Апелляционное постановление № 22-550/2025 от 28 сентября 2025 г.

Судья Курганский А.М. Дело № год


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 29 сентября 2025 года

Верховный суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего - судьи Войстрикова М.Н.

при секретаре судебного заседания Ордоковой Д.А.

с участием прокурора Казаковой К.Б.

осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката ФИО23

представителя потерпевшей стороны – адвоката ФИО19

рассмотрел в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката ФИО23, поданной в защиту интересов осужденного ФИО1, на приговор Красногвардейского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ, которым:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> края, гражданин РФ, имеющий основное общее образование, разведенный, имеющий на иждивении одного малолетнего ребенка, не работающий, на воинском учете не состоящий, не судимый, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

-признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 (два) года.

На основании ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 2 (два) года, с удержанием из заработной платы осужденного в доход государства 10 % ежемесячно.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислен со дня его прибытия в исправительный центр, куда он должен проследовать самостоятельно за счет средств государства в соответствии со ст. 60.2 УИК РФ.

Осужденному разъяснено, что в случае уклонения от получения предписания, его неявки за получением предписания, неприбытия к месту отбывания принудительных работ в установленный в предписании срок, он будет объявлен в розыск территориальным органом уголовно-исполнительной системы, задержан на срок до 48 часов, который может быть продлен судом до 30 суток.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами распространяется на все время отбывания основного наказания, но срок его исчисляется с момента отбытия основного наказания.

Постановлено информировать управление ГИБДД по <адрес> о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Мера пресечения - подписка о невыезде и надлежащем поведении- до вступления приговора в законную силу, оставлена без изменения.

В приговоре решена судьба вещественных доказательств. Гражданский иск по уголовному делу не заявлен. Процессуальные издержки по уголовному делу отсутствуют.

Доложив обстоятельства дела, доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, заслушав мнение участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

согласно приговору, ФИО1, совершил преступление, предусмотренное ч.3 ст. 264 УК РФ - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 22 часов 00 минут до 22 часов 29 минут на автодороге «<адрес>», в районе <адрес> Республики Адыгея, при обстоятельствах указанных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 свою вину в совершении указанного преступления не признал, заявив о своей непричастности к данному преступлению.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО23 считает указанный приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

По доводам защитника, суд необоснованно отказал защите в проведении по делу следственного эксперимента для установления наличия (отсутствия) у водителя ФИО4 (погибшего) технической возможности снизить скорость, вплоть до полной остановки автомобиля, как предписано п. 10.1 ПДД, непосредственно перед столкновением.

По мнению осужденного, заключения экспертов: № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ выполненные экспертами ЭКЦ МВД по РА, являются недопустимыми доказательствами, поскольку были получены с нарушением требований Федерального закона №-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от ДД.ММ.ГГГГ.

По заключению № от ДД.ММ.ГГГГ (эксперт ФИО5) на крыле автомобиле «Тойота Королла», обнаружены наслоения-притертости черного цвета, которые могли быть образованы при контакте с шиной автомобиля осужденного, так и с иными шинами. Эксперт прямо указал, что невозможно в категоричной форме утверждать, что контакт произошел именно между автомобилями потерпевшего и осужденного. Однако, суд, в этой части, необоснованно не применил положение ст. 14 УПК РФ.

В заключение № (эксперт ФИО6), так же указано на невозможность установить взаиморасположение т/с относительно друг друга в момент первичного контакта. Из этого следует, что контакт автомобиля потерпевшего, мог быть и с другим транспортным средством.

В этом же заключении, эксперт ФИО6 приходит к выводу об определении места столкновения другим путем, однако, это не подтверждает того, что взаимодействие автомобиля потерпевшего было именно с а/м осужденного. При этом, эксперт не заявил ходатайства о необходимости получить дополнительные сведения, которые возможно было получить только при проведении следственного эксперимента.

Законом не допускается расплывчатость и неконкретность при проведении и заключении каких-либо экспертиз.

В этой связи, суд необоснованно отказал защите в проведении повторной судебной автотехнической экспертизы.

Органами предварительного следствия и судом не выполнены в полном объеме требования п.п. 1, 2 ст.6, ч.4 ст.7, п.п. 1, 2, 4, ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

В приговоре суд привел, как доказательства вины ФИО1, показания потерпевшей и свидетелей, которые, по сути, не подтверждают вины осужденного.

Так, потерпевшая Потерпевший №1 подтвердила лишь то, что погибший ФИО4, являлся ее сыном и в тот вечер он выехал из <адрес> к ней; свидетель ФИО7 показал, что видел спущенное колесо на средней оси с левой стороны автомобиля, ФИО1; свидетель ФИО8 подтвердил, показания свидетеля ФИО7; свидетель ФИО9 показал, что знал ФИО1 и, что в его присутствии осматривали автомобиль ФИО1; свидетель ФИО10 показала, что знает ФИО1 и периодически с ним созванивается по сотовой связи и по видеосвязи, в том числе и в то время, когда погиб ФИО4, при этом телефон в руках ФИО1 не находился, возможно был на панели приборов в удерживающем устройстве; что ФИО1 позвонили сотрудники полиции, когда последний был у нее дома; свидетель ФИО11 показал, что тахогроф на автомобиле ФИО1 не работал; свидетель ФИО12 показал, что транспортное средство, которым управлял ФИО1 юридически принадлежит ему, а фактически принадлежит и используется ФИО1; свидетель ФИО13 показал, что двигатель его автомобиля «закипел» и он остановился на обочине и, видел, что проехала машина «Скорая медицинская помощь», затем к нему подъехали сотрудники полиции, стали расспрашивать, откуда он едет и сколько времени стоит на обочине, затем предложили проехать в отдел полиции для дачи объяснений; свидетель ФИО14 показал, что прибыл на место ДТП и видел разбитый автомобиль «Тойота Королла», г.н. А 200 МО 193 регион; свидетель ФИО15 показал, что видел разбитый автомобиль «Тойота Королла», г/н № регион и водителя грузового автомобиля, который стоял на обочине, в растерянном состоянии, в связи с чем, сразу позвонил по номеру телефона <***>; эксперт ФИО5 показал, что в категоричной форме не может утверждать, что наслоения на автомобилях потерпевшего и осужденного, могли образоваться при контакте между указанными автомобилями; эксперт ФИО16, проводивший дополнительную судебную - автотехническую экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ,, показал, что на колесе автомобиля осужденного не обнаружено следов контактного взаимодействия с левым крылом автомобиля потерпевшего.

Все эти свидетели не являются очевидцами ДТП, хотя некоторые из них, также управляли грузовыми автомобилями. Однако сотрудники полиции и сотрудники следственного отдела, эти автомобили не осмотрели.

Свидетель ФИО17 показал, что в месте, где произошло ДТП, он ехал на грузовом автомобиле и видел, как его обгонял ФИО1 и, что в момент обгона, произошел контакт между автомобилем потерпевшего и осужденного.

Однако, как мог видеть ФИО17, какими частями автомобилей произошел контакт, если автомобиль осужденного, находился, по его показаниям, с левой стороны на встречной полосе движения, то есть вне зоны его видимости.

Остальные протоколы следственных действий, заключение СМЭ, не дают четкой картины, кто именно спровоцировал ДТП. Все приведенные в приговоре доказательства не подтверждают вины осужденного ФИО1. Сам приговор постановлен на недопустимых доказательствах.

Просит отменить приговор Красногвардейского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ и прекратить уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1.

В случае отказа в удовлетворении требований по первому пункту, просит применить к назначенному осужденному наказанию в виде принудительных работ, положение ст. 73 УК РФ сроком на 1 (один) год.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника, государственный обвинитель по делу ФИО18, а так же представитель потерпевшей стороны по делу - адвокат ФИО19-, просят приговор в отношении ФИО20 оставить без изменений, а апелляционную жалобу адвокат - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и адвокат ФИО23 поддержали доводы апелляционной жалобы, просили приговор суда отменить или назначить основное наказание с применением ст. 73 УК РФ.

Прокурор Казакова К.Б. полагала необходимым приговор суда в отношении осужденного ФИО1 оставить без изменений, находя его законным и обоснованным, а доводы апелляционной жалобы защитника и осужденного - без удовлетворения.

Представитель потерпевшей – адвокат ФИО19-, заявил об оставлении приговора без изменений, а доводов апелляционной жалобы - без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционной жалобы, доводы возражений, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Данные требования закона, судом первой инстанции выполнены в полном объеме.

Вина ФИО1 в совершении указанного в приговоре преступления, доказана совокупностью изложенных в приговоре доказательств, а именно:

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1; свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11; ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15.

Несмотря на то, что все эти свидетели не являлись очевидцами ДТП, однако, их показания находятся во взаимосвязи с показаниями основного свидетеля - очевидца ДТП с участием автомобиля «Тойота Королла» под управлением ФИО4 и грузового автомобиля «Вольво» под управлением ФИО1 - ФИО17, показания которого, вопреки доводам защитника, являются допустимыми, относимыми и достоверными. Оснований для признания каких-либо из показаний, недопустимыми доказательствами, у суда первой инстанции объективно не имелось. Таких оснований нет и у суда апелляционной инстанции.

Приведенные защитником доводы о несостоятельности показаний указанных лиц, являются безосновательными, поскольку основаны на субъективном восприятии смыслового содержания показаний потерпевшей и свидетелей, без их анализа и оценки во взаимосвязи с другими доказательствами по делу, а потому направленными на переоценку данных доказательств, что не может являться основание для признания данных доказательств недопустимыми;

- выводами экспертов ЭКЦ МВД по <адрес> ФИО5, ФИО6 и ФИО16, и их пояснениями, по произведенным экспертным исследованиям о причинах дорожно - транспортного происшествия с участие водителей ФИО4 и ФИО1 и указанных в заключениях № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, которые в своей совокупности с другими доказательствами, приведенными в приговоре, объективно указывают на совершение данного преступления именно ФИО1.

Оснований для признания указанных экспертных заключений недопустимыми доказательствами, как на то указывает защитник в своей апелляционной жалобе и в своих ходатайствах, не имеется, поскольку они основаны на предположениях и переоценки доказательств. Суд апелляционной инстанции не находит оснований и для удовлетворения доводов (и ходатайств) защитника о проведении по делу следственного эксперимента и повторной судебной автотехнической экспертизы, поскольку они не основаны на фактических обстоятельствах по делу, установленных по делу как на стадии предварительного следствия, так и с судебного разбирательства;

- сведениями, содержащимися в протоколах следственных и иных процессуальных действий, проведенных на стадии предварительного следствия по установлению всех фактических обстоятельств по делу и приведенных в приговоре;

- иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Все доказательства полно, всесторонне и объективно исследованы в ходе судебного следствия в суде первой инстанции и всем им в приговоре дана надлежащая правовая оценка, как доказательствам, на основании которых суд объективно пришел к выводу, что ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 22 ч. 00 дл 22 ч.29 мин., ФИО1, управляя технически исправным грузовым автомобилем «Вольво 647501»», г/н № регион в сцепке с полуприцепом самосвалом г/н № РУС, двигаясь по автодороге «<адрес>», в районе <адрес> Республики Адыгея, в нарушение требований, указанных в п.п. 1.3, 1.5 абз.1, п.8.1 абзац 1, п. 9.1, 9.10, п. 10.1, п. 11.1, не убедившись в безопасности своего маневра – обгона двигавшегося в попутном направлении автомобиля-, допустил касательное столкновение с автомобилем «Тойота Королла» г/н № рус, под управлением ФИО4, который потеряв управление, съехал с проезжей части дороги и допустил наезд на дерево, что привело к получению им телесных повреждения не совместимые с жизнью и смерти на месте ДТП.

Вопреки доводам защитника, суд первой инстанции обоснованно признал все приведенные в приговоре доказательства законными, обоснованными и достаточными для постановки в отношении ФИО1 обвинительного приговора. Предусмотренные ст. 73 УПК РФ, и подлежащие доказыванию, обстоятельства совершенного преступления в полном объеме отражены в приговоре, который соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Суд исследовал все представленные сторонами доказательства, дал им надлежащую мотивированную оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Сведений, позволяющих усомниться в допустимости приведенных в приговоре доказательств, не установлено. Оснований для признания каких-либо из доказательств недопустимыми, суд апелляционной инстанции, не находит.

Доводы защиты, относительно того, что автомобиль под управлением ФИО4 мог столкнуться с иным автомобилем, основаны лишь на предположениях, без приведения каких-либо конкретных сведений, а потому не могут являться основанием для отмены приговора в отношении ФИО1

Судом первой инстанции в полном объеме проверены все доводы защиты о непричастности ФИО1 к совершению данного преступления и обоснованно признаны несостоятельными. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, не находит.

Все ходатайства, заявленные защитником в ходе судебного следствия, судом первой инстанции разрешены правильно и мотивированно. По ним приняты обоснованные решения, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции, нет оснований.

Вопреки доводам защиты, приговор Красногвардейского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, основан только на достоверных и допустимых доказательствах, законность которых не вызывает сомнений. Приговор полностью соответствует требованиям закона.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Вид и размер наказания, назначенные ФИО1, соответствуют требованиям норм Общей части уголовного закона, регулирующих вопросы назначения осужденным наказания, в том числе, характеру и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, наличия у него смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, а также влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Суд должным образом мотивировал в приговоре выводы об отсутствии оснований для применения положений ст.ст. 73, 64, ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вместе с тем, с учетом всех сведений о личности ФИО1, наличия у него смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих, суд пришел к выводу о возможности замены ему наказания в виде лишения свободы принудительными работами в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, что не противоречит разъяснениям, содержащимся в п.п. 22.1, 22.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания".

Оснований для применения к ФИО1 положения ст. 73 УК РФ, в том числе и по доводам осужденного и его защитника, суд апелляционной инстанции, не находит.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе и по доводам апелляционной жалобы адвоката, суд апелляционной инстанции не находит, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Красногвардейского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции, согласно норм главы 47.1 УПК РФ.

В случае кассационного обжалования, осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий М.Н. Войстриков