Решение № 2-1/2025 2-1/2025(2-226/2024;)~М-139/2024 2-226/2024 М-139/2024 от 13 января 2025 г. по делу № 2-1/2025

дело № 2-1/2025 (2-226/2024) УИД 22RS0025-01-2024-000216-32


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 января 2025 года с. Косиха Косихинского района

Косихинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Гомер О.А.,

при секретаре Бедаревой Н.С.,

с участием:

прокурора Данилова А.С.,

представителя истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО2,

ФИО3,

ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», ФИО4, ФИО6 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в Косихинский районный суд Алтайского края с иском, в котором с учетом уточненных требований, просил взыскать с надлежащего ответчика: ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», ФИО4, ФИО6 материальный ущерб в размере 1195200 руб., убытки в размере 153000 руб. и компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., причиненные ДТП, а также судебные расходы в размере 6500 руб..

В обоснование заявленных требований истец указал, что в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП), произошедшего 22.11.2022 по вине водителя ФИО4, управлявшего автомобилем «УАЗ 374195», г.р.з. №, принадлежащего ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», автомобилю, принадлежащему истцу - «Тойота Камри», г.р.з. №, причинен ущерб. Данный факт подтвержден вступившим в законную силу приговором Косихинского районного суда Алтайского края от 14.08.2023 в отношении ФИО7. На момент происшествия гражданская ответственность ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» была застрахована по договору ОСАГО в АО СК «Астра-Волга», которым 02.02.2024 в порядке прямого возмещения ущерба выплачено страховое возмещение в размере 400 тыс. руб., что подтверждается платежным поручением № от 02.02.2024. По заключению проведенной по заказу истца экспертизы № от 13.02.2024 стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Тойота Камри» (работы, запасные части, материалы) c учетом износа на дату ДТП составила 1248600 руб., без учета износа - 1595200 руб.. В соответствии с правовыми нормами и правоприменительной практикой, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет лицо, владеющее этим источником на каком-либо из законных оснований. При возложении ответственности за вред необходимо исходить из того, в чьем законном пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Правоотношение между собственником транспортного средства и лицом, управляющим им на момент ДТП, имеет юридическое значение для правильного установления лица, на котором лежит обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. Как следует из названного приговора, ФИО7 являлся водителем ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» и осуществлял перевозку рабочих. Следовательно, на работодателя - как владельца источника повышенной опасности - в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей. Потерпевший при недостаточности страховой выплаты для ремонта транспортного средства вправе взыскать разницу за счет виновного лица. Размер ущерба для выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО и размер ущерба, подлежащего возмещению причинителем вреда в рамках деликтного правоотношения, определяются по разным правилам и эта разница заключается в неyчете износа и в применяемых при этом ценах. В результате при определении размера ущерба в рамках деликтного правоотношения, предполагается право потерпевшего на полное возмещение убытков. Следовательно, возмещению подлежит ущерб в сумме 1195200 руб. (1595200 руб. – 400000 руб.). B результате дорожно-транспортного происшествия истец поступил в медицинское учреждение c закрытой черепно-мозговой травмой, сотрясением головного мозга, травмой ноги, проходил амбулаторное лечение c 23.11.2022 по 30.11.2022, в связи c чем, испытывал физические и моральные страдания. Моральный вред, оценивает в размере 500000 руб.. B связи c произошедшей аварией и значительным повреждением, автомобиль невозможно было доставить без посторонней помощи до <адрес>, в связи c чем, истец вынужден был обратиться в ООО «Тонер 22» для транспортировки неисправного транспортного средства. Стоимость данной услуги составила 9000 руб., что подтверждается квитанцией от 23.11.2022. Кроме того, на момент аварии истец не проживал на территории Алтайского края, и транспортировать автомобиль к месту моего проживания было невозможно, в связи c чем, вынужден был заключить договор аренды парковочного места с Д. c ежемесячной оплатой в размере 9000 руб., что подтверждается договором аренды парковочного места от 23.11.2022. За период c 23.11.2022 по 23.03.2024 за аренду парковочного места было оплачено 144000 руб.. Для оценки состояния автомобиля было проведено экспертное исследование № от 13.02.2024, стоимость которого составила 6500 руб.. Указанные суммы истец просит взыскать с надлежащего ответчика (т. 2 л.д. 155-162).

В судебное заседание истец ФИО5 не явился, извещен, в ходе производства по делу поддержал заявленные исковые требования, дополнительно суду пояснил, что на месте ДТП обращался к сотрудникам скорой медицинской помощи с жалобами на головокружение и ухудшение самочувствия, на что получил отказ ссылкой на более тяжелое состояние других пострадавших. После этого поехал в <адрес>, где обратился в Городскую больницу №, ему провели МРТ головы и сделали снимок ноги, выдали больничный с 23.11.2022 по 30.11.2022, по завершению которого за медицинской помощью и медицинскими обследования не обращался. Извещение о том, что не является потерпевшим по уголовному делу, получал, по данному вопросу за юридической помощью не обращался. По какой причине по уголовному делу он проходил в качестве свидетеля, а не потерпевшего, ему не известно. После ДТП принадлежащий ему автомобиль не мог самостоятельно двигаться, он обратился в ООО «Тонер» по вопросу эвакуации, потому что эта компания согласилась выехать на место ДТП. На момент ДТП проживал в <адрес>, на территории <адрес> находился в отпуске и приобрел автомобиль «Тойота Камри», г.р.з. №, который, после покупки, размещался на парковке придомовой территории по месту пребывания истца в <адрес>. Данная территория ТСЖ не охраняется, и не обеспечивает сохранность поврежденного в ДТП автомобиля. В этой связи обратился к ИП Д., в автосалоне которого приобрел автомобиль «Тойота Камри», г.р.з. №, для хранения на охраняемой парковке по адресу: <адрес>. После ДТП истец вернулся в <адрес>, стоимость транспортировки автомобиля в неисправном состоянии в <адрес> дорогая. Расходы за хранение автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, на парковочном месте, заявлены до 23.03.2024, поскольку не мог им пользоваться из-за разбирательства по уголовному делу и настоящему обращению в суд. В настоящее время, автомобиль «Тойота Камри», г.р.з. №, частично отремонтирован, ездит. Провести ранее ремонта не имел возможности вследствие финансовых затруднений (т. 2 л.д. 86-89, 144-145).

Представитель истца ФИО1, действующая на основании ордера (т. 1 л.д. 93, 94), в судебном заседании поддержала уточненные исковые требования, настаивала на их удовлетворении по основаниям, изложенным в иске, указав, что в иске допущена описка в отчестве одного из ответчиков, требование заявлено к собственнику ФИО6; требование о взыскании расходов на хранение поврежденного автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, просит рассмотреть в размере 144000 руб. с 23.11.2022 по 23.03.2024.

Дополнительно суду в ходе производства по делу представитель истца пояснила, что иных документов, кроме приложенной к иску Выписки из истории болезни не имеется. С заключением судебной оценочной экспертизы сторона истца не согласна, однако в процессуальном порядке выводы эксперта не оспаривает. Автомобиль «Тойота Камри», г.р.з. №, истцом приобретен у ИП Д., куда был помещен для хранения после ДТП, что подтверждается материалами дела (т. 2 л.д. 86-89, 144-145, 230-236).

Представители ответчика ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» - ФИО2 и ФИО3, действующие на основании доверенности (т. 1 л.д. 97), в судебном заседании возражали относительно заявленных требований указывая, что предприятие не является надлежащим ответчиком.

Согласно письменным отзывам представителей ответчика, в момент ДТП 22.11.2022 владельцем автомобиля «УАЗ 374195», г.р.з. №, - источника повышенной опасности, на основании договора аренды от 30.01.2022, заключенного с собственником Траyтвейном B.X., являлся ФИО7, который оказывал услуги по перевозке ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова». 22.11.2022 ФИО7 в период c 21:00 до 21:28, т.е. за пределами рабочего времени работников предприятия, осуществлял перевозку не по поручению общества, a по собственной инициативе. Таким образом, надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является ФИО4. Согласно заключению судебной экспертизы, проведенной ООО «Региональный центр экспертиз «ЭкспертКом», стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца по состоянию на 22.11.2022 без учета износа составила 1136100 руб., а не 1595200 руб., как указано в исковом заявлении. Таким образом, размер ущерба за вычетом 400000 руб., выплаченных страховой компанией, составляет 736100 руб.. Обоснование и доказательства заявленного к взысканию размера компенсации морального вреда истцом не представлены, сумма 500000 руб. явно завышена. Вред, причиненный здоровью истца в результате ДТП 22.11.2022, не позволил признать его потерпевшим в рамках уголовного дела. С места ДТП ФИО5 уехал самостоятельно, госпитализирован не был. Заключением медицинской экспертизы, имеющейся в материалах уголовного дела, степень тяжести вреда, причиненного здоровью истца, не установлена. Как указал эксперт, убедительных данных o наличии каких-либо телесных повреждений причиненных истцу, не приводится. При определении размера морального вреда необходимо учитывать, что вред причинен в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности, одним из которых управлял истец. Управляя своим автомобилем 22.11.2022, ФИО5 должен был руководствоваться абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения, согласно заключению экспертизы № из материалов уголовного дела. Очевидно, ФИО9 не в полной мере были соблюдены изложение требования, поскольку ДТП произошло поздней осенью в темное время суток. Как следует из разъяснений, данных в п.п. 25-30 Постановления Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «O практике применения судами компенсации морального вреда» при определении размера морального вреда, необходимо учитывать тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства происшествия, разумность, справедливость и соразмерность компенсации последствиям нарушения прав, поведение самого потерпевшем причинении вреда (нарушение истцом п. 10.1 ПДД, совершение водителем ФИО4 преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ по неосторожности). Необоснованы требования o взыскании суммы 9000 руб. за транспортировку автомобиля истца в <адрес> и убытков в сумме 144000 руб. за оплату аренды парковочного места, поскольку не доказан факт невозможности доставка автомобиля в <адрес> без посторонней помощи и необходимость аренды парковочного места в течение периода c 23.11.2022 по 23.03.2024 (полтора года), когда приговор в отношении ФИО7 вынесен 14.08.2023, необходимые экспертизы к этой дате уже были проведены. Выписка из ЕГРИП не содержит вид деятельности ИП Д. по хранению автомобилей, он хранит лишь те автомобили, которые продает (т. 1 л.д. 171, т. 2 л.д. 136, 228-229).

Дополнительно в ходе производства по делу представители ответчика пояснили, что состоянию на 22.11.2022 ФИО4 являлся работником ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», в обязанности которого входила перевозка в рабоче время работников предприятия. ДТП произошло в вечернее время за пределами его рабочего времени, перевозку работников ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» осуществлял по собственной инициативе на автомобиле «УАЗ 374195», г.р.з. №, который арендует у собственника - ФИО6. На предприятии имеется несколько автомобилей марки УАЗ, в обязанности ФИО4 не входило возить доярок с фермы по адресу: <адрес>. При приеме на работу был ознакомлен с общей для всех водителей должностной инструкцией. Документы о предоставлении ФИО4 автомобиля для исполнения трудовых обязанностей водителя, закрепление за ним транспортного средства предприятия, отсутствуют. Поскольку работник имел личный автомобиль - «УАЗ 374195», г.р.з. №, по договору аренды, то необходимости в закреплении за ним автомобиля предприятия не имелось. Правоотношение по тому факту, что работодатель использует автомобиль работника, ни как не оформлялось. Путевой лист на данный маршрут ФИО4 не выдавался. Путевые листы автомобилей ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» за 21.11.2022-22.11.2022 не сохранились, документы об уничтожении, списании отсутствуют. Не имеется информации и документов о том, кто должен был осуществлять доставку доярок согласно графику работы по правилам внутреннего распорядке с 06:00 до 20:00, с перерывом с 08:00 до 17:00, в том числе в условиях работы водителей предприятия с 08:00 утра до 16:00. Автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, был застрахован ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», как его собственное транспортное средство, ошибочно. Предприятие страховало несколько автомобилей, заключались договоры ОСАГО на основании формируемого реестра, где был ошибочно указан автомобиль. Закон об ОСАГО не запрещает выступать страхователем любому лицу. Служебную проверку по факту ДТП и нарушения работником-водителем запрета должностной инструкции подвоза каких-либо пассажиров. Ходатайств о назначении экспертизы по определению рыночной стоимости автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, без учета повреждений, определение возмещения ущерба в размере утраты полной стоимости не заявляют. Несмотря на заключения эксперта в материалах уголовного дела о том, что ФИО5 не имел технической возможности избежать столкновение, настаивают на учет вины данного водителя в ДТП (т. 2 л.д. 86-89, 144-145, 230-236).

Ответчики ФИО4 в судебном заседании возражал относительно предъявленных к нему исковых требований, указав, что надлежащим ответчиком по делу является ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова». Автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, ему не принадлежал, договор аренды он не заключал. Собственником - ФИО6, отцом Т., транспортное средство передано предприятию. При приеме на работу в ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» на вопрос Т. он выразил желание работать водителем, после чего написал заявление на трудоустройство, отдал трудовую книжку и его оформили водителем, выделив автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, на котором работал до аварии и после, когда автомобиль восстановили. На предприятии было два автомобиля марки «УАЗ», он и ФИО10 на них перевозили скотников и доярок на ферму. На автомобиль предприятие оформляло страховку, бухгалтер выдавала путевые листы, которые отмечались у механика С., и деньги на заправку автомобилей по сданным чекам. Путевой лист за 22.11.2022 у него не сохранился, на месте ДТП он предъявил его сотрудникам полиции, и на следующий день сдал в бухгалтерию вместе с чеком за бензин. Его рабочий день начинался с 04:00 и длился до 22:30 или 23:00 в зависимости от того как закончится доение коров, с перерывом с 10:00 или с 11:00 и до 16:00. С таким графиком работы автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, удобнее было хранить дома у ответчика. В его обязанности входило проехать по одну из двух маршрутов: через <адрес> и <адрес>, и собрать доярок, скотников, механизаторов, трактористов, и привезти их на базу (ферму) на утреннюю и вечернюю дойку, и обратно. Выбор маршрута зависит от того, ограничат ли движение по трассе военные. В день ДТП по маршруту через <адрес>, на перекрестке трасса была закрыта военными, время было позднее, работникам нужно было домой, все согласились ехать через <адрес>. Этим же маршрутом поехала вторая машина. Представленный в материалах уголовного дела договор аренды транспортного средства, он подписал не читая, после ДТП и возбуждения уголовного дела, путем обмана со стороны директора ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» - Т. и управляющего фермой - В., которые пояснили, что это формально, собственник ФИО6 пожилой человек, а ответчику все равно ходит в суд по уголовному делу, по результатам рассмотрения которого назначат штраф, оплату которого возьмет на себя Т.. До начала разбирательства по уголовному делу ответчик не понимал смысл и суть подписанного им договора. После назначения наказания адвокат ему рассказала, что Т. на основании договора аренды автомобиля, хочет перенести ответственность предприятия на ответчика. После этого он не стал оспаривать договор аренды, поскольку уголовное дело было рассмотрено, ему назначено наказание, не думал, что будут еще какие-то разбирательства. Автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, ежедневно осматривался механиком предприятия, выдавались путевые листы, оплачивались расходы на бензин. Если бы автомобиль принадлежал ответчику, то указанные действия ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» не логичны. Тем более, бессмысленно ему брать в аренды автомобиль, на котором перевозить скотников и доярок предприятия, на котором он работает. После ДТП автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, угнали в гараж ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» Т., затем произвели ремонт и вновь эксплуатировали. В настоящее время аналогичный, принадлежащему истцу автомобиль, стоит больше чем заявлено о взыскании стоимости его ремонта. О назначении по делу дополнительной судебной оценочной экспертизы не ходатайствует (т. 2 л.д. 230-236).

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен (т. 2 л.д. 186).

Руководствуясь нормами ст.ст. 113, 116, 117, 167 ГПК РФ, суд счет возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся истца и ответчика.

Выслушав представителей сторон, ответчика, заключение прокурора, исследовав представленные доказательства и оценив каждое доказательство в отдельности и в их совокупности, суд приходит к следующему.

На основании п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения причиненных ему убытков.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный имуществу физического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1).

На основании п. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В силу п. 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Вместе с тем, в силу ст. 1072 ГК РФ гражданин, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Как следует из разъяснений, данных в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факт причинения вреда, наличие убытков, на ответчике лежит бремя доказывания отсутствия вины, которая предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений их применения, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимы наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Для удовлетворения требований о возмещении вреда необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда, при этом она презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине. При этом бремя доказывания наличия ущерба, лежит на истце.

Вступившим в силу приговором Косихинского районного суда Алтайского края от 14.08.2023 установлено, что 22.11.2022 в период времени с 21:00 до 21:28 ФИО4, управляя автомобилем «УАЗ 374195», г.р.з. №, совершил столкновение с автомобилем «Тойота Камри», г.р.з. №, под управлением ФИО5 на участке проезжей части автомобильной дороги Р-256 «Чуйский тракт», расположенном на расстоянии 24,6 м. в юго-западном направлении от здания кафе <данные изъяты> по адресу: <адрес>, и на расстоянии 214 м. от 262 километрового столба в юго-восточном направлении со стороны <адрес> в направлении <адрес>. Причиной указанного дорожно-транспортного происшествия и наступивших последствий явилось нарушение водителем ФИО4 требований Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 (далее – ПДД), а именно п.п. 1.2, 1.3, абз. 1 п. 1.5, абз. 1 п. 13.9 ПДД и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» Приложения 1 к ПДД РФ. Нарушение водителем ФИО4 вышеуказанных требований Правил дорожного движения РФ, состоит в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием (т. 1 л.д. 16-24, т. 2 л.д. 78-81, 83-85).

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого, как разъяснено в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

Таким образом, вина ответчика ФИО4 в ДТП, произошедшем 22.11.2022 в период времени с 21:00 до 21:28 на участке проезжей части автомобильной дороги Р-256 «Чуйский тракт», расположенном на расстоянии 24,6 м. в юго-западном направлении от здания кафе «Седьмое чувство» по адресу: <адрес>, и на расстоянии 214 м. от 262 километрового столба в юго-восточном направлении со стороны <адрес> в направлении <адрес>, при управлении автомобилем «УАЗ 374195», г.р.з. №, с участием автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, под управлением ФИО5, установлена вступившим в силу судебным актом по уголовному делу.

В силу абз. 2 ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1) дано общее разъяснение положений ст. 1079 ГК РФ, согласно которому под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Исходя из изложенного, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего ему права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания, в том числе на основании доверенности.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, под законностью владения подразумевается наличие гражданско-правовых оснований владения транспортным средством, а не соблюдение правил дорожного движения.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда, причиненного источником повышенной опасности, является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу на каком-либо законном основании либо, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (ч. 2 ст. 1079 ГК РФ, абз. 1 п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1).

Согласно материалам дела, на 22.11.2022 собственником автомобиля «УАЗ 374195», г.р.з. №, управляемого виновником рассматриваемого ДТП, являлся ФИО6 (т. 1 л.д. 193, 197, 198, т. 2 л.д. 48). На основании договора аренды от 30.01.2022 владение данным транспортным средством на период с 30.01.2022 по 30.01.2023 передано ФИО4 (т. 1 л.д. 49).

На дату рассмотрения дела, указанный договор аренды недействительным не признан, соответствующие исковые требования кем-либо из лиц, участвующим в деле, не заявлены.

В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

На основании ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (ч. 3). Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Как следует из разъяснений, данных в п.п. 75, 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, применительно к ст.ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Поскольку по настоящему делу каких-либо нарушений публичных интересов или установленных законом запретов не установлено, и лица, участвующие в деле на такие обстоятельства не ссылался, то в силу приведенных выше норм материального права у суда отсутствуют основания для признания по своей инициативе договора аренды от 30.01.2022 ничтожным только лишь в связи с доводами ответчика ФИО4 о недействительности сделки вследствие ее мнимости (составление договора для вида).

При данных обстоятельствах, в силу заключенного договора аренды ФИО6 на дату ДТП законным владельцем автомобиля «УАЗ 374195», г.р.з. №, не являлся, следовательно, правовых оснований возложения ответственности за возмещение ущерба, причиненного данным источником повышенной опасности, на собственника - не имеется, и исковые требования к данному ответчику подлежат отклонению.

На основании п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к данному правилу, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1, согласно ст.ст. 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда РФ, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Исследовав правоотношения между ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» и ФИО4, оценив в совокупности представленные в деле доказательстве, суды приходит к выводу, что на момент ДТП 22.11.2022 ФИО4 исполнял свои трудовые обязанности на транспортном средстве, находящемся во владении работодателя - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» на основании договора субаренды.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, на основании трудового договора № от 06.09.2021, по состоянию на 22.11.2022 ФИО4 состоял в трудовых отношениях с ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» в должности водителя по основному месту работы на условиях подвижного характера работы (т. 2 л.д. 76).

В силу ст. 22 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей.

Правилами внутреннего трудового распорядка для работников ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», в п. 4.2 определено, что работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей (т. 1 л.д. 203-209).

Должностной инструкцией № водителя ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» установлено, что за водителем закрепляется техника, за которую он несет персональную ответственность (п. 1.4); на водителя возлагается среди прочих функция осуществления перевозки людей и обязанность обеспечивать своевременную подачу автомобиля к указанному месту для перевозки сотрудников работодателя и других лиц (п.п. 2.4, 2.7) (т. 1 л.д. 210-211).

Соглашением сторон в п.п. 1.1 и 4.3.1 трудового договора № от 06.09.2021, также закреплена обязанность работодателя - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» предоставить работнику работу в соответствии с условиями договора и обеспечить работника необходимыми условиями для работы, и гарантия работника - ФИО4 наличие водительских прав, позволяющих управлять легковыми и грузовыми автомобилями всех типов (т. 2 л.д. 76).

Таким образом, в рамках заключенного трудового договора на ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» лежала обязанность обеспечить работника ФИО4 техническим средством для выполнения им принятых на себя трудовых функций водителя, в том числе по осуществлению перевозки людей и обязанности своевременной подачи автомобиля к указанному месту для перевозки сотрудников работодателя и других лиц.

По данным ФИС ГИБДД по состоянию на 22.11.2022 в собственности ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» находилось два автомобиля типом кузова фургон (микроавтобус) марки «УАЗ»: «УАЗ 396255», г.р.з. №, «УАЗ 374195», г.р.з. № (т. 2 л.д. 178-179).

Указанные автомобили за водителем ФИО4 для выполнения трудовой функции работодателем не закреплялись (не предоставлялись), доказательств этому не представлено, представителями ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» в судебном заседании не опровергнуто.

В тоже время, согласно справке ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» от 16.09.2024, ФИО4 работал на предприятии водителем на принадлежащем ему на праве аренды автомобиле «УАЗ 374195», г.р.з. № (т. 1 л.д. 213).

Согласно справке ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» от 10.09.2024 на предприятии существует единый животноводческий комплекс по адресу: <адрес>, на территории которого располагаются производственные помещения, здания, сооружения (фермы, телятники, контора, гараж и т.д.) (т. 1 л.д. 212).

Правила внутреннего трудового распорядка для операторов машинного доения установлен скользящий график работы с 06:00 до 20:00 с перерывом с 08:00до 17:00 (т. 1 л.д. 203-209).

И., Н., Г., Е. и О., пассажиры автомобиля «УАЗ 374195», г.р.з. №, в момент ДТП 22.11.2022, проживающие в <адрес>, в ходе расследования уголовного дела по факту ДТП, пояснили, что работают в ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» доярками. Для выполнения работы на служебном автомобиле «УАЗ 374195», г.р.з. №, их доставляют на ферму, и по окончанию работы – увозят домой. Рабочий день установлен с 05:00 до 10:00, затем перерыв, на время которого увозят домой, после этого с 16:00 до 21:30 находятся на рабочем месте. По окончанию работы их забирает водитель ФИО4 на указанном автомобиле. 22.11.2022 около 21:00 закончили работу, подошли к автомобилю «УАЗ 374195», г.р.з. №, находившемуся на территории фермы, где их ожидал водитель ФИО4. После посадки пассажиров автомобиль выехал по автодороге со стороны <адрес> через <адрес> в сторону <адрес>. На трассе была высокая загруженность связи с ограничением движения военными. Автомобиль попал в ДТП (т. 2 л.д. 17-20, 27-36).

Т., директор ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», в ходе расследования уголовного дела по факту ДТП, пояснил, что ФИО4 трудоустроен водителем, осуществляет свои трудовые обязанности на автомобиле «УАЗ 374195», г.р.з. №, занимается хозяйственной деятельностью, в том числе перевозкой рабочих организации. Автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, оформлен на праве собственности на ФИО6, по договору аренды от января 2022 года передан ФИО4 на возмездной основе, имеет страховой полис без ограничения права управления. 22.11.2022 около 08:00 ФИО4 находился на рабочем месте и выполнял свои обязанности на автомобиле «УАЗ 374195», г.р.з. №. После ДТП автомобиль возвращен под расписку, отремонтирован и эксплуатируется (т. 2 л.д. 39-40).

Оценивая изложенные показания свидетелей по уголовному делу, руководствуясь нормами ст.ст. 55, 59, 60, 67, 71 ГПК РФ, суд признает указанные объяснения допустимыми письменными доказательствами по настоящему делу, поскольку доказательства получены в соответствии с требованиями ст.ст. 189, 190 УПК РФ с разъяснением лицам права не свидетельствовать против самого себя и близких родственников, а также ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

С., будучи допрошенным в качестве свидетеля по уголовному делу 20.02.2023, пояснил, что работает механиком ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», в организации имеется служебный автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, на котором осуществляется перевозка рабочих организации и работает водителем ФИО11. В автомобиле установлены самодельные сиденья в количестве 3 штук по периметру, а также заводские откидные сиденья в количестве 2 штук. Автомобиль оформлен на ФИО6, имеет страховой полис без ограничения права управления, контроль за техническим состоянием автомобиля осуществляет свидетель и водитель ФИО4. Перед эксплуатацией автомобиль проверяется, осмотр технического состояния осуществляется в утреннее время около 08:00. 22.11.2022 около 08:00 свидетель проверил техническое состояние автомобиля, разрешил выезд, водителю выписан путевой лист. После ДТП, произошедшего 22.11.2022, автомобиль был возвращен (т. 2 л.д. 37-38).

В судебном заседании по настоящему делу допрошенный в качестве свидетеля С. поддержал изложенные показания, пояснив, что по давности событий они являются более полными. В настоящее время в ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» не работает, уволился в апреле 2024 года по собственному желанию. На предприятии было два автомобиля, используемых для перевозки сотрудников, в частности доярок, марки «УАЗ» модели «буханка». На одном из данных автомобилей в качестве водителя работал ФИО4 и возил доярок. Несколько раз, когда у ФИО4 были выходные, автомобилем управлял свидетель, допущенный начальником комплекса. Автомобиль был предоставлен ФИО4 при трудоустройстве в ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова». Первоначально на автомобиле ездил Р., затем предприятие получило новый автомобиль, на него пересел Р., а на освободившийся посадили ФИО4. Автомобили хранились в гараже предприятия, которое несло расходы на заправку топливом, обслуживание, запчасти и т.д., производило страхование. Оценкой технического состояния автомобиля и допуском его к работе, оформлением путевого листа по маршруту «<адрес>» и «<адрес>», назначаемому начальником животноводческого комплекса, занимался свидетель. Заполненные путевые листы сдавались в бухгалтерию. Путевой лист на автомобиль под управлением ФИО4, был оформлен накануне вечером, для выезда утром, потому что за доярками автомобиль выезжает в 05:00, а рабочий день механика с 08:00 (т. 2 л.д. 230-236).

Согласно представленным в дело полису ОСАГО серии ХХХ № и информации АО СК «Астро-Волга», договор ОСАГО ХХХ № в отношении автомобиля «УАЗ 374195», г.р.з. №, на период с 23.07.2022 по 22.07.2023 заключен 12.07.2022 ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», как собственником (владельцем) транспортного средства, на основании представленных документов, установленных в ст. 15 Закона об ОСАГО (т. 2 л.д. 192, 218).

Как следует из положений ст. 1, ч. 1 ст. 15 Закона об ОСАГО, обязательное страхование осуществляется владельцами транспортных средств - собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное).

Таким образом, судом установлено, что работодателем ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» была фактически организована перевозка работников предприятия к месту работы: <адрес>, и обратно к месту их жительства с привлечением транспортного средства «УАЗ 374195», г.р.з. №, принадлежащего на праве аренды работнику ФИО4 и под его управлением, без юридического оформления этих отношений.

В соответствии с ч. 1 ст. 647 ГК РФ, если договором аренды транспортного средства без экипажа не предусмотрено иное, арендатор вправе без согласия арендодателя сдавать арендованное транспортное средство в субаренду на условиях договора аренды транспортного средства с экипажем или без экипажа.

По договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации (ст. 642 ГК РФ).

По правилам, установленным ст. 643 ГК РФ, договор аренды транспортного средства без экипажа должен быть заключен в письменной форме независимо от его срока.

Вместе с тем, в силу ч. 2 ст. 433 ГК РФ, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224).

Из определения договора аренды транспортного средства без экипажа, данного в ст. 642 ГК РФ, следует, что такой договор является реальным, поскольку им предусмотрено предоставление транспортного средства, а не обязанность по его предоставлению, установленная в общих положениях об аренде. Статья 642 ГК РФ является специальной нормой по отношению к общей – ст. 606 ГК РФ, характеризующей договор аренды как консенсуальный (одна сторона обязуется что-либо сделать).

Таким образом, для заключения договора аренды транспортного средства без экипажа, являющегося реальным договором, для заключения которого в силу закона необходима, помимо соглашения сторон, передача имущества, вследствие чего он считается заключенными только с момента данной передачи (п. 2 ст. 433 ГК РФ).

Руководствуясь приведенными правовыми нормами, оценивая исследованные доказательства, суд приходи к выводу, что между ФИО4 и ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» заключен договор субаренды автомобиля «УАЗ 374195», г.р.з. №, без экипажа. Транспортное средства фактически было передано во владение субарендатора, которым использовалось в своих производственных целях – перевозка сотрудников к месту работы вне населенного пункта места жительства. Совпадение в данном случае субарендодателя и работника субарендатора, допущенного к управлению автомобилем (водитель ФИО4), не опровергает гражданско-правовыми полномочиями ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» по использованию источника повышенной опасности, нахождение его в реальном владении и использовании на момент причинения вреда.

Суд считает необходимым отметить, что даже в случае применения к договорным отношениям между ФИО4, как владельцем по договору аренды, и ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» положений о несоблюдении простой письменной формы консенсуального договора (ч. 1 ст. 162 ГК РФ), в материалах дела имеются письменные доказательства, подтверждающие заключения сторонами договора субаренды.

В частности, заключением договора ОСАГО ХХХ № в отношении автомобиля «УАЗ 374195», г.р.з. №, на период с 23.07.2022 по 22.07.2023, ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», приняло и исполнило обязанности лица, владеющего транспортным средством на законном основании (т. 2 л.д. 192, 218); справкой ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» от 16.09.2024, о том, что работник - водитель ФИО4 работал на автомобиле «УАЗ 374195», г.р.з. № (т. 1 л.д. 213); постановлениями о выемке и признании вещественным доказательством по делу и протоколом выемки, составленным с участием директора ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» Т., согласно которым после ДТП автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, хранился на территории предприятия и передан на хранение директору (т. 2 л.д. 214, 215-216, 217); показаниями директора ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» Т. – стороны сделки, о том, что ФИО4 трудоустроен водителем, осуществляет свои трудовые обязанности на автомобиле «УАЗ 374195», г.р.з. №, после ДТП автомобиль возвращен под расписку, отремонтирован и эксплуатируется (т. 2 л.д. 39-40).

Не представлено суду доказательств доводов стороны ответчика - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» о том, что ДТП 22.11.2022 произошло за пределами рабочего времени ФИО7, перевозка пассажиров осуществлялась не по поручению предприятия, a по инициативе водителя.

Представленными по запросу суда ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» Правилами внутреннего трудового распорядка в п. 5.1 для водителей устанавливается шестидневная рабочая неделя с графиком работы с 8:00 до 16:00, перерывом на обед с 12:00 до 13:00 (т. 1 л.д. 203-209).

В судебном заседании ответчик ФИО7 не признал данное обстоятельство, указывая, что его график работы определялся графиком работы операторов машинного доения и животноводом, доставка которых к месту работы и обратно по месту жительства входила в его трудовые обязанности.

Должностной инструкцией № к трудовым функция водителя ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» отнесено перевозка людей и обязанность обеспечивать своевременную подачу автомобиля к указанному месту для перевозки сотрудников работодателя и других лиц (п.п. 2.4, 2.7) (т. 1 л.д. 210-211).

В письменных показаниях по уголовному делу операторы машинного доения ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» И., Н., Г., Е. и О., подтвердили, что доставка к месту работы и обратно по месту жительства по графику работы с 05:00 до 10:00 и с 16:00 до 21:30 осуществлялась на служебном автомобиле предприятия - «УАЗ 374195», г.р.з. №, под управлением водителя ФИО4 (т. 2 л.д. 17-20, 27-36).

С., механик ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» в судебном заседании в качестве свидетеля также указал, что в организации имеется служебный автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, на котором осуществляется перевозка рабочих организации по маршруту «<адрес>» и «<адрес>» и работает водителем ФИО11, в утреннюю смену автомобиль выезжает в 05:00 (т. 2 л.д. 37-38, 230-236).

В то же время, доказательства организации доставки работников Ю., И., Н., Г., Е. и О. с работы до места жительства по окончанию вечерней смены 22.11.2022 работодателем - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» суду не представлены.

В судебном заседании ответчик ФИО4 и механик ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» С. пояснили, что оформленные и закрытые путевым листы передавались в бухгалтерию предприятия.

Согласно Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения, утвержденного приказом Росархива от 20.12.2019 № 236, с 18.02.2020, путевые листы и журналы, базы данных учета путевых листов, хранятся 5 лет (п.п. 553, 554).

На запрос суда о предоставлении путевых листов, оформленных на предприятии 21 и 22 ноября 2022 года, представители ответчика - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» сообщили об их утрате. При этом документы, подтверждающие данное обстоятельство, отсутствуют.

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 784 ГК РФ, перевозка грузов, пассажиров и багажа осуществляется на основании договора перевозки.

По договору перевозки пассажира перевозчик обязуется перевезти пассажира в пункт назначения, а пассажир обязуется уплатить установленную плату за проезд. Заключение договора перевозки пассажира удостоверяется билетом, установленной формы (ч.ч. 1, 2 ст. 786 ГК РФ).

По договору фрахтования (чартер) одна сторона (фрахтовщик) обязуется предоставить другой стороне (фрахтователю) за плату всю или часть вместимости одного или нескольких транспортных средств на один или несколько рейсов для перевозки грузов, пассажиров и багажа. Порядок заключения договора фрахтования, а также форма указанного договора устанавливаются транспортными уставами, кодексами и иными законами (ст. 787 ТК РФ).

В соответствии с нормами п. 13 ст. 2, ч. 1 ст. 5, ч. 2 ст. 19, ч.ч. 1 и 4 ст. 27 Устава автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта, регулярные перевозки пассажиров (перевозка транспортом общего пользования) и перевозки пассажиров по заказам, относятся к видам предпринимательской деятельности по перевозке пассажиров и багажа, грузов. На стороне перевозчика может выступать - юридическое лицо, индивидуальный предприниматель, принявшие на себя по договору перевозки пассажира обязанность перевезти пассажира и доставить багаж. Перевозка пассажиров по заказу осуществляется транспортным средством, предоставленным на основании договора фрахтования, заключенного в письменной форме, либо в форме заказа-наряда.

ФИО11, в момент ДТП 22.11.2022, не мог выполнять услуги перевозчика: не являлся индивидуальным предпринимателем или представителем другого юридического лица. Договор перевозки пассажира и договор перевозки пассажиров по заказам являются консенсуальными договорами, факт их заключения может быть подтвержден только письменными доказательствами. В материалах дела не представлены, судом не установлены: билета на оказание услуг перевозки 22.11.2022 перевозчиком ФИО4 пассажирам Ю., И., Н., Г., Е. и О.; гражданско-правой договор на перевозку указанных пассажиров, заключенный между ФИО4 и ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова».

