Апелляционное постановление № 22К-609/2020 от 19 мая 2020 г. по делу № 3/2-16/2020

Cудья Смирнова К.У. №22к-609-2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Мурманск 20 мая 2020 года

Мурманский областной суд в составе:

председательствующего Фетисовой Л.Ю.,

при секретаре Шарафутдиновой Р.Р.,

с участием

прокурора отдела прокуратуры Мурманской области Смирновой М.Н.,

обвиняемого З. и его защитника - адвоката Васильевой С.А.,

в открытом судебном заседании рассмотрел апелляционные жалобы обвиняемого З. и его защитника – адвоката Васильевой С.А. на постановление Кольского районного суда Мурманской области от 2 мая 2020 года, которым обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.105 УК РФ, ч.1 ст.222.1 УК РФ,

З, родившемуся ***, гражданину Российской Федерации, судимому:

- 2 марта 2011 года - по ч.4 ст.111 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима;

- 21 февраля 2012 года – по ч.1 ст.119 УК РФ, ч.1 ст.119 УК РФ, в силу ч.2 ст.69 УК РФ, ч.5 ст.69 УК РФ к 7 годам лишения свободы; 27 октября 2017 года освобождён по отбытию срока наказания;

- срок содержания под стражей продлён на 1 месяц 1 сутки, а всего до 8 месяцев 1 суток, т.е. по 6 июня 2020 года.

Заслушав доклад судьи Фетисовой Л.Ю., выступления: обвиняемого З. (с применением систем видеоконференц-связи), его защитника – адвоката Васильевой С.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Смирновой М.Н., полагавшей необходимым оставить постановление без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Постановлением Кольского районного суда Мурманской области от 2 мая 2020 года срок содержания под стражей обвиняемого З продлён на 1 месяц 1 сутки, а всего до 8 месяцев 1 суток, т.е. по 6 июня 2020 года, поскольку суд согласился с доводами следователя о том, что основания, по которым он заключен под стражу, не изменились и имеются основания полагать, что, оказавшись на свободе, он может скрыться от следствия и суда, продолжить преступную деятельность.

В апелляционной жалобе обвиняемый З не согласившись с решением суда, полагает, что следствие по данному уголовному делу искусственно затягивается.

Оспаривает наличие достаточных доказательств, указывающих на его причастность к совершению инкриминируемого ему деяния.

Высказывая мнение о причастности к убийству П его брата - П.С.., критикует позицию следователя, утверждает о его необъективности и заинтересованности в исходе дела.

Оспаривая доводы следователя и выводы суда о том, что он (З может оказать давление на свидетеля, указывает, что он (З) постоянно проживает в п.Верхнетуломский, а свидетель П.С. – в г.Мурманске.

Указывает на то, что, находясь под стражей, он не может самостоятельно собирать доказательства своей невиновности и обращает внимание на то, что его защитник, проживающий в г.Мурманске, в силу территориальной удалённости и действия карантина также не имеет возможности выезжать в п.Верхнетуломский для сбора всех справок и документов.

Просит учесть, что во время рассматриваемых событий братья П и П.С. были в тяжёлой степени опьянения, а он (З) – трезв.

Указывает, что фактически он был задержан в п.Верхнетуломский ранее того времени, которое указано в протоколе задержания.

В апелляционной жалобе в защиту З адвокат Васильева С.А., не соглашаясь с принятым судом решением, считает его незаконным, необоснованным и неправосудным.

Утверждает, что уголовное дело по обвинению З. особой сложности не представляет, расследуется неинтенсивно и неэффективно. Считает несостоятельными и не основанными на нормах уголовно-процессуального закона изложенные в обжалуемом постановлении выводы суда об особой сложности данного уголовного дела со ссылкой на изменение обвиняемым своей позиции, осуществление процессуальных и следственных действий в условиях принятых на федеральном уровне ограничительных мер, связанных с распространением новой коронавирусной инфекции.

Ссылаясь на то, что свидетель П.С. на очной ставке с З. опасений о возможном оказании на него давления не высказал, оспаривает обоснованность вывода суда о возможных последствиях в виде оказания такого давления на свидетеля, считает данный вывод основанным на предположении, поскольку реальных доказательств какого-либо давления органом следствия суду не представлено.

В своей жалобе адвокат Васильева С.А. цитирует ст.2 Конституции РФ, а также определение Конституционного Суда РФ от 30.09.2004 №300-О, Постановление Конституционного Суда РФ от 22.03.2005 №4-П; п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 №5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ"; пункт 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод; п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога".

Утверждает, что, рассматривая ходатайство следователя, суд был формален, необъективен и предвзят; обжалуемое судебное решение несостоятельно, не соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ и основывается на предположениях.

Считает, что в отношении З возможно применить иную, более мягкую меру пресечения – домашний арест.

Обвиняемый и его защитник просят обжалуемое постановление отменить, в удовлетворении ходатайства следователя отказать, изменить З меру пресечения на домашний арест.

Проверив представленные материалы, выслушав выступления участников, обсудив доводы жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения обжалуемого постановления.

Ходатайство о продлении З срока содержания под стражей разрешено судом в пределах полномочий, с соблюдением предусмотренной законом процедуры, при этом судом учтены приведённые сторонами обстоятельства, в том числе, и данные о личности обвиняемого.

Вопреки доводам обвиняемого и его защитника, в обжалуемом постановлении приведены объективные данные, которые подтверждают доводы следователя; также судом проверено наличие доказательств, подтверждающих возможную причастность З к инкриминируемым ему преступлениям, при этом суд не входил в оценку их допустимости и достаточности, не обсуждал виновность/невиновность обвиняемого, а также квалификацию его действий.

В обжалуемом постановлении приведены объективные данные, которые подтверждают доводы, изложенные в ходатайстве следователя.

Рассматривая 2 мая 2020 года ходатайство следователя, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что предусмотренные ст.ст.97 и 99 УПК РФ основания, по которым обвиняемый З заключён под стражу, - не отпали и не изменились.

З предъявлено обвинение в совершении двух умышленных преступлений, одно из которых относится к категории особо тяжких.

Вопреки доводам жалобы в постановлении приведены доказательства, положенные в основу сделанных выводов, и мотивы принятого решения, оснований не согласиться с которыми не имеется.

Содержащиеся в представленных материалах данные о личности обвиняемого, который по месту регистрации фактически не проживает, официально не трудоустроен, легального источника средств к существованию не имеет, - суду первой инстанции были известны и получили надлежащую оценку в обжалуемом постановлении.

Тяжесть инкриминируемого З преступления, данные о его личности, наличие у него непогашенной судимости правильно оценены судом, как реальные обстоятельства, подтверждающие, что, оказавшись на свободе, он может продолжить преступную деятельность.

Такой вывод соответствуют позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п.5 Постановления его Пленума от 19 декабря 2013 года №41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога".

Кроме того, осознавая тяжесть инкриминируемого преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от 6 до 15 лет, обвиняемый может скрыться от следствия и суда, опасаясь возможного наказания.

Принятые судом во внимание фактические обстоятельства являются реальными, подтверждаются достоверными сведениями.

С учётом вышеизложенного, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу, что указанные основания на момент рассмотрения ходатайства о продлении обвиняемому срока содержания под стражей не изменились и не отпали.

Суд первой инстанции согласился с доводами следователя о том, что расследование преступления, связанного с лишением жизни и совершённого в условиях неочевидности, представляет особую сложность, учитывая необходимость проведения нескольких сложных судебных экспертиз, проверки различных версий, выдвинутых обвиняемым, а также необходимости проведения следственных и процессуальных действий в условиях принятых на федеральном уровне ограничительных мер, связанных с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции.

Признаков неэффективной организации расследования по данному делу судом первой инстанции не установлено; вопреки доводам адвоката Васильевой С.А., доказательств этому стороной защиты суду апелляционной инстанции не представлено.

Суд признал обоснованными доводы следователя о необходимости выполнения указанных в ходатайстве следственных и процессуальных действий, учёл их количество, необходимость получения экспертных заключений, ознакомления с ними обвиняемого и его защитника, выполнения требований ст.ст.215-217 УПК РФ, в связи с чем нашёл заслуживающими внимания доводы следователя о том, что закончить предварительное следствие в срок до 7 мая 2020 года невозможно.

Учитывая объём запланированных следственных и процессуальных действий, срок, на который обжалуемым постановлением продлено содержание З. под стражей, является разумным, кроме того, этот срок не выходит за рамки установленного срока предварительного расследования.

Доказательств невозможности нахождения З в условиях следственного изолятора, в том числе, по состоянию здоровья, в представленных материалах не содержится, в апелляционной жалобе не приведено, суду апелляционной инстанции не представлено.

С учётом представленных материалов, учитывая, что З. обвиняется в совершении особо тяжкого преступления против личности, суд апелляционной инстанции находит, что содержание его под стражей на данном этапе предварительного следствия не противоречит пункту "c" статьи 5 "Конвенции о защите прав человека и основных свобод" от 4 ноября 1950 года, а также ч.3 статьи 55 Конституции РФ, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты прав и законных интересов других граждан.

В соответствии с требованиями закона суд первой инстанции обсудил возможность изменения обвиняемому ранее избранную меру пресечения на иную, более мягкую, что отражено в обжалуемом постановлении, где указано, что более мягкая мера пресечения не сможет обеспечить его законопослушное поведение на данном этапе производства по делу.

Вопреки доводам защиты, постановление от 4 апреля 2019 года отвечает требованиям ст.7 УПК РФ, является мотивированным; изложенные в нём основания для продления З срока содержания под стражей соответствуют требованиям закона.

Поскольку нарушений действующего законодательства при рассмотрении ходатайства следователя судом первой инстанции не допущено, - нет оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам, которые в своей совокупности не опровергают факты, известные суду первой инстанции, но содержат в себе иную их оценку, что не является основанием для признания обжалуемого судебного решения незаконным или необоснованным.

Учитывая, что постановлением Кольского районного суда Мурманской области от 1 апреля 2020 года срок содержания под стражей обвиняемому З был продлён на 1 месяц 1 сутки, а всего до 7 месяцев 1 суток, т.е. по 6 мая 2020 года, - при продлении ему же обжалуемым постановлением срока содержания под стражей по 6 июня 2020 включительно суд первой инстанции фактически продлил данный срок на 1 месяц.

С учётом этого в обжалуемое постановление следует внести соответствующее изменение, которое на существо принятого решения не влияет и права на защиту обвиняемого не нарушает.

Доводы жалобы обвиняемого о невиновности на данной стадии уголовного судопроизводства следует оставить без рассмотрения, поскольку они не являются предметом судебного разбирательства при обсуждении вопроса о необходимости сохранения, изменения или отмены избранной ему судом меры пресечения в виде заключения под стражу.

Для рассмотрения доводов З о необъективности и заинтересованности следователя законом установлен иной порядок.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Постановление Кольского районного суда Мурманской области от 2 мая 2020 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого З изменить, уточнив, что обжалуемым постановлением срок его содержания под стражей продлён на 1 (один) месяц; в остальной части это же постановление оставить без изменения, а апелляционные жалобы обвиняемого и его защитника – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: Л.Ю.Фетисова