказательств того, что при увольнении ФИО1 им были соблюдены нормы трудового законодательства.

В частности, ответчиком не представлено доказательств, что, получив заявление ФИО1 об увольнении по собственному желанию, руководством организации принимались меры по выяснению причин его подачи, а также по разъяснению работнику последствий написания заявления об увольнении по инициативе работника и права на его отзыв. Работодатель, получив заявление ФИО1, в тот же день вынес приказ об увольнении работника.

В судебных заседаниях представитель ответчика не отрицал тот факт, что ФИО1 последствия подачи заявления об увольнении по собственному желанию не разъяснялись, о сроках такого обращения не сообщалось, истинная причина ее увольнения работодателем не выяснялась.

В этой связи оснований для вывода о достигнутом соглашении между истцом и ответчиком относительно обстоятельств и даты увольнения истца, у суда не имелось.

Кроме того, судебная коллегия также принимает во внимание то обстоятельство, что увольнению ФИО1 предшествовал разговор с генеральным директором Калашниковым Э.Э., которой сказал, что не хочет больше с ней работать, предложил ей уволиться, дал подумать 5 минут, затем ей звонила секретарь Калашникова Э.Э., торопила написать заявление. Увольнение же было оформлено в день подачи истцом заявления, сразу был произведен с ней полный расчет, что свидетельствует об отсутствии у истца возможности обдумать свое увольнение, подать заявление о его отзыве. Вместе с тем, в воскресенье <Дата> ФИО1 написала заявление об отзыве заявления об увольнении, направила его по электронной почте генеральному директору, в понедельник <Дата> и <Дата> истец ходила на работу, однако ответа на ее заявление не поступило.

О том, что истец намеревалась продолжать работать у ответчика, свидетельствуют также показания свидетелей, которые пояснили, что до <Дата> ФИО1 никогда не говорила, что хочет уволиться, предложение уволиться было для нее неожиданностью, она была растеряна, не знала, что ей делать.

Впоследствии истец обращалась за защитой нарушенных прав в прокуратуру, до рассмотрения дела судом первой инстанции она нигде не была трудоустроена, поскольку намерена продолжить работу у ответчика.

В совокупности вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в материалы дела ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих наличие волеизъявления ФИО1 на увольнение по собственному желанию и добровольность ее волеизъявления на увольнение по собственному желанию, достижения с ней соглашения о дате ее увольнения.

При таких обстоятельствах, разрешая спор, суд первой инстанции, исходя из регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации, на основании оценки совокупности имеющихся в деле доказательств сделал обоснованный вывод о том, что у ФИО1 не имелось добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с ответчиком, поскольку доводы истца о том, что она не хотела прекращать трудовые отношения с ответчиком по собственному желанию, заявление было подано вынужденно, нашли свое подтверждение при рассмотрении дела.

При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения и оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Вместе с тем, поскольку суд первой инстанции не рассмотрел вопрос о взыскании с ответчика государственной пошлины, суд апелляционной инстанции, приходит к выводу об изменении решения суда в части.

С учетом положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 688 руб.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда <адрес> от <Дата> изменить частично.

Взыскать с Частного учреждения дополнительного профессионального образования «Сибирский корпоративный энергетический учебный центр» государственную пошлину в размере 11 688 рублей в доход бюджета городского округа «<адрес>».

В остальной части решение оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (<адрес>) путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции - Центральный районный суд <адрес>.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <Дата>.