Решение № 2-5912/2024 2-819/2025 2-819/2025(2-5912/2024;)~М-4026/2024 М-4026/2024 от 13 августа 2025 г. по делу № 2-5912/2024

Дело № 2-819/2025

54RS0005-01-2024-007840-21

Поступило 21.10.2024 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 июля 2025 года город Новосибирск

Кировский районный суд г. Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Соколянской О.С.,

при секретаре Шудрик М.С.,

с участием прокурора Пугачева А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерной компании «АЛРОСА» (ПАО) о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в обоснование заявленных требований указав, что с 2015 года состоял в трудовых отношения с ПАО Акционерная компания «АЛРОСА».

Приказом работодателя № от ДД.ММ.ГГГГ структурного подразделения Удачнинский горно-обогатительный комбинат, расположенный в <адрес> (Якутия), <адрес> он с ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность машиниста погрузочно-доставочной машины, занятый полный рабочий день на подземных работах, разряд 4, категория 11, место работы – подземный рудник «Удачный» им. Ф.Б. Андреева – Участок очистных работ.

02.05.2020 года машинист погрузочно-доставочной машины ФИО1 совместно с горнорабочим <данные изъяты> заступив на рабочую смену в 22 часа 45 минут прибыли на рудник. Перед заступлением на смену прошли предсменный медицинский осмотр, были допущены к получению наряд-заданию. На участке сменный горный рабочий мастер <данные изъяты>. выдал <данные изъяты> и <данные изъяты> письменное наряд-задание на зачистку просыпей горной массы на ДКК № горизонта 465 м. ФИО1 и <данные изъяты> получили спецодежду, индивидуальные светильники, самоспасатели. При выполнении работ по наряд-заданию металлические листы не выдержали нагрузки горной массы и стоявших на них работников деформировались и прогнулись вниз. Вследствие этого работники <данные изъяты> и ФИО2 вместе с горной массой обвалились вниз – на нижнюю отметку, где были частично завалены и придавлены горной массой. После этого другими работниками было составлено сообщение диспетчеру, вызвана скорая медицинская помощь. ФИО1 с полученными травмами был поднят из шахты на поверхность вместе со своим напарником <данные изъяты> где их ожидали работники скорой медицинской помощи.

Истцу был установлен первоначальный диагноз «<данные изъяты> Согласно схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение отнесено к категории легких.

В момент получения травмы нахождение пострадавших в состоянии алкогольного или наркотического опьянения не установлено, факт грубой неосторожности со стороны ФИО1 также не установлен.

Основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ, а именно недостаточный контроль за состоянием технических устройств, своевременным проведением осмотра и обслуживания технических устройств, повлекших за собой неудовлетворительное техническое состояние конструктива металлического защитного перекрытия над дробилкой ДКК № 2 горизонт – 465 метра, и разрушение соединительных сварочных швов листового металла и балок перекрытия.

Среди лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, пострадавший ФИО1 не значится. Комиссия не установила факта грубой неосторожности пострадавшего машиниста погрузочно-доставочной машины ФИО1

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 определена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 40 % в связи с несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, справкой МСЭ впервые установлена <данные изъяты>.

Справкой МСЭ-2009 № от ДД.ММ.ГГГГ установлена <данные изъяты> справкой МСЭ от 30.01.2024 года подтверждена <данные изъяты>.

При определении размера компенсации морального вреда по Акту № формы Н-1 о несчастном случае на производстве, ФИО1 учитывает установленный диагноз, степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 40 %, последствия получения травмы в виде: <данные изъяты> а также требования разумности и справедливости, исходя из текущего уровня жизни, истец полагает возможным взыскать с ПАО Акционерная компания «АЛРОСА» в его пользу компенсацию морального вреда в результате несчастного случая на производстве, в размере 10 000 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, обеспечил явку представителя.

Представитель истца ФИО3, участвовавший в судебном заседании до перерыва, исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив, что полагает указанную сумму компенсации морального вреда разумной и справедливой, поскольку до настоящего времени истец испытывает проблемы со здоровьем, ему установлена <данные изъяты>, кроме того, согласно результатам медицинской экспертизы истцу причинен средней тяжести вред здоровью. Также представитель истца пояснил, что инвалидность бессрочно ФИО1 в настоящее время не установлена.

Представитель ответчика ПАО Акционерная компания «АЛРОСА» ФИО4 участвовавший в судебном заседании до перерыва посредством видеоконференц связи частично возражал против удовлетворения исковых требований, указав на завышенный размер компенсации морального вреда, заявленный истцом. Кроме того, представитель пояснил, что истец не обращался к работодателю по вопросу оказания ему финансовой помощи в связи с полученным увечьем.

Выслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора полагавшего, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 2 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абз. 4 и 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абз.2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Статьей 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Согласно абз. 2 и 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Таким образом, требованиями действующего законодательства предусмотрена материальная ответственность работодателя за вред, причиненный здоровью работника трудовым увечьем или профессиональным заболеванием.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам, принадлежащим человеку от рождения.

Положениями ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 19, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По правилам ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 20.10.2015 года между АО «АЛРОСА» (ПАО) и ФИО1 заключен трудовой договор, согласно условиям которого последний принят на работу в Участок подземных буровых работ (УПБР) ПГРП, 01 14 14 Мирнинской геологоразведочной экспедиции Ак «АЛРОСА» (ПАО), по профессии (должности) горный мастер подземный, разряд 10 (т. 1 л.д. 152-154).

Приказом № от 12.10.2016 года ФИО1 с 17.10.2016 года переведен на должность горного мастера, занятого полный рабочий день на подземных работах, разряд 10, Удачнинский горно-обогатительный комбинат АК «АЛРОСА» (ПАО) Подземный рудник «Удачный» им. Ф.Б. Андреева (т. 1 л.д. 150).

Приказом № от 15.10.2018 года горный мастер 10 разряда, занятый полный рабочий день на 34 подземном руднике «Удачный» им. Ф.Б. Андреева – участок горно-подготовительных работ, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность машиниста погрузочно-доставочной машины 4 разряда, занятого полный рабочий день на 34 подземном руднике «Удачный» им. Ф.Б. Андреева – участок горно-подготовительных работ (т. 1 л.д. 76).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен на должность машинист погрузочно-доставочной машины, 4 разряд (1 категория) УГОК-34 Подземный рудник «Удачный» им. Ф.Б. Андреева – участок очистных работ – Подземная группа рабочих – работники, занятые полный рабочий день на подземных работах (т. 1 л.д. 148).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен на должность машиниста погрузочно-доставочной машины, 4 разряд (1 категория) УГОК-34 Подземный рудник «Удачный» им. Ф.Б. Андреева – участок очистных и горно-подготовительных работ –Подземная группа рабочих –Работники, занятые полный рабочий день на подземных работах (т. 1 л.д. 147).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поступил в хирургическое отделение обособленного подразделения ГБУ (Я) «Айхальская городская больница» в <адрес> в 06 часов 45 минут без признаков опьянения, установлен диагноз: «<данные изъяты> Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится <данные изъяты> (т. 1 л.д. 39).

Актом № о несчастном случае на производстве установлено, что 02.05.2020 года в 1 смену горнорабочий подземный, занятый полный рабочий день на подземных работах участка взрывных работ <данные изъяты> и машинист погрузочно-доставочной машины, занятый полный рабочий день на подземных работах участка очистных работ ФИО1 прибыли на рудник в 22 часа 45 минут, прошли предсменный медицинский осмотр и были допущены к получению наряд-задания. <данные изъяты> и ФИО1 каждый от своего участка, с внесением записи в «Книгу нарядов», были направлены для получения наряд-задания и выполнения работ на участок подземного конвейерного транспорта (далее - УПТК). На участке ПКТ сменный горный мастер <данные изъяты> выдал <данные изъяты> и ФИО1 письменное наряд-задание под подпись в «Книге нарядов» на зачистку просыпей горной массы на ДКК № горизонта -465 м. После получения наряд-задания работники участка переоделись в спецодержу, получили индивидуальные светильники, самоспасатели, зафиксировав спуск в ламповой, спустились в клети по вентиляционно-вспомогательному стволу (далее – ВВС) на горизонт – 480 метров.

Спустившись на горизонт -465 м в 00 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ, прибыв к месту проведения работ на ДКК №, <данные изъяты> и ФИО1 получили от горного мастера <данные изъяты>. инструмент и приступили к выполнению наряд-задания. В 03 часа 00 минут работы по зачистке защитного горизонтального перекрытия были приостановлены в связи с выполнением плановых работ согласно утвержденного графика и ППР по демонтажу съемного вертикального ограждения (защитный экран), предназначенного для предохранения горизонтального защитного перекрытия от разлета горной массы, работниками участка № СТ «АТМ» УКС. После окончания демонтажа в 04 часа 00 минут <данные изъяты> и ФИО1 продолжили работу по зачистке защитного перекрытия дробилки. В 05 часов 03 минуты металлические листы, не выдержав нагрузки горной массы и стоявших на них работников, деформировались и прогнулись вниз, вследствие чего <данные изъяты> и ФИО1 соскользнули на нижнюю отметку. Работники, находившиеся в этот момент на ДКК № <данные изъяты>. и горный мастер <данные изъяты> сообщили о случившемся горному диспетчеру рудника и помогли <данные изъяты> и ФИО1 дойти до подземного автобуса Paus, на котором совместно с пострадавшими проследовали в стволу ВВС. Выехав с шахты <данные изъяты> и ФИО1 были переданы медицинским работникам скорой помощи <адрес>, ожидавших их в БПО рудника на отметке +0 метров (т. 1 л.д. 18-23).

Основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ, а именно недостаточный контроль за состоянием технических устройств, своевременным проведением осмотра и обслуживания технических устройств, повлекший за собой неудовлетворительное техническое состояние контруктива металлического защитного перекрытия над дробилкой ДКК № горизонт -465 метров, и разрушение соединительных сварочных швов листового металла и балок перекрытия. Нарушение п. 110 ФНиП; ст. 9 ФЗ-116. Сопутствующие причины: не проведение инструктажа по охране труда (код 101), а именно: работникам не был проведен целевой инструктаж по охране труда. Нарушение ч. 2 ст. 212 ТК РФ; Постановления Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 № 1/29 «Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», допущено производство работ при наличии недооцененных опасностей для их выполнения.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда являются: <данные изъяты> горный мастер участка подготовки конвейерного транспорта рудника «Удачный» имени Ф.Б. Андреева Удачнинского ГОКа АК «АЛРОСА» (ПАО) в рамках исполнения своих должностных обязанностей не обеспечил безопасность работников, недооценил возможные опасности и риски, которые возникли при выполнении данных работ (нарушение п. 37 ФНиП п. 2.9, 2.14 Должностной инструкции горного мастера, занятого полный рабочий день на подземных работах участка подземного конвейерного транспорта); <данные изъяты>., начальник подготовки конвейерного транспорта рудника «Удачный» имени Ф.Б. Андреева Удачнинского ГОКа АК «АЛРОСА» (ПАО) в рамках исполнения своих должностных обязанностей не обеспечил: - своевременное проведение осмотра и обслуживание технических устройств, тем самым допустив неудовлетворительное техническое состояние конструктива металлического перекрытия над дробилкой (нарушение п. 110 ФНиП, п. 1 ст. 9 ФЗ-116), - не провел целевой инструктаж по охране труда работникам, направляемым на выполнение разовых работ, не относящихся к основной сфере их деятельности (нарушение ч. 2 ст. 212 ТК РФ, постановления Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 № 1/29»Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организации» Постановление 1/29, п. 2.20 Должностной инструкции начальника участка подземного конвейерного транспорта); <данные изъяты> и.о. главного инженера рудника «Удачный» имени Ф.Б. Андреева ГОКа АК «АЛРОСА» (ПАО)в рамках исполнения своих должностных обязанностей не обеспечил: - производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности при производстве ремонтных работ на ДКК № в части обеспечения безопасных условий труда (нарушение п. 1 ст. 9 ФЗ-116, п. 10 ФНиП), - не осуществил контроль за проведением ремонтных работ на опасном производственном объекте, а также за ремонтом технических устройств, используемых на опасных производственных объектах, в части соблюдения требований промышленной безопасности (нарушение п. ДД.ММ.ГГГГ Должностной инструкции главного инженера ПР «Удачный»).

Комиссия не установила факт грубой неосторожности пострадавшего машиниста погрузочно-доставочной машины, занятого полный рабочий день на подземных работах, ФИО1 Кроме того, нахождение ФИО1 в состоянии алкогольного или наркотического опьянения не установлено.

Как следует из протокола опроса потерпевшего ФИО1 от 05.05.2020 года, 03.05.2020 года в 22 часа 30 минут он прибыл в 1 смену, прошел предсменный осмотр на своем участке очистных работ, получил наряд-задание от заместителя начальника <данные изъяты> получить наряд-задание на участок УПКТ, расписавшись в книге наряд-заданий, он пошел на участок, по приходу получил наряд-задание от горного мастера ПКТ <данные изъяты> на зачистку защитного перекрытия площадки ДКК-2 горизонта – 465 м. Получив инструктаж и расписавшись в книге наряд-заданий, он направился в раздевалку. Переодевшись в рабочую одежду он получил в ламповой самоспасатель и лампу. Спустившись на клети на горизонт -465 м., где горный мастер <данные изъяты> осмотрел рабочее место, провел инструктаж и выдал рабочий инвентарь. Они начали зачистку площадки ДКК-2 защитного перекрытия горизонта -465 м. В 03 часа ночи их попросили уйти, так как в то время производили демонтаж защитного экрана. В 04 часа они вернулись и приступили опять к выполнению своего наряд-задания зачистки защитного перекрытия площадки ДКК-2, горизонта -465 м. В 05 часов 03 минуты защитное перекрытие площади ДКК-2, на которой они стояли и работали, обрушилось и он оказался на нижележащей отметке. Как оказался внизу он не помнит, временно потерял сознание, очнулся, ощутил на себе лежащую горную массу, негабарит на правой ноге, лице и во рту была горная масса. К нему подбежали снизу рабочие и освободили, откопали от лежащей на нем горной массы. Он ощупал себя руками, сильно болела правая нога, позвоночник и голова, на голове не было каски. Дальше его доставили на машине до клети и выдали БПО, где поместили в автомобиль скорой помощи, который ждал на поверхности, и повезли в больницу (т. 1 л.д. 165-166).

Согласно протоколу опроса очевидца несчастного случая <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, придя на работу на участок УВР получил указание от заместителя начальника УВР идти на участок УПКТ. Придя на участок УПКТ получил наряд от горного мастера на зачистку ДКК2. Придя на место, горный местер показал объем работ на зачистку верхней площадки ДКК2. После работы АТМ когда они демонтировали отбойный лист-экран они приступили к зачистке, в зачистке участвовали трое с участка УВР, трое с участка УОР и двое с участка ГПР. При зачистке внезапно разошлись листы верхней площадки и два человека провалились вниз находящиеся с двух-трех метрах друг от друга. Спустившись вниз, откопав и освободив их от камней и пыли, погрузили пострадавших в машину ПДМ и доставили до ствола и выдали на поверхность (т. 2 л.д. 166).

Согласно протоколу опроса очевидца несчастного случая <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ он, придя на работу на участок УВР получил указание от заместителя начальника <данные изъяты> идти на участок УПКТ. Придя на участок УПКТ он получил наряд от горного мастера на зачистку ДКК 2 отметка -480м. Придя на место работ горный мастер показал объем работ по зачистке верхней площадки на ДКК2. На зачистке присутствовало три человека с участка УОР, два человека с участка ГРП. Три человека с участка УВР. Они приступили к зачистке верхней площадки на ДКК 2. После того, когда АТМ демонтировали отбойный лист – экран, они продолжили зачистку площадки. Внезапно листы разошлись на некоторых ячейках, из под ног начала уходить почва, он прыгнул вперед и отошел подальше, после чего ему сказали, что два человека упали вниз. Визуально он не видел, было желание покинуть опасное место. Они побежали вниз, там рабочие уже откопали пострадавших. Он помог их спустить и погрузить в ПДМ. Потом доставили их на ствол и выдали на поверхность (т. 2 л.д. 167).

Протоколом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прошел проверку знаний требований охраны труда, промышленной и пожарной безопасности Подземного рудника «Удачный» им. Ф.Б. Андреева, Удачнинского ГОКа, АК «АЛРОСА» (ПАО) (т. 2 л.д. 175).

Согласно выписке из журнала книги нарядов Участка подземного конвейерного транспорта Подземного рудника «Удачный» им. Ф.Б. Андреева от ДД.ММ.ГГГГ машинист ПДМ ФИО1 и <данные изъяты> получили от сменного горного мастера <данные изъяты> задание по выполнению вспомогательных работ по ДКК г. – 465м.зачистка (т. 2 л.д. 177).

Приказом №-П от ДД.ММ.ГГГГ утверждена комиссия по расследованию группового несчастного случая работниками подземного рудника «Удачный» им. Ф.Б. Федорова <данные изъяты> и ФИО1 (т. 1 л.д. 41).

Актом расследования группового несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного комиссией в лице главного инженера Удачнинского ГОУ АК «АЛРОСА» (ПАО) <данные изъяты>., руководителя службы охраны труда – начальника отдела УГОК <данные изъяты> начальника отдела ПБ и ПК УКС <данные изъяты> главного механика УГОК <данные изъяты>., председателя профкома УГОК <данные изъяты> установлены аналогичные обстоятельства несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1, установлены основные и сопутствующие причины несчастного случая, лица, ответственные за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая. (т. 1 л.д. 31-36).

Справкой МСЭ-2006 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты трудоспособности в результате несчастного случая на производстве <данные изъяты> с 14.05.2021 года по 14.05.2022 года (т. 1 л.д. 25).

Справкой МСЭ-2020 № от 01.06.2021 года ФИО1 в связи с получением трудового увечья установлена <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ с датой следующего освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 26).

Справкой МСЭ-2020 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с получением трудового увечья установлена <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ с датой следующего освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 30).

Справкой МСЭ-2006 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 27).

Справкой МСЭ-2006 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 28).

Справкой МСЭ-2006 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 29).

Согласно выписному эпикризу ООО «Медсанчасть-168» ФИО1 находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «<данные изъяты>» (т. 1 л.д. 81-82).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 расторгнут с ДД.ММ.ГГГГ по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового договора РФ) (т. 1 л.д. 145).

Согласно справке МСЭ-2023 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно (т. 1 л.д. 194). При том инвалидность ФИО1 бессрочно не установлена.

Согласно заключению эксперта № от 29.95.2020 года, проведенного в рамках материала проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ по факту сообщения от фельдшера ОСМП ОП ГБУ РС (Я) «АГБ» в <адрес> о том, что за медицинской помощью обратился ФИО1 с диагнозом: «<данные изъяты>, согласно п. 7.1 Приказа МЗ и СР РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель (свыше 21 дня), квалифицируется как повреждение, причинившее средний вред здоровью.

Анализируя установленные обстоятельства, оценив представленные доказательства в их совокупности, руководствуясь приведенными правовыми нормами, установив факт причинения ФИО1 вреда здоровью в результате несчастного случая, связанного с производством, повлекшего средней тяжести вред здоровью, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на АК "Алроса" (ПАО) обязанности по компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве.

Рассматривая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в п. 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 названного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 указано, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из разъяснений, указанных в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, следует, что работник в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Как указано в п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Суд учитывает, что на дату несчастного случая на производстве ФИО1 был обеспечен средствами индивидуальной зашиты, прошел обучение и проверку знаний по охране труда, стажировку, инструктаж на рабочем месте, что подтверждается материалами дела и не оспаривалось сторонами.

Согласно справке, выданной ООО «Центр новых медицинских технологий», ФИО1 в период с 03.05.2020 года по 14.05.2021 года проходил лечение в результате несчастного случая на производстве, по поводу диагноза : «<данные изъяты>». В результате последствий несчастного случая на производстве рекомендован перевод на другую работу (т. 1 л.д. 24).

Из заключения ООО «Центр новых медицинских технологий» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 установлен окончательный диагноз профессионального заболевания, последствий случая на производстве: «<данные изъяты>)». Нуждается в санаторно-курортном лечении (т. 1 л.д. 74-75).

Также согласно данным медицинской карты ФИО1 в <данные изъяты>, истец обращался к неврологу с жалобами на <данные изъяты> (т. 1 л.д. 121, 124, 127, 130).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осмотрен врачом ортопедом-травматологом <данные изъяты>», установлен диагноз: <данные изъяты>

Также согласно данным медицинской карты ФИО1 <данные изъяты>», последний ДД.ММ.ГГГГ обращался за оказанием медицинской помощи с жалобами на <данные изъяты> (т. 1 л.д. 208).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проведено оперативное вмешательство в виде <данные изъяты> (т. 1 л.д. 215).

Согласно выписному эпикризу ФИО1 находился на стационарном лечении в <данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «<данные изъяты>

Согласно медицинской документации ФИО1 <данные изъяты> последний обратился ДД.ММ.ГГГГ к врачу травматологу-ортопеду с жалобами на боль в коленному суставе после получения ДД.ММ.ГГГГ производственной травмы – падения с высоты 5 м, установлен диагноз: «<данные изъяты>» (т. 2 л.д. 1-30, 41, 52, 54). Также ФИО1 обращался к неврологу с жалобами на <данные изъяты> после получения производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 35, 61, 70, 71, 71, 73, 74, 75, 76, 81). Кроме того, ФИО1 неоднократно обращался за консультацией врача с жалобами <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ – падения с высоты 5 м (т. 2 л.д. 43, 44, 46, 48, 50, 55, 57, 59-60, 62-63, 64-65, 6-67, 68-69, 83, 85, 87). Согласно заключению нейрохирурга ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз: «<данные изъяты>» (т. 2 л.д. 78-79).

Согласно выписному эпикризу <данные изъяты>» ФИО1 находился на реабилитации <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «<данные изъяты>

Согласно представленной медицинской карте ФИО1 из <данные изъяты> последний неоднократно обращался за консультацией врача, установлен диагноз « <данные изъяты>

Согласно данным медицинской карты ФИО1 в <данные изъяты> ФИО1 неоднократно обращался к врачу травматологу-ортопеду с жалобами в области правого коленного сустава после производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ – падение с высоты 5м, установлен диагноз: «<данные изъяты> (т. 2 л.д. 113). Также ФИО1 обращался к неврологу с жалобами на <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 119, оборот л.д. 123, 124, 125, л.д. 127, 128, 129, 134, оборот л.д. 136, л.д. 140), Кроме того, ФИО1 неоднократно обращался за консультацией врача с жалобами на <данные изъяты> после производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ – падения с высоты 5 м (т. 2 л.д. 120-121, оборот л.д. 130, 131, 132).

Как следует из выписного эпикриза ФБУ Центр реабилитации «Кристалл» ФИО1 пребывал в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «последствия травм, захватывающих несколько областей тела. Последствия производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>т. 1 л.д. 79).

Как следует из выписки из протокола № от ДД.ММ.ГГГГ заседания <данные изъяты> постановлено оказать ФИО1 материальную помощь в связи с несчастным случаем в размере 30 000 рублей (т. 1 л.д. 189).

Как следует из выписки из протокола № от ДД.ММ.ГГГГ заседания <данные изъяты> постановлено оказать ФИО1 материальную помощь в связи с несчастным случаем в размере 40 000 рублей (т. 1 л.д. 187).

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, руководствуясь критериями, предусмотренными ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации все представленные по делу доказательства, исходя из фактических обстоятельств дела, характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, связанных с причинением вреда здоровью средней степени тяжести при исполнении им трудовых обязанностей, факт установления истцу степень утраты трудоспособности в <данные изъяты>, учитывая, что любой размер компенсации, в том числе заявленный истцом, не способен возместить ему страдания, принимая во внимание отсутствие вины ФИО1 в получении травмы и отсутствие в его действиях грубой неосторожности, действия работодателя, неудовлетворительную организацию производства работ, выразившуюся в низком уровне осуществления производственного контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за соблюдением требований промышленной безопасности, а также в непринятии надлежащих мер по обеспечению безопасного производства работ, а также требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, полагая, что данный размер компенсации соответствует требованиям разумности и справедливости, и тем нравственным и физическим страданиям, которые истец вынужден был претерпевать и претерпевает в связи с полученной травмой.

Таким образом, суд считает, что указанная сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию в пользу истца, является законной, обоснованной и справедливой, соответствует целям законодательства, предусматривающего возмещение вреда в подобных случаях. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, в том числе в размере, заявленном истцом, суд не усматривает.

Доказательств причинения морального вреда в меньшем размере стороной ответчика не представлено, суд не усматривает оснований для взыскания компенсации морального вреда в меньшем размере.

При определении размера компенсации морального вреда судом также учтено, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, и, соответственно, является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Часть 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В данном случае, с ответчика АО "Алроса" (ПАО) подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерной компании «АЛРОСА» (ПАО) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с Акционерной компании «АЛРОСА» (ПА) в доход бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Кировский районный суд г. Новосибирска.

Решение в окончательной форме изготовлено 14 августа 2025 года.

Председательствующий: подпись

Копия верна:

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела № 2-819/2025 Кировского районного суда г. Новосибирска.

Судья О.С. Соколянская