Апелляционное определение № 33-1788/2026 от 9 февраля 2026 г.

Судья Маркина Н.А. № 33-1788/2026

Дело № 2-2530/2025

УИД: 52RS0002-01-2025-001711-09

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 10 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Грица М.А.,

судей Кочетковой М.В., Корниловой О.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Митрофановым А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Ленинского района города Нижнего Новгорода в интересах Российской Федерации к ООО «Еврогласс», ФИО1 об обращении в доход государства денежных средств,

по апелляционному представлению прокурора Ленинского района г. Нижнего Новгорода на решение Канавинского районного суда г. Нижний Новгород от 20 октября 2025 года,

заслушав доклад судьи Грица М.А., выслушав объяснения истца – первого заместителя прокурора Нижегородской области Должикова М.В., представителя ответчика адвоката Ткачева Е.Г.,

установила:

прокурор Ленинского района г. Нижнего Новгорода, действуя в защиту интересов Российской Федерации, обратился в суд с иском к ООО «Еврогласс», ФИО1 об обращении в доход государства денежных средств, в котором просил обратить в доход Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России, для распределения в соответствующий бюджет с ООО «Еврогласс» денежные средства в размере 411967 рублей 33 копейки.

В обоснование заявленных требований указано, что прокуратурой Ленинского района г. Нижнего Новгорода установлено, что приговором Ленинского районного суда г. Нижний Новгород от 01.10.2024 ФИО2, временно исполняющий обязанности заместителя директора по безопасности и хозяйственной работе ГБПОУ «Нижегородский промышленно-технологический техникум», признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 290 и части 2 статьи 290 УК РФ, по факту получения от менеджера ООО «Еврогласс» ФИО3 взятки в виде денег на сумму 40000 рублей за заключение договоров поставки между ГБПОУ «Нижегородский промышленно-технологический техникум» и ООО «Еврогласс» [номер] от [дата], [номер] от [дата], [номер] от [дата], [номер] от [дата], [номер] от [дата], [номер] от [дата].

Согласно отчету по проводкам ООО «Еврогласс» за 2019 год, имеющемуся в материалах уголовного дела, на расчетный счет организации поступили следующие денежные средства:

- [дата] в размере 231400 рублей по контракту [номер] от [дата],

- [дата] в размере 35600 рублей по контракту [номер] от [дата],

- [дата] в размере 21140 рублей по контракту [номер] от [дата],

- [дата] в размере 3000 рублей по контракту [номер] от [дата].

Согласно отчету по проводкам ООО «Еврогласс» за 2020-2021 гг., имеющемуся в материалах уголовного дела, на расчетный счет организации поступили следующие денежные средства:

- [дата] в размере 68327,33 рублей по контракту [номер] от [дата],

- [дата] в размере 52500 рублей по контракту [номер] от [дата].

Прокурор полагал, что при осуществлении предпринимательской деятельности ООО «Еврогласс» не приняты меры по обеспечению добросовестной работы, использована возможность получения прибыли из договора поставки, заключенного в результате совершенного факта взяточничества, а также к прекращению длящегося коррупционного правонарушения.

Полученная ООО «Еврогласс» прибыль, по мнению прокурора, производна от совершенного коррупционного правонарушения, в связи с чем, в соответствии с пунктом 8 части 2 ст. 236 ГК РФ, подлежит обращению в доход Российской Федерации.

Прокурор указал, что коррупция и получение от нее дохода представляют собой серьезную угрозу верховенству закона, демократии и правам человека, равенству и социальной справедливости, посягают на принципы государственного управления, моральные устои общества, затрудняют надлежащее и справедливое функционирование экономики, то есть наносят ущерб тем благам, которые, безусловно, относятся к числу фундаментальных и нематериальных, поскольку закреплены в этом качестве в Конституции Российской Федерации.

Поведение ответчика не отвечает правилам сложившегося делового оборота и является незаконным.

Исходя из системного понимания норм права (ст.ст. 5, 10 ГК РФ) следует, что получение любыми физическими или юридическими лицами имущественной выгоды в результате совершения коррупционного правонарушения является неправомерным и влечет применение предусмотренных законом мер гражданско-правовой ответственности.

