Апелляционное определение № 33-45369/2025 от 14 декабря 2025 г.

Судья: Посная О.А.

Дело № 33-45369/2025УИД 50RS0031-01-2025-006847-89


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 15 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Петруниной М.В.,

судей Волковой Э.О., Мироновой Ю.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Деевым С.А.,

с участием прокурора Емельянова А.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-8479/2025 по иску ФИО1 к Федеральной службе по надзору в сфере транспорта, Федеральному автономному учреждению «Российское классификационное общество» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Одинцовского городского суда Московской области от 2 октября 2025 года,

заслушав доклад судьи Волковой Э.О.,

объяснения представителя ответчика,

заключение прокурора Емельянова А.К.,

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральной службе по надзору в сфере транспорта, Федеральному автономному учреждению «Российское классификационное общество» просил взыскать с Федеральной службы по надзору в сфере транспорта в счёт компенсации морального вреда 2 000 000 руб., с Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» – 2 000 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что 10 июля 2011г. на территории Куйбышевского водохранилища в результате затопления дизель-электрохода «Булгария» погибла находившаяся на борту судна сестра истца ФИО2 Приговором Московского районного суда города Казани от 3 июля 2014г. ФИО3 - владелец дизельэлектрохода «Булгария», ФИО4 - старший помощник капитана дизельэлектрохода «Булгария», ФИО5 - начальник Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, ФИО6 - главный государственный инспектор Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, ФИО7 - старший эксперт Камского филиала Российского речного регистра признаны виновными в совершении преступлений, повлекших по неосторожности 10 июля 2011 года затопление в акватории Куйбышевского водохранилища реки Волга дизель-электрохода «Булгария». В настоящий момент ООО «Аргоречтур» ликвидировано, и в соответствии с действующим законодательством они не имеют возможности привлечь данную организацию в качестве ответчика по делу. Юридическое лицо - Казанский линейный отдел Волжского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта также ликвидировано, его правопреемником является Межрегиональное территориальное управление Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по Приволжскому федеральному округу. Российский речной регистр переименован в Федеральное автономное учреждение «Российское классификационное общество». Согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителем Межрегионального территориального управления Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по Приволжскому Федеральному округу является Федеральная служба по надзору в сфере транспорта. Вина сотрудников вышеперечисленных юридических лиц установлена вступившим в законную силу приговором Московского районного суда г. Казани.

Решением суда исковые требования ФИО1 к Федеральной службе по надзору в сфере транспорта, Федеральному автономному учреждению «Российское классификационное общество» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворены частично, постановлено:

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (ИНН <данные изъяты>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

Взыскать с Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <данные изъяты>) в доход бюджета Одинцовского городского округа Московской области госпошлину в размере 3 000 руб.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, и принять по делу новое решение об удовлетворении его требований в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик РОСТРАНСНАДЗОР просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В заседании судебной коллегии представитель ответчика ФАУ «РКО» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки судебной коллегии не сообщили.

При таких обстоятельствах судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 327, части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нашла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившегося лица, заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия оснований для отмены обжалуемого решения не усматривает.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 г. № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение суда таким требованиям соответствует, исходя из следующего.

Судом установлено, что 10 июля 2011г. на территории Куйбышевского водохранилища, в результате затопления дизельэлектрохода «Булгария», погибла, находившейся на борту судна ФИО2.

Истец ФИО1 является братом погибшей ФИО2

07 июля 2014г. по факту крушения дизельэлектрохода «Булгария» Московским районным судом г. Казани в отношении должностных лиц, причастных к крушению, был вынесен приговор.

В отношении собственника теплохода «Булгария», генерального директора ООО «Аргоречтур», ФИО8 был вынесен приговор по ч.3 ст.238 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении сотрудников Казанского линейного отдела Волжского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта ФИО5, ФИО6 был вынесен приговор по ч.3 ст.285 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении сотрудника Российского филиала речного регистра - ФИО7 был вынесен приговор по ч.3 ст.285 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В настоящий момент ООО «Аргоречтур» ликвидировано.

Казанский линейный отдел Волжского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта в настоящий момент ликвидировано, правопреемником юридического лица является Межрегиональное территориальное управление Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по Приволжскому федеральному округу. Российский речной регистр переименован в Федеральное автономное учреждение «Российское классификационное общество». Вина сотрудников вышеперечисленных юридических лиц установлена вступившим в законную силу приговором суда

Приговором Московского районного суда г. Казани по уголовному делу ФИО3 - владелец дизельэлектрохода «Булгария», ФИО4 - старший помощник капитана дизельэлектрохода «Булгария», ФИО5 - начальник Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, ФИО6 - главный государственный инспектор Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, ФИО7 - старший эксперт Камского филиала Российского речного регистра признаны виновными в совершении преступлений, повлекших по неосторожности 10 июля 2011 года затопление в акватории Куйбышевского водохранилища реки Волга дизельэлектрохода «Булгария», гибель 122 пассажиров и членов экипажа дизельэлектрохода «Булгария», причинение телесных повреждений различной степени 78 пассажирам и членам экипажа дизельэлектрохода «Булгария», крупный ущерб собственнику судна.

Указанным приговором, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 02 апреля 2015 г.:

ФИО8 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07 марта 2011 года №26-ФЗ) (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц), частью 2 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 08 декабря 2003 года №162-ФЗ) (нарушение правил охраны труда, совершенное лицом, на котором лежали обязанности по соблюдению этих (в редакции Федерального закона от 08 декабря 2003 года №162-ФЗ) (нарушение правил охраны труда, совершенное лицом, на котором лежали обязанности по соблюдению этих правил, повлекшее по неосторожности смерть человека), и осуждена по части 3 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колони общего режима; от наказания, назначенного по части 2 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью в сфере оказания туристических услуг сроком на 3 года, в соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 78 Уголовного кодекса Российской Федерации освобождена за истечением сроков давности уголовного преследования;

ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 263 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года №195-ФЗ) (нарушение правил безопасности движения и эксплуатации внутреннего водного транспорта лицом, в силу выполняемой работы и занимаемой должности обязанным соблюдать эти правила, повлекшее по неосторожности причинение крупного ущерба и смерть двух и более лиц) и осужден за данное преступление к 6 годам 6 месяцам лишения свободы, в силу части 3 статьи 47 Уголовного кодекса Российской Федерации с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением и эксплуатацией пассажирского и грузового водного транспорта, сроком на 3 года, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии общего режима;

ФИО5, ФИО6, ФИО7 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации (использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из иной личной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций и охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее тяжкие последствия), и осуждены за данное преступление: ФИО5 к 6 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта, сроком на 3 года; ФИО6 к 5 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта, сроком на 3 года; ФИО7 к 5 годам 6 месяцам свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта, сроком на 3 года.

Приговором Московского районного суда г. Казани от 03 июля 2014 года установлено следующее, 11 ноября 2010 г. ФИО8 учредила ООО «АргоРечТур» и учредила его Устав, став его единственным учредителем и директором. Пассажирский дизельэлектроход «Булгария», 1955 года постройки, пассажировместимостью 120 человек принадлежал ОАО «Судоходная компания «Камское речное пароходство».

Договором аренды судна без экипажа от 25 марта 2011 года дизельэлектроход «Булгария» был передан с 25 марта 2011 года по 30 октября 2013 года в аренду ООО «Бриз».

25 марта 2011 года ФИО8 заключила с ООО «Бриз» договор субаренды судна без экипажа, на основании которого ООО «АргоРечТур» получило в субаренду указанное судно с целью его использования для перевозки пассажиров в пределах внутренних водных путей Российской Федерации с соблюдением ограничений и требований, предусмотренных правилами ФГУ «Российский Речной Регистр».

Приговором установлено, что в указанный период ФИО8 в соответствии со статьями 3, 34 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации являлась судовладельцем дизельэлектрохода «Булгария» и была обязана обеспечивать безопасность его движения и эксплуатации, безопасность жизни и здоровья пассажиров - потребителей услуг, а также обеспечить соблюдение правил охраны труда членов экипажа.

Во второй половине апреля 2011 года ФИО8, совместно с капитаном ФИО9 и механиком ФИО10 прибыла в город Пермь для проверки технического состояния дизельэлектрохода «Булгария», организации его ремонта и получения судовых документов Российского Речного Регистра, необходимых для эксплуатации судна в навигацию 2011 года в коммерческих целях.

ФИО9 и ФИО10, по поручению ФИО8, обратились к старшему эксперту Камского филиала Регистра ФИО7 и сообщили, что собираются представить пассажирский дизельэлектроход «Булгария» на освидетельствование для получения судовых документов Регистра.

ФИО7 из имевшихся в Камском филиале Регистра копий актов освидетельствования дизельэлектрохода «Булгария» за предыдущие годы достоверно знал, что двигатели этого судна выработали установленный заводами-изготовителями ресурс моточасов, и по правилам Регистра не могут быть признаны годными к эксплуатации на судне без проведения их капитального ремонта либо без предоставления Регистру документов, обосновывающих возможность их дальнейшей безопасной эксплуатации, о чем ФИО7 сообщил в конце апреля 2011 года капитану ФИО9, а тот, в свою очередь, уведомил ФИО8 о необходимости капитального ремонта двигателей дизельэлектрохода «Булгария».

ФИО8, желая свести к минимуму необходимые расходы по ремонту судна, для скорейшего его использования в коммерческих целях, в мае 2011 года договорилась с директором ООО «Пермский судоремонтный завод» лишь о замене непригодного к эксплуатации левого вспомогательного двигателя дизельэлектрохода «Булгария».

С конца мая 2011 года до 14 июня 2011 года на дизельэлектроход «Булгария» взамен непригодного к эксплуатации левого вспомогательного двигателя сотрудниками ООО «Светослава», имеющего договорные отношения с ООО «Пермский судоремонтный завод», был установлен двигатель марки 6Ч, который не имел маркировки с его заводским номером, а также технического формуляра с данными о его марке, заводском номере, дате изготовления, наработке моточасов и произведенных ремонтах, о чем было известно ФИО7

B сертификат на капитально отремонтированный двигатель ФИО7 умышленно внес не соответствующие действительности сведения, дающие право его эксплуатации на дизельэлектроходе «Булгария» и удостоверяющие его соответствие правилам безопасности эксплуатации, передав сертификат капитану «Булгарии» ФИО9

В акт внеочередного освидетельствования судна от 14 июня 2011 г. ФИО7 умышленно внес не соответствующие действительности сведения о том, что установленный на дизельэлектроход «Булгария» левый вспомогательный двигатель имеет годное техническое состояние, отремонтирован и испытан ООО «Пермский судоремонтный завод» под техническим наблюдением Камского филиала Регистра, по ремонтной технической документации 2009 года, построен в 1987 году и отработал 19795 часов, а по результатам испытаний, наружному осмотру, обмерам и по контрольно- измерительным показаниям соответствует требованиям Регистра.

Кроме того, он же неправомерно продлил срок действия пассажирского свидетельства от 20 апреля 2010 года, свидетельства о предотвращении загрязнения атмосферы от 24 мая 2010 года, а также подтвердил действительность свидетельства о годности судна к плаванию от 20 апреля 2010 года, умышленно и заведомо неправомерно включил в перечень прилагаемых к нему документов классификационное свидетельство, акты внеочередного и ежегодного освидетельствований, что был вправе сделать только при условии соответствия сведений, содержащихся в этих документах, фактическому техническому состоянию судна.

Приговором установлено, что ФИО7 в период 14-15 июня 2011 года неправомерно изготовил акт внеочередного освидетельствования судна, акт ежегодного освидетельствования судна и классификационное свидетельство, сроком действия до 29 мая 2012 года.

Во второй половине июня 2011 года ФИО8 получила от капитана ФИО9 судовые документы Регистра: свидетельство о годности к плаванию от 20 апреля 2010 года с приложенными к нему документами - актом внеочередного освидетельствования судна от 14 июня 2011 года, актом ежегодного освидетельствования судна от 15 июня 2011 года, классификационным свидетельством от 15 июня 2011 года, пассажирским свидетельством от 20 апреля 2010 года, свидетельством о предотвращении загрязнения атмосферы от 24 мая 2010 года.

ФИО8 достоверно знала о том, что по своему техническому состоянию дизельэлектроход «Булгария» не может быть признан годным к плаванию, вследствие чего оказание ею услуг по перевозке на нем пассажиров не отвечает требованиям безопасности их жизни и здоровья, однако благодаря ФИО7 получила возможность использовать полученные ею судовые документы для эксплуатации дизельэлектрохода «Булгария» в навигацию 2011 года.

Не имея лицензии, разрешающей перевозку пассажиров, ФИО8 в конце мая 2011 года подала заявку в Волжское управление государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта о проведении предлицензионной проверки ООО «АргоРечТур» Казанским линейным отделом с целью последующего получения лицензии.

На основании распоряжения начальника Волжского УГМРН ФСНСТ от 30 мая 2011 года о проведении предлицензионной проверки юридического лица ООО «АргоРечТур» уполномоченным лицом на ее проведение был назначен главный государственный инспектор Казанского линейного отдела ФИО6, которому было поручено провести проверку 01 июня 2011 года.

В соответствии с пунктами 4, 5 этого распоряжения целью проверки являлось определение готовности ООО «АргоРечТур» к соблюдению лицензионных требований и условий при осуществлении перевозок внутренним водным транспортом пассажиров; предметом являлась проверка полноты и достоверности представленных сведений. На основании пункта 8 распоряжения ФИО6 было поручено в процессе проверки определить соответствие предоставленных документов требованиям и условиям осуществления лицензионной деятельности.

Предлицензионная проверка проводилась комиссией, состоящей из начальника Казанского линейного отдела ФИО5, главного государственного инспектора Казанского линейного отдела ФИО6 и старшего специалиста 3-го разряда Казанского линейного отдела ФИО11

ФИО8, достоверно зная, что по имеющимся у нее документам ООО «АргоРечТур» невозможно сделать вывод о ее готовности к соблюдению лицензионных требований и условий при осуществлении перевозок внутренним водным транспортом пассажиров, обратилась к своему знакомому - начальнику Казанского линейного отдела ФИО5 с просьбой оказать ей помощь в получении акта предлицензионной проверки ООО «АгроРечТур» с положительными выводами о ее готовности к соблюдению лицензионных требований и условий. ФИО5 согласился выполнить ее просьбу о составлении акта предлицензионной проверки «АргоРечТур» с положительными выводами, и у него возник преступный умысел на использование своих служебных полномочий вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, выразившейся в оказании услуги ФИО8, с которой он стремился сохранить внеслужебные отношения.

После этого во второй половине мая - первой половине июня 2011 года ФИО3 представила ФИО6 необходимые для проверки документы, который, изучив представленные документы, выявил имеющиеся нарушения, о чем доложил своему непосредственному руководителю ФИО5

Последний, злоупотребляя своими должностными полномочиями, осведомленный о наличии недостатков в представленных ФИО8 документах, дал своему подчиненному ФИО6 указание подготовить акт предлицензионной проверки ООО «АргоРечТур» с не соответствующими действительности выводами о готовности указанного общества к соблюдению лицензионных требований и условий при осуществлении перевозок пассажиров.

При этом ФИО5, как и ФИО6 осознавал, что при отсутствии документов по информационному и навигационному обслуживанию судна, действующего акта ежегодного его освидетельствования, классификационного, пассажирского свидетельств, свидетельства о предотвращении загрязнения нефтью, сточными водами и мусором, свидетельства о годности к плаванию судна «Булгария», при отсутствии в ООО «АргоРечТур» должностного лица, ответственного за безопасную эксплуатацию судна, сделать вывод о готовности к соблюдению лицензионных требований и условий при осуществлении перевозок пассажиров невозможно.

ФИО6 в силу большого опыта работы в занимаемой должности также осознавал, что при отсутствии нижеперечисленных документов осуществление пассажирских перевозок на указанном судне невозможно, однако после получения указания от ФИО5 у него возник преступный умысел на использование своих служебных полномочий вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности. В нарушение пунктов 8, 9 Положения о лицензировании и должностного регламента он не потребовал от ФИО8 представления указанных выше отсутствующих документов, не направил и не вручил ей уведомление о необходимости устранения нарушений и представления отсутствующих документов.

Используя свои полномочия вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, то есть, руководствуясь побуждениями карьеризма, желая заручиться поддержкой своего непосредственного руководителя ФИО5, ФИО6 выполнил незаконное указание и в первой половине июня 2011 года подготовил акт предлицензионной проверки № от 01 июня 2011 года с несоответствующим действительности выводом о готовности ООО «АргоРечТур» к соблюдению лицензионных требований и условий при осуществлении перевозок внутренним водным транспортом пассажиров, указав в акте о наличии всех необходимых документов и их соответствие Положению о лицензировании.

В указанное время ФИО6 передал ФИО5 данный акт и представленные ФИО8 документы. После его подписания ФИО5 акт был подписан ФИО6 и ФИО11

В начале июня 2011 года ФИО8 получила от ФИО6 акт предлицензионной проверки № от 01 июня 2011 года, однако затем в лицензирующий орган за получением лицензии не обращалась и осуществляла коммерческую деятельность по перевозке пассажиров без лицензии.

В дальнейшем ФИО5, достоверно зная от ФИО8 об осуществлении ею пассажирских перевозок на дизельэлектроходе «Булгария», дал ФИО6 заведомо незаконное указание не препятствовать ей в этом.

В нарушение требований пункта 1 статьи 34 Кодекса Внутреннего Водного Транспорта Российской Федерации ФИО8 не обеспечила безопасность судоходства, однако 15 июня 2011 года по ее решению судно вышло в плавание, и до 100 июля 2011 года включительно на нем неоднократно осуществлялась перевозка пассажиров на внутренних водных путях в акваториях рек Кама, Волга и Куйбышевского водохранилища с неукомплектованным экипажем, в ходе которых систематически происходили поломки двигателей и других механизмов дизельэлектрохода «Булгария», о чем ФИО8 было достоверно известно.

В период с 18 июня по 10 июля 2011 года ФИО8, осуществляя в нарушение статьи 5 Кодекса Внутреннего Водного Транспорта Российской Федерации и подпункта 20 пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 04 мая 2011 года №99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» незаконные перевозки пассажиров на дизельэлектроходе «Булгария» без лицензии, в нарушение статьи 7 Закона «О защите прав потребителей», статей 14, 34 Кодекса Внутреннего Водного Транспорта Российской Федерации оказывала услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, то есть услуги, потребительские свойства, качество и результаты которых, а также процесс их выполнения и оказания не соответствовали нормативным документам, и их реализация могла повлечь причинение гражданам смерти или вреда здоровью.

Кроме того, ФИО8 не обеспечила укомплектование экипажа судна в обязательном минимальном составе (не доставало 6 специалистов судовой команды), удовлетворяющее требованиям обеспечения безопасности судоходства, не назначила лицо, ответственное за безопасную эксплуатацию дизельэлектрохода «Булгария», не выполнила свои обязанности по постоянному улучшению навыков членов экипажа в области безопасности движения и эксплуатации водного транспорта, по поддержанию судна в техническом состоянии, а также не обеспечила обучение работников знаниям в области охраны труда, не организовала обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказания первой помощи пострадавшим, что, в свою очередь, не обеспечивало практику безопасной эксплуатации дизельэлектрохода «Булгария», безопасность судоходства и нарушало правила охраны труда.

