Решение № 2-3213/2018 2-3213/2018~М-2983/2018 М-2983/2018 от 10 июля 2018 г. по делу № 2-3213/2018

№2-3213/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 августа 2018 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Орловой Е.А.,

при секретаре Красношлыковой А.И.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2 (по ордеру №015160 от 11.07.2018), представителя ответчика УФССП России по Белгородской области, Белгородского РОСП, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, судебных приставов-исполнителей Белгородского РОСП УФССП России по Белгородской области ФИО3, ФИО4, ФИО5 – ФИО6 (по доверенности от 28.06.2018),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО7 к Российской Федерации в лице ФССП России, УФССП России по Белгородской области, Белгородскому РОСП о взыскании убытков, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО7 обратились в суд с иском к ФССП России, УФССП России по Белгородской области и Белгородскому РОСП о взыскании убытков и компенсации морального вреда, сославшись на причинение им убытков и нравственных страданий ввиду незаконного бездействия судебных приставов-исполнителей в рамках исполнительных производств 14/4/6084/10/2010 и №14/4/6085/10/2010, взыскателями по которым являются истцы, должниками ФИО8 и ФИО9 (в настоящее время – ФИО10), с которых кассационным определением от 02.02.2010 взыскано в пользу истцов в равных долях 1 641 004,20 руб., а также на апелляционное определение Белгородского областного суда, отменившее решение Белгородского районного суда от 08.12.2016 по административному иску ФИО1 к старшему судебному приставу Белгородского РОСП, судебным приставам-исполнителям Белгородского РОСП ФИО11, ФИО5, дознавателям ФИО12, ФИО13 о признании бездействия незаконным, которым постановлено принять новое решение: признать незаконным бездействие судебного пристава-исполнителя Белгородского РОСП, выразившееся в непринятии мер по установлению имущества, доходов, месте жительства должника по исполнительному производству №17117/14/02/31; возложить обязанность на судебного пристава-исполнителя Белгородского РОСП принять меры для исполнения исполнительного документа в рамках исполнительного производства №17117/14/02/31, предусмотренные Федеральным законом «Об исполнительном производстве».

Истцы, указав на неисполнение до настоящего времени судебных актов кассационной и апелляционной инстанций судебными приставами-исполнителями Белгородского РОСП, просят суд:

- взыскать с УФССП России по Белгородской области в пользу ФИО1 за счет казны Российской Федерации в лице УФК по Белгородской области из средств федерального бюджета, выделенных ФССП России как главному распорядителю средств федерального бюджета материальный ущерб в размере 1 000 000 руб., компенсацию морального вреда – 100 000 руб.;

- взыскать с УФССП России по Белгородской области в пользу ФИО7 за счет казны Российской Федерации в лице УФК по Белгородской области из средств федерального бюджета, выделенных ФССП России как главному распорядителю средств федерального бюджета материальный ущерб в размере 1 000 000 руб., компенсацию морального вреда – 100 000 руб. (т. 1 л.д. 15, 16);

В ходе судебного заседания истцами уточнены заявленные требования, просят суд: взыскать с УФССП России по Белгородской области в пользу ФИО1 убытки в размере 753 525,79 руб., в пользу ФИО7 убытки в размере 767 718, 58 руб. В части компенсации морального вреда требования оставлены без изменения (т. 2 л.д. 172-173).

В судебное заседание истец ФИО7, представитель ответчика ФССП России, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований, судебные приставы-исполнители Белгородского РОСП УФССП России по Белгородской области ФИО3, ФИО4, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО11, ФИО5, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований, ФИО8, ФИО20 (должники) не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, причину неявки суду не сообщили, ходатайств об отложении судебного заседания не сообщили (т. 2 л.д. 94- 97, 118, 131-136, 151, 153-169, 201, 206).

Интересы судебных приставов-исполнителей ФИО21, ФИО4, ФИО5 Белгородского РОСП представляет представитель УФССП России по Белгородской области, Белгородского РОСП ФИО6

Исходя из положений ст. 167 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ суд полагает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Истец ФИО1 настаивал на удовлетворении иска с учетом уточнения.

Представитель ответчиков УФССП России по Белгородской области, Белгородского РОСП, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, судебных приставов-исполнителей ФИО3, ФИО4, ФИО5 настаивала на отказе в удовлетворении иска, ссылалась на то, что денежные средства перечисляются из пенсии ФИО20, в настоящее время уточняется причина не исполнения требований исполнительного листа работодателем ФИО8, производится розыск должника.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, суд приходит к следующему выводу.

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 12 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

В силу ст. 2 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

При этом согласно п.п. 1, 2, 5 ст. 4 указанного Федерального закона исполнительное производство осуществляется на принципах: законности, соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения.

Системное толкование приведенных положений закона позволяет сделать вывод о том, что действия судебного пристава-исполнителя по исполнению требований исполнительного документа должны осуществляться в строгом соответствии с требованиями закона.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Конституционным Судом РФ в Определении от 23.06.2015 №1440-О отмечено, что ст. 46 (ч. 1) Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод. По смыслу данной конституционной нормы, исполнение судебного решения должно рассматриваться как элемент судебной защиты, а государство обязано принимать необходимые меры по обеспечению его реализации.

Как указал Конституционный Суд РФ в определениях от 01.11.2012 № 1984-О, от 08.02.2011 № 115-О-О, от 18.01.2011№ 45-О-О и № 46-О-О, в указанном случае возможно применение общих положений (в том числе закрепленных статьями 151, 1069, 1070 и 1071 Гражданского кодекса РФ) об ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов, должностных лиц, иных публичных образований.

В силу ч. 2 ст. 119 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.

Защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Федерального закона об исполнительном производстве, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (ст. 1069 ГК РФ).

В соответствии со ст. ст. 16, 1069 ГК РФ вред (ущерб), причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту, акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет, соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Наличие факта несвоевременного исполнения требований исполнительного документа при недоказанности возможности взыскания суммы задолженности за счет имущества должника, само по себе не является доказательством причинения истцу убытков и наличия причинной связи между действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и предполагаемым причинением убытков.

В ходе судебного заседания установлено, что решением Белгородского районного суда Белгородской области иск ФИО7, ФИО22 удовлетворен в части. Суд обязал ФИО9, ФИО8 выплатить в равных долях ФИО7, ФИО22 1 504 713,8 руб. В остальной части исковых требований отказано. При неисполнении решения в течение двух месяцев с момента предъявления исполнительного листа взыскателем для исполнения производить начисление и взыскание процентов в размере учетной ставки банковского процента, составляющего 9% на остаток суммы задолженности со дня предъявления исполнительного листа до дня исполнения решения (т. 1 л.д. 26, 27).

Кассационным определением Белгородского областного суда от 02.02.2010 изменено решение Белгородского районного суда Белгородской области от 02.12.2009, постановлено взыскать с ФИО9 и ФИО8 в равных долях в пользу ФИО7 и ФИО1 1 641 004,20 руб., из которых основной долг 1 080 000 руб., проценты по договорам займа – 561 004,20 руб. (л.д. 28, 29).

На основании исполнительных листов, выданных Белгородским районным судом на основании упомянутых выше судебных актов, 05.03.2010 возбуждены исполнительные производства с предметом – задолженность на сумму 1 641 004,20 руб., на сумму 410 251, 05 руб. каждое: №3205/10/02/31, №3221/10/02/31 - в пользу ФИО1, № 3206/10/02/31 и 3220/10/02/31 в пользу ФИО7 Производства 19.03.2010 объединены в сводное №3220/10/02/31-СВ.

Ввиду неоднократной передачи исполнительных производств по территориальной подведомственности, исполнительные производства перерегистрировались. Постановлением от 07.02.2018 указанные исполнительные производства объединены под №13081/12/02/31-СД (т. 1 л.д. 113-119, 120-129, т. 2 л.д. 85, 86, 50, 51, т. 3 л.д. 10-13). Акты приема-передачи исполнительных производств суду не представлены.

Решением Белгородского районного суда Белгородской области от 05.12.2011 в удовлетворении иска ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 5000 руб. и денежных средств в размере 1 840 234,4 руб. с Министерства финансов РФ, УФССП России по Белгородской области, ФССП России за счет казны РФ отказано (т. 3 л.д. 19-21).

Постановлением дознавателя Белгородского РОСП ФИО23 от 26.02.2011 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления в действиях ФИО9, ФИО8, а также в отношении ФИО1 по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ (т. 1 л.д. 40-42).

Постановлением Белгородского районного суда от 13.04.2011 жалоба ФИО22 удовлетворена. Признано необоснованным постановление дознавателя Белгородского РОСП от 26.02.2011 об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ в отношении ФИО8, ФИО9 за отсутствием состава преступления. Копия постановления направлена прокурору Белгородского района для устранения допущенных нарушений (т. 1 л.д. 44).

Постановлением заместителя прокурора Белгородского района от 20.04.2011 постановление дознавателя Белгородского РОСП ФИО23 отменено как незаконное (т. 3 л.д. 9).

В данном случае констатация судом неправомерности действий должностного лица является достаточным и полноценным способом восстановления прав заявителя.

Органы следствия вправе самостоятельно совершать определенные действия, а заявитель, в случае несогласия с ними вправе их обжаловать в порядке ст. 125 УПК РФ. Вынесение решения об отказе в возбуждении уголовного дела является процессуальным полномочием соответствующего должностного лица.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 22.04.2014 отменено решение Белгородского районного суда от 06.12.2013 по делу по заявлению ФИО1 об оспаривании бездействия судебных приставов-исполнителей и признании постановления об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным. Постановлено производство по делу в части требований об оспаривании постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 29.04.2011 прекратить; признать незаконным бездействие судебного пристава-исполнителя Белгородского РОСП ФИО18, выразившееся в несвоевременном и неполном исполнении исполнительного листа ВС №001790996, выданного 25.02.2010 Белгородским районным судом (т. 1 л.д. 48-50).

Судом апелляционной инстанции установлено, что Федеральный закон «Об исполнительном производстве» предусматривает широкий перечень исполнительных действий, которые вправе совершать судебный пристав. В нарушение положений закона, действенных и достаточных мер принудительного исполнения судебного решения, судебный пристав не предпринял. Апелляционная инстанция указала, что в материалах дела отсутствуют сведения о применении судебным приставом мер принудительного исполнения, такие, как наложение штрафа, взыскание исполнительского сбора, направление ходатайств о возбуждении в отношении должников уголовного дела, привлечении их к административной ответственности.

04.02.2014 решением Белгородского районного суда признано незаконным постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного документа взыскателю от 06.12.2013, постановлено признать постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного документа взыскателю от 06.12.2013 незаконным и возвратить исполнительный лист ВС №001790995 от 02.12.2009 на исполнение в Белгородский РОСП (т. 1 л.д. 46-47).

Решением Белгородского районного суда от 08.12.2016 в удовлетворении административного иска ФИО1 к старшему судебному приставу Белгородского РОСП, судебным приставам-исполнителям Белгородского РОСП ФИО11, ФИО5, дознавателям УФССП России по Белгородской области ФИО12, ФИО13, УФССП России по Белгородской области отказано (т. 1 л.д. 53-56).

Апелляционным определением судебной коллеги по административным делам Белгородского областного суда от 30.03.2017 решение Белгородского районного суда от 08.12.2016 отменено. Принято новое решение, которым признано незаконным бездействие судебного пристава-исполнителя Белгородского РОСП, выразившееся в непринятии мер по установлению имущества, доходов, месте жительства должника по исполнительному производству №17117/14/02/31; постановлено возложить обязанность на судебного пристава-исполнителя Белгородского РОСП принять меры для исполнения исполнительного документа в рамках исполнительного производства №17117/14/02/31, предусмотренные Федеральным законом «Об исполнительном производстве» (т. 1 л.д. 57-59).

В силу положений ч. 2 ст. 61 ГПК РФ при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные доказательства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с Определением Конституционного Суда РФ 18.11.2004 №376-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан К.В. и К.С.А. на нарушение их конституционных прав ч. 1 ст. 91 Федерального закона «Об исполнительном производстве» государство в рамках выполнения своих обязанностей, вытекающих из статьи 52 Конституции РФ, создает необходимые законодательные и правоприменительные механизмы, обеспечивающие условия, необходимые для вынесения судом решения о возмещении вреда виновным лицом и его надлежащего исполнения уполномоченным государственным органом. Из указанной статьи, а также иных положений Конституции РФ не вытекает обязанность государства и его органов (в лице службы судебных приставов) возмещать взыскателю присужденные ему по судебному решению денежные средства в случае их невзыскания с должника.

Кроме того, в абз. 2 п. 85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», разъяснено, что отсутствие реального исполнения само по себе не является основанием для возложения на государство обязанности по возмещению не полученных от должника сумм по исполнительному документу, поскольку ответственность государства в сфере исполнения судебных актов, вынесенных в отношении частных лиц, ограничивается надлежащей организацией принудительного исполнения этих судебных актов и не подразумевает обязательности положительного результата, если таковой обусловлен объективными обстоятельствами, зависящими от должника.

По смыслу приведенной нормы, а также исходя из положений ст. ст. 16, 1069 ГК РФ для наступления ответственности за причинение вреда, в частности в виде возмещения убытков, причиненных бездействием судебного пристава-исполнителя по исполнению исполнительного документа необходима совокупность следующих условий: наступление вреда, противоправное поведение причинителя вреда (действие или бездействие), причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда, причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда.

Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Ссылки истца на то, что с 08.10.2012 на гражданина Н.И.А. оформлена квартира *** дома *** по пр-ту *** г. Белгорода, ранее принадлежащая матери ФИО8, должник ФИО8 намеренно не вступил в наследство, не могут быть приняты во внимание, поскольку истец не лишен был возможности оспорить передачу в собственность указанного жилого помещения иному лицу. Кроме того, ФИО1 не отрицает, что данным правом он воспользовался, но в удовлетворении его требований суд отказал.

Заявляя о взыскании убытков, сторона истца ссылалась также, что незаконным бездействием судебных приставов-исполнителей арестованный автомобиль, принадлежащий ФИО8, доведен до непригодного состояния.

Установлено, что автомобиль NISSAN GLORIA, 1989 года выпуска, зарегистрированный за ФИО8, был арестован 01.08.2010 в нерабочем состоянии (с повреждением электропроводки, коррозией кузова, неудовлетворительным состоянием осветительных приборов).

15.12.2010 вынесено постановление об оценке имущества в 25 000 руб., 24.10.2011 – о передаче имущества на реализацию.

Согласно письму Белгородского ГУП «Облдорснаб» от 12.01.2012 необходимо было произвести переоценку указанного автомобиля ввиду отсутствия его реализации (т. 1 л.д. 203).

В связи с отсутствием покупательского спроса 03.04.2012 автомобиль предложен истцу, однако письменного согласия ФИО1 не предоставил.

01.08.2012 повторно наложен арест на указанное транспортное средство как на металлолом с назначением ответственного хранителя ООО «Дубравушка» без права пользования, которому передан 10.09.2012 (т. 1 л.д. 196-199).

Согласно постановлению судебного пристава-исполнителя Белгородского РОСП ФИО24 от 10.09.2012 арестованное имуществ оценено в 3 500 руб. (т. 1 л.д. 195). В тот же день автомобиль передан на реализацию по указанной цене (т. 1 л.д. 192, 193).

Как следует из акта проверки арестованного имущества от 05.10.2012 автомобиль находился на месте хранения без видимых повреждений, в нерабочем состоянии, поврежден коррозией, неисправна электропроводка (т. 1 л.д. 191).

28.08.2013 денежные средства в размере 3 600 руб. переведены на депозитный счет Белгородского РОСП за реализацию арестованного имущества, а затем перечислены на счет ФИО1 (т. 1 л.д. 166).

В установленные законом сроки истцы претензий к ответственному хранителю не предъявили, доказательств того, что автомобиль утратил товарную стоимость по вине судебных приставов-исполнителей вопреки ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Доводы истца ФИО1 о том, что письмами ФССП России от 20.11.2012, 01.02.2012 подтверждается ненадлежащее хранение автомобиля, несвоевременная реализация по вине судебных приставов-исполнителей, суд отклоняет, поскольку данными ответами подтвержден факт нарушений, допущенных судебными приставам-исполнителями Белгородского РОСП ст. ст. 36, 68, 87 Федерального закона «Об исполнительном производстве», в непринятии мер по своевременному, полному и правильному исполнению требований исполнительных листов. Сама по себе не своевременная передача транспортного средства на реализацию не свидетельствует о возникновении у истцов права на возмещение убытков (т. 1 л.д. 52).

Кроме того, суд обращает внимание, что предоставляя займ должникам, а также обращаясь в суд с иском о взыскании денежных средств по договору займа, сами истцы с заявлением о принятии обеспечительных мер не обращались, залог у Л-вых не потребовали.

Ссылки истца на то, что одним из оснований ненадлежащего исполнения исполнительных документов является смена в исполнительных производствах 29 судебных приставов-исполнителей, 7 дознавателей и 7 старших судебных приставов Белгородского РОСП, суд отклоняет.

Не могут рассматриваться как основания, оправдывающие превышение сроков исполнения исполнительных документов, обстоятельства, связанные с организацией работы структурного подразделения службы судебных приставов, например, отсутствие необходимого штата судебных приставов-исполнителей, замена судебного пристава-исполнителя ввиду его болезни, отпуска, пребывания на учебе, нахождения в служебной командировке, прекращения или приостановления его полномочий (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства»).

Удержания из пенсии должника ФИО20 в счет погашения задолженности производятся.

То обстоятельство, что ФИО20 не работает, не может быть вменено в вину службы судебных приставов.

Получение истцами из пенсии должника ФИО9 59 961,79 руб. истцом не оспаривается, также как и 3 600 руб. от реализации автомобиля (т. 1 л.д. 79, т. 2 л.д. 183-200).

Суждения истца ФИО1 об утрате исполнения взысканных сумм ввиду незаконного бездействия судебных приставов-исполнителей, выразившееся в необращении взыскания на оборудование кафе «Арго», принадлежащее ФИО25 в 2010 году, суд не принимает во внимание, поскольку истец не лишен был возможность оспорить данное бездействие в установленные законом сроки и порядке.

Проанализировав и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, поскольку оснований для применения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков (ущерба) в настоящем случае не имеется, каких-либо достоверных доказательств, объективно свидетельствующих о том, что в результате незаконных действий (бездействия) судебных приставов-исполнителей Белгородского РОСП утрачена возможность исполнения судебного акта и возможность получения взысканных решением суда денежных средств, не представлено, установленное незаконное бездействие не является безусловным основанием для взыскания в пользу истцов убытков в размере неисполненного предмета имущественного взыскания по исполнительным документам, причинно-следственной связи с названным бездействием и заявленными к возмещению убытками судом не установлено.

Разрешая заявленные требования в части взыскания компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

По причине несвоевременных и недостаточных действий (бездействия) судебных приставов-исполнителей Белгородского РОСП требования вышеперечисленных исполнительных документов не исполнены с 05.03.2010 по настоящее время, причиной тому является не только уклонение должников от исполнения решения суда, но и несвоевременность и недостаточность принимаемых мер судебными приставами-исполнителями в рамках указанного сводного производства, что подтверждено не только вышеприведенными судебными актами, но и неоднократными ответами ФССП России (т. 1 л.д. 33-36, 79).

Из представленных в материалы дела реестров по исполнительным производствам усматривается незначительный перечень мер, принятых судебными приставами, в том числе в рамках розыскных мероприятий (т. 2 л.д. 18-28, 67-72).

Еще в 2011 году ФССП России указало руководителю УФССП России по Белгородской области принять меры, направленные на фактическое исполнение решения суда, в том числе по установлению места работы должника ФИО8 (т. 1 л.д. 45 оборот).

16.11.2016 ФИО8 объявлен в розыск (т. 2 л.д. 66).

Актом от 18.09.2017 установлено, что ФИО8 по адресу: г. Белгород, ул. *** не проживает, примерное место проживания в *** районе (т. 2 л.д. 65).

02.02.2018, установив место жительства должника (Шебекинский район, ***), судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о передаче исполнительного производства №17117/14/02/31 от 30.06.2014 в Шебекинский РОСП (т. 2 л.д. 62, 63).

20.02.2018 упомянутое исполнительное производство принято к исполнению Шебекинским РОСП (т. 2 л.д. 31).

В феврале 2018 года установлены счета, открытые на ФИО8:

- №*** – 10, 57 руб. и №*** – 0 руб. в ПАО Сбербанк по состоянию на 21.02.2018, на 20.03.2018;

- №*** – 116,54 руб. в АО «Альфа-Банк» по состоянию на 09.03.2018, на 20.03.2018 (т. 2 л.д. 22, 24, 26).

Несмотря на получение информации в марте текущего года о наличии счетов у ФИО8 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об обращении взыскания на денежные средства должника лишь 13.06.2018 (т. 2 л.д. 7-17).

Оператором сотовой связи МТС представлена информация о номере телефона ФИО8 по состоянию на 20.03.2018, 13.06.2018 – 89103699333 (т. 2 л.д. 23, 25). Сведений о том, предпринимались ли меры судебным приставом-исполнителем связаться с должником по указанному телефону, материалы исполнительного производства не содержат.

Как следует из представленной информации ПФР по состоянию на 13.06.2018, работодателем ФИО8 является ООО «Белторг» (т. 2. л.д. 26).

22.06.2018 вынесено постановление об обращении взыскания на заработную плату должника в ООО «Белторг» (т. 2 л.д. 3-6).

Согласно объяснениям стороны ответчиков письмо с постановлением от 22.06.2018 с ШПИ 30929625707235 возвращено в Белгородское РОСП по сведениям, размещенным на официальном сайте Почты России на день вынесения решения суда по настоящему делу.

Длительность неисполнения требований исполнительных документов при установленном незаконном бездействии судебных приставов, в рамках упомянутого сводного производства, безусловно доставляет истцам нравственные переживания.

Многочисленные жалобы, иски истцов в различные инстанции и государственные органы о бездействии судебных приставов-исполнителей, допущенном в рамках сводного исполнительного производства, являются доказательством того, что И-вы явно испытывали переживания относительно неполучения тех денежных средств, которые им причитаются в силу закона. При этом подобного рода страдания и их степень являются субъективными, зависят от личности человека и не могут быть подтверждены документально.

В данном случае речь идет об истцах, находящихся в преклонном возрасте, страдающими рядом заболеваний, что подтверждено медицинской документацией (т. 2 л.д. 138, 139).

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Исходя из положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абз. 3 п. 4).

В соответствии с нормами гражданского законодательства одним из обязательных условий наступления ответственности за вред, причиненный действиями (бездействием) государственного органа (должностных лиц государственного органа), является неправомерность действий причинителя вреда, которая устанавливается только в судебном порядке.

Таким образом, суд приходит к выводу о возложении на Российскую Федерацию в лице ФССП России обязанности по выплате истцам компенсации морального вреда.

Поскольку причинно-следственная связь между незаконном бездействии судебных приставов-исполнителей и длительном неисполнении требований исполнительных документов в полном объеме установлена, в то же время, учитывая, что в настоящее время не утрачена возможность принудительного взыскания денежных средств с должников в пользу истцов, суд, исходя из принципа справедливости, разумности и соразмерности ответственности, приходит к выводу о взыскании с казны Российской Федерации в лице ФССП России компенсации морального вреда в пользу ФИО1 и ФИО7 по 20 000 руб. каждому.

Кроме того, суд принимает во внимание, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применяя положения ст. 1101 ГК РФ, исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред истцам, но и не допустить неосновательного их обогащения.

Принимая во внимание положения п. 3 ст. 158 БК РФ, п. 3 ст. 125, ст. 1071 ГК РФ, на основании пп. 8 п. 6 Положения о Федеральной службе судебных приставов, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 №1346, ФССП России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание центрального аппарата ФССП России и территориальных органов, а также на реализацию возложенных на нее функций.

Поэтому причиненный истцами моральный вред в результате незаконного бездействия судебных приставов-исполнителей подлежит взысканию за счет казны Российской Федерации с главного распорядителя бюджетных средств ФССП России.

На основании изложенного с учетом фактических обстоятельств дела, длительности неисполнения судебными приставами-исполнителями Белгородского РОСП исполнительных документов суд приходит к выводу об удовлетворении искового заявления в части.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1, ФИО7 к Российской Федерации в лице ФССП России, УФССП России по Белгородской области, Белгородскому РОСП о взыскании убытков, компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны РФ в пользу ФИО1, ФИО7 в счет компенсации морального вреда по 20 000 руб. каждому, а всего: 40 000 (сорок тысяч) руб.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.