Апелляционное определение № 33-3827/2026 от 3 марта 2026 г.

УИД: 61RS0022-01-2025-000014-32

Судья Гриценко Ю.А. дело № 33-3827/2026

дело № 2-1245/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

4 марта 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующего Джагрунова А.А.,

судей Минасян O.K., Филиппова А.Е.,

при секретаре Туаевой Д.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО "Завод кристалл" в лице конкурсного управляющего ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 11 ноября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Минасян О.К., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском к ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2, ФИО3, в обоснование которого указала, что ее супруг - ФИО8 25.11.2019 заключил с ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2, договор купли-продажи следующего имущества: корпус № 6, литер Б, 1 этаж, Литер Б2, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, корпус № 6, назначение нежилое, площадь общая 2704,3 кв.м; литер Б, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, стоимостью 24 001 536 рублей; корпус № 6, назначение нежилое, площадь 834,6 кв.м., этаж антресоль, литер Б, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, стоимостью 2 056 830,20 рублей; корпус № 6, литер Б1, 2 этаж, площадь 810 кв.м., кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, стоимостью 2 570 940 рублей; нежилое здание-котельная, литер Ю, литер Ю1 (пристройка), литер Ю2 (пристройка) общей площадью 518,6 кв.м., кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, стоимостью 2 535 565,05 рублей, расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

В указанных помещениях находились краны мостовые и кран-балки, не предусмотренные в качестве предмета купли-продажи условиями вышеназванного договора. Данные краны выделены в отдельное имущество и реализованы конкурсным управляющим после заключения договора купли-продажи зданий третьему лицу - ФИО3 на основании договора купли-продажи имущества от 30.01.2020.

В состав имущества, проданного конкурсным управляющим ФИО2 ФИО3, входят краны мостовые в количестве 6 штук и кран-балки в количестве 2 штук. Совместно с указанными кранами и кран-балками по договору купли-продажи от 30.01.2020 ответчиком переданы ФИО3 крановые надземные рельсовые пути, находящиеся в корпусе № 6 литер «Б», «Б2».

При демонтаже и вывозе принадлежащего ФИО3 оборудования зданию корпус № 6 литер «Б», «Б2» кадастровый НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН нанесен существенный ущерб, выраженный в разрушении внутренних стен, что послужило поводом обращения истца в экспертную организацию для определения размера ущерба.

Вместе с тем, перед экспертом поставлен вопрос о возможности демонтажа надземных рельсовых путей мостовых кранов и кран-балок.

По результатам проведенных экспертом Межрегионального центра судебных экспертиз и оценки, а также судебной строительно-технической экспертизы, проведенной в рамках рассмотрения гражданского дела № 2-7/2022, выявлена невозможность демонтажа надземных рельсовых путей мостовых кранов и кран- балок без причинения ущерба зданию корпуса № 6 литер «Б», «Б2», кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН.

Кроме того, специалист пришел к выводу, что демонтаж надземных рельсовых путей мостовых кранов и кран-балок возможно приведет к полному разрушению строения и невозможен без разработки и утверждения проектной документации. Подкрановые балки не являются составными частями мостового крана и крановых рельсовых путей, их демонтаж привел к нарушению целостности несущих конструкций, изменению конструктивной схемы здания, к снижению несущей способности конструкций.

По мнению истца, заключая договор купли-продажи оборудования ООО «Завод Кристалл», конкурсный управляющий ФИО2 и ФИО3 не могли не осознавать, что продается, во-первых, движимое имущество, а во-вторых, что данное движимое имущество расположено в здании завода, которое принадлежит на праве собственности другому лицу.

Следовательно, действия конкурсного управляющего ФИО2, направленные на продажу третьим лицам подкрановых балок, находящихся в корпусе № 6 литер «Б», «Б2» кадастровый НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, нарушают права добросовестного покупателя и наносят ему несоразмерный материальный ущерб. Кроме того, демонтаж подкрановых балок может привести к полному обрушению здания, что лишает истца возможности использования приобретенного имущества по прямому назначению.

Истец считает, что ущерб, который она оценивает в 150 000 рублей, причиненный действиями ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2, подлежит возмещению в полном объеме, и включает в себя не только фактически понесенные расходы, но и те расходы, которые предстоит понести для восстановления нарушенного права.

После получения результатов строительно-технической экспертизы, истцом, в порядке ст. 39 ГПК РФ были изменены исковые требования.

20.03.2020 года между ФИО8 и ФИО4 был заключен предварительный договор купли-продажи спорного имущества, стоимость которого составила 120 000 000 рублей.

ФИО8 ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА. умер. Истец ФИО1 является наследником ФИО8

23.12.2023 между ФИО1, ФИО5 и ФИО9 был заключен договор купли-продажи вышеуказанного имущества (на основании предварительного договора), однако вследствие того, что при выполнении работ по демонтажу кранов, подкрановых балок в интересах ФИО3, причинен ущерб зданию, стоимость вышеуказанного недвижимого имущества существенно снизилась - до 84 000 000 рублей.

