Решение № 2-270/2020 2-3163/2019 2-5/2021 2-5/2021(2-270/2020;2-3163/2019;)~М-1217/2019 М-1217/2019 от 29 марта 2021 г. по делу № 2-270/2020

УИД: 78RS0020-01-2019-001680-51

Дело № 2-5/2021г. Санкт-Петербург

30 марта 2021 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Пушкинский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи

ФИО1

При помощнике судьи

ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда и по встречному иску ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО3 о признании договора страхования недействительным, незаключенным,

с участием представителей сторон,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском к ответчику ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, в обоснование заявленных требований указал, что 18 декабря 2018 года между сторонами был заключен договор добровольного страхования транспортного средства Вольво, государственный регистрационный знак № 0, страховая премия в размере 114 250 рублей истцом была уплачена в полном объеме. В период действия договора, а именно 27 декабря 2018 года, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого застрахованный автомобиль получил механические повреждения. Истец обратился к ответчику за выплатой страхового возмещения, однако в выплате ему было отказано. Учитывая указанные обстоятельства, истец просит взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 2 200 000 рублей, расходы по оплате за составление заключения в размере 15 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Ответчиком предъявлен встречный иск о признании страхования недействительным, незаключенным, в обоснование встречных требований истец указывает, что бланк договора страхования (полиса) до заключения договора был похищен неустановленным лицом, страховая премия в ПАО СК «Росгосстрах» не поступала, в связи с чем у ответчика отсутствовала обязанность по выплате истцу страхового возмещения, а договор страхования является недействительным.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске, против удовлетворения встречных требований возражал, пояснив, что истец, заключая договор страхования, не мог предположить, что бланк договора имеет статус недействительного, при том, сто информации в открытых источниках о недействительности указанного бланка не имелось.

Представитель ответчика в удовлетворении требований истца просил отказать, настаивала на удовлетворении встречных требований по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 1 статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии с требованиями статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора страхования.

Договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (пункт 2 статьи 434) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В силу статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, неисполнение стороной в договоре встречной однородной обязанности освобождает от исполнения встречных обязательств другую сторону договора.

Моментом уплаты страховой премии является поступление денежных средств на расчетный счет страховщика либо внесение денежных средств в кассу страховщика (его представителя).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО3 является собственником автомобиля Вольво FM13, идентификационный номер (VIN) № 0, государственный регистрационный знак № 0.

18 декабря 2018 года оформлен договор добровольного страхования транспортного средства - Вольво FM13, идентификационный номер (VIN) № 0, государственный регистрационный знак № 0, бланк договора СБ 78 № 0, период действия договора с 14 часов 00 минут 18 декабря 2018 года по 24 часа 00 минут 17 декабря 2019 года. Страховая премия составила 114 250 рублей, оплачена истцом 18 декабря, о чем ему выдана квитанция серия 7002 № 0 (т.1 л.д. 135, 136).

27 декабря 2018 года произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобилю Вольво FM13, государственный регистрационный знак № 0 причинены механические повреждения.

16 января 2019 года ФИО3 обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения, предоставив необходимые документы.

23 января 2019 года ответчик уведомил истца о невозможности выплаты страхового возмещения, поскольку договор страхования между сторонами не заключался, страховая премия истцом не уплачивалась, бланк договора был похищен до наступления страхового случая, в связи с чем обязанность по выплате страхового возмещения у страховщика отсутствует.

С целью определения размера страхового возмещения истец обратился к ИП ФИО4, согласно заключению которого (выполнено 8 февраля 2019 года) стоимость восстановительного ремонта автомобиля Вольво FM13, идентификационный номер (VIN) № 0, государственный регистрационный знак № 0, составила 3 919 911 рублей (т. 1 л.д. 13).

Не согласившись со стоимостью восстановительного ремонта автомобиля, ответчиком заявлено ходатайство о назначении по делу экспертизы для определения стоимости восстановительного ремонта.

Определением суда от 21 ноября 2019 года назначена автотовароведческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Центр судебной экспертизы».

Согласно заключению эксперта, выполненного ООО «Центр судебной экспертизы», стоимость восстановительного ремонта автомобиля Вольво FM13, идентификационный номер (VIN) № 0, государственный регистрационный знак № 0, составляет 2 317 300 рублей, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля превышает 65% его рыночной стоимости, стоимость годных остатков по состоянию на дату дорожно-транспортного происшествия составляет 267 300 рублей (т.1 л.д. 165).

В ходе рассмотрения дела судом также установлено, что 14 марта 2016 года ПАО СК «Росгосстрах» по факту утраты бланков строгой отчетности агентом ФИО5 принято решение о списании бланков, согласно реестра утраченных бланков, как украденных, по указанным обстоятельствам ответчик обратился в УВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга, заявление было принято и зарегистрировано в книге учета сообщений о преступлениях за № 0 25 ноября 2015 года (КУСП № 0).

В указанном реестре имеется указание в том числе на хищение бланка полиса СБ № 0 (т.1 л.д. 206).

Указанный полис был выдан 9 июля 2015 года ФИО5, что подтверждается актом приема-передачи № 0 (т.1 л.д. 210).

Из представленного ответчиком скриншота с сайта ПАО СК «Росгосстрах» следует, что на сайте ответчика при проверке бланка строгой отчетности имеется информация о том, что бланк СБ № 0 числится в базе данных утраченных БСО, дата утраты – 14 марта 2016 года, дата загрузки информации – 20 апреля 2016 года в 15 часов 03 минуты, статус - украден.

В ходе рассмотрения дела судом по ходатайству представителя ответчика была назначена техническая экспертиза документов для определения соответствия дате фактического заполнения бланков полиса и квитанции, указанной в ней дате.

Согласно заключению № 0 выполненному экспертом ООО «Центр судебных экспертиз Северо-Западного округа» 9 марта 2021 года, установить, соответствует ли дата фактического рукописного заполнения полиса СБ78 № 0 от 18 декабря 2018 года и квитанции № 0 № 0, указанной в ней дате не представляется возможным, как и не представляется возможным установить входит ли дата фактического заполнения указанных документов в период времени после 27 декабря 2018 года (т.2 л.д. 95).

Разрешая по существу встречные требования ПАО СК «Росгосстрах», суд учитывает то обстоятельство, что на представленном истцом бланке договора добровольного страхования СБ78 № 0 содержится две печати от имени страховщика, носящие противоречивый характер в части указания подразделения ответчика, заключившего договора страхования, а именно содержится указание на принадлежность одной печати, используемой филиалом в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, вторая печать – с указанием на Московскую область, при этом вторая печать не соответствует той печати, которая проставлена на бланке квитанции о получении денежных средств, также ни полис, ни квитанция не содержат сведений о представителе страховщика.

Указанные противоречия не могли не быть установлены истцом при заключении договора страхования и не могли не вызвать обоснованные сомнения в выданных ему документах.

Согласно пункту 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 настоящего Кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

Суд полагает необходимым применить по аналогии разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», из которых следует, что в случае хищения бланков страховых полисов страховая организация освобождается от выплаты страхового возмещения только при условии, что до даты наступления страхового случая страховщик обратился в уполномоченные органы с заявлением о хищении бланков.

Учитывая, что задолго до наступления страхового случая, а именно – 25 ноября 2015 года, страховщик обратился в уполномоченные органы с заявлением о хищении, в том числе бланка СБ78 № 0, указанные обстоятельства достоверно подтверждаются материалами дела, доводы ответчика о том, что между сторонами договор добровольного страхования заключен не был, суд признает обоснованными.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии между сторонами договорных отношений и обязательств, в связи с чем ПАО СК «Росгосстрах» не может быть привлечено к исполнению договорных обязательств страховщика по договору страхования, возникшему на основании утраченного полиса, не выдававшегося ответчиком истцу, при том, что иных доказательств, подтверждающих наличие договорных отношений с ПАО СК «Росгосстрах» истцом ФИО3 не представлено.

С учетом изложенного, суд удовлетворяет встречные требования ПАО СК «Росгосстрах» и признает договор добровольного страхования транспортного средства - бланк серии СБ 78 № 0, заключенный 18 декабря 2018 года между ФИО3 и ПАО СК «Росгосстрах» недействительным.

При таких обстоятельствах, основания для удовлетворения требований ФИО3 о взыскании страхового возмещения в размере 2 200 000 рублей, расходов по оплате за составление заключения в размере 15 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей отсутствуют.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ суд взыскивает с истца в пользу ответчика расходы по оплате экспертизы в сумме 103 600 рублей, факт оплаты экспертизы подтвержден платежным поручением № 0 от 27 января 2021 года.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным договор добровольного страхования транспортного средства - бланк серии СБ 78 № 0, заключенный 18 декабря 2018 года между ФИО3 и ПАО СК «Росгосстрах».

В удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ПАО СК «Росгосстрах» расходы по оплате производства экспертизы в размере 103 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья