Апелляционное определение № 33-3163/2026 от 27 апреля 2026 г.

Судья Танская Е.А. № 33-3163/2026 (№ 2-5661/2025)

УИД 22RS0065-01-2025-007476-10


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 апреля 2026 года г. Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Шипунова И.В.,

судей Серковой Е.А., Шелковниковой А.А.,

при секретаре Орликовой С.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика общества с ограниченной ответственностью «Жилищная компания» на решение Индустриального районного суда города Барнаула Алтайского края от 23 декабря 2025 года по гражданскому делу

по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Жилищная компания» о защите прав потребителя,

Заслушав доклад судьи Серковой Е.А., судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Жилищная компания» (далее - ООО «Жилищная компания») о защите прав потребителя, указав в обоснование требований, что является собственником жилого помещения по адресу: <адрес> Управление данным многоквартирным домом осуществляет ответчик ООО «Жилищная компания».

ДД.ММ.ГГ истец обратилась к ответчику с заявкой на проведение платных работ по демонтажу сантехнического прибора (унитаза), однако услуга оказана не была.

ДД.ММ.ГГ ФИО1 направила в адрес управляющей организации претензию с требованием произвести демонтаж оборудования на основании размещенного в открытом доступе прейскуранта предельных цен на дополнительные услуги, согласно которому стоимость указанных работ составляет 1 000 руб.

Письменным ответом от ДД.ММ.ГГ ответчик отказал в удовлетворении заявки, сославшись на то, что сантехническое оборудование не является общим имуществом многоквартирного дома и не входит в зону эксплуатационной ответственности управляющей организации.

Считая отказ незаконным, истеца, с учетом уточнения исковых требований, просила признать бездействие ответчика противоправным, возложить на ООО «Жилищная компания» обязанность в семидневный срок с даты принятия решения провести работы по демонтажу унитаза в указанной квартире, взыскать неустойку за нарушение сроков начала выполнения работ в размере 1 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной суммы, ежедневную компенсацию на случай неисполнения решения суда в размере 5 000 руб. до даты фактического исполнения, а также понесенные судебные расходы.

Решением Индустриального районного суда города Барнаула Алтайского края от 23 декабря 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

На ООО «Жилищная компания» возложена обязанность заключить с ФИО1 договор об оказании платных услуг по демонтажу сантехнического оборудования (унитаза) по адресу: <...>, согласно прейскуранту предельных цен дополнительных услуг на 2025 год в размере 1 000 руб. в течение десяти рабочих дней со дня вступления решения суда в законную силу, с ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 руб., штраф в размере 500 руб., в случае неисполнения судебного акта в части возложения обязанности заключить договор, суд постановил взыскивать с ООО «Жилищная компания» судебную неустойку в размере 100 руб. ежемесячно до момента исполнения судебного акта в полном объеме.

В остальной части исковых требований отказано.

Взыскана с ООО «Жилищная компания» в доход муниципального образования городского округа – город Барнаула государственная пошлина в размере 6 000 руб.

В апелляционной жалобе ответчик ООО «Жилищная компания» просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований в полном объеме, указывая на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, и нарушение норм материального права.

В обоснование жалобы апеллянт указывает, что между сторонами отсутствуют договорные отношения по выполнению спорных работ, поскольку размещенный в организации прейскурант является лишь справочной информацией, а не публичной офертой.

Кроме того, ответчик полагает необоснованным применение судом норм законодательства о защите прав потребителей, поскольку внутриквартирное сантехническое оборудование в силу статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации и пункта 3 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме относится к частной собственности истца, а обязанность управляющей компании ограничивается содержанием только общего имущества дома.

Ответчик также указывает на отсутствие доказательств причинения истцу морального вреда и необоснованность взыскания штрафа и судебной неустойки при отсутствии основного обязательства.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ООО «Жилищная компания» ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. Дополнительно пояснил, что размещенный в помещении управляющей организации прейскурант носит характер справочной информации и является приглашением делать оферты.

Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания дела извещены своевременно и надлежащим образом. Информация о времени и месте рассмотрения дела публично размещена на официальном сайте Алтайского краевого суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Об уважительных причинах своей неявки не сообщили, об отложении разбирательства по делу не просили. Принимая во внимание положения ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность решения в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

Управление указанным многоквартирным домом с ДД.ММ.ГГ осуществляет ООО «Жилищная компания» на основании договора управления, заключенного в соответствии с решением общего собрания собственников от ДД.ММ.ГГ.

ДД.ММ.ГГ ФИО1 в адрес управляющей организации была подана заявка на проведение платных работ, включающих демонтаж сантехнического прибора (унитаза) в принадлежащей ей квартире. Факт получения данной заявки ответчиком подтверждается отметкой на копии документа.

Письменным ответом от ДД.ММ.ГГ ООО «Жилищная компания» отказало в удовлетворении заявки, мотивируя это тем, что сантехническое оборудование не является общедомовым имуществом и не входит в зону эксплуатационной ответственности управляющей организации.

ДД.ММ.ГГ истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о выполнении работ по демонтажу в кратчайшие сроки.

ДД.ММ.ГГ ООО «Жилищная компания» направила в адрес истца ответ на претензию, где указала, что сантехническое оборудование «унитаз» не является общедомовым имуществом и в зону эксплуатационной ответственности управляющей организации не входит.

ООО «Жилищная компания» утвержден «Прейскурант предельных цен дополнительных (платных) услуг, выполняемых жилищно-эксплуатационными организациями за счет средств и расходных материалов заказчика на 2025 год».

Данный Прейскурант размещен в открытом для ознакомления доступе в «уголке потребителя» организации.

Согласно пункту 13 раздела 2 указанного Прейскуранта, стоимость услуги по демонтажу унитаза составляет 1 000 рублей.

В соответствии с пунктом 2.2 договора управления многоквартирным домом, управляющая организация может оказывать услуги, не вошедшие в перечень работ по содержанию общего имущества, за дополнительную плату.

Пунктом 3.1.8 договора управления также предусмотрено право управляющей организации производить работы, не предусмотренные условиями договора, за дополнительную плату, размер которой подтвержден экономическим расчетом. Основанием для производства таких работ является соответствующий акт, подписанный собственником.

Из объяснений сторон и материалов дела следует, что до настоящего времени работа по демонтажу сантехнического оборудования ответчиком не выполнена, договор на оказание данной услуги в письменном виде сторонами не подписывался. При этом судом первой инстанции зафиксирован факт обращения истца к ответчику как к коммерческой организации, оказывающей услуги на платной основе путем размещения публичного предложения.

Разрешая спор по существу и приходя к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 426, 432, 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, нормами Закона РФ «О защите прав потребителей» и исходил из того, что размещенный ответчиком прейскурант предельных цен на дополнительные услуги является публичной офертой. Оценив представленные доказательства, суд указал, что при подаче заявки истец совершила конклюдентные действия по акцепту данного предложения, в связи с чем на управляющую компанию, как на лицо, осуществляющее приносящую доход деятельность, должна быть возложена обязанность по заключению договора на оказание платных услуг по демонтажу сантехнического оборудования.

Установив факт уклонения ООО «Жилищная компания» от заключения такого договора и констатировав нарушение прав истца как потребителя, суд первой инстанции, применив положения статей 13, 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» и статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскал с ответчика компенсацию морального вреда, штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований, а также судебную неустойку на случай неисполнения судебного акта. Отказывая во взыскании законной неустойки за нарушение сроков выполнения работ, суд исходил из того, что срок для ее начисления не наступил.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права.

Оценивая доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии обязанности по выполнению спорных работ, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно статье 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно части 2.3 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, при управлении многоквартирным домом управляющей организацией она несет ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в данном доме и качество которых должно соответствовать требованиям технических регламентов и установленных Правительством Российской Федерации правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, за предоставление коммунальных услуг в зависимости от уровня благоустройства данного дома, качество которых должно соответствовать требованиям установленных Правительством Российской Федерации правил предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, правил пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги газоснабжения, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, за обеспечение готовности инженерных систем.

Исходя из пункта 5 Постановления Правительства РФ от 13.08.2006 № 491 «Об утверждении Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме и Правил изменения размера платы за содержание жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность», в состав общего имущества включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях.

В состав общего имущества включается внутридомовая инженерная система водоотведения, состоящая из канализационных выпусков, фасонных частей, стояков, заглушек, вытяжных труб, водосточных воронок, прочисток, ответвлений от стояков до первых стыковых соединений, а также другого оборудования, расположенного в этой системе.

Таким образом, зона эксплуатационной ответственности управляющей организации строго регламентирована и ограничивается обеспечением надлежащего содержания и ремонта исключительно общего имущества многоквартирного дома.

Внутриквартирное сантехническое оборудование (унитаз), о демонтаже которого просила истец, находится внутри жилого помещения, обслуживает потребности исключительно собственников данной квартиры, в связи с чем к общему имуществу дома не относится. Бремя содержания указанного личного имущества несет сам собственник жилого помещения.

Данный вывод также прямо следует из условий заключенного между сторонами договора управления многоквартирным домом.

Выполнение работ, не предусмотренных перечнем обязательных услуг по содержанию общего имущества, регламентировано пунктом 3.1.8 Договора, согласно которому оказание таких услуг за дополнительную плату является правом, а не обязанностью управляющей организации.

При таких обстоятельствах выполнение демонтажа личного сантехнического оборудования истца выходит за пределы уставной и установленной жилищным законодательством деятельности ООО «Жилищная компания».

Действующее правовое регулирование не содержит императивных норм, возлагающих на управляющую организацию безусловную публичную обязанность по осуществлению ремонтно-строительных работ в отношении внутриквартирного имущества по первому требованию потребителя. Следовательно, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для квалификации спорных правоотношений как вытекающих из публичной обязанности ответчика.

Делая вывод о наличии у ответчика обязанности по заключению договора об оказании платных услуг и применяя к спорным правоотношениям нормы о публичном договоре, суд первой инстанции исходил из того, что ООО «Жилищная компания» осуществляет предпринимательскую деятельность, в связи с чем не вправе отказать истцу в предоставлении услуги.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда ввиду следующего.

В силу части 1 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации, публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

Лицо, осуществляющее предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим лицом в отношении заключения публичного договора, за исключением случаев, предусмотренных законом или иными правовыми актами.

В соответствии с частями 1 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами для стороны, которой направлена оферта (проект договора), заключение договора обязательно, эта сторона должна направить другой стороне извещение об акцепте, либо об отказе от акцепта, либо об акцепте оферты на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора) в течение тридцати дней со дня получения оферты.

Согласно частям 1, 2 статьи 730 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

Договор бытового подряда является публичным договором (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как было установлено ранее, основным и обязательным видом деятельности ответчика является управление многоквартирным домом. Оказание дополнительных платных услуг по демонтажу личного внутриквартирного оборудования не относится к той уставной деятельности, которую управляющая организация по ее характеру безусловно обязана осуществлять в отношении каждого обратившегося лица.

В соответствии с частью 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Поскольку выполнение ремонтно-строительных работ внутри квартир является правом, а не публичной обязанностью управляющей организации, положения статей 426 и 445 Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательном заключении публичного договора к данным правоотношениям не применимы.

Отказ ООО «Жилищная компания» от принятия к исполнению заявки истца является правомерной реализацией принципа свободы договора. При таких обстоятельствах оснований для понуждения ответчика к оказанию услуг и заключению соответствующего договора у суда первой инстанции не имелось.

Судебная коллегия также находит ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что размещенный ответчиком прейскурант предельных цен на дополнительные услуги является публичной офертой, акцепт которой истцом привел к заключению договора.

В соответствии со ст. 437 Гражданского кодекса Российской Федерации реклама и иные предложения, адресованные неопределенному кругу лиц, рассматриваются, как приглашение делать оферты, если иное прямо не указано в предложении (пункт 1). Содержащее все существенные условия договора предложение, из которого усматривается воля лица, делающего предложение, заключить договор на указанных в предложении условиях с любым, кто отзовется, признается офертой (публичная оферта) (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними.

К договору бытового подряда применяются общие нормы о договорах подряда (статьи 702 - 729 Гражданского Кодекса Российской Федерации), если иное не установлено правилами Гражданского Кодекса Российской Федерации о самом договоре бытового подряда в статьях 730 - 739 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

Таким образом, предмет, объект, сроки выполнения работ и их цена являются существенными условиями договора бытового подряда, а их несогласование может повлечь признание договора в силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации незаключенным.

Как усматривается из буквального содержания Прейскуранта, указание на «предельный» характер цен свидетельствует о том, что окончательная стоимость работ документом не установлена. Данная формулировка подразумевает, что фактическая цена не может превышать указанный предел, однако подлежит обязательному индивидуальному согласованию с каждым заказчиком в зависимости от сложности, объема работ и расхода материалов. При отсутствии согласованной твердой цены существенное условие о цене договора подряда нельзя признать достигнутым.

Кроме того, предмет потенциального договора в прейскуранте должным образом не индивидуализирован. Документ содержит лишь абстрактные наименования видов работ без указания на то, кем конкретно будет осуществляться их выполнение, каковы условия допуска к производству работ и порядок их приемки.

Судебная коллегия также принимает во внимание ненадлежащее оформление документа как публичной оферты конкретного юридического лица.

В вводной части документа содержится обезличенное указание на оказание услуг неопределенными «жилищно-эксплуатационными организациями», а сам прейскурант подписан начальником ЖЭУ-20, а не единоличным исполнительным органом ООО «Жилищная компания», к которому предъявлен иск.

Совокупность указанных обстоятельств - отсутствие твердой цены, не конкретизированный предмет, отсутствие сроков выполнения работ, тот факт, что прейскурант не определяет выполнение работ конкретным юридическим лицом, в данном случае ответчиком, объективно свидетельствует об отсутствии в указанном документе явно выраженной воли ООО «Жилищная компания» безоговорочно заключить договор на указанных в нем условиях с любым обратившимся лицом.

Фактически прейскурант несет информационный характер, а указание в нем на наименование и предельную цену услуги не представляют собой окончательно согласованные существенные условия договора бытового подряда по демонтажу сантехнического оборудования.

Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что указанный прейскурант не является публичной офертой по смыслу статьи 437 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае заявка ФИО1 от ДД.ММ.ГГ, поданная на основании указанного Прейскуранта, по своей правовой природе являлась офертой (предложением истца заключить договор на выполнение работ).

Согласно части 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

Между тем, управляющая организация не выразила согласия на выполнение заявленных работ, направив ДД.ММ.ГГ мотивированный отказ от оказания услуги.

Учитывая, что акцепт со стороны ответчика получен не был, соглашение по всем существенным условиям выполнения работ между сторонами не достигнуто, договорные отношения в установленном законом порядке не возникли. При таких обстоятельствах выводы суда о том, что договор оказания услуг считается заключенным, противоречат фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права.

Переходя к вопросу об обоснованности удовлетворения судом требований о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, штрафа и судебной неустойки, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу статьи 15 Закона о защите прав потребителя моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения продавцом прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителя при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Пунктом 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статья 13 Закона).

Поскольку факт виновного нарушения прав ФИО1 как потребителя со стороны ответчика своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашел, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для возложения на управляющую организацию мер гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда и взыскания штрафа.

Требование истца о взыскании неустойки за нарушение сроков начала выполнения работ также обоснованно оставлено без удовлетворения, поскольку сроки выполнения работ по незаключенному договору не могли быть нарушены.

Учитывая, что в удовлетворении основного материально-правового требования о возложении на ответчика обязанности судебной коллегией отказано, правовые основания для применения положений статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации и взыскания судебной неустойки отсутствуют.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным. Допущенные судом нарушения норм материального права являются существенными, в связи с чем, решение суда подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Индустриального районного суда города Барнаула Алтайского края от 23 декабря 2025 года отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Жилищная компания» о защите прав потребителя оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06 мая 2026 года.