Решение № 2-502/2018 2-502/2018 (2-7699/2017;) ~ М-7474/2017 2-7699/2017 М-7474/2017 от 10 мая 2018 г. по делу № 2-502/2018

Дело № 2-502/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 мая 2018 года город Уфа

Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Уразметова И.Ф.,

при секретаре Валинуровой Г.Ш.,

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2, действующей на основании доверенности № 2Д-1009 от 09.11.2017 г., представителя ответчика ФИО4 – ФИО5, действующей на основании доверенности № 2-1456 от 28.07.2017 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6, ФИО4, ФИО8 о признании сделки купли-продажи недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО6, ФИО4 о признании сделки купли-продажи недействительной, в котором просила признать недействительным договор купли-продажи 1/3 доли в праве собственности на жилое помещение (квартиру) с кадастровым № общей площадью 44,5 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО6 и ФИО4, и применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО4 на 1/3 долю в праве собственности на жилое помещение (квартиру) с кадастровым номером 02:55:020605:1304, общей площадью 44,5 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости регистрационную запись № от ДД.ММ.ГГГГ.

В обосновании своего иска указала, что на основании исполнительного листа Октябрьского районного суда <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ неоднократно возбуждалось исполнительное производство о взыскании в пользу ФИО7 алиментов на двух несовершеннолетних детей ФИО9 (впоследствии - ФИО1) ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

На момент совершеннолетия младшей дочери (ДД.ММ.ГГГГ) долг ФИО6 составил 651562,22 рублей.

ФИО6 являлся одним из собственников квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, по договору передачи жилых квартир в общую совместную собственность от ДД.ММ.ГГГГ.

Впоследствии при оформлении наследства родителей ФИО6 были определены доли в праве собственности, в результате чего за ФИО6 была определена доля в праве собственности на указанную выше квартиру в размере 1/3 доли. 2/3 доли в праве собственности на квартиру принадлежало брату ФИО6 ФИО8.

В ходе исполнительного производства постановлением судебного пристава-исполнителя Октябрьского РОССП ФССП РФ по РБ от ДД.ММ.ГГГГ наложен запрет должнику ФИО6 на распоряжение квартирой, расположенной по адресу: <адрес>.

Управление Росреестра по РБ письмом от ДД.ММ.ГГГГ № подтвердило наличие записи №, 531 о наложении запрета совершения сделок № по указанному выше постановлению, поступившему в Управление ДД.ММ.ГГГГ. При этом в письме указывается, что постановления об отмене данного запрета в Управление не поступало.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 (собственник 2/3 доли) и ФИО6 (собственник 1/3 доли) по договору купли продажи продали квартиру ФИО4, являющейся дочерью ФИО8 и племянницей ФИО6 соответственно.

В соответствии с информацией Управления Росреестра по РБ ДД.ММ.ГГГГ за ФИО4 зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: <адрес> (запись №).

Согласно пп. 4, 5 договора стоимость квартиры стороны оценили в 2 300 000 рублей.

ФИО4 купила у ФИО3, действующей по доверенности за ФИО8 и ФИО6, указанную квартиру за 2300000 рублей. При этом в договоре не оговорена стоимость каждой доли в отдельности.

Истец ФИО1 узнала о сделке лишь в октябре, что видно из дальнейшей переписки от ДД.ММ.ГГГГ.

Все это свидетельствует о том, что при совершении сделки купли-продажи квартиры ФИО6 и ФИО4 действовали совместно, заведомо зная о задолженности по алиментам, исполнительном производстве и об аресте на недвижимость.

В последующем истец уточнила свои исковые требования, в котором привлекла в качестве соответчика ФИО8, и просила признать недействительным договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ о продаже жилого помещения (квартир) с кадастровым № общей площадью 44,5 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО8, ФИО6 и ФИО4, и применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО4 на жилое помещение (квартиру) с кадастровым № общей площадью 44,5 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости регистрационную запись № от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали, просили удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать.

Ответчики ФИО4, ФИО6, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом, причины неявки суду неизвестны. 20.02.2018г. от ФИО6 поступило письменное объяснение, в котором он указал, что признает иск ФИО1 о признании сделки купли-продажи недействительной.

Суд в соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав участников процесса, исследовав в судебном заседании материалы дела, оценив в совокупности все доказательства, имеющие юридическую силу, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ).

Согласно ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В силу п. 1 ст. 302 ГК РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из содержания абз. 2 п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Как разъяснено в п. 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда РФ N1 (2015) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015), злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

Статья 10 ГК РФ (в редакции ФЗ N 302-ФЗ от 30.12.2012 года) дополнительно предусматривает, что злоупотребление правом может быть квалифицировано любое заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости зашиты прав и законных интересов кредиторов, по требованию кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения исполнительного производства сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение имущества должника с целью отказа во взыскании кредитору.

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В соответствии с частями 1, 4 Федерального закона от дата N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника.

В соответствии со статьей 174.1. ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180).

Сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

Пунктом 95 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в силу положений пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ в случае распоряжения имуществом должника с нарушением запрета права кредитора или иного управомоченного лица, чьи интересы обеспечивались арестом, могут быть реализованы только в том случае, если будет доказано, что приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете на распоряжение имуществом должника том числе не принял все разумные меры для выяснения правомочий должника на отчуждение имущества.

Судом установлено, что на основании исполнительного листа Октябрьского районного суда <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ неоднократно возбуждалось исполнительное производство о взыскании в пользу ФИО7 алиментов на двух несовершеннолетних детей ФИО9 (впоследствии - ФИО1) ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

На момент совершеннолетия младшей дочери (ДД.ММ.ГГГГ) долг ФИО6 составил 651562,22 рублей.

ФИО6 являлся одним из собственников квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, по договору передачи жилых квартир в общую совместную собственность от ДД.ММ.ГГГГ.

Впоследствии при оформлении наследства родителей ФИО6 были определены доли в праве собственности, в результате чего за ФИО6 была определена доля в праве собственности на указанную выше квартиру в размере 1/3 доли. 2/3 доли в праве собственности на квартиру принадлежало брату ФИО6 - ФИО8.

В ходе исполнительного производства постановлением судебного пристава-исполнителя Октябрьского РОССП ФССП РФ по РБ от ДД.ММ.ГГГГ наложен запрет должнику ФИО6 на распоряжение квартирой, расположенной по адресу: <адрес>.

Управление Росреестра по РБ письмом от ДД.ММ.ГГГГ № подтвердило наличие записи №, 531 о наложении запрета совершения сделок № по указанному выше постановлению, поступившему в Управление ДД.ММ.ГГГГ. При этом в письме указывается, что постановления об отмене данного запрета в Управление не поступало.

Однако, несмотря на имеющийся запрет на совершение сделки, ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 (собственник 2/3 доли) и ФИО6 (собственник 1/3 доли) по договору купли продажи продали вышеуказанную квартиру ФИО4, являющейся дочерью ФИО8 и племянницей ФИО6 соответственно.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости Управления Росреестра по РБ 01.08.2017 года за ФИО4 зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: <адрес> (запись №) (л.д.61). В то время как запрет должнику ФИО6 на распоряжение квартирой, расположенной по адресу: <адрес> был зарегистрирован лишь 30.10.2017г. (л.д. 62).

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 апреля 2008 года N 22 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожными являются сделки, совершенные с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

При определении сферы применения статьи 169 ГК РФ судам необходимо исходить из того, что в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые не просто не соответствуют требованиям закона или иных правовых актов (статья 168 Кодекса), а нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение определенных видов объектов, изъятых или ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг.

Таким образом, для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей (статья 153 Кодекса) заведомо противоречили основам правопорядка и нравственности. При этом цель сделки может быть признана заведомо противной основам правопорядка и нравственности только в том случае, если в ходе судебного разбирательства будет установлено наличие умысла на это хотя бы у одной из сторон.

Согласно мнению Президиума Верховного суда РФ, изложенному в обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей от 01.10.2014 года, разрешая вопрос о добросовестности (недобросовестности) приобретателя жилого помещения, необходимо учитывать осведомленность приобретателя жилого помещения о наличии записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности отчуждателя имущества, а также принятие им разумных мер для выяснения правомочий продавца на отчуждение жилого помещения.

При этом в обзоре указывается, что разрешая вопрос о добросовестности приобретателя, суды учитывают не только наличие записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - ЕГРП) о праве собственности отчуждателя имущества, но и то, была ли проявлена гражданином разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество, и т.д.

В материалах дела имеется протокол осмотра доказательств от ДД.ММ.ГГГГ в виде интернет-сайта адрес: WhatsApp, произведенной нотариусом ФИО11 в котором содержится переписка между ФИО1 и ФИО4, из которой следует, что ответчица об аресте и задолженности ФИО6 осведомлена. При этом она умалчивает о совершенной сделке. Данный протокол стороной ответчика не оспаривался, факт переписки между сторонами ФИО6 не опровергался.

Довод ФИО4, что на момент совершения сделки отсутствовали какие-либо аресты и запрещения, не является основанием для отказа в удовлетворении иска, поскольку суд считает, что ФИО4 не были приняты все разумные меры для выяснения правомочий ФИО6 на отчуждение имущества, что в силу родственных отношений не составляло каких-либо затруднений.

Представленные в материалы дела квитанции об оплате ФИО4 задолженности ФИО6 по другому исполнительному производству не опровергают ее осведомленность о наличии исполнительного производства о взыскании задолженности по алиментам и запрета.

Таким образом, суд приходит к выводу, что для признания ФИО4 добросовестным приобретателем не имеется достаточных оснований.

При таких обстоятельствах, основываясь на вышеизложенном суд приходит к выводу, что сделка по отчуждению доли в праве собственности на квартиру, на которую был наложен запрет на регистрацию сделок осуществлена с противоправной целью, в нарушение действующих норм права, что привело к нарушению прав истицы, в связи с чем в силу ничтожности в соответствии со ст. 168 ГК РФ договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ о продаже жилого помещения (квартир) с кадастровым № общей площадью 44,5 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО8, ФИО6 и ФИО4 подлежит признанию недействительным с применением последствий недействительности сделки: прекращения права собственности ФИО4 на жилое помещение (квартиру) с кадастровым номером 02:55:020605:1304, общей площадью 44,5 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>.

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО6, ФИО4, ФИО8 о признании сделки купли-продажи недействительной, удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ о продаже жилого помещения (квартир) с кадастровым № общей площадью 44,5 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО8, ФИО6 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО4 на жилое помещение (квартиру) с кадастровым номером 02:55:020605:1304, общей площадью 44,5 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан.

Судья И.Ф. Уразметов