Приговор № 1-486/2018 от 8 октября 2018 г. по делу № 1-486/2018Именем Российской Федерации г.Улан-Удэ 09 октября 2018 года. Октябрьский районный суд г.Улан-Удэ Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Прокопенко М.Ю., с участием государственного обвинителя - помощника прокурора Октябрьского района г.Улан-Удэ Будаевой И.Г., подсудимого ФИО1, защитника-адвоката Мельниковой М.И., представившей удостоверение №, ордер №, потерпевших О. при секретарях Андриановой Л.Б., Алексеевой И.Н., Куницыне Е.В., Китасовой Н.М., рассмотрев единолично в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, , <данные изъяты> - обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч.2 ст.161, ч.1 ст.161, п.«в» ч.2 ст.161 УК РФ, 27 марта 2018 года около 18 часов ФИО1 находился на тротуаре, расположенном у северной стороны дома № по <адрес> вместе со своим знакомым О. В этот момент у ФИО1 из корыстных побуждений возник преступный умысел, направленный на открытое хищение денежных средств и имущества у О. С целью реализации своего преступного умысла ФИО1, находясь в это же время и в этом же месте, спросил у О. , имеются ли у последнего денежные средства, после чего О. продемонстрировал ФИО1 имевшуюся у него денежную купюру достоинством 500 рублей. 27 марта 2018 года около 18 часов ФИО1, находясь на тротуаре, расположенном у северной стороны дома № по <адрес>, понимая, что его действия являются очевидными для О. действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно выхватил из рук последнего указанные денежные средства, и открыто похитив, положил их в карман своей одежды. О. потребовал от ФИО1 вернуть похищенные у него денежные средства. ФИО1, находясь в указанное время в указанном месте, с целью удержания похищенных денег, действуя умышленно, не имея при себе какого-либо оружия, высказал в адрес О. угрозу применения насилия не опасного для жизни и здоровья: «Тише будь, ноги прострелю!», которую О. воспринял для себя как реальную угрозу применения насилия не опасного для жизни и здоровья. После чего около 18 часов 15 минут 27 марта 2018 года ФИО1 и О. на остановке общественного транспорта (далее ООТ) «<адрес> сели в неустановленный в ходе следствия автобус маршрута № и поехали в сторону ООТ «<данные изъяты>». Далее, продолжая реализацию преступного умысла, направленного на хищение имущества О. ФИО1, находясь в салоне вышеуказанного автобуса маршрута №, следовавшего в сторону ООТ «<данные изъяты>» по проезжей части <адрес> между ООТ «<данные изъяты>» и ООТ «<данные изъяты>», около 18 часов 25 минут 27 марта 2018 года, понимая, что его действия являются очевидными для О. действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно потребовал у О. передать ему имеющуюся при нем банковскую карту ПАО «Сбербанк». О. выполняя незаконное требование, против своей воли, находясь в указанное время в салоне вышеуказанного автобуса маршрута № на проезжей части <адрес> на расстоянии около 30 метров в юго-западном направлении от дома № по <адрес> передал ФИО1 открытую на его имя банковскую карту ПАО «Сбербанк», не представляющую материальной ценности, на счету которой отсутствовали денежные средства. После чего, ФИО1, действуя умышленно, открыто похитив принадлежащие О. деньги в сумме 500 рублей, а также банковскую карту ПАО «Сбербанк» не представляющую материальной ценности, вышел из автобуса и скрылся с места происшествия, получив реальную возможность распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив О. материальный ущерб на общую сумму 500 рублей. Кроме того, 28 марта 2018 года около 17 часов ФИО1 совместно со своим знакомым О. находился на пешеходном тротуаре на расстоянии 15 метров в южном направлении от дома № по <адрес>. В это время у ФИО1 из корыстных побуждений возник прямой преступный умысел, направленный на открытое хищение сотового телефона с зарядным устройством у О. Реализуя возникший преступный умысел, ФИО1, находясь в этом же месте в это же время, попросил показать имеющийся при О. сотовый телефон, после чего О. держа в своих руках сотовый телефон, продемонстрировал его ФИО1 28 марта 2018 года около 17 часов ФИО1, находясь на пешеходном тротуаре на расстоянии 15 метров в южном направлении от дома № по <адрес>, понимая, что его действия являются очевидными для О. действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно выхватил из рук О. сотовый телефон марки «Samsung Galaxy J2 Prime», стоимостью 7 690 рублей с установленными сим-картой с абонентским номером <***>, материальной ценности не представляющей, картой памяти объемом 1 гб. материальной ценности не представляющей, с наклеенным защитным стеклом, стоимостью 790 рублей, надетым прозрачным чехлом, не представляющим материальной ценности, принадлежащие О. О. попросил ФИО1 вернуть похищенный у него телефон, на что ФИО1 ответил отказом. После чего О. и ФИО1 по требованию последнего около 17 часов 10 минут 28 марта 2018 года прошли в помещение кафе «<данные изъяты>», расположенное в д. № по <адрес>, где в указанное время ФИО1, продолжая свои преступные действия, понимая, что его действия являются очевидными для О. действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно потребовал от О. передачи ему зарядного устройства, входящего в комплект похищенного у последнего телефона. О. находясь в подавленном состоянии, вызванном агрессивными действиями ФИО1, против своей воли передал последнему зарядное устройство, входящее в стоимость телефона. После чего, ФИО1, действуя умышленно, отрыто похитив у О. вышеуказанное имущество, с места происшествия скрылся, получив реальную возможность распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив О. имущественный ущерб на общую сумму 8 480 рублей. Кроме того, в неустановленное следствием месте и времени, но не позднее 18 часов 30 минут 30 марта 2018 года у ФИО1 из корыстных побуждений возник прямой преступный умысел, направленный на открытое хищение системного блока и монитора персонального компьютера с незаконным проникновением в комнату № дома № по <адрес>, принадлежащей О. Реализуя возникший преступный умысел, ФИО1 около 18 часов 30 минут 30 марта 2018 года находясь у двери комнаты № дома № по <адрес>, постучался в двери вышеуказанной комнаты, а после того как О. отпер дверной замок, понимая, что его действия очевидны для О. действуя умышленно, из корыстных побуждений, руками толкнул входную дверь, и, против воли находившегося в комнате О. незаконно проник в комнату № дома № по <адрес>, где, продолжая свои преступные действия, незаконно потребовал от последнего отсоединить кабели от монитора и системного блока персонального компьютера. После чего О. испугавшись агрессивно настроенного ФИО1, против своей воли подчинился его незаконным требованиям, отсоединил кабели от системного блока и монитора персонального компьютера. Затем ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, незаконно потребовал от О. вынести из комнаты вышеуказанный системный блок с комплектующим и монитор «Benq», общей стоимостью 8 000 рублей, принадлежащие О. О. ., испугавшись агрессивно настроенного ФИО1, против своей воли подчинился его незаконным требованиям, вынес из вышеуказанной комнаты и передал ФИО1 системный блок и монитор персонального компьютера. После чего, ФИО1, открыто похитив системный блок и монитор персонального компьютера, принадлежащие О. общей стоимостью 8000 рублей, получил реальную возможность распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению. В результате преступных действий ФИО1, О. причинен материальный ущерб на общую сумму 8 000 рублей. Подсудимый ФИО1 в судебном заседании показал, что вину в совершенных преступлениях признает частично, а именно показал, что точную дату не помнит, на остановке «<данные изъяты>» он встретился с потерпевшим О. , они с ним просто знакомые, спросил, есть ли у него деньги, хотел занять деньги. О. достал из кармана денежные купюры, и он их забрал, выхватил из рук 500 рублей, при этом, в шутку сказал, что прострелит ему ногу, а именно сказал: «тише будь, ногу прострелю», при этом смеялся. Затем они поехали домой на одном автобусе. Также он сказал О. что ему нужна банковская карта, попросил в пользование банковскую карту О. . Сказал: «дай попользоваться, в любой момент заберёшь её». О. пояснил, что на карте нет денег. В дальнейшем он проверял, есть ли деньги на карте, так как ему должны были перевести деньги. Потом ему скинули деньги, и он их снял. На следующий день они списались в социальной сети «ВКОНТАКТЕ» и договорились встретиться. Поскольку банковская карта не читалась, то он спросил у потерпевшего, не заблокировал ли он её. Угроз при этом не высказывал. Когда они встретились на остановке, на <адрес>, это было в 3-4 часа. Поскольку ему нужны были деньги, то он сначала просил у О. , есть ли у него деньги, но он сказал, что у него нет денег, на что он предложил заложить его телефон марки «Самсунг» в ломбард. Своего телефона у него не было. Ему нужна была конкретная сумма 2-3 тысячи рублей. Также договорились, что он его выкупит на следующий день, так как знал, что на следующий день у него будут деньги. Когда он просил у О. сотовый телефон, то никаких угроз он ему не высказывал. О. согласился не сразу, но он объяснил ему ситуацию, и они вместе пошли в кафе «<данные изъяты>», чтобы зарядить телефон и «сбросить» все пароли, в последующем сдать в ломбард. Перед тем как сдавать телефон, потерпевший не просил вернуть его, они договорились, что заложат его. Они вместе пришли в ломбард, но, поскольку у них не было паспорта, то они пошли до общежития, откуда вышел В. , которого он видел впервые, с ним они долго не разговаривали, просто спросил, есть или нет у него паспорт, и он ушёл. Потом они разошлись. Он сел в такси и уехал. Телефон заложил сам на Элеваторе по паспорту таксиста. За телефон ему дали 2500 рублей, из них 300 рублей он отдал таксисту. Он хотел выкупить телефон на следующий день. На следующий день он написал О. , что хочет с ним увидеться, показать ему квитанцию с ломбарда, что он действительно заложил его телефон за 2500 рублей. Ему не хватало денег, чтобы выкупить телефон, поэтому он написал О. «давай что-нибудь придумаем». Он обратился к О. , чтобы быстрее выкупить телефон. Он сказал О. , либо подожди или же давай придумаем что-нибудь «сообща». Потерпевший сказал, что у него нет денег, и что телефон ему нужен сегодня. Затем они увиделись с ним на остановке «<данные изъяты>», с О. был его друг В. . Он показал О. квитанцию, и они пошли в «качалку». Он хотел записаться в тренажерный зал. Ему не хватало денег, а именно 700 рублей, чтобы выкупить телефон О. из ломбарда, поэтому он предложил заложить компьютер О. на ту сумму, которой не хватает, чтобы выкупить телефон, а потом его тоже выкупить. Он знал, что у О. есть компьютер. Никаких угроз он при этом О. не высказывал, но «мат» присутствовал. О. говорил, что компьютер ему не принадлежит, но согласился, и они договорились заложить компьютер. Затем они также списались в соц. сетях и договорились о том, что О. выйдет на остановку с компьютером. Когда он приехал, О. не было на остановке, и он решил дойти до него. Когда пришёл, постучался, О. сам открыл ему дверь, и он зашел. Когда он зашёл, около стола уже стоял компьютер. Ещё стояла сумка, с какой-то деталью от компьютера, а именно системный блок, который О. предложил заложить. Монитор не брал. О. взял компьютер, и они вышли. Все нес О. , в том числе системный блок. У него самого в руках ничего не было. Затем они сели в такси, поехали до ломбарда. Системный блок там не взяли. Он предложил О. взять монитор и попробовать заложить компьютер в сборе. Тогда они поехали обратно до О. . Когда ехали в такси, то никаких угроз потерпевшему он не высказывал, но разговаривал резко. Сказал: «почему ты мне раньше не сказал, что компьютер сломан». О. забежал один за монитором, затем, они поехали уже в «скупку техники». Там компьютер не включался. Тогда они заложили монитор от компьютера за 500 рублей. Он вызвал себе другое такси, сказал потерпевшему, что возьмет компьютер с собой, чтобы попробовать понять, почему он не включается, а О. уехал на маршрутном микроавтобусе. Договорились встретиться на следующий день на <адрес> в 17 часов. Он пришёл, но О. не было, а на следующий день его задержали сотрудники. Ранее конфликтных ситуаций с потерпевшим у него не возникало, были нормальные отношения, они знакомы со школы, О. учился младше на 2 класса, жили в одном дворе. Он признает по данному уголовному делу факт того, что открыто похитил у потерпевшего денежные средства, все дальнейшее было по обоюдному согласию. Заложенные вещи он собирался вернуть. Ранее он был у потерпевшего дома, когда они случайно встретились, и он поднялся к О. Это было задолго до данных событий. То есть до этого инцидента они поддерживали отношения. В связи с существенными противоречиями, по ходатайству государственного обвинителя, по ходатайству стороны защиты для уточнения, в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, были оглашены показания подсудимого ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, в качестве подозреваемого (т.1 л.д.232-236), где ФИО1 показал, что 27 марта 2018 года около 18 часов 00 минут он находился возле «<данные изъяты>», который расположен по <адрес> В это время он увидел ранее знакомого О. и решил похитить у него денежные средства, в связи с чем, подошел к нему, поздоровался, позвал О. отойти в сторону и поговорить. О. находился с ранее незнакомым ему парнем, который ушел, не дожидаясь О. Он отошел с О. в сторону, и, в ходе разговора он спросил, если ли у него деньги, на что О. ответил, что, да и вытащил из левого кармана брюк денежную купюру номиналом 500 рублей. В это время он выхватил правой рукой из его левой руки данную денежную купюру номиналом 500 рублей и положил себе в правый карман. О. просил вернуть ему деньги, в ответ он ему сказал: «Тише будь, ноги прострелю!». При этом никого оружия у него не было, он это сказал, чтобы испугать О. . После этого он с О. прошел до остановки общественного транспорта «<данные изъяты>», время было около 18 часов 15 минут, где он зашел в продуктовый магазин, который расположен в доме № по <адрес> и купил себе сигареты, то есть разменял 500 рублей, так как у О. не было денег, и он попросил дать ему денег на маршрутное такси. Выйдя из магазина, он дал О. 20 рублей на дорогу, после чего они вместе сели с ним в один маршрутный автобус № где по пути следования он спросил, если ли у него банковская карта, на что он вытащил из кармана банковскую карту «Сбербанк», время было около 18 часов 25 минут 27 марта 2018 года. Он забрал у О. банковскую карту и положил себе в карман. Также он спросил у О. пин-код банковской карты, чтобы снять деньги с данной карты. После чего он вышел на остановке общественного транспорта «<данные изъяты>», а О. поехал домой. На следующий день он решил проверить, есть ли денежные средства на банковской карте О. , в связи с чем, он прошел к банкомату «Сбербанк», который расположен по <адрес> но денежных средств на карте не оказалось. На следующий день, 28 марта 2018 года около 15 часов в социальной сети «Вконтакте» он написал сообщение О. , а именно, где он находится. О. ответил ему, что едет домой, на что он ему написал, чтобы он вышел на остановке общественного транспорта «<данные изъяты>». При этом он писал О. что он его обманул и заблокировал банковскую карту, а также пригрозил ему: «Выходи, я тебя все равно найду». В этот же день около 15 часов 30 минут он приехал на остановку на маршрутном автобусе, где находился О. , и они вместе пошли в сторону остановки «<данные изъяты>». Когда они дошли до остановки «<данные изъяты>», время было около 16 часов 28.03.2018 года, он попросил у О. его сотовый телефон, чтобы заложить его в ломбард и выручить деньги. О. ответил ему отказом, сказал, что это подарок родителей. Затем, он попросил О. показать телефон, он вытащил свой телефон из кармана, и показал ему. В это время он выхватил правой рукой из его левой руки сотовый телефон. О. попросил вернуть ему телефон, на что он ему сказал, чтобы он его не перебивал. На сотовом телефоне была севшая батарейка, в связи с чем, он решил пройти в кафе «<данные изъяты>» по <адрес>, чтобы зарядить телефон. Они прошли в кафе «<данные изъяты>», сели за стол, О. вытащил из кармана зарядное устройство, после чего начали заряжать телефон. Он сказал О. ввести пин-код на телефоне, чтобы позвонить, и О. разблокировал телефон. Зарядив телефон, он попросил О. найти знакомых совершеннолетних с паспортом, чтобы заложить телефон в ломбард. О. позвонил своему другу, как его зовут, он не знает, сказал, что они сейчас подойдут к нему. Они вместе с О. вышли из кафе «<данные изъяты>», время было около 16 часов 30 минут, при этом он забрал себе сотовый телефон и зарядное устройство. Они пришли на остановку общественного транспорта «<данные изъяты>», куда подошел друг О. , он у него спросил паспорт, время было около 17 часов 20 минут, на что он ответил, что паспорт у него находится в районе. После чего, они с О. прошли в сторону кинотеатра «<данные изъяты>», где он вызвал такси и уехал домой. После этого, 28 марта 2018 года около 19 часов он заложил сотовый телефон О. в ломбард, который расположен по <адрес>, квитанция в данный момент находится у него, которую он готов выдать добровольно. Сим-карту О. он оставил себе и вставил в свой сотовый телефон. 29 марта 2018 года около 15 часов 30 минут ему позвонил О. они договорились встретиться с ним на остановке общественного транспорта «<данные изъяты>». 29 марта 2018 года около 16 часов он подошел на остановку общественного транспорта «<данные изъяты>», где показал О. квитанцию из ломбарда расположенного по <адрес>, о сдаче его сотового телефона, после этого они разошлись по домам. 30 марта 2018 года около 15 часов 30 минут в социальной сети «Вконтакте» ему пришло сообщение от О. , с просьбой вернуть ему сотовый телефон. На что он ему ответил, что ему не хватает 700 рублей, чтобы выкупить его телефон. В это время он решил забрать у О. компьютер и заложить его в ломбард. О. не соглашался, писал ему, что компьютер ему не принадлежит, но он настаивал, чтобы заложить компьютер в ломбард, после чего О. дал согласие. В этот же день около 17 часов он приехал на такси к О. домой, по <адрес>, он открыл ему дверь, и они вдвоем вынесли компьютер из комнаты, а именно системный блок и монитор. Они поехали на такси с О. в ломбард, который расположен по <адрес>, где сдали монитор от компьютера за 500 рублей. Он отдал таксисту 200 рублей, а себе оставил 300 рублей. Системный блок от компьютера он забрал себе домой. В содеянном раскаивается, свою вину полностью признает, обязуется возместить ущерб. Давая дополнительные показания в качестве подозреваемого (т.1 л.д.237-241), ФИО1 показал, что 27 марта 2018 года около 18 часов 00 минут он находился возле «<данные изъяты>», который расположен по <адрес> В это время он увидел ранее знакомого О. , с которым они учились в одной школе. В этот момент решил забрать у О. деньги, то есть похитить у него денежные средства. С О. также находился еще один парень, которого он видел впервые. Он подошел к О. , поздоровался и позвал О. отойти в сторону поговорить. Когда О. отошел с ним в сторону, его друг сразу же ушел от них. После этого они с О. направились в сторону остановки общественного транспорта (далее ООТ) «<данные изъяты>». По пути следования на остановку, он спросил у О. о том, есть ли у него деньги, О. сказал, что у него есть 500 рублей, которые он достал из кармана и показал ему. Он сказал О. , чтобы он отдал ему эти деньги, но О. отказался ему их отдавать. В этот момент он резко выхватил из рук О. одну купюру достоинством 500 рублей и положил к себе в карман. О. попросил отдать ему деньги, но он ему сказал, что он деньги ему не отдаст, сказал, что вернет ему деньги позже, тогда, когда у него появятся деньги. О. продолжал просить вернуть ему деньги, но он в этот момент в шутку сказал ему слова: «Тише будь, ноги прострелю!». Он сказал это именно в шуточной форме, так как при нем не было пистолета, и он не намеревался стрелять в О. . После этого, дойдя до ООТ «<данные изъяты>», около 18 часов 15 минут, он зашел в продуктовый магазин, который расположен в доме № по <адрес>, где купил себе сигареты, то есть разменял 500 рублей, так как у О. не было денег, и он попросил дать ему денег на проезд в автобусе. Выйдя из магазина, он дал О. 20 рублей на дорогу, после чего они вместе с О. перешли дорогу и сели с ним в один маршрутный автобус №, он направлялся в центр города, О. ехал домой. Далее, когда они примерно проехали ООТ «<данные изъяты>», он решил взять на время попользоваться банковскую карту у О. , при этом, он достоверно знал, что у О. есть банковская карта. Он спросил у О. о том, может ли он дать ему свою банковскую карту попользоваться на время. О. сам достал из своего кармана свою банковскую карту «Сбербанк», и передал ее ему, при этом он сказал, что на карте отсутствуют денежные средства. Он сказал О. , что ему нужна его карта для того, чтобы сделать перевод денежных средств, после чего он забрал себе из рук О. его банковскую карту, которую положил себе в карман, время было около 18 часов 25 минут 27 марта 2018 года. Также он спросил у О. пин-код от его банковской карты, он ему его продиктовал, он запомнил пин-код на память, никуда не записывал его. После этого он вышел на ООТ «<данные изъяты>», О. поехал дальше. На следующий день он решил проверить, есть ли денежные средства на банковской карте О. , так как ему, на банковскую карту О. должны были перевести деньги. В связи с этим, он несколько раз пытался сделать покупку в магазине, но ему не удавалось, так как на карте отсутствовали деньги, баланс карты он в тот момент не проверял, так как банкомат «Сбербанка» находится далеко от его дома. Также, в какой-то из дней, точно не помнит когда, он прошел к банкомату «Сбербанк» который расположен по адресу: <адрес>, где проверил баланс карты, но денежных средств на карте не было. Кроме этого, 28 марта 2018 года около 15-16 часов в социальной сети «Вконтакте» он написал сообщение М. о том, где он находится. М. ответил ему, что он едет домой, на что он ему написал, чтобы он вышел на ООТ «<адрес>». При этом он писал О. , что он его обманул и заблокировал банковскую карту. О. ему ответил, что он не блокировал карту, именно поэтому он и хотел с ним встретиться, проверить, почему карта не работает. На вопрос следователя: «Ранее на допросе Вы показали, что высказали О. слова угроз: «Выходи, я тебя все равно найду», что Вы можете пояснить по данному факту? ФИО1 отвечает, что нет, он не помнит, чтобы он говорил такое О. он ему просто сказал: «Давай увидимся». Далее, в этот же день, также около 15-16 часов он вышел из дома и подошел на остановку «<адрес>», где уже находился О. . Он сказал ему, что его карта не работает, и они направились в столовую «<данные изъяты>». Когда они подошли в данной столовой, он обратился к О. с просьбой о том, чтобы заложить его сотовый телефон в ломбард на один день, так как ему срочно нужны были деньги, при этом, он достоверно знал, что у О. есть сенсорный телефон, который можно заложить в ломбард. На его просьбу о том, чтобы сдать его телефон в ломбард, О. согласился. После этого, он с О. зашли в столовую «<данные изъяты>» для того, чтобы зарядить его сотовый телефон, так как со слов О. , телефон был разряжен. В столовой, О. поставил свой сотовый телефон на зарядку, и после того, как телефон немного зарядился, О. включил его, сам убрал все пароли с телефона, после чего О. сам отдал ему свой сотовый телефон вместе с зарядкой. На вопрос следователя: «Ранее на допросе Вы показали, что О. отказался передавать Вам свой сотовый телефон, что Вы можете пояснить по данному факту?» ФИО1 отвечает, что на первом допросе он рассказал неверно, поскольку перед первым допросом он долгое время находился в отделе полиции и устал, но сейчас он говорит правду, так, как было на самом деле. Далее, взяв себе сотовый телефон О. , они вместе с ним направились в ломбард «<данные изъяты>», для того, чтобы заложить туда его сотовый телефон, но перед этим, он попросил О. позвонить своему совершеннолетнему другу, так как у него нет паспорта, поскольку он его потерял, а на паспорт О. нельзя было сдать телефон, так как он являлся несовершеннолетним. После этого, он передал телефон О. для того, чтобы он позвонил своему другу. О. взял у него телефон и созвонился со своим другом как его зовут он не знает, О. договорился встретиться со своим другом на остановке «<данные изъяты> Придя на данную остановку, к ним подошел друг О. , тот, которого он видел накануне вместе с О. . Он спросил у друга О. о том, есть ли у него паспорт, на что он ему ответил, что его паспорт не при нем, что он находится в районе. После этого, он с О. прошли в сторону кинотеатра «<данные изъяты>», где он вызвал такси и уехал домой. Перед этим они с О. договорились увидеться на следующий день. Далее, приехав домой, он вызвал такси, и с телефоном О. направился в ломбард, который расположен на ООТ «<данные изъяты>», перед этим, он вытащил с телефона сим-карту О. Приехав к данному ломбарду, время было около 19 часов он попросил таксиста заложить на его паспорт сотовый телефон, таксист согласился, после чего он вместе с таксистом прошел в помещение ломбарда, где таксист на свой паспорт заложил сотовый телефон О. , за 2 500 рублей, квитанцию о сдаче телефона в ломбард он забрал себе. Далее, он рассчитался с таксистом, отдал ему 300 рублей и вызвал другое такси, чтобы уехать домой. Хочет уточнить, что таксиста, на чей паспорт он закладывал телефон О. , он видел впервые в жизни, его внешность он не помнит, также он не помнит, азиатской или европейской он внешности. На следующий день, 29 марта 2018 года около 15 часов 30 минут ему на сотовый телефон позвонил О. , и они договорились встретиться с ним на ООТ «<данные изъяты>». Примерно в 16 часов он подошел на данную остановку, где его уже ждал О. Он показал О. квитанцию из ломбарда о сдаче его сотового телефона, после этого они разошлись по домам. После этого, 30 марта 2018 года около 15 часов 30 минут в социальной сети «Вконтакте» ему пришло сообщение от О. , с просьбой о том, чтобы вернуть ему сотовый телефон. Он ответил О. , что ему не хватает 700 рублей, чтобы выкупить его телефон. Он предложил О. заложить его компьютер в ломбард, для того, чтобы добрать недостающую сумму и выкупить его сотовый телефон из ломбарда, О. на его предложение согласился. Хочет уточнить, что на первом допросе он сказал о том, что он настаивал на том, чтобы заложить компьютер О. и что он отказывался, однако это не так, О. сам согласился заложить свой компьютер, поскольку он хотел поскорее выкупить свой сотовый телефон. В этот же день около 17 часов он приехал на такси на остановку, где они договорились с О. о встрече, туда он должен был принести компьютер. Прождав на остановке О. около 10-15 минут, он решил сам зайти к нему домой по <адрес>. Подойдя к двери, он постучался, О. сам открыл ему дверь, сказал, что он все уже собрал, после чего он прошел в квартиру, стал ждать, пока О. оденется. Когда О. оделся, он сам взял системный блок. и они вдвоем вышли из его квартиры, после чего на такси, которое он вызвал они направились в ломбард, расположенный <адрес>, однако в данном ломбарде у них не приняли системный блок потому, что при его проверке, обнаружились какие то неполадки. Далее, они с О. снова на такси поехали к нему домой для того, чтобы взять монитор от компьютера, при этом, он сам попросил у О. взять у него из дома вместо системного блока монитор, он согласился на его предложение. Подъехав к дому О. , он вышел из такси, после чего через некоторое время вернулся в такси уже с монитором в руках, он в этот раз к нему домой не заходил. Взяв монитор, они направились к ломбарду «<данные изъяты>», расположенному <адрес>. Он также попросил таксиста, который их довез сдать монитор на его документы, таксист согласился, после чего он вместе с таксистом на водительские права таксиста сдал в указанный ломбард монитор О. , на сумму 500 рублей. Внешность таксиста он сейчас не помнит, видел его впервые, отдал таксисту 300 рублей. Далее, он дал О. 20 рублей на проезд, сам вызвал другое такси, на котором уехал к себе домой, при этом, он взял системный блок О. с собой, хотел проверить его. В содеянном раскаивается, свою вину полностью признает. Оглашенные показания подсудимый ФИО1 подтвердил в части, показал, что действительно похитил денежные средства, однако, телефон у потерпевшего не выхватывал, компьютер сам не нес. Пояснил, что противоречия между первоначальными и последующим показаниями связаны с тем, что перед первым допросом он находился в отделение полиции 2 дня, устал. В полиции на него оказывали моральное давление оперуполномоченные, которые говорили подтвердить, что всё это совершил он. Фамилии сотрудников не помнит, описать их не смог. Не знает, почему потерпевший пояснил, что он выхватили телефон и что боится его. Считает, что у потерпевшего нет оснований его бояться. Также считает, что потерпевший может его оговаривать. ФИО2 суду показал, что подсудимого ФИО1 он знает, они учились вместе в одной школе, он ни в каких отношениях с ним не состоит. 27.03.2018 года, около пяти часов вечера, он с одногруппником В. после тренажерного зала решили пойти до техникума в сторону лицея, потом они остановились на <данные изъяты> и стояли, затем увидели ФИО1. Он их позвал, они к нему подошли, ФИО1 отвел его в сторону, и они пошли в сторону <адрес>, а В. ушел домой. Пока они шли, ФИО1 спросил у него, есть ли у него деньги, на что он ему показал 500 рублей, ФИО1 выхватил у него эти деньги. Сам он ему деньги не передавал. На его слова вернуть деньги, он сказал «Тише будь, а то ноги прострелю». Данные слова он воспринял реально, но оружия не видел. Он сказал ФИО1, что у него нет денег даже на дорогу, тогда ФИО1 пошел, разменял деньги в магазине продуктов возле остановки <данные изъяты>, покупал ли при этом что-то ФИО1, он не помнит. После этого ФИО1 дал ему 20 рублей и они пошли на остановку, сели в один автобус, затем, ФИО1 попросил у него карту, сказал, дай попользоваться на время, при этом, слова угрозы не высказывал, не замахивался на него. Но, поскольку он боялся ФИО1, так как он общался с «блатными», он ему дал свою карту Сбербанк, сказал пин-код от карты. На карте при этом, денежных средств не было, о чем он сразу сказал ФИО1. Потом ФИО1 вышел на какой-то остановке, а он поехал домой. На следующий день, ФИО1 написал ему «Вконтакте», что он якобы заблокировал карту, которую ему дал, говорил, что он его обманул. ФИО1 сказал, чтобы он вышел на остановке <данные изъяты> и подождал его. Он ему долго не отвечал, тогда ФИО1 начал писать, что найдет его и придет к нему в техникум.Поскольку он не блокировал карту, поэтому вышел на той остановке. ФИО1 подошел к нему и начал просить телефон, чтобы заложить его в ломбард. Он ему говорил, что не отдаст телефон. ФИО1 попросил его показать телефон, он начал показывать телефон Samsung Galaxy J2 Prime и тогда ФИО1 выхватил его у него из рук. Он ему сразу сказал, что у него на телефоне села батарейка. Тогда они пошли в кафе «<данные изъяты>» на <адрес>, там зарядили телефон. Данный телефон ему купил его отец, сколько он стоит, точно не знает, примерно 7 тысяч рублей. Потом ФИО1 разговаривал по телефону, потом спросил, есть ли у него паспорт, на что он ответил, что ему нет 18-ти лет. ФИО1 начал искать паспорт, сказал, чтобы он кому-нибудь позвонил. Он позвонил одногруппнику В. , но у него не было с собой паспорта. Потом они с ФИО1 дошли до «<данные изъяты>» и ФИО1 вызвал такси, а он поехал домой. В итоге ФИО1 забрал телефон и зарядное устройство. На следующий день он звонил ФИО1 на телефон с телефона одногруппника, он не отвечал, потом после пар позвонил и он ответил, ФИО1 сказал, чтобы они подошли к <адрес>. Там они встретились, ФИО1 показал ему квитанцию, что сдал его телефон в ломбард, который, кажется, находился <адрес>. За какую сумму ФИО1 сдал его телефон, не помнит. ФИО1 сказал, что выкупить вечером его телефон, затем они пошли в тренажерный зал, ФИО1 пошел с ними. Зашел в зал, посмотрел, и вышел, сказал, что вечером напишет, позвонит. Вечером они не встретились, и он уехал домой. На следующий день ФИО1 написал ему «Вконтакте», он в это время сидел у бабушки дома после пар по <адрес>. ФИО1 написал, что ему не хватает денег, чтобы выкупить телефон из ломбарда. Начал просить, чтобы он вынес компьютер бабушки для того, чтобы сдать его в ломбард и выкупить телефон, а потом, выкупить сам компьютер, хотя, он ему говорил, что компьютер не его. Но ФИО1 все равно настаивал, чтобы он вынес компьютер бабушки. Потом ФИО1 все-таки приехал, сказал, чтобы он вынес компьютер на остановку, но он не хотел выносить и сидел в комнате у бабушки. Дома кроме него больше никого не было. Тогда ФИО1 пришел к бабушке в комнату, постучал в дверь, он приоткрыл дверь, ФИО1 толкнул дверь и зашел. Дверь открывается во внутрь, то есть на себя. Он ФИО1 домой не приглашал, ФИО1 сам зашел. ФИО1 начал говорить, почему он не выходит, ведь он ему написал, чтобы он вышел. Затем сказал, чтобы он отсоединил монитор «Benq» и системный блок «Asus», они отцепили, и он вынес компьютер, который они повезли на такси в ломбард. Он поехал вместе с ФИО1, так как думал, что ФИО1 вернут ему телефон. Сначала они пытались сдать в один ломбард <адрес>, но там не принимали, поскольку не могли включить компьютер. Потом они поехали в другой ломбард куда-то <адрес>, там приняли только монитор, и то деньги ФИО1 отдал таксисту. Стоимость монитора и системного блока он не знает. Компьютер сдавали по паспорту таксиста, его попросил сдать ФИО1. ФИО1 сдал монитор, а системный блок забрал с собой, он сел в такси и уехал. А он дошел до остановки и уехал домой. Потом он пытался дозвониться до ФИО1, чтобы он вернул ему телефон и компьютер, но не мог дозвониться, он был не доступен, и тогда он рассказал все своей бабушке. В итоге ему вернули, телефон, зарядное устройство, системный блок, монитор, карту Сбербанка. 500 рублей не вернули. Ранее с ФИО1 они не конфликтовали, но тот постоянно просил у него деньги, это было уже тогда, когда он учился на первом курсе техникума. Они встречались, когда он приходил к кому-то в общежитие техникума. В связи с существенными противоречиями, по ходатайству государственного обвинителя, в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, были оглашены показания потерпевшего О. данные в ходе предварительного следствия (т.1 л.д. 118-123, 125-130, 151-155), из которых следует, что 27 марта 2018 года около 18 часов 00 минут они вместе со своим другом В. находились около «<данные изъяты>», по <адрес> В это время к ним подошел ФИО1 . Они поздоровались, после чего Жаповначал отводить его сразу в сторону от В. , который сразу пошел домой. ФИО1 отвел его к тротуару, расположенному около дома № <адрес>. Находясь на указанном участке местности, ФИО1 спросил у него, если ли у него деньги, он ответил: «Да», и вытащил из левого кармана брюк денежную купюру номиналом 500 рублей, принадлежащую ему.В тот момент он не думал, что ФИО1 его ограбит. Когда он продемонстрировал деньги ФИО1, он резко выхватил из его левой руки данную денежную купюру номиналом 500 рублей и положил себе в правый карман. Он сказал ему: «Ты что делаешь?! Верни мне мои деньги!», на что ФИО1 в ответ ему сказал: «Тише будь, ноги прострелю!». Он испугался ФИО1, а его слова угрозы он воспринял реально, так как знает, что ФИО1 общается с лицами, ранее судимыми и что он может причинить ему вред. Других денежных средств у него не было, и он попросил ФИО1, чтобы он дал ему денег на проезд, ФИО1 сказал ему, надо разменять купюру. С ФИО1 они прошли до остановки общественного транспорта (далее ООТ) «<данные изъяты>».Около 18 часов 15 минут ФИО1 зашел в продуктовый магазин, который расположен в доме № по <адрес>, где купил отобранной у него купюрой купил себе сигареты. В это время он его ждал на улице, в магазин за ним не заходил. Выйдя из магазина, ФИО1 ему дал 20 рублей на проезд, после чего они вместе сели перешли дорогу и стали дожидаться автобус. Когда они ждали автобус, ФИО1 расспрашивал его о нем. Ему не нравилось разговаривать с ним, и он боялся его, он старался быстрее сесть в автобус и уехать от ФИО1. Когда подошел маршрутный автобус №, он попрощался с ФИО1, сел в автобус, однако за ним следом неожиданно в автобус зашел ФИО1, который сел рядом с ним на сиденье. Затем, по пути следования маршрутного автобуса, около 18 часов 25 минут 27 марта 2018 года примерно между ООТ «<данные изъяты>» и ООТ «<данные изъяты>» ФИО1 спросил у него о том, если ли у меня банковская карта. Он ответил ему: «Есть, но там нет денег», ФИО1 сказал: «Давай сюда». Он понимал, что он хочет у него забрать банковскую карту, то есть похитить, но так как он был напуган, его ранее сказанными словами угроз «Тише будь, ноги прострелю», и боялся физического насилия со стороны ФИО1, он вытащил из кармана свою банковскую карту «Сбербанк» и передал ее ФИО1. ФИО1 сказал ему продиктовать пин-код от карты, он ему его продиктовал. После этого ФИО1 сразу вышел на ООТ «<адрес>», а он поехал домой. Банковская карта «Сбербанк», которую ФИО1 у него похитил, принадлежит ему. Когда ФИО1 у него ее похитил, денежных средств на ней не было, сама банковская карта для него материальной ценности не представляет. Далее, 28 марта 2018 года около 16 часов, когда он ехал домой с учебы, ему на сотовый телефон в социальной сети «Вконтакте» написал ФИО1. Он спрашивал, где он находится. Он ему ответил, что едет домой, после чего ФИО1 написал, чтобы он вышел на остановке общественного транспорта «<данные изъяты>». Также ФИО1 писал, что он обманул ФИО1 и заблокировал банковскую карту, также написал: «А то приду к тебе в шарагу. И худо будет». Он подумал, что ФИО1 может прийти в его техникум и рассказать что-нибудь о нем плохое, в связи с чем, к нему будут плохо относиться. Поэтому он вышел на ООТ « <данные изъяты>» около 16 часов 20 минут 28 марта 2018 года. Он стоял на остановке, затем через 10 минут ФИО1 приехал на остановку на маршрутном автобусе. Затем ФИО1 сказал дойти с ним до ООТ «<данные изъяты>». Когда они дошли до остановки «<данные изъяты>», время было около 17 часов 00 минут 28 марта 2018 года. ФИО1 попросил у него сотовый телефон марки «SamsungGalaxyJ 2 Prime», чтобы заложить его телефон в ломбард и выручить за него деньги. Он ответил ФИО1 отказом, говорил, что это подарок родителей. Затем, ФИО1 попросил показать телефон, он своей левой рукой вытащил свой телефон из кармана джинс и продемонстрировал его ФИО1. В этот момент ФИО1 резко выхватил из его левой руки его сотовый телефон марки «SamsungGalaxyJ 2 Prime». Он просил ФИО1 вернуть ему телефон, говорил ФИО1, чтобы он отдал ему телефон, но ФИО1 его просьбы игнорировал. Поскольку телефон был разряжен, ФИО1 сказал ему, что надо зайти в кафе «<данные изъяты>» и зарядить сотовый телефон, он пошел за ним. Хочет пояснить, что он не стал перечить ФИО1, так как находился в подавленном состоянии из-за его агрессивного состояния, также боялся его, поскольку 27 марта 2018 года он говорил ему слова угроз, которые он воспринял реально. Затем около 17 часов 10 минут они пришли в кафе «<данные изъяты>», сели за стол. ФИО1 сказал ему, чтобы он дал ему зарядное устройство для телефона, он вытащил из кармана зарядное устройство для телефона и передал его ФИО1. При этом он также не хотел отдавать его, но передал его, поскольку он продолжал находиться в подавленном состоянии. После того, как телефон включился, ФИО1 попросил ввести пин-код на телефоне, чтобы позвонить, он вел пин-код, после чего ФИО1 начал кому-то звонить, а затем убрал пин-код на телефоне. Затем ФИО1 с его телефоном и зарядным устройством встал, после чего они вышли из кафе и направились в сторону <адрес>. Он попросил ФИО1 вернуть телефон, однако он ему сказал, что телефон вернет завтра. Далее 30 марта 2018 года около 15 часов 30 минут после учебы он поехал к своей бабушке О. которая проживает по <адрес>. Находясь по указанному адресу, он начал общаться с ФИО1 в социальной сети «Вконтакте». ФИО1 сказал, что ему не хватает 700 рублей, чтобы выкупить его телефон, предложил ему заложить компьютер, чтобы вернуть телефон, но он не соглашался, так как компьютер не его, а принадлежит его бабушке. Но ФИО1 настаивал на том, что надо заложить весь компьютер, чтобы выкупить его телефон. В ходе разговора ФИО1 сказал, что подъедет на остановку, а он должен будет вынести ему компьютер. Он ответил ФИО1, что он подойдет к нему, однако он не захотел идти к нему, решил остаться дома у бабушки, поскольку думал, что ФИО1 уедет. Затем около 18 часов 30 минут 30 марта 2018 года он услышал стук в дверь. Не спрашивая, кто там, он сразу приоткрыл дверь. Он увидел ФИО1,стоящего около входной двери, который сразу же толкнул дверь внутрь и вошел в комнату. Он при этом ФИО1 не приглашал. Находясь в квартире, ФИО1 сразу потребовал, чтобы он отсоединил провода от компьютера. Он не хотел отдавать ему компьютер ФИО1, но ему пришлось выполнить его требования, так как он был напуган и боялся физической расправы с его стороны. Отсоединив компьютер, он вынес системный блок с проводами и монитор, которые погрузили в машину такси, на которой приехал ФИО1. Затем на такси они направились в ломбард. Сначала проехали в ломбард, расположенный <адрес>, где со слов ФИО1 был заложен его телефон, но компьютер там не приняли, а таксист уехал. Затем на другом такси они направились на <адрес> где ФИО1 сдал монитор «Benq» за 500 рублей, а системный блок от компьютера ФИО1 забрал с собой, сказал, что на следующий день его заложит и выкупит его телефон. Кроме того, слова угроз ФИО1 он воспринял реально. Денежные средства, телефон с зарядным устройством, а также персональный компьютер он ФИО1 отдавать не хотел, все эти предметы ФИО1 похитил у него. Оглашенные показания потерпевший О. подтвердил в полном объеме. Потерпевшая О. суду показала, что 30.03.2018 г. она была на сутках на работе, пришла домой 01.04.2018 г. в 8 утра. Дома никого не было, комната была закрыта. Она обнаружила, что нет компьютера, а именно системного блока и монитора. Она покупала эти вещи с рук за 8000 рублей. Ей нужно было срочно уехать к дочке в Сосновый бор, сидеть там с детьми, она позвонила старшему внуку О. , ему 22 года, и не дозвонилась, позвонила О. и тоже не дозвонилась. Она не стала сильно волноваться, подумала, что компьютер на ремонт отдали, и уехала к дочери. На следующей, день приехала домой, но компьютера также не было. Тогда она позвонила старшему внуку, но он сказал, что не брал. Потом снова позвонила О. и не дозвонилась, стала звонить своему сыну отцу О. , он сказал, что О. дома, стала спрашивать, почему он не берет трубку, сразу возник вопрос, где его телефон. О. сразу сказал, что приедет и все ей расскажет. Он приехал к ней рассказал, что ему надо съездить и забрать компьютер с телефоном. Через три часа О. приехал и сказал, что ФИО1 у него забрал телефон и компьютер. Говорил, что компьютер сам выносил, сам увозил. Также, сказал, что телефон с деньгами в размере 500 рублей и карту Сбербанка, он у него забрал раньше. Она сразу поняла, что это тот парень, который к ней приходил несколько раз, спрашивал про О. . О. рассказал, что боится ФИО1, так как он старше его, в школе, когда учились, ФИО1 был весь из себя крутой, отбирал деньги, и с самой школы он его боится. О. никому и ничего не говорил, не рассказывал, были скорее всего, старые телефоны, на счет денег тоже раньше ничего не говорил. Это ее предположения, так как О. боялся только ФИО1. Когда он ей все рассказал, они вызвали полицию и написали заявление. Ранее она знала ФИО1, он приходил в их общежитие, она его часто там видела. ФИО1 спрашивал про О. несколько раз, стучался к ней в комнату, но это было до всего произошедшего. В настоящее время похищенные вещи ей возвращены. Причиненный ущерб для нее является значительным. В связи с существенными противоречиями, по ходатайству государственного обвинителя, в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, были оглашены показания потерпевшей О. данные в ходе предварительного следствия (т.1 л.д. 169-171) в части даты и времени, из которых следует, что 31 марта 2018 года около 07 часов 30 минут она пришла с работы домой после суточного дежурства, на которое заступила в 08 часов 30 марта 2018 года. Когда она пришла домой, дома никого не было. Она заметила, что на компьютерном столе нет системного блока и монитора вместе с проводами, при этом клавиатура и мышь были на месте. Она подумала, что кто-то из его внуков забрал компьютер на ремонт или еще для чего-нибудь. Затем она в обеденное время позвонила своему старшему внуку – О., но О. сказал о том, что он не забирал компьютер. После этого она позвонила своему младшему внуку – О. , но его телефон был выключен. Больше она О. не звонила, думала, что компьютер находится у него. 01 апреля 2018 года примерно в 17 часов к ней домой приехал внук О. он находился подавленном состоянии. Она начала его расспрашивать, где находится компьютер. На что О. ответил, что парень по имени ФИО1. 27 марта 2018 года около «<данные изъяты>» отобрал у него деньги и банковскую карту, на следующий день отобрал сотовый телефон, а 30 марта 2018 года заставил вынести О. из ее комнаты, принадлежащий ей компьютер, хотя О. предупреждал ФИО1 о том, что этот компьютер принадлежит ей. Она сразу же позвонила в полицию. Компьютер, который ФИО1 забрал у О. она покупала с рук за 8 000 рублей в 2015 году. Компьютер она оценивает комплектом, так как покупала системный блок, монитор и провода вместе. Системный блок фирмы «ASUS», монитор фирмы «BENQ». Ущерб в сумме 8 000 рублей для нее является значительным, так как размер ее пенсии равен 8800 рублей, а размер заработной платы в больнице не более 15000 рублей в месяц. Оглашенные показания потерпевшая О. подтвердила в полном объеме. Потерпевший О. суду показал, что об обстоятельствах случившегося он узнал, только когда к ним домой приехали сотрудники полиции. Когда приехали сотрудники полиции, он был дома с сыном О. Они пояснили, что поступило заявление, что украден телефон и компьютер, и сказали, что надо ехать в отделение полиции <адрес>. Он начал спрашивать у сына, но О. молчал, тогда он начал спрашивать у сотрудников, что произошло, на что они пояснили, что поступило заявление от его матери, что украли компьютер. Они собрались с О. и поехали в отделение полиции. Только там он все узнал, что его сын отдал телефон ФИО1, О. сказал, что его запугали, угрожали пистолетом, говорили, что ему ногу прострелит, когда забирал компьютер. Но О. сразу сказал, что пистолета у него не видел. Этот телефон Samsung Galaxy 2, он купил в Новосибирске, на тот момент он был совсем новый, покупал примерно за 9 тысяч рублей, точную сумму уже не помнит. Сын говорил также про деньги в размере 500 рублей. Что касается компьютера, то он стоял у его мамы ФИО3 в комнате в общежитии, где она проживает. Это был монитор, системный блок, клавиатура, мышь, колонки, все то стояло на столе у матери в комнате. О. постоянно ездил к бабушке, занимался на компьютере, пользовался интернетом. О. рассказал, что он и ФИО1 созвонились или встретились, О. был у бабушки в общежитии, ФИО1 постучал в дверь, О. ему открыл, ФИО1 зашел в комнату и сказал ему, чтобы выкупить его телефон, ему надо сдать компьютер в ломбард, сказал, что деньги вернет потом. О. видимо пытался отказаться, а подсудимый видимо пытался его запугивать. ФИО1 словесно говорил О. , «ты же знаешь, что я могу сделать». За 2 дня до приезда сотрудников, точную дату не помнит, он спрашивал у О. , где его телефон, на что тот сказал, что забыл телефон у друга в сумке. Он сразу сказал О. , чтобы он забрал телефон, на следующий день, когда он начал снова спрашивать про телефон, О. собрался и уехал. В этот момент он почувствовал, что что-то не так. Можно сказать, что пропажа телефона не является для него значительным ущербом. У сына, кажется была еще похищена, банковская карта. Его сын не склонен ко лжи, не врет, единственное только было, когда он сказал, что другу дал телефон, видимо боялся сказать правду. Высказывал ли ФИО1 слова угрозы сыну, когда забирал телефон, он не знает, потому что, ему все известно со слов О. . Возможно и были угрозы, но видимо только словесные. ФИО1 оказал психологическое давление на сына. Со слов О. , он пытался сказать ФИО1, что компьютер ему не принадлежит, что он бабушкин, но ФИО1 все равно стал настаивать на своем, сказав при этом, что прострелит ему ногу. В связи с существенными противоречиями, по ходатайству государственного обвинителя, в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, были оглашены показания потерпевшего О. данные в ходе предварительного следствия (т.1 л.д. 179-182, 188-190), из которых следует, что в марте 2018 года в г. Новосибирск в магазине «Евросеть» он приобрел своему старшему сыну О. в качестве подарка сотовый телефон «Samsung Galaxy J2 Prime» за 7 690 рублей, также к данному телефону он купил чехол за 990 рублей, и защитное стекло за 790 рублей, которое за отдельную плату в сумме 499 рублей сразу же наклеили на сотовый телефон (так называемая наклейка защитного стекла, ее тоже включили в сумму чека). Расплачивался он со своей банковской карты Сбербанк. 21 марта 2018 года отдал сыну купленный им в Новосибирске телефон. Затем, примерно конце марта 2018 года он заметил, что О. ходит без своего сотового телефона, он сразу же спросил его о том, где его телефон, на что О. ему ответил, что отдал сотовый телефон своему другу, сказал, что заберет его на следующий день. На следующий день он снова спросил у О. о том, где его телефон, но О. ответил, что он не смог дозвониться до друга и не смог забрать телефон. В тот момент он понял, что, скорее всего, телефон О. у него кто-то отобрал. Он стал требовать от О. чтобы он немедленно нашел свой телефон и принес его домой, он ему пообещал, что в ближайшее время он заберет телефон. Далее, 01 апреля 2018 года примерно в обеденное время ему на сотовый телефон позвонила его мать – О. которая у него спросила о том, не знает ли он о том, где находится ее компьютер и куда его дел О. , в тот момент сына дома не было, он сразу же понял, что у О. кто-то отобрал или украл телефон. Примерно в 17 часов, когда он находился дома, приехали сотрудники полиции, которых в дом пустил О. , при этом он не увидел, как О. зашел домой. Уже при сотрудниках полиции О. рассказал о том, что парень по имени ФИО1 сначала отобрал у него 500 рублей и банковскую карту О. , после чего на следующий день ФИО1 отобрал у О. сотовый телефон вместе с зарядным устройством. Еще через 1 или 2 дня, ФИО1 заставил О. отдать ему бабушкин компьютер. Таким образом, ФИО1 похитил у его сына принадлежащий ему сотовый телефон «Samsung Galaxy J2 Prime» вместе с зарядным устройством общей стоимостью 7 690 рублей, в телефоне была сим-карта с абонентским номером <***> материальной ценности для него не представляющая, и карта памяти объемом 1 Гб. Материальной ценности для него не представляющая. Кроме этого, на данном телефоне находилось защитное стекло стоимостью 790 рублей, также на телефон был надет прозрачный чехол материальной ценности для него не представляющий. Хочет отметить, что когда он дарил сыну телефон, он отдал ему свой старый чехол от телефона, а новый чехол, купленный им в Новосибирске, он забрал себе. То есть, когда у сына отобрали сотовый телефон, на нем находился его старый чехол. Итого, общий ущерб для него составил 8480 рублей, данный ущерб для него незначительный. Также пояснил, что банковская карта, которую похитили у его сына, принадлежит ему, эту карту ему оформили в техникуме для того, чтобы перечислять стипендию. Размер стипендии О. 500 рублей в месяц. Оглашенные показания потерпевший О. . подтвердил в полном объеме, объяснив противоречния давностью произощедшего. Свидетель М. суду показала, является матерью потерпевшему О. Она узнала о произошедших событиях, когда была на работе. В коце марта 2018 года, ночью ей позвонила мама ее супруга и рассказала, что произошло. Говорила, что вызвали полицию, что похитили телефон, компьютер. Сын им ничего не рассказывал, но она видела по его поведению, что что-то происходит, также стала спрашивать про телефон, он сказал, что забыл его у друга, потом на следующий день также сказал, что тот одногруппник не пришел на занятия, поэтому он не забрал у него телефон. Он приходил с занятий, и все время, как - будто бы, спал. Когда ей позвонила свекровь, она стала рассказывать, что у О. ФИО1 забрал телефон, и он боялся об этом говорить. О. боялся об этом говорить, наверное, потому, что этот телефон Samsung, ему подарил отец, привез из г. Новосибирск, а он его отдал кому-то под угрозами. Сын ей потом сказал, что он просто боялся ФИО1. У О. врожденный порок сердца, они всегда пытались избегать каких-то стрессовых ситуаций. ФИО1 говорил О. что если ты не сделаешь, как я скажу, то с тобой потом будут разговаривать другие люди, либо накажут. Когда ФИО1 забирал телефон, сказал, что ноги ему прострелит, если О. не отдаст телефон. О. сказал, что поверил ФИО1 про пистолет и сам отдал ему телефон, и 500 рублей. Насколько она помнит, О. говорил, что сначала ФИО1 спросил про деньги. В тот день О. только получил стипендию 500 рублей, снял ее с карточки. Когда ее сын с другом стояли на остановке, к ним подошел ФИО1, отвел его в сторону, стал спрашивать есть ли у него деньги. О. без задних мыслей, взял и вытащил из кармана 500 рублей, в тот момент ФИО1 выхватил у него эти деньги. О. видимо, стал громко говорить, чтобы он отдал ему деньги обратно, а ФИО1 видимо сказал «Тише будь, а то ногу прострелю». О. ему говорил, что у него нет денег на проезд, ФИО1 разменял в магазине деньги и дал О. на проезд 20 рублей. Когда О. сел в автобус, ФИО1 сел вместе с ним в автобус. Потом он каким-то образом стал просить у О. банковскую карту, на которую ему давали стипендию, сказал, что ему должны перевести деньги. Получилось так, что О. отдал карту и сказал ФИО1 пин-код карты. При этом О. сказал ему, что на карте нет денег. Потом через некоторое время, ФИО1 и телефон забрал у О. . О. сказал, что вышел из спортзала, сел на автобус, ФИО1 позвонил ему и сказал, чтобы он вышел на остановке <адрес>. О. вышел на остановке и стоял, ждал ФИО1, потому что боялся его. Когда к нему подошел ФИО1, он стал говорить ему про телефон, просил показать его. О. достал телефон, но он был разряжен. Зарядное устройство было с собой, ФИО1 повел его в кафе «<данные изъяты>», там они зарядили телефон, потом ФИО1 сразу с телефона О. начал кому-то звонить. О. просил отдать ему его телефон, но ФИО1 его не слушал. Про компьютер она узнала в отделении полиции, когда сына допрашивали, она присутствовала при допросе, поскольку ему не было 18 лет. Она все знает со слов сына. ФИО1 сказал О. , что сдал его телефон в ломбард, и чтобы его выкупить, необходимо еще что-нибудь сдать в ломбард. Это он ему написал по интернету, тогда О. находился у бабушки дома. ФИО1 ему писал, чтобы О. вышел на остановку и взял с собой системный блок, чтобы также его сдать в ломбард и выкупить телефон О. . А компьютер вроде сказал, что позже тоже выкупит. Как она поняла, ФИО1 ждал О. на остановке на машине, чтобы он вынес компьютер, но О. сидел в комнате и не выходил, потому что боялся. Дома у бабушки никого не было, О. там был один, тогда ФИО1 сам пришел в общежитие, постучался в комнату, сын открыл дверь, но не хотел его впускать, а ФИО1 резко толкнул дверь и сам зашел в комнату. Она не знает, о чем они разговаривали, помнит только, что они все-таки повезли компьютер в ломбард. Системный блок от компьютера включается не сразу, О. об этом знал, в ломбарде они не смогли его включить, поэтому его не получилось сдать в ломбард. Свидетель В. суду показал, что О. является его одногруппником. ФИО1 он не знает, только недавно с ним познакомился. В 2018 году, месяц не помнит, они с М. шли со спортзала, ФИО1 их встретил на остановке «<данные изъяты>», он попросил М. подойти, а он ушел домой. О. при этом был спокоен. На следующий день, ему позвонил О. сказал, чтобы он вышел, затем встретил О. и ФИО1. ФИО1 сразу у него стал спрашивать, есть ли у него паспорт, но у него паспорта не было. Зачем им был нужен паспорт, он не спрашивал. Затем они ушли. Ему показалось, что ФИО1 украл у О. телефон, он так подумал, потому что они спрашивали про паспорт. На следующий день, О. сказал, что ФИО1 у него украл телефон. Как именно все произошло, он не знает, поскольку О. ему ничего не рассказывал. Потом, они хотели выкупить телефон из ломбарда. Видимо, ФИО1 сдал телефон О. в ломбард «<данные изъяты>», который расположен по <адрес>, возле дома торговли. В ломбард пошли он, О. и ФИО1. Он лично с ломбард не заходил. ФИО1 дал О. какую-то бумажку, на которой была указана сумма, за которую он его сдал. После они пошли втроем в спортзал, потому, что ФИО1 хотел тоже вроде записаться с ними ходить. Но когда они пришли, тренера на месте не было, и ФИО1 ушел, а они остались. После этого, он ФИО1 больше не видел. Он спрашивал у О. , отдал ли ФИО1 телефон, но тот отвечал что нет. О том, что О. написал заявление в полицию, он не знал. Узнал об этом только, когда к нему пришли в общежитие и забрали в полицию для допроса в качестве свидетеля. Насколько он понял, ФИО1 и О. находились в хороших отношениях. Считает, что О. не склонен к вранью, он никогда не врал. Свидетель Т. суду показал, что точную дату, месяц он не помнит. В тот день он работал, вызвали такси, он приехал по <адрес>. По данному адресу он забрал подсудимого ФИО1. Затем они поехали в ломбард на <адрес>, ФИО1 попросил его сдать телефон, потому что у него не было паспорта с собой. Он согласился, потому что ФИО1 сказал, что заплатит за проезд с этих денег, которые ему дадут за телефон. Телефон был марки Samsung. ФИО1 расплатился с ним, заплатил 200 рублей, взял его номер телефона для того, чтобы потом выкупить телефон, и он уехал. Через некоторое время ему позвонил ФИО1, сказал, что хочет выкупить телефон, он приехал снова к нему по адресу, и они поехали на стеклозавод, чтобы забрать какого-то парня по <адрес>, общежитие. Сначала стояли на остановке рядом с домом по <адрес>. ФИО1 сказал, что на остановку должен подойти парень. Но парень не приходил, ФИО1 ему звонил, но он не отвечал, и затем они поехали к дому. ФИО1 вышел из машины, зашел один, он ждал примерно 10-15 минут, затем он вышел с парнем. Он понял, что именно его они ждали, когда стояли на остановке. Парень был как будто азиатской внешности, может, путает. Они несли системный блок, и, кажется, еще что-то было, он не помнит, потом они поехали в тот же ломбард. Вещи несли ФИО1 и тот парень вдвоем на руках. Затем, они поехали в ломбард на элеваторе, хотели сдать компьютер в залог, но компьютер не включился, видимо был сломан. Затем они проехали в еще один ломбард <адрес>. И тогда он им сказал, чтобы они выходили из машины, потому что ему показалось что-то не ладное, потому как ФИО1 к парню относился как-то не так, обзывал его, говорил, что он «конь», что-то в этом роде. Поэтому он их высадил из машины. ФИО1 оказывал на этого парня давление, обзывал его. В связи с существенными противоречиями, по ходатайству защитника, в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, были оглашены показания свидетеля Т. данные в ходе предварительного следствия (т.1 л.д.221-224), из которых следует, что примерно месяц или полтора назад, около 17-18 часов ему на сотовый телефон пришло смс-сообщение от диспетчера, который принимает заявки о вызове такси о том, что нужна машина на адрес: <адрес>, сейчас он уже точно не помнит, проехать надо было до <адрес>, номер дома сейчас он не помнит. Далее, он принял заявку и направился за пассажиром на <адрес> Подъехав к дому № или № по <адрес>, к нему подошел смуглый молодой парень азиатской внешности невысокого роста, который сказал, что ему надо в ломбард. Доехав до ломбарда, который расположен <адрес>», парень ему сказал о том, что у него с собой нет наличности для того, чтобы расплатиться за проезд, также он сказал, что у него есть сотовый телефон, который принадлежит ему, и который ему надо заложить в ломбард, так как ему самому срочно необходимы деньги. Но для того, чтобы заложить телефон ему необходимого паспорт, так как у него нет паспорта. Он согласился на предложение этого парня, так как он не мог рассчитаться с ним за проезд. После этого, они вместе с парнем прошли в помещение указанного ломбарда, парень передал работнику ломбарда сотовый телефон, он в этот момент увидел, что парень передает сенсорный телефон «Самсунг», а он в свою очередь передал работнику свой паспорт. После того, как работник ломбарда заполнила необходимые документы, в которых он расписался, они с парнем вышли на улицу. На улице парень передал ему плату за проезд в сумме 200 или 250 рублей, точно не помнит сколько, после чего парень попросил его дать ему его личный номер сотового телефона, так как он хотел через несколько дней выкупить данный телефон, хотел, чтобы он его довез до ломбарда. Он продиктовал данному парню номер своего телефона и сразу же уехал, данный парень оставался на месте. Затем, спустя несколько дней, точно не помнит когда, около 16-17 часов ему на сотовый телефон поступил звонок, в ходе разговора ему пояснили, что несколько дней назад он ездил в ломбард на «<данные изъяты>» где на его паспорт заложили сотовый телефон, что нужно еще раз туда съездить и выкупить телефон, он в тот момент понял, что ему позвонил именно тот парень, которого он подвозил к данному ломбарду. Парень снова попросил подъехать к дому № или № по <адрес>, точный адрес он не помнит. Далее, он подъехал снова к тому же дому на <адрес>, из которого вышел тот же смуглый парень азиатской внешности невысокого роста, которого он довозил до ломбарда на остановку «<данные изъяты>». Сев в машину парень ему сказал, что надо ехать на <адрес>, что он покажет дорогу. Далее, они подъехали на остановку общественного транспорта, расположенную около <адрес> где остановились. Из разговора с парнем он понял, что на остановку должен подойти его знакомый. Но прождав некоторое время, к ним никто так и не подошел, после чего парень сказал ехать ему дальше, что он укажет ему путь, сказал, что он сам зайдет домой к своему знакомому домой. После этого, он с парнем подъехали насколько он помнит к дому № по <адрес> где парень вышел из его машины, сказал подождать его. Спустя примерно 5 минут к его машине подошел этот же парень, в руках у которого он увидел монитор от компьютера, также с данным парнем был еще один молодой парень, который был немного повыше ростом первого, внешность его не помнит, в руках у второго парня была коробка от компьютера, то есть системный блок. Далее, оба парня сели к нему в машину погрузив предварительно системный блок и монитор, после чего первый парень сказал ехать в тот же ломбард на «<адрес>», куда он и направился. По пути следования первый парень (который ниже ростом и которого он уже ранее довозил) «наезжал» на второго парня, то есть морально на него давил, правда суть их разговора он сейчас уже не помнит, он в их разговор не вмешивался. Подъехав к ломбарду на остановку «<адрес>», они все втроем вышли из его машины, парни взяли с собой компьютер и направились в этот же ломбард. В ломбарде работники проверили компьютер, но сказали, что он неисправен, после этого они вышли из ломбарда, парни снова погрузили в его машину компьютер, первый парень сказал ехать к ломбарду, который расположен неподалеку <адрес>, сейчас точно не помнит адрес. Подъехав ко второму ломбарду, парни снова вдвоем вытащили из его машины компьютер и занесли его в ломбард, он в этот момент не стал их дожидаться, так как понял, что происходит что-то неладное и что они с ним не расплатятся, и сразу же уехал с места. Более он этих парней не видел. Оглашенные показания свидетель Т. подтвердил в полном объеме, пояснив противоречия давностью событий. Свидетель Л. суду показала, что по обстоятельствам дела ничего пояснить не может, так как не помнит. Ранее она работала в ломбарде «<данные изъяты> Во время ее работы, очень часто приходили сотрудники полиции, допрашивали, изымали разного рода вещи. В ломбарде принимали, в основном, сотовые телефоны, бытовую и цифровую технику, компьютеры. Все вещи, которые сдаются в ломбард, можно либо продать в скупку, либо сдать на время. При сдаче вещей обязательно необходимо было наличие паспорта либо водительского удостоверения. Сроки сдачи могут быть разные, все по желанию клиента от 5 до 20 дней. Данные о поступающей технике фиксировались в компьютере, имеется специальная программа 1С, распечатывается договор. В связи с существенными противоречиями, по ходатайству государственного обвинителя, в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, были оглашены показания свидетеля Л. данные в ходе предварительного следствия (т.1 л.д.208-211), где она показала, что 30 марта 2018 года а ним в магазин был сдан под комиссию с правом выкупа монитор «Benq» при этом оформлении договора клиентом было предоставлено водительское удостоверение на имя Ш. , серию удостоверения и дату рождения данного клиента она не записала. Каких-либо подробностей принятия данного монитора, она не помнит, так как каждый день у них много клиентов. Монитор она приняла за 500 рублей. Оглашенные показания свидетель Л. подтвердила в полном объеме. Дополнительный свидетель Ц. в судебном заседании показал, что является следователем СО по Октябрьскому району г.Улан-Удэ. В его производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 Им проводились следственные действия, в том числе допросы подсудимого. Показания ФИО1 давал добровольно, без оказания давления, жалоб на сотрудников полиции, иных лиц не высказывал, отводов не заявлял. При допросе ФИО1, а также при проведении других следственных действий оперативные сотрудники не присутствовали. Ход, процедура и результаты следственных действий отражены им в соответствующих протоколах. Допросы подозреваемого, обвиняемого производились в присутствии защитника, все права, предусмотренные законом, ФИО1 разъяснялись, предоставлялось время для согласования позиции защиты. Показания были изложены в протоколе со слов ФИО1, без искажения смысла. Со всеми протоколами следственных действий, в которых он принимал участие, ФИО1 знакомился лично, собственноручно расписывался, в случае принесения им замечаний, они были бы отражены в протоколах. С его стороны на ФИО1 давления не оказывалось, насилия не применялось, угрозы не высказывались. Кроме того, в порядке ст. 285 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя судом были оглашены и исследованы следующие протоколы следственных действий и иные документы, свидетельствующие о виновности ФИО1 в совершении преступлений при установленных и описанных выше обстоятельствах: по факту открытого хищения имущества О. - рапорт следователя СО по Октябрьскому району г. Улан-Удэ СУ СК России по РБ М. от 03.04.2018 года (т.1 л.д.22); - протокол осмотра места происшествия от 10.04.2018 года, с фототаблицей – участка местности, расположенного около дома № по <адрес>. С места осмотра ничего не изъято и не обнаружено (т.1 л.д.40-43); - протокол осмотра места происшествия от 10.04.2018 года, с фототаблицей – территории, прилегающей к домам № по <адрес>. С места осмотра ничего не изъято и не обнаружено (т.1 л.д.45-48); по факту открытого хищения имущества О. - рапорт следователя СО по Октябрьскому району г. Улан-Удэ СУ СК России по РБ Ц. от 28.05.2018 года (т.1 л.д. 21); - протокол осмотра места происшествия от 10.04.2018 года, с фототаблицей – территории, прилегающей к домам № по <адрес>. С места осмотра ничего не изъято и не обнаружено (т.1 л.д.45-48); - протокол осмотра места происшествия от 10.04.2018 года – помещения кафе «<данные изъяты>» по <адрес> С места осмотра ничего не изъято и не обнаружено (т.1 л.д.51-54); - протокол выемки от 03.04.2018 года, в соответствии с которой, подозреваемым ФИО1 добровольно выданы банковская карта «Сбербанк», квитанция о сдаче сотового телефона в ломбард (т.1 л.д.82-87); - протокол выемки от 11.04.2018 года, в соответствии с которой, свидетелем М. добровольно выдан сотовый телефон «Samsung GalaxyJ2 Prime», зарядное устройство к сотовому телефону (т.1 л.д.92-95); - протокол осмотра предметов от 13.04.2018 года, согласно которому, осмотрены: сотовый телефон «Samsung GalaxyJ2 Prime», зарядное устройство к сотовому телефону, монитор «Benq», сим-карта, банковская карта «Сбербанк», квитанция, системный блок «Asus» (т.1 л.д.104-106). Постановлением от 13.04.2018 года осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами по делу, возвращены потерпевшей О., , свидетелю М., ., кватанция – хранится при уголовном деле (т.1 л.д. 107-113); по факту открытого хищения имущества О. - рапорт следователя СО по Советскому району г. Улан-Удэ СУ СК России по РБ Б. от 29.05.2018 года (т.1 л.д. 24); - рапорт следователя СО по Октябрьскому району г. Улан-Удэ СУ СК России по РБ Ц. от 28.05.2018 года (т.1 л.д. 25); - рапорт оперативного дежурного УМВД России по г. Улан-Удэ от 01.04.2018 года с информацией о поступлении 01.04.2018 года в 17 часов сообщения от О. о хищении монитора, процессора (т.1 л.д.32); - заявление О. от 01.04.2018 года о принятии мер по факту хищения ее имущества из комнаты по <адрес> (т.1 л.д.34); - протокол осмотра места происшествия от 02.04.2018 года, с фототаблицей – комнаты № по <адрес>. В ходе осмотра ничего не обнаружено и не изъято (т.1 л.д.36-39); - протокол выемки от 03.04.2018 года, в соответствии с которой, подозреваемым ФИО1 добровольно выданы системный блок «Аsus», сим-карта (т.1 л.д.82-87); - протокол выемки от 11.04.2018 года, в соответствии с которым свидетелем Л. добровольно выдан монитор «Benq» (т.1 л.д. 100-103); - протокол осмотра предметов от 13.04.2018 года, согласно которому, осмотрены: сотовый телефон «Samsung GalaxyJ2 Prime», зарядное устройство к сотовому телефону, монитор «Benq», сим-карта, банковская карта «Сбербанк», квитанция, системный блок «Asus» (т.1 л.д.104-106). Постановлением от 13.04.2018 года осмотренные предметы признаны вещественными доказательствами по делу, возвращены потерпевшей О., свидетелю М. кватанция – хранится при уголовном деле (т.1 л.д. 107-113); Судом также исследованы материалы, характеризующие подсудимого ФИО1: копия формы №1 с данными о личности (т.2 л.д.15); постановление об установлении личности ( т.2 л.д. 16), требование ИЦ МВД РБ (т.2 л.д.19,21); ответы на запросы в РПНД, РНД (т.2 л.д.17-18), согласно которым ФИО1 <данные изъяты>, на учете РПНД не состоит; характеристика с места жительства (т.2 л.д.20). Исследовав все доказательства, представленные сторонами, суд считает их допустимыми, по своему содержанию относимыми, а в совокупности достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении преступлений при описанных обстоятельствах и постановления обвинительного приговора. В основу обвинительного приговора суд берет показания ФИО1 в ходе предварительного следствия и в суде, в той части, в которой они не противоречат иным исследованным судом доказательствам, а также показания потерпевших О. в ходе следствия и в суде, свидетелей М., В. в ходе судебного заседания, свидетелей Т. и Л. в ходе следствия и в суде. Данные показания последовательны, непротиворечивы, устанавливают одни фактические обстоятельства, подтверждаются исследованными в порядке ст. 285 УПК РФ доказательствами, а именно протоколами осмотров мест происшествия, выемки и осмотра предметов. Так, из показаний потерпевшего О. следует, что 27 марта 2018 г. он встретил своего знакомого ФИО1, который выхватил из его руки денежные средства в размере 500 рублей, при этом высказал угрозу «Тише будь, ноги прострелю!», которую потерпевший воспринял реально, испугался, не смотря на то, что не видел в руках ФИО1 какого-либо оружия. Затем, ФИО1 забрал у него банковскую карту «Сбербанк», не смотря на то, что потерпевший не хотел ее отдавать, однако испугался ФИО1, поскольку последний ранее уже высказал ему слова угрозы применения насилия и отобрал деньги. В дальнейшем, 28 марта 2018 г. ФИО1 выхватил из рук О. сотовый телефон, принадлежащий его отцу О. На просьбы вернуть телефон, ФИО1 ответил отказом. В последующем, ему стало известно, что ФИО1 заложил телефон в ломбард. Кроме того, 30 марта 2018 г. ФИО1, против воли потерпевшего зашел в комнату в общежитии по <адрес>, толкнув дверь, потребовал, чтобы тот отсоединил компьютер, принадлежащий О. и сдал системный блок с монитором в ломбард. Испугавшись ФИО1, боясь физической расправы с его стороны, потерпевший выполнил требования ФИО1. Указанные показания потерпевшего полностью согласуются с показаниями свидетеля В. который видел, как ФИО1 встретился с О. в конце марта 2018 г., в последующем Осколков рассказывал, что ФИО1 украл у него сотовый телефон, показаниями свидетеля М. которой со слов сына О. стало известно, что ФИО1 забрал у него денежные средства, банковскую карту, в последующем ФИО1 забрал у ее сына сотовый телефон, и компьютер, принадлежащий бабушке О. а также показаниями свидетеля Т. являющегося водителем такси, который по просьбе ФИО1 сдал в ломбард сотовый телефон, а также видел, как ФИО1 и О. пытались сдать в ломбард системный блок и монитор от компьютера, при этом видел, как ФИО1 в ходе поездки оказывал моральное давление на ФИО3. Потерпевшие О. показали, что со слов О. им стало известно о том, что ФИО1 выхватил и похитил у него денежные средства, банковскую карту, затем сотовый телефон и компьютер. Суд также берет в основу обвинительного приговора показания ФИО1 в судебном заседании и в ходе следствия, в части, в которой они не противоречат исследованным в судебном заседании доказательствам. Так, ФИО1 не отрицал факт того, что выхватил из рук потерпевшего О. денежные средства в размере 500 рублей. На просьбу потерпевшего вернуть деньги, ответил отказом. Кроме того, ФИО1 не отрицал, что взял у О. сотовый телефон и заложил его в ломбард, а в последующем приехал к О. домой, откуда последний вынес системный блок и монитор от компьютера, которые ФИО1 хотел также заложить в ломбард. К показаниям ФИО1 в ходе следствия и в суде относительно того, что он высказал слова угрозы потерпевшему в шуточной форме, о том, что банковскую карту, сотовый телефон, системный блок и монитор от компьютера О. отдал ему добровольно, о том, что О. сам впустил ФИО1 в дом, суд относится критически, поскольку они опровергаются, как его первоначальными показаниями, данными в ходе предварительного следствия, о том, что он высказал слова угрозы для того, чтобы испугать потерпевшего, о том, что он выхватил из рук О. сотовый телефон, и, не смотря на его просьбы вернуть телефон, заложил в ломбард, деньги при этом, оставил себе, так и показаниями потерпевшего О. В указанной части показания ФИО1 в судебном заседании и в ходе следствия суд расценивает, как способ защиты своих интересов, желание избежать ответственности и наказания за совершенное преступление. Исследованными доказательствами установлен факт противоправного безвозмездного изъятия ФИО1 чужого имущества в свою пользу, действия его были умышленными, поскольку похищая чужое имущество, он действовал из корыстных побуждений, желал обратить имущество потерпевших в свою пользу, распорядился им в последующем в личных целях. Анализируя исследованные судом доказательства, суд приходит к выводу, что действия его носили открытый характер, поскольку являлись очевидными для потерпевшего О. , который осознавал, что ФИО1 против воли изымает его имущество, а также имущество его отца и бабушки. Из показаний потерпевшего также следует, что ФИО1 для облегчения совершения хищения, подавления сопротивления, высказал угрозу применения насилия. Характер похищенного имущества установлен судом из показаний, потерпевшего и свидетелей. Суд считает, что квалифицирующий признак грабежа совершенного «с угрозой применением насилия не опасного для жизни или здоровья» нашел свое подтверждение в судебном заседании, поскольку совокупностью доказательств установлено, что ФИО1 высказывал потерпевшему угрозы применения насилия для завладения имуществом О. , при этом в руках ничего не держал. Потерпевший слова угрозы «Тише будь, ноги прострелю!» воспринял реально, испугался за свою жизнь и здоровье. Таким образом, своими действиями ФИО1 подавлял сопротивление потерпевшего, с целью облегчения хищения чужого имущества. Кроме того, вопреки доводам стороны защиты, в соответствии с требованиями примечания к ст.139 УК РФ, суд находит правильным вменение ФИО1 квалифицирующего признака «с незаконным проникновением в жилище», поскольку из показаний потерпевшего О. следует, что он находился в доме у своей бабушки потерпевшей О. В это время в комнату общежития постучался ФИО1. О. открыл дверь, но при этом, ФИО1 в дом не приглашал, последний против воли О. , без разрешения собственника, толкнув дверь, вошел в дом. Таким образом, исследованными доказательствами установлено, что ФИО1, осознавая противоправный характер своих действий, желая завладеть чужим имуществом, с целью личного обогащения, открыто похитил имущество потерпевших О. Доводы подсудимого о том, что к нему применялись недозволенные методы ведения следствия, проверялись судом и не нашли своего подтверждения. Указанные доводы опровергаются показаниями свидетеля Ц. , который, предупрежденный судом об уголовной ответственности, показал об отсутствии какой-либо заинтересованности в исходе уголовного дела в отношении ФИО1, а также о том, что руководствовался только уголовно-процессуальным законом при осуществлении предварительного расследования. Указанные доводы подтверждаются и протоколами следственных действий, согласно которым все права перед допросами ФИО1 были разъяснены, обеспечено право на защиту, с показаниями в каждом случае он был ознакомлен, о чем имеются соответствующие собственноручно исполненные записи. Суд убедился в том, что последний давал показания добровольно, в присутствии защитника, без оказания давления. Последующее изменений показаний ФИО1 в ходе предварительного следствия, суд также расценивает как соответствующую тактику защиты, выбранную с целью избежать ответственности за совершение тяжких преступлений. Доводы стороны защиты о том, что в целом действия ФИО1 были неверно квалифицированы органами предварительного следствия опровергаются совокупностью изложенных выше доказательств. С учетом всех обстоятельств, нашедших свое подтверждение, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует следующим образом. - по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ – как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья; - по ч.1 ст.161 УК РФ – как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества; - по п. «в» ч.2 ст.161 УК РФ – как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный с незаконным проникновением в жилище. Оснований для освобождения подсудимого от уголовной ответственности или от наказания, в том числе и в соответствии со ст.75-78 УК РФ, судом не установлено. При назначении наказания подсудимому, руководствуясь требованиями ч.3 ст.60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, обстоятельства их совершения, личность виновного, в том числе наличие смягчающих обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи, предупреждения совершения им новых преступлений. В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому, суд считает необходимым учесть: частичное признание вины, отсутствие судимостей, молодой возраст, мнение потерпевших, не настаивающих на строгом наказании. Оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством активного способствования расследованию преступления путем дачи признательных показаний суд не установил, поскольку ФИО1 не был правдив в своих показаниях в полной мере. Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, в соответствие со ст.63 УК РФ, судом не установлено. С учетом изложенного, учитывая все обстоятельства, принимаемые во внимание при назначении наказания в порядке ст. 43 УК РФ, для достижения целей наказания, суд считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы на определённый срок по каждому эпизоду преступлений, без применения дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы.Суд приходит к выводу, что менее строгое наказание не послужит целям его исправления. В соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления. Рассмотрев установленные обстоятельства, суд считает невозможным применить данное положение Закона, а также не находит оснований для признания каких-либо обстоятельств исключительными и применения, при назначении подсудимым наказания, ст.64 УК РФ, считает, что ни отдельные обстоятельства, ни их совокупность, не уменьшили существенно степень общественной опасности совершенных подсудимым преступлений. Достаточных оснований для применения ч. 1 ст. 62 УК РФ суд не находит. При назначении окончательного наказания суд считает возможным применить принцип частичного сложения наказаний, предусмотренный ч.3 ст.69 УК РФ. С учетом совокупности смягчающих обстоятельств, личности подсудимого, не судимого, влияния назначенного наказания на условия его жизни, его молодой возраст, суд приходит к выводу о возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, применив к данному виду наказания правила ч. 1 ст. 73 УК РФ об условном осуждении. Для исправления подсудимого, устанавливается испытательный срок. Направление подсудимого в места лишения свободы, по мнению суда, в настоящее время не будет отвечать целям и задачам уголовного наказания, способствовать его исправлению. Гражданский иск по делу не заявлен. Судьбу вещественных доказательств суд решает в соответствии с требованиями ст.81 УПК РФ. В порядке ст. 131 УПК РФ суд признает процессуальными издержками вознаграждение адвоката Мельниковой М.И., назначенного в порядке ст. 50 УПК РФ для защиты прав и законных интересов подсудимого в общем размере 21658 руб. (в ходе следствия 7.644 руб.; в судебном заседании 14014 руб.). Согласно ч.1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденного лица. Каких либо достаточных оснований для освобождения ФИО1 от возмещения процессуальных издержек, суд не усматривает. ФИО1 молод, трудоспособен. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.296-299,304,307-309 УПК РФ, суд П Р И Г О В О Р И Л: ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ, ч.1 ст.161 УК РФ, п.«в» ч.2 ст.161 УК РФ, на основании санкций которых, назначить наказание: - по п.«г» ч.2 ст.161 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 3 (три) года; - по ч.1 ст.161 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 2 (два) года; - по п.«в» ч.2 ст.161 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 3 (три) года. На основании ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в 4 (четыре) года, который исчислять с момента вступления приговора в законную силу. Зачесть в испытательный срок время, прошедшее с момента оглашения приговора. В порядке ст. 73 ч.5 УК РФ возложить на осужденного исполнение следующих обязанностей: по месту жительства встать на учет специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, куда являться для отчета о своем поведении не реже раза в месяц. При изменении постоянного места жительства или работы незамедлительно уведомлять данный орган (в срок не позднее 10 суток). Меру пресечения – подписку о невыезде и надлежащем поведении, оставить прежней до вступления приговора в законную силу. Вещественное доказательство по вступлению приговора в законную силу: квитанцию №ЭЮ_ 635 от 28.03.2018 года – хранить при уголовном деле. Процессуальные издержки в виде суммы, выплачиваемой адвокату Мельниковой М.И. за оказание юридической помощи по назначению за осуществление защиты прав и законных интересов подсудимого на предварительном следствии и судебных заседаниях в размере 21658 (двадцать одна тысяча шестьсот пятьдесят восемь) рублей возместить за счет средств федерального бюджета, а в последующем взыскать с осужденного ФИО1 Приговор может быть обжалован в Верховный Суд Республики Бурятия, через Октябрьский районный суд г.Улан-Удэ, в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе, в тот же срок, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, при этом поручать осуществление своей защиты избранному им защитником либо ходатайствовать о назначении такового. Судья Суд:Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ (Республика Бурятия) (подробнее)Судьи дела:Прокопенко М.Ю. (судья) (подробнее)Последние документы по делу:Судебная практика по:По грабежамСудебная практика по применению нормы ст. 161 УК РФ |
