Приговор № 2-24/2019 от 11 ноября 2019 г. по делу № 2-24/2019

Дело № 2-24/2019


Приговор

именем Российской Федерации

город Барнаул 12 ноября 2019 года

Алтайский краевой суд в составе:

председательствующего Сыровежкина А.Н.

при секретарях Полетаевой Е.Ю., Соболевой О.Е.

с участием:

государственного обвинителя - прокурора отдела государственных обвинителей прокуратуры Алтайского края Кривцовой О.С.

потерпевшей АЛВ

подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3

защитников- адвокатов Барышполь Л.С., представившей удостоверение *** и ордер ***; ФИО4, представившего удостоверение *** и ордер ***; ФИО5, представившей удостоверение *** и ордер ***; ФИО6, представившего удостоверение *** и ордер ***

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГ в с. <адрес>, гражданина Российской Федерации, <данные изъяты>, проживающего по <адрес>, зарегистрированного по <адрес>, ранее судимого:

1) 30 января 2018 года Рубцовским городским судом Алтайского края по ч.1 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, условно с испытательным сроком 2 года, постановлением Рубцовского городского суда Алтайского края от 11.07.2018 испытательный срок продлен на 1 месяц,

- в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

ФИО2, родившейся ДД.ММ.ГГ в <адрес>, гражданки Российской Федерации, со <данные изъяты>, проживающей по <адрес>, зарегистрированной по <адрес>, не судимой,

- в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

ФИО3, родившейся ДД.ММ.ГГ в <адрес>, гражданки Российской Федерации, <данные изъяты>, проживающей по <адрес>, зарегистрированной по <адрес>, не судимой,

- в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 совершили убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, группой лиц.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

В период времени между 19 часами 30.11.2018 и 8 часами 01.12.2018 в доме по <адрес> ФИО1, ФИО2, ФИО3, а также АСП распивали спиртные напитки. Между АСП и ФИО2, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, произошел конфликт по поводу неосторожного поведения АСП, приведшему к тому, что тот ранее уронил малолетнего ребёнка ФИО2, в связи с чем у неё возникли личные неприязненные отношения к АСП и возник умысел на причинение смерти последнему.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на лишение жизни АСП ФИО2 подошла к нему и стала руками сдавливать его шею, однако АСП стал оказывать сопротивление. В это время находящийся здесь же в состоянии алкогольного опьянения ФИО1, понимая, что действия ФИО2 направлены на убийство АСП, движимый ложным чувством товарищества и родства, подкрепленным возникшим в связи с произошедшим конфликтом личными неприязненными отношениями к АСП, решил оказать ФИО2 содействие и совместно с последней группой лиц, совершить убийство потерпевшего.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 подошел к АСП, ударил его кулаком в лицо, после чего схватил его руками за шею и, сдавливая её, с силой переместил его на пол в положении лицом вниз, лишив возможности активно сопротивляться или обратиться за помощью.

Продолжая реализовывать умысел, ФИО1 и ФИО2, действуя в группе, своими ногами и руками нанесли не менее чем по одному удару каждый по голове и туловищу потерпевшего АСП Далее ФИО1, желая довести умысел на убийство до конца путем его удушения, попросил находящуюся рядом ФИО3 передать ему орудие для завершения возникшего у него умысла - пояс от её халата (далее по тексту – пояс). ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, решила присоединиться к убийству АСП, и, намереваясь использовать этот пояс в качестве орудия преступления, передала пояс ФИО1, который обмотал пояс вокруг шеи АСП с целью его убийства путем удушения, и стал натягивать свободные концы пояса по направлению вверх, сдавливая им шею потерпевшего, и тем самым, препятствуя доступу кислорода в дыхательные пути на протяжении некоторого времени, приводя в состояние опасное для жизни.

Далее ФИО2, продолжая реализовывать имеющийся умысел на убийство АСП группой лиц, и, понимая, что последний от вышеуказанных действий ФИО1 лишен возможности к сопротивлению, что облегчит совершение ею преступления, высказав намерение об убийстве ею АСП, попросила ФИО1 передать ей свободные концы пояса, что тот и сделал. После чего ФИО2 села на спину АСП и продолжила сдавливать шею потерпевшего вышеуказанным образом на протяжении некоторого времени, затем подала один свободный конец пояса ФИО3 для совместного сдавливания шеи, а второй оставила у себя в руках.

Во исполнение преступного умысла, ФИО2 и ФИО3 действуя в группе, продолжили тянуть концы пояса в разные стороны по направлению наверх, тем самым совместными действиями сдавливая шею АСП на протяжении некоторого времени, препятствуя доступу кислорода в дыхательные пути и приводя в состояние опасное для жизни.

Находясь здесь же, ФИО1, высказав намерение об убийстве потерпевшего, вновь присоединился к действиям ФИО2 и ФИО3, взял свободные концы вышеуказанного пояса в свои руки, после чего упершись левой ногой в спину потерпевшего, обмотал данный пояс вокруг его шеи в виде петли и стал тянуть концы пояса по направлению на себя, тем самым сдавливая шею АСП на протяжении некоторого времени, препятствуя доступу кислорода в дыхательные пути и приводя его в состояние опасное для жизни, пока потерпевший не перестал подавать признаки жизни.

В результате совместных, умышленных действий ФИО1, ФИО2 и ФИО3 потерпевшему АСП были причинены следующие телесные повреждения:

- одиночная, незамкнутая, горизонтальная, равномерно вдавленная странгуляционная борозда на передней поверхности в верхней трети шеи. Данное повреждение с учётом механической асфиксии, вызвавшей развитие угрожающего жизни состояния в виде острой дыхательной недостаточности, причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

- закрытая травма лицевого отдела черепа: отрыв хрящевой части носа от костной, кровоподтеки вокруг глаз, по всей поверхности спинки носа. Повреждения, входящие в комплекс закрытой травмы лицевого отдела черепа, в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья, так как для заживления повреждения носа у живых лиц требуется срок свыше 3-х недель.

- закрытый разгибательный перелом левого 9-го ребра по передне-подмышечной линии с кровоизлиянием в мягкие ткани и кровоподтеком в проекции перелома, в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья, так как для заживления перелома ребра у живых лиц требуется срок свыше 3-х недель.

- кровоподтек по всей поверхности левой ушной раковины, который, вреда здоровью не причинил.

В результате умышленных, совместных и согласованных действий ФИО1, ФИО2 и ФИО3 направленных на лишение жизни потерпевшего, АСП скончался на месте происшествия от механической асфиксии в результате сдавления органов шеи петлей при удавлении, а также перечисленных выше телесных повреждений.

С целью сокрытия убийства, совершенного группой лиц, ФИО1 и ФИО2 совместными действиями расчленили труп АСП а также сожгли его одежду, личные вещи и иные предметы, носящие следы совершенного ими преступления.

Совершая указанные действия, ФИО1, ФИО2 и ФИО3 осознавали общественную опасность своих действий, а также действий соучастников, предвидели неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти АСП и желали их наступления.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину признал частично, и пояснил, что вечером 30.11.2018 он, ФИО2, К, АСП, С-вы в доме <адрес> распивали спиртное. Когда К ушел к себе домой, а С лег спать, то между ФИО2 и АСП произошел конфликт. ФИО2 ругалась на АСП за то, что он уронил её ребенка С и чуть не отравил детей угарным газом, пыталась душить его руками. Потерпевший толкнул ФИО2, и та упала на веранде. На кухне у печи он ударил АСП один раз с локтя, чтобы тот не трогал ФИО2 Когда АСП упал, то он стал его удерживать. Подбежали ФИО2 и ФИО3 По его (ФИО1) просьбе ФИО3 передала ему пояс от халата. Он душил АСП руками, потом обмотал ему на шее пояс, наступил ногой на спину и душил поясом до тех пор, пока не потемнело его лицо. Потерпевший умер от его действий, но убивать его он не хотел. Не помнит била ли ФИО2 потерпевшего. ФИО3 и ФИО2 не пытались пресечь его действия. Состояние алкогольного опьянения сильно повлияло на его поведение, способствовало тому, что он сделал. Потом они решили избавиться от трупа, начали его расчленять. ФИО2 пыталась отпилить кухонным ножом голову и руку АСП. Лично он отрезал голову и конечности, один раз ударил топором в правую ногу трупа. ФИО3 возможно привела Криусенко, и тот помог ему погрузить тело на санки. Труп он отвез и спрятал за трансформаторной будкой, затем увез и спрятал в сугроб голову и конечности АСП Потом он сжег в печи мешки, в которых перевозил труп, свои вещи, окровавленные штаны от пижамы ФИО2, а также паспорт, телефон и вещи АСП, нож которым расчленял. Также он замывал кровь в доме. Указанные события произошли в период с 1 до 4 часов 01.12.2018. У него с ФИО2 и ФИО3 хорошие родственные отношения.

Из оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ показаний подсудимого ФИО1 на предварительном следствии видно, что в ночь на 01.12.2018 они находились в доме по <адрес> с АСП, КЮ, СС ФИО2, ФИО3 Когда СС и КЮ ушли спать, то ФИО2 в ходе конфликта с АСП схватила его руками за шею. АСП толкнул её, и та упала на веранде. Он решил заступиться за ФИО2, схватил АСП руками со стула и положил на пол, головой к печке лицом вниз. ФИО3 дала ему пояс от халата, и он задушил АСП После этого он сказал ФИО2, что нужно расчленить тело. Та взяла нож, и начала резать руку, но у неё ничего не получилось. Он убил АСП и расчленил его по собственной инициативе, вину признает, в содеянном раскаивается (т.7 л.д.61-66).

При проведении очных ставок обвиняемый ФИО1 пояснял, что в ходе конфликта ФИО2 кинулась на АСП, схватила его руками за шею. АСП оттолкнул ФИО2 в веранду, та упала, подскочила и кинулась на АСП, но он (ФИО1) оттолкнул её. В этот момент на АСП попыталась кинуться ФИО3, но он её оттолкнул и потребовал у неё пояс от халата. На полу он придушил АСП потом поясом ФИО3 обхватил его шею, сначала душил руками, тянув на себя, а затем взял в одну руку оба конца и душил пока АСП перестал подавать признаки жизни. Лично он нанес потерпевшему удар правым локтем в область челюсти, тот мог удариться и об печку. Он мог пнуть его по туловищу, когда тащил по полу между столом и печкой перед тем как начал душить, также мог причинить АСП телесные повреждения на голове и теле, которые указаны в заключении эксперта (т.7 л.д.53-60,82-85).

В ходе проведения проверки показаний на месте ФИО1 показал, что 30.11.2018 он избил АСП кулаками по голове и ногами по туловищу за то, что тот толкнул ребёнка, продемонстрировал на манекене. Когда потерпевший пришел в себя, то сказал, что заявит на него в полицию. Тогда он взял пояс от халата, накинул через шею и душил потерпевшего, придерживая ногой в области спины. Когда АСП перестал дергаться и дышать, он расчленил его, вынес труп по частям, спрятал на улице, замыл следы крови и лег спать (т.7 л.д. 31-38, 82-85).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что придерживается показаний данных в судебном заседании, потерпевшего он ударил только один раз локтем, а потом задушил, в содеянном раскаивается.

Подсудимая ФИО2 свою вину признала частично, и давать показания отказалась, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ. В последующем пояснила, что от удара потерпевшего она вылетела в веранду, остальные события не помнит. В ходе распития спиртного она пыталась руками душить АСП из-за того, что тот уронил её ребенка С и чуть не отравил детей, однако неприязни к нему не было. Считает, что своими действиями она не причинила вреда его здоровью, убивать потерпевшего не хотела.

Из оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ показаний подсудимой ФИО2 на предварительном следствии, видно, что к ним домой вечером 29.11.2018 пришел АСП, они втроем распивали спиртное всю ночь. Утром 30.11.2018 она ездила на такси вместе с АСП в ломбард, где тот заложил свою серебряную цепочку с крестиком, купил продуктов и водки. У них дома они снова распивали спиртное. Когда АСП уронил её ребёнка С, то она сделала ему замечание. Потом они распивали спиртное в доме у С-вых. Вечером с ней на кухне сидели ФИО1, АСП и ФИО3, она (ФИО2) вспомнила, что АСП уронил её ребенка, из-за этого разозлилась на него, подойдя сзади, схватила его за шею обеими руками, так как хотела припугнуть. Тот встал, толкнул её, и она упала в веранду. Она вновь попыталась накинуться на АСП, но ФИО1 свалил АСП со стула на пол и начал душить его руками, а после попросил у ФИО3 пояс от халата. Та подала ему пояс, которым он задушил АСП., удерживая около 3-5 минут. Потом ФИО1 сказал, что нужно избавиться от тела АСП и расчленить. Она взяла кухонный нож, попыталась отрезать АСП голову, но у неё не хватило сил (т.7 л.д.184-189).

При допросе обвиняемой ФИО2 подтвердила, что в ночь на 01.12.2018 она схватила АСП за шею и сдавила её, после чего потерпевший её откинул, и ФИО1 задушил его поясом (т.7 л.д.201-203).

В ходе проведения очной ставки ФИО2 поясняла, что пояс на шее АСП она сдавливала со злости, хотела его убить, была пьяная. Она попросила ФИО3 ей помочь. Когда она и ФИО3 душили потерпевшего, тот шевелился, был еще живой. ФИО1 увидел, что они не справляются, взял пояс от халата и стал душить. Когда ФИО1 затянул ему на шее пояс, то АСП замолчал и перестал шевелиться. По предложению ФИО1 они решили расчленить труп, чтобы скрыть следы преступления (т.7 л.д. 227-231).

Подсудимая ФИО3 признала вину частично, и в силу ст. 51 Конституции РФ давать показания отказалась. При этом только на вопросы адвоката ответила, что полностью подтверждает свои показания на предварительном следствии, лично она вместе с ФИО2 около двух минут сдавливали пояс на шее потерпевшего. АСП в это время шевелился, кряхтел, был живой. Она поняла, что АСП умер, когда ФИО1 давил ему на шею, лицо и голова у того посинела. После его действий АСП уже не шевелился. ФИО1 она не препятствовала и ничего не говорила.

Из оглашенных в соответствии со ст. 276 УПК РФ показаний подсудимой ФИО3 на предварительном следствии и протокола её проверки показаний на месте следует, что вечером 30.11.2018 ССЮ, КЮ, ФИО2, ФИО1 и АСП у них дома по <адрес> распивали спиртное. В первом часу ночи 01.12.2018 на кухне остались она, ФИО1, ФИО2 и АСП, все находились в состоянии алкогольного опьянения. ФИО2 кидалась на АСП припомнив ему, что он уронил её сына С и напустил в дом дыма, пыталась сдавить шею АСП своими руками, тот отмахивал её от себя, просил уйти и не трогать, а также извинился за то, что уронил ребёнка. ФИО2 не успокаивалась, продолжала на него кидаться. АСП отмахнул ФИО2 так, что она улетела в сторону входной двери и выпала в веранду. После этого ФИО2 снова кидалась на АСП и пыталась сдавить его шею руками. В это время к АСП подошёл ФИО1 и ударил его 1-2 раза кулаками по лицу, схватил его руками за шею, уронил лицом вниз, наступил ему на спину. ФИО1 также был зол на АСП из-за того, что тот уронил С. Когда ФИО1 тащил АСП за печь, то говорил, что убьёт его. В это время она и ФИО2 стояли рядом. ФИО3 по просьбе ФИО1 передала ему пояс от халата. В это время ФИО2 закричала, что никогда не убивала и хочет попробовать. ФИО1 передал пояс ФИО2, чтобы та задушила АСП ФИО2 села на спину АСП, и стала тянуть пояс на себя вверх, но ей было тяжело, поэтому она попросила её помочь. Она (ФИО3) встала справа, взяла своими руками один конец пояса, затем она и ФИО2 сдавливали пояс на шее у АСП не более двух минут, в это время он шевелился, кряхтел, был живой. После ФИО1 стоявший рядом взял своими руками оба конца пояса от халата, намотал себе на руку, затянул пояс на шее АСП и начал сдавливать с силой. АСП дергал ногами, хрипел и шипел, но после примерно 5-10 минут сдавливания его шеи ФИО1, перестал подавать признаки жизни, посинел. Она сбегала за КЮ. Когда вернулась, то труп АСП лежал на том же месте, ФИО2 сидела на спине у трупа и резала ножом голову по шее. Около 6 часов утра она (ФИО3) проснулась от голосов в доме. На кухне были ФИО1, ФИО2 и КЮ, они пили чай, хохотали. В кухне было помыто, без следов крови. ФИО1 сообщил ей, что разобрал АСП по частям, и они вынесли его с КЮ за трансформаторную будку. ФИО1 сжёг в печи её халат, сказал, что всю вину возьмёт на себя, и если их вызовут в полицию, то нужно говорить, что только он убивал АСП Перед тем как оттащить АСП к печи и начать душить, ФИО1 также нанес ему кулаками несколько ударов. ФИО2 говорила, что пинала ногами АСП перед тем как его задушили (т.8 л.д.140-148, 149-158, 180-183, 160-168).

При допросе обвиняемой ФИО3 поясняла, что потерпевшего она не била, а только сдавливала его шею поясом от халата совместно с ФИО2 Потом у них забрал пояс ФИО1 и сдавливал его до тех пор на шее потерпевшего, пока АСП не перестал шевелиться и подавать признаки жизни. ФИО1 бил АСП ФИО2 ей рассказывала, что она пинала АСП перед тем, как его начали душить (т.8 л.д.195-197).

При проведении следственного эксперимента ФИО3 продемонстрировала как ФИО2 хватала руками АСП за шею и сдавливала, как ФИО1 ударил потерпевшего кулаком в теменную область головы, повалил на пол, удерживал, попросил у неё (ФИО3) пояс от халата, которым душил. Показала, как она (ФИО3) вместе с ФИО2 около 2 минут душили АСП, а потом его душил ФИО1 до тех пор, пока потерпевший не умер (т.8 л.д.169-175).

В ходе очной ставки ФИО3 поясняла, что ФИО2 пыталась задушить АСП из-за того, что он ранее уронил ребенка в её доме, но он отталкивал ФИО2. Затем ФИО1 ударил АСП кулаком по голове, взял за шею и утащил за печку, уложил на пол лицом вниз, удерживая его шею руками. Она передала ФИО1 пояс от халата, тот обмотал его вокруг шеи потерпевшего и удерживал. Потом ФИО2 сказала, что никогда не убивала и хочет попробовать, тогда ФИО1 передал ей концы пояса, она села на АСП и стала тянуть концы пояса вверх, но у неё не получалось. Тогда ФИО2 попросила её (ФИО3) помочь. Они вместе стали душить АСП Потом ФИО1 забрал у них пояс и задушил им потерпевшего (т.7 л.д. 227-231).

Кроме признания своей вины подсудимыми, их вина в содеянном подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Потерпевшая АЛВ пояснила, что проживала вместе со своим погибшим сыном АСП, последний раз видела его живым утром 29.11.2018. При себе у него был кнопочный телефон, около <данные изъяты> рублей, банковская карта ВТБ, на которой было около <данные изъяты> рублей. Он был одет в темно-синюю куртку, джинсы, спортивные ботинки, серую вязаную шапку. На груди и на плече у него имелись татуировки. В течение дня она несколько раз пыталась дозвониться сыну. Ключи от квартиры сын потерял, и в это время она не оставила ему ключи в оговоренном месте. АСП заложил в ломбард по <адрес> серебряную цепь. От продавца магазина, расположенного по <адрес>, ей известно, что в ночь на 30 ноября АСП приходил в магазин, просил пустые коробки, чтобы растопить в доме печь, говорил, что все ушли, а дети остались одни. От продавца ГВ из магазина, расположенного по <адрес>, она узнала, что утром 29.11.2018 АСП брал в долг в магазине сигареты, и говорил, что мать не оставила ему ключи от квартиры. После 4 декабря телефон сына стал недоступен, и 09.12.2018 она обратилась в полицию с заявлением о пропаже АСП 14.12.2018 за трансформаторной будкой, расположенной по <адрес>, был обнаружен труп её сына. По характеру сын был неагрессивным, неконфликтным, любил детей, внешне худощавый, ростом около 172 см.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний потерпевшей АЛВ на предварительном следствии, которые она подтвердила в судебном заседании, видно, что последний раз видела своего сына АСП 28.11.2018. 01.12.2018 от продавца магазина, расположенного по <адрес>, она узнала, что накануне АСП брал в магазине сигареты в долг, был в алкогольном опьянении и жаловался, что она (АЛВ) не оставила ключи от дома и он не может попасть домой. Она каждый день звонила сыну, но с 02.12.2018 его телефон стал недоступен (т.1 л.д. 217-220).

Согласно исследованным документам, 08.12.2018 АЛВ обратилась в полицию о пропаже АСП, а 09.12.2018 она же обратилась в МО МВД России «Рубцовский» с заявлением о пропаже АСП без вести (т.1 л.д.142,147-148).

Свидетель КЮС пояснил, что 29.11.2018 он вместе с ФИО2 и двумя детьми находились дома по <адрес>. К ним пришел АСП, с которым они распивали спиртное. Вечером 30.11.2018 АСП ушел к ФИО3, утром он вместе с ФИО2 поехали в ломбард закладывать цепочку, потом он, АСП, ФИО2 снова распивали водку и пиво. В это время АСП взял ребенка-сына С и уронил, за это ФИО2 на него закричала, а он (КЮС) ударил ФИО7 несколько раз. От этих ударов у потерпевшего не было никаких телесных повреждений. Около 17 часов он, ФИО2 и С-вы распивали спиртное дома у С-вых, их дети В и С были с ними. После он опьянел и ушел домой. Ночью к ним домой пришла ФИО3, разбудила его, попросила помочь вынести труп АСП, рассказала, что она и ФИО2 с ним дрались, но не могли с ним ничего сделать, тот их раскидывал по сторонам. Потом ФИО1 снял с бельевой веревки на кухне пояс от халата и задушил АСП, и теперь ФИО1 и ФИО2 Я, расчленяют труп. Он пришел домой к ФИО3, тело АСП лежало без рук и ног, голова лежала возле кухонного стола. ФИО1 искал пакеты и мешки, чтобы сложить тело. ФИО2 курила у печи, на её футболке и штанах была кровь. ФИО1 надел на труп мешки, уложил на санки, а он ему в этом помогал. ФИО1 отвез на санях тело, пакет с конечностями и головой и спрятал, мыл пол, сжег в печи паспорт и банковскую карту ФИО7, два ножа, вещи свои, ФИО3, ФИО2 От ФИО1 он узнал, что между потерпевшим и ФИО3, ФИО2 произошел конфликт, драка, и он им помог, сказал, что возьмет всю вину на себя. Через несколько дней от ФИО2 и ФИО3 он узнал, что ФИО1 душил потерпевшего поясом от халата.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля КЮС на предварительном следствии, которые тот подтвердил в судебном заседании, видно, что 30.11.2018 в ходе распития спиртного АСП нечаянно уронил ребенка на пол. За это ФИО2 ругалась и оскорбляла АСП, тот был слишком пьяный и оправдывался. Они продолжили распивать алкоголь. Около 16 часов к ним домой пришли ФИО3 и С., они им рассказали о том, что АСП уронил ребенка на пол. Вечером 30.11.2018 они все вместе с детьми находились дома у С-вых, распивали водку, а ФИО2 и ФИО3 - пиво. Потом он (КЮС) ушел к себе домой спать, а все остальные продолжали выпивать, дети спали. Около 3 часов 1.12.2018 его разбудила ФИО3, сказала, что АСП убили и распиливают, ФИО2 пилит ему голову. Он (КЮС) пришел вместе со ФИО3 к ним домой. На кухне у стола лежал труп АСП, его конечности и голова лежали около печки. ФИО1 сложил в пакет конечности и голову трупа АСП, а он в это время держал пакет, помог ему вынести тело из дома и положить его на санки. Потом ФИО1 увез на санях тело, пакет с конечностями и головой и спрятал, сжег в печке мешки и пакеты в крови, вещи АСП, телефон и документы, свои вещи, а также вещи ФИО2, два ножа, которыми они пытались разрезать труп АСП Далее ФИО1 мыл пол на кухне, на веранде, везде вытирал кровь, из чайника проливал кипятком кровь на санках, чтобы смыть следы. Со слов ФИО1 и ФИО2, в ходе конфликта ФИО3 и ФИО2 пытались душить АСП, но у них не получалось, так как он сопротивлялся, отбрасывал их. Тогда он решил им помочь, и поясом от халата задушил АСП. Чтобы избавиться от трупа, ФИО1 решил расчленить его и спрятать. АСП всегда был спокойный, неконфликтный, неагрессивный. ФИО1 говорил, что возьмёт всю вину на себя, будет говорить, что один убил АСП и расчленил, а потом сказал всем, что АСП ушел, то есть якобы им по поводу убийства ничего неизвестно (т.2 л.д.1-5,6-12).

Свидетель КАВ пояснил в судебном заседании, что в середине декабря 2018 г. его вместе с подсудимыми доставляли в отдел полиции по подозрению в убийстве. Позже подсудимые ему о чем-то рассказывали, но он не помнит о чём.

Согласно оглашенным в силу ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля КАВ на предварительном следствии, которые он подтвердил в судебном заседании, ФИО2 и КЮС проживали в доме по <адрес>, а ФИО3 и С. - по <адрес>. Эти дома расположены недалеко друг от друга. 14.12.2018 его привезли в отдел полиции, где от сотрудников ему стало известно об убийстве, найден расчлененный труп человека. После того как из полиции отпустили ФИО2 и КЮС, то они рассказали, что в конце ноября 2018 г. к ним в гости пришел АСП, с которым они употребляли спиртное в доме на <адрес>. Из-за того, что АСП уронил С, у них произошел конфликт. В ночь на 01.12.2018 в доме у С-вых они распивали спиртное, конфликт продолжился, и по этому поводу они подрались, в итоге ФИО1 задушил этого парня и расчленил, в этом ему помогала ФИО2 Затем ФИО1 вывез труп за трансформаторную будку. В конфликте участвовали ФИО2, ФИО3, ФИО1, который задушил АСП (т.2 л.д. 96-100).

Свидетель ЯНП пояснила, что 11.12.2018 на <адрес> возле трансформаторной будки был обнаружен труп мужчины без головы и конечностей. Впоследствии она узнала об убийстве АСП и о причастности к его убийству ФИО2, что его убили из-за ребёнка последней.

Свидетель ГВИ пояснила в судебном заседании, что днём 30.11.2018 к ней в магазин, расположенный по <адрес>, где она работает продавцом, приходил АСП, купил сигареты в долг. Последний был с похмелья, говорил, что мать не оставила ему ключи и он не может зайти в дом. Через несколько дней об этом она рассказывала его матери АЛВ, и та рассказала об обнаружении расчлененного тела своего сына.

Из оглашенных в соответствии с ч.1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ЧТА следует, что вечером 30.11.2018 к ней в магазин заходил АСП в алкогольном опьянении, спрашивал где ФИО2 и КЮС, просил коробки для розжига печки, поскольку в доме холодно и плакал маленький сын ФИО2 (т.2 л.д.138-142).

Свидетель РОН пояснила, что после развода её бывший муж ФИО1 оказывал материальную помощь и помогал в воспитании ребенка, характеризует его с положительной стороны.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля РОН на предварительном следствии, подтвержденных ею в судебном заседании, следует, что в ноябре 2018 г. ФИО1 проживал у ФИО3 в доме по <адрес>. 14.12.2018 от ФИО3 ей стало известно, что в этом доме ФИО1 задушил мужчину, ФИО2 резала голову убитого. Поводом к убийству стало то, что мужчина уронил ребёнка ФИО2 (т. 2 л.д. 113-116).

Свидетель КТМ пояснила, что в ноябре 2018 г. ФИО2 вместе с КЮС проживали по <адрес> в доме без света, непригодном для жизни. Дети ФИО2 жили у КГВ Дочь ФИО2 - В рассказывала, что видела как кто-то наступал ногой АСП на горло.

Из оглашенных в силу требований ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля КТМ на предварительном следствии, подтвержденных ею в судебном заседании видно, что после обнаружения трупа ФИО2 ей рассказала, что причастна к этому преступлению, у неё случился конфликт с убитым мужчиной по поводу того, что тот уронил С, говорила, что убил мужчину ФИО1 После случившегося ФИО2 часто ходила к ФИО3 обсуждать события убийства (т.2 л.д. 59-62).

Из оглашенных в порядке ч.4 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ССЮ протокола очной ставки и протокола следственного эксперимента, следует, что около 16 часов 30.11.2018 он с женой ФИО3 пришли домой к КЮС и ФИО2 Последняя рассказала о том, что пьяный АСП уронил на пол их сына С. КЮС ударил АСП несколько раз кулаком в область головы, но от его ударов у АСП не образовалось никаких телесных повреждений. Употребив спиртное, он и КЮС пошли к ним домой, ФИО1 уже был у них в гостях. Они стали распивать вместе с ФИО1 принесенную ими с собой водку, потом сходили за АСП Он (ССЮ.) посидел с ними около часа, и в силу опьянения пошел спать, а остальные продолжали выпивать в кухне. Около 8 часов 01.12.2018 он проснулся, дома были ФИО1, ФИО3, КЮС., ФИО2, рассказали, что в ходе ссоры АСП душили и убили, отрезали ему ноги, руки, голову и выкинули за трансформаторную будку. Сбоку на печи имелись брызги и потеки крови, также на полу были следы крови. Как он понял из рассказов подсудимых, ссора с АСП произошла из-за того, что АСП уронил С и об этом рассказали ФИО1, и он бил АСП за это, ФИО8 стала его душить поясом от халата ФИО3, но тот её откинул от себя. После этого ФИО1 ударил АСП в голову, помог ФИО2 задушить АСП Они сожгли все вещи в печи, кухонными ножами и топором отрезали АСП ноги и руки, труп унесли за трансформаторную будку (т. 2 л.д. 21-27, 28-31, 32-35, 36-41).

В последующем свидетель ССЮ пояснил, что характеризует ФИО3 и ФИО1 с положительной стороны. ФИО1 ему рассказывал, что он вдвоём с ФИО2 убили АСП

Свидетель ИНА пояснил в судебном заседании, что после обнаружения трупа потерпевшего в декабре 2018 г. ему стало известно, что 30.11.2018 после того как АСП уронил ребёнка на пол, подсудимые все вместе его душили, потом расчленили труп и спрятали.

Свидетель КГВ пояснила, что в ноябре 2018 г. её племянница ФИО2 проживала с КЮС по <адрес>, а подсудимая ФИО3 неподалеку от неё по <адрес>. ФИО1, ФИО3 и ФИО2 общались между собой, злоупотребляли спиртным. В ей рассказала, что видела как произошло что-то нехорошее, и что её мать переодевалась. Потом ей (КГВ) звонила ФИО3, и говорила, что она непричастна к преступлению, и спрашивала разделить ли ей срок с ФИО2, которая «свалила» всю вину на неё. В настоящее время она занимается воспитанием детей ФИО2.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля КГВ на предварительном следствии, которые она подтвердила в судебном заседании, следует, что КЮС и ФИО2 злоупотребляют спиртным, живут на детские пособия. В ноябре 2018 г. ФИО2 поругалась с ней и забрала детей к себе, в это время и было совершено убийство АСП. 13.12.2018 ей позвонили из полиции и сообщили, что ФИО2 и КЮС находятся в полиции, она приехала и забрала оттуда ребенка С. В этот день дочь ФИО2 - В рассказала ей, что у них в гостях был дядя С, который их накормил, а также пытался растопить печь, так как дома было холодно. Она поняла, что его убили, по этому поводу и находились в полиции ФИО2 и КЮС. В конце января 2019 г. ФИО2 задержали, ей позвонила ФИО3, которая хотела посоветоваться с ней, как ей поступить, сказала, что весь конфликт начала ФИО2, что она во всем виновата. ФИО3 переживала, что её тоже задержат, а у неё трое детей (т. 2 л.д. 48-51,52-56).

Согласно оглашенным в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля БВИ, от ФИО2 ей известно, что в ночь на 1.12.2018 в процессе распития спиртного по <адрес> между ней и АСП произошел конфликт из-за того, что потерпевший уронил её ребенка. ФИО2 начала душить АСП, помогать ей стала ФИО3, они душили его поясом от халата последней. У них не получалось, так как АСП сопротивлялся. Тогда подошел ФИО1, который наступил ногой на АСП и окончательно задушил его, после чего расчленил, вынес на улицу. В расчленении помогала ФИО2, которая пыталась отрезать голову. По характеру АСП был доброжелательный, неконфликтный (т.2 л.д.86-91).

Свидетель НСВ пояснила, что осенью 2018 г. в ломбард приходил мужчина, которого впоследствии убили, и закладывал серебряную цепочку, получил за неё около <данные изъяты> рублей.

Согласно оглашенным в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля НСВ на предварительном следствии, которые та подтвердила в судебном заседании, в ломбард, расположенный по <адрес>, в котором она работает помощником оценщика, обратился АСП, тот был в сильном алкогольном опьянения. Она приняла от него в залог серебряную цепочку с крестиком, составила залоговый билет и выдала ему <данные изъяты> рублей наличными (т.2 л.д. 117-120).

Из оглашенных в силу требований ч.6 ст. 281 УПК РФ показаний несовершеннолетнего свидетеля КВИ видно, что в конце ноября 2018 г. её мать ФИО2, КЮС и дядя С у них дома на <адрес> пили всю ночь. На следующий день были пьяные дядя С, мама, КИЮ, они говорили о том, что дядя С уронил С. Потом они ушли домой к ФИО3, где все вместе, а также ФИО1 пили спиртное. На следующее утро она слышала разговор между ФИО2 и ФИО1, что нужно сжечь вещи в крови. У ФИО9 на пижамных штанах была кровь (т.2 л.д. 63-68, 73-80).

Свидетель САН пояснила, что характеризует свою дочь ФИО3 с положительной стороны.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля САН следует, что 13 или 14 декабря 2018 г. она приехала на <адрес>, где проживала её дочь ФИО3 и узнала, что там проходит обыск, ФИО1 задержали. От ФИО3 она узнала, что в ночь убийства в доме на <адрес> у ФИО2 произошел конфликт с АСП по поводу того, что тот уронил её ребёнка, та кинулась на него, хотела задушить АСП, а О. пыталась ей помочь, задушил АСП ФИО1 Потом ФИО1 расчленил труп, голову отрезала ФИО2 (т.2 л.д.104-107).

Протоколом осмотра места происшествия, согласно которому 11.12.2018 на участке местности, расположенном возле <адрес>, при осмотре территории у трансформаторной подстанции обнаружен и изъят фрагмент туловища мужчины без головы, предплечий обоих рук, обе голени от уровня коленных суставов отсутствуют, на передней поверхности грудной клетки справа имеется татуировка. Изъяты, в том числе, вещество бурого цвета, с трупа - образцы крови, эпителия (т.1 л.д. 71-81).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия, 14.12.2018 на участке местности по <адрес> подозреваемый ФИО1 указал место, где были обнаружены и изъяты фрагменты тела человека; левой руки с татуировкой, правой руки, левой и правой голени, голова (т.1 л.д. 82-90).

В соответствии с протоколом обыска, 14.12.2018 возле забора дома по <адрес>, с двери бани, напротив входа и в помещении бани обнаружены и изъяты следы вещества бурого цвета. Аналогичное вещество имеется на санях, изъятых в веранде дома; на ножке стола в кухне, двух наволочках, находящихся в стиральной машине. В кухне обнаружены и изъяты; топор, таз со следами вещества бурого цвета, вырез линолеума, из топки печи – клинок ножа (т.1 л.д. 156-185).

Указанные предметы в последующем осмотрены, признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. 6 л.д. 98-109, 110-111).

Как следует из протокола, свидетель БВМ в предъявленном для опознания трупе, который был обнаружен по <адрес>, опознал АСП (т.1 л.д.189-193).

В соответствии с протоколами, в помещении ООО «Ломбард Евростандарт» изъяты видеозаписи с камер наружного наблюдения на оптический диск, а также копия залогового билета *** от 30.11.2018. При осмотре оптического диска с видеозаписью установлено, что в 8 часов 00 минут 53 секунды 30.11.2018 АСП через открывшееся окно сдает в ломбард цепочку с крестиком из металла белого цвета и получает <данные изъяты> рублей.

В залоговом билете отражено о принятии ООО «Ломбард Евростандарт» от АСП цепочки, оцененной в <данные изъяты> рублей (т.2 л.д.124-127, 128-135,136).

Согласно выпискам по счет картам на имя АСП в банке ВТБ открыты три карты, на одной из которых имеются денежные средства в размере <данные изъяты> рубля, которые поступили на счет 14.12.2018 (т.2 л.д. 183-186).

Как видно из протоколов, соответственно у АЛВ, ФИО1, ФИО2, ФИО3, КЮС, ССЮ взяты образцы буккального эпителия (т.3 л.д. 2-3, 5-6, 8-9, 11-13, 15-16, 18-20).

Заключениями судебно-медицинских экспертиз №1234 и № 1234 доп трупа АСП установлено:

1. Смерть наступила от механической асфиксии в результате сдавливания органов шеи тупым предметом, что подтверждается наличием горизонтальной, равномерно вдавленной полосы давления в верхней трети шеи по передней поверхности между проекцией кивательных мышц, множественных точечных кровоизлияний под легочной плеврой и мелкоточечных кровоизлияний под эпикардом, очаговой острой эмфиземы легких, полнокровия внутренних органов, жидкого состояние крови.

Повреждение в области шеи (полоса давления), является прижизненным, образовалось, с учетом наличия признаков асфиксии, незадолго (до десятков секунд, до нескольких минут) до наступления смерти в результате сдавливания органов шеи тупым предметом удлиненной формы.

Механическая асфиксия, возникшая от сдавливания органов шеи, как угрожающее жизни патологическое состояние, причинила тяжкий вред здоровью.

В момент причинения повреждения в области шеи потерпевший мог находиться в любом положении, в котором доступно его образование. После причинения повреждения в области шеи и развития механической асфиксии исключена возможность совершения каких-либо активных действий.

2. При экспертизе трупа обнаружены следующие телесные повреждения:

2.1. Закрытая травма лицевого отдела черепа: отрыв хрящевой части носа от костной, кровоподтеки вокруг глаз, по всей поверхности спинки носа, которые образовались незадолго (до нескольких часов, десятков часов, но не более чем за 1-2 суток) до момента наступления смерти от одного (или более одного) удара твердым тупым предметом (предметами) в область носа, например, от удара (ударов) кулаком, ногой. Повреждения, входящие в комплекс закрытой травмы лицевого отдела черепа, в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья, возможность их образования при падении и ударе о твердые тупые предметы маловероятна.

2.2. Закрытый разгибательный перелом левого 9-го ребра по передне-подмышечной линии с кровоизлиянием в мягкие ткани и кровоподтеком в проекции перелома, которые, с учетом состояния перелома, красно-фиолетового цвета кровоподтека, образовались незадолго (до нескольких часов, десятков часов, но не более чем за 1-2 суток) до момента наступления смерти от одного удара твердым тупым предметом, например, от удара кулаком, ногой, или при падении и ударе о таковой, в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья.

2.3. Кровоподтек по всей поверхности левой ушной раковины, который образовался незадолго (до нескольких часов, десятков часов, но не более чем за 1-2 суток) до момента наступления смерти от одного удара твердым тупым предметом, например, от удара кулаком, ногой, или при падении и ударе о таковой, например, от удара (ударов) кулаком, вреда здоровью не причинил.

3. Учитывая выраженность трупных явлений, длительное пребывание останков трупа при низкой температуре с их промерзанием, можно предполагать, что смерть наступила в период времени от 3 суток до нескольких недель до момента исследования трупа в морге.

4. При судебно-химическом исследовании крови из трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 1,7%, что у живых лиц соответствует средней степени алкогольного опьянения.

5. При исследовании трупа морфологических признаков тяжелых заболеваний не обнаружено.

7. Полное травматическое отчленение головы (уровень отчленения выше 2-го шейного позвонка по суставной поверхности); верхних конечностей на уровне локтевых суставов, нижних конечностей на уровне нижних третей бедер, произведенные посмертно. Раны на кожных лоскутах с области отчленения шеи, правого плеча, нижней трети левого бедра являются колото-резаными, причинены неоднократными режущимися воздействиями каждая, острой кромкой плоского объекта (орудия, предмета). Не исключается вероятность причинения всех ран одним травмирующим объектом. Повреждение на фрагменте нижней трети бедра от трупа являются неполным разрубом кости, образовано рубящим воздействием объектом (типа топора) с травмирующей поверхностью в поперечном сечении клиновидной формы, имеющим кромку, направление воздействия было сзади наперед (относительно вертикального положения тела потерпевшего). Насечки на правой (внутренней) и левой (наружной) поверхностях кости образовались от пятикратного воздействия объекта с острой кромкой. Раны на кожных лоскутах с области отчленения шеи на уровне отчленения головы, правого предплечья, левого предплечья, правой голени, левой голени от трупа являются резанными, причинены неоднократными режущими воздействиями каждая, острой кромки плоского объекта (орудия, предмета). Не исключается вероятность причинения всех ран одним травмирующим объектом. На надгортаннике органокомплекса шеи обнаружено повреждение в виде полного его пересечения, которое образовалось от однократного режущего воздействия, острой кромки плоского травмирующего объекта (орудия, предмета).

Все обнаруженные останки принадлежат одному человеку.

8. Морфологических признаков заболеваний при экспертизе трупа не обнаружено (т.3 л.д.27-64, 75-80).

По заключению эксперта № 118 г, при молекулярно-генетическом исследовании фрагментов костей правого и левого предплечья, правой и левой голени, выделены препараты индивидуальной ДHК мужской половой принадлежности, все фрагменты костей могли принадлежать АСП с вероятностью не менее 99,9 % (т. 3 л.д. 121-125).

В соответствии с заключением эксперта № 1234 доп доп, полоса давления шеи располагалась по передней поверхности шеи между проекцией кивательных мышц и таким образом, являлась незамкнутой. Воздействующий объект - тупой предмет удлиненной формы, данными свойствами обладает и пояс от халата. Полоса давления сформировалась в результате воздействия тупого предмета с силой, достаточной для её образования. Направление сдавления органов шеи спереди назад. Взаимное расположение: потерпевший спереди спиной к нападавшему (нападавшим) в момент причинения повреждений.

Возможно образование имеющихся на трупе АСП телесных повреждений и наступление его смерти при обстоятельствах, указанных ФИО3 в ходе следственного эксперимента. Маловероятна возможность формирования полосы давления при сдавливании шеи при предполагаемом обхвате шеи поясом от халата одним незамкнутым витком при натяжении его спереди назад двумя лицами, менее вероятна при таком же варианте, но одним лицом. Наиболее вероятен вариант сдавливания шеи и формирования полосы давления при сдавливании шеи при предполагаемом обхвате шеи поясом от халата в один и более витков при натяжении его спереди назад с упором ногой (коленом) в спину (т. 3 л.д. 91-94).

По заключению эксперта №1234 доп доп, возможно образование имеющихся на трупе АСП телесных повреждений в виде закрытой травмы лицевого отдела черепа и кровоподтека левой ушной раковины от действий КЮС, при обстоятельствах указанных ССЮ и образование имеющихся на трупе АСП телесных повреждений в виде закрытой травмы лицевого отдела черепа; закрытого разгибательного перелома левого 9-го ребра по передне-подмышечной линии с кровоизлиянием и кровоподтеком в проекции перелома; кровоподтека левой ушной раковины от действий ФИО1, при обстоятельствах и во временной промежуток, указанные им в ходе очной ставки от 06.05.19. В момент причинения повреждения шеи потерпевший мог находиться в любом положении, в котором доступно их образование (т. 3 л.д. 107-110).

Согласно заключению комиссии экспертов № 141/2019

1. В связи с расчленением трупа АСП и обширных дефектов кожного покрова и мягких тканей правого и левого плеча (от воздействия зубов животных), достоверно установить причину наступления его смерти, не представляется возможным.

2. При судебно-медицинском исследовании расчлененных фрагментов тела АСП, помимо прочих повреждений, была обнаружена одиночная, незамкнутая, горизонтальная, равномерно вдавленная странгуляционная борозда на передней поверхности в верхней трети шеи.

Кроме этого были обнаружены общеасфиктические признаки (признаки быстро наступившей смерти) в виде полнокровия внутренних органов, острой эмфиземы легких, точечных кровоизлияний под легочной плеврой и под наружной оболочкой сердца, в соединительно-тканные оболочки век правого глаза.

Эта странгуляционная борозда и морфологические изменения во внутренних органах могли возникнуть незадолго до наступления смерти АСП и характерны для сдавления шеи в направлении спереди назад, удлиненным мягким предметом, возможно поясом от халата, как указано в материалах дела.

Смерть АСП могла наступить от механической асфиксии в результате сдавления органов шеи петлей при удавлении.

Механическая асфиксия, вызвавшая развитие угрожающего жизни состояния в виде острой дыхательной недостаточности, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

3. Согласно обстоятельств происшествия, изложенных в материалах уголовного дела, в ночь с 30.11.18 г. на 01.12.18 г., лежащему на полу, лицом вниз АСП ФИО1 накинул на шею пояс от халата и стал за концы тянуть вверх в течение 1 минуты. Затем ФИО2 села сверху на спину АСП и продолжила тянуть этот же пояс от халата, сдавливая шею, в течение 2-3 минут. Далее к ней подошла ФИО3 взяла правый конец пояса от халата и они совместно с ФИО2 стали сдавливать шею АСП в течение 2-3 минут. Затем ФИО1 забрал у ФИО3 и ФИО2 этот пояс, обмотал им шею АСП, и упершись ногой в спину, сдавливал шею в течение 10 минут, до тех пор, пока АСП не перестал шевелиться.

В данном случае имели место четыре последовательных эпизода сдавления шеи АСП петлей, общей продолжительность около 15-17 минут. Для развития механической асфиксии и наступления смерти пострадавшего необходим срок, исчисляемый от нескольких десятков секунд до нескольких минут.

Смерть АСП могла наступить при указанных обстоятельствах. При этом, установить в какой из приведенных эпизодов сдавления шеи могла наступить его смерть, не представляется возможным (т. 3 л.д. 137-155).

Как следует из заключения эксперта № 364-мк

1. Раны на кожных лоскутах из области отчленения головы, повреждение надгортанника органокомплекса шеи, раны из области отчленения правого плеча, правого предплечья, левого предплечья, нижней трети левого бедра, правой голени, левой голени от трупа АСП, являются резанными, причинены неоднократными режущими воздействиями острой кромки плоского травмирующего объекта, и не могли образоваться режущими, рубящими воздействиями лезвия клина представленного на исследование топора.

2. Повреждение на фрагменте нижней трети левого бедра, являются неполным разрубом кости, и могло образоваться рубящим воздействием клина представленного топора, могло образоваться от воздействия каким-либо другим объектом, имеющим аналогичные конструктивные особенности (т. 3 л.д. 166-182).

Заключением эксперта № 365-мк установлено, что:

1. Раны на кожных лоскутах из области отчленения головы, повреждение надгортанника органокомплекса шеи, раны из области отчленения правого плеча, правого предплечья, левого предплечья, нижней трети левого бедра, правой голени, левой голени от трупа АСП, являются резанными, причинены неоднократными режущими воздействиями острой кромки плоского травмирующего объекта, каким мог являться представленный на исследование клинок ножа. Повреждение на фрагменте нижней трети левого бедра, являются неполным разрубом кости, и не могло образоваться рубящим воздействием клинка этого ножа. Повреждения могли образоваться от воздействия другим объектом, имеющим аналогичные конструктивные особенности (т. 3 л.д. 193-209).

По заключению эксперта № 97 г, на клинке ножа найдена кровь, установить её принадлежность проходящим по делу лицам не представляется возможным (т. 3 л.д. 219-221).

Согласно заключению эксперта № 39г, на санях найдена кровь человека, на веревке саней обнаружена кровь человека мужской принадлежности смешанная с потом, которая могла принадлежать АСП с вероятностью не менее 99,9% (т. 3 л.д. 232-237).

По заключению эксперта № 41г, на двух фрагментах линолеума, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь, в части следов видовая принадлежность крови не определена из-за малого количества, в другой части следов кровь происходит от человека.

Другая часть следов крови на фрагменте линолеума №1 могла принадлежать АСП с вероятностью 99,9 %.

Кровь на фрагменте линолеума №2 могла произойти за счет смешения крови АСП и ФИО3 с вероятностью не менее 99,9 % (т. 3 л.д. 248-253).

В соответствии с протоколом, 25.12.2018 в помещении АКБ СМЭ произведена выемки фрагментов голени и предплечий трупа АСП (т.3 л.д.259-262).

Как следует из заключения эксперта № 40 г, при молекулярно-генетическом исследовании части следов биологического происхождения на тазе не удалось выделить препараты ДНК. При исследовании другой части следов биологического происхождения на тазу (ручка с трещиной) установлено, что они принадлежат ФИО2 с вероятностью не менее 99,9 % (т. 4 л.д. 7-11).

Согласно заключениям экспертов № 42г, №38г, при молекулярно-генетическом исследовании крови на ножке стола и на наволочке №1 установлено, что кровь принадлежит ФИО3 с вероятностью не менее 99,9 % (т.4 л.д. 22-26).

Согласно заключению эксперта № 2060, на двух фрагментах линолеума, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь, в части следов видовая принадлежность крови не определена из-за малого количества, в другой части следов кровь происходит от человека, в части следов кровь могла происходить от АСП (т. 4 л.д. 52-58).

Согласно заключению эксперта № 2057, на фрагменте полиэтилена найдена кровь человека, которая могла происходить от АСП (т. 4 л.д. 68-71).

По заключению эксперта №2063, в большинстве следов на тазе, изъятом в ходе обыска в доме, найдена кровь, видовая принадлежность которой не установлена из-за её малого количества. На остальных следах на тазе, найдена кровь человека, групповая принадлежность которой не установлена (т. 4 л.д. 81-84).

По заключению эксперта №2064, на веревке саней обнаружена кровь человека смешанная с потом. Присутствие здесь крови и/или пота потерпевшего АСП, не исключается, но лишь в виде примеси к крови и/или поту. На санях обнаружена кровь человека. В части следов групповая принадлежность крови не установлена, в другой части следов данная кровь могла происходить от АСП (т. 4 л.д. 94-97).

Согласно заключениям экспертов №2059 и №791-мк, в следах крови на наволочке №1 кровь принадлежит женщине. В следах крови на наволочке №2 половую принадлежность крови установить не удалось. Следы крови на ножке стола (№1), изъятого с ОМП и следы крови №2, являются следами попадания брызг, летевших под углом в направлении сверху вниз (т. 4 л.д. 107-116, 126-131).

По заключениям экспертов №2058, №2062, №2061, на изъятых в ходе обыска смыве вещества возле забора, найдена кровь рогатого скота; на пяти фрагментах деревянной обшивки двери обнаружена кровь, часть которой принадлежит собаке, на топоре кровь не найдена (т.4 л.д. 141-143, 153-158, 168-171).

По заключению эксперта №2056, на изъятых в ходе обыска смыве с пола бани, найдена кровь рогатого скота, на сколах с дверной коробки бани найдена кровь, на одном сколе с дверной коробки бани найдена кровь человека (т.4 л.д. 180-183).

Как следует из протокола осмотра, 30.11.2018 АЛВ неоднократно звонила на телефон принадлежащий АСП, телефон которого находился в сети до 20 часов. 30.11.2018 имеются соединения абонентского номера АСП с абонентским номером, принадлежащим свидетелю БВИ, а также службами такси. В период с 23 часов 18 минут 29.11.2018 до времени выхода из сети абонентский номер АСП находился в зоне расположения станции, находящейся неподалеку от дома по <адрес> (т.6 л.д. 71-90).

Заключением эксперта №2803 установлено, что у ФИО1 каких-либо телесных повреждений на момент на момент проведения экспертизы 14.12.2018 не обнаружено (т. 6 л.д. 16).

Исследовав и проанализировав доказательства, суд полагает, что вина подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3 в совершенном ими преступлении установлена в судебном заседании совокупностью вышеприведенных доказательств.

В судебном заседании установлено, что в ходе распития спиртного ФИО2 из-за возникших личных неприязненных отношений к АСП сдавливала руками его шею с намерением причинить ему смерть. В это время ФИО1 решил оказать ей содействие и совместно совершить убийство потерпевшего, подошел к АСП, ударил его кулаком в лицо, сдавил руками шею, вместе с ФИО2 нанёс удары по телу потерпевшему. ФИО3 по просьбе ФИО1 передала ему пояс от халата, ФИО1 обмотал пояс вокруг шеи АСП и производил удушение. Затем ФИО2 села на спину потерпевшего и сдавливала его шею поясом. После ФИО2 и ФИО3 совместно сдавливали шею АСП, далее ФИО1 вновь присоединился к действиям ФИО2 и ФИО3, сдавливая этим же поясом шею АСП пока тот не перестал подавать признаки жизни. В результате их совместных, умышленных действий наступила смерть потерпевшего от механической асфиксии.

О причастности каждого подсудимого к убийству потерпевшего видно из обстоятельств дела. Так в процессе лишения жизни АСП когда ФИО10 не смогла задушить его руками, ей стал помогать ФИО1, которому ФИО3 передала пояс от халата, понимая, что тот будет использовать пояс при совершении убийства. Когда ФИО2 душила поясом потерпевшего, то ей стала помогать ФИО3, а затем и ФИО1, который задушил АСП

Об этом свидетельствуют приведенные выше доказательства, в частности:

- показания подсудимых, которые не отрицали свою причастность в совершении удушения потерпевшего, и поясняли, что смерть АСП наступила от действий ФИО1;

- показаниями свидетелей КЮС, ССЮ, Свидетель №3, БВИ о нахождении подсудимых в состоянии алкогольного опьянения во время совершения преступления;

- показаниями свидетеля Криусенко, пояснявшего, что он помогал ФИО1 вынести труп АСП из дома, ФИО1 ему рассказывал, что ФИО2 и ФИО3 в ходе конфликта душили АСП, тот сопротивлялся, ФИО1 решил им помочь и поясом от халата задушил потерпевшего;

- показаниями свидетеля Свидетель №1, которому подсудимые рассказали, что в ходе ссоры ФИО2 и ФИО1 душили АСП, убили, расчленили и выбросили за трансформаторную будку;

- показаниями свидетеля КГВ, которой ФИО3 рассказала, что конфликт с потерпевшим начала ФИО2;

- показаниями свидетеля КТМ пояснявшей, что после обнаружения трупа ФИО2 ей рассказала, что у неё случился конфликт с убитым мужчиной из-за того, что тот уронил ребёнка, убил мужчину ФИО1;

- показаниями свидетеля САН о том, что ФИО3 ей рассказывала, что в ночь убийства в доме по <адрес> у ФИО2 произошел конфликт с АСП из-за того, что тот уронил её ребенка, она пыталась его задушить поясом, а ФИО3 ей помогала, задушил потерпевшего ФИО1;

- показаниями свидетелей К, БВИ о том, что ФИО2 им рассказывала, что в результате конфликта ФИО2 и ФИО3 душили поясом от халата АСП, окончательно последнего задушил ФИО1;

- протоколами осмотра места происшествия, обыска, подтверждающими факт обнаружения расчлененного трупа ФИО7, изъятия саней, фрагмента линолеума, топора, клинка ножа;

- заключениями экспертиз об обнаружении крови на клинке ножа, о принадлежности крови на санях и частях линолеума АСП

- заключениями экспертиз, установивших факт наступления смерти АСП от механической асфиксии в результате сдавливания шеи тупым предметом удлиненной формы, другими приведенными выше доказательствами.

Показания подсудимых на предварительном следствии и в судебном заседании о том, что убивать АСП они не хотели, что его смерть наступила только от действий ФИО1, судом оцениваются критически, поскольку они опровергаются их же признательными показаниями, где они подробно поясняли об обстоятельствах произошедшего. В ходе предварительного следствия подсудимые изобличали друг друга, при этом в совокупности их показания подтверждают действия каждого из подсудимых в момент совершения убийства потерпевшего.

С учетом того обстоятельства, что признательные показания подсудимых на предварительном следствии согласуются с протоколом осмотра места происшествия, в соответствии с которым в доме обнаружены следы крови, а на участках местности по <адрес> - расчлененный труп АСП; с показаниями свидетелей, и другими доказательствами и фактическими обстоятельствами, установленными в ходе судебного заседания, то суд находит их более достоверными. В них подсудимые указывали последовательность событий преступления, способ, цель и мотивы его совершения.

Кроме того, изложенный подсудимыми в их признательных показаниях способ причинения телесных повреждений АСП соответствует заключениям экспертиз о характере обнаруженных на теле потерпевшего повреждений и механизме их образования.

Вопреки доводам стороны защиты, анализ показаний каждого из подсудимых, в которых те поясняли о преступных действиях своих и соучастников, свидетельствует о том, что они сообщили такие детали и обстоятельства совершенного преступления, которые могли быть известны только лицам, которые принимали непосредственное участие в его совершении.

Основания для самооговора и оговора у подсудимых отсутствуют, они утверждают, что состоят в дружеских, родственных отношениях между собой. Следует отметить, что признательные показания на предварительном следствии каждый из них давал в присутствии адвоката, через продолжительное время после произошедшего, то есть в обстановке, исключающей возможность незаконного воздействия на них.

При этом подсудимые поясняли в ходе допросов, что на них не оказывалось физическое и психологическое воздействие сотрудниками правоохранительных органов, не заявляли они об этом и в ходе судебного разбирательства.

Суд критически оценивает доводы подсудимого ФИО1а о том, что он один совершил убийство АСП; показания подсудимой ФИО2, которая отрицает, что она душила потерпевшего поясом. Поскольку показания ФИО1 и ФИО2 в этой части опровергаются последовательными показаниями подсудимых ФИО3 и ФИО2 на предварительном следствии, а также показаниями свидетелей КЮС, ССЮ, КГВ, К, БВИ, ИНА, САН, пояснявших о причастности к преступлению и о действиях всех подсудимых в убийстве АСП

В соответствии с заключениями судебно-медицинских экспертиз, образование телесных повреждений и наступление смерти АСП возможно при обстоятельствах, указанных подсудимой ФИО3, возможно сдавливание шеи потерпевшего петлей четыре раза.

Также судом критически оцениваются показания подсудимого ФИО1а относительно того, что он ударил потерпевшего только один раз, поскольку в этой части его доводы опровергаются его же показаниями при проверке показаний на месте, протоколом очной ставки, а также показаниями подсудимой ФИО3, свидетеля ФИО3 о том, что ФИО1 вместе с ФИО2 наносил руками и ногами удары по голове и телу потерпевшего. Согласно экспертному заключению от действий ФИО1, указанных им на очной ставке, могли быть причинены телесные повреждения АСП

Судом критически оцениваются показания свидетеля Стародубцева относительно непричастности его супруги - подсудимой ФИО3 к совершению убийства, поскольку они опровергаются показаниями свидетелей КЮС, САН, ИНА, БВИ, показаниями подсудимых, в том числе самой ФИО3

О наличии прямого умысла у подсудимых на причинение смерти потерпевшему АСП указывают их показания и умышленные действия, когда они понимали, что производя удушение руками и поясом от халата, тем самым, сдавливая ему шею, препятствуют доступу кислорода в дыхательные пути, и приводят в состояние опасное для жизни.

Показания подсудимых ФИО2 и ФИО3 о том, что когда они произвели удушение, потерпевший подавал признаки жизни, а после того как к ним присоединился ФИО1 и задушил потерпевшего, тот посинел, не шевелился, последующие их действия по расчленению трупа, суд также принимает во внимание, поскольку они свидетельствуют о том, что умыслом каждого из подсудимых охватывалось причинение смерти потерпевшему путем удушения.

Мотивом совершения убийства потерпевшего явились возникшие в ходе распития спиртного личные неприязненные отношения, что следует из показаний подсудимых и свидетелей, пояснявших, что ФИО2 применила насилие к АСП из-за того, что тот уронил её ребёнка, ФИО3 и ФИО1 присоединились к ней и совместно совершили убийство.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО2 сдавливала шею потерпевшего руками, затем вместе с ФИО1 наносили удары лежащему на полу АСП, в том числе в область жизненно-важного органа – головы. Затем ФИО2, ФИО1 и ФИО3 с помощью пояса душили потерпевшего, прекратили свои действия только после того как тот перестал подавать признаки жизни, никто из них не принял мер по спасению жизни АСП

При этом каждый из подсудимых, принимая непосредственное участие в лишении жизни, осознавал, что в результате их умышленных совместных действий неминуемо наступит смерть потерпевшего, предвидели наступление тяжких последствий в виде смерти АСП и желали этого.

С учётом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1, ФИО2, ФИО3 по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц.

Наличие в преступных действиях каждого подсудимого квалифицирующего признака ч.2 ст. 105 УК РФ «группой лиц» подтверждается показаниями ФИО3 и ФИО2 на предварительном следствии о совместном применении ими и ФИО1 насилия к потерпевшему до наступления его смерти, обстоятельствами дела и доказательствами, свидетельствующими о непосредственном участии каждого подсудимого в лишении жизни АСП

Вменяемость подсудимых у суда сомнений не вызывает, поскольку в судебном процессе они занимают активную защитную позицию, адекватную складывающейся судебной ситуации.

В соответствии с заключением первичной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает. У него выявлен «синдром зависимости от алкоголя средней стадии (хронический алкоголизм) с психоподобными изменениями личности, признаков умственной отсталости не установлено. На исследуемый криминальный период ФИО1 находился в состоянии простого алкогольного опьянения, признаков временного психического расстройства не обнаруживал, поэтому мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По психическому состоянию в настоящее время ФИО1 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, он мог и может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, в применении мер принудительного медицинского характера не нуждается, нуждается в лечении синдрома зависимости от алкоголя (хронического алкоголизма) у врача-нарколога. В момент совершения инкриминируемого деяния он не находился в состоянии физиологического аффекта, либо в ином значимом эмоциональном состоянии, которое оказало существенное влияние на его поведение в исследуемой ситуации. Признаков повышенных или патологических внушаемости и подчиняемости и склонности к фантазированию у него не выявлено (т. 7 л.д. 124-127).

В соответствии с заключением амбулаторной наркологической экспертизы ФИО1 страдает синдромом зависимости от алкоголя, не страдает наркоманией, нуждается в наблюдении и лечении у врача психиатра-нарколога по поводу хронического алкоголизма (т.7 л.д. 138-139).

Как следует из заключений первичной амбулаторной судебно-психиатрической и первичной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертиз, ФИО2 и ФИО3 каким-либо психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдали и не страдают, во время совершения инкриминируемого деяния и в настоящее время не обнаруживали признаков временного психического расстройства, могли и могут осознавать фактических характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела и давать показания, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждаются. Во время совершения инкриминируемого деяния не находились в состоянии физиологического аффекта либо в ином значимом эмоциональном состоянии (т.8 д.д.59-60, 72-75, 211-214).

С учетом вышеизложенных обстоятельств, суд признает ФИО1, ФИО2, ФИО3 вменяемыми по отношению к совершенному ими преступлению.

При назначении наказания подсудимым, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновных, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание и отягчающее наказание, кроме того, влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей.

Так, указанное преступление относится к категории особо тяжкого, что свидетельствует о его характере и повышенной степени общественной опасности.

Как личность подсудимый ФИО1 характеризуется следующим образом: на учёте у психиатра и нарколога не состоит, с места жительства характеризуется удовлетворительно, с места проживания и содержания под стражей – удовлетворительно, ранее судим.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО1, суд признает и учитывает: признание вины, раскаяние в содеянном; активное способствование раскрытию и расследованию совершенного преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления; наличие малолетнего ребёнка; оказание подсудимым материальной помощи, помощи в воспитании ребёнка, по хозяйству семье, своим близким родственникам; наличие заболеваний и состояние здоровья подсудимого и его близких родственников.

ФИО2 участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно, на учете у психиатра и нарколога не состоит, привлекалась к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35 КоАП РФ, <данные изъяты> (т.8 л.д.112-119).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимой ФИО2, суд признает и учитывает: отсутствие судимостей; признание вины; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления; наличие заболеваний и состояние здоровья подсудимой, её супруга и близких родственников.

ФИО3 участковыми уполномоченными полиции характеризуется удовлетворительно; на учете у психиатра не состоит, состоит на учете у нарколога; ненадлежащим образом исполняет обязанности по воспитанию и содержанию своих несовершеннолетних детей, неоднократно привлекалась к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35 КоАП РФ, предупреждена о возможном лишении родительских прав.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимой ФИО3, суд признает и учитывает: признание вины; раскаяние в содеянном; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления; отсутствие судимостей; наличие трёх малолетних детей; наличие заболеваний и состояние здоровья подсудимой, её супруга и близких родственников.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание подсудимых, прямо предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется, в то же время признание в качестве таковых обстоятельств, не закрепленных данной нормой, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ является правом суда, а не его обязанностью. Суд, обсудив данный вопрос, не находит оснований для отнесения к смягчающим иных, кроме перечисленных выше, обстоятельств. В том числе суд не усматривает оснований для признания таковыми обстоятельств, приведенных в качестве характеризующих личность подсудимых.

По мнению суда, в качестве смягчающего наказание подсудимых обстоятельства не может быть признано противоправность или аморальность поведения потерпевшего. Так, из показаний подсудимых видно, что они с ним общались и распивали спиртное. Неосторожное поведение АСП, в результате которого тот ранее уронил малолетнего ребёнка ФИО2, нельзя расценивать как противоправное или аморальное поведение с его стороны.

Исходя из установленных обстоятельств дела, личности виновных, суд приходит к выводу, что именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимые сами себя привели, распивая спиртные напитки, сняло внутренний контроль за их поведением, вызвало немотивированную агрессию к потерпевшему, что привело к совершению ими преступления. Поэтому, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд признает и учитывает отягчающим наказание каждого подсудимого обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Также суд не находит исключительных и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, влекущих за собой назначение наказания подсудимым с применением ст. 64 УК РФ, то есть ниже низшего предела.

В силу требований ст. 60 УК РФ, принимая во внимание совокупность вышеперечисленных обстоятельств, с учетом совершения подсудимыми преступления, относящегося к категории особо тяжкого, представляющего повышенную общественную опасность, конкретных обстоятельств дела, характеристик личности подсудимых, суд считает необходимым определить им наказание только в виде реального лишения свободы, которое:

ФИО1 в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ следует назначить в исправительной колонии строгого режима;

- ФИО2 и ФИО3 в силу п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ - в исправительной колонии общего режима.

Также суд полагает необходимым назначить каждому подсудимому дополнительное наказание по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ в виде ограничения свободы с возложением дополнительных обязанностей.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, против жизни и здоровья, повышенной степени его общественной опасности, а также размера назначенного наказания, наличие отягчающего наказание обстоятельства, суд не усматривает оснований для применения к подсудимым положения ч.6 ст.15 УК РФ.

При этом суд приходит к выводу, что только в таком случае будут достигнуты закрепленные уголовным законом цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осуждённых и предупреждение совершения новых преступлений.

Обсудив данный вопрос суд не находит основания для применения в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 положений ст. 73 УК РФ.

Учитывая то обстоятельство, что ФИО1 совершил новое умышленное особо тяжкое преступление в период испытательного срока по приговору от 30.01.2018, суд в порядке ч.5 ст. 74 УК РФ отменяет условное осуждение по предыдущему приговору, и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ.

В связи с осуждением ФИО1, ФИО2, ФИО3 к реальному лишению свободы, в целях обеспечения исполнения приговора, а также учитывая вышеизложенные обстоятельства, характер и степень общественной опасности содеянного, суд приходит к выводу оставления без изменения, до вступления приговора в законную силу, ранее избранной в отношении них меры пресечения в виде заключения под стражу.

Суд полагает необходимым зачесть в срок лишения свободы подсудимым время их содержания под стражей:

- ФИО1 согласно п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в период с 14 декабря 2018 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день, поскольку наказание последнему следует отбывать в исправительной колонии строгого режима;

- в силу требований п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ ФИО2 в периоды с 24 января 2019 года до 26 января 2019 года, с 18 апреля 2019 года до вступления приговора в законную силу; ФИО3 с 24 октября 2019 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день за полтора дня, поскольку наказание им следует отбывать в исправительной колонии общего режима;

- ФИО3 согласно ч. 3.4 ст. 72 УК РФ период нахождения под домашним арестом с 11 июня 2019 года по 23 октября 2019 года, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

В соответствии с положениями ч.1 ст.82 УК РФ осужденной женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, суд может отсрочить реальное отбывание наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста. По смыслу закона применение отсрочки отбывания наказания является правом, а не обязанностью суда, основанием предоставления отсрочки отбывания наказания является убеждение суда в правомерном поведении осуждённой в период отсрочки и в возможности исправиться без изоляции от общества в условиях занятости воспитанием своих детей.

В ходе судебного разбирательства судом исследованы данные о личности подсудимой ФИО3, имеющиеся сведения о её поведении, а также об отношении к детям и исполнению родительских обязанностей. Судом установлено, что, находясь на свободе, ФИО3 имела реальную возможность лично заниматься воспитанием и содержанием своих детей, проявлять о них необходимую заботу. Вместе с тем, как видно из материалов дела, она злоупотребляет спиртным, ненадлежащим образом исполняет обязанности по воспитанию и содержанию своих малолетних детей, неоднократно привлекалась к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35 КоАП РФ, предупреждалась компетентными органами о возможном лишении родительских прав.

Зная о негативных последствиях для своих детей в виде разлуки с матерью в связи с возможным реальным лишением свободы на длительный срок, ФИО3 совершила данное преступление. При этом подсудимая, совершая указанное особо тяжкое преступление, понимала, что это повлечет за собой строгое наказание. Тем самым, подсудимая фактически пренебрегла интересами малолетних детей, необходимостью их воспитания и содержания.

Поэтому суд не находит оснований для применения в отношении ФИО3 отсрочки отбывания наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ.

В настоящее время, в соответствии с исследованными судом документами, в отношении двух малолетних детей ФИО3 - ЩВА, ДД.ММ.ГГ г.р. и ЩНА, ДД.ММ.ГГ г.р., установлена опека. Третий малолетний ребёнок ФИО3 - СДС, ДД.ММ.ГГ г.р. находится со своим отцом - ССЮ

При разрешении вопроса о взыскании процессуальных издержек, суд исходит из требований ст.ст. 131 и 132 УПК РФ.

Так, в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокатам за оказание юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению.

В соответствии с ч. 1, ч. 2 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осуждённого.

Адвокатам, участвовавшим по назначению в ходе предварительного следствия по постановлениям следователя выплачено в защиту интересов ФИО1 <данные изъяты>; ФИО3 <данные изъяты>; ФИО2 <данные изъяты>. В ходе судебного разбирательства по постановлениям суда адвокатам выплачено вознаграждение: в защиту интересов ФИО1 в размере <данные изъяты>; ФИО2 в размере <данные изъяты>; ФИО3 в размере <данные изъяты>

С учетом изложенного, а также того обстоятельства, что отказа от адвокатов со стороны подсудимых не поступало, несмотря на то, что подсудимые заявляли об отсутствии у них денежных средств, последние находятся в трудоспособном возрасте, суд не находит законных оснований для освобождения подсудимых от взыскания с них процессуальных издержек и данные суммы подлежат взысканию с подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 299, 300, 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

признать виновными:

ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

и назначить наказание:

ФИО1 по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ в виде 14 (четырнадцати) лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 (один) год, с установлением ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени суток с 22 часов до 6 часов, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осуждённый будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением обязанности: являться в указанный специализированный государственный орган два раза в месяц для регистрации, в установленные данным органом дни.

На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору Рубцовского городского суда Алтайского края от 30 января 2018 года отменить. В соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, к назначенному наказанию частично присоединить не отбытую часть наказания по приговору Рубцовского городского суда Алтайского края от 30 января 2018 года, и окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 15 (пятнадцати) лет лишения свободы, с ограничением свободы сроком на 1 (один) год, отбывать которое следует после отбытия основного наказания в виде лишения свободы, с установлением ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени суток с 22 часов до 6 часов, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осуждённый будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением обязанности: являться в указанный специализированный государственный орган два раза в месяц для регистрации, в установленные данным органом дни.

ФИО2 по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ в виде 13 (тринадцати) лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 (один) год, с установлением ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени суток с 22 часов до 6 часов, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осуждённая будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением обязанности: являться в указанный специализированный государственный орган два раза в месяц для регистрации, в установленные данным органом дни.

ФИО3 по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ в виде 10 (десяти) лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 (один) год, с установлением ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени суток с 22 часов до 6 часов, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осуждённая будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, а также с возложением обязанности: являться в указанный специализированный государственный орган два раза в месяц для регистрации, в установленные данным органом дни.

Отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1 назначить в исправительной колонии строгого режима, ФИО2 и ФИО3 – в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 - заключение под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу, каждому осуждённому.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей:

ФИО1 в период с 14 декабря 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день;

- ФИО2 в периоды с 24 января 2019 года до 26 января 2019 года, с 18 апреля 2019 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня;

- ФИО3 с 11 июня 2019 года по 23 октября 2019 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, с 24 октября 2019 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня.

Взыскать с осуждённых в доход Федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокатам, осуществлявшим их защиту по назначению на предварительном следствии и в судебном заседании:

- с ФИО1 на общую сумму <данные изъяты>;

- с ФИО2 на общую сумму <данные изъяты>;

- со ФИО3 на общую сумму <данные изъяты>.

Вещественные доказательства по уголовному делу по вступлению приговора в законную силу:

- хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Следственного Управления Следственного Комитете Российской Федерации по Алтайскому краю два фрагмента линолеума, таз, топор, клинок ножа, фрагмент с веществом бурого цвета, - уничтожить;

- хранящиеся в материалах уголовного дела информация о соединениях между абонентами и/или абонентскими устройствами по абонентским номерам, находящихся в пользовании АЛВ и АСП; оптический диск с видеозаписью от 30.11.2018 из помещения ООО «Ломбард Евростандарт», - хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пятый апелляционный суд общей юрисдикции, через Алтайский краевой суд, в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осуждёнными в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо указать в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представление, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий: А.Н. Сыровежкин