На основании изложенного, в порядке ст. 39 ГПК РФ истец просила суд взыскать солидарно с ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1 причиненный ущерб в размере 32 812 790,42 рублей.

Определением Таганрогского городского суда Ростовской области от 11 ноября 2025 г. производство по иску ФИО1 к ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба прекращено в части требований, заявленных к ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2

Решением Таганрогского городского суда Ростовской области от 11 ноября 2025 г. исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, ФИО1 подала апелляционную жалобу, в которой просила данное решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО1 повторно ссылается на доводы и обстоятельства, приведенные в исковом заявлении, выражает несогласие с постановленным решением.

Считает, что выводы суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности основаны на неверном толковании норм материального права, полагает, что срок исковой давности должен исчисляться со дня осведомленности истца (заявителя) о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя, то есть с момента возможности их точного определения и расчета. Полагает, что срок исковой давности подлежит исчислению со дня вступления в законную силу решения суда по делу № 2-7/2022 о запрете демонтажа оборудования.

По мнению апеллянта, решение суда не соответствует требованиям законности и обоснованности, так как судом не применены соответствующие нормы материального права, регулирующие ответственность за причиненный вред и возмещение причиненных убытков.

Автор жалобы считает, что выводы суда о том, что действиями ФИО3 не был причинен вред имуществу ФИО1 и не установлено, кем и когда были произведены работы по демонтажу мостового крана и кран-балок, противоречат материалам дела. Отмечает, что ФИО3 не оспаривался тот факт, что по его заданию и в его интересах производились работы по демонтажу мостового крана и кран-балок. Ссылаясь на выводы судебной экспертизы, проведенной в рамках гражданского дела № 2-7/2022, считает, что суд первой инстанции своими выводами необоснованно подменил выводы экспертных заключений. Отмечает, что ФИО3 не предоставлено доказательств того, что работы по демонтажу кранов и котлов производились не по его заданию и не в его интересах.

Апеллянт выражает несогласие с выводом суда о том, что полномочия конкурсного управляющего ФИО2 прекратились 27.07.2021, и он является ненадлежащим ответчиком, ссылаясь на положения п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве, полагает, что арбитражный управляющий обязан возместить убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда. Отмечает, что продавая котельную как здание, котлы и оборудование по отдельности, арбитражный управляющий не мог не понимать, что в дальнейшем данное помещение не сможет быть использовано по его назначению. При этом, по мнению апеллянта, котельная относится к социально значимым объектам.

Также автор жалобы указывает о нарушении судом первой инстанции принципа равноправия сторон, поскольку доказательства, представленные истцом, были фактически проигнорированы судом.

На апелляционную жалобу ФИО3 поданы возражения, в которых содержится просьба оставить решение суда без изменения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции явился ответчик ФИО3, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом применительно к положениям ст. ст. 113, 117, 167 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ, а также путем публикации сведений о движении дела на официальном сайте Ростовского областного суда, сведений об уважительных причинах неявки не сообщили, каких-либо доказательств наличия уважительных причин неявки в судебное заседание не представили, своих представителей в судебное заседание не направили.

До начала судебного заседания от ФИО1 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, в обоснование которого указано, что она не имеет возможности явиться в судебное заседание в указанную дату без необходимого сопровождения в силу возраста, а ее представитель ФИО6 не может явиться в судебное заседание по причине болезни. К ходатайству об отложении судебного заседания ФИО1 приложен листок нетрудоспособности представителя.

В удовлетворении указанного ходатайства ФИО1 об отложении разбирательства судебной коллегий отказано, поскольку надлежащих доказательств, подтверждающих невозможность явки апеллянта в судебное заседание лично либо направления иного представителя не представлено.

Приложенные к ходатайству сведения об открытии больничного листа не подтверждают невозможность явки ФИО1, либо ее представителя в судебное заседание суда апелляционной инстанции в назначенное время, и не подтверждает наличие у представителя, которому установлен амбулаторный режим по заболеванию, препятствий для участия в судебном заседании, в отсутствие иных доказательств невозможности явки стороны в судебное заседание по состоянию здоровья.

При этом неявка представителя истца по причине болезни в соответствии со ст. ст. 167, 169 ГПК РФ не является безусловным основанием к отложению дела. Указанное обстоятельство не свидетельствует о невозможности участия в деле самого истца или другого представителя. При этом следует отметить, что согласно приложенной к ходатайству копии доверенности, выданной от имени лица, интересы которого представляет ФИО6, следует, что он является не единственным представителем истца.

Судебная коллегия также принимает во внимание необходимость соблюдения судом разумных сроков рассмотрения дела, отсутствие предусмотренных ст. 167 ГПК РФ безусловных оснований для отложения разбирательства дела, а также то, что ФИО1 выразила свою позицию по делу, новых доказательств к жалобе не приложено, она имела возможность обеспечить явку своего представителя, причин невозможности явки иного представителя в судебное заседание не представлено. Судебная коллегия считает заявленное ходатайство об отложении судебного заседания направленным на затягивание рассмотрения дела.

При таких обстоятельствах судебная коллегия признает возможным рассмотрение апелляционной жалобы в отсутствие неявившихся участвующих в деле лиц, в соответствии с положениями ст. ст. 167, 327 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выслушав пояснения ответчика ФИО3, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены решения суда первой инстанции, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями действующего законодательства.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО8 являлся собственником нежилого помещения корпус № 6 АБК общей площадью 4988,5 кв.м., расположенным по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН (кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН право которого возникло на основании договора купли-продажи имущества от 25.11.2019, заключенного с ООО «Завод Кристалл» в лице Конкурсного управляющего ФИО2, действующего на основании решения Арбитражного суда Ростовской области от 29.01.2019 по делу № А53-14757/18, право зарегистрировано в ЕГРН 30.12.2019.

25.11.2019 между ФИО8 и ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2 заключен договор купли-продажи в отношении: корпуса № 6, литер «Б», 1 этаж, комнаты 1, 2, 3б, 5, 6, 15, 25, 26, 27, 18, 29, 30, 31, 32; литер «Б1», 1 этаж, комнаты 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78; литер «Б2», 1 этаж, комнаты 79, 80, 81, 82, 83, 84, площадь общая 4988,5 кв.м., кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН. Корпус № 6, назначение нежилое, площадь общая 2704,3 кв.м., номера на поэтажном плане 2а, 2б, 3, 3а, 4, 7, 8, 10, 11, 12, 13, 14, 15а, 15б, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25а, 28, этаж 1, литер «Б», кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, стоимостью 24 001 536 рублей; Корпус № 6, назначение нежилое, площадь 834,6 кв.м., номера на поэтажном плане 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, этаж антресоль, литер «Б», кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, стоимостью 2 056 830,20 рублей; Корпус № 6, литер «Б1», 2 этаж, комнаты 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, площадь 810 кв.м., кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, стоимостью 2 570 940 рублей; нежилое здание – котельная литер «Ю», литер «Ю1» (пристройка), литер «Ю2» (пристройка), общей площадью 518,6 кв.м., кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, стоимостью 2 535 565,05 рублей, по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

Согласно свидетельству о смерти IV НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, ФИО8 умер ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА

Наследниками после смерти ФИО8 являлись его супруга ФИО1 и дочь ФИО5, что следует из сведений представленных нотариусом ФИО11

Согласно договору купли-продажи имущества от 25.12.2023 между ФИО1 и ФИО5 (продавцы), с одной стороны, и ФИО4 (покупатель), с другой стороны, заключен договор купли-продажи имущества: нежилого помещения площадью 2704,3 кв.м, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, нежилого помещения площадью 834,6 кв.м, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН,нежилого помещения площадью 4 988,5 кв.м, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, нежилого помещения площадью 810,0 кв.м, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, нежилого здания - котельная площадью 518,6 кв.м, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН.

Согласно пункту 4.1. договора купли-продажи имущества от 25.12.2023 передача имущества продавцом и принятие его покупателем осуществляется по соответствующему акту приема-передачи, подписанному сторонами.

Согласно пункту 4.2. договора купли-продажи имущества от 25.12.2023, со дня подписания акта приема-передачи покупателем ответственность за сохранность имущества, равно как и риск его случайной порчи и гибели несет покупатель.

25.12.2023 продавцами и покупателем был составлен и подписан акт приема-передачи к договору купли-продажи имущества от 25.12.2023.

Пунктом 4 акта приема-передачи к договору купли-продажи имущества от 25.12.2023 установлено, что покупатель ознакомился с фактическим состоянием продаваемого имущества, претензий не имеет.

Таким образом, на момент заключения договора купли-продажи имущества от 25.12.2023 и подписания акта приема-передачи к договору купли-продажи имущества от 25.12.2023, спорное имущество находилось в исправном техническом состоянии, соответствовало своему целевому назначению.

В последствии, 09.07.2024 между ФИО4 и ФИО7 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества и земельного участка, согласно которому в собственность ФИО7 перешли земельный участок площадью 12 432 кв.м, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, и недвижимое имущество, расположенное на указанном земельном участке: нежилое здание, корпус № 6, общая площадь: 9 927,9 кв.м, количество этажей 3, в том числе подземных 1, кадастровый номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕНв его составе помещения с кадастровыми номерами: НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН), адрес: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН

На момент заключения договор купли-продажи недвижимого имущества и земельного участка от 09.07.2024, имущество продолжало находиться в исправном техническом состоянии, претензий к нему со стороны покупателя заявлено не было.

Из договора купли-продажи имущества от 31.01.2020, заключенного между ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2, действующего на основании решения Арбитражного суда Ростовской области от 29.01.2019 по делу № А53-14757/18, и ФИО3 следует, что ФИО3 приобретено имущество, указанное в Спецификации № 1 (Приложение № 1 к настоящему договору), в том числе, кран мостовой, в том числе, пути рельсовые крановые надземные (п. 23), кран мостовой, в том числе, пути рельсовые крановые надземные (п. 24), кран мостовой, в том числе, пути рельсовые крановые надземные (п. 25), кран мостовой, в том числе, пути рельсовые крановые надземные (п. 26), кран мостовой, в том числе, пути рельсовые крановые надземные (п. 27), кран-балка, в том числе, пути рельсовые крановые надземные (п. 28), расположенные по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН

В соответствии с Приложением № 3 к договору купли-продажи от 31.01.2020 стороны договора уточнили Приложение № 1 к договору купли-продажи от 31.01.2020: краны мостовые (шесть штук), в том числе пути рельсовые крановые надземные (включающие в себя 54 подкрановые рельсы, 54 подкрановые балки и вспомогательные крепежные элементы) указаны в п. 4, 23, 24, 25, 26, 27, Приложение № 1 к договору купли-продажи от 31.01.2020 года. Устройство кранового пути мостового крана: рельсовый путь мостового крана состоит из основных и вспомогательных элементов. Основными элементами пути являются рельсы и подкрановые балки. К вспомогательным элементам относятся подрельсовая постель, детали крепления рельсов к подкрановым балкам и балок к колоннам (перекрытиям) строительной конструкции, а также концевые упоры и отклоняющие линейки.

Из материалов дела № 2-7/2022, обозреваемого в судебном заседании, следует, что в октябре 2020 года ФИО1 обратилась в суд с требованиями к ООО «Завод Кристалл», в лице конкурсного управляющего ФИО2 о запрете совершения действий по демонтажу мостовых кранов и кран-балок, крановых надземных рельсовых путей, ссылаясь на то, что при демонтаже и вывозе, принадлежащего ФИО3 оборудования, зданию корпуса № 6 литер «Б, Б2» нанесен существенный ущерб, выраженный в разрушении внутренних стен. Полагала, что демонтаж надземных рельсовых путей мостовых кранов и кран-балок возможно приведет к полному разрушению строения и невозможен без разработки и утверждения проектной документации.

21.04.2021 ФИО3 обратился в суд с иском об истребовании своего имущества, указав на наличие препятствий со стороны ФИО1 во владении и пользовании принадлежащим ему имуществом путем не допуска в здание корпуса № 6 литер «Б, Б2», что делает невозможным вывоз демонтированного крана мостового грузоподъемностью до 10 тонн с подъемной тележкой (в сборе), а также не демонтированного крана мостового грузоподъемностью до 10 тонн (без тележки) с оборудованием: 4 подкрановые балки с рельсовыми путями и крепежом.

Решением Таганрогского городского суда от 24.03.2022 по делу № 2-7/2022, исковые требования ФИО1 к ООО «Завод Кристалл», в лице конкурсного управляющего ФИО2, о запрете совершения действий по демонтажу мостовых кранов и кран-балок, крановых надземных рельсовых путей, оставлены без удовлетворения.

Исковые требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора,- ФИО3 к ФИО1 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, удовлетворены, из незаконного владения ФИО1 истребованы демонтированный кран мостовой грузоподъемностью до 10 тонн с подъемной тележкой (в сборе), не демонтированный кран мостовой грузоподъемностью до 10 тонн (без тележки), с оборудованием: четыре подкрановые балки с рельсовыми путями и крепежом, находящиеся в здании корпуса № 6 литер «Б, Б2» по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. Решение вступило в законную силу 23.08.2022.

Разрешая исковые требования по настоящему делу, оценив доводы и возражения сторон по правилам статей 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениям статей 15, 210, 1064 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.05.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», учитывая вступившие в законную силу судебные акты при рассмотрении дел № 2-7/2022 и № 2-2461/20, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований о взыскании ущерба, поскольку в ходе судебного разбирательства не установлено обстоятельств, подтверждающих их правомерность: истцом не доказано наличие у нее права собственности на спорное имущество, не доказан факт причинения ущерба принадлежащему имуществу в результате незаконных (противоправных) действий ответчиков, не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и причинением ущерба.

При этом суд пришел к выводу, что суммы, отыскиваемые истцом, не являются убытками, причиненными непосредственными действиями ответчиков, а также не были нацелены на восстановление нарушенного действиями ответчиков права. Суд посчитал, что истцом не доказана совокупность условий, при которых убытки подлежат взысканию с ответчиков, а также отметил, что нормами действующего законодательства не предусмотрено право бывшего собственника имущества предъявлять требования о возмещении ущерба, причинённого ранее принадлежавшему ему имуществу, если этот вред этому имуществу был причинен после утраты права собственности на имущество.

При этом суд первой инстанции указал, что на момент заключения договора купли-продажи имущества от 25.12.2023 между ФИО1, ФИО5 и ФИО4 (момент выбытия имущества из собственности истца), работы по демонтажу мостового крана и кран-балок выполнены не были, поэтому, работы по их демонтажу не могли причинить ущерб спорному имуществу, в связи с чем, вина ответчиков в причинении вреда имуществу истцом не доказана.

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что от ФИО5 заявлений о причинении ущерба принадлежащего ? доле ее имущества не поступало.

Отклоняя доводы истца о том, что ответчик - конкурсный управляющий ООО «Завод Кристалл» ФИО2 является солидарным ответчиком, суд указал, что полномочия конкурсного управляющего ООО «Завод Кристалл» ФИО2 прекратились 27.07.2021, с даты завершения конкурсного производства, в связи с чем, производство в части заявленных требований к ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2 прекратил.

Кроме того, руководствуясь положениями ст.ст. 196, 200 ГК РФ, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», суд первой инстанции исходил из того, что ФИО1 как собственник нежилых помещений должна была знать о своем нарушенном праве с сентября 2020 года, при этом она имела возможность предъявить исковые требования о возмещении ущерба, причиненного в результате демонтажа оборудования, однако в установленный законом срок этого не сделала, обратившись в суд с иском о возмещении ущерба только 09.01.2005, то есть за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, не повторяя их мотивов, поскольку они соответствуют установленным обстоятельствам дела, основаны на правильном применении и толковании норм материального права и исследованных судом доказательствах, оценка которых произведена по правилам статьи 67 ГПК РФ.

Доводы апеллянта о том, что решение суда является незаконным, необоснованным и вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, судебная коллегия отклоняет, поскольку согласиться с ними не может, своего объективного подтверждения данные доводы не нашли. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену судебного постановления, вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции допущено не было.

Мотивы, положенные судом в обоснование своих выводов обоснованы ссылками на подлежащие применению нормы материального права, которые правильно истолкованы судом применительно к установленным обстоятельствам дела, и на представленные сторонами доказательства, которым судом дана оценка в их совокупности в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ.

Приведенные апеллянтом доводы о наличии оснований для удовлетворения заявленных им требований с учетом представленных доказательств, подтверждающих их обоснованность, доводы о несогласии с выводами суда, а также все приведенные в апелляционной жалобы в их обоснование ссылки и объяснения, судебной коллегия были исследованы и проанализированы, однако подтверждения не нашли, поскольку все они, как каждый в отдельности, так и вместе в своей совокупности не опровергают правильные выводы суда, и не позволяет сделать вывод о наличии оснований для удовлетворения требований истца.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

В силу ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Понятие убытков раскрывается в статье 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для удовлетворения иска о взыскании убытков необходимо доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к названному виду гражданско-правовой ответственности, а именно: нарушение ответчиком взятых на себя обязательств, размер понесенных истцом убытков и причинно-следственную связь между действиями ответчика и полученными истцом убытками.

Недоказанность одного из элементов является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать совокупность таких обстоятельств: наличие у него законных прав или интересов, факт нарушения имеющихся у него законных прав или интересов, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Таким образом, из смысла данных правовых норм следует, что для наступления деликтной ответственности необходимо наличие по общему правилу в совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность причинителя вреда, причинная связь между действиями причинителя вреда и наступившими вредными последствиями, вина причинителя вреда. При этом истец обязан доказать факт причинения вреда конкретным лицом, размер убытков, а ответчик - отсутствие вины.

При таких обстоятельствах обязанностью суда, предусмотренной действующим законодательством, является выяснение действительных обстоятельств дела, а именно: установление факта причинения ущерба, лица, виновного в таковом ущербе, факта причинения вреда имуществу истца, и его оценки в материальном выражении, что судом первой инстанции выполнено.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При рассмотрении дела суд исходит из допустимости любых видов доказательств, указанных в ч. 1 ст. 55 ГПК РФ.

В силу положений ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из материалов дела усматривается, что вступившим в законную силу решением Таганрогского городского суда от 24.03.2022 по делу № 2-7/2022, исковые требования ФИО1. к ООО «Завод Кристалл», в лице конкурсного управляющего ФИО2, о запрете совершения действий по демонтажу мостовых кранов и кран-балок, крановых надземных рельсовых путей, оставлены без удовлетворения.

Исковые требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора ФИО3 к ФИО1 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, удовлетворены, из незаконного владения ФИО1 истребованы демонтированный кран мостовой грузоподъемностью до 10 тонн с подъемной тележкой (в сборе), не демонтированный кран мостовой грузоподъемностью до 10 тонн (без тележки), с оборудованием: четыре подкрановые балки с рельсовыми путями и крепежом, находящиеся в здании корпуса № 6 литер «Б, Б2» по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

Вышеуказанным решением суда установлено наличие законных оснований для удовлетворения требований ФИО3 и отсутствие оснований для удовлетворения требований ФИО10 заявленные к ответчику ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2, который не являлся собственником спорных объектов: мостовых кранов и кран-балок, крановых надземных рельсовых путей, с учетом выводов эксперта относительно возможности демонтажа указанных объектов, а также наличия у ФИО3 права собственности на указанные объекты.

При этом, судом первой инстанции не приняты во внимание и отклонены выводы заключения судебной экспертизы в части подкрановых балок, которые, по мнению эксперта, являются неотделимой частью нежилого помещения № 6 АБК площадью 4988,5 кв.м, расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, поскольку данные выводы сделаны экспертом без надлежащего изучения технических документов, а поскольку имущество, переданное ФИО3 по договору купли-продажи от 31 января 2020 года находится на земельном участке возле здания корпуса № 6 литер «Б, Б2» и в здании корпуса № 6 литер «Б, Б2», по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, доступ к которому ограничен действиями ФИО1, суд пришел к выводу об истребовании спорного имущества из незаконного владения ФИО1

Доводы ФИО1 о том, что при демонтаже и вывозе принадлежащего ФИО3 оборудования Зданию корпуса № 6 литер «Б, Б2» нанесен существенный ущерб, выраженный в разрушении внутренних стен, судом обоснованно отклонен в виду не предоставления относимых и допустимых доказательств неправомерности таких действий и причинения ущерба собственнику строения.

В виду отказа ФИО1 от добровольного исполнения решения о передаче имущества ФИО3, последний предъявил в Таганрогский ГОСП УФССП России по Ростовской области исполнительный лист на принудительное исполнение решения Таганрогского городского суда по делу № 2-7/2022.

Также определением Таганрогского городского суда от 19.10.2020 по гражданскому делу № 2-2461/20 по иску ФИО3 к ООО «Техстройцентр», ФИО1, ФИО5 об истребовании имущества из чужого незаконного владения утверждено мировое соглашение о принадлежности оборудования нежилого здания котельной по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН ФИО3

Таким образом, заявленные в настоящее время требования ФИО1 о взыскании с ответчиков ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2, ФИО3 в ее пользу причиненного ущерба в результате демонтажа оборудования непосредственно связаны с обстоятельствами, установленными при рассмотрении дел № 2-7/2022 и № 2-2461/20.

Таганрогским ГОСП ГУФССП России по Ростовской области 06.04.2023г. было возбуждено исполнительное производство НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-ИП, на основании исполнительного листа ФС НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 22.03.2023, выданного Таганрогским городским судом, по делу №2-7/2022, об истребовании из незаконного владения ФИО1 демонтированный кран мостовой грузоподъемностью до 10 тонн с подъемной тележкой (в сборе), демонтированный кран мостовой грузоподъемностью до 10 тонн (без тележки), с оборудованием: четыре подкарановые балки с рельсовыми путями и крепежом, находящиеся в здании корпуса №6 литер «Б», «Б2» по адресу АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, в отношении должника: ФИО1, в пользу взыскателя ФИО3

В ходе принудительного исполнения решения 11.08.2023 судебному приставу-исполнителю поступило заявление должника ФИО1 о том, что она не препятствует исполнению решения суда, однако просит привлечь специализированную организацию для проведения работ по демонтажу мостовых кранов и кран-балок, а также разработки и ознакомления ее с планом производства работ по данному демонтажу, т.к. для проведения демонтажа мостовых кранов, разработка проекта производства работ является обязательным условием для дальнейших работ.

22.08.2023 заявление должника ФИО1 от 11.08.2023 было удовлетворено судебным приставом-исполнителем, о чем вынесено соответствующее постановление, согласно которому судебный пристав-исполнитель постановил о необходимости привлечения специалиста для разработки проекта производства работ по демонтажу мостового крана и кран-балок, с целью исполнения требований исполнительного документа.

Судебным приставом-исполнителем в адрес ООО «Ремкрансервис», ООО «Приазовский технический центр», ООО «Северо-Кавказский экспертный центр» и ООО «ЭКЦ «Дедал» были направлены запросы о возможности данных организаций разработать проект производства работ по демонтажу крана мостового, а также стоимости данных услуг.

06.12.2023 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об участии в исполнительном производстве специалиста ООО «Северо-Кавказский экспертный центр», с целью проведения комплексного обследования мостовых кранов и крановых путей, подготовки необходимого заключения по состоянию мостовых кранов и ездовых балок (крановые балки) и возможности их демонтажа, для последующей разработки ППР (ППРК).

Таким образом, на момент заключения договора купли-продажи имущества от 25.12.2023 между ФИО1 и ФИО5 и ФИО4 (момент выбытия имущества из собственности истицы), работы по демонтажу мостового крана и кран-балок выполнены не были, поэтому работы по их демонтажу не могли причинить ущерб спорному имуществу, в связи с чем, вина ответчиков в причинении вреда имуществу ФИО1 не доказана.

Кроме того, как следует из пояснений стороны ответчика ФИО3, краны, приобретенные по договору купли-продажи 30.01.2020 были демонтированы им в сентябре 2020 года, что послужило основанием для обращения ФИО1 в суд с иском о запрете демонтажа 15.10.2020 (т.1 л.д. 4, дело 2-7/2022).

Однако истцом не представлено доказательств, что им принимались меры по фиксации повреждений в результате демонтажа оборудования ФИО3 в сентябре 2020 года. Акты осмотра с отображением причиненных повреждений отсутствуют. Обращения в правоохранительные органы по поводу незаконных, по мнению истца, действий ФИО3 отсутствуют.

На момент осмотра цеха экспертом в июле 2025 в нем произведены ремонтные работы, в результате которых стены и внутренняя планировка цеха полностью изменены.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, повреждения, причиненные действиями ФИО3 в результате демонтажа оборудования, не подтверждены.

Кроме того, истцом и его наследодателем как собственниками нежилых помещений не оформлялась техническая документация о техническом состоянии принадлежащего им имущества корпуса литер Б, котельной литера Ю. Представленный технический паспорт, подготовленный по итогам инвентаризации 14.04.2000 не может объективно отражать состояние помещений на момент приобретения в 2019-2020 годах.

В передаточном акте к договору купли-продажи имущества от 25.11.2019 (п. 4) указано, что покупатель ознакомился с фактическим состоянием продаваемого имущества, претензий не имеет. Данный акт не содержит сведений о техническом состоянии имущества на момент покупки.

Согласно п. 2.1 договору купли-продажи 25.11.2019 стоимость приобретенного ФИО8 имущества составила 31 164 871,25 рублей.

Из предварительного договора купли-продажи между ФИО4 и ФИО8 предполагаемая цена нежилых помещений цеха и котельной 120 000 000 рублей.

Вместе с тем, доказательств, подтверждающих несение затрат на улучшение имущества, либо иные факторы, влияющими на изменение стоимости имущества с 31 164 871,25 рублей до 120 000000 рублей, не представлено.

Согласно сведениям из ЕГРН, до 26.12.2023 года ФИО1 и ФИО5 в равных долях по ? доле каждая являлись собственниками нежилого помещения корпус № 6 по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

Истцом ФИО1 не указано в связи с чем, ею заявлены требования о взыскании ущерба, причиненного всему зданию, а не принадлежащей ей ? доли. От ФИО5 заявлений о причинении ущерба принадлежащей ? доле ее имущества не поступало.

Согласно договору купли-продажи имущества от 25.12.20023 ФИО1 и ФИО5 продали принадлежащие им нежилые помещения по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН ФИО4 за 84 000 000 рублей.

В настоящее время собственником нежилых помещений по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, с 16.07.2024 является ФИО7 на основании договора купли-продажи от 09.07.2024.

При этом судебная коллегия отмечает, что как на момент заключения договора купли-продажи имущества от 25.12.2023 и подписания акта приема-передачи к договору купли-продажи имущества от 25.12.2023, так и на момент заключения договора купли-продажи от 09.07.2024, спорное имущество находилось в исправном техническом состоянии, соответствовало своему целевому назначению.

При установленных обстоятельствах, не может быть признана доказанной противоправность действий ответчика в рассматриваемой ситуации, а необходимость расходов истца в связи с демонтажом принадлежащих ФИО3 подкрановых балок, находившихся в помещении, принадлежащем истцу, не может быть признана убытками в смысле ст. 15 ГК РФ, единственной и непосредственной причиной возникновения которых являются действия ответчика, на которые ссылался истец.

Таким образом, доказательств того, что ответчик ФИО3 является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, суду не представлено. Применительно к обстоятельствам данного дела прямая и непосредственная причинно-следственная связь между действиями ответчика и расходами, которые понес истец, отсутствует.

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с правильными выводами суда первой инстанции о том, что истцом не доказана совокупность условий, при которых убытки подлежат взысканию с ответчиков.

При этом нормами действующего законодательства не предусмотрено право бывшего собственника имущества предъявлять требования о возмещении ущерба, причинённого ранее принадлежавшему ему имуществу, если этот вред был причинен после утраты права собственности на имущество.

Вопреки позиции апеллянта, подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы о необоснованном прекращении производства по делу в части к ООО «Завод Кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2 и наличии оснований для солидарной ответственности двух ответчиков.

В силу п. 1 ст. 1080 Гражданского кодекса РФ солидарная ответственность лиц наступает при совместном причинении вреда. О совместном характере таких действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения.

Вместе с тем, оснований для привлечения ответчиков к солидарной ответственности судом первой инстанции не установлено, и указаний на такие обстоятельства не содержится и в апелляционной жалобе.

Ссылки апеллянта на положения п.4 ст.20.4 Закона о банкротстве подлежат отклонению по следующим основаниям.

Так, в силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная в названной норме закона, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" указано, что кредиторы и иные лица вправе обратиться с иском к арбитражному управляющему, если его неправомерными действиями им причинены убытки.

Вместе с тем, в материалы дела не представлен вступивший в законную силу судебный акт, которым был бы установлен факт причинения истцу убытков в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. При этом истец не лишен возможности при установлении данного обстоятельства (в том числе в рамках исполнительного производства) на обращение в арбитражный суд с соответствующими требованиями к конкурсному управляющему (в том числе и после того, как статус конкурсного управляющего был утрачен).

Поскольку материалы дела не содержат, а истцом в установленном гражданским и арбитражным процессуальным законодательством порядке не представлено доказательств, всей совокупности условий, необходимых для взыскания убытков с конкурсного управляющего в солидарном порядке, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе истцу в удовлетворении указанной части требований.

Кроме того, как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.01.2019 по делу № А53-14757/18 ООО «Завод Кристалл» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.08.2021 конкурсное производство в отношении должника ООО «Завод Кристалл» завершено.

Определение арбитражного суда о завершении конкурсного производства является основанием для внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи о ликвидации должника.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц 11.10.2021, ООО «Завод Кристалл» ликвидировано.

В соответствии с п. 2 ст. 127 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсный управляющий действует до даты завершения конкурсного производства.

Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» (п. 2) разъяснено – «В связи с этим следует иметь в виду, что в силу абз. 23 - 26 ст. 2, п. 2 и 6 ст. 83. ст. 123, п. 2 127. п. 1 ст. 129 и п. 4 ст. 159 Закона о банкротстве такие полномочия прекращаются с даты завершения конкурсного производства.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что полномочия конкурсного управляющего ООО «Завод Кристалл» ФИО2 прекратились 27.07.2021, в связи с чем, производство по делу в отношении ООО «Завод кристалл» в лице конкурсного управляющего ФИО2 прекратил.

Довод апелляционной жалобы о неверном исчислении судом срока исковой давности не свидетельствует о незаконности судебного постановления, поскольку основан на неверном толковании норм материального права, являлся предметом проверки суда первой инстанции, указанным доводам дана надлежащая оценка в оспариваемом судебном акте.

Руководствуясь положениями статей 195, 196, 199, 200 ГК РФ, приняв во внимание правовую позицию, изложенную в постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", определении Конституционного Суда РФ от 28.02.2019 N 339-0, от 29.09.2022 N 2368-0 и др., суд исходил из того, что применительно к спорным правоотношениям течение срока исковой давности по настоящему делу следует исчислять со дня, когда ФИО1 узнала или должна была узнать о нарушении принадлежащего ей права на возмещение ущерба и о том, кто является надлежащим ответчиком.

Как следует из материалов дела № 2-7/2022, в исковом заявлении ФИО1 указала, что «при демонтаже и вывозе принадлежащего ФИО3 имущества зданию корпуса № 6 нанесен существенный ущерб, выраженный в разрушении внутренних стен (дело № 2-7/2022, т.1 л.д. 5, абз.4); также к иску по настоящему делу истцом приложено Техническое заключение специалиста НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в котором указано, что в момент визуального обследования 11.09.2020 установлено, что при демонтаже оборудования были разрушены внутренние стены (т.1 л.д.14-76).

Таким образом, ФИО1 как собственник нежилых помещений должна была знать о своем нарушенном праве, как минимум с сентября 2020 года, при этом ФИО1, имея возможность предъявить исковые требования о возмещении ущерба, причиненного в результате демонтажа оборудования, в установленный законом срок исковой давности, этого не сделала, обратившись в суд с иском о возмещении ущерба только 09.01.2025, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности.

Тот факт, что ФИО1 было отказано в удовлетворении требований о запрете демонтажа оборудования в помещениях цеха № 6 и котельной, не может быть признан судом в качестве обоснования невозможности обращения ФИО1 в установленном порядке и установленные сроки за защитой своего нарушенного права о взыскании ущерба, поскольку данное обстоятельство объективно не могло явиться препятствием к защите нарушенного права.

Оснований для исчисления срока исковой давности со дня вступления в законную силу решения суда по делу № 2-7/2022 о запрете демонтажа оборудования, не имеется.

С учетом изложенного доводы жалобы о неверном исчислении судом срока исковой давности, также не свидетельствуют о незаконности судебного постановления.

Утверждение заявителя жалобы о нарушении судом первой инстанции принципа состязательности и равноправия сторон опровергается содержанием решения суда, в котором нашли отражение выводы суда по всем значимым для правильного разрешения спора обстоятельствам.

Иных доводов, нуждающихся в дополнительной проверке и опровергающих решение суда, апелляционная жалоба не содержит.

При изучении иных доводов апеллянта, приведенных в апелляционной жалобе, усматривается их тождественность доводам, заявленным в суде первой инстанции, которым в обжалуемом решении дана надлежащая правовая оценка с изложением конкретных мотивов принятия решения об отказе в удовлетворении требований истца. Доводы жалобы правильности выводов суда не опровергают.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия полагает, что доводы апелляционной жалобы основаны на формальном несогласии апеллянта с оценкой доказательств и обстоятельств, которую дал суд первой инстанции при вынесении решения, а потому не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, так как не опровергают вышеизложенных выводов и фактически направлены на переоценку выводов суда первой инстанции.

Судебная коллегия полагает, что правоотношения сторон и закон, подлежащий применению определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, подробно изложена в мотивировочной части решения, каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции, не имеется.

Исходя из изложенного оснований, предусмотренных положениями ст. 330 ГПК РФ, для отмены постановленного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 11 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 12.03.2026.