Апелляционное определение № 11-1302/2026 11-1303/2026 11-14549/2025 от 29 января 2026 г.

УИД № 74RS0032-01-2025-003378-46


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-1302/2026,

№ 11-1303/2026
30 января 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Палеевой И.П., Клыгач И.-Е.В.,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Миасского городского суда Челябинской области от 20 октября 2025 года, дополнительное решение Миасского городского суда Челябинской области от 14 ноября 2025 года по иску ФИО1 к государственному казенному учреждению социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей, «Радуга» о признании незаконным бездействия, признании незаконным и отмене приказа о дисциплинарном взыскании, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Палеевой И.П. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителей ответчика ГКУСО «Центр Радуга» - ФИО2 и ФИО3, третьего лица ФИО3, возражавших против отмены решения по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному казенному учреждению социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей, «Радуга» (далее – ГКУСО «Центр Радуга») о признании незаконным и отмене приказа № от 06.05.2025 года «О дисциплинарном взыскании», взыскании компенсации морального вреда в размере 25 000 руб., взыскании судебных расходов.

В обоснование исковых требований истец указал, что он осуществляет трудовую деятельность в ГКУСО «Центр Радуга» в должности <данные изъяты>. В отношении истца директором ГКУСО «Центр Радуга» ежемесячно издаётся до трех приказов «О даче письменных объяснений» в порядке ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации по дисциплинарным проступкам, которых истец не совершал, тем самым создаются препятствия в работе истца, который вынужден тратить от 2 до 4 смен в неделю на составление объяснений. Факт систематического издания руководителем ГКУСО «Центр Радуга» незаконных приказов о привлечении истца к дисциплинарной ответственности установлен вступившим в законную силу решением Миасского городского суда от 18.12.2024 года по гражданскому делу № 2-2929/2024. Указанные действия руководителя ГКУСО «Центр Радуга» свидетельствуют о длительной травле истца, имеющей целью понудить его к увольнению. 23.04.2025 года истец ознакомлен с 28-м по счёту приказом «О предоставлении объяснения» № от 23.04.2025 года, изданным на основании докладной от 22.04.2025 инструктора по физической культуре ФИО10, в которой сообщается о том, что специалист по охране труда ФИО1 18.04.2025 года проводил сам себе зарядку, что не соответствует действительности. При ознакомлении с указанным приказом истец внес запись о своем несогласии с изложенными в нем обстоятельствами. Копию докладной ФИО10 директор ФИО3 истцу не представила. 06.05.2025 года истец ознакомлен с приказом № от 06.05.2025 года «О дисциплинарном взыскании», в котором директор ФИО3 указывает дату проступка не 18.04.2025 года как в приказе «О предоставлении объяснения» № от 23.04.2025 года, а 22.04.2025 года и время 15 час. 00 мин. В настоящем приказе не указаны конкретные обстоятельства совершения дисциплинарного проступка, время его совершения, когда и кем, при каких обстоятельствах зафиксирован дисциплинарный проступок, каким локальным нормативным актом запрещено делать зарядку, каким локальным нормативным актом предусмотрен инструктаж по охране труда перед физпаузой, кто обязан его проводить. Из текста приказа усматривается, что истец дважды совершил дисциплинарный проступок 18.04.2025 года и 22.04.2025 года. Как усматривается из текста приказа № от 06.05.2025 года «О дисциплинарном взыскании», он издан на основании приказа «О предоставлении объяснения» № от 23.04.2025 года, в котором указана только одна дата совершения дисциплинарного проступка – 18.04.2025 года, без указания конкретного времени. Таким образом, за дисциплинарный проступок, совершённый истцом 22.04.2025 года, письменные объяснения не взяты, что является нарушением порядка применения дисциплинарного взыскания, установленного ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, из чего следует, что приказ № от 06.05.2025 года «О дисциплинарном взыскании» является незаконным. Вышеуказанные приказы имеют признаки фальсификации и изданы директором ФИО3 со злым умыслом - нанести глубокие моральные и физические страдания истцу, путём создания истцу невыносимых условий работы, подрыва высокого авторитета истца в коллективе путём искусственного создания образа недобросовестного работника, который игнорирует правила внутреннего трудового распорядка учреждения, хотя на этого же работника возложена трудовая функция контролировать режим труда и отдыха других сотрудников учреждения. Незаконными действиями ответчика истцу причинен моральный вред.

Также ФИО1 обратился в суд с иском к ГКУСО «Центр Радуга» о признании незаконным бездействия по организации и при производстве окрасочных работ, произведённых в кабинете истца 25.03.2025 года в период с 09 час. 15 мин. по 12 час. 50 мин., взыскании с ГКУСО «Центр Радуга» компенсации морального вреда в размере 30 000 руб.

В обоснование иска указал, что 25 марта 2025 года в кабинете истца появилась подсобный рабочий ФИО9, которая начала окрасочные работы. Производство окрасочных работ велось нитрокрасками на основе растворителей, возник очень сильный запах краски. Подсобный рабочий ФИО9 открыла двери и окно, создав сильный сквозняк. На требование истца немедленно прекратить производство окрасочных работ и провести их в пятницу после окончания рабочего дня, подсобный рабочий ФИО9 ответила отказом, заявив, что выполняет работу по прямому указанию директора ФИО3 Производство окрасочных работ велось до 12 часов 50 минут, средства индивидуальной защиты ни истцу, ни ФИО4 не выдавались. Считает, что при проведении окрасочных работ нарушены Правила по охране труда при выполнении окрасочных работ, введённые в действие приказом Минтруда и соцзащиты Российской Федерации №849н от 22.12.2020 года. Под воздействием сильного холодного потока воздуха у истца поднялась высокая температура, заложило горло, нос и ухо. Под воздействием паров краски покраснели и начали слезиться глаза. На следующий день 26 марта 2025 года истец с симптомами сильной простуды обратился за медицинской помощью в ГБ № 3, что подтверждается медицинской картой от 26.03.2025 года. Ответственные должностные лица ГКУСО «Центр Радуга» не организовали надлежащим образом с соблюдением всех требований безопасности производство окрасочных работ в кабинете истца, не приостановили производство окрасочных работ, когда стало ясно, что ни истец, ни подсобный рабочий ФИО9 не защищены от негативного воздействия вредных и опасных производственных факторов. Бездействия должностных лиц ГКУСО «Центр Радуга» в этой ситуации нанесли истцу глубокие физические и нравственные страдания. Физические страдания выразились в тяжёлом простудном заболевании с болезненными симптомами: боль в горле, кашель, насморк, озноб, высокая температура, ломота в теле, слабость, что подтверждается медицинской картой от 26 марта 2025 года, длительностью болезни и появлением симптомов ринофарингита (хронического насморка). Нравственные страдания выразились в нарушении душевного спокойствия, чувства унижения и беспомощности перед действиями руководителей учреждения, нацеленными на разрушение системы управления охраной труда, чувства стыда за то состояние охраны труда, в котором оно оказалось после прихода новых руководителей, в связи с ничтожной зарплатой за месяцы, на которые пришлись листки нетрудоспособности и невозможностью обеспечить достойный уровень жизни в семье. У истца до настоящего времени сильные головные боли, слезятся глаза и не проходит насморк, который перешёл в хроническую форму.

Определением Миасского городского суда Челябинской области от 22.07.2025 года гражданские дела по искам ФИО1 объединены в одно производство.

Суд постановил решение, которым в удовлетворении требований ФИО1 к ГКУСО «Центр Радуга» о признании незаконным бездействия по организации при проведении окрасочных работ, признании незаконным и отмене приказа № от 06.05.2025 года «О дисциплинарном взыскании», компенсации морального вреда отказал.

Дополнительным решением от 14.11.2025 года в удовлетворении требования ФИО1 о взыскании с ГКУСО «Центр Радуга» почтовых расходов в размере 735 руб. 41 коп. отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда и дополнительное решение от 14.11.2025 года и принять по делу новое решение, которым удовлетворить исковые требования в полном объёме. Указывает, что суд первой инстанции не установил, является ли дополнительное соглашение № от 01.12.2023 года подложным доказательством со стороны ответчика, имеет ли оно юридическую силу. Истец дополнительное соглашение № от 01.12.2023 года не подписывал и не мог подписать, так как является неотъемлемой частью трудового договора № от 19.11.2018 года, который утратил юридическую силу в 2020 году. Отмечает, что судом не были истребованы локальные нормативные акты ГКУСО «Центр Радуга» о системе аудио- и видеонаблюдения в учреждении и по защите персональных данных работников. Материалами дела подтверждается, что истец с целью объективного и справедливого разрешения дела настаивал на приобщении к материалам дела видеозаписей со станционарных видеокамер. Утверждения о том, что информация со стационарных видеокамер хранится всего месяц, являются ложными, однако суд принял их без всякой проверки, не запросив у стороны ответчика Положение о системе аудио и видеонаблюдения в МКУ «Центр Радуга» МГО, введённое в действие приказом № 434 от 08.10.2019 года (далее – Положение), согласно которому срок хранения аудио- и видеозаписей составляет 365 дней, после этого срока запись подлежит уничтожению, однако, если камеры аудио- и видеонаблюдения зафиксировали конфликтную ситуацию, то для таких записей устанавливается специальный срок хранения – до 3 лет. На представленной стороной ответчика видеозаписи истец делает не зарядку, а разминку, занимающую по времени меньше минуты (несколько приседаний и несколько отжиманий на кольцах), данные разминки не представляют никакой травмоопасности, что подтверждается содержанием видеозаписи. Считает, что утверждения со стороны ответчика о том, что якобы истцом была создана травмоопасная ситуация, беспочвенны и надуманы с целью оправдать незаконную видеосъёмку истца на личные смартфоны. Истец пояснил суду, что делал разминки на спортивной площадке до 31.01.2025 года с разрешения директора. Указывает, что Правила внутреннего трудового распорядка от 08.12.2023 года на момент 07.10.2023 года ещё не были утверждены и введены в действие, следовательно, истец был ознакомлен только с приказом № от 07.10.2023 года. В оспариваемом приказе в вину истцу поставлены физические упражнения на брусьях и турниках. Считает, что предоставленная суду в качестве доказательства стороной ответчика видеозапись, якобы снятая 18.04.2025 года, бывшим работником ФИО10, не подтверждает, а наоборот опровергает эти утверждения. Выражает несогласие со свидетельскими показаниями ФИО10, поскольку он не смог назвать точное время, когда он 18.04.2025 года снимал «зарядку» истца. Считает, что свидетель ФИО10 дал заведомо ложные показания и в части даты написания докладной и времени передачи видеозаписи директору учреждения. Суд первой инстанции не принял во внимание, что на истца за один дисциплинарный проступок наложено два дисциплинарных взыскания: п. 1 приказа № от 06.05.2025 года «О дисциплинарном взыскании» на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде запрета проводить «самому себе зарядку», что является самостоятельным основанием для признания судом оспариваемого приказа незаконным, и его отмены, и п. 2 – замечание. Ссылается на нарушение ответчиком процедуры наложения дисциплинарного взыскания и нарушение порядка применения дисциплинарных взысканий, так как с истца не было взято письменное объяснение за якобы совершённый 22.04.2025 года дисциплинарный проступок, что является самостоятельным основанием для отмены и признания незаконным приказа о дисциплинарном взыскании. Считает, что представленная в материалы дела спорная видеозапись без даты и времени, якобы снятая 18.04.2025 года ФИО10, получена стороной ответчика с нарушением положений ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 6 Федерального закона от 27.07.2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных», в связи с чем данное доказательство не имеет юридической силы и не могло быть положено в основу решения суда, что привело к принятию неправильного решения судом. Указывает, что суд первой инстанции не предпринял никаких мер по обеспечению явки и допроса главного свидетеля – председателя комиссии по охране труда, заместителя директора ФИО11 Выражает несогласие с показаниями свидетеля ФИО9, у которой сложилось неприязненное отношение к истцу, а также имелись все основания для оговора истца. Полагает, что материалами дела подтверждается наличие прямой причинно-следственной связи между производством окрасочных работ 25.03.2025 года и заболеванием истца 26.03.2025 года.

В возражения на апелляционную жалобу ответчик просит решение и дополнительное решение суда оставить без изменения, жалобу истца – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представители ответчика ГКУСО «Центр Радуга» - ФИО2 и ФИО3, третье лицо ФИО3 возражали против отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Заслушав пояснения истца, представителей ответчика, третьего лица, изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Частью 1 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно абз. 2 ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

Работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (ч. 1 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы) является одним из условий, обязательным для включения в трудовой договор.

Согласно ч. 1 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (ст. 21 ТК РФ). Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

На основании положений ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

Неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушений требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил) (абз. 1 п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Частью 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Исходя из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», обязанность доказать совершение работником проступка и соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания возлагается на работодателя, на котором лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к объявлению выговора (замечания), в действительности имело место и могло являться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности.

Таким образом, в силу приведенных выше норм трудового законодательства, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности.

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового Кодекса Российской Федерации, п. 53 постановления от 17.03.2004 года № 2).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 01 ноября 2011 года между ФИО1 и МКУ «Радуга» (ныне – ГКУСО «Центр Радуга») заключен трудовой договор №, в соответствии с условиями которого ФИО1 принят на должность <данные изъяты> по совместительству.

Приказом МКУ «Радуга» от 01 декабря 2016 года № ФИО1 переведен на должность <данные изъяты>.

Приказом МКУ «Радуга» от 11 сентября 2018 года № ФИО1 переведен на должность <данные изъяты> на 1 ставку. Таким образом, с 11 сентября 2018 года работа в должности <данные изъяты> являлась для истца основной.

Решением Миасского городского суда Челябинской области от 07.09.2020 года по делу № 2-1603/2020, вступившим в законную силу, ФИО1 восстановлен на работе в ГКУСО «Центр Радуга» в должности <данные изъяты>, с 30.06.2020 года.

В соответствии с п. 2.7 трудового договора и п. 11 дополнительного соглашения к нему ФИО1 обязан добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, предусмотренные действующим законодательством, данным трудовым договором, должностной инструкцией, другими локальными нормативными актами и распорядительными документами работодателя, а также выполнять иные распоряжения работодателя в рамках своей трудовой функции (л.д. 53-56, 64-66).

Согласно п. 2.1 трудового договора ФИО1 имеет право на рабочее место, соответствующее условиям, предусмотренное государственными стандартами организации и безопасности труда.

В соответствии с п. 2.8 трудового договора ФИО1 обязан выполнять Правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

В силу п. 3.4, п. 3.5 трудового договора работодатель имеет право привлекать работника к дисциплинарной ответственности в порядке, установленном трудовым законодательством; осуществлять контроль за соблюдением работником требований законодательства Российской Федерации, Устава учреждения, локальных актов, условий коллективного договора.

Согласно подп. «д» п. 12 дополнительного соглашения № от 01.12.2023 года к трудовому договору работодатель имеет право осуществлять фото, аудио, видеосъемку (без согласия работника).

В силу п. 18 дополнительного соглашения № от 01.12.2023 года к трудовому договору работнику устанавливается режим работы с понедельника по четверг с 08.00 час. до 17.00 час., в пятницу с 08.00 час. до 15.45 час., перерыв с 12.00 час. до 12.45 час., выходные дни суббота, воскресенье.

Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка, утвержденным приказом директора ГКУСО «Центр Радуга» ФИО13 № от 07.10.2023 года, рабочее время работников учреждения определяется настоящими правилами, а также трудовым договором (п. 5.1). Для работников учреждения при нормальной продолжительности рабочей недели 40 часов устанавливается режим рабочего дня в соответствии с приложениями № 1, 1.1, 1.2, 1.3 (п. 5.3). В соответствии с приложением № 1 к Правилам внутреннего трудового распорядка, для специалиста по охране труда, занятого на 1 ставку, установлен режим рабочего времени с понедельника по четверг с 08.00 час. до 17.00 час., в пятницу с 08.00 час. до 15.45 час., перерыв с 12.00 час. до 12.45 час., выходные дни суббота, воскресенье, дни государственных праздников.

Указанными Правилами гимнастическая пауза в учреждении не предусмотрена.

Как следует из должностной инструкции специалиста по охране труда уровень квалификации 6, утвержденной директором ГКУСО «Центр Радуга» ФИО13 11.04.2023 года, специалист по охране труда несет ответственность за нарушение правил трудового распорядка, правил противопожарной безопасности, техники безопасности, норм охраны труда, установленных в учреждении (п. 4.5).

14.04.2023 года ФИО1 ознакомлен с должностной инструкцией специалиста по охране труда (л.д. 84-88).

Судом установлено, что в соответствии с приказом директора ГКУСО «Центр Радуга» ФИО3 № от 06.05.2025 года (л.д. 89) за нарушения Правил внутреннего трудового распорядка ГКУСО «Центр Радуга» (не предусматривающих перерыва в работе с 15.00 час. и возможности работникам заниматься на спортивном оборудовании, предназначенном для спортивных занятий воспитанников), должностной инструкции (не содержащей должностных обязанностей, связанных со спортивным оборудованием, предназначенным для воспитанников), ст. 215 ТК РФ, ФИО1 директором ФИО3 объявлено замечание.

Согласно докладной записке от 22.04.2025 года (л.д. 63) инструктора по физической культуре ФИО10 на имя директора ГКУСО «Центр Радуга» ФИО3, 18.04.2025 года в 15.00 час. на территории ГКУСО «Центр Радуга» на спортивной площадке специалист по охране труда проводил сам себе зарядку (упражнения) со спортивным инвентарем: брусья гимнастические, турники, кольца акробатические, не соблюдая технику безопасности, что может за собой повлечь получение травм.

Указанная докладная записка зачитана ФИО1 вслух директором ГКУСО «Центр Радуга» ФИО3 в присутствии юрисконсульта ФИО2 и специалиста по кадрам ФИО14 в 08.25 час. 22.04.2025 года, от принятия докладной под роспись истец отказался, о чем составлен акт (л.д. 82).

Согласно приказу директора ГКУСО «Центр Радуга» ФИО3 № от 23.04.2025 года «О предоставлении объяснения», 22.04.2025 года на имя директора поступила докладная от 22.04.2025 года от инструктора по физической культуре ФИО10, в связи с чем от ФИО1 затребовано объяснение в форме объяснительной записки на имя директора в срок 2 рабочих дня с момента ознакомления с приказом (л.д. 81).

Указанный приказ содержит отметку об ознакомлении ФИО1 в 08.16 час. 23.04.2025 года, а также запись, сделанную истцом, в соответствии с которой с приказом он не согласен, считает его необоснованным и надуманным со злым умыслом – вынудить его уволиться по собственному желанию.

30.04.2025 года специалистом по кадрам ФИО15 в присутствии заместителя директора ФИО11, педагога-организатора ФИО16, юрисконсульта ФИО2 составлен акт о непредоставлении объяснений работником – специалистом по охране труда ФИО1 в соответствии с приказом № от 23.04.2025 года (л.д. 83).

В судебном заседании в суде первой инстанции был допрошен свидетель ФИО10, согласно показаниям которого он, увидев истца, находящегося на спортивной площадке ГКУСО «Центр Радуга» в 15.00 час. в пятницу 18.04.2025 года, и занимающегося зарядкой на спортивных сооружениях, предназначенных для воспитанников, снял происходящее на видеокамеру в своем мобильном телефоне, видеозапись переслал директору ФИО3 во вторник 22.04.2025 года, так как в понедельник 21.04.2025 года был загружен, посещал с воспитанниками мероприятие, которое проводилось в школе олимпийского резерва, 22.04.2025 года также составил докладную записку на имя директора, поскольку обязан был довести до сведения руководства информацию о том, что истец ставит под угрозу свое здоровье, в результате таких занятий истец мог получить травму.

Из представленных истцом копий медицинских документов усматривается, что он находился на больничном листе в периоды с 26.02.2025 года по 07.03.2025 года, с 08.03.2025 года по 12.03.2025 года, что подтверждается листками нетрудоспособности № (выдан 26.02.2025 года), № (выдан 07.03.2025 года) (л.д. 9), а также с 26.03.2025 года по 31.03.2025 года, что подтверждается копией медицинской карты истца (л.д. 10), согласно которой истец 26.03.2025 года обратился в ГБ № 3 г. Миасс с жалобами на боль в горле, сухой кашель, насморк, озноб, повышение температуры тела до 37°, ломоту в теле, общую слабость, истцу поставлен диагноз: ОРВИ, острый назофарингит легкой степени тяжести, назначено амбулаторное лечение.

В дальнейшем истец находился на больничном листе в период с 14 по 19 мая 2025 года, что подтверждается листом нетрудоспособности №, выданным 14.05.2025 года (л.д. 33).

Согласно копии медицинской карты истца, он 29.05.2025 года обратился на прием к врачу-терапевту ГБ № 3 г. Миасс с жалобами на повышение температуры тела до 37,2, слабость, ломоту, озноб, заложенность носа, боли в горле, истцу выставлен диагноз: ОРВИ, ринофарингит легкой степени тяжести, назначено амбулаторное лечение, продлен больничный лист с 24 по 28 мая 2025 года (л.д. 12).