В ходе рейса 9 - <данные изъяты> на борту судна находились члены экипажа, а также спецперсонал: капитан ФИО9, старший помощник капитана ФИО4, 2-й помощник капитана ФИО12, 3-ий помощник капитана ФИО13, механик ФИО14, 1-й помощник механика ФИО10, 2-й помощник механика ФИО15, 1-й помощник механика по электрооборудованию ФИО16, 2-й помощник механика по электрооборудованию ФИО17, начальник радиостанции ФИО18, боцман ФИО19, рулевой ФИО20, рулевой (стажер) ФИО21, моторист ФИО22, моторист ФИО23, матрос 1-го класса ФИО24, матрос 1-го класса ФИО25, матрос 2-го класса (стажер) ФИО26, матрос 2- го класса ФИО27, матрос 2-го класса (стажер) ФИО28, повар ФИО29; повар ФИО30, повар ФИО31, официант ФИО29, старший проводник ФИО32, проводник ФИО33, проводник ФИО34, директор ресторана ФИО35, бармен ФИО36, официант ФИО37, кухонный работник ФИО38, кухонный работник ФИО39, прачка ФИО40, кухонный работник ФИО41, директор круиза ФИО42, методист ФИО43, аниматор ФИО44, аниматор ФИО45

Все перечисленные лица были приняты директором «АргоРечТур» ФИО8 на работу в качестве членов экипажа дизельэлектрохода «Булгария» без официального оформления с ними трудовых отношений и на 10 июля 2011 фактически состояли с «АргоРечТур» в трудовых отношениях в качестве работников.

ФИО4, как первому помощнику капитана дизельэлектрохода «Булгария», было известно об имевшихся на судне технических неисправностях: левого главного двигателя, осушительной системы и аккумуляторных батарей, которые не позволяли обеспечить безопасность движения и эксплуатации судна, в том числе из-за угрозы потери им хода и управляемости, однако он в силу преступного легкомыслия без достаточных на то оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение возможных последствий.

09 июля 2011 года в 21 час 00 мин ФИО4 заступил на вахту и являлся старшим по всей вахтенной службе судна, нес ответственность за безопасность судна и находящихся на нем людей.

Располагая неблагоприятным прогнозом погоды на ближайшие сутки - штормовым предупреждением, он вывел судно из речного порта города Казани, при этом количество пассажиров на судне превышало допустимое количество (судно могло иметь на своем борту не более 120 пассажиров и 36 членов команды, включая спецперсонал, всего 156 человек).

При выходе 10 июля 2011 года в обратный рейс из г. Болгар в г. Казань, будучи вахтенным начальником в период с 08:00 часов до 12:00 часов, ФИО4 перед началом вахты и перед выходом судна в рейс не проверил исправность и готовность к немедленному действию всех средств внешней и внутренней связи и сигнализации; после получения штормового предупреждения и перед выходом в водохранилище он должен был получить доклады штурманов и убедиться в надежности закрытия трюмов, иллюминаторов, люков и других отверстий на палубе, руководить работами по подготовке судна к штормовому плаванию, при необходимости обеспечивать готовность шлюпок к спуску, а также своевременное и точное выполнение требований общих и местных правил плавания и.т.д.

Перед выходом в рейс у дизельэлектрохода «Булгария» наблюдался выраженный крен на правый борт, который в ходе рейса только усугублялся по мере выработки топлива. Эти обстоятельства, а также факт неизбежного ухудшения до критических пределов остойчивости судна в обязательном порядке должны были быть учтены ФИО4 при принятии решения на выход 10 июля 2011 года в плавание и при управлении судном в плавании по водохранилищу в штормовых условиях.

Около 11 часов 15 минут 10 июля 2011 года ФИО4, не получив разрешение диспетчера Казанского района водных путей и судоходства на движение и отход судна, без принятия надлежащих мер к обеспечению безопасности плавания в штормоопасном районе, вывел судно из порта города Болгара в плавание по Куйбышевскому водохранилищу в направлении порта г. Казани, имея на борту 163 пассажира и 38 членов экипажа, всего 201 человек.

Около 12 час. 25 мин. 10 июля 2011 года при подходе судна к осевому поворотному бую № 82 наблюдалось резкое ухудшение погодных условий: шквалистый северо-западный ветер в левый борт судна силой свыше 20 м/с, сопровождающийся грозовым дождём и резким ухудшением видимости. В этот момент дизель-электроход «Булгария» входил в левый поворот, при этом, под воздействием шквалистого ветра и волны имевшийся у судна постоянный крен на правый борт увеличился и началось заливание трюма водой через часть незакрытых иллюминаторов правого борта, что повлекло образование свободной поверхности воды в отсеках нижей главной палубы, существенное уменьшение устойчивости судна и дальнейшее развитие аварийной ситуации.

В то же время в машинном отделении в результате заливания водой через незакрытые иллюминаторы вышел из строя правый вспомогательный двигатель и судно полностью обесточилось, то есть все электропотребляющие агрегаты, устройства, системы и механизмы судна, в том числе, электроприводы рулевого и шлюпочных устройств, система громкоговорящей связи, освещение, устройства сигнализации и защиты, средства радиосвязи, перестали работать.

Дальнейшему развитию аварии способствовали необеспеченность безопасности движения и живучести судна: негодное состояние судовой техники и её неспособность сохранять и восстанавливать свои свойства при аварийных обстоятельствах, обеспечивать постоянную готовность к действию, неподготовленность экипажа к борьбе за живучесть судна и спасению людей.

ФИО4 не предпринял никаких мер к борьбе за живучесть судна и спасению пассажиров, не обеспечил своевременную и всестороннюю подготовку экипажа к борьбе за живучесть судна, а также снабжение судна достаточным количеством спасательных средств, не составил план подготовки экипажа к борьбе за живучесть судна, не разработал расписание по тревогам, заранее не отработал с подчиненными членами экипажа различные варианты энергетических средств в аварийных ситуациях, а также действия по ликвидации основных возможных повреждений энергетической установки судна, не проинструктировал пассажиров об их действиях во время тревог.

Совокупность допущенных со стороны всех осужденных нарушений привела к произошедшему 10 июля 2011 года около 12 час. 30 мин. в Камско-Устьинском районе Республики Татарстан в акватории Куйбышевского водохранилища крушению дизельэлектрохода «Булгария», что повлекло по неосторожности смерть 108 пассажиров и 14 членов экипажа, в том числе, ФИО2 (всего 122 человека), а также причинение вреда здоровью различной степени тяжести 55 пассажирам и 23 членам экипажа (всего 78 лиц), и затопление судна, в результате которого ОАО «Судоходная компания «Камское речное пароходство» по неосторожности причинен крупный ущерб на сумму не более 30 миллионов руб.

Как было установлено, противоправные действия осужденных находятся в причинной связи с наступившими вышеописанными последствиями.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть ФИО46 наступила в результате механической асфиксии при утоплении в воде.

Как указал суд первой инстанции, несмотря на то, что судебные акты по названному делу не являются обязательными, не имеют преюдициального значения по настоящему делу в соответствии со ст. 61 ГПК РФ, поскольку приняты с иным субъективным составом сторон, суд первой инстанции принял вышеуказанные обстоятельства оценки крушения дизельэлектрохода «Булгария» и действий участников крушения.

Разрешая спор, суд первой инстанции, исходил из того, что непредвиденная и невосполнимая утрата родной сестры истца, безусловно, является тяжелейшим событием в его жизни, неоспоримо причинившая ему нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил не только из презумпции причинения морального вреда ввиду наличия родственных отношений между истцом и погибшей, но также из степени нравственных страданий истца, обстоятельствам его причинения, в связи с чем, пришел к выводу о взыскании с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсации морального вреда в размере 250 000 руб., с Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., что, по мнению суда первой инстанции, отвечает требованиям разумности и справедливости согласно ст. 1101 ГК РФ.

Данный размер, по мнение суда первой инстанции, отвечает компенсационному принципу перенесенных истцом моральных страданий.

Как указал суд первой инстанции, каких-либо доказательств, свидетельствующих о необходимости снижения указанного размера компенсации морального вреда, ответчиками не представлено.

Судебная коллегия считает выводы суда первой инстанции правильными, основанными на нормах материального права и соответствующими установленным обстоятельствам дела.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2, 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, п. 1 ст. 1095, ст. 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (ст. ст. 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. № 1, судам надлежит иметь в виду, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу ст. 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 24.09.2013г. № 1472-О, указал, что нормы ст. 1079 ГК РФ являются одним из законодательно предусмотренных случаев отступления от принципа вины и возложения ответственности за вред независимо от вины причинителя вреда, в основе чего лежит риск случайного причинения вреда. Таким образом, деятельность, связанная с использованием источника повышенной опасности, создающая риск повышенной опасности для окружающих, обусловливает и повышенную ответственность владельцев источников повышенной опасности (независимо от наличия их вины) в наступлении неблагоприятных последствий для третьих лиц.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абз. 2 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В п. 19 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что согласно ст. ст. 1068, 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 ГК РФ). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (п. 1 ст. 1081 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, приведенных п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

В силу ст. ст. 151, 1101 ГК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в п. п. 25, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

При определении размера компенсации морального вреда следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом).

Согласно п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33, моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 ГК РФ).

В соответствии с п. п. 25, 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Как следует из разъяснений, данных в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Пунктом 1 ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Факт утраты близкого человека свидетельствует о значительной степени физических и нравственных страданий, связанных с осознанием последствий произошедшего. Негативные последствия этого события для психического и психологического благополучия личности несопоставимы с негативными последствиями любых иных нарушений субъективных гражданских прав.

Смерть родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие нравственные страдания, затрагивающие личные структуры, психику, здоровье, самочувствие и настроение.

Из положения статьи 151 ГК РФ следует, что каждый из граждан в случае причинения ему морального вреда имеет право на защиту своих прав и интересов.

Таким образом, исходя из системного толкования вышеприведенных норм следует, что право на компенсацию морального вреда в случае смерти потерпевшего возникает у всех близких родственников при причинении им нравственных страданий. Реализация такого права лишь одним из перечисленных лиц сама по себе не исключает право и других на компенсацию морального вреда, тем более, не может повлечь уменьшение его размера не с учетом предусмотренных законом условий, а исходя из одного факта компенсации морального вреда другому родственнику. Иное противоречило бы смыслу законодательного регулирования компенсации морального вреда конкретному лицу с учетом причиненных лично ему нравственных страданий, а также его индивидуальных особенностей.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральной службе по надзору в сфере транспорта, Федеральному автономному учреждению «Российское классификационное общество» о взыскании компенсации морального вреда.

При этом решение суда в части удовлетворения требований истицы, ответчиками не обжалуется, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы истца и проверки законности решения в этой части (ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Компенсация морального вреда по своей природе носит компенсационный характер, а степень соразмерности является оценочной категорией, поэтому суд вправе дать оценку указанному критерию исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Судебной коллегией отклоняется довод жалобы истца о занижении судом суммы компенсации морального вреда, поскольку при определении размера компенсации судом в полной мере учтены характер и обстоятельства причинения истцу нравственных страданий, выразившихся в негативных эмоциях и переживаниях вследствие смерти сестры.

Кроме того, судебная коллегия учитывает тот факт, что у погибшей ФИО2 имеются иные родственник, отец, дети, согласно материалам дела ранее отец погибшей ФИО2 – ФИО47 также обращался за взысканием компенсации морального вреда, требования которого также были удовлетворены частично.

С учетом доводов апелляционной жалобы судебная коллегия оснований для определения компенсации морального вреда в ином размере не усматривает.

Иные доводы апелляционной жалобы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, не опровергают правильность выводов суда, с которыми согласилась судебная коллегия, в связи с чем, не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

На основании изложенного, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение основано на исследованных с достаточной полнотой обстоятельствах дела, правильной правовой оценке представленных доказательств. Нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного акта, судебной коллегией не установлено, в связи с чем предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены или изменения решения суда не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Одинцовского городского суда Московской области от 2 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.12.2025г.