Решение № 2-208/2018 2-208/2018(2-2269/2017;)~М-2181/2017 2-2269/2017 М-2181/2017 от 28 апреля 2019 г. по делу № 2-208/2018

Дело № 2-208/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю.,

при секретаре – Степановой О.И.,

с участием прокурора – Ярцева В.А.,

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности от 08.12.2017г., сроком на три года,

представителя ответчика – Общества с ограниченной ответственностью «Участок «Коксовый» – ФИО3, действующей на основании доверенности № от 25.04.2016г., сроком действия до 29.04.2019г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске

«11» января 2018 года

гражданское дело по иску

ФИО1

к Обществу с ограниченной ответственностью «Участок «Коксовый»

о взыскании компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Киселёвский городской суд с иском к ответчику Обществу с ограниченной ответственностью «Участок «Коксовый» (далее – ООО «Участок «Коксовый») о взыскании компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Истец состоял с ответчиком в трудовых отношениях, где работал с 24.09.2003г. на <данные изъяты>. 22.08.2017г. трудовой договор между истцом и ответчиком был расторгнут в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

В период работы у ответчика истцу установлено профессиональное заболевание – <данные изъяты>, вследствие чего заключением МСЭ с 02.08.2017г. истцу было впервые установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности, бессрочно.

Общий стаж работы истца во вредных условиях составляет 33 года 01 месяц, в том числе у ответчика (на дату составления акта о случае профессионального заболевания) - 12 лет 04 месяца. Таким образом, степень вины ответчика в возникновении профессионального заболевания составляет 37,28%.

Истец указывает, что в связи с полученным профессиональным заболеванием он имеет право требовать от ответчика компенсацию морального вреда. Причиной возникновения профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов, которые присутствовали при выполнении истцом служебных обязанностей во время работы на предприятиях, указанных в акте, в том числе у ответчика.

Размер компенсации морального вреда истец оценивает в 200000 рублей, с учётом стажа работы у ответчика, требований разумности, справедливости, а также характера причинённых физических и нравственных страданий, которые выразились в следующем: <данные изъяты>.

Истец считает, что компенсация морального вреда должна быть выплачена в любом случае не менее, чем в размере единовременного вознаграждения по п.5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01 апреля 2013г. по 31 марта 2016г., действие которого продлено до 31.12.2018г. Размер такого вознаграждения, исходя из среднемесячного заработка истца за 12 месяцев до установления утраты профессиональной трудоспособности, в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, степени вины ответчика в размере 37,28%, с учётом суммы единовременной страховой выплаты в размере <данные изъяты> рубля <данные изъяты> копеек, назначенной по приказу ГУ КРОФСС РФ, составляет 75059 рублей. При этом, данный размер вознаграждения не возмещает в полном объёме моральный вред, причиненный истцу. Выплату указанного единовременного вознаграждения ответчик также не произвел, несмотря на обращение истца с письменным заявлением от 08.12.2017г. о выплате компенсации морального вреда и единовременного вознаграждения в счёт компенсации морального вреда.

Таким образом, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей. Также просит взыскать с ответчика расходы за составление искового заявления в размере 3500 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 14500 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени и месте судебного заседания извещён надлежащим образом, согласно письменного заявления просит рассмотреть дело в его отсутствие с участием представителя по доверенности – ФИО2 (л.д.28).

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные истцом требования.

Представитель ответчика ООО «Участок «Коксовый» ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на то, что на ООО «Участок «Коксовый» не распространяется действие Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01 апреля 2013 года по 31 марта 2016 года, поскольку ответчик в установленный срок отказался от присоединения к данному Соглашению. В случае удовлетворения иска просит снизить размер компенсации морального вреда до размера вознаграждения, предусмотренного п.5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01 апреля 2013г. по 31 марта 2016г. (75059 рублей), расчет которого не оспаривает, а также снизить размер расходов на представителя.

Прокурор Ярцев В.А. в судебном заседании дал заключение о правомерности, обоснованности заявленных истцом требований и их частичном удовлетворении, с учётом вины ответчика в возникновении профессионального заболевания. Расходы на представителя также просит снизить, с учетом требований разумности и справедливости.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ч.1 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу положений ст.2 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в том числе, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

Как следует из статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст.ст.22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя; работодатель обязан, в том числе: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст.9 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров, которые не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с ч.2 ст.5 Трудового кодекса Российской Федерации, в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Согласно ст.45 Трудового кодекса Российской Федерации, соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

В соответствии с п.5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01 апреля 2013г. по 31 марта 2016г., действие которого продлено до 31.12.2018г. (далее - ФОС), в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчёта не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ) в порядке, оговоренном в коллективном договоре.

Пунктом 1.1 ФОС предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях, присоединившихся к Соглашению (далее по тексту Организации), независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральным законодательством, а также Конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Положения Соглашения обязательны при заключении коллективных договоров (соглашений), а также при разрешении коллективных и индивидуальных трудовых споров. Условия трудовых договоров, заключаемых с Работниками Организаций, не должны противоречить положениям настоящего Соглашения (пункт 1.5).

Представитель ответчика в судебном заседании ссылается на то, что ООО «Участок «Коксовый» отказалось от присоединения к ФОС. Между тем, каких-либо доказательств в обоснование указанной правовой позиции не представлено.

Кроме того, факт присоединения ответчика к указанному ФОС установлен судебными решениями по аналогичным искам, в частности, решением Киселёвского городского суда от 31 мая 2017 года по иску П. к ООО «Участок «Коксовый» о взыскании единовременного вознаграждения за годы работы в угольной промышленности, предусмотренного п.5.3 ФОС. Указанное решение сторонами, в том числе и ответчиком, не обжаловалось, вступило в законную силу 06.07.2017г.

Факт отнесения ответчика к числу организаций угольной промышленности Российской Федерации участниками процесса не оспаривается.

Основным видом деятельности ООО «Участок «Коксовый» является добыча угля. Профессия истца в период работы у ответчика подразумевала его занятость в технологическом процессе по перевозке горной массы.

Таким образом, ответчик относится к организациям угольной промышленности Российской Федерации, присоединился к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01.04.2013 года по 31.03.2016 года, в связи с чем на ответчике лежит обязанность исполнения обязательств, предусмотренных данным Соглашением для работодателей.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 работал в ООО «Участок «Коксовый» на <данные изъяты> с 24.09.2003г. по 22.08.2017г. Трудовой договор был прекращен в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, согласно п.8 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.5-6).

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ следует, что истцу установлено профессиональное заболевание – <данные изъяты>. По решению комиссии наличие вины работника и её обоснование не установлены (л.д.8-9).

Из акта следует, что причиной возникновения профессионального заболевания послужило длительное воздействие вредного производственного фактора, в том числе в период работы истца у ответчика, - <данные изъяты>.

Вышеназванным актом установлено, что общий стаж работы истца во вредных условиях, которые привели к возникновению профессионального заболевания, составил 33 года 01 месяц, сюда вошел и период работы у ответчика с 24.09.2003г. по 20.02.2016г. (на дату составления акта о случае профессионального заболевания), который в процентном соотношении к общему стажу работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 37,28%.

Таким образом, вышеназванным актом подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью их воздействия по месту его работы.

В связи с профессиональным заболеванием истцу ФИО1 заключением МСЭ-<данные изъяты> № установлено впервые <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности, с 02.08.2017г. бессрочно (л.д.7).

Согласно приказа ГУ КРОФСС истцу была назначена единовременная страховая выплата вследствие профессионального заболевания в сумме <данные изъяты> рубля <данные изъяты> копеек.

Размер компенсации морального вреда истец оценивает в 200000 рублей, указывая на то, что в результате получения профессионального заболевания ему причинены физические и нравственные страдания. При этом истец полагает, что размер компенсации морального вреда не может быть ниже пособия, предусмотренного п.5.4 Федерального отраслевого соглашения, а именно – не ниже 75059 рублей, рассчитанного следующим образом: (<данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек х 20% х 20 – <данные изъяты> рубля <данные изъяты> копеек) х 37,28%= 75059 рублей, где:

<данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек - размер среднемесячного заработка истца за 12 месяцев до установления утраты трудоспособности (л.д.29);

20% – размер процентов утраты трудоспособности;

<данные изъяты> рубля <данные изъяты> копеек – размер единовременного пособия, выплаченного ГУ КРОФСС РФ;

37,28%- степень вины ответчика.

Данный расчёт представителем ответчика не оспаривается.

Судом установлено, что истец уволен с предприятия ответчика в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой ему в соответствии с медицинским заключением (л.д.6).

При этом, как следует из программы реабилитации пострадавшего, истец может выполнять работу по профессии с изменением условий труда, влекущих снижение заработка пострадавшего (л.д.11). Такой работы у ответчика для истца не нашлось. Таким образом, именно по причине установления профессионального заболевания истец потерял работу по профессии и возможность материального обеспечения своей семьи.

Учитывая характер профессионального заболевания, у суда нет сомнений в том, что вследствие <данные изъяты>, истец испытывает физические страдания, претерпевает <данные изъяты>. Суд принимает во внимание доводы истца о <данные изъяты>

На основании анализа вышеизложенных доказательств, суд признает, что в результате профессионального заболевания, при наличии вины должностных лиц ответчика, в отсутствие обеспечения безопасных условий труда в организации и вины ответчика, наряду с другими указанными в актах предприятиями, в получении истцом профессионального заболевания, истцу был причинен вред здоровью, а в связи с этим - физические и нравственные страдания, которые нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Истцом предъявлена к взысканию компенсация морального вреда в размере 200000 рублей, при этом истец и его представитель согласны, что в сумму компенсации морального вреда должно быть включено единовременное вознаграждение, предусмотренное п.5.4 Федерального отраслевого соглашения, поскольку данное вознаграждение также выплачивается именно в счёт компенсации морального вреда.

Суд считает возможным согласиться с указанной правовой позицией, исходя из следующего.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996г. №81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» определено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Коллективным договором ответчика выплата работнику компенсации морального вреда при причинении вреда здоровью вследствие установления ему профессионального заболевания – не предусмотрена.

Между тем, из вышеприведенных положений закона и Федерального отраслевого соглашения, подлежащих применению к спорным правоотношениям, следует, что в отраслевом соглашении могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в настоящем случае - угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении.

В данном случае в Федеральном отраслевом соглашении, которое распространяет свое действие и на ответчика, определен порядок выплаты работникам компенсации морального вреда в связи с выявлением у них профессионального заболевания в бесспорном порядке в предусмотренном размере. Право истца на получение единовременного пособия именно в качестве компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты работником профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, предусмотрено пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения, что не противоречит закону.

Таким образом, единовременное пособие, предусмотренное пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения, по своей сути является компенсацией морального вреда.

Судом установлено, что до настоящего времени ответчик не выплачивал истцу денежные средства в счёт компенсации морального вреда в связи с получением истцом профессионального заболевания.

Определяя размер компенсации морального вреда по данному спору, суд исходит из следующего.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994г. №10 (ред. от 06.02.2007г.) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца, в том числе его возраст и состояние здоровья, степень вины ответчика, длительного характера неисполнения законных требований, требования разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень вины ответчика и долю воздействия вредных производственных факторов на предприятии ответчика в общем стаже работы истца в неблагоприятных условиях, которая составляет 37,28% от общего стажа работы во вредных условиях.

Профессиональное заболевание у истца установлено вследствие его работы во вредных условиях на нескольких предприятиях, в том числе в ЗАО «Разрез Октябринский».

Как следует из пояснений представителя истца в судебном заседании, истец до настоящего времени не обращался в АО «Разрез Октябринский» с заявлением о выплате компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья вследствие вышеназванного профессионального заболевания.

Таким образом, истец не лишен права компенсировать моральный вред в связи с повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, в том числе, путем предъявления соответствующих требований к АО «Разрез Октябринский».

На основании изложенного, оценивая все доказательства по делу в их совокупности, с учетом требований разумности и справедливости, исходя из степени нравственных и физических страданий истца, связанных с наличием профессионального заболевания, учитывая степень утраты истцом трудоспособности и степень вины работодателя, учитывая также право истца на получение от ответчика единовременного пособия в счет компенсации морального вреда по п.5.4 ФОС, в размере 75059 рублей, и включая эту сумму в общий размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с «Участок «Коксовый», суд считает необходимым исковые требования удовлетворить частично и взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 90000 рублей.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является разумным и справедливым, соответствующим тем нравственным и физическим страданиям, которые истец вынужден претерпевать в связи с полученным профессиональным заболеванием, а также степени вины ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания. Указанный размер компенсации морального вреда также соответствует судебной практике по иным аналогичным спорам.

В удовлетворении остальной части иска о взыскании компенсации морального вреда (в размере 110000 рублей) следует отказать, признав заявленную к взысканию сумму морального вреда (200000 рублей) завышенной.

Согласно ст.94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В абзаце 2 п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст.ст.98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст.ст.111, 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В подтверждение понесенных расходов на представителя истцом представлены квитанции по оплате 3500 рублей за составление искового заявления (л.д.14) и 14500 рублей по оплате услуг представителя в суде (л.д.15).

Расходы за составление искового заявления также относятся к расходам на оплату услуг представителя и могут быть уменьшены судом.

При определении подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца суммы расходов на представителя, суд учитывает сложность и характер дела, объём выполненной представителем работы, длительность рассмотрения дела и количество судебных заседаний, мнение представителя ответчика и заключение прокурора, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем считает необходимым требования в этой части удовлетворить частично, взыскав с ответчика в пользу истца 2000 рублей за составление искового заявления и 8000 рублей за участие представителя в судебном заседании.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании расходов на представителя следует отказать, признав заявленную к взысканию сумму завышенной.

Согласно ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.36 части второй Налогового кодекса Российской Федерации, освобождаются от уплаты государственной пошлины.

Таким образом, истец ФИО1 при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем по требованию о взыскании компенсации морального вреда (требование неимущественного характера), государственная пошлина в размере 300 рублей должна быть взыскана с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Участок «Коксовый» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания в размере 90000 рублей, расходы за составление искового заявления в размере 2000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 8000 рублей, а всего – 100000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Участок «Коксовый» о взыскании компенсации морального вреда (в размере 110000 рублей), расходов за составление искового заявления (в размере 1500 рублей) и расходов по оплате услуг представителя (в размере 6500 рублей) - отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Участок «Коксовый» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 15 января 2018 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.