Апелляционное определение № 33-45140/2025 от 14 декабря 2025 г.

Судья: Скребцова Е.А.

Дело № 33-45140/2025Уникальный идентификатор дела 50RS0005-01-2025-001265-74


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 15 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Рыбкина М.И.,

судей Бурцевой Л.Н., Данилиной Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Парубец С.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1589/2025 по исковому заявлению ФИО, ФИО к ФИО, ФИО, ФИО, ФИО о признании договора дарения недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

по апелляционной жалобе ФИО решение Дмитровский городского суда Московской области от 5июня 2025 г.,

Заслушав доклад судьи Рыбкина М.И.,

объяснения представителя истца ФИО,

УСТАНОВИЛА:

ФИО, ФИО обратились в суд с иском к ФИО, ФИО, ФИО, ФИО1 о признании договора дарения недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения, указав, что 27.05.2008 между ФИО и ответчиками ФИО, ФИО и ФИО был заключен договор дарения 1/4 доли квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>. Ранее данное жилое помещение находилось в долевой собственности у ФИО (ФИО1) Е.Ю., её матери ФИО, ФИО, ФИО по 1/4 доли на основании договора мены жилого помещения от 02.10.1998. 11.08.2013 ФИО подарил ФИО 1/4 долю квартиры, 08.11.2013 ФИО подарил ФИО 1/4 долю квартиры, 24.11.2015 ФИО подарил ФИО 1/4 долю квартиры, 14.10.2020 ФИО подарила ФИО 1/4 долю квартиры. Решением Дмитровского городского суда Московской области от 15.10.2024 исковые требования ФИО о признании договора дарения от 11.08.2013 недействительным удовлетворены. Договором дарения доли квартиры от 27.05.2008, заключенным между ФИО и ФИО, ФИО, ФИО, нарушены права и законные интересы истцов ФИО и ФИО Истцы считают, что договор дарения от 27.08.2008, заключенный между ФИО и ФИО, ФИО, ФИО недействителен на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ, поскольку является притворной сделкой, прекрывающей договор купли-продажи доли квартиры, при этом ФИО не соблюдены положения ст.250 ГК РФ. С учетом изложенного истцы просили суд признать договор дарения доли квартиры от 27.05.2008 недействительным, применить последствия недействительности сделки в виде исключения из ЕГРН сведений о собственниках 1/4 доли (ФИО - 1/12 доля, ФИО - 1/12 доля и ФИО - 1/12 доля) и истребования 1/4 доли квартиры из чужого незаконного владения ФИО, ФИО и ФИО

Решением Дмитровский городского суда Московской области от 5 июня 2025 г. в удовлетворении иска ФИО, ФИО отказано.

Не согласившись с постановленным решением, ФИО подала апелляционную жалобу.

Выслушав объяснения представителя ФИО, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, судебная коллегия оснований для отмены решения не находит.

Как установлено судом и следует из материалов дела,собственниками жилого помещения (квартиры), с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью 55,7 кв.м., расположенного по адресу: <данные изъяты>, являются ФИО – 1/4 доля, ФИО – 1/12 доля, ФИО – 1/12 доля, ФИО – 1/12 доля, ФИО – 1/4 доля, ФИО – 1/4 доля, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Согласно договору мены квартиры от 02.10.1998 ФИО (в настоящее время – ФИО1) Е.Ю. принадлежала 1/4 доля указанной квартиры.

27.05.2008 ФИО. подарила 1/4 долю квартиры, принадлежащей ей на основании договора мены квартиры от 02.10.1998 года, ФИО, ФИО и ФИО, что подтверждается договором дарения доли квартиры.

В пункте 4 договора дарения указано, что ФИО гарантирует, что она заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой.

Согласно п. 3 договора дарения ФИО, ФИО, ФИО указанную 1/4 долю квартиры в дар от ФИО принимают в равных долях.

Оспаривая данный договор дарения, истцы ссылаются на его притворность, указывая на то, что фактически между ФИО и ФИО, ФИО, ФИО заключен не договор дарения доли в праве на квартиру, а договор купли-продажи указанной доли.

С учетом притворности договора дарения истцы полагают нарушенным свое право преимущественной покупки доли в праве собственности на квартиру.

Разрешая спор по существу, суд руководствовался положениями статей 166, 170, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценил представленные по делу доказательства в их совокупности и исходил из того, что истцами не представлены доказательства возмездного характера договора дарения доли в праве собственности на квартиру от 27.05.2008; не представлены доказательства заключения сделки в отсутствие у сторон намерения создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида; не представлены доказательства того, что ФИО (в настоящее время – ФИО1) Е.Ю. действовала под влиянием заблуждения, в том числе заблуждалась в отношении предмета сделки, в отношении природы сделки; в отношении лиц, с которыми она вступила в сделку, либо в отношении обстоятельств, которые она упоминала в своем волеизъявлении; не представлены доказательства, подтверждающие, что указанная выше сделка совершена под влиянием насилия или угрозы, под влиянием обмана, или совершена на крайне невыгодных условиях.

Судебная коллегия с выводами суда соглашается.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 87постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (статья 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Частями 1 – 3 статьи 67Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Приведенные нормы материального права о притворных сделках и разъяснения о их применении, а также нормы процессуального законодательства о доказательствах и доказывании судом первой инстанции применены правильно.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что доводы истцов о притворности договора дарения доли в праве собственности на квартиру, заключенного 27.05.2008 между ФИО и ФИО, ФИО, ФИО, объективными доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости, не подтверждены.

В частности, истцами не представлены достаточные допустимые доказательства возмездного характера договора дарения доли в праве собственности на квартиру от 27.05.2008; не представлены доказательства заключения сделки в отсутствие у сторон намерения создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Напротив, судом установлено, что договор дарения исполнен, право собственности одаряемых надоли в праве собственности на квартирузарегистрировано в установленном законом порядке.

В связи с отсутствием доказательств того, что договор дарения доли в праве собственности на квартиру прикрывал договор купли-продажи доли в праве собственности на квартиру, долевыми сособственниками которой являются истцы, оснований для применения последствий нарушения их преимущественного права покупки доли в праве собственности на квартиру не имеется (статья 250 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Более того, истцы не просили применить соответствующие последствия нарушения их преимущественного права покупки доли в праве собственности на квартиру в виде перевода на них прав и обязанностей покупателей (пункт 3 статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации), а истребование у одаряемых доли в праве собственности на квартиру, собственниками которой (доли, принадлежавшей дарителю) истцы не являлись, в данном случае не может быть признано надлежащим способом защиты права, учитывая, что сама даритель (ФИО являющаяся соответчиком по настоящему делу, договор дарения не оспаривала, признать его недействительным и применить последствия недействительности данного договора, в том числе в виде истребования в ее пользу доли в праве собственности на квартиру не просила.

Ссылка истцов на решение Дмитровского городского суда Московской области от 15 октября 2024 г. по делу № 2-3215/2024 и на постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.02.2015, от 08.04.2015, от 12.05.2015 несостоятельна, так как данным решением суда и постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела не подтверждается притворность договора дарения доли в праве собственности на квартиру, заключенного 27.05.2008 между ФИО и ФИО, ФИО, ФИО

Доводы апелляционной жалобы ФИО основаны на неверном толковании норм материального права, направлены на иную оценку представленных до делу доказательств, однако правильности выводов суда первой инстанции не опровергают и не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены постановленного по делу решения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 327, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Дмитровский городского суда Московской области от 5 июня 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобуФИО – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.12.2025