Решение № 2-6014/2025 2-6014/2025~М-3787/2025 М-3787/2025 от 30 ноября 2025 г. по делу № 2-6014/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 ноября 2025 года город Нижний Новгород

Автозаводский районный суд г. Нижний Новгород в составе председательствующего судьи Мороковой Е.О.,

с участием ст. помощника прокурора Автозаводского района г.Н.Новгорода ФИО1, истца ФИО2, представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4,

при секретаре Антоновой Ю.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ПАО «ГАЗ», ООО «Нижегородские автокомпоненты» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с означенным иском к ответчику, указывая на то, что согласно трудовому договору, заключенному между истицей и ПАО «ГАЗ», истец с 09.12.1993г. по 11.09.2023г. состояла в трудовых отношениях с ПАО «ГАЗ» по специальности: шихтовщик плавильно - заливочного участка завода цветного литья, бригады 132-10-02. Согласно записи в трудовой книжке 11.09.2023г. истица уволена на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. До заключения трудовых отношений с ООО «Нижегородские автокомпоненты» истица проработала по данной профессии 28 лет. В результате длительного воздействия вредных производительных факторов у нее развилось два профессиональных заболевания с диагнозами: «J 39.8 Профессиональный хронический субатрофический ринофаринголарингит » и « Профессиональный хронический необструктивный функционально нестабильный катаральный бронхит BH0-1 ( ноль- первой) ст. ДН0 (ноль) » Согласно справке серии МСЗ-2022 [Номер] ОТ 24.03.2025г. истице установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10% по каждому заболеванию. Согласно Акту о случае профессионального заболевания [Номер] от 17.12. 2021г. вина истицы отсутствует, а ответчик нарушил п. 1.5, СП [ДД.ММ.ГГГГ]-20 « Санитарно- эпидемиологические требования к условиям труда» ( п. 21 Акта).

Согласно трудовому договору, заключенному между истцом и ООО «Нижегородский автокомпоненты» в период с [ДД.ММ.ГГГГ] по 11.03.2-25 года истец работала в ООО «Нижегородский автокомпоненты» по специальности шихтовщик плавильно- заливочного участка завода цветного литья, бригады 132-10-02. [ДД.ММ.ГГГГ] истец была уволена в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии медицинским заключением.

Согласно справке ООО «Нижегородский автокомпоненты», выданной истице, стаж работы в ЗЦЛ с [ДД.ММ.ГГГГ] по настоящее время шихтовщик плавильно- заливочного участка Завода цветного литья, следовательно место работы и специальность у истице не менялись.

На момент получения третьего профессионального заболевания истица в указанной выше специальности проработала 30 лет 7 месяцев, а стаж работы условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов составляет 33 года 7 месяцев. В результате длительного воздействия вредных производственных факторов у нее развилось третье профессиональное заболевание с диагнозом: « М 54.1 – Профессиональная хроническая пояснично- крестцовая радикулопатия с преимущественным поражением L4-L5 корешков слева, умеренно выраженный мышечно- тонический и болевой синдром ». Согласно справке серии МСЗ -2022 [Номер] от 24.03.2025г.истицей установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10%. Согласно Акту о случае профессионального заболевания [Номер] от 05.08.2024г. вина истицы отсутствует, а ответчик нарушил п. 1.5., СП [ДД.ММ.ГГГГ]-20 «Санитарно- эпидемиологические требования к условиям труда (п. 21 Акта).

Полученные профессиональные заболевания причиняют истице физические и нравственные страдания, она испытывает боли, вынуждена регулярно обращаться за медицинской помощью и проходить лечение, несет дополнительные расходы на приобретение лекарств, не может в полной мере вести привычный образ жизни.

Истица на протяжении длительного времени, а именно 33 года 7 месяцев состояла в трудовых отношениях с ответчиками, работая по той специальности, по которой установлены профзаболевания, в длительных условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов, которые могли вызвать профзаболевание до момента ее увольнения. Из санитарно- гигиенических характеристик условий труда [Номер] от [ДД.ММ.ГГГГ]; от [ДД.ММ.ГГГГ] [Номер] следует, что истица работала в ЗЦЛ, плавильно -заливочный участок, штхтовщиком, выполняла приготовление шихтовой смеси, транспортировку и загрузку шихты в индукционные печи электромостовым краном при помощи манипулятора для подъема тары. Вредными производственными факторами являются: кремнесодержащая пыль, производственный шум, тяжесть трудового процесса. Время действия вредных факторов в течении 80% рабочей смены. Таким образом, поскольку профзаболевания развивались по причине длительного воздействия вредных факторов, оно проявляется в том числе и после работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов, следовательно вина ответчиков в причинении истице профессиональных заболеваний в период ее работы является доказанной. Истец в связи с причинением вреда здоровью по всех случаях испытывает нравственные и физические страдания. Размер причиненного профессиональным заболеванием морального вреда истец оценивает в 1000000 рублей.

В связи с означенным истец просит взыскать с каждого ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, нотариальные расходы в сумме 3623 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 50000 рублей.

В судебном заседании истец, представитель истца иск поддержал.

Представитель ответчика ПАО «ГАЗ» [ФИО]1 исковые требования не признала, суду пояснила, что вины ответчика в возникновении у истца заболеваний нет. Все требования по организации рабочего места истца ответчик выполнил, средствами индивидуальной защиты истец был обеспечен. Единственной причиной заболеваний стало длительный стаж работы истца в условиях воздействия вредных производственных факторов и несовершенство технологических процессов. Нарушений охраны правил труда выявлено не было, что подтверждается актами о случаях профессионального заболевания. Истец работал во вредных условиях труда длительное время. Необходимость длительного пребывания в таких вредных условиях истец выбрал для себя сам, допуская при этом возможность получения вредных последствий для своего здоровья. Сменить работу истец мог только по своему желанию, а не по инициативе работодателя, так как законных способов для увольнения работника у работодателя не имелось. Просит в удовлетворении исковых требований отказать, заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. не соответствует требованиями разумности и справедливости.

Заслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего необходимым иск удовлетворить частично, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ч.3 ст. 8 ФЗ от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Положениями ст. 212 ТК РФ на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Судом установлено, что истец с 09.12 1993 года по [ДД.ММ.ГГГГ] работала в ПАО «ГАЗ» в должности шихтовщик плавильно - заливочного участка завода цветного литья, бригады 132-10-02

В период работы в ПАО «ГАЗ», в результате воздействия неблагоприятных факторов у истца возникло два профессиональных заболевания: «J 39.8 Профессиональный хронический субатрофический ринофаринголарингит » и « Профессиональный хронический необструктивный функционально нестабильный катаральный бронхит BH0-1 ( ноль- первой) ст. ДН0 (ноль)». Причиной заболеваний стали различные производственные факторы. Факт получения истцом профессиональных заболеваний в период работы в ПАО «ГАЗ» подтверждается актами о случае профессионального заболевания от [ДД.ММ.ГГГГ] [Номер]; от [ДД.ММ.ГГГГ] [Номер].

По каждому из указанных выше профессиональный истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10%. (10%+10%)

В пунктах 21,19 актов указано, что лицом, допустившим нарушения санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ОАО «ГАЗ», вины истца в получении профессиональных заболеваний не установлено.

В период с [ДД.ММ.ГГГГ] по [ДД.ММ.ГГГГ] работала в ООО «Нижегородские автокомпоненты» в должности шихтовщик плавильно - заливочного участка завода цветного литья, бригады 132-10-02

В период работы в ООО «Нижегородские автокомпоненты» в результате воздействия неблагоприятных факторов у истца развилось третье профессиональное заболевание с диагнозом «М 54.1- профессиональная хроническая пояснично-крестцовая радикулопатия с преимущественным поражением L4-L5 корешков слева, умеренно выраженный мышечно-тонический и болевой синдром». Причиной заболеваний стали различные производственные факторы. Факт получения истцом профессиональных заболеваний в период работы в ПАО «ГАЗ» подтверждается актом о случае профессионального заболевания от [ДД.ММ.ГГГГ] [Номер].

По профессиональному заболеванию «М 54.1- профессиональная хроническая пояснично-крестцовая радикулопатия с преимущественным поражением L4-L5 корешков слева, умеренно выраженный мышечно-тонический и болевой синдром» истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10%.

В пунктах 21,19 актов указано, что лицом, допустившим нарушения санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является ОАО «ГАЗ», вины истца в получении профессиональных заболеваний не установлено.

Фактически истец осуществляла свою трудовую деятельность на одном предприятии, в одних условиях труда.

Из санитарно- гигиенических характеристик условий труда [Номер] от [ДД.ММ.ГГГГ]; от [ДД.ММ.ГГГГ] [Номер] следует, что истица работала в ЗЦЛ, плавильно -заливочный участок, штхтовщиком, выполняла приготовление шихтовой смеси, транспортировку и загрузку шихты в индукционные печи электромостовым краном при помощи манипулятора для подъема тары. Вредными производственными факторами являются: кремнесодержащая пыль, производственный шум, тяжесть трудового процесса. Время действия вредных факторов в течении 80% рабочей смены.

Согласно статье 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Статьей 220 ТК РФ определено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

По общему правилу, установленному пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Регламентированная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Таким образом, факт причинения вреда здоровью истца в результате профессионального заболевания по вине ответчика подтверждается актами о случае профессионального заболевания.

Ответчиком не представлено суду доказательств работы истца в безопасных и здоровых условиях труда.

Вины истца, выразившейся в грубой неосторожности, повлекшей профессиональное заболевание, судом не установлено.

С учетом представленных доказательств и установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что истец вправе требовать взыскания с работодателя компенсации морального вреда, в связи с установлением ему профессионального заболевания.

Истец просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей с каждого ответчика.

Давая оценку доводам истца, приведенном в исковом заявлении, и возражениям ответчика, суд принимает во внимание, что в силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В разъяснениях, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Очевидным является тот факт, что после установления профессионального заболевания, степени утраты трудоспособности, истец должен был испытывать физические страдания, не возможность продолжать привычный образ жизни, ограничение социальной активности, что безусловно, привело к нравственным переживаниям.

Суд также учитывает, что истцу в настоящий период времени в связи с профессиональными заболеваниями установлена степень утраты профессиональной трудоспособности по каждому из трех заболеваний в размере 10%.

Суд учитывает отсутствие вины истца, о чем прямо указано в актах расследования о случае профессионального заболевания.

С учетом указанных обстоятельств, суд находит, что требование о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению частично в размере 250000 рублей с ПАО «ГАЗ» с учетом приобретения в период рабаты на данном предприятии 2 профессиональный заболеваний, с ООО №Нижегородский автокомпоненты» 100000 рублей, с учетом приобретения в период рабаты на данном предприятии 1 профессионального заболевания, тогда как заявленная истцом сумма компенсации в 500000 рублей с каждого ответчика не соответствует характеру причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, не отвечает требованиям разумности, справедливости, является чрезмерно завышенной.

На основании ст.98, 101 ГПК РФ с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в виде нотариальных расходов в сумме 3197 рублей, расходов на оплату услуг представителя в сумме 50000 рублей.

Применяя принцип пропорционального распределения судебных расходов, с ответчика ПАО «ГАЗ» (2/3) в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату нотариальных услуг в сумме 2131,33 рублей, расходы на оплату юридических услуг в сумме 33333 рублей; с ответчика ООО «Нижегородские автокомпоненты» (1/3) расходы на оплату юридических услуг в сумме 16667 рублей, расходы на оплату нотариальных услуг в сумме 1065,67 рублей.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчиков подлежит взысканию госпошлина в местный бюджет в размере 3000 рублей, по 1500 руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 к ПАО «ГАЗ, ООО «Нижегородские автокомпоненты» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «ГАЗ» (ИНН [Номер]) в пользу ФИО2 ([ДД.ММ.ГГГГ] рождения, паспорт [Номер]) компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей, расходы на оплату нотариальных услуг в сумме 2131,33 рублей, расходы на оплату юридических услуг в сумме 33333 рублей.

Взыскать с ООО «Нижегородские автокомпоненты» (ИНН [Номер]) в пользу ФИО2 ([ДД.ММ.ГГГГ] рождения, паспорт [Номер]) компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на оплату юридических услуг в сумме 16667 рублей, расходы на оплату нотариальных услуг в сумме 1065,67 рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ПАО «ГАЗ» (ИНН [Номер]) государственную пошлину в местный бюджет в размере 1500 рублей.

Взыскать с ООО «Нижегородские автокомпоненты» (ИНН [Номер]) государственную пошлину в местный бюджет в размере 1500 рублей.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Автозаводский районный суд г.Н.Новгорода в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Морокова Е.О.

Решение в окончательной форме изготовлено 01 декабря 2025 года.