Апелляционное определение № 22-18/2026 22-8277/2025 от 9 февраля 2026 г.

Судья Гайсина М.У. Дело № 22-..../2026

(22-8277/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 февраля 2026 года город Казань

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Хисметова Р.Р.,

судей Огонева А.С. и Галеева А.И.,

с участием прокуроров Сафоновой В.В. и Фархуллиной И.И.,

осужденного ФИО13 посредством видео-конференц-связи,

его защитников – адвокатов Гайнуллина Э.Р. и Князевой И.В.,

при секретаре судебного заседания Салахутдиновой А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Гайнуллина Э.Р. и Князевой И.В. на приговор Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 06 августа 2025 года в отношении ФИО13, <дата>.

Заслушав доклад судьи Галеева А.И., кратко изложившего содержание обжалуемого приговора, доводы апелляционных жалоб и возражений к ним, выслушав выступление осужденного ФИО13 и его защитников – адвокатов Гайнуллина Р.Э. и Князевой И.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Фархуллиной И.И., полагавшей необходимым приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

приговором Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 06 августа 2025 года

ФИО13, <данные изъяты>», не судимый;

осужден к лишению свободы:

- по части 4 статьи 159 УК РФ (эпизод №1) на срок 04 года;

- по части 4 статьи 159 УК РФ (эпизод №2) на срок 04 года;

- по части 4 статьи 159 УК РФ (эпизод №3) на срок 04 года;

На основании части 3 статьи 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО13 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 05 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с пунктом «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ произведен зачет в срок отбытия наказания периода содержания ФИО13 под стражей с 23 по 25 января 2021 года, а также с 06 августа 2025 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Этим же приговором решены вопросы о мере пресечения осужденного до вступления приговора в законную силу, судьба вещественных доказательств по делу.

Гражданский иск Министерства по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Республики Татарстан – удовлетворен в полном объеме. С осужденного ФИО13 в пользу Министерства по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Республики Татарстан взысканы денежные средства в сумме 306 742 801 рубль 46 копеек, в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Приговором суда ФИО13 признан виновным в том, что являясь единоличным участником и генеральным директором ООО «<данные изъяты>» в период с декабря 2017 года по 26 ноября 2020 года, используя свое служебное положение, действуя с прямым умыслом и из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий и предвидя наступление общественно-опасных последствий, а также желая их наступления, под видом предпринимательской деятельности ООО «<данные изъяты>» по исполнению государственных контрактов на оказание услуг по капитальному ремонту пожарных автомобилей Министерства по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Республики Татарстан (далее по тексту Министерство по делам ГУ и ЧС РТ), путем обмана похитил денежные средства указанного министерства на общую сумму 306 742 801 рубль 46 копеек, то есть в особо крупном размере, а именно:

- в период с декабря 2017 года по 20 декабря 2018 года (эпизод №1) похитил денежные средства в сумме 71 887 970 рублей 10 копеек, перечисленные на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» в рамках исполнения государственных контрактов №.... от 01 июня 2018 года, №.... от 18 июня 2018 года, №.... от 08 октября 2018 года, № .... от 08 октября 2018 года, № .... от 29 ноября 2018 года;

- в период с ноября 2018 года по 14 ноября 2019 года (эпизод №2) похитил денежные средства в сумме 119 572 992 рубля, перечисленные на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» в рамках исполнения государственного контракта №.... от 16 апреля 2019 года;

- в период с августа 2019 года по 26 ноября 2020 года (эпизод №3) похитил денежные средства в сумме 115 281 839 рублей 36 копеек, перечисленные на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» в рамках исполнения государственного контракта №.... от 24 января 2020 года, №.... от 06 мая 2020 года.

Преступления совершены ФИО13 в Республике Татарстан в период и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО13 вину по каждому из инкриминируемых ему эпизодов преступлений не признал в полном объеме и показал, что руководимое им ООО «<данные изъяты>» в полном объеме исполнило обязательства и выполнило работы в рамках заключенных с министерством по делам ГУ и ЧС Республике Татарстан государственных контрактов по капитальному ремонту пожарных автомобилей.

В апелляционной жалобе адвокат Гайнуллин Э.Р., действующий в защиту осужденного, считая приговор суда незаконным и необоснованным, просит его отменить и вынести в отношении ФИО13 оправдательный приговор. Указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а при рассмотрении уголовного дела Набережночелнинским городским судом была нарушена территориальная подсудность, так как по смыслу уголовного закона, местом окончания предполагаемого мошенничества, состоящего в хищении безналичных денежных средств, является местонахождение подразделения банка или иной организации, в котором владельцем денежных средств открыт банковский счет. Отмечает, что расчетные счета ООО «<данные изъяты>» и лицевые счета Министерства по делам ЧС и ГУ Республики Татарстан были открыты в кредитных учреждениях, расположенных на территории Вахитовского района г. Казани, в связи с чем, по мнению автора апелляционной жалобы, уголовное дело в отношении ФИО13 должно было рассматриваться в Вахитовском районном суде г. Казани. Утверждает, что при рассмотрении уголовного дела и вынесении итогового судебного решения в отношении ФИО13 судом первой инстанции были нарушены правила оценки доказательств, предусмотренные статьей 88 УПК РФ. В частности, утверждает, что суд первой инстанции в полном объеме оставил без оценки доводы и доказательства, представленные защитой, которые были исследованны в ходе судебного следствия доказательства и которые указывали на невиновность ФИО13 в инкриминируемых ему преступлениях. Считает несостоятельным выводы суда о том, что генеральный директор ООО «<данные изъяты>» ФИО13 похитил полную сумму, указанную в государственных контрактах, заключенных между ООО «<данные изъяты>» и министерством по делам ЧС и ГУ Республики Татарстан на ремонт пожарных автомобилей, так как указанные выводы суда прямо опровергаются показаниями представителя потерпевшего, свидетелей обвинения и письменными материалами уголовного дела, исследованными судом первой инстанции. Обращает внимание, что в ходе предварительного расследования не был осмотрен ни один из пожарных автомобилей, который проходил ремонт в ООО «<данные изъяты>», равно как и в отношении каждого пожарного автомобиля не проводилась соответствующая экспертиза по определению качества проведенного ремонта. Указанное, по мнению автора апелляционной жалобы, позволило бы конкретизировать обвинение в части состояния пожарных автомобилей до, в процессе и после ремонта, а также позволило бы определить соответствие выполненных работ требованиям, установленным нормативными документами, договорами и выявить дефекты и их причины. Считает необоснованным решения следствия и суда об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о проведении по делу судебных экспертиз, что в свою очередь явно нарушило право ФИО13 на справедливое разбирательство по уголовному делу. Дополнительно отмечает, что проведение по делу ряда экспертиз, в том числе и судебно-бухгалтерской, могло бы конкретно определить суммы, которые были затрачены ООО «<данные изъяты>» на производство работ по капитальному ремонту пожарных автомобилей. Ссылается также и на показания эксперта ФИО1 которая в ходе судебного следствия прямо указала о том, что она сообщала следователю о необходимости назначения по делу повторной или дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы, так как изначально ей был представлен не полный объем документов, в результате чего в экспертном заключении не в полном объеме были определены фактические затраты, понесенные ООО «<данные изъяты>» на выполнение работ по ремонту пожарных автомобилей в рамках заключенных государственных контрактов. Вместе с тем, по утверждению эксперта ФИО1 следователь отказался назначать дополнительную судебно-бухгалтерскую экспертизу и ограничился лишь её допросом. Ссылаясь на показания специалиста ФИО2., допрошенной в ходе судебного следствия отмечает, что при производстве судебной бухгалтерской экспертизы №.... от 30 июля 2021 года экспертом ФИО1 не был учтен ряд существенных расходов ООО «<данные изъяты>», которые были понесены в рамках исполнения государственных контрактов. Утверждает, что суд безосновательно признал показания ФИО2 и заключение специалистов №.... и №.... не имеющими юридической силы, так как показания специалиста и приобщенные заключения специалистов были добыты и приобщены к материалам уголовного дела в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Считает несостоятельным вывод суда о том, что ущерб по уголовному делу определен в соответствии с суммами государственных контрактов, так как в исследованных судом материалах уголовного дела имелись объективные доказательства проведения ООО «<данные изъяты>» поэтапного ремонта автомашин от их осмотра, разбора и до проведения ремонтных работ и подготовки к приема-передаче. Обращает внимание, что доказательства выполнения ООО «Сигналдортранс» ремонта пожарных автомобилей в рамках заключенных государственных контрактов объективно подтверждается фотографиями, находящимися в изъятом и приобщенном в качестве вещественного доказательства ноутбуке марки «Dell», который был осмотрен в ходе предварительного и судебного следствия. Отмечает, что в указанном ноутбуке систематизированы папки с фотографиями по каждому отремонтированному пожарному автомобилю, что в свою очередь подтверждает выполнение ООО «<данные изъяты>» капитального ремонта пожарной техники. Указывает, что в ходе судебного следствия, на протяжении шести судебных заседаний, защита кропотливо исследовала содержание указанного ноутбука, однако в протоколе судебного заседания не была произведена должная фиксация указанных действий, что было обоснованно указано защитой в замечаниях на протокол судебного заседания, которые судом были необоснованно отклонены. Кроме того, считает несостоятельным вывод суда о том, что указанные фотоизображения, исследованные в судебном заседании и содержащиеся в вещественном доказательстве по делу – ноутбуке не свидетельствуют о проведении капитального ремонта пожарных автомобилей со ссылкой на то, что на исследованных фотоизображениях невозможно установить и идентифицировать автомобили, агрегаты, запасные части, процесс и объем работ (для наглядности в апелляционной жалобе размещены фотоизображения одного пожарного автомобиля, который был отремонтирован ООО «<данные изъяты>» в рамках исполнения государственного контракта). Считает несостоятельным и вывод суда о том, что в ООО «<данные изъяты>» отсутствовала необходимая документация для производства ремонта пожарных автомобилей, так как ООО «<данные изъяты>» на протяжении десятилетий проходило добровольную сертификацию услуг по техническому обслуживанию и ремонту автотранспортных средств, а также с момента основания организации, специализировалось на производстве капитального ремонта специальной техники, в том числе и пожарных автомобилей. Кроме того, отмечает, что в настоящее время большинство документов и литературы находятся в цифровом, общедоступном виде в сети «Интернет». Считает несостоятельными выводы суда о том, что ФИО13 организовал лишь выполнение технических работ в виде текущего ремонта пожарных автомобилей, так как в обвинении и в обжалуемом приговоре вообще отсутствуют определения капитального и текущего ремонта, а также отсутствуют ссылки на пункты технического задания, который якобы были нарушены при производстве ремонта пожарных автомобилей в рамках заключенных государственных контрактов. Ссылаясь на показания свидетелей ФИО3., ФИО4. и других работников ООО «<данные изъяты>» указывает, что перед сдачей отремонтированных автомобилей заказчику, сотрудниками ООО «<данные изъяты>» проводились все необходимые испытания отремонтированной техники, что прямо противоречит выводам суда о том, ремонт пожарных автомашин силами ООО «<данные изъяты>» был выполнен некачественно, что в свою очередь приводило к систематическим неисправностям и поломкам. Указанный вывод суда также опровергается показаниями представителей министерства по делам ЧС и ГУ Республики Татарстан, которые в ходе судебного следствия пояснили, что за весь период ими было направлено лишь одно письменное требование в адрес ООО «<данные изъяты>» о гарантийном ремонте автомашины, по причине неисправности компрессора, который незамедлительно был заменен в соответствии с гарантиями в рамках исполнения государственного контракта. Автор апелляционной жалобы также считает несостоятельным вывод суда о признании не имеющими юридической силы показаний специалистов ФИО5., ФИО6., ФИО7 каждый из которых в судебном заседании подтвердил выводы своих заключений и конкретизировал отличие капитального ремонта от текущего ремонта транспортных средств. Обращает внимание, что стороной обвинения и вовсе не было представлено альтернативного заключения специалиста или эксперта в области ремонта и эксплуатации автомобилей, которое бы опровергло представленные стороной защиты доказательства в части оценки проведенного ремонта пожарных автомобилей силами руководимой ФИО13 организации. Утверждает, что показания свидетелей ФИО8. и ФИО9 о том, что проведенный силами ООО «<данные изъяты>» ремонт пожарных автомобилей являлся текущим, а не капитальным, не могли быть положены в основу обвинительного приговора, так как указанные лица не допрашивались в качестве специалистов по делу и кроме того, каждый из них не смог привести в судебном заседании каких-либо ссылок на нормативный акты или специальную литературу, в которых бы содержалось понятие текущего и капитального ремонта. Также автор апелляционной жалобы обращает внимание, что свидетели ФИО8 и ФИО9, равно как и следователь, в производстве которого находилось уголовное дело, вообще не провели осмотр ни одного автомобиля, который подвергался ремонту силами ООО «<данные изъяты>». Обращает внимание, что указанные в обвинении и приговоре государственные контракты не были признаны недействительными сделками, в связи с чем взаимоотношения между возглавляемыми ФИО13 ООО «<данные изъяты>» и подразделениями МЧС носили исключительно гражданско-правовой характер и не могли рассматриваться в уголовно-правовой плоскости.

Адвокат Князева И.В., действующая в защиту осуждённого, в своей апелляционной жалобе, не соглашаясь с приговором суда, просит его отменить и вынести в отношении ФИО13 оправдательный приговор, а также признать за последним право на реабилитацию. Указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Считает несостоятельным вывод суда о том, что ФИО13 заведомо был осведомлен о нарушениях в организации работы ГУ МЧС России по Республике Татарстан в части отбора пожарных автомобилей, планируемых к направлению на капитальный ремонт и в части контроля за выполнением данного ремонта. Утверждает, что ФИО13 в принципе не мог принимать участие в отборе пожарных автомобилей, так как указанные решения относились к исключительной компетенции уполномоченных должностных лиц ГУ МЧС России по Республике Татарстан. Ссылаясь на показания представителя потерпевшего ФИО10 указывает, что об обстоятельствах уголовного дела последнему стало известно из средств массовой информации, а впоследствии и от следователя, в производстве которого находилось уголовное дело. Обращает внимание, что указанный представитель потерпевшего не смог указать суду и сумму ущерба, которая по мнению представляемого им ведомства была похищена в результате совершенного преступления. Ссылаясь на показания свидетеля ФИО11 – бывшего начальника ГУ МЧС России по Республики Татарстан указывает, что каких-либо нареканий у последнего по деятельности ООО «<данные изъяты>» не было, а вопросы по незначительным неисправностям решались в рамках гарантийных обязательств, которые были предусмотрены контрактами. Критерием же выбора автомобилей, которые направлялись на капитальный ремонт в ООО «<данные изъяты>», по утверждению свидетеля ФИО11 являлся исключительно срок эксплуатации автомобиля – 10 лет и более. Отмечает, что анализ показаний представителя потерпевшего, свидетелей обвинения, в том числе из числа сотрудников финансово-экономического управления МЧС по РТ в полной мере опровергает довод следствия и вывод суда о том, что ФИО13 имел умысел на хищение денежных средств ГУ МЧС России по Республике Татарстан, которые перечислялись в адрес ООО «<данные изъяты>» в рамках заключенных государственных контрактов по ремонту пожарных машин. Ссылаясь на положения статьи 702 ГК РФ указывает, что предметом договора подряда является возмездное выполнение подрядчиком работ по поручению заказчика, что в рамках рассматриваемого уголовного дела и было выполнено в полном объеме силами ООО «<данные изъяты>», так как все пожарные автомобили, направленные ГУ МЧС по Республике Татарстан были в полном объеме отремонтированы и приняты заказчиком, о чем свидетельствуют исследованные в ходе судебного следствия акты выполненных работ. Не соглашается автор апелляционной жалобы и с выводом суда о том, что коммерческое предложение ООО «<данные изъяты>», направленное в ГУ МЧС по Республике Татарстан в рамках готовящихся государственных контрактов содержали в себе заведомо ложные сведения, так как указанное коммерческое предложение готовилось исходя из актуальных на тот период времени расценок, а ГУ МЧС по Республике Татарстан, в свою очередь, фактически имело право определить конкретного исполнителя на основе предложенных им цен. Дополнительно отмечает, что ООО «<данные изъяты>», по своей сути, являлось уникальной и фактически единственной организацией, которая обладала возможностью выполнить весь комплекс работ по капитальному ремонту пожарной техники, в том числе и по ее переоборудованию. Сам по себе факт участия в тендере иных сторонних организаций, которые участвовали в тендере по формальному признаку, по мнению защиты, не доказывает умысел ФИО13 на совершение хищения денежных средств, так как в соответствии с федеральным законом №44-ФЗ аукцион предусматривал возможность заключения государственного контракта и с единственным участником, заявившимся на аукцион. Вместе с тем, в целях исполнения постановления Республики Татарстан об обеспечении конкурентных торгов, а также по инициативе ГУ МЧС по Республике Татарстан к аукциону были привлечены дополнительные участники. Автор апелляционной жалобы также обращает внимание, что в ходе предварительного следствия не проводился осмотр и не назначались экспертизы по каждому из автомобилей, в отношении которых проводился капитальный ремонт силами и средствами ООО «<данные изъяты>», а в основу обвинительного приговора были голословно положены лишь показания свидетелей ФИО8 и ФИО9., каждый из которых не видел ни одного автомобиля в живую и которые не смогли в судебном заседании с уверенностью сказать, какой именно вид ремонта был осуществлен ООО «<данные изъяты>» в отношении пожарных машин. Кроме того, в ходе предварительного следствия не были осмотрены цеха, в которых фактически проводился ремонт автомобилей на предмет возможности выполнения в них капитального ремонта пожарных автомобилей. Приводя подробные показания заместителя директора ООО «<данные изъяты>» ФИО3., а также начальника цеха указанной организации ФИО4 указывает, что практически весь спектр запасных частей на исполнение государственного контракта по ремонту пожарных автомобилей приобретался за безналичный расчет. Решения же о дефектовке каждого конкретного автомобиля принимались ответственными сотрудниками, каждый из которых отвечал за свой участок ремонта автомобиля (двигатель, мосты, трансмиссия, кузов). После выполнения капитального ремонта каждый автомобиль проходил обязательную обкатку в 50-60 километров с нагрузкой и без, после чего комиссионно, то есть с участием представителей ГУ МЧС по Республике Татарстан, подписывались акты выполненных работ и акты приема-передачи. Вышеприведенные показания свидетелей ФИО3. и ФИО4., по мнению защиты, в полной мере соответствуют и фотографиям, которые находятся в изъятом ноутбуке «Dell», в котором систематизированы папки с содержащимися в них фотографиями по каждому из автомобилей, в отношении которых проводился ремонт силами и средствами ООО «<данные изъяты>». Считает несостоятельным вывод суда о том, что заказчику – ГУ МЧС по Республике Татарстан не передавались все демонстрированные в ходе ремонта запасные части, так как указанный вывод опровергается исследованным в судебном заседании договором, заключенным между ГУ МЧС по Республике Татарстан и ООО «<данные изъяты> (....), из которого следует, что сдача демонтированных металлических изделий (снятых с пожарных автомобилей), производилась непосредственно с территории ООО «<данные изъяты>», а денежные средства за указанные сданные металлические изделия поступали непосредственно на расчетные счета ГУ МЧС по Республике Татарстан. Кроме того, в адрес ГУ МЧС по Республике Татарстан также передавались аккумуляторные батареи и резина, для их последующего списания. С учетом имеющихся по делу противоречий и доказательств невиновности ФИО13, просит вынести в отношении последнего оправдательный приговор, признав за ФИО13 право на реабилитацию.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов Гайнуллина Э.Р. и Князевой И.В. государственный обвинитель Шаехова Ч.М., считая обжалуемый приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб и возражений к ним, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из положений статьи 389.15 УПК РФ следует, что основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке являются существенное нарушение уголовно-процессуального закона; несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

По смыслу закона, приговор признаётся несоответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, и, если в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни доказательства и отверг другие.

В силу требований статьи 297 УПК РФ приговор должен быть законным обоснованным и справедливым. Приговор признаётся законным, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона. Обоснованность приговора означает, что выводы суда соответствуют действительности и убедительно подтверждаются исследованными в судебном разбирательстве доказательствами.

По смыслу статьи 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления).

Из положений статей 85, 87 и 88 УПК РФ следует, что доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, указанных в статье 73 УПК РФ. Суд производит проверку доказательств путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также устанавливает источники доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Согласно части 2 статьи 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Обжалуемый приговор в отношении ФИО13 вышеприведенным требованиям закона не отвечает.

Так, из фабулы предъявленного ФИО13 обвинения и описательно-мотивировочной части обжалуемого приговора следует, что ФИО13, являясь единоличным участником и генеральным директором ООО «<данные изъяты>» в период с декабря 2017 года по 26 ноября 2020 года, используя свое служебное положение, действуя с прямым умыслом и из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий и предвидя наступление общественно-опасных последствий, а также желая их наступления, под видом предпринимательской деятельности ООО «<данные изъяты>» по исполнению государственных контрактов на оказание услуг по капитальному ремонту пожарных автомобилей Министерства по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Республики Татарстан, путем обмана должностных лиц указанного министерства похитил денежные средства на общую сумму 306 742 801 рубль 46 копеек, то есть в особо крупном размере, а именно: - в период с декабря 2017 года по 20 декабря 2018 года (эпизод №1) похитил денежные средства в сумме 71 887 970 рублей 10 копеек, перечисленные на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» в рамках заключенных государственных контрактов №.... от 01 июня 2018 года, №.... от 18 июня 2018 года, №.... от 08 октября 2018 года, № .... от 08 октября 2018 года, № .... от 29 ноября 2018 года; - в период с ноября 2018 года по 14 ноября 2019 года (эпизод №2) похитил денежные средства в сумме 119 572 992 рубля, перечисленные на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» в рамках заключенного государственного контракта №.... от 16 апреля 2019 года; - в период с августа 2019 года по 26 ноября 2020 года (эпизод №3) похитил денежные средства в сумме 115 281 839 рублей 36 копеек, перечисленные на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» в рамках заключенного государственного контракта №.... от 24 января 2020 года, №.... от 06 мая 2020 года.

Как указано в обжалуемом приговоре, выводы суда о доказанности вины ФИО13 в совершении трех преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 УК РФ основаны на совокупности доказательств, в том числе показаний представителей потерпевших Министерства по делам ГУ и ЧС Республики Татарстан ФИО12 и ФИО10., показаний свидетелей обвинения и письменных материалах уголовного дела, которые непосредственно были исследованы в ходе судебного следствия.

Вместе с тем, изучив в порядке подготовки к рассмотрению уголовного дела в апелляционном порядке материалы уголовного дела, в том числе и вещественные доказательства по делу (ноутбук марки «Dell»), судебная коллегия приходит к убеждению, что выводы суда о доказанности вины ФИО13 в том объеме, как ему предъявлено обвинение, являются противоречивыми.

В частности, в обвинении и обвинительном приговоре указано, что ФИО13 стало известно о намерении руководства ГУ МЧС России по Республике Татарстан организовать выполнение капитального ремонта пожарных автомобилей путем заключения государственных контрактов на оказание услуг по капитальному ремонту пожарных автомобилей. ФИО13 же, будучи осведомленный о нарушениях в организации работы ГУ МЧС России по Республике Татарстан в части отбора пожарных автомобилей, а также заведомо зная, что автомобили, эксплуатируемые в ГУ МЧС по Республике Татарстан были отобраны по формальному признаку срока эксплуатации и фактически, исходя из их технического состояния, не требовали проведения капитального ремонта, воспользовался данной ситуацией и представил в финансово-экономическое управление ГУ МЧС по Республике Татарстан сведения о предполагаемой стоимости выполнения капитального ремонта пожарных автомобилей. При этом, как указано в приговоре, ФИО13, заведомо зная о том, что фактическая стоимость технических работ, которые будут выполняться в отношении пожарных автомобилей силами ООО «<данные изъяты>» будет значительно ниже сумм, предусмотренных к выплате государственными контрактами, путем обмана сотрудников МЧС по Республике Татарстан относительно наличия намерения выполнять в полной мере обязательства по государственным контрактам, похитил денежные средства ГУ МЧС по Республике Татарстан, выполнив вместо капитального ремонта пожарных автомобилей текущий ремонт.

Вместе с тем, вышеприведенные выводы суда об обмане ФИО13 должностных лиц и сотрудников МЧС по Республике Татарстан являются противоречивыми.

Так, допрошенный в ходе предварительного и судебного следствия представитель потерпевшего ГУ МЧС России по Республике Татарстан ФИО12. показал, что в рамках принятого руководством решения о проведении капитального ремонта пожарной техники, уполномоченными должностными лицами – сотрудниками материально-технического обеспечения был определен перечень техники – пожарных автомобилей, которые необходимо было отремонтировать. При этом, как указано в показаниях представителя потерпевшего, критерием направления на капитальный ремонт являлся срок эксплуатации пожарного автомобиля - 10 лет и более.

Вышеуказанные показания представителя потерпевшего ФИО12 в части критерия отбора автомобилей, подлежащих капитальному ремонту подтвердили в судебном заседании представитель потерпевшего ФИО10 и свидетель ФИО11., который ранее занимал должность <данные изъяты> ГУ МЧС России по Республике Татарстан, при котором заключались государственные контракты в 2018, 2019 и 2020 годах. Указанные лица, а также иные свидетели обвинения из числа должностных лиц ГУ МЧС России по Республике Татарстан не указывали при допросах о том, что ФИО13 имел какое-либо влияние или участвовал при принятии решений по отбору пожарных автомобилей, в отношении которых планировался провести капитальный ремонт. Кроме того, допрошенные по делу свидетели обвинения из числа должностных лиц ГУ МЧС России по Республике Татарстан указали при допросах, что в отношении направляемых в адрес ООО «<данные изъяты>» пожарных автомобилей не производилась дефектовка узлов и агрегатов, которые должны были быть заменены или отремонтированы в рамках капитального ремонта, так как в ГУ МЧС России по Республике Татарстан отсутствовали свободные кадры, которые бы могли проделать указанную работу и оценить состояние автомобилей перед их отправкой на капитальный ремонт. Непосредственную же приемку пожарных автомобилей, после произведенного ремонта, осуществляли начальники пожарных подразделений, из чьих подразделений направлялась техника на ремонт, которые также несли персональную ответственность за осуществление приемки автомобилей.

Из показаний свидетелей - <данные изъяты> пожарно-спасательных подразделений, данных ими в ходе предварительного следствия, также следует, что практически все автомобили, которые направлялись на капитальный ремонт в ООО «<данные изъяты>» находились в удовлетворительном состоянии, стояли на боевых расчетах, однако из-за круглосуточной эксплуатации, каждый из направляемых на ремонт пожарных автомобилей нуждался в капитальном ремонте. При осуществлении же приемки автомобиля, в составе комиссии производился визуальный осмотр автомобилей, а также проверялась работоспособность узлов и агрегатов пожарных автомобилей и навесного оборудования. Небольшие недочеты по ремонту незамедлительно устранялись силами ООО «<данные изъяты>», а в случае выхода техники из строя, осуществлялся гарантийный ремонт.

Вышеприведенные показания уполномоченных должностных лиц ГУ МЧС России по Республике Татарстан в полной мере опровергают выводы суда о том, что ФИО13 заведомо был осведомлен о нарушениях в организации работы ГУ МЧС России по Республике Татарстан в части отбора пожарных автомобилей, а также заведомо знал, что автомобили, эксплуатируемые в ГУ МЧС по Республике Татарстан были отобраны по формальному признаку срока эксплуатации и фактически, исходя из их технического состояния, они не требовали проведения капитального ремонта.

Кроме того, у судебной коллегии вызывают сомнения выводы суда первой инстанции о том, что ФИО13 заведомо знал о том, что фактическая стоимость технических работ, которые будут выполняться в отношении пожарных автомобилей силами ООО «<данные изъяты>» будет значительно ниже, нежели тех сумм, которые были определены в государственных контрактах, так как в материалах уголовного дела отсутствуют сведения или доказательства того, что ФИО13 имел право участвовать в выборе пожарных автомобилей или фактически самостоятельно выбирал пожарные автомобили, которые впоследствии направлялись ГУ МЧС России по Республике Татарстан на капитальный ремонт.

Ничем неподтвержденным также является вывод суда о том, что пожарные автомобили, которые направлялись и ремонтировались силами ООО «<данные изъяты>», фактически не нуждались в капитальном ремонте, так как в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о том, что перед направлением на ремонт, в отношении каждого конкретного пожарного автомобиля уполномоченными должностными лицами ГУ МЧС России по Республике Татарстан комиссионно проводилась дефектовка узлов и агрегатов, которые необходимо было заменить или отремонтировать.

Кроме того, из фабулы предъявленного ФИО13 обвинения и выводов суда, изложенных в обвинительном приговоре следует, что проводившиеся силами ООО «<данные изъяты>» технические работы не соответствовали требованиям государственных контрактов в части организации этих работ, продолжительности, затрат на запасные части и расходные материалы, а именно: технические работы проводились в отсутствии ремонтной документации, фактические трудозатраты и затраты на запасные части и расходные материалы были значительно ниже значений, установленных в государственных контрактах.

Также из обвинительного приговора следует вывод, что технические работы, проведенные силами руководимого ФИО13 ООО «<данные изъяты>» в отношении пожарных автомобилей не соответствовали требованиям к капитальному ремонту, установленным ведомственными нормативными документами МЧС России, так как в ходе выполнения работ не производилась замена либо капитальный ремонт более половины агрегатов и механизмов соответствующих автомобилей, а по результатам данных работ не обеспечивалось полное либо близкое к полному восстановление ресурса соответствующих автомобилей.

Вместе с тем, в обвинении и в обвинительном приговоре в отношении ФИО13 не приведены конкретные данные о том, какие работы и какие именно узлы и агрегаты пожарных автомобилей, направляемых в ООО «<данные изъяты>» должны были быть заменены или отремонтированы в ходе исполнения государственных контрактов по капитальному ремонту пожарных автомобилей ГУ МЧС России по Республике Татарстан. Не указаны данные сведения и в техническом задании к государственным контрактам.

Выводы суда со ссылкой на показания свидетелей ФИО8 и ФИО9. о том, что руководимое ФИО13 ООО «<данные изъяты>» фактически не проводило капитальный ремонт пожарных автомобилей, а лишь осуществило текущий ремонт указанных автомобилей, являются противоречивыми и по мнению судебной коллегии, не могут быть положены в основу обвинительного приговора, по следующим основаниям.

Так, допрошенный в ходе предварительного и судебного следствия в качестве свидетеля ФИО8. показал, что он является главным конструктором по ремонту автомобильной техники в НТЦ ПАО «<данные изъяты>». Указал, что в ходе рассмотрения соответствующего запроса следователя им были изучены электронные документы, в которых были отображены виды деталей, узлов и агрегатов, которые были заменены при производстве ремонта пожарных автомобилей КАМАЗ, ЗИЛ-131и УРАЛ, выполненных силами ООО «<данные изъяты>». Проведя анализ представленных документов, у него сложилось мнение, что объем проведенных работ, перечень деталей, который закупался ООО «<данные изъяты>» для выполнения ремонта пожарных автомобилей не отвечал критериям проведения капитального ремонта. С учетом изученных данных, у него сложилось впечатление, что силами ООО «<данные изъяты>» в отношении пожарных автомобилей был произведен текущий ремонт.

Аналогичные по своей сути и содержанию показаниям свидетеля ФИО8 дал в судебном заседании свидетель ФИО9., который после изучения предоставленных следователем бухгалтерских документов, изъятых в ООО «<данные изъяты>», пришел к выводу о том, что указанной организацией проводился лишь текущий, а не капитальный ремонт пожарных автомобилей.

Анализируя вышеуказанные показания свидетелей ФИО8. и ФИО9 а также основываясь на заключении судебно-бухгалтерской экспертизы, в которой были изложены данные о том, что на приобретение запасных частей ООО «<данные изъяты>» затратило сумму меньшую, чем было установлено государственными контрактами, суд первой инстанции пришел к выводу, что в отношении всех пожарных автомобилей, которые направлялись в ООО «<данные изъяты>» был осуществлен текущий, а не капитальный ремонт.

Вместе с тем, в материалах уголовного дела, в постановлении о привлечении ФИО13 в качестве обвиняемого, а также в обжалуемом приговоре в принципе отсутствуют сведения либо нормативные документы, на основании которых возможно было бы определить и разграничить понятия капитального и текущего ремонта. Кроме того, свидетели ФИО8. и ФИО9., показания которых были фактически положены в основу обвинительного приговора, не смогли пояснить в судебном заседании и указать на конкретные нормативные документы, из которых бы можно было определить и сделать однозначный вывод о том, какие именно детали, узлы и агрегаты должны были быть заменены либо отремонтированы, чтобы выполненные работы считались капитальным, а не текущим ремонтом.

Судебная коллегия также отмечает, что личное мнение свидетелей ФИО8. и ФИО9., которые не были допрошены в ходе предварительного и судебного следствия в качестве специалистов, а также которые фактически не проводили визуальный осмотр пожарных автомобилей и производственных цехов ООО «<данные изъяты>» на предмет возможности осуществления капитального ремонта пожарных автомобилей, не могут быть положены в основу обвинительного приговора и однозначно свидетельствовать о доказанности вины ФИО13 в инкриминируемых ему преступлениях.

Кроме того, судом первой инстанции фактически не дана надлежащая оценка исследованному в судебном заседании вещественному доказательству – ноутбуку марки «Dell», в котором имелись электронные папки с фотографиями по каждому из более чем 130 пожарных автомобилей, направленных в ООО «<данные изъяты>», которые отображали состояние пожарных автомобилей до ремонта, во время ремонта и после ремонта.

С учетом вышеприведенных данных, а также принимая во внимание положения части 4 статьи 14 УПК РФ, судебная коллегия не может признать обвинительный приговор в отношении ФИО13 законным и обоснованным, в связи с чем он подлежит отмене.

Отменяя обвинительный приговор в отношении ФИО13, судебная коллегия не находит оснований для его передачи на новое судебное рассмотрение в Набережночелнинский городской суда Республики Татарстан, а полагает необходимым возвратить уголовное дело в порядке статьи 237 УПК РФ Прокурору Республики Татарстан, для устранения препятствий его рассмотрения судом, по следующим основаниям.

Так, в соответствии с подпунктом 1 части 1 статьи 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 27 февраля 2018 года № 274-О, возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению может иметь место лишь в случае, если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

Как следует из материалов уголовного дела, в период с декабря 2017 года по 20 декабря 2018 года (эпизод №1) между Министерством по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Республики Татарстан и ООО «<данные изъяты>» были заключены государственные контракты №.... от 01 июня 2018 года, №.... от 18 июня 2018 года, №.... от 08 октября 2018 года, № .... от 08 октября 2018 года, № .... от 29 ноября 2018 года на общую сумму 71 887 970 рублей 10 копеек; в период с ноября 2018 года по 14 ноября 2019 года (эпизод №2) между Министерством по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Республики Татарстан и ООО «<данные изъяты>» был заключен государственный контракт №.... от 16 апреля 2019 года на общую сумму 119 572 992 рубля; в период с августа 2019 года по 26 ноября 2020 года (эпизод №3) между Министерством по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Республики Татарстан и ООО «<данные изъяты>» был заключен государственный контракт №<данные изъяты> от 06 мая 2020 года на общую сумму 115 281 839 рублей 36 копеек.

Вместе с тем, в постановлении о привлечении ФИО13 в качестве обвиняемого и обвинительном заключении отсутствуют сведения о том, из каких именно пожарных частей и какие именно пожарные автомобили направлялись в адрес ООО «<данные изъяты>» для производства капитального ремонта, в рамках конкретного государственного контракта.

Материалы уголовного дела свидетельствуют, что силами ООО «<данные изъяты>» осуществлен ремонт более 130 пожарных автомобилей. Вместе с тем, в обвинительном заключении не указано, какие именно работы должны были быть произведены силами ООО «<данные изъяты>» в соответствии с техническими заданиями, приложенными к каждому из вышеперечисленных государственных контрактов, какие работы фактически были произведены в соответствии с имеющимися в материалах уголовного дела документами - актами оказания услуг и актами сдачи-приемки и по каким критериям было определено отсутствие проведения капитального ремонта по каждому из тех автомобилей, которые направлялись в ООО «<данные изъяты>» для проведения капитального ремонта в рамках заключенных государственных контрактов.

Отсутствие указанных данных равно как и отсутствие сведений о разграничении критериев проведения текущего и капитального ремонта по каждому из автомобилей, в отношении которых был произведен ремонт, по мнению судебной коллегии, фактически лишает право ФИО13 на защиту и справедливое судебное разбирательство.

Кроме того, из положений абзаца 2 пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 N 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» следует, что уголовное дело подлежит возвращению прокурору в случаях, когда обвинительный документ не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия (например, судебно-бухгалтерской или экономической экспертизы для установления размера ущерба по делу о преступлении в сфере экономической деятельности).

Из фабулы предъявленного ФИО13 обвинения и обвинительного заключения следует, что руководимое ФИО13 ООО «<данные изъяты>» вообще не осуществило капитальный ремонт ни одного из пожарных автомобилей, в рамках исполнения государственных контрактов, заключенных с Министерством по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Республики Татарстан.

Вместе с тем, в ходе предварительного расследования не предприняты меры по установлению соответствия выполненных работ по капитальному ремонту транспортных средств условиям государственных контрактов, то есть фактически не установлен способ совершения преступления.

Учитывая, что предметом доказывания, из существа предъявленного ФИО13 обвинения, является достоверное определение того, какой именно ремонт (капитальный или текущий) был выполнен силами ООО «<данные изъяты>», судебная коллегия приходит к выводу, что с учетом всех имеющихся доказательств (фотоизображений, находящихся в вещественном доказательстве – ноутбуке марки «Dell», бухгалтерских документов, в которых отображены сведения о закупленных ООО "<данные изъяты>" запасных частях в рамках произведенного ремонта пожарных автомобилей, сведений о замене двигателей внутреннего сгорания на пожарных автомобилях и других доказательств) по уголовному делу необходимо провести судебную экспертизу, которая однозначно бы сделала вывод о виде ремонта (капитальный или текущий), который был выполнен руководимой ФИО13 ООО «<данные изъяты>» в рамках исполнения государственных контрактов по каждому из пожарных автомобилей.

Принимая во внимание, что для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия, судебная коллегия считает необходимым возвратить уголовное дело в отношении ФИО13 в порядке статьи 237 УПК РФ Прокурору Республики Татарстан, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В связи с отменой обвинительного приговора с одновременным направлением уголовного дела в отношении ФИО13 в порядке статьи 237 УПК РФ В.Г. Прокурору Республики Татарстан, судебная коллегия разрешает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого.

Как видно из материалов уголовного дела, до вынесения обвинительного приговора ФИО13 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Обращаясь к личности ФИО13 судебной коллегией установлено, что он является гражданином Российской Федерации, имеет регистрацию и постоянное место жительства по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, ул. <адрес>, имеет высшее образование, женат, официально трудоустроен, малолетних и несовершеннолетних детей не имеет, ранее к уголовной ответственности не привлекался.

Вместе с тем, принимая во внимание характер, степень общественной опасности и фактические обстоятельства инкриминируемых ФИО13 преступлений, судебная коллегия, на основании пункта 9 части 3 статьи 389.28 УПК РФ, в целях охраны прав и законных интересов участников судопроизводства, надлежащего поведения обвиняемого, полагает необходимым избрать в отношении ФИО13 меру пресечения в виде домашнего ареста по месту его регистрации, по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, ул. <адрес>», сроком на 03 месяца 00 суток, с установлением обвиняемому соответствующих запретов, ограничений и разрешений.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 237, 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 06 августа 2025 года в отношении ФИО13 - отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО13, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159, частью 4 статьи 159, частью 4 статьи 159, частью 4 статьи 327, частью 4 статьи 327, частью 4 статьи 327 УК РФ, возвратить в порядке статьи 237 УПК РФ Прокурору Республики Татарстан, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Избрать в отношении обвиняемого ФИО13, <дата>, меру пресечения в виде домашнего ареста сроком на 03 месяца 00 суток, то есть до 10 мая 2026 года, с нахождением его в изоляции от общества в жилом помещении - доме, расположенном по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, ул. <адрес>

Установить ФИО13 запреты:

- покидать жилое помещение – дом, расположенный по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, ул. <адрес> без письменного разрешения уполномоченного должностного лица, в производстве которого находится уголовное дело или контролирующего органа, за исключением случаев посещения медицинских учреждений при наличии к тому оснований;

- общаться с участниками уголовного судопроизводства по уголовному делу, по которому избрана данная мера пресечения, за исключением работников суда и контролирующего органа, защитника;

- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, кроме извещений из суда и контролирующего органа, от защитника;

- использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением случаев необходимости вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб при возникновении чрезвычайной ситуации, а также для общения с судом, контролирующим органом и защитником.

Контроль за соблюдением обвиняемым ФИО13 установленных запретов возложить на филиал по Приволжскому району ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Татарстан.

Обвиняемого ФИО13, <дата>, из-под стражи освободить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи