Апелляционное постановление № 22-1177/2025 от 11 августа 2025 г. по делу № 1-552/2025

Председательствующий Шнайдер А.Н. Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 12 августа 2025 г.

Курганский областной суд в составе

председательствующего Меньщикова В.П.

при секретаре Слободян О.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Вандровского Е.В. на приговор Курганского городского суда Курганской области от 22 мая 2025 г., по которому

ФИО1, родившийся <...> в <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 1 год с удержанием в доход государства 10% из заработной платы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 6 месяцев.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

По делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Вандровского Е.В., потерпевшего ИАС, поддержавших доводы апелляционной жалобы, выступление прокурора Горбушина Е.С., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в нарушении правил дорожного движения лицом, управляющим автомобилем, повлекшем по неосторожности смерть ИСГ

Преступление совершено <...> в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя по предъявленному обвинению признал полностью.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Вандровский Е.В., не оспаривая квалификацию действий осужденного, просит приговор изменить в связи с чрезмерной суровостью назначенного наказания. Выражает несогласие с выводами суда о том, что нарушение пешеходом ИСГ требований п. 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ) не находится в причинной связи с наступившими последствиями. Не оспаривая того обстоятельства, что автомобиль под управлением ФИО1 двигался с превышением разрешенной скорости, что находится в прямой причинной связи с наступлением вредных последствий, отмечает, что опасная обстановка возникла в связи с нарушением ПДД РФ пешеходом. Считает, что судом не обоснованно не учтено нарушение ПДД РФ со стороны пешехода как обстоятельство смягчающее наказание. Отмечает, что судом не учтено при назначении наказания то обстоятельство, что ФИО1 принял меры по вызову экстренных служб на место происшествия. Полагает, что обязанность участника ДТП, предусмотренная п. 2.6 ПДД РФ, вызвать скорую помощь и полицию, не исключает возможность признания этих действий смягчающим наказание обстоятельством, поскольку эти действия направлены на предотвращение общественно опасных последствий ДТП. Считает, что имеются основания для применения положений ст. 64 и 73 УК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности осужденного ФИО1 на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных, достаточных и допустимых доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре.

В соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ приговор содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, в нем изложены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного.

Приговор основан на доказательствах, полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

В подтверждение вывода о виновности ФИО1 суд обоснованно сослался на показания самого осужденного, потерпевшего ИАС, свидетелей КАА, ДИГ, ААВ, РММ, НСС, ПМС, ПВА, САВ, протоколы осмотров места дорожно-транспортного происшествия, заключения экспертов и иные документы, подробно изложив их существо.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину по предъявленному обвинению признал полностью, от дачи показаний на основании ст. 51 Конституции РФ отказался.

Из показаний осужденного ФИО1, данных при допросах в ходе предварительного следствия, следует, что <...> он на автомобиле «<...>» вместе с КАА ехал из <адрес>. Около <...> час. проехав по левой полосе движения пешеходный переход, напротив <адрес> увидел переходящего со стороны полос дороги, предназначенных для встречного движения, мужчину. Полагал, что мужчина остановится посередине проезжей части, чтобы пропустить его. Поскольку мужчина не остановился на разделительной разметке, он применил экстренное торможение, но избежать наезда на мужчину ему не удалось. Выйдя из машины, вызвал экстренные службы. Выводы эксперта об установленной скорости автомобиля не отрицает (т<...>).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, осужденный ФИО1 в суде подтвердил полностью.

Из показаний потерпевшего ИАС в суде следует, что погибший ИСГ его отец. <...> отец после смены на заводе не ответил на телефонные звонки. Через средства массовой информации ему стало известно, что на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого погиб мужчина. В дальнейшем оказалось, что это был его отец. ФИО1 ему и его близким выплатил <...> руб., принес извинения, в связи с чем он не возражал против прекращения уголовного дела за примирением сторон.

Из показаний свидетеля КАА, данных в ходе предварительного следствия, следует, что <...> он с ФИО1 на автомобиле под управлением осужденного ехал по <адрес>. Возле <адрес> Горбовец принял меры к резкому торможению. Он увидел, что в 10-20 метрах перед автомобилем мужчина перебегал дорогу, затем произошел наезд автомобиля на мужчину. Мужчина ударился о капот, лобовое стекло и упал на асфальт. Выйдя из автомобиля, он позвонил в экстренные службы (<...>).

Из показаний свидетеля ДИГ, данных в ходе предварительного следствия, следует, что <...> после <...> час. он на автомобиле ехал по <адрес> со стороны <адрес> услышал удар. Подъехав, увидел автомобиль «<...>», перед которым лежал мужчина. Сообщил о произошедшем по линии «112» (т<...>).

Из показаний свидетеля ААВ, данных в ходе предварительного следствия, следует, что <...> около <...> час. он двигался на автомобиле по <адрес> от <адрес>. Остановившись на перекрестке с <адрес> услышал сзади звуки тормозов и удара. Затем увидел на середине дороги автомобиль «<...>», перед которым лежал бившийся в конвульсиях мужчина. Сообщил о случившемся в дежурную часть <...> (<...>).

Согласно показаниям свидетелей РММ и НСС, они участвовали в качестве понятых при осмотре места дорожно-транспортного происшествия, в ходе которого было установлено место наезда на пешехода, зафиксирована длина тормозного пути автомобиля, которым управлял осужденный Горбовец, осмотрен труп пешехода, составлена схема дорожно-транспортного происшествия (<...>

Согласно показаниям инспекторов <адрес> ПМС, ПВА, САВ, <...> около <...> час. они прибыли на место происшествия, где водитель автомобиля «<...>» Горбовец, двигаясь по <адрес> в сторону <адрес>, допустил наезд на пешехода ИСГ, смерть которого была констатирована врачами скорой помощи на месте происшествия (<...>).

Суд проанализировал показания осужденного, потерпевшего и свидетелей, дал им надлежащую оценку.

Суд в приговоре обоснованно признал показания осужденного, потерпевшего и свидетелей достоверными, не содержащими существенных противоречий, мотивировав свои выводы. Данных, свидетельствующих о какой-либо заинтересованности потерпевшего, свидетелей в исходе дела, равно как и оснований для оговора ими осужденного, в судебном заседании не установлено и из материалов дела не усматривается.

Факт произошедшего дорожно-транспортного происшествия, в результате которого по неосторожности наступила смерть ИСГ, сторонами не оспаривается.

Согласно сведениям о регистрации сообщений, <...> в <...> час. в <адрес> поступило сообщение от ДИГ о наезде на пешехода на проезжей части <адрес><...>).

Протокол осмотра места происшествия от <...> и прилагаемая к нему схема содержат указание на место наезда на погибшего ИСГ, осмотр трупа ИСГ с телесными повреждениями, сведения о расположении автомобиля «<...>», описание его механических повреждений (<...>).

Тяжесть полученных в результате дорожно-транспортного происшествия ИСГ телесных повреждений подтверждена заключением эксперта №, согласно которому смерть ИСГ наступила от сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки и нижних конечностей с переломами костей скелета, с ушибом головного мозга и легких. Данные телесные повреждения причинены выступающими частями легкового автомобиля при наезде и в совокупности расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения. В крови трупа обнаружен этиловый алкоголь в концентрации <...> промилле (т. <...>).

По информации <адрес><адрес>» максимально разрешенная скорость движения транспортных средств в районе места дорожно-транспортного происшествия составляет 60 км/ч (т. <...>).

Согласно заключению эксперта №, скорость движения автомобиля «<...>» перед началом торможения, в соответствии с зафиксированными следами торможения, составляла около 90 км/ч. При движении с максимальной разрешенной скоростью 60 км/ч., в случае применения мер экстренного торможения в тот же момент, что и в момент дорожно-транспортного происшествия, автомобиль не доехал бы до места наезда около 8,5 метров (<...>).

В ходе осмотра предметов от <...> осмотрена видеозапись с камеры видеонаблюдения, установленной на <адрес>, на которой зафиксирован момент наезда легкового автомобиля на пешехода, пересекавшего проезжую часть дороги слева направо по ходу движения автомобиля, двигавшегося по крайней левой полосе проезжей части <адрес> в направлении <адрес>, на которой и произошел наезд (<...>).

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, а также достаточность их совокупности для вывода о доказанной виновности осужденного в совершении преступления сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Оснований сомневаться в обоснованности выводов заключений экспертов у суда апелляционной инстанции не имеется, учитывая, что заключения получены в соответствии с требованиями закона, основаны на результатах объективных экспертных исследований, проведенных в соответствии с правилами и методиками проведения экспертиз соответствующих видов, должным образом аргументированы.

Суд первой инстанции правильно установил, что <...> ФИО1, управляя автомобилем «<...>» возле <адрес>, двигаясь со скоростью 90 км/ч, в нарушение пунктов 10.1 и 10.2. Правил дорожного движения РФ проявил преступную неосторожность, при возникновении опасности, которую он в состоянии был обнаружить, своевременно не принял всех мер к снижению скорости вплоть до остановки автомобиля, допустил наезд на ИСГ

При этом, ссылаясь на письменные материалы дела, суд обоснованно указал, что выводы судебной автотехнической экспертизы о наличии у ФИО1 технической возможности предотвратить наезд на пешехода путем экстренного торможения при движении с максимально разрешенной скоростью 60 км/ч, основаны на учете исходных данных, соответствующих содержанию протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия и схемы места дорожно-транспортного происшествия.

Судом сделан обоснованный вывод о том, что главной и необходимой причиной дорожно-транспортного происшествия является нарушение пунктов 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации ФИО1, и именно его действия повлекли наступление общественно опасных последствий в виде причинения ИСГ телесных повреждений, повлекших его смерть.

При этом суд первой инстанции верно исключил из обвинения указание на нарушение ФИО1 пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, который предусматривает общие требования для водителей транспортных средств и его нарушение не находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления и правильности квалификации его действий сторонами не обжалуются.

Назначая осужденному ФИО1 наказание, суд руководствовался положениями ст. 6, 43, 47, 60 УК РФ, при этом учел положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, а также характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, наличие смягчающих наказание обстоятельств: признание осужденным вины и раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступления, добровольное возмещение морального вреда в виде денежной компенсации с принесением извинений, оказание благотворительной помощи фонду «<...>. <...>», при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств.

Вопреки доводам жалобы исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, позволяющих при назначении осужденному наказания применить положения ст. 64 УК РФ, из материалов дела не усматривается и судом не установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Принимая во внимание все имеющиеся по делу обстоятельства, суд пришел к правильному выводу о невозможности исправления осужденного без изоляции от общества, в связи с чем назначил ему наказание в виде реального лишения свободы, не усмотрев оснований для применения положений ст. 73 УК РФ. Мотивы принятого решения в приговоре судом приведены, в достаточной степени обоснованы и сомнений не вызывают.

Учитывая сведения о личности ФИО1, смягчающие наказание виновному обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу о возможности заменить лишение свободы принудительными работами в соответствии с положениями ст. 53.1 УК РФ, полагая, что данный вид наказания в полном объеме будет отвечать целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, принципу справедливости, закрепленному в ст. 6 УК РФ, а также способствовать целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Дополнительное наказание ФИО1 в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами назначено в соответствии с положениями ст. 45, 47 УК РФ.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в ст. 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил, (например, переход пешеходом проезжей части с нарушением требований пункта 4.3 ПДД), эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание.

Пунктом 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации установлено, что пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка, разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

Согласно пункту 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствие приближающихся транспортных средств.

Из пункта 4.6 Правил дорожного движения Российской Федерации следует, что, выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения.

По смыслу указанных положений Правил дорожного движения Российской Федерации следует, что при выходе на проезжую часть, в том числе в месте, специально не предусмотренном Правилами для ее пересечения, пешеход должен предварительно убедиться в безопасности своего движения и отсутствии помех.

Согласно видеозаписи с камеры видеонаблюдения, сведениям о дислокации дорожных знаков в районе места дорожно-транспортного происшествия и показаниям допрошенного в судебном заседании следователя СА, производившего осмотр места происшествия в ходе предварительного расследования, возле места наезда на ИСГ в зоне видимости имеются два пешеходных перехода – с обеих сторон от места пересечения ИСГ проезжей части – у остановочного комплекса «<адрес>» и на перекрестке <адрес> – <адрес> (т<...>).

Из материалов уголовного дела усматривается, что наезд на пешехода ИСГ был совершен на проезжей части, при этом пешеход, при наличии в зоне видимости от места пересечения им проезжей части двух пешеходных переходов, находясь в состоянии алкогольного опьянения, переходил проезжую часть вне пешеходного перехода, не убедившись в безопасности своих действий, при этом менял направление движения, остановился на проезжей части, тем самым создал помеху для движения транспортного средства под управлением осужденного ФИО1 Это обстоятельство подлежало учету при назначении ФИО1 наказания как смягчающее обстоятельство в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции находит неубедительными выводы суда о том, что для юридической оценки действий осужденного не имеет значение то обстоятельство, нарушались ли пешеходом правила дорожного движения.

Допущенные судом первой инстанции нарушения уголовного закона при назначении наказания являются существенными, повлиявшими на исход дела, поскольку при установлении указанного выше смягчающего обстоятельства уменьшается общественная опасность действий ФИО1, в связи с чем приговор подлежит изменению со смягчением назначенного осужденному наказания в пределах, соответствующих всем обстоятельствам дела, данным о личности виновного и требованиям справедливости.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что действия ФИО1, связанные с вызовом экстренных служб, нельзя расценивать в качестве действенных мер, направленных на оказание погибшему иной помощи непосредственно после совершения преступления, поскольку пострадавший скончался до прибытия скорой помощи. Кроме того, как следует из материалов дела, телефонный звонок в <адрес><адрес> осужденный совершил спустя несколько минут после того, как о дорожно-транспортном происшествии сообщили свидетели ДИГ и КАА.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Курганского городского суда Курганской области от 22 мая 2025 г. в отношении ФИО1 изменить.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признать в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства нарушение пешеходом ИСГ пунктов 4.3, 4.5, 4.6 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Смягчить ФИО1 основное наказание в виде лишения свободы до 10 месяцев, которое в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменить принудительными работами на срок 10 месяцев с удержанием в доход государства 10% из заработной платы с отбыванием в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы.

Смягчить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, до 1 года 4 месяцев.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.П. Меньщиков