Решение № 12-206/2020 от 9 сентября 2020 г. по делу № 12-206/2020

Р Е Ш Е Н И Е

10 сентября 2020 года город Усолье-Сибирское

Судья Усольского городского суда Иркутской области Янова О.В., с участием ФИО1, защитника Хаустова Г.Г., рассмотрев в порядке статьи 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях жалобу и дополнения к жалобе № 38MS0098-01-2020-002304-82 (12-206/2020) ФИО1 на постановление и.о. мирового судьи по 98 судебному участку г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области мирового судьи по 95 судебному участку г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области от 26 июня 2020 года о назначении ФИО1 административного наказания, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением и.о. мирового судьи по 98 судебному участку г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области мирового судьи по 95 судебному участку г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области от 26 июня 2020 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок один год шесть месяцев.

В обоснование жалобы ФИО1 указал, что он не согласен с постановлением мирового судьи, считает выводы суда первой инстанции, изложенные в постановлении, не соответствующими действительным обстоятельствам по делу, в процессе судебного разбирательства не были полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, кроме того были неправильно применены нормы материального права и нарушена процедура привлечения лица к административной ответственности.

Дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 было рассмотрено 26.06.2020, то есть в период самоизоляции, режим которой был введен на территории Иркутской области и до настоящего времени не отменен. Он своего согласия на рассмотрение дела в период самоизоляции не давал.

Из-за рассмотрения дела в период самоизоляции он не смог предоставить и приобщить к делу новые доказательства, влияющие на исход дела.

Не представляется возможным проверить действия инспекторов по соблюдению процедуры освидетельствования при составлении административного материала по ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ. Этим обстоятельствам оценка в постановлении мирового суда о лишении водительских прав не дана.

Действия инспекторов ДПС изначально не были законными. Они остановили транспортное средство ФИО1 вне стационарного поста ДПС для проверки документов, чем нарушили п.63 Административного регламента МВД РФ от 02 марта 2009г. №185. Считает, что все последующие действия инспекторов ДПС в связи с этим являются незаконными.

Освидетельствование на состояние опьянения, проведенное в отношении ФИО1, по результатам которого был составлен акт освидетельствования, проводилось с существенными нарушениями.

В частности инспекторами ДПС не был заменен индивидуальный мундштук после проведения предыдущего освидетельствования.

Кроме того, при оценке результатов освидетельствования инспектором не учтены пределы допускаемой основной абсолютной погрешности прибора. При этом инспектором ДПС не приняты во внимание указанные в п. 1.1.2 Руководства по эксплуатации АКПЭ-01 М пределы допускаемой дополнительной абсолютной погрешности вызванной изменением температуры окружающей среды.

Инспектор ДПС, производивший процедуру освидетельствования должен был учесть дополнительную погрешность, а также другие факторы, влияющие на процедуру освидетельствования.

При таких нарушениях, показания аппарата нельзя признать достоверными. Они влекут обоснованные сомнения в достоверности установленного у ФИО1 состояния опьянения.

Кроме того, ФИО1 не были вручены копии протоколов об отстранении от управления ТС, акта освидетельствования на состояние опьянения. В протоколах неверно указано время совершения правонарушения.

Также видеосъемка постоянно прерывалась действиями сотрудников ДПС, что могло привести к недостоверности отраженных в ней данных.

Инспектором ДПС в качестве признака опьянения было указано на запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, поведение не соответствующее обстановке.

Обстоятельства, послужившие законным основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование, должны быть указаны в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (часть 4 статьи 27.12 КоАП РФ) и в протоколе об административном правонарушении, как относящиеся к событию административного правонарушения (часть 2 статьи 28.2 КоАП РФ).

Однако на момент предъявления к подписанию протокола об отстранении от управления транспортным средством отметок о признаках алкогольного опьянения не было.

Таким образом, из материалов дела не следует, что у ФИО1, как у водителя, были выявлены признаки опьянения, дающие основания полагать, что он находился в состоянии опьянения.

В протоколе об административном правонарушении в отношении ФИО1 допущены существенные нарушения: не указаны обстоятельства, послужившие законным основанием направления водителя на медицинское освидетельствование; не указаны сами основания; время совершения правонарушения не согласуется с другими исследованными материалами дела.

При таких обстоятельствах в отсутствие установленных признаков опьянения и в отсутствие результатов освидетельствования на состояние алкогольного опьянения следует вывод о том, что и требование инспектора ДПС пройти проверку на состояние опьянения являлось незаконным.

Таким образом, в действиях заявителя не усматривается наличие состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

В связи с изложенным, считает, что протокол об административном правонарушении, протокол об отстранении от управления ТС, акт освидетельствования не могут являться объективными, допустимыми доказательствами по делу и производство по данному делу подлежит прекращения в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Просил: отменить постановление мирового судьи судебного участка № 98 г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области от 26 июня 2020 года о признании ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, наложении на административного наказания в виде административного штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управлять транспортным средством сроком на 1 год и 6 месяцев. Производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 прекратить.

ФИО1 жалобу поддержал, кроме довода про мурштрук, дополнительно пояснил, что его остановили примерно в 19-00 часов, сотрудник ДПС увидел, что ребенок не пристегнут, было 5 человек, двое детей не пристегнуты, страховка просрочена, постановления выносились эти вперед, потом, составлялись процессуальные документы по ч.1 ст. 12.8 Коап РФ. На улице было жарко, автомобиль сотрудников ДПС стоял на солнце, поэтому были изменения в кожной окраске покровов. Кроме того когда он вставил мундштук сотрудник ДПС протер салфеткой его, кроме того сотрудники уговаривали его не расстраиваться, после вынесения постановления сотрудники ДПС звонили ему не представлялись, но он узнал их по голосу спрашивали о результате. Он согласился на все, поскольку более чем 1 час они составляли все документы, дети плакали.

Защитник Хаустов Г.Г., настаивал на доводов, кроме довода про мурштрук, так же пояснил, что процедура была нарушена, права и обязанности не разъяснены, ст. 51 Конституции РФ не разъяснена, видеозапись недопустимое доказательство, поскольку запись прерывается, на записи не виден сотрудник ДПС, если прерывал запись, обязан был разъяснять, почему прерывает и во сколько продолжает, видеозапись не должна прерываться, считает грубым нарушением. Считает не законные действия по протиранию мурштрука, не известна какая салфетка у них была, прибор был на солнце поэтому неправильные показания, заявитель хотел дать пояснения на камеру сотрудники сказали не надо. Показания прибора необходимо исключить, поскольку в руководстве указано, что нельзя использовать, погрешность прибор дает из внешних факторов, измерения зависят от температуры окружающей среды, к представленной справке необходимо прибавлять плюс 7 градусов, кондиционера в автомобиле ДПС не было, чехол не охлаждает прибор.

Свидетель ФИО2 судье пояснил, что составлял процессуальные документы другой сотрудник он периодически выходил и заходил, процедура была соблюдена, замечаний ни каких заявитель не высказывал, указал заявитель ехал с речки с детьми с женой, потом подъехал мужчина, были признаки алкогольного состояния, поэтому стали составлять протокол, прибор находился на заднем сиденье пассажирском, в футляре в поролоновом и в заводской упаковке, на солнце не находился. В 16-00 часов заступили на смену, примерно в 17-00 часов были в п. Мишелевка, двигались постоянно, перед тем как остановить заявителя, стояли минут 5-10, водитель был со всем согласен, замечаний не высказывал, спрашивали можно прервать запись он согласился, если бы не согласился, то запись была бы продолжена. Камера работала от аккумулятора.

Выслушав участвующих при рассмотрении жалобы, свидетеля, обозрев видеозапись на диске, исследовав материалы административного дела, прихожу к следующим выводам.

Согласно статье 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее по тексту – КоАП РФ) задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

Данные требования Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при производстве по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 должностным лицом ГИБДД и мировым судьей выполнены.

Частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

В силу пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Как следует из материалов дела об административном правонарушении, ФИО1 21 июня 2020 года на автодороге Усольского района Иркутской области совершил административное правонарушение - управлял транспортным средством в состоянии опьянения, его действия не содержат уголовно наказуемого деяния. Правонарушение совершено при следующих обстоятельствах. ФИО1 21 июня 2020 года в 19 часов 45 минут, следуя на транспортном средстве марки «Ssang Yong Istana», государственный регистрационный знак (данные изъяты), на автодороге в районе <адрес>, нарушив пункт 2.7 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, управлял транспортным средством в состоянии опьянения, его действия не содержат уголовно наказуемого деяния, за что предусмотрена административная ответственность по части 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Данные обстоятельства подтверждаются собранными по делу доказательствами, которые представлены в материалы дела, а именно: протоколом об административном правонарушении 38 РП 004595, составленным 21.06.2020 уполномоченным должностным лицом; распиской, из содержания которой установлено, что ФИО1 были разъяснены положения статьи 51 Конституции РФ и статьи 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях; протоколом 38 МС 124575 об отстранении от управления транспортным средством от 21.06.2020, видеозаписью совершения процессуальных действий с участием ФИО1; распиской от 21.06.2020, из которой установлено, что ФИО1 ознакомлен с правилами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и согласился его пройти; актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 38 ВТ 049338 от 21.06.2020 и бумажным носителем к нему с записью результатов освидетельствования; протоколом 38 КТ 096893 о задержании транспортного средства от 21.06.2020; рапортом инспектора дорожно-патрульной службы отдельного взвода дорожно-патрульной службы ГИБДД МО МВД России «Усольский» о составлении административного материала по части 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО1

Объективных данных, опровергающих сведения, зафиксированные в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения лица, которое управляет транспортным средством, не представлено, поэтому факт управления ФИО1 21.06.2020 в 19-45 час. транспортным средством в состоянии опьянения подтверждается материалами дела.

Протокол об административном правонарушении, протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения составлены в соответствии с требованиями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, каких-либо нарушений, влекущих их недопустимость, не усматривается.

Таким образом, действия ФИО1 образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Таким образом, из смысла вышеприведенной нормы следует, что видеозапись должна применяться, прежде всего, для фиксации непосредственно самих мер обеспечения производства.

Поэтому довод заявителя о том, что видеозапись прерывается, и ФИО1 считает видеозапись недопустимым доказательством, является необоснованным, поскольку видеозапись содержит сведения, имеющие значение для выяснения обстоятельств совершенного правонарушения, которые в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ подлежат оценке в качестве доказательств по делу с учетом положений ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ. Видеозапись исследована мировым судьей и обоснованно признана допустимым доказательством по делу, поскольку она фиксирует события, имеющие значение для установления обстоятельств дела. При этом требований к порядку осуществления видеозаписи и приобщения ее к материалам дела КоАП РФ не содержит.

Из материалов дела усматривается, что все протоколы, составленные по настоящему делу, отвечают требованиям главы 27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и являются допустимым доказательством. Иные доводы жалобы не опровергают наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи, с чем не ставят под сомнение законность и обоснованность состоявшихся по делу протоколов.

Довод ФИО1 о том, что ему не были вручены копии протоколов об отстранении от управления ТС, акта освидетельствования на состояние опьянения, а протоколах неверно указано время совершения правонарушения опровергается отметками в протоколах и в акте, личными подписями о вручении ФИО1 соответствующих документах. Сведения о неверном указании времени совершения административного правонарушения в указанных документах также не нашли своего подтверждения.

Указание заявителя о том, что дело об административном правонарушении в отношении него было рассмотрено в период объявления режима самоизоляции на территории Иркутской области, не является основанием для признания постановления мирового судьи незаконным и подлежащим отмене в силу следующего.

В соответствии с письмом Генерального директора Управления судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации ФИО3 от 007.05.2020 № СД-АГ/667 с 12.05.2020 деятельность судов и органов судебного департамента осуществляется в полном объеме и в составе работников, определенных штатным расписанием с соблюдением требований, предусмотренных постановлениями Главного государственного санитарного врача Российской Федерации и условиями режима повышенной готовности, введенного в соответствующем субъекте Российской Федерации, включая режим самоизоляции отдельных категорий граждан, правила социального дистанцирования и использование средств индивидуальной защиты органов дыхания.

Исходя из того, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не представил сведений о том, что он относится к категории граждан, подлежащих обязательной самоизоляции, у мирового судьи не было оснований для отложения разбирательства по делу.

Кроме того, у ФИО1 имелась возможность направить все имеющиеся у него ходатайства и заявления, письменные доказательства, в том числе ходатайства о допросе в качестве свидетелей инспекторов ДПС, и заключить соглашение на юридическую защиту. Однако, ФИО1 не воспользовался предоставленным ему правом.

Довод ФИО4 о том, что при проведении в отношении него процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения инспекторами ДПС был протерт влажной салфеткой индивидуальный мундштук, не нашел своего подтверждения. Процедура освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с участием ФИО1 зафиксирована видеозаписью, порядок освидетельствования разъяснен, права и обязанности, а так же ст. 51 конституции РФ ФИО1 разъяснена, о чем свидетельствует соответствующая расписка и личная подпись в протоколе. Возражений относительно порядка проведения процедуры ФИО1 отражено не было.

В опровержение довода ФИО1 о том, что при оценке результатов освидетельствования инспектором не учтены пределы допускаемой основной абсолютной погрешности прибора представлен акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 38 ВТ 049338 от 21.06.2020 и бумажный носитель к нему. Из показаний сертифицированного технического средства с учетом допустимой погрешности следует, что ФИО1 управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения - результат исследования 0,28 мг/л. с указанием погрешности прибора 0,02 мг/л. Таким образом, с учетом указанной погрешности у ФИО1 бесспорно установлено состояние алкогольного опьянения при управлении им транспортным средством.

Довод ФИО1 о том, что протокол об отстранении от управления транспортным средством не содержал отметок о признаках алкогольного опьянения ничем не подтвержден, объективных сведений, свидетельствующих о данных обстоятельствах заявителем не представлено, также как и не представлено сведений о том, что в протоколе об административном правонарушении в отношении ФИО1 не указаны обстоятельства, послужившие законным основанием направления водителя на освидетельствование, не указаны сами основания, а время совершения правонарушения не согласуется с другими исследованными материалами дела, поскольку как в протоколе об отстранении от управления транспортным средством, так и в протоколе об административном правонарушении в качестве признаков алкогольного опьянения, послужившие законным основанием направления водителя на освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, указаны запах алкоголя изо рта и резкое изменение окраски кожных покровов лица. Таким образом, должностным лицом, инспектором ДПС были выявлены признаки опьянения, дающие основания полагать, что ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения.

Доводы заявителя и защитника о том, что должностные лица ГИБДД производили незаконные действия, протирали мундштук, уговаривали, звонили заявителю, специально держали прибор на солнце, видеозапись прерывали, оснований у сотрудника не было для составления протоколов, заявителя остановили вне стационарного поста ДПС для проверки документов, на записи не виден сотрудник ДПС, и говорили что заявителю говорить сотрудники ДПС, судья считает несостоятельными, поскольку сотрудники наделены государственно-властными полномочиями по делам об административных правонарушениях, это само по себе не может служить поводом к тому, чтобы не доверять составленным ими процессуальным документам, которые судья оценивает по своему внутреннему убеждению, в совокупности с иными материалами дела, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, иные доводы, связанные с незаконными действиями должностных лиц ГИБДД ни чем не подтверждены при рассмотрении жалобы, являются надуманными.

Доводы жалобы о нарушении процедуры освидетельствования и температурного режима использования технического средства измерения по существу направлены на переоценку выводов мирового судьи о фактических обстоятельствах дела и имеющихся в деле доказательствах, они не опровергают данные выводы. Представленный паспорт на анализатор и руководство по эксплуатации на анализатор не опровергает не возможность эксплуатации прибора при температурном режиме который был 21.06.2020, согласно представленной справке от 08.09.2020.

Материалами дела не подтверждается, что освидетельствование заявителя на состояние алкогольного опьянения проводилось прибором в условиях, запрещенных для его эксплуатации.

Довод о том, что неверно указано время в протоколах, не влияет на состав правонарушения.

Доказательств о том, что на момент предъявления к подписанию протокола об отстранения от управления транспортным средством отметок о признаках алкогольного опьянения не было ФИО1 не представлено, при подписание на видеозаписи высказываний по данному обстоятельству не было.

Довод о том, что протоколы являются недопустимыми доказательствами, судья считает необоснованным, поскольку в силу требований статьи 26.1 КоАП РФ установлены: наличие события административного правонарушения, о прохождении освидетельствования на состояние опьянения, виновность указанного водителя в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Поэтому у судьи отсутствуют основания для признания недопустимыми доказательствами протколов, так как порядок получения этих доказательств, предусмотренный нормами административного законодательства, соблюден.

Из материалов дела усматривается, что все протоколы, составленные по настоящему делу, отвечают требованиям главы 27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и являются допустимым доказательством. Доводы жалобы не опровергают наличие в действиях объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи, с чем не ставят под сомнение законность и обоснованность состоявшихся по делу протоколов и вынесшего постановления.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении, в соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ, были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения.

Указанные доказательства получили оценку в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении по правилам, установленным статьей 26.11 КоАП РФ, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Изучение материалов дела об административном правонарушении свидетельствует, что все процессуальные действия в отношении ФИО1 были проведены в строгой последовательности, составленные в отношении него процессуальные документы логичны, последовательны и непротиворечивы.

Вместе с тем, указанные доводы, как и иные, отраженные в жалобе, являются аналогичными ранее заявленным, проверенными мировым судьей, и обоснованно отклоненными с приведением мотивов, не согласиться с которыми, оснований не имеется.

Обжалуя состоявшийся судебный акт, ФИО1 приводит доводы, в том числе о нарушении процедуры и порядка привлечения к административной ответственности, а также о недоказанности его вины во вмененном административном правонарушении.

Однако, проверив все представленные материалы, судья приходит к выводу, что, вопреки доводам жалобы, рассмотрение дела об административном правонарушении произведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе и принципа презумпции невиновности, предусмотренного статьей 1.5 КоАП РФ.

Неустранимые сомнения, которые в силу указанной статьи могли быть истолкованы в пользу ФИО1, по делу не установлены.

Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием мирового судьи норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не свидетельствует о том, что мировым судьей допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренные Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Административное наказание назначено ФИО1 с учетом положений статьи 4.1 КоАП РФ и в пределах санкции части 1 статьи 12.8 КоАП РФ.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел.

Обстоятельств, которые в силу пунктов 2 - 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемого судебного акта, при рассмотрении настоящей жалобы не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 - 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

Р Е Ш И Л:

Постановление и.о. мирового судьи по 98 судебному участку г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области мирового судьи по 95 судебному участку г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области от 26 июня 2020 года о назначении ФИО1 административного наказания, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях - оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно с момента его вынесения.

Судья О.В. Янова