В развитие указанных положений в части определения гражданско-правовой ответственности лиц, совершивших либо причастных к совершению коррупционного правонарушения, пунктом 8 части 2 статьи 235 ГК РФ предусмотрено в качестве основания прекращения права собственности принудительное изъятие у собственника имущества путем обращения по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Из указанной нормы следует, что имущество, полученное вследствие нарушения установленных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений, подлежит обращению исключительно в доход Российской Федерации и не может являться легальным объектом гражданского оборота, законным средством платежа и погашения обязательств перед кредиторами, а также предметом сделок и находиться у кого-либо на законных основаниях.

Отмеченные действия ответчика, по мнению прокурора, представляющие собой незаконное обогащение коррупционным путем, нарушают принцип добросовестности участников гражданского оборота и наносят ущерб демократическим институтам, устойчивому развитию, экономике и правопорядку порождают серьезные угрозы стабильности и безопасности.

Решением Канавинского районного суда города Нижний Новгород от 20 октября 2025 года в удовлетворении исковых требований прокурору отказано в полном объеме.

В апелляционном представлении прокурор Ленинского района г. Нижнего Новгорода ставит вопрос об отмене состоявшегося решения суда первой инстанции, как постановленного с нарушением норм материального права, при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец – первый заместитель прокурора Нижегородской области Должиков М.В. поддержал доводы апелляционного представления и просил решение суда первой инстанции отменить, удовлетворив требования прокурора в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Еврогласс» по доверенности и ордеру адвокат Ткачев Е.Г. доводы апелляционного представления не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просил в удовлетворении апелляционного представления отказать.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом путем направления судебных извещений. Кроме того, информация о деле размещена на официальном интернет-сайте Нижегородского областного суда www.oblsudnn-nnov.sudrf.ru.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в силу статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к разбирательству дела.

Законность и обоснованность решения суда проверены судебной коллегией по гражданским делам Нижегородского областного суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. С учетом ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления, и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов гражданского дела, приговором Ленинского районного суда г. Нижний Новгород от 01.10.2024 ФИО2, временно исполняющий обязанности заместителя директора по безопасности и хозяйственной работе ГБПОУ «Нижегородский промышленно-технологический техникум», признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 290 и части 2 статьи 290 УК РФ, по факту получения от менеджера ООО «Еврогласс» ФИО3 взятки в виде денег на сумму 40000 рублей за заключение договоров поставки между ГБПОУ «Нижегородский промышленно-технологический техникум» и ООО «Еврогласс» [номер] от [дата], [номер] от [дата], [номер] от [дата], [номер] от [дата], [номер] от [дата], [номер] от [дата].

Согласно отчету по проводкам ООО «Еврогласс» за 2019 год, имеющемуся в материалах уголовного дела, на расчетный счет организации поступили следующие денежные средства:

- [дата] в размере 231400 рублей по контракту [номер] от [дата],

- [дата] в размере 35600 рублей по контракту [номер] от [дата],

- [дата] в размере 21140 рублей по контракту [номер] от [дата],

- [дата] в размере 3000 рублей по контракту [номер] от [дата].

Согласно отчету по проводкам ООО «Еврогласс» за 2020-2021 гг., имеющемуся в материалах уголовного дела, на расчетный счет организации поступили следующие денежные средства:

- [дата] в размере 68327,33 рублей по контракту [номер] от [дата],

- [дата] в размере 52500 рублей по контракту [номер] от [дата].

В ходе разбирательства по уголовному делу вопрос о конфискации денежных средств, полученных в качестве взяток, судом не разрешался, денежные средства не изымались.

Разрешая требования прокурора по существу и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 153, 167, 168, 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на общие положения Уголовного кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», пришел к выводу, что поскольку ФИО2 за свои действия был привлечен к уголовной ответственности с назначением наказания, а конфискация имущества, предусмотренная Уголовным кодексом Российской Федерации, судом в отношении него не была применена, при этом, сделки между ООО «Еврогласс» и ГБПОУ «Нижегородский промышленно-технологический техникум» являются реальными, признаков притворности не установлено, доказательств того, что техникумом были получены бюджетные средства в завышенном размере, не имеется, обогащения из нелегальных источников как у юридического лица ООО «Глонасс», так и у должностного лица ФИО1 в ходе исполнения обязательств по договорам подряда, заключенным с ГБПОУ «Нижегородский промышленно-технологический техникум», не имело места. Суд не нашел оснований полагать, что полученные ООО «Еврогласс» денежные средства в размере 411967,33 рублей были продуктом коррупционного поведения ООО «Еврогласс». Кроме того, по мнению суда первой инстанции, на настоящий спор не распространяется действие Федерального закона «О противодействии коррупции», на него распространяется общий срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 Гражданского кодекса РФ.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (пункт 2). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3).

Задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами правоотношений (статья 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора должны определяться судом на основании норм материального права, подлежащих применению (абзац 2 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству»).

По смыслу взаимосвязанных положений части 2 статьи 35 и части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, Федерального закона «О противодействии коррупции», пункта 4 статьи 1, статей 10, 169, пп. 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, в их истолковании Конституционным судом Российской Федерации (постановления от 10 октября 2013 г. N 20-П, от 29 ноября 2016 г. N 26-П, от 9 января 2019 г. N 1-П, определения от 6 июня 2017 г. N 1163-О, от 30 сентября 2019 г. N 2649-О, от 30 сентября 2019 г. N 2651-О, от 2 октября 2019 г. N 2652-О, от 24 октября 2019 г. N 2949-О), имущество, полученное вследствие нарушения запретов и ограничений, установленных антикоррупционным законодательством, подлежит обращению в доход Российской Федерации и не может являться легальным объектом гражданского оборота, а также находиться у кого-либо на законных основаниях.

Совокупность вышеприведенного нормативного регулирования рассматриваемой сферы правоотношений является достаточной для понимания того, что имущество, нажитое в результате совершения коррупционных правонарушений, изымается из оборота, а преодоление этого установления и всякие операции с ним относятся к числу недопустимых и преследуются по закону.

По смыслу положений статей 10, 13 Федерального закона от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», к числу выгодоприобретателей от коррупционной деятельности относятся, в том числе, граждане и организации, связанные с должностным лицом имущественными, корпоративными или иными отношениями.

Юридически обязывающие положения указанного Федерального закона № 273-ФЗ, как следует из статей 13 и 14 названного закона, распространяются не только на лиц, замещающих должности в органах государственной власти, но и на физических и юридических лиц, которые в случае совершения коррупционного правонарушения привлекаются к уголовной, гражданско-правовой или иной ответственности в соответствии с законодательством.

Из приведенного нормативного регулирования следует, что круг лиц, который может быть привлечен к ответственности за совершение коррупции, не определяется каким-либо перечнем, а напрямую зависит от факта совершения или участия в совершении тем или иным физическим либо юридическим лицом коррупционного правонарушения. Не содержится таких ограничений и в положениях пп. 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31 октября 2024 г. № 49-П меры, предполагающие обращение в доход государства имущества и денежных средств, в отношении которых не опровергнута презумпция незаконности происхождения или установлена незаконность происхождения, имеют, являясь по своему существу особой формой правового государственного принуждения наряду с уголовно-правовыми и административно-деликтными мерами, конституционно значимую публичную цель борьбы с деяниями коррупционной направленности. Они ориентированы на обеспечение эффективного функционирования механизма народовластия и правового государства, на защиту демократического строя. Наличие таких мер и их действенное применение призваны повысить результативность противодействия коррупции, предотвратить риски, связанные с неправомерным влиянием на государственных и муниципальных служащих, иных выполняющих публично значимые функции лиц и тем самым - с возможностью сращивания публичной власти и бизнеса, а тем более публичной власти и криминала.

В обоснование заявленных требований, прокурор ссылался на наличие доказательств противоправного поведения ответчиков, результатом чего стало извлечение ООО «Еврогласс» дохода в размере 411967,33 руб., приводил доводы о том, что заявленные требования относятся к особым правовым мерам, направленным на предупреждение незаконного обогащения лиц, осуществляющих публичные функции, связанных с ними юридических и физических лиц, и, тем самым, на эффективное противодействие коррупции.

Указанным доводам судом первой инстанции не было дано надлежащей оценки.

Выводы суда первой инстанции о том, что требования прокурора не подлежат удовлетворению в связи с отсутствием оснований как для признания сделок ничтожными по ст. 169 ГК РФ, так и оснований для применения предусмотренных указанной статьей особых правовых последствий в виде обращения в доход государства полеченного по следке, сделаны без учета установленных по делу обстоятельств и правовых оснований, заявленных прокурором в обоснование иска.

Так, в обоснование заявленных требований прокурор указывал не на недействительность или ничтожность сделок, заключенных между ООО «Еврогласс» и ГБПОУ «Нижегородский промышленно-технологический техникум», а на положения п.п. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Предусмотренная законодателем в подпункте 8 пункта 2 статьи 235 ГК РФ ответственность за коррупционное правонарушение является единственной в своем роде мерой по защите общества от коррупции, а статьей 10 этого же Кодекса обязывает суд использовать эту меру для недопущения дальнейшего осуществления ответчиками гражданских прав с незаконно приобретенным имуществом под видом добросовестных участников гражданских правоотношений и получения от этого благ.

Из смысла закона следует, что имущество, полученное вследствие нарушения установленных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений, подлежит обращению исключительно в доход Российской Федерации и не может являться легальным объектом гражданского оборота, быть законным средством платежа и погашения обязательств перед кредиторами, а также находится у кого-либо на законных основаниях.

Как указал Конституционный Суд РФ в п. 4.2 Постановления от 29 ноября 2016 г. N 26-П изъятие такого имущества, по существу, признано выступать в качестве неблагоприятного последствия получения доходов от коррупционной деятельности и указывать на бессмысленность приобретения имущества на незаконные доходы и, соответственно, бесперспективность коррупционного поведения.

Совокупность вышеприведенного нормативного регулирования является достаточной для понимания того, что коррупционно нажитое имущество изымается из оборота, а преодоление этого установления и всякие операции с ним относятся к числу недопустимых, оцениваются как легализация и преследуются по закону.

При этом, применение положений пп. 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно не только во взаимосвязи с нормами Федерального закона от 3 декабря 2012 г. N 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», но, учитывая взаимосвязанные положения статей 1, 3 10, 13, 14 Федерального закона от 25.12.2008 N 273-ФЗ «О противодействии коррупции», и к иным лицам.

Конституционный Суд Российской Федерации в п. 6.1 постановления от 31.10.2024 N 49-П отметил, что обращение имущества в доход Российской Федерации, как способ противодействия коррупции, реализуется в процедуре гражданского искового судопроизводства, которая существенно отличается как от административно-деликтного и уголовного судопроизводства, так и от производства по искам о возмещении вреда.

Вывод суда первой инстанции о пропуске прокурором срока исковой давности по части исковых требований, судебная коллегия, руководствуясь правовой позицией, изложенной в п. 7 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 31 октября 2024 года N 49-П "По делу о проверке конституционности статей 195 и 196, пункта 1 статьи 197, пункта 1 и абзаца второго пункта 2 статьи 200, абзаца второго статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Краснодарского краевого суда", также находит несостоятельным, а срок исковой давности к рассматриваемому делу не применимым.

Решение суда первой инстанции, при таких обстоятельствах, не является законным и подлежит отмене.

Принимая новое решение по существу спора, судебная коллегия полагает возможным исковые требования прокурора удовлетворить частично.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд полагает необходимым обратить в доход государства денежные средства в размере 411967,33 рублей, полученные ООО «Еврогласс» по сделкам, заключенным им с ГБПОУ «Нижегородский промышленно-технологический техникум» в результате совершения должностными лицами участников сделки (ФИО2 и ФИО3) коррупционного правонарушения.

Оснований для солидарного взыскания указанных денежных средств с ФИО1 судебная коллегия не усматривает.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционное определение прокурора Ленинского района г. Нижнего Новгорода удовлетворить, решение Канавинского районного суда города Нижний Новгород от 20 октября 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования прокурора Ленинского района г. Нижнего Новгорода удовлетворить частично.

Обратить в доход Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России для распределения в соответствующий бюджет с общества с ограниченной ответственностью «Еврогласс» (ИНН [номер], ОГРН [номер]) денежные средства в размере 411967 (четыреста одиннадцать тысяч девятьсот шестьдесят семь) рублей 33 копейки.

В удовлетворении остальной части исковых требований прокурору Ленинского района г. Нижнего Новгорода отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Еврогласс» (ИНН [номер], ОГРН [номер]) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 12799 (двенадцать тысяч семьсот девяносто девять) рублей.

Апелляционное определение судебной коллегии вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 ГПК РФ.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи