Апелляционное определение № 33-654/2026 33-8390/2025 от 27 января 2026 г.

Дело № 33-654/2026 (33-8390/2025)

№ 2-2056/2025

56RS0026-01-2025-002584-92


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 января 2026 года г. Оренбург

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Морозовой Л.В.,

судей областного суда Раковского В.В., Булгаковой М.В.,

с участием прокурора Воронина Д.И.,

при секретаре Красниковой Д.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3 на решение Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 08 октября 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО4 к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего.

Заслушав доклад судьи Оренбургского областного суда Раковского В.В., пояснения истца ФИО4, возражавшей против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО4 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего ФИО 23, (дата) года рождения.

Требования мотивированы тем, что на основании распоряжения администрации г. Орска от (дата) №-р установлена опека над несовершеннолетним ФИО 23, (дата) года рождения. Опекуном назначена ФИО4, удостоверение № от (дата). Истец указала, что в период с (дата) года по (дата) включительно заботилась о ФИО 23, проявляла заботу о его здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, что подтверждается благодарственным письмом врио директора МОУ «СОШ №» от (дата), сертификатами участника конкурсов «Русский медвежонок» 2006 года, 2007 года и 2009 года, характеристикой выданной директором МОАУ «Лицей №» на имя ФИО 23 от (дата), а также семейными фотографиями.

ФИО 23, (дата) года рождения, является ребенком-сиротой. ФИО 23 проживал с истцом и ее сыном одной семьей. Истец в период осуществления опеки и попечительства с июня 2004 года по 2014 год над ним осуществляла действия, направленные на обеспечение всем необходимым, так как у него отсутствовала иная материальная поддержка от других лиц, и он полностью зависел от материальной поддержки истца. Истец заботилась о ФИО 23 как о собственном сыне и считала его своим сыном, а ФИО 23 называл ее мамой. После достижения совершеннолетия ФИО 23 не прервал связь с истцом, продолжал общаться, звонить, дарил подарки.

В (дата) года ФИО 23 заключил контракт о прохождении военной службы с Министерством обороны Российской Федерации и проходил военную службу в войсковой части 41698 гранатометчиком в огневой поддержке штурмовой роты в звании рядового.

(дата) ФИО 23 погиб при исполнении воинских обязанностей в ходе проведения специальной военной операции в боях за освобождение Донецкой Народной Республики, что подтверждается свидетельством о смерти от (дата) серии №.

(дата) после похорон, сотрудник военкомата передал истцу флаг Российской Федерации и головной убор как близкому человеку покойного в присутствии лиц, находившихся на похоронах, в том числе в присутствии ответчиков. Также администрация школы, где обучался ФИО 23, официально известила истца и передала последней фотографии об открытии мемориальной парты в честь ФИО 23, как близкому родственнику воспитавшего достойного защитника Отечества и погибшего в ходе специальной военной операции.

Признание истца фактическим воспитателем необходимо истцу для получения единовременного пособия и предоставления льгот, предусмотренных Федеральным законом от (дата) № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил суд признать ФИО4, (дата) года рождения, фактическим воспитателем (в течение не менее пяти лет до достижения совершеннолетия) ФИО 23, (дата) года рождения, погибшего (дата) при участии в специальной военной операции.

Определением Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области, занесенным в протокол судебного заседания от (дата), к участию в деле в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для дачи заключения привлечен прокурор Октябрьского района г. Орска Оренбургской области, в качестве третьих лиц привлечены Отделение Фонда социального и пенсионного страхования РФ по Оренбургской области; ГКУ Оренбургской области «Центр социальной поддержки населения»; Федеральное казенное учреждение «Военный комиссариат Оренбургской области»; Войсковая часть №.

Истец ФИО4, представитель истца ФИО22, действующая на основании ордера, в судебном заседании исковое заявление поддержали, просили требования удовлетворить.

Ответчик ФИО3, представитель ответчиков ФИО8, действующая на основании ордера, возражали против удовлетворения предъявленных требований.

Представитель ФКУ «Военный комиссариат Оренбургской области», Военного комиссариата г. Орска Оренбургской области ФИО9, действующий на основании доверенностей, просил разрешить исковые требования на усмотрение суда.

Ответчики ФИО1, ФИО2, представители отдела опеки и попечительства Управления образования администрации г. Орска, Министерства обороны Российской Федерации, акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности», Отделения Фонда социального и пенсионного страхования Российской Федерации по Оренбургской области, ГКУ Оренбургской области «Центр социальной поддержки населения», Войсковой части № в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

В представленных письменных заявлениях представители Отдела опеки и попечительства Управления образования администрации (адрес), Отделения Фонда социального и пенсионного страхования Российской Федерации по Оренбургской области просили рассмотреть дело без их участия.

