Апелляционное постановление № 22-574/2024 от 13 марта 2024 г. по делу № 1-493/2023

Судья Парадовская В.В. Дело №22-574


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Воронеж 14 марта 2024 года

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего судьи Беляевой Э.А.(единолично),

при секретаре Чернега Н.С.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Воронежской области Малесиковой Л.М.,

подсудимых ФИО4. ФИО1,

защитников-адвокатов Чеботарева Д.А., Колесниковой Т.В., Мартемьянова П.Н., Кудиновой Н.А., Раевой Л.С., Барбашовой С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Колесниченко Т.М., а также апелляционные жалобы защитника Мартемьянова П.Н. в интересах ФИО4, совместную жалобу защитника Кудиновой Н.А. и подсудимой ФИО6, защитника Барбашовой С.А. в интересах подсудимой ФИО5, защитника Раевой Л.С. в интересах ФИО1, защитника Чеботарева Д.А. в интересах подсудимой ФИО3 на постановление Центрального районного суда Воронежской области от 4 декабря 2023 года о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, в совершении преступлении, предусмотренного п.п.«а», «б» ч.2 ст.171 УК РФ, ФИО2, ФИО6, в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст.171 УК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционного представления государственного обвинителя и апелляционных жалоб защитников и подсудимой, выслушав прокурора Малесикову Л.М., а также подсудимых ФИО4, ФИО1, защитников-адвокатов Чеботарева Д.А., Колесниковой Т.В., Мартемьянова П.Н., Кудиновой Н.А., Раевой Л.С., Барбашовой С.А., поддержавших доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

установил:

Органом предварительного следствия ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, каждая, обвиняются в осуществлении предпринимательской деятельности без лицензии в случаях, когда такая лицензия обязательна, совершенной организованной группой, сопряженной с извлечением дохода в особо крупном размере, то есть в преступлении, предусмотренном п.п.«а», «б» ч.2 ст.171 УК РФ.

Органом предварительного следствия ФИО6 и ФИО2, каждая, обвиняются в осуществлении предпринимательской деятельности без лицензии, в случаях, когда такая лицензия обязательна, сопряженной с извлечением дохода в крупном размере, совершенной организованной группой, то есть в преступлении, предусмотренном п.«а» ч.2 ст.171 УК РФ.

Обстоятельства инкриминируемых подсудимым ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО6 преступлений приведены в обвинительном заключении.

В ходе следствия ФИО3 изменена мера пресечения с запрета определенных действий на подписку о невыезде и надлежащем поведении; ФИО2, ФИО4, ФИО1, ФИО5 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Обжалуемым постановлением суда уголовное дело возвращено для устранения препятствий его рассмотрения судом. Также указано о не избрании судом меры пресечения подсудимым.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора Центрального района г.Воронежа Колесниченко Т.М. просит обжалуемое постановление суда о возвращении уголовного дела на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ отменить как незаконное и необоснованное, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд. Отмечает, что районный суд преждевременно и ошибочно пришел к выводу, что обвинительное заключение не соответствует требованиям ч.1 ст.237 УПК РФ, поскольку не содержит «все обязательные реквизиты, что формулировка существа обвинения не позволяет рассмотреть уголовное дело по существу и принять законное, обоснованное и справедливое решение, так как место, время и способ совершения преступления сформулированы неопределенно. Излагает несогласие с выводами суда, что при описании события преступления не содержится указания на то, где и когда совершены действия, связанные с незаконной предпринимательской деятельностью, не конкретизировано, кто занимается подысканием пациентов и как пациенты оплачивали услуги медицинского центра, не указано какие действия совершали каждый из членов (указанной в обвинительном заключении) организованной группы при осуществлении предпринимательской деятельности без лицензии, что является обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу согласно положениям ст.73 УК РФ. Также не согласен с выводами суда, что исходя из вмененной суммы извлеченного дