Постановление № 44Г-21/2017 4Г-1058/2017 от 1 октября 2017 г. по делу № 2-33/2017

№ 44г-21/2017

Судья Ипатов В.Е.

ГСК Лозина С.П. - предс. и докл.

ФИО1

ФИО2


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Тверского областного суда

02 октября 2017 года город Тверь

Президиум Тверского областного суда в составе:

председательствующего Карташова А.Ю.,

членов президиума Аксеновой О.В., Каневской Г.В., Райкеса Б.С.,

при секретаре Зайцевой М.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании по кассационной жалобе ФИО3 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 11 апреля 2017 года по делу по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО3 о признании договоров мены и купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок,

Заслушав доклад судьи Серёжкина А.А., президиум Тверского областного суда

установил:

ФИО4 обратился в суд с вышеуказанным иском.

В обоснование исковых требований указал, что 14 февраля 2015 года он выдал доверенность на имя ФИО5 на право приватизации своей двухкомнатной квартиры №, расположенной по адресу: <адрес>. С данным поручением ФИО5 справилась добросовестно, в связи с чем он поручил ей подыскать для него однокомнатную квартиру с доплатой. ФИО5 предложила ему с доплатой в размере 500000 рублей однокомнатную квартиру № по вышеуказанному адресу, в которой она проживала вместе со своим сыном ФИО6, являющимся собственником данной квартиры. Согласившись, 11 августа 2015 года ФИО4 выдал ФИО5 доверенность с полномочиями по продаже за цену и на условиях по своему усмотрению квартиры по адресу: <адрес>, а также по вопросу покупки на его имя за цену и на условиях по своему усмотрению квартиры по адресу: <адрес>.

После совершения сделки ФИО5 уверила его, что все прошло нормально, и попросила подождать доплату, взамен этого предложила пожить ему в привычных условиях в прежней квартире. В сентябре 2016 года в его квартиру ворвались незнакомые ему люди, из разговора которых он понял, что данная квартира принадлежит не ФИО6, а ФИО3 В дальнейшем от ФИО5 ему стало известно о том, что сделка по отчуждению его квартиры является не договором купли-продажи, а договором мены.

Между тем, по мнению истца, ФИО5 действовала в отсутствие полномочий на мену квартир, в связи с чем, в дальнейшем у ФИО6 не было законных оснований на отчуждение спорной квартиры в пользу ФИО3 Считает, что в силу порочности первой сделки, вторая сделка также является недействительной.

Решением Московского районного суда г. Твери от 19 января 2017 года в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО3 о признании договоров мены и купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 11 апреля 2017 года решение суда от 19 января 2017 года отменено, постановлено новое решение, которым исковые требования ФИО4 удовлетворены частично. Судебной коллегией постановлено:

- признать договор № 2 мены квартир от 01 февраля 2016 года, заключенный между ФИО6 и ФИО5, действующей на основании доверенности № от 11 августа 2015 года от имени ФИО4, в отношении квартир № и № в <адрес> недействительным;

- применить последствия недействительности сделки, возвратив в собственность ФИО6 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>;

- истребовать из незаконного владения ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, возвратив её в собственность ФИО4

В удовлетворении исковых требований о признании договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, - от 11 июля 2016 года, заключенного между ФИО6 и ФИО3, недействительным отказано.

Судебной коллегией также указано, что настоящее судебное постановление является основанием для регистрации прекращения права собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; регистрации права собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; регистрации права собственности ФИО6 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> - в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Разрешены вопросы о судебных расходах и обеспечительных мерах.

17 июля 2017 года в Тверской областной суд поступила кассационная жалоба ФИО3, в которой содержится просьба об отмене судебного акта суда апелляционной инстанции и оставлении в силе решения суда.

В обоснование жалобы указывается о неправильном применении судебной коллегией норм материального права. Полагает, что установление судом апелляционной инстанции факта совершения сделки мены вопреки воле ФИО4 противоречит фактическим обстоятельствам.

20 июля 2017 года в целях проверки доводов жалобы дело истребовано в Тверской областной суд, куда поступило 24 июля 2017 года.

Определением судьи Тверского областного суда Серёжкина А.А. от 11 августа 2017 года дело передано на рассмотрение президиума Тверского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на жалобу, заслушав объяснения ФИО7, представляющей интересы ФИО3, а также представителя ФИО6 – ФИО5, президиум Тверского областного суда находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения допущены судом второй инстанции.

Судом первой инстанции установлено, что 01 февраля 2016 года между ФИО6 и ФИО4 в лице его представителя ФИО5, действующей на основании доверенности от 11 августа 2015 года, удостоверенной нотариусом г. Твери ФИО8, заключен договор № 2 мены квартир, согласно которому ФИО6 обязуется передать в собственность ФИО4 однокомнатную квартиру № общей площадью 29,9 кв. м, находящуюся по адресу: <адрес>; в свою очередь, ФИО4 обязуется передать в собственность ФИО6 двухкомнатную квартиру № общей площадью 44 кв. м, находящуюся по адресу: <адрес>.

Согласно пункту 8 данного договора стороны считают обмениваемые квартиры равноценными, стоимостью 1300000 рублей каждая, и обмен производится ими без доплаты.

В силу пунктов 9, 10 вышеуказанного договора в результате мены в собственность ФИО6 переходит квартира №, а в собственность ФИО4 - квартира №, находящиеся по вышеуказанному адресу.

Согласно акту приема-передачи квартиры от 01 февраля 2016 года стороны передали и соответственно приняли указанные выше жилые помещения. Право собственности ФИО6 и ФИО4 на вновь приобретенные квартиры зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 16 февраля 2016 года.

11 июля 2016 года между ФИО6 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, в соответствии с которым ФИО6 продал, а ФИО3 приобрел двухкомнатную квартиру №, площадью 44 кв. м, расположенную по адресу: <адрес>.

Согласно пункту 2 данного договора указанная квартира оценивается по соглашению сторон и продается за 1300000 рублей. Расчет по данному договору между продавцом и покупателем произведен до подписания договора, претензий по расчетам стороны друг к другу не имеют.

В соответствии с пунктом 3.1 договора от 11 июля 2016 года продавец довел до сведения покупателя, что по предмету договора споров не имеется.

Согласно пункту 4.1 договора продавец сообщил покупателю, что на момент подписания договора в отчуждаемой квартире зарегистрирован ФИО4

В соответствии с пунктом 5.2 договора продавец обязуется освободить продаваемую квартиру от личных вещей, снять с регистрационного учета ФИО4, а также передать все комплекты ключей, в срок не позднее 25 июля 2016 года.

Право собственности ФИО3 на спорную квартиру зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, о чем в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним 18 июля 2016 года сделана запись о регистрации.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО4, обращаясь в суд с настоящим иском, сослался на недействительность указанных выше договора № 2 мены квартир от 01 февраля 2016 года и договора купли-продажи квартиры от 11 июля 2016 года, поскольку ФИО5, действующая от его имени на основании нотариально удостоверенной доверенности от 11 августа 2015 года, вышла за пределы предоставленных ей полномочий, заключив 01 февраля 2016 года не договоры купли-продажи квартир, а договор мены квартир.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд, руководствуясь положениями пунктов 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, учел, что оспариваемая сделка от 01 февраля 2016 года была совершена ФИО5 от имени ФИО4 с превышением предоставленных ей полномочий, вместе с тем, после ее совершения была одобрена истцом, поскольку ещё в феврале 2016 года, то есть сразу же после совершения данной сделки, ФИО4, получившему свидетельство о государственной регистрации права и другие документы, на основании которых у истца возникло право собственности на квартиру № <адрес>, должно было стать известно о том, что он является собственником данной квартиры на основании заключенного его представителем ФИО5 договора мены квартир от 01 февраля 2016 года.

Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия со ссылкой на положения статьи 153, пункта 3 статьи 154 пункта 2 статьи 218, пункта 2 статьи 567, пункта 1 статьи 182, пункта 1 статьи 183, пункта 1 статьи 971, статьи 973 Гражданского кодекса Российской Федерации, отразив в апелляционном определении содержание нотариально удостоверенной доверенности от 11 августа 2015 года, на основании которой ответчик ФИО5 от имени ФИО4 заключила договор № 2 мены квартир от 01 февраля 2016 года, пришла к выводу, что указанный договор совершен ФИО5 от имени ФИО4 с превышением предоставленных ей полномочий, поскольку она заключила договор мены с условием о равноценности обмениваемых квартир, то есть действовала не в интересах доверителя.

Между тем, обжалуемое апелляционное определение принято с нарушением норм материального права и норм процессуального права, что привело к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

Частью 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

Согласно части 1 статьи 195 этого же кодекса решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Из приведенных положений процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. Суд оценивает доказательства и их совокупность по своему внутреннему убеждению, однако это не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. Результаты оценки доказательств суд должен указать в мотивировочной части судебного постановления, в том числе доводы, по которым он отвергает те или иные доказательства или отдает предпочтение одним доказательствам перед другими. В противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.

Данные требования в силу части 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации распространяются и на суд апелляционной инстанции, что судом апелляционной инстанции учтено не было.

Как следует из апелляционного определения, судебная коллегия признала установленным, что волеизъявление ФИО4 состояло в отчуждении за доплату в размере 500000 рублей принадлежащего ему жилого помещения и приобретении конкретного жилого помещения, меньшего по площади. При этом установление факта намерения ФИО4 получить доплату в результате сделок по отчуждению своей квартиры № и приобретению квартиры № судебная коллегия обосновала объяснениями стороны истца и признанием такого обстоятельства ФИО5, действующей в настоящем деле и как самостоятельный ответчик, и как представитель по доверенности от имени своего сына - ответчика ФИО6

Однако, в нарушение приведенных выше норм процессуального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению суд апелляционной инстанции не привел никаких доводов в обоснование того, почему он отверг им же приведенное в мотивировочной части апелляционного определения содержание доверенности ФИО4 о наделении ФИО5 полномочиями по продаже и покупке квартир за цену по своему усмотрению, тем самым предоставив последней право самой достигать с другой стороной соглашения о стоимости квартир.

В соответствии с пунктами 1 и 4 статьи421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, а условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Пунктами 1 и 2 статьи 567 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору мены каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороны один товар в обмен на другой. К договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже (глава 30), если это не противоречит правилам настоящей главы и существу мены. При этом каждая из сторон признается продавцом товара, который она обязуется передать, и покупателем товара, который она обязуется принять в обмен.

В силу положений пункта 1 статьи 971 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя.

Указания доверителя должны быть правомерными, осуществимыми и конкретными (п. 1 ст. 973 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

По смыслу вышеприведенных норм материального права применительно к положениям пункта 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии у двух и более собственников объектов недвижимости согласованного волеизъявления на их одновременное возмездное отчуждение может быть совершена сделка мены таких объектов с соблюдением правил, регулирующих отношения по договору купли-продажи.

При этом полномочия собственника на усмотрение условий о равноценности (неравноценности) подлежащих обмену товаров могут быть оговорены в доверенности, выдаваемой им другому лицу.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что нотариально удостоверенной доверенностью от 11 августа 2015 года ФИО4, действуя как собственник вещи в пределах своего усмотрения, уполномочил ФИО5 продать квартиру № по адресу: <адрес> за цену и на условиях по своему усмотрению и купить на его имя квартиру № по адресу: <адрес> также за цену и на условиях по своему усмотрению.

В данном случае условия оспариваемого договора мены от 01 февраля 2016 года об установлении равноценности каждого жилого помещения ценой 1300000 рублей и проведения обмена без доплаты соответствуют волеизъявлению собственника квартиры, наделившего представителя правом по своему усмотрению определять цену продаваемой и приобретаемой квартир, то есть указывают об исполнении ФИО5 поручения ФИО4 в пределах предоставленных ей полномочий.

После исполнения обязанностей по передаче квартир правоотношения сторон по договору мены, связанные с разногласиями относительно равноценности обмениваемых объектов недвижимости подлежат урегулированию по правилам пункта 2 статьи 558, пункта 3 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, имеющийся спор между ФИО4 и ФИО6 относительно доплаты последним по договору мены от 01 февраля 2016 года в размере 500000 рублей не порождает наступление обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющих истребовать квартиру № у добросовестного, как о том указано судебной коллегией, покупателя ФИО3

При таких обстоятельствах апелляционное определение нельзя признать законным. Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального права и норм процессуального права являются существенными и непреодолимыми, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены обжалуемого судебного постановления.

Поскольку судом первой инстанции установлены все юридически значимые обстоятельства, а допущенная им ошибка в толковании пределов полномочий, предоставленных ФИО5 ФИО4 на совершение сделок по отчуждению и приобретению жилых помещений не влияет на все остальные выводы о законности решения суда, обжалуемое апелляционное определение подлежит отмене как незаконное с оставлением в силе решения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьей 387 и пунктом 4 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Тверского областного суда

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 11 апреля 2017 года по делу по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО3 о признании договоров мены и купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок отменить, решение Московского районного суда г. Твери от 19 января 2017 года оставить в силе.

Председательствующий А.Ю. Карташов