Решением Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 8 октября 2025 года исковые требования ФИО4 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего – удовлетворены. Суд решил: «Признать ФИО4, (дата) года рождения, фактическим воспитателем ФИО 23, (дата) года рождения, погибшего (дата), содержащего военнослужащего в несовершеннолетнем возрасте, начиная с (дата) и до совершеннолетия (дата), то есть не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия».

В апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2, ФИО3 просят решение суда отменить, вынести новое решение отказать в удовлетворении исковых требований ФИО4 в полном объеме.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО22, представители Отдела опеки и попечительства УО администрации г. Орска, Министерства обороны РФ, Военного комиссариата г. Орска, АО «Страховое общество газовой промышленности», ОСФР по Оренбургской области, ГКУ Оренбургской области «Центр социальной поддержки населения», Федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Оренбургской области», Войсковой части №, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО 23, (дата) года рождения, проходил военную службу в войсковой части 416698. Контракт заключен (дата) сроком на один год.

(дата) ФИО 23 исключен из списков личного состава части в связи с гибелью.

Справкой от (дата) № подтвержден факт участия в специальной военной операции на территории (адрес).

Согласно извещению № от (дата) гранатометчик огневой поддержки штурмовой роты войсковой части №, рядовой ФИО 23, (дата) года рождения, погиб (дата). Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.

Обращаясь в суд указанным исковым заявлением, ФИО4 пояснила, что признание фактическим воспитателем погибшего военнослужащего ФИО 23, (дата) года рождения, необходимо для получения единовременного пособия и предоставления льгот, предусмотренных Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ. В ином порядке, в том числе в порядке особого производства, установить данный факт невозможно, поскольку определением Ленинского районного суда г. Орска Оренбургской области от (дата) заявление ФИО4 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего оставлено без рассмотрения.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции установил, что родителями ФИО 23, (дата) года рождения, являются отец ФИО10 и мать ФИО11, что подтверждается свидетельством о рождении серии I-РЖ № от (дата).

Отец ФИО10 умер (дата), что подтверждается свидетельством о смерти серии I-РА № от (дата), а мать ФИО11 умерла (дата), что подтверждается свидетельством о смерти серии № от (дата).

На основании распоряжения администрации (адрес) от (дата) №-р установлена опека над несовершеннолетним ФИО 23, (дата) года рождения, опекуном назначена ФИО4 (удостоверение опекуна № от (дата)), за несовершеннолетним закреплена жилплощадь по адресу: (адрес).

Распоряжением администрации г. Орска Оренбургской области №-р от (дата) «О выплате денежных средств на детей, находящихся под опекой (попечительством)» на содержание ФИО12, находящемуся под опекой ФИО4 назначено пособие с (дата).

Постановлением администрации г. Орска Оренбургской области №-п от (дата) прекращена выплата денежных средств на содержание ФИО 23, находящегося под опекой (попечительством) ФИО4 с (дата).

Факт нахождения ФИО 23, (дата) года рождения, в период с (дата) по (дата) под опекой ФИО4, в ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривался.

Из представленных сведений МИФНС № по Оренбургской области от (дата) следует, что ФИО4 в 2006-2007 годах работала в АО «Комбинат Южуралникель» доход составил в 2006 год – 90 455,81 рублей, в 2007 год – 139 739,19 рублей; в 2008-2011 годах работала в ОАО «Южно-Уральский Никелевый Комбинат», доход составил в 2008 году – 144 614,61 рублей, в 2009 году – 158 566,10 рублей, в 2010 году – 172 753,61 рублей; в 2011 году – 179 048,68 рублей; в 2012 – 2013 годах работала в ОАО «Комбинат Южуралникель», доход составил в 2012 году -166 006,28 рублей, в 2013 году – 130 252,38 рублей.

Из материалов наследственного дела №, открытого после смерти ФИО 23 следует, что ФИО 23 на дату смерти проживал по адресу: (адрес).

Согласно представленным истцом фотографиям следует, что ФИО 23 вместе с семьей ФИО4 совместно проводили время отдыха, семейные мероприятия. В благодарственном письме временно исполняющий обязанности директора МОУ «СОШ №» выразила огромную благодарность ФИО4 за приложенные силы и душевную щедрость в воспитании и помощь в учебе ребенка.

Из показаний свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15 следует, что ФИО 23 проживал в период с (дата) по совершеннолетие ((дата)) совместно с опекуном ФИО4 по адресу: (адрес). В период их совместного проживания, опекун содержала (обеспечивала) ФИО 23, участвовала в его воспитании, ходила на собрания в школу. У ФИО 23 в квартире опекуна ФИО4 имелось свое спальное место, рабочий стол. В последующем, ФИО4 участвовала в получении ФИО 23 жилого помещения.

Суд первой инстанции принял показания указанных свидетелей, которые предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Доводы стороны ответчика о том, что между ФИО4 и ФИО 23 возникали конфликты, ссоры, что подтверждается показаниями свидетелей, проверены в ходе судебного разбирательства.

Так, в судебном заседании суда первой инстанции по ходатайству представителя ответчиков были допрошены свидетели ФИО16, ФИО17, которые показали, что ФИО 23 действительно до 2014 года проживал совместно с ФИО4 по адресу: (адрес). Между ними возникали бытовые ссоры, поскольку ФИО4 заставляла ФИО 23 убираться по дому, выполнять учебную работу. Также свидетель ФИО17 показал, что ФИО 23 в 2013 году некоторое время проживал у ФИО2

Установив данные обстоятельства, районный суд пришел к выводу о том, что показания свидетелей ФИО16 и ФИО17, вопреки позиции ответчиков, подтверждают позицию истца о том, что ФИО 23 с (дата) по (дата) проживал совместно с опекуном ФИО4 по адресу: (адрес).

В свою очередь доводы о том, что между опекуном ФИО4 и ФИО 23 возникали конфликты, ссоры, а также то, что ФИО 23 не продолжительное время проживал у своего брата ФИО2, не могут служить безусловным основанием для отказа в признании ФИО4 фактическим воспитателем ФИО 23, поскольку данные обстоятельства не свидетельствуют о том, что она не исполняла обязанности фактического воспитателя до совершеннолетия ФИО 23

Кроме того, документальных сведений о том, что опекун отстранён от исполнения обязанностей опекуна в связи с ненадлежащим исполнением своих обязанностей, в материалах дела не имеется.

Также вопреки позиции стороны ответчиков, достоверных сведений о том, что их доходы в период с (дата) года по (дата) превышали доходы истца настолько, чтобы ФИО 23 мог полностью находится на их иждивении, не представлено, как и не предоставлено доказательств того, что ответчики могли полностью содержать ФИО 23 или оказывать ему систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО4 фактически воспитывала и содержала ФИО 23, (дата) года рождения, умершего (дата), с (дата) и до достижения им 18-летнего возраста, то есть более 5 лет до достижения им совершеннолетия, в связи с чем, исковые требования истца удовлетворил в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами суда согласиться не может исходя из следующего.

Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 года № 17-П, от 20 октября 2010 года № 18-П, от 17 мая 2011 года № 8-П, от 19 мая 2014 года № 15-П, от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ) и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 и 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», а также единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

Положениями пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ определено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - его супруга (супруг), родители (усыновители) застрахованного лица, дедушка и (или) бабушка при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей, отчим и (или) мачеха при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет, его несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях, подопечные застрахованного лица, а также лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели). Названной нормой установлено, что признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом этого пункта).

Согласно пункту 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 названной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считается лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 этой статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом. Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

Подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 предусмотрено, что в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом "б" данного пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц.

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная денежная выплата, единовременное пособие, ежемесячная денежная компенсация, а также устанавливаемые органами государственной власти субъектов Российской Федерации меры дополнительной социальной помощи членам семей военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга в ходе проведения специальной военной операции.

Система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь, в том числе обусловленных утратой членами семьи погибшего (умершего) военнослужащего возможности получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание. Правом на получение мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации для членов семьи погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы военнослужащих, наделены, в частности, лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, а в случае возникновения спора о праве этого лица на меры социальной поддержки, предусмотренные для членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, такой иск подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Защита прав и интересов детей в случаях смерти родителей, лишения их родительских прав, ограничения их в родительских правах, признания родителей недееспособными, болезни родителей, длительного отсутствия родителей, уклонения родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в том числе при отказе родителей взять своих детей из воспитательных учреждений, лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения и других аналогичных учреждений, а также в других случаях отсутствия родительского попечения возлагается на органы опеки и попечительства (пункт 1 статьи 121 «Защита прав и интересов детей, оставшихся без попечения родителей» Семейного кодекса Российской Федерации)

В соответствии с пунктом 1 статьи 123 «Устройство детей, оставшихся без попечения родителей» Семейного кодекса Российской Федерации дети, оставшиеся без попечения родителей, подлежат передаче на воспитание в семью (на усыновление (удочерение), под опеку (попечительство) или в приемную семью), а при отсутствии такой возможности - в учреждения для детей-сирот или детей, оставшихся без попечения родителей, всех типов (воспитательные учреждения, в том числе детские дома семейного типа, лечебные учреждения, учреждения социальной защиты населения и другие аналогичные учреждения) (абзац первый данной статьи Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 145 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что опека или попечительство устанавливаются над детьми, оставшимися без попечения родителей (пункт 1 статьи 121 данного кодекса), в целях их содержания, воспитания и образования, а также для защиты их прав и интересов.

Федеральным законом от 24 апреля 2008 года № 49-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об опеке и попечительстве» статья 145 Семейного кодекса Российской Федерации дополнена пунктом 6, в соответствии с которым устройство ребенка под опеку или попечительство допускается в соответствии с Федеральным законом «Об опеке и попечительстве» по договору об осуществлении опеки или попечительства, в том числе по договору о приемной семье, либо в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, по договору о патронатной семье (патронате, патронатном воспитании), а также дополнена пунктом 7, предусматривающим, что при устройстве ребенка под опеку или попечительство по договору об осуществлении опеки или попечительства требуется принятие акта органа опеки и попечительства о назначении опекуна или попечителя, исполняющего свои обязанности возмездно.

Дети, находящиеся под опекой (попечительством), имеют право на воспитание в семье опекуна (попечителя), заботу со стороны опекуна (попечителя), совместное с ним проживание, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 36 Гражданского кодекса Российской Федерации; обеспечение им условий для содержания, воспитания, образования, всестороннего развития и уважение их человеческого достоинства; причитающиеся им алименты, пенсии, пособия и другие социальные выплаты (абзацы первый - четвертый пункта 1 статьи 148 Семейного кодекса Российской Федерации).

Обязанности по опеке и попечительству в отношении ребенка, находящегося под опекой (попечительством), исполняются опекуном (попечителем) безвозмездно. На содержание ребенка опекуну (попечителю) ежемесячно выплачиваются денежные средства в порядке и размере, установленных Правительством Российской Федерации (пункт 5 статьи 150 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что в целях защиты прав несовершеннолетних детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, связанной с утратой попечения родителей, нормами Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрены различные формы их устройства. Право ребенка на воспитание в семье в случае утраты родительского попечения обеспечивается органом опеки и попечительства, который при выборе форм устройства такого ребенка отдает предпочтение семейным формам воспитания, одной из которых является передача ребенка под опеку (попечительство). По общему правилу обязанности по опеке и попечительству исполняются опекуном (попечителем) безвозмездно. При этом государство устанавливает и гарантирует конкретные формы материального обеспечения детей, оставшихся без попечения родителей, в целях создания необходимых условий для их содержания опекунами (попечителями).

Так, Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» урегулированы отношения, возникающие в связи с предоставлением и обеспечением органами государственной власти дополнительных гарантий по социальной защите прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Статьей 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ установлено, что дети, оставшиеся без попечения родителей, - это в том числе лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного или обоих родителей в связи с отсутствием родителей или лишением их родительских прав.

Опека и попечительство - это форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в целях их содержания, воспитания и образования, а также для защиты их прав и интересов; опека устанавливается над детьми, не достигшими возраста 14 лет; попечительство устанавливается над детьми в возрасте от 14 до 18 лет (абзац шестой статьи 1 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ).

Федеральным законом от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», вступившим в силу с 1 сентября 2008 года, определено, что обязанности по опеке и попечительству исполняются безвозмездно, за исключением случаев, установленных данной статьей, а также Семейным кодексом Российской Федерации. Орган опеки и попечительства, исходя из интересов подопечного, вправе заключить с опекуном или попечителем договор об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях. Вознаграждение опекуну или попечителю может выплачиваться за счет доходов от имущества подопечного, средств третьих лиц, а также средств бюджета субъекта Российской Федерации (части 1 и 2 статьи 16 названного федерального закона).

Подопечные, а также опекуны или попечители имеют право на установленные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации виды государственной поддержки. Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для проживания, питания и обеспечения других нужд подопечного, принадлежат самому подопечному и расходуются в соответствии с положениями, установленными Гражданским кодексом Российской Федерации и данным федеральным законом. Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для обеспечения нужд опекуна или попечителя, принадлежат опекуну или попечителю и расходуются ими по своему усмотрению. Законодательством субъекта Российской Федерации могут быть установлены дополнительные формы государственной поддержки опеки и попечительства, не предусмотренные законодательством Российской Федерации (статья 31 Федерального закона от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве»).

Из приведенных норм права в их системной взаимосвязи следует, что подопечные, опекуны (попечители) имеют право на предусмотренные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации меры социальной поддержки, направленные на материальное обеспечение и содержание детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе в виде выплат опекунам (попечителям) денежных средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря, ежемесячных денежных выплат (пособия) на содержание подопечных детей, установленные законами субъекта Российской Федерации, и др. Для указанной категории детей законом предусмотрено полное государственное обеспечение (предоставление детям, оставшимся без попечения родителей, на время пребывания в семье опекуна, попечителя бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости).

В соответствии с пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации нетрудоспособные нуждающиеся лица, осуществлявшие фактическое воспитание и содержание несовершеннолетних детей, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов).

Обязанности, предусмотренные пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации, не возлагаются на лиц, находившихся под опекой (попечительством), или на лиц, находившихся на воспитании в приемных семьях (пункт 3 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации).

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» разъяснено, что под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

В определенных жизненных ситуациях как родственниками несовершеннолетнего ребенка, так и лицами, не состоящими с ребенком в родстве, не назначенными в установленном законом порядке его опекунами (попечителями), могло осуществляться фактическое воспитание и содержание этого ребенка. В отличие от опекунов (попечителей), имеющих право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой (попечительством), а в случаях осуществления опеки или попечительства на возмездных условиях - право на получение соответствующего вознаграждения, фактические воспитатели выполняют в отношении ребенка родительские обязанности не в силу закона или на основании судебного решения, содержат воспитанников за счет собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части его содержания и воспитания.

Таким образом, опекуны (попечители) законом не отнесены к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания. Основанием возникновения указанной обязанности воспитанников в отношении фактических воспитателей является юридический факт - воспитание и содержание ребенка лицом без оформления опеки (попечительства) или не в связи с заключением органами опеки и попечительства с опекуном или попечителем договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях.

Приведенное правовое регулирование отношений, возникающих в связи с установлением опеки и попечительства над детьми, оставшимися без попечения родителей, и отношений, связанных с осуществлением фактического воспитания ребенка, во взаимосвязи с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом первой инстанции не применено.

При этом судом первой инстанции не было учтено, что при рассмотрении требований о признании лицом, являющимся фактическим воспитателем ребенка (будущего военнослужащего, участника специальной военной операции), юридически значимым по делу обстоятельством является установление факта того, что опекун не только воспитывал, но и содержал ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия исключительно за счет своих собственных денежных средств, то есть не получал от государства (субъекта Российской Федерации) предусмотренных законодательством и выплачиваемых органами опеки и попечительства денежных средств на содержание такого ребенка, а также ежемесячного денежного вознаграждения за опекунство (в случае заключения с опекуном (попечителем) договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях).

Применительно к возникшим правоотношениям под полным содержанием несовершеннолетнего ФИО 23 следует понимать действия ФИО4 направленные на обеспечение ребенка всем необходимым за счет собственных средств при отсутствии материальной поддержки со стороны государственных органов, то есть собственные доходы ФИО4 как фактического воспитателя и (или) ее имущество должны являться единственным источником средств существования ее воспитанника.

Следовательно, по данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом требований ФИО4 и их обоснования, возражений ответчиков и регулирующих спорные отношения норм семейного и специального законодательства должны являться такие обстоятельства, как: была ли опекун ФИО4 в период нахождения под ее опекой несовершеннолетнего ребенка ФИО 23 получателем мер социальной поддержки, установленных для детей, оставшихся без попечения родителей, федеральным законодательством и законодательством субъекта Российской Федерации – Оренбургской областью.

Судебная коллегия, исследовав материалы дела исходит из того, что в указанный период ухода за несовершеннолетним ФИО18 – ФИО4 была получателем мер социальной поддержки, установленных для детей, оставшихся без попечения родителей, федеральным законодательством и законодательством субъекта Российской Федерации, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для признания ФИО4 фактическим воспитателем ФИО 23 не может быть признан правомерным.

В связи с вышеизложенным, судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда подлежит отмене, с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО4 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 08 октября 2025 года – отменить.

Вынести новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО4 о признании фактическим воспитателем ФИО 23, (дата) года рождения, отказать.

Председательствующий Морозова Л.В.

Раковский В.В.

Булгакова М.В.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 11 февраля 2026 года.