Приговор № 1-521/2018 от 12 ноября 2018 г. по делу № 1-521/2018

Дело №

Поступило в суд 31.08.2018 г.


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

<адрес> /дата/

Октябрьский районный суд <адрес> в составе:

Председательствующего судьи Руткевич М.А.

При секретаре Плотниковой А.В.

С участием:

Государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> Леоновой Ж.Б.

Потерпевшего – ФИО№4

Защитника – адвоката Фартышевой А.Ф., представившей удостоверение и ордер <адрес>

Подсудимого ФИО3

Переводчика ФИО1

Рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО3, /дата/ рождения, <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления предусмотренного ч.2 ст. 160 УК РФ

установил:

ФИО3 совершил самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред. Преступление им совершено на территории <адрес> при следующих обстоятельствах.

С начала /дата/ до 13 часов /дата/ ФИО3 проживал в строительном вагончике на территории строительного объекта, расположенного по <адрес>, где по устному договору с ФИО№4, осуществлял строительные и отделочные работы на девятом этаже указанного строящегося объекта. Перед началом работ, в /дата/ по предварительной устной договоренности, ФИО№4 передал ФИО3 в пользование на период осуществления необходимых работ инструменты и материалы, а именно: два шуруповерта марки «Бош», аккумуляторную дрель, перфоратор марки «Зубр», перфоратор марки «Хаймер», одну упаковку пены монтажной, марки «Титан» в количестве 12 баллонов, дрель электрическую.

В /дата/ в связи с отсутствием материалов, работы были вынужденно прекращены и ФИО3 стал неоднократно обращаться к ФИО№4 с просьбой рассчитаться с ним за выполненные работы, однако тот отказался, ссылаясь на то, что работы до конца не выполнены. На этой почве у ФИО3 сформировался умысел на восстановление своего права на оплату труда вопреки установленного законом или иным нормативным правовым актом порядку, то есть совершение самоуправства в отношении ФИО№4

Реализуя задуманное /дата/ в утреннее время ФИО3 находясь на территории строящегося объекта расположенного по <адрес>, осознавая неправомерность своих действий, достоверно зная о том, что данным имуществом пользуются и другие рабочие на стройке, а также высокую стоимость имущества, будучи уверенным в том, что в результате этих действий ФИО№4 будет причинен существенный вред и желая этого, вопреки установленному законом порядку, в нарушение ч.1 ст. 209 ГК РФ согласно которой собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом с целью залога в обеспечение оплаты своего труда, без ведома собственника, сложил в сумки, находящиеся в вагончике на территории строящегося объекта инструменты и материалы, принадлежащие ФИО№4: 2 шуруповёрта марки «Бош», стоимостью по 5000 рублей каждый; аккумуляторную дрель, стоимостью 900 рублей; перфоратор марки «Зубр» стоимостью 5500 рублей, перфоратор марки» Хайлер» стоимостью 4000 рублей, упаковку монтажной пены «Титан» из 12 баллонов по 350 рублей за штуку на общую сумму 4200 рублей; дрель электрическую стоимостью 2000 рублей. Всего на общую стоимость 26600 рублей. Взяв эти предметы в качестве залога, в нарушение ч.3 ст. 334 ГК РФ согласно которой залог возникает в силу договора, а также на основании закона при наступлении указанных в нем обязательств, если в законе предусмотрено какое имущество и для обеспечения какого обязательства признается находящееся в залоге имущество, ФИО3 вынес их на улицу из вагончика и спрятал в снегу в кустах неподалеку от строительного объекта, и стал незаконно удерживать в качестве залога.

В тот же день ФИО3 разговаривал по телефону а затем встретился с ФИО№4, обнаружившим пропажу инструмента и баллонов с монтажной пеной и вновь потребовал от последнего расплатиться с ним за сделанную работу, а взамен пообещал ему вернуть инструмент. Однако ФИО№4 вновь отказал ФИО3 в оплате труда. После чего ФИО3, сделав вывод, что ФИО№4 не собирается с ним рассчитываться, реализуя свой умысел на самоуправство, в нарушение ст.35 Конституции РФ, согласно которой никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда, решил продать имущество ФИО№4 и возместить себе часть не выплаченной ему оплаты труда, при этом осознавая, что своими действиями нарушает установленный законом и иными нормативными актами, порядок и в результате этих действий будет причинен существенный вред потерпевшему и желая этого, забрал из тайника сумки с инструментом и упаковкой монтажной пены, продал данное имущество в пункт приема металла, расположенный по адресу <адрес> вырученные деньги обратил в свою пользу в счет оплаты за выполненную работу, причинив тем самым ФИО№4 существенный вред, выраженный в остановке работ, связанных с использованием указанного выше инструмента и причинении материального ущерба потерпевшему на общую сумму 26600 рублей.

ФИО3 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении признал, пояснив, однако, что совершил указанные в обвинительном заключении действия, но при этом мотивом послужило то, что он преследовал цель вынудить ФИО№4 выплатить ему заработную плату, а когда тот отказался, он обратил имущество ФИО№4 в свою пользу в счет оплаты труда, которую отказался выплачивать ФИО№4 Об обстоятельствах дела ФИО3 пояснил, что по предложению ФИО№1 он согласился работать с ним на строительном объекте. Они заключили устное соглашение с ФИО№4 по поводу того, что выполнят определенный объем работ за вознаграждение около 100 000 рублей. Им разрешили жить в строительном вагончике, где также хранился инструмент и монтажная пена. Инструмент им никто не передавал, не вверял, им разрешили пользоваться этим инструментом и за его аренду высчитывали 20% от оплаты. Этими инструментами пользовались не только они, но и другие рабочие со стройки. Они находились в общем доступе. Часть работ они сделали, но закончился материал. Прораб проверил выполненные работы, изъяны какие были, они устранили. Так как в работе образовался простой, они попросили их рассчитать. ФИО№4 отказал, пояснив, что они не выполнили весь объем работ. Однако договоренностью была предусмотрена частичная оплата. ФИО№1 ушел со стройки, а он остался. Но ФИО№4 перестал приезжать на стройку. Тогда он сложил указанный в обвинительном заключении инструмент и баллоны с пеной, в сумки. Вынес их из вагончика, спрятал в снегу в кустах в 200 метрах от стройки. Он забрал инструмент в качестве залога, чтобы вынудить ФИО№4 выплатить им с ФИО2 деньги за выполненную работу. Затем он встретился с ФИО2, в этот момент позвонил ФИО№4, сказал вернуть инструмент. Он сказал, что вернет инструмент если им заплатят деньги за работу. После телефонного разговора он рассказал ФИО№1, что спрятал инструмент и с какой целью это сделал. Затем он поехал на стройку, встретился с ФИО№4, тот стал толкать его, требовать инструмент. На это он потребовал оплатить выполненную работу, однако ФИО№4 сказал ему, что не заплатит. Тогда он понял, что ФИО№4 платить им не собирается. Поэтому он решил возместить себе хотя бы часть заработанных денег, продав имущество принадлежащее ФИО№4, которое забрал в строительном вагончике. Он забрал из тайника инструмент, отнес его и сдал в приемку металла, получил за это 10000 рублей, вернулся на стройку, забрал свои вещи из вагончика, оставил от него ключ и уехал в <адрес>. Явку с повинной он писал, показания давал добровольно, признавал, что взял инструменты. В содеянном раскаивается, намерен возместить ущерб.

В судебном заседании на основании ст. 276 УПК РФ были оглашены показания ФИО3, данные им в ходе предварительного расследования.

Будучи допрошенным в качестве подозреваемого ФИО3 в /дата/ года он на неофициальной основе трудоустроился в <адрес> в должности грузчика доставки, где познакомился с <данные изъяты> Он планировал пойти работать отделочником квартир и предложил <данные изъяты> трудоустроиться вместе. <данные изъяты> предложил ему поработать у знакомого, который занимается строительством, а также отделкой. В середине /дата/ он приехал с ФИО№1 на объект, который располагался по адресу: <адрес> или 5 в <адрес>. На данном объекте размещен строящийся многоквартирный дом. На объекте его с Валерием встретил мужчина, который представился имя. имя пояснил, что является также работником на данном объекте, но, наряду с этим, набирает работников для выполнения определенных работ по указанию начальника. имя пояснил, что им необходимо заниматься отделкой конкретного этажа, инструмент предоставляет наниматель. Оплата была предусмотрена по факту полного выполнения работ на объекте. Также имя пояснил, что, если будет задержка материала, то оплата будет произведена по тому объему работ, который будет выполнен. После сдачи объекта им пообещали выплатить денежные средства в сумме 250000 - 300000 рублей. Двадцать процентов от данной суммы они должны были отдать имя за использование инструмента. Его и <данные изъяты> в полной мере устроило данное предложение, и они согласились работать на объекте. На период выполнения работ, имя предложил им проживать в строительном вагончике, который расположен на территории объекта. Также данный вагончик использовался для хранения строительных инструментов. В конце /дата/ он попросил имя выплатить ему аванс в размере 5000 рублей, на что имя пояснил, что денег нет, и в ближайшее время не будет. имя выплатил ему только 2500 рублей. В начале /дата/ на объекте закончился строительный материал, работы встали. В связи с тем, что была договоренность у них с ФИО№4, что в случае, если заканчивается материал, то им будет выплачены денежные средства по фактическому объему выполненной работы, и на тот момент было выполнено более половины работ, примерная сумма, которую им должны были выплатить, составляла около 150 000 рублей. С требованием выплатить им денежные средства он обратился к ФИО№4 имя стал общаться с ними на повышенных тонах и сказал, что денег нет. имя пояснил, что им нужно ожидать поставку материала около двух недель и продолжить работы, в случае, если они уйдут с объекта, то деньги им выплачены не будут вообще. Через два дня после данного разговора <данные изъяты> сказал ему, что не желает так долго ждать и ушел. Он стал неоднократно и ежедневно звонить ФИО№4 с целью уточнения, когда будет поставлен материал или будут выплачены денежные средства. имя трубку не брал, на объекте не появлялся. Поняв, что имя не планирует с ним рассчитываться, он решил продать инструмент, который находился в вагончике, который был предоставлен для выполнения строительных работ. Он положил в спортивную сумку шуруповерт марки «Бош», в корпусе зеленого цвета, шуруповерт марки «Бош», в корпусе зеленого цвета, перфоратор, в корпусе зеленого цвета, марку не помнит, пену монтажную -1 упаковку, в количестве 12 бутылок, марку и название не помнит, и один шуруповерт в нерабочем состоянии, в корпусе черного цвета. Данные инструменты он сдал в приемку, в которую он ранее сдавал металл. За инструменты ему заплатили денежные средства в сумме 10 000 рублей, которые он потратил на собственные нужды. После того, как он продал инструменты, он вернулся в вагончик, забрал свои личные вещи и в этот же день он уехал из <адрес> в <адрес>. В дальнейшем ему на телефон поступали звонки от ФИО№4, который требовал, чтобы он вернул инструменты. Он пояснил, что вернет инструменты, если его полностью рассчитают. ФИО№4 пояснил, что рассчитываться не будет. Вину в совершении хищения инструментов, принадлежащих ФИО№4, он признает, а именно в том, что без разрешения собственника взял инструменты в счет возмещения ему долга за работу. Выкупать и возвращать инструменты он не собирался, и после их хищения и продажи сразу же в тот день уехал в <адрес> (л.д.74-79).

Показания обвиняемого ФИО3 от /дата/ из которых следует, что ранее данные им показания он подтверждает. Сущность предъявленного ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.160 УК РФ, ему разъяснена и понятна. Вину в совершении данного преступления, а именно в том, что он /дата/ путем растраты похитил имущество - инструменты и пену монтажную, принадлежащее ФИО№4, он признает в полном объеме, с объемом похищенного он согласен. Ранее он в своих показаниях не говорил о том, что им были похищены кроме всего инструмента и материалов две дрели - аккумуляторная и электрическая. От дальнейшей дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ (л.д.132-133).

Оглашенные показания ФИО3 подтвердил полностью. На вопрос государственного обвинителя, почему он не говорил следователю о том, что первоначально инструмент спрятал, а потом уже продал, пояснил, что забыл рассказать. С пояснениями потерпевшего о некачественной работе не согласен, так как прораб все проверил неоднократно и после устранения изъянов, нареканий не было.

Вина подсудимого подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей, протоколами процессуальных действий, иными доказательствами по делу.

Потерпевший ФИО№4 пояснил суду, что занимался строительством, по трудовому договору осуществлял отделку помещений. На территории строительного объекта по <адрес>, он устанавливал перегородки из гипсокартона. Работает на этом объекте /дата/ Инструмент для производства работ ему передал директор компании осуществлявшей строительство объекта, за часть инструмента он рассчитался, а за часть не успел и в последствии рассчитывался за него, пена монтажная была у него в подотчете для выполнения внутренних работ. Он тоже в последствии, за нее рассчитывался. В /дата/ он познакомился с подсудимым. С ФИО3 и <данные изъяты> он заключил устный договор, на выполнение работ по установке перегородок из гипсокартона. На время производства работ, им было разрешено жить в вагончике, где хранился инструмент и монтажная пена. Он передал им весь инструмент для производства работ. Этим же инструментом пользовались рабочие с других участков и бригад, доступ был у всех. Они договорились, что он рассчитается с ними, после выполнения всего объема работ, он давал им свои деньги на сигареты, всего на двоих отдал около 11000 рублей. Затем ФИО3 и <данные изъяты> потребовали оплатить им те работы, которые они выполнили, в сумме 40000 рублей. Но поскольку работы были сделаны не в полном объеме, а также имелись замечания к качеству, он им отказал. /дата/ он приехал на объект, а за день до этого ему звонил ФИО3 и сказал ему подъехать на объект, но он не смог, а /дата/ он приехал на объект около 11 час. 00 мин, открыл своим ключом вагончик, где обнаружил, что инструменты в вагончике: 2 шуруповерта каждый стоимостью 5000 рублей, дрель стоимостью 900 рублей, перфоратор стоимостью 5500, второй перфоратор «Хаймер» стоимостью 5400 рублей, упаковка пены 12 баллонов, каждый из баллонов стоимостью 350 рублей, а всего на 4200 рублей, дрель стоимостью 2000 рублей, отсутствуют, вагончик закрыт. Он позвонил ФИО3, тот трубку не взял, потом позвонил <данные изъяты> ФИО3 взял трубку и сказал, что, как только он с ним рассчитается, тот вернет инструмент. Он сказал ФИО3 сдавать объём работ прорабу и в течение недели он рассчитается. Но с тех пор ФИО3 не появлялся, на звонки не отвечал. Размер ущерба для него в сумме 26600 является значительным, вред причиненный ему является существенным, как по стоимости инструмента, так и в связи с тем, что в результате утраты инструмента были приостановлены работы у строителей, которые им пользовались. Считает, что 11000 рублей, что он выплатил им из своих денег, достаточная оплата по объему выполненных работ. Иск поддерживает в полном объеме.

В соответствии с показаниями потерпевшего ФИО№4 данными им в ходе досудебного следствия и оглашенными в судебном заседании в связи с противоречиями на основании ст. 281 УПК РФ, /дата/ он является индивидуальным предпринимателем ИП «ФИО№4», занимается строительством и отделкой жилых помещений, строительные объекты он находит через своих знакомых, и по устной договоренности выполняет на данных объектах строительные работы. С начала /дата/ был всего один объект - по <адрес> (адрес строительный), для выполнения необходимых работ, ему был предоставлен ему инструмент и материалы, а именно: перфоратор марки «Зубр» и перфоратор марки «Хаймер», пена монтажная марки «Титан», профиль, саморезы, гипсокартон, генеральная база. Кроме того, он для выполнения работ на строительный объект принес свои личные инструменты, а именно: два шуруповерта марки «Бош», дрель электрическую, в корпусе черного цвета, дрель аккумуляторную. За переданный ему инструмент и материалы он отвечал материально. Ему было разрешено найти работников на данный объект, чтобы ускорить процесс по выполнению строительных работ. Он предложил ФИО№1 работу на указанном выше строительном объекте, на что <данные изъяты> согласился, и приехал на строительный объект со своим знакомым ФИО3, который ему был ранее не знаком. Он с ФИО№1 и ФИО3 никаких письменных договоров не заключал, все было по устной договоренности. Они договорились об оплате следующим образом: 300 рублей за квадратный метр перегородки шириной 200 метров, и 250 рублей за квадратный метр за перегородку шириной 100 метров. На 9-ом этаже перегородок шириной 200 метров было около 300 квадратных метров, и перегородок шириной 100 метров было около 200 квадратных метров. Общая сумма, которую по выполнению всех работ должны были получить ФИО№1 и ФИО3, составляла 140 000 рублей. Также между ними была договоренность, что за использование его инструментов, из данной суммы он вычтет 20 процентов. Таким образом, конечная сумма денежных средств, которую он должен бы был выплатить им обоим, составляла 112 000 рублей. Никакие промежуточные выплаты, то есть оплата за какую-либо часть выполненной работы, ими не оговаривались. Оплата должна была быть им произведена только по окончанию и выполнению всех работ. Данную сумму он должен был выплатить не из своих личных денежных средств, а из тех, которые ему бы по окончанию всех работ оплатил заказчик, то есть №ФИО№2 Были случаи на данном строительном объекте, что заказчик задерживал поставки на данный строительный объект строительных материалов, которые необходимы были для выполнения строительных работ, в том числе и гипсокартона. Этот момент был им с ФИО№1 и ФИО3 также оговорен, а именно он им сказал, что даже в случае, если будет задержка поставок на строительный объект необходимых материалов, оплата им за работу будет произведена только после выполнения всех работ, или же он произведет им оплату, при длительном отсутствии строительных материалов, при условии, что они сдадут ему этаж «под систему», что означает, что они к этому моменту полностью возведут все межквартирные и межкомнатные перегородки из гипсокартона, но без утеплителя и второго слоя гипсокартона. Его условия полностью устроили и ФИО№1, и ФИО3 середине февраля 2018 года ФИО№1 и ФИО3 приступили к выполнению работ. На время выполнения работ на строительном объекте, ФИО№1 и ФИО3 проживали в строительном вагончике, который также находился на территории объекта. Вагончик запирался. Ключей от входной двери в вагончик было три комплекта. Один комплект ключей был у ФИО№1 и ФИО3, два комплекта ключей было у него. В данном вагончике также хранились строительные инструменты, которые использовались при выполнении работ. При этом, инструментами пользовался он сам, так как тоже работал на данном строительном объекте, и ФИО№1 с ФИО3 На ночь и выходные дни инструменты все оставались в данном вагончике. Больше доступа к ним никто не имел. Когда ФИО№1 и ФИО3 стали работать на объекте, он им давал по их просьбе неоднократно денежные средства из своих личных денег небольшими суммами по 100, 500, 1000 рублей на приобретение ими сигарет, чая, каких - либо продуктов. Эти денежные средства он в последующем, при оплате ФИО№1 и ФИО3 за работу, если бы они всю её выполнили, планировал вычесть. В начале /дата/ была задержка с поставкой строительного материала на данный объект, при этом материала было достаточно для выполнения текущих работ, но было недостаточно для выполнения всего объема работ. Тогда ФИО№1 и ФИО3 стали спрашивать у него, когда поступит строительный материал. Он не знал, когда поступит материал, но пояснил им, что есть возможность брать строительный материал у другого подрядчика, который осуществлял работы на другом этаже этого же строящегося объекта, о чем имелась договоренность у их заказчика. Строительные материалы они могли брать в счет будущей поставки им строительных материалов, и потом данный строительный материал могли вернуть тому подрядчику, у которого бы взяли, на что ФИО№1 и ФИО3 согласились. В середине /дата/ ФИО№1 и ФИО3 попросили выдать им аванс, на что он им пояснил, что необходимо поставить объект «под систему», после чего сдать объект ему, а он, в свою очередь, сдаст также данный объект «под систему» заказчику, и заказчик сможет тогда произвести расчет с ним, а он - с ФИО№1 и ФИО3 При этом он сказал ФИО№1 и ФИО3, что сумма им к оплате будет намного меньше, чем была бы за всю, в полном объеме, выполненную работу. Объект ФИО2 и ФИО3 согласились закончить на указанных условиях, то есть сдать «под систему», так как им нужны были денежные средства. Они приступили к работе, стали осуществлять работы с остатками строительных материалов, которые были в наличии, и которых хватило бы, чтобы сдать объект «под систему». В этот промежуток времени к нему вновь обратились ФИО3 и ФИО№1, и попросили выдать им аванс в размере 40 000 рублей на двоих, на что он ответил им отказом и пояснил, что денег у него нет. Но все-таки он дал им денег, но немного, всего 5000 рублей на двоих. Более денег он им крупными суммами не давал. В дальнейшем, в середине /дата/ на строительный объект поступил гипсокартон, то есть строительного материала стало достаточно для того, чтобы сдать объект не «под систему», а полностью, и он сказал ФИО№1 и ФИО3, чтобы они приступали к дальнейшим работам, до полного её завершения, после чего он готов будет рассчитаться с ними в полном объеме, как и было первоначально, как только они пришли в /дата/ на строительный объект, и оговорено. Они согласились. После этого он несколько дней не приезжал на строительный объект, приехал только около 13 часов 00 минут /дата/, и обнаружил, что ни <данные изъяты> ни ФИО3 на строительном объекте нет, строительные работы ни в полном объеме, ни для того, чтобы объект можно было сдать «под систему», не выполнены. Он прошел к вагончику, где проживали <данные изъяты> и ФИО3, зашел в вагончик, который был закрыт на замок, замок повреждений не имел, и обнаружил, что нет строительных инструментов. Из вагончика пропало: два шуруповерта марки «Бош», в корпусе зеленого цвета, в настоящий момент оценивает их по 5000 рублей каждый, то есть на общую сумму 10000 рублей, аккумуляторная дрель, которая им была приобретена в /дата/ за 911 рублей, в настоящий момент её оценивает в 900 рублей, перфоратор марки «Зубр», в корпусе синего цвета, который был приобретен в 2017 году за 6290 рублей, в настоящий момент оценивает его в 5500 рублей, перфоратор марки «Хаймер», оценивает его в 4000 рублей, упаковка пены монтажной, в количестве 12 баллонов, марки «Титан», оценивает их на общую сумму в 4200 рублей, то есть за один баллон пены 350 рублей, дрель электрическая, в корпусе темно - синего цвета, которая была приобретена в 2017 году за 3000 рублей, в настоящий момент оценивает её в 2000 рублей. Все инструменты были в исправном состоянии. Обнаружив отсутствие <данные изъяты> и ФИО3, а также инструментов, он сразу же позвонил ФИО3, но тот не ответил на звонок. После этого он позвонил <данные изъяты> на звонок ему ответил ФИО3, у которого он спросил, где инструменты, на что ФИО3 ответил ему, что вернет инструменты, только в случае, если он оплатит ему деньги за выполненные на строительном объекте работы. Он ответил ФИО3, что если тот закончит все работы и сдаст объект, то тогда будут выплачены денежные средства, на что ФИО3 согласился, и он с ним договорился встретиться через 20 минут на строительном объекте. Он стал ФИО3 ожидать, через 20 минут пришел ФИО3, у которого он спросил, где ФИО№1 ФИО3 ему пояснил, что после его звонка ФИО№1 уехал домой. ФИО3 также ему пояснил, что инструменты в настоящий момент находятся у его знакомого, имени которого не назвал. Он объяснил ФИО3, что в случае, если инструменты ему возвращены не будут, он напишет заявление в полицию. ФИО3 пообещал ему вернуть инструменты /дата/. ФИО3 на строительный объект не приехал, он позвонил ФИО3, тот не отвечал на звонки (л.д.26-28, 80-82, 107-111).

ФИО№4 подтвердил оглашенные показания, пояснив, что не стал бы оплачивать ФИО3 денежные средства за выполненные работы, так как до конца работы не сделаны.

Свидетель ФИО№1 пояснил суду, что с подсудимым ФИО3 и потерпевшим ФИО№4 знаком. Последний позвал его работать на строительном объекте по <адрес>. Он позвал с собой ФИО3 Им показали объект, обозначили объем и вид работ. Работа оплачивалась по квадратам, полностью расчет по окончанию работ, при этом будут авансы. Срок выполнения работ в течение месяца, через пару недель аванс, стоимость около 100 000 рублей. ФИО№4 дал им инструменты и материалы, они хранились в вагончике, ключи от которого были у ФИО№4, его помощника и один ключ у них с ФИО3. Все, что они могли сделать при наличии материалов, они сделали, занимали гипсокартон у других бригад. Инструментом пользовались все, в том числе другие бригады. Через 2 недели закончились материалы, работать было нечем, ФИО№4 пообещал рассчитаться с ними, говорил, что материалы привезут, но не хватало саморезов и поэтому они не доделали работу, нарезали заготовок и встала работа, ФИО3 остался в ожидании материалов и денег за проделанную работу, а он уехал на другую работу, так как перспективы поступления материалов не было. ФИО№4 с прорабом смотрели их работу, прораб сказал, что все хорошо сделано. За этот период времени он передал им около 10000 рублей, остался должен около 30000 рублей, на двоих. Они просили ФИО№4 рассчитаться с ними, он обещал, но откладывал постоянно, так и не выплатил ничего. ФИО№4 ему звонил, но трубку взял ФИО3, так как он был занят. ФИО3 сказал, что ФИО№4 хочет поговорить по поводу пропавшего инструмента, сказал ФИО№4, что это он взял инструмент и вернет его, когда тот рассчитается за работу и сделал это, чтобы тот быстрее рассчитался. ФИО3 после этого встречался с ФИО№4 и рассказывал ему об их разговоре.

Свидетель ФИО№3 суду пояснила, что является приемщиком на пункте приема цветных металлов. /дата/ подсудимый приходил к ней сдавал инструменты, хотел продать, но она приняла как металлолом. В настоящее время события помнит плохо, так как прошло много времени.

В соответствии со ст. 281 УПК РФ с согласия сторон и в связи с противоречиями были оглашены показания ФИО№3, данные ею в ходе досудебного следствия. Из этих показаний следует, что /дата/ она на неофициальной основе трудоустроена в должности приемщика в пункте приема цветных металлов, который расположен по адресу: <адрес>. Директором данной организации является ФИО4. В круг её должностных обязанностей входит прием и разбор метала. Книгу учета принимаемого металла она не ведет. В пункте приема принимаются аккумуляторные батареи, черный и цветной металл, запчасти, инструменты. Весной /дата/ к ней обратился молодой человек с предложением приобрести инструменты. Молодому человеку на вид было около 20-25- лет, худощавого телосложения, рост около 175 сантиметров, говорит без акцента. Молодой человек пояснил, что является строителем, данные инструменты принадлежат ему. В связи с тем, что он нуждается в деньгах и планирует отъезд из Новосибирска, то инструменты решил продать. Она решила посмотреть, что за инструменты продает молодой человек. У молодого человека было несколько шуруповертов и перфораторов, остальные инструменты она не помнит, марку и модель инструментов она указать не может, так как в них не разбирается. Она пояснила молодому человеку, что может принять инструменты только как лом, стоимость которого составляет около 15 рублей за килограмм. Молодой человек согласился. Они проследовали к весам и взвесили инструменты. После взвешивания они рассчитали стоимость инструментов, итоговую сумму она не помнит. Она не исключает, что среди тех инструментов, которые сдавал молодой человек, были дрели, точно уже не помнит. Также она не помнит, сдавал ли молодой человек вместе с инструментами баллоны с монтажной пеной. Когда к ней приехали сотрудники полиции, вместе с ними был вышеупомянутый молодой человек, который ранее сдавал инструменты. Ей стало известно, что его зовут ФИО3, (л.д.94-97).

Свидетель ФИО№3 в судебном заседании подтвердила оглашенные показания.

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия - помещения строительного вагончика, расположенного по адресу: <адрес>, в ходе которого установлено место совершения преступления, (л.д.8-9).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) были осмотрены: копия обложки руководства по эксплуатации перфоратора электрического марки «Зубр», копия руководства по сборке и эксплуатации аккумуляторной дрели 12В, копия чека на перфоратор марки «Зубр», копия чека на дрель АКК, копия гарантийного талона на дрель, (л.д.38-39).

Как следует из протокола явки с повинной ФИО3, с /дата/ он работал на строительном объекте по <адрес> со своим знакомым, проживал он также на данном объекте, где хранились инструменты, которыми они работали. За период работы на данном объекте зарплату им не выплачивали в связи с чем, примерно в середине /дата/ находясь в указанном вагончике, у него возник умысел похитить инструмент и монтажную пену в баллонах, которые были в вагончике. Это имущество он сложил в спортивную сумку и отнес данный инструмент на «металлоприемку» недалеко от стройки, так как раньше сдавал туда ненужный металл со стройки, получил за сданный инструмент 10000 и забрал деньги себе, потратил их на собственные нужды (л.д.58).

В соответствии протоколом очной ставки между потерпевшим ФИО№4 и подозреваемым ФИО3 от /дата/ в ходе которой потерпевший ФИО№4 пояснил, что в /дата/ ФИО3 привел его знакомый <данные изъяты> и попросил взять его отделочником на строительный объект, расположенный по адресу <адрес>. В дальнейшем ФИО3 продолжил работу на данном строительном объекте. Они должны были установить перегородки из гипсокартона. Оплата была предусмотрена после работ и сдачи объекта, также была предусмотрена частичная оплата после выполнения более 50% работ. За полное выполнение работ на объекте была предусмотрена оплата в размере около 130 000 рублей. Подтвердил слова ФИО3 об условиях оплаты работ и пояснил, что необходимого материала на стройке не было, сроки поставки были не известны. Полагает, что у ФИО3 с <данные изъяты> была возможность выполнения части работы и условия для оплаты работы по факту не наступили, на данном этапе работ платить он не планировал. Указал, что у него были похищены инструменты (с перечнем) и монтажная пена.

ФИО3 показал, что стоимость всего объема работ по договоренности составляла около 250 000 рублей, также в случае задержки стройматериалов была предусмотрена возможность оплаты по факту выполненных работ в последствии возникла ситуация когда работы было невозможно продолжать из за нехватки стройматериалов. ФИО3 не согласился с утверждением ФИО№4 о том, что они могли выполнить часть работ и условия оплаты работ по факту не наступили, а фактически выполнили 15% работ. Он утверждал, что они выполнили 50-60% работ, инструменты и строительные материалы действительно похитил он, но не брал дрели, и инструменты и материалы похитил в счет невыплаченной ему оплаты за выполненные на строительном объекте работы. Инструменты и материалы он продал в пункт приема металла (л.д.83-88).

Как следует из протокола проверки показаний на месте подозреваемого ФИО3 от /дата/, подозреваемый ФИО3 указал, что похищенные у ФИО№4 инструменты и материалы, он сдал в пункт приема металла, который расположен по адресу: ул. <адрес>. Также подозреваемый ФИО3 уточнил, что в ходе допроса в качестве подозреваемого он пояснил, что похитил три шуруповерта, однако, третий шуруповерт - это электрическая дрель, но, так как она многофункциональная, её все называют шуруповертом. Таким образом, им было похищено: два шуруповерта, два перфоратора, пена монтажная и дрель электрическая, (л.д.89-93).

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства суд приходит к следующему.

Оценивая показания подсудимого, суд приходит к убеждению, что они стабильны и неизменны, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства. Суд не усматривает в них существенных противоречий, показания ФИО3 в судебном заседании о том, что он, перед тем как продать инструмент, спрятал его, используя как залог, дополняют ранее данные показания. Показания ФИО3 согласуются с показаниями потерпевшего в части признанной достоверной, показаниями свидетелей и протоколами процессуальных действий и суд расценивает их как достоверные и допустимые доказательства. Обстоятельств, которые бы указывали на то, что ФИО3 оговаривает себя, судом не установлено. Из протокола явки с повинной, которую ФИО3 подтвердил, следует, что обстоятельства дела он изложил так же как и в ходе допросов, явку писал самостоятельно, давление на него никто не оказывал. Сомневаться в добровольности дачи явки с повинной у суда оснований не имеется. В ходе очной ставки пояснения ФИО3 давал в присутствии защитника и эти показания также в основном и главном согласуются с другими показаниями ФИО3

Показания потерпевшего ФИО№4 в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, в части того, что инструмент был отчасти его личный, отчасти вверенный под материальную ответственность с последующим выкупом, материалы ему также были переданы под материальную ответственность, о том, что он заключил с ФИО3 и ФИО№1 устный договор на выполнение работ на строительном объекте за оплату по договоренности, о том, что часть работ (на 30%) была выполнена ФИО3 и ФИО№1, работы были приостановлены по причине отсутствия строительных материалов, ФИО3 и ФИО№1 неоднократно просили его оплатить им выполненную часть работ, однако он отказывал, после обнаружения пропажи инструмента и монтажной пены в строительном вагончике ФИО3 в беседе по телефону и при встрече, не скрывал того, что взял у него инструмент и предлагал ему его возвратить в обмен на выплату денег за выполненные работы, а также его показания в ходе проведения очной ставки в этой же части, а также о наличии договоренности о возможной оплате выполненных по факту работ, суд считает достоверными, так как они объективно подтверждаются показаниями свидетеля ФИО№1 и согласуются с показаниями подсудимого.

Показания потерпевшего о том, что между ним и ФИО3, ФИО№1 не было договоренности об оплате работ по факту их выполнения по частям, суд считает не достоверными, поскольку они объективно не подтверждаются другими доказательствами, опровергаются показаниями свидетеля ФИО№1 о том, что в ходе устной договоренности предусматривалась возможность расчета с ними по частям за выполненную работу. Данные показания, а также в остальной части показания потерпевшего противоречивы, не стабильны и объективно ничем не подтверждены, в связи с чем суд их не принимает в качестве доказательства по делу.

Показания свидетелей ФИО№1, ФИО№3 суд расценивает как достоверные, они не противоречивые, в основном и главном согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе с показаниями подсудимого. Каких-либо обстоятельств, в связи с которыми свидетели могли бы оговорить подсудимого, в судебном заседании не установлено.

Процессуальные действия проведены и закреплены в соответствии с требованиями УПК РФ и протоколы процессуальных действий суд признает допустимыми доказательствами.

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что ФИО3 /дата/ действуя в нарушение установленного законом порядка реализации гражданами своих прав, вопреки законным правам и интересам ФИО№4, находясь в вагончике на строительном объекте, где проживал и работал, сложил хранящиеся там и принадлежащие потерпевшему ФИО№4: 2 шуруповёрта марки «Бош», стоимостью по 5000 рублей каждый; аккумуляторную дрель, стоимостью 900 рублей; перфоратор марки «Зубр» стоимостью 5500 рублей, перфоратор марки «Хайлер» стоимостью 4000 рублей, упаковку монтажной пены «Титан» из 12 баллонов по 350 рублей за штуку на общую сумму 4200 рублей; дрель электрическую стоимостью 2000 рублей (всего на общую стоимость 26600 рублей), вначале скрыв их от ФИО№4 в качестве залога, а затем продав в счет компенсации задолженности по оплате за выполненные по устному договору работы и тем самым причинив ФИО№4 существенный вред.

Наличие существенного вреда в результате действий ФИО3 подтверждается показаниями потерпевшего, которые не оспаривает сам подсудимый и подтверждает свидетель ФИО№1, о том, что инструментом, который забрал ФИО3 пользовались другие рабочие стройки, он был востребован и на его восполнение потребовалось время, была приостановлена работа других рабочих, а монтажная пена подлежала применению при более подходящих погодных условиях. Кроме того, ФИО№4 подтвердил, что общая стоимость утраченного имущества для него существенна по причине того, что он не за весь инструмент рассчитался с предыдущим собственником и в результате понес большие убытки.

Суд не может согласиться с предложенной обвинением квалификацией действий ФИО3 как растраты. Так, в судебном заседании достоверно установлено и подтверждается как показаниями ФИО3, так и показаниями свидетеля ФИО№1, что между ФИО№4 и ФИО3, ФИО№1 был заключен устный договор на выполнение строительных работ. Данным договором была предусмотрена возможность оплаты части уже выполненных работ. Этого не отрицал и потерпевший при проведении очной ставки с ФИО3. ФИО№1 и ФИО3 выполнили часть работ по договору и прекращены они были не по вине работников. Таким образом, у ФИО3 и <данные изъяты> возникло право требования оплаты выполненных работ, то есть отстаивать свои права и законные интересы. Как установлено в судебном заседании ФИО3 своими действиями отстаивал именно эти интересы, а не преследовал цель обогащения за счет потерпевшего, то есть хищения вверенного ему имущества. Таким образом, мотивом к действиям ФИО3 послужило его намерение получить от ФИО№4 оплату за свой труд, а также компенсировать неполученные причитающиеся ему денежные средства да счет имущества принадлежащего ФИО№4, но вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку. Объектом преступления явились не общественные отношения регулирующие вещные права ФИО№4 на имущество, а общественные отношения, регулирующие порядок управления в сфере государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления. Само по себе использование подсудимым и потерпевшим термина «хищение» не указывает на состав преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ, поскольку данные участники процесса не имеют специальных познаний в области юриспруденции и используют данное выражение в обиходе, как общее определение, характеризующее противоправные действия относительно имущества. При таких данных суд не может согласиться с предложенной стороной обвинения квалификацией действий ФИО3 по ч.2 ст. 160 УК РФ и считает, что в его действиях присутствует состав преступления, предусмотренный ч.1 ст. 330 УК РФ.

Решая вопрос о том, может ли подсудимый нести уголовную ответственность за содеянное, суд исходит из поведения подсудимого в ходе предварительного расследования и судебного заседания – вёл себя адекватно, последовательно, целенаправленно, осознанно, а также данных о его личности: имеет среднее специальное образование, на учётах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит. В соответствии со ст. 19 УК РФ ФИО3, как лицо вменяемое, подлежит ответственности за содеянное.

Суд квалифицирует действия ФИО3 по ч.1 ст. 330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред.

При определении вида и размера наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

ФИО3 совершил преступление небольшой тяжести, иждивенцев не имеет, ранее судим, на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, характеризуется удовлетворительно.

В качестве смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, суд расценивает признание вины и раскаяние в содеянном, явку с повинной, удовлетворительную характеристику, занятость общественно-полезным трудом.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд не установил.

Учитывая, ранее изложенные обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, в целях, влияния назначенного наказания на исправление подсудимого, предупреждения совершения им новых преступлений и восстановления социальной справедливости, суд считает, что исправление подсудимого возможно с назначением наказания в виде исправительных работ.

Суд исходя из данных о личности подсудимого не находит оснований для сохранения условного осуждения ФИО3 по предыдущему приговору, так как он в период испытательного срока привлекался к административной ответственности и ему было назначено наказание в виде штрафа и выдворения за пределы РФ, а также совершил преступление. При таких данных суд считает, что сохранение условного осуждения ФИО3 как личности пренебрегающей правовыми нормами, не возможно и в соответствии с ч.4 ст. 74 УК РФ отменяет ему условное осуждение по приговору Заводского районного суда <адрес> от /дата/

При установлении размера наказания подсудимому, суд учитывает требования ч.1 ст. 62 УК РФ в части назначения наказания при наличии явки с повинной и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств.

Оснований для применения ч.6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ суд с учетом обстоятельств дела и категории преступления, не усматривает.

Назначая наказание по правилам ст. 70 УК РФ суд при назначении окончательного размера наказания применяет положения п. «в» ч.1 ст. 71 УК РФ в соответствии с которой, при частичном или полном сложении наказаний по совокупности преступлений и совокупности приговоров одному дню лишения свободы соответствуют три дня исправительных работ.

В силу положений п. «а» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации местом отбывания наказания подсудимого суд определяет колонию- поселение.

Вещественные доказательства по уголовному делу на основании ст. 81 УПК РФ: копию обложки руководства по эксплуатации перфоратора электрического марки «Зубр», копию руководства по сборке и эксплуатации аккумуляторной дрели 12 В, копию чека на перфоратор марки «Зубр», копию чека на дрель АКК, копию гарантийного талона на дрель, надлежит хранить при материалах настоящего уголовного дела.

Иск потерпевшего ФИО3 признал, суд принимает признание иска и полагает его подлежащим удовлетворению.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу ФИО3 суд считает необходимым оставить без изменения в виде заключения под стражей, так как обстоятельства послужившие основанием для избрания данной меры пресечения, существенно не изменились. Зачет времени содержания ФИО3 под стражей должен производиться в соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ - время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы, из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 296-299, 303-304, 306-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 330 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде исправительных работ сроком на один год шесть месяцев с удержанием в доход государства 10% заработной платы.

На основании ч.4 ст. 74 УК РФ отменить ФИО3 условное осуждение по приговору Заводского районного суда <адрес> от /дата/ и в соответствии со ст. 70, п. «в» ч.1 ст. 71 УК РФ по совокупности приговоров к наказанию назначенному по настоящему приговору, частично присоединить неотбытую часть наказания назначенного по приговору Заводского районного суда <адрес> от /дата/ и окончательно назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы сроком на один год восемь месяцев с отбыванием наказания в колонии - поселении.

Срок наказания ФИО3 исчислять с /дата/ Зачесть ФИО3 в срок отбытия наказания время содержания под стражей с /дата/ по /дата/, из расчета за один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

До вступления приговора в законную силу оставить ФИО3 меру пресечения в виде заключения под стражей.

Иск потерпевшего ФИО№4 удовлетворить. Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО№4 в счет возмещения ущерба 26000 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в <данные изъяты> областной суд в течение 10 дней со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Апелляционная жалоба подается через суд постановивший приговор.

Председательствующий судья