Полагая, что респираторное заболевание появилось по причине проведения в его кабинете 25.03.2025 года покрасочных работ, в ходе которых имел место сильный запах краски, и подсобным рабочим ФИО9 было открыто окно и дверь, чем создан сквозняк, истец 06.05.2025 года обратился с заявлением на имя председателя комиссии по охране труда ГКУСО «Центр Радуга» ФИО11 о рассмотрении указанных обстоятельств, как связанных с безопасностью труда, и повлекших негативные последствия для истца.

Данное обращение рассмотрено комиссией по охране труда ГКУСО «Центр Радуга», согласно содержанию протокола заседания комиссии № от 25.06.2025 года, комиссией принято решение об отсутствии грубого нарушения требований охраны труда со стороны работодателя (л.д. 106).

О дате и времени заседания комиссии по охране труда по факту рассмотрения указанного заявления ФИО1 был извещен 23.06.2025 года (л.д. 107), однако на заседании комиссии не присутствовал, что усматривается из протокола № от 25.06.2025 года.

Комиссией исследовались объяснительные подсобного рабочего ФИО9, уборщика служебных помещений ФИО17, медицинские документы истца, товарная накладная и сертификат на краску, и было установлено, что 25.03.2025 года окрасочные работы нитрокрасками не проводились, так как ГКУСО «Центр Радуга» - учреждение детское, социальное, истец неоднократно был замечен сотрудниками и воспитанниками учреждения на спортивной площадке учреждения без верхней одежды и головного убора, в том числе, в холодное время года, истец в период с 01 января 2024 года по 31 мая 2025 года девять раз находился на больничном в связи с простудными заболеваниями.

Согласно товарной накладной № от 01.08.2024 года ГКУСО «Центр Радуга» приобретена краска акрил, интерьерная, моющаяся Bildex 14 кг (л.д. 94 об.), имеется сертификат о государственной регистрации от 15.12.2011 года в отношении краски водно-дисперсионной, изготовленной в соответствии с ГОСТ (л.д. 108).

Из объяснительной ФИО9 от 10.06.2025 года, а также из ее показаний в судебном заседании от 19.09.2025 года, в котором она была допрошена в качестве свидетеля, следует, что окрасочные работы в кабинете истца проводились ею 25.03.2025 года не дольше 15 минут, в дневное время (ближе к обеденному), были закрашены две царапины на косяке двери кабинета специалиста по охране труда со стороны коридора административного блока, при этом при проведении окрасочных работ окно в кабинете открыл сам истец, а ФИО9 закрыла окно и поставила на микропроветривание, чтобы не создавать сквозняк. При окрашивании использовалась акриловая краска на водной основе, так как вредные краски и растворители запрещено использовать в детских учреждениях, выдача респираторов при покраске не требуется, так как краска не вредная (л.д. 91, 139 об.).

В письменном пояснении уборщик служебных помещений ФИО17 подтвердила факт отсутствия запаха краски в учреждении 25.03.2025 года (л.д. 92).

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 21, 22, 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», принимая во внимание положения трудового договора, должностной инструкции, пришел к выводу о наличии оснований для применения к истцу дисциплинарного взыскания, поскольку факт нарушения истцом трудовой дисциплины был установлен. Процедура и сроки привлечения истца к дисциплинарной ответственности были соблюдены ответчиком в соответствии с нормами действующего трудового законодательства. Установив, что со стороны работодателя возложенная законом обязанность по обеспечению работнику безопасных условий и охраны труда выполнена в полном объеме, в удовлетворении требований истца о признании незаконным бездействия работодателя ГКУСО «Центр Радуга» по организации и при проведении 25.03.2025 года окрасочных работ, а также о взыскании с работодателя в связи с незаконным бездействием компенсации морального вреда отказал.

Проверяя законность принятого судом решения, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Отклоняя доводы истца о подложности дополнительного соглашения № от 01.12.2023 года к трудовому договору, судебная коллегия исходит из отсутствия таких доказательств. При непредставлении в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств подложности само по себе заявление истца о подложности (фальсификации, недопустимости) дополнительного соглашения № от 01.12.2023 года, в силу статьи 186 ГПК РФ не влечет автоматического исключения представленных в материалы дела документов из числа доказательств, в связи с тем, что на стороне, заявившей о подложности, лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства, и учитывая, что истец указанную процессуальную обязанность не выполнил, ограничившись только заявлением, судебная коллегия признает указанные доводы несостоятельными. При этом исходя из пояснений ответчика, дополнительное соглашение № от 01.12.2023 года предоставлено ответчиком в качестве факта подтверждения действующего графика работы ФИО1, который в этой части истцом не оспаривается, указав на то, что в указанном соглашении допущена техническая ошибка.

Отклоняются также судебной коллегией доводы апелляционной жалобы о том, что видеозапись получена ответчиком с нарушением положений трудового законодательства и требований Закона «О персональных данных» на основании следующего.

По общему правилу обработка персональных данных может осуществляться с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных (п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных».

Вместе с тем, в силу подп. 6 п. 2 ст. 10 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных», если обработка персональных данных необходима для установления или осуществления прав субъекта персональных данных или третьих лиц, а равно и в связи с осуществлением правосудия, обработка персональных данных допускается без согласия субъекта персональных данных.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» не требуется согласия субъекта персональных данных в случае, если обработка персональных данных осуществляется в связи с участием лица в конституционном, гражданском, административном, уголовном судопроизводстве, судопроизводстве в арбитражных судах.

Из материалов дела следует, что видеозапись передана ответчиком в суд по ходатайству о приобщении к материалам гражданского дела в качестве доказательства нарушения истцом должностных обязанностей при оспаривании приказа № от 06.05.25 года о применении дисциплинарного взыскания.

Учитывая требования ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», согласно которым на работодателя возложена обязанность доказать совершение работником проступка и представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение в действительности имело место и могло являться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности, доводы жалобы ФИО1 о том, что видеозапись не может являться допустимым доказательством по делу, не состоятельны и не могут повлечь признание видеозаписи недопустимым доказательством, поскольку имеющаяся в материалах дела видеозапись оценена судом первой инстанции в совокупности с другими доказательствами по делу, тщательно исследованными при рассмотрении дела, оснований не доверять которым не имеется.

Доводы о том, что ФИО10 производил видеозапись в октябре 2024 года не принимаются судебной коллегией, поскольку ответчиком представлены доказательства в качестве скриншотов с мобильного устройства, из которых следует, что видеозапись ФИО10 была направлена директору учреждения ФИО3 22 апреля 2025 года в 17 час. 22 мин. 39 сек. посредством мессенджера «Вотсап».

Доводы истца о том, что разминка им проводилась в рабочее время с разрешения директора, и не создает оснований для травмоопасных ситуаций, отклоняются ввиду следующего.

Согласно ст. 190 Трудового кодекса Российской Федерации Правила внутреннего трудового распорядка утверждаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Из содержания статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка организации и трудовую дисциплину.

Директором МКУ «Центр «Радуга» МГО на основании приказа № от 07.10.2023 года утверждены Правила внутреннего трудового распорядка, которые являются локальным нормативным актом указанного учреждения, исходя из содержания которых не предусмотрено отвлечение работников от рабочего места и разрешение в рабочее время заниматься любой физической активностью.

Кроме того, директор ГКУСО «Центр Радуга» ФИО3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции оспаривала тот факт, что разрешала истцу проводить зарядку во время рабочего времени.

Таким образом, оснований полагать, что работникам ГКУСО «Центр Радуга», в том числе ФИО1, разрешено заниматься физической активностью в рабочее время, не имеется, как и не имеется оснований полагать, что занятие физическими упражнениями было разрешено директором, таких доказательств в материалы дела не представлено. Утверждения о том, что разминка у истца занимает не более минуты, не являются основанием для отвлечения от своих рабочих обязанностей, учитывая, что работодатель несет ответственность за жизнь и здоровье своего сотрудника в рабочее время. Какие-либо действия, совершаемые сотрудником, не предусмотренные внутренними локальными нормативными актами, которые могут создавать угрозу жизни или здоровью работника без согласования с работодателем, могут противоречить установленному трудовому распорядку, за что указанный сотрудник может быть привлечен к дисциплинарному взысканию.

Согласно ч. 1.2 ст. Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации.

Таким образом, Правила внутреннего трудового распорядка, утвержденные приказом № от 07.10.2023 года в соответствии с требованиями ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации введены в действие 08.12.2023 года. Согласно листу ознакомления с Приказом № от 07.10.2023 года и Правилами внутреннего трудового распорядка сотрудники ГКУСО «Центр Радуга», в том числе и ФИО5, были ознакомлены с действующими правилами внутреннего трудового распорядка, о чем имеется подпись истца.

В соответствии со ст. 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

В течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается. Правилами внутреннего трудового распорядка или трудовым договором может быть предусмотрено, что указанный перерыв может не предоставляться работнику, если установленная для него продолжительность ежедневной работы (смены) не превышает четырех часов.

Время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем (ст. 108 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, согласно трудовому законодательству ответчик обязан предоставить время отдыха не меньше, чем предусмотрено законодательством, иное отнесено к полномочиям работодателей. Оснований полагать, что действующие правила внутреннего трудового распорядка каким-либо образом ущемляют права ФИО1, не имеется, таких доказательств суду не представлено.

Доводы жалобы о применении к истцу двух дисциплинарных взысканий за один и тот же проступок в виде замечания и запрета проводить «самому себе зарядку», являются несостоятельными, поскольку к истцу было применено одно дисциплинарное взыскание, а именно замечание, предусмотренное ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации. Дисциплинарное взыскание в виде запрета проводить «самому себе зарядку» не предусмотрено трудовым законодательством, следовательно, истец был привлечен только к одному дисциплинарному взысканию.

Судебная коллегия не может согласиться с доводом жалобы о том, что ответчиком была нарушена процедура наложения дисциплинарного взыскания, поскольку порядок применения дисциплинарного взыскания в виде замечания по указанному приказу, предусмотренный положениями ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчиком соблюден, по факту вменяемого истцу дисциплинарного проступка у истца были затребованы письменные объяснения, которые им представлены не были, и сроки применения дисциплинарных взысканий ответчиком были соблюдены, а несоблюдение работником Правил внутреннего трудового распорядка, свидетельствует о нарушении условий трудового договора, влекущего в порядке ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации к работнику применение дисциплинарного взыскания. При этом наличие факта дисциплинарного проступка подтверждено материалами дела. С учетом данных обстоятельств, доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе о том, что работодатель в нарушение требований трудового законодательства не доказал нарушение трудовой дисциплины истцом, не могут быть приняты во внимание, поскольку опровергаются материалами дела и представленными суду доказательствами, оценку которым суд дал по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы истца о несогласии с показаниями свидетелей, допрошенных в суде первой инстанции, сами по себе не свидетельствуют о незаконности принятого судом решения, поскольку эти доводы не основаны на положениях ст. 67 ГПК РФ, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. По мнению судебной коллегии доказательства оценены судом по правилам ст. 67 ГПК РФ, и оснований для иной оценки доказательств не имеется.

Оснований сомневаться в показаниях свидетелей нет и у суда апелляционной инстанции, поскольку они последовательны и непротиворечивы, согласуются с исследованными доказательствами, а свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Доводы апеллянта о том, что свидетели являются заинтересованными лицами, имеют к истцу личные неприязненные отношения, в связи с чем суд не должен был принимать их показания в качестве допустимого доказательства, судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку в ходе рассмотрения дела объективных доказательств заинтересованности и неприязненного отношения свидетелей к истцу не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда установлено при нарушении личных неимущественных прав, посягательстве на нематериальные блага. За нарушение имущественных прав взыскание компенсации морального вреда возможно в случаях, предусмотренных законом.

Между тем, истцом не представлено доказательств нарушения его личных неимущественных прав, посягательства на нематериальные блага.

Кроме того, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлены доказательства наличия причинно-следственной связи между имеющимся у истца заболеванием и действиями ответчика по производству окрасочных работ, доводы апелляционной жалобы о причинении вреда здоровью материалами дела не подтверждены, основаны на иной, субъективной оценке доказательств, исследованных судом, и не опровергают правильности сделанных судом выводов, в связи с чем подлежат отклонению.

Таким образом, судом первой инстанции определены и установлены в полном объеме юридически значимые обстоятельства. Выводы суда основаны на всестороннем, объективном, полном и непосредственном исследовании представленных сторонами доказательств, правовая оценка которым судом дана в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Нарушений норм процессуального права судом не допущено.

В целом, доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Доводов, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в качестве основания для отмены оспариваемого решения, апелляционная жалоба не содержит.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Миасского городского суда Челябинской области от 20 октября 2025 года, дополнительное решение Миасского городского суда Челябинской области от 14 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04 февраля 2026 года.