Также суд считает необходимым отметить, что п. 3.11 должностной инструкцией № 735 водителя ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» установлен категоричный запрет на подвоз каких-либо пассажиров по собственному усмотрению (т. 1 л.д. 210-211).

В судебном заседании ответчик ФИО4 и представители ответчика ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» опровергали проведение работодателем служебной проверки и привлечение работника – водителя за нарушение установлено запрета.

Таким образом, 22.11.2022 автомобиль «УАЗ 374195», г.р.з. №, был предоставлен ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» работникам Ю., И., Н., Г., Е. и О., на условиях безвозмездного оказания своим работникам услуг по перевозке к месту работы и обратно, при этом сами работники, в том числе водитель ФИО4, полагали, что перевозка осуществляется предприятием, иной информации им не предоставлялось, как и не предоставлялось возможности выбора другого транспортного средства и водителя.

Следовательно, на момент ДТП 22.11.2022 в период времени с 21:00 до 21:28 ФИО4 управлял автомобилем «УАЗ 374195», г.р.з. №, в силу исполнения своих должностных обязанностей водителя, на основании трудового договора, заключенного с законным владельцем транспортного средства по праву субаренды - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова».

Доказательств завладения ФИО4 транспортным средством противоправно, следовательно, правовых оснований возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности ответственности на работника, в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, суду не представлено (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).

Позиция ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» по настоящему делу вызвана стремлением ограничить или устранить свою ответственность за вред, причиненный работником общества в результате ДТП, произошедшего 22.11.2022. Сам по себе факт отсутствия договора субаренды в письменной форме, путевого листа, не освобождает ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» от ответственности, при наличии иных обстоятельств и совокупности доказательств, а свидетельствует лишь о недобросовестности со стороны работодателя при исполнении обязательств, как в отношении работников – пассажиров, так и в отношении водителя ФИО4.

При установленных обстоятельствах, исковые требования к ФИО4 подлежат отклонению, с возложением обязанности по возмещению ущерба, причиненного ДТП, на ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» - владельца источника повышенной опасности, работник которого при исполнении трудовых обязанностей причинил вреда.

Рассматривая требование ФИО5 о возмещении вреда, причиненного ДТП, суд руководствуется следующим.

В соответствии с нормами 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков (расходы, которые произвело или должно будет произвести для восстановления повреждение имущества (реальный ущерб)), если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Конституционным Судом РФ в абз. 1 п. 5 Постановления от 10.03.2017 № 6-П, определено, что по смыслу вытекающих из ст. 35 Конституции РФ во взаимосвязи с ее ст.ст. 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование п. 1 ст. 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Из указанных правовых норм и правовой позиции Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ следует, что применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Статьей 16 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» установлено, что техническое состояние и оборудование транспортных средств, участвующих в дорожном движении, должны обеспечивать безопасность дорожного движения (п. 1). Обязанность по поддержанию транспортных средств, участвующих в дорожном движении, в технически исправном состоянии возлагается на владельцев транспортных средств либо на лиц, эксплуатирующих транспортные средства (п. 2).

В вышеуказанном постановлении Конституционный Суд РФ указал, что замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла (абз. 3 п. 5).

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) (абз. 4 п. 5).

Из анализа и смысла вышеуказанного следует, что восстановление транспортного средства производится новыми деталями, что в полном объеме отвечает и соответствует требованиям безопасности эксплуатации транспортных средств и требованиям заводов-изготовителей.

При этом, в качестве «иного более разумного и распространенного в обороте способа исправления повреждений имущества» не подразумевается и не указан ремонт при помощи деталей, бывших в употреблении (контрактными). Восстановление транспортного средства деталями, бывшими в употреблении (контрактными), очевидно допускается только с согласия потерпевшего лица, а также в случае отсутствия требуемых новых деталей (например, ввиду снятия их с производства).

Таким образом, действующим законодательством, гарантируется полное возмещение ущерба при деликтных правоотношениях, т.е. возмещение стоимости восстановительного ремонта или стоимости имущества на день причинения вреда, без учета износа узлов и агрегатов.

В связи с несогласием стороны ответчика - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» с выводами досудебной экспертизы, по делу назначена судебная экспертиза по вопросу стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца.

Заключением ООО «Региональный центр экспертиз «ЭкспертКом» № от 17.10.2024 стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, по состоянию на дату ДТП - 22.11.2022 (в пределах заявленных исковых требований) без учета износа заменяемых деталей, определена в размере 1136100 руб. (т. 2 л.д. 103-128).

Оснований ставить под сомнение достоверность выводов эксперта у суда не имеется, поскольку судебная экспертиза проведена с соблюдением требований ст.ст. 84-87 ГПК РФ, лицом, имеющим специальные познания, соответствующую квалификацию, и стаж работы для разрешения поставленных перед ним вопросов, предупрежденным об уголовной ответственности, выводы эксперта являются полными, обоснованными, не содержащими неясностей, заключение основано на результатах анализа материалов гражданского дела, фотоиллюстраций повреждений автомобилей, экспертом описана методика проведенного исследования, указаны используемые справочно-нормативные и научно-технические документы.

При этом, доказательств того, что при проведении судебной экспертизы ООО «Региональный центр экспертиз «ЭкспертКом» № от 17.10.2024 были допущены нарушения, лишающие полученное по ее результатам заключение доказательственной силы, суду не представлено.

Так, в представленном в деле в составе выплатного дела страхового возмещения, экспертном заключении № от 01.020.2024, выполненном ООО «Расчетно-Аналитический Центр» по заказу ООО СК «Астро-Волга», стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Тойота Камри», г.р.з. №, в размере 910810 руб., определена с применением Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального банка Российской Федерации от 04.03.2021 № 755-П, - с учетом износа транспортного средства, которая согласно п. 5.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 № 6-П при деликтных правоотношениях не применима (т. 1 л.д. 121-129).

Согласно представленному стороной истица экспертному заключению ООО «АБО» № от 13.02.2024, стоимость восстановительных работ автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, без учета износа заменяемых деталей на дату ДТП составляет 1595200 руб. (т. 1 л.д. 31-52). Из содержания заключения и приложенных к нему документов следует, что стоимость запасных частей экспертом приняты на основании определения средней стоимости по данным государственных и не государственных информационных ресурсов, без учета индекса инфляции и корректировку с учетом разности курса валюты на дату исследования (13.02.2024) и дату определения стоимости (22.11.2022) (п. 5.8 исследовательской части, таблица 4 приложения № 1).

Пунктом п. 7.17 Методических рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, разработанных ФБУ РФЦЭ при Министерстве юстиции ПФ 01.01.2018, предусмотрено, что для определения стоимости запасных частей на прошедшую дату допускает использовать как индексы инфляции, так и корректировку с учетом разности курса валюты на дату исследования и дату определения стоимости, если изменение стоимости детали в рублевом эквиваленте в течение непродолжительного периода в основном обусловлено изменением курса валюты (евро, доллар и др.).

Автомобиль истца «Тойота Камри», г.р.з. Р741СР124, иностранного производства (т. 2 л.д. 213), цены за запасные части к данному автомобилю напрямую зависят от курса валюты.

В этой связи, суд соглашается с применением экспертом ООО «Региональный центр экспертиз «ЭкспертКом» для определения стоимости запасных частей корректировку с учетом разности курса стоимости 1 доллара США на 22.11.2022 (дата оценки) и 16.10.2024 (дата исследования), – 60,7379 руб. и 97,0121 руб. соответственно (сведения размещены в свободном доступе на сайте Центрального банка России) (п. 7.14 исследовательской части, таблица № 3 заключения № от 17.10.2024).

При этом, суд отмечает, что в силу абз. 1 ст. 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», выбор способов и методов исследования входит в компетенцию эксперта.

Каких-либо доводов о неверном применении корректировки с учетом разности курса валюты, о неверном определении рыночной стоимости запасных частей, стороной истца не приведено, а само по себе не согласие с заключением эксперта только по причине определения стоимости запасных частей в меньшей сумме, чем в представленном истцом досудебном заключении, не свидетельствует о недопустимости данного доказательства и его порочности.

Таким образом, представленное стороной истица экспертное заключение ООО «АБО» № от 13.02.2024, не отвечает принципам разумного и экономически обоснованного способа возмещения вреда.

На момент ДТП 22.11.2022 гражданская ответственность водителя автомобиля «УАЗ 374195», г.р.з. №, виновника причинения ущерба, была застрахована АО СК «Астро-Волга». 02.02.2024 платежным поручением № страховой кампанией в порядке возмещения убытков ФИО5, по его заявлению, выплачено страховое возмещение в полном объеме в размере 400 тыс. руб. (т. 1 л.д. 114-115, 131-134).

Суд не соглашается с доводами стороны ответчика - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» о необходимости учета вины водителя ФИО5 в несоблюдении требований абз. 2 п. 10.1 ПДД.

Принимая во внимание бремя доказывания (презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик), ответчиком не представлены доказательства наличия у водителя автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. Р741СР124, технической возможности избежать столкновения с автомобилем «УАЗ 374195», г.р.з. №, либо уменьшить степень ущерба в соответствии с требованиями абз. 2 п. 10.1 ПДД.

Заключением эксперта ГУ МВД России по Алтайскому краю № от 06.03.2023, установлено, что водитель автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, в дорожно-транспортной ситуации 22.11.2022, располагая резервом расстояния 25 м не имел технической возможности путем применения экстренного торможения предотвратить столкновение с момента возникновения опасности (т. 2 л.д. 50-51).

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу о возложении на ответчика ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» обязанности возмещения истцу имущественного ущерба в размере разницы между рыночной стоимостью восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, определенного судебной экспертизой, и полученным в максимальном размере страховым возмещением – 736100 руб. (1136100 руб. – 400000 руб.).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье), либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1). Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (п. 20). Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 12).

В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда здоровью, повлекшего физические и нравственные страдания, причинение данного вреда действиями работника ответчика - ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», в рассматриваемом случае, возлагается на истца – ФИО5.

Заявленный к взысканию размер компенсации морального вреда, истец обосновывает физическими и нравственными страданиями перенесенным в связи с получением в результате ДТП закрытого черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга, травмы ноги.

Согласно представленной истцом Выписке из истории болезни пациента КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи», 23.11.2022 в 04:00 ФИО5 обратился за скорой медицинской помощью, установлены диагнозы ЗЧМТ, сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей лобной области, ушиб мягких тканей области левого голеностопного сустава, закрытый разрыв таранно-малоберцовой связки левого голеностопного сустава. Пациент отказался от дальнейшего лечения в НХО, выписан на амбулаторное лечение, рекомендовано наблюдение у невролога и травматолога в поликлинике по месту жительства, ограничение физической и психической нагрузки (т. 1 л.д. 57).

Вместе с тем, Заключениями эксперта Троицкого межрайонного отделения КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 16.01.2023 и № от 22.02.2023, по результатам судебно-медицинской экспертизы по медицинским документам и диска рентгенографического исследования от 23.11.2022, убедительных данных о наличии каких-либо телесных повреждений у ФИО5 не установлено. При анализе медицинских документов не подтверждены выставленные диагнозы: ушиб мягких тканей лобной области, ушиб мягких тканей области левого голеностопного сустава – в медицинских документах не приводятся в полном объеме подробные морфологические признаки ушиба; ЗЧМТ, сотрясение головного мозга – неврологическая симптоматика, характерная для этого вида травмы приводится не в полном объеме, дополнительные методы обследования проведены не в полном объеме, при этом отсутствуют данные ЭХО-энцефалографии, осмотр окулиста, невролога в динамике; закрытый разрыв таранно-малоберцовой связки левого голеностопного сустава – отсутствует обязательное исследование УЗИ, МРТ голеностопного сустава (т. 2 л.д. 23-25, 53-55).

Оценивая заключение эксперта, руководствуясь нормами ст.ст. 55, 59, 60, 67, 71 ГПК РФ, суд признает его допустимым письменными доказательствами по настоящему делу, и не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность выводов, поскольку экспертиза в рамках уголовного дела проведена с соблюдением требований ст.ст. 195, 204 УПК РФ, лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов, имеющим соответствующий стаж работы, предупрежденным об уголовной ответственности, заключение экспертом составлено в пределах своей компетенции, при экспертном исследовании использованы специальные методики.

Иных каких-либо доказательств заявленным требованиям о возмещении морального вреда, причиненного повреждением здоровья, стороной истца суду не представлено, при этом, ходатайства об истребовании дополнительных доказательств, проведении судебной экспертизы, суду не заявлялись.

Согласно информации КГБУЗ «Косихинская ЦРБ» на месте ДТП 22.11.2022 за скорой медицинской помощью обратились: Ю., И., Е. (т. 2 л.д. 26).

Из Выписки из истории болезни пациента КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи», следует, что по результатам цифровой рентгенографии черепа и голеностопного сустава – костно-травматической патологии костей свода черепа и повреждений не выявлено, ФИО5 отказался от дальнейшего лечения в НХО, выписан на амбулаторное лечение, рекомендовано наблюдение у невролога и травматолога в поликлинике по месту жительства (т. 1 л.д. 57).

В ходе производства по делу ФИО5 и его представитель ФИО1 поясняли, что после обращения 23.11.2022 за скорой медицинской помощью, истец медицинские обследования не проходил, за медицинской помощью не обращался, иных медицинских документов не имеется.

ФИО5 был извещен 08.02.2023 сотрудниками полиции о прекращении административного расследования по факту ДТП, поскольку вред здоровью причинен потерпевшему Ю. в степени тяжести, влекущей уголовную ответственность (т. 2 л.д. 21).

В судебном заседании ФИО5 подтвердил, что знал о привлечении его к участию в уголовном деле в качестве свидетеля, а не потерпевшего, и в данном статусе участвовал в рассмотрении уголовного дела в суде. Однако, каких-либо действий по оспариванию решений следственных органов и приговора суда, назначению дополнительных судебных экспертиз и признанию его потерпевшим, также в ходе расследования и рассмотрения уголовного дела ФИО5 не совершал.

Таким образом, допустимые доказательства, достоверно свидетельствующие о причинение ФИО5 22.11.2022 в результате ДТП вреда здоровью, а также наличия причинно-следственной связи между прохождением им амбулаторного лечения с 23.11.2022 по 30.11.2022, суду не представлены. Следовательно, в связи с не установлением по делу совокупности предусмотренных законом оснований и условий применения меры гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда, исковые требования в данной части подлежат отклонению в полном объеме.

Рассматривая исковые требования о взыскании убытков в размере расходов на транспортировку поврежденного автомобиля к месту хранения и оплату услуг аренды парковочного места, суд руководствуется следующим.

В подтверждение заявленных расходов ФИО5 представил: квитанцию серии ББ № об оплате ООО «Тонер22» услуг транспортирования неисправного транспортного средства «Тойота Камри», г.р.з. №, 23.11.2022 в период с 01:15 по 03:00 (т. 1 л.д. 58); договор аренды парковочного места от 23.11.2022, заключенный с ИП Д., на условиях ежемесячной оплаты в размере 9000 руб. парковочного места по адресу: <адрес>, с даты подписания договора до 01.04.2024 с правом пролонгации (т. 1 л.д. 59-60) и квитанции к приходным ордерам от 23.11.2022, 23.12.2022, 23.01.2023, 22.02.2023, 23.03.2023, 21.04.2023, 23.05.2023, 23.06.2023, 21.07.2023, 23.08.2023, 22.09.2023, 23.10.2023, 23.11.23023, 22.12.2023, 23.01.2024, 22.02.2024, 22.03.2024 о внесении платы по договору аренды ежемесячно в размере 9000 руб. на общую сумму 153000 руб. (т. 1 л.д. 62-78).

Как следует из позиции, изложенной в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», с учетом положений ст.ст. 15, 1072 ГК РФ и разъяснений, данных в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, расходы, подлежащие возмещению при причинении вреда имуществу потерпевшего, включают в себя не только восстановительные и иные расходы, обусловленные повреждением имущества в результате ДТП, но и необходимые для реализации потерпевшим права на получение возмещения причиненного ущерба, например, расходы на эвакуацию транспортного средства с места дорожно-транспортного происшествия, хранение поврежденного транспортного средства, при условии представления потерпевшим доказательств наличия данных убытков и их причинно-следственной связи с действиями причинителя вреда.

Согласно заключению эксперта ГУ МВД России по Алтайскому краю № от 24.03.2023, на момент осмотра автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, по адресу: <адрес>, транспортное средство находилось в технически неисправном состоянии, что заключалось в неисправности тормозной системы и рулевого управления, образовавшихся в результате ДТП (т. 2 л.д. 57-60).

Неисправность рулевого управления и тормозной системы Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 отнесены к перечню неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств.

Согласно материалам уголовного дела, 22.11.2022 автомобиль «Тойота Камри», г.р.з. №, был изъят на месте осмотра происшествия (т. 2л. 5-8) и передан владельцу ФИО5 под ответственное хранение с запретом совершения действий по эксплуатации, ремонту и распоряжению (т. 2 л.д. 9), с сохраненным данного запрета после признания автомобиля вещественным доказательством по делу 20.02.2023 и до конца разбирательства по уголовному делу с хранением на территории парковки по адресу: <адрес> (т. 2 л.д. 44-47).

Изложенное опровергает довод стороны ответчика ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» о непредставлении истцом доказательств необходимости несения расходов по транспортированию принадлежащего ему автомобиля с места ДТП и хранения его на платной основе.

Возражения ответчика ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» о том, что к видам экономической деятельности ИП Д. не отнесено оказание платных услуг по хранению транспортных средств, правового значения по настоящему делу не имеет.

В материалах дела представлено достаточно доказательств с достоверностью свидетельствующих о нахождение автомобиля «Тойота Камри», г.р.з. №, с даты получения повреждений в ДТП по 23.03.2023 по адресу: <адрес>, на платной основе (договор аренды, квитанции, протоколы осмотра транспортного средства в ходе предварительного расследования следователем и экспертом).

В силу ст.ст. 210, 211 ГК РФ, по общему правилу риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник. Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В спорном случае, необходимость обеспечения сохранности неисправного транспортного средства, исключения риска его повреждения (утраты), и, вследствие этого, несения дополнительных расходов по содержанию, непосредственно связана с действиями причнителя вреда.

Доказательства получения ФИО5 возмещения причиненного имущественного ущерба в полном объеме после вступления в силу приговора 27.10.2023, стороной ответчика не представлены. Страховое возмещение, как установлено по настоящему делу, получено истцом 02.02.2024, при этом сумма страховой выплаты была не достаточна для восстановления транспортного средства. Ответчиками возмещение убытков до обращения в суд истца, не произведено. Следовательно, не имеется оснований для утверждения, что имущественные права истца были восстановлены и дальнейшее хранение автомобиля на платном парковочном месте после 27.10.2023 не состоит в причинно связи с действиями причинителя вреда.

Учитывая, что ФИО5 не имел возможности осуществлять движение на принадлежащем ему транспортном средстве, в связи с полученными автомобилем в результате ДТП повреждениями, обращение истца за услугами эвакуатора и хранением автомобиля до получения средств на полное восстановление технического состояния, является оправданным, обоснованным, в связи с чем указанные расходы, подлежат удовлетворению и взысканию с ответчика ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова».

В силу норм ст.ст. 88, 94, 98 ГПК РФ по результатам разрешения спора судебные расходы, в том числе уплаченная госпошлина и другие признанные судом необходимыми расходы, возмещаются сторонами пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Согласно представленным в дело: квитанции к приходному кассовому ордеру от 07.02.2024, договору о производстве экспертизы № от 07.02.2024, акту об оказании услуг от 13.02.2024 ФИО5 при обращении в суд с настоящим иском оплатил услуги эксперта по определению стоимости восстановления автомобиля в размере 6500 руб. (т. 1 л.д. 53-56).

На основании п. 6 ч. 2 ст. 131, п.п. 4, 5 ст. 132 ГПК РФ, суд признает необходимыми расходы, понесенные истцом на оплату услуг эксперта по досудебной оценке причиненного имущественного ущерба.

Исковые требования имущественного характера судом удовлетворены частично на сумму 889100 руб. (736100 руб. + 9000 руб. + 144000 руб.), т.е. на 65,947 % от 1348200 руб. (1195200 руб. + 9000 руб.+ 144000 руб.), следовательно, оплата услуг эксперта подлежит взысканию с ответчика ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» в пользу истца пропорционально удовлетворенной части требований, и составляет 4286 руб. 56 коп. (6500 руб. х 65,947 %).

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляются в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что на дату обращение в суд ФИО5, заявивший о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного преступлением, на основании п. 4 ч. 1 ст. 33.36 НК РФ, был освобожден от уплаты госпошлины, с ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», ответчика требования к которому удовлетворены на общую сумму 889100 руб., подлежит взысканию госпошлина в размере 12134 руб. в доход бюджета Муниципального образования Косихинский район Алтайского края.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 к ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова», ФИО4, ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 (паспорт <данные изъяты>) в счет возмещения материального ущерба, причиненного ДТП, - 736100 руб., транспортных расходов – 9000 руб., расходов на хранение транспортного средства – 144000 руб., судебные расходы на оплату услуг эксперта в размере 4286 руб. 56 коп., всего 893386 руб. 56 коп..

Отказать ФИО5 в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ДТП, и остальной части требований о возмещении материального ущерба, причиненного ДТП, требований к ФИО4, ФИО6.

Взыскать с ООО «Сельскохозяйственное предприятие им. Г.С.Титова» (ИНН <***>) в доход бюджета Муниципального образования Косихинский район Алтайского края государственную пошлину в размере 12134 руб..

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Косихинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 28.01.2025.

Судья О.А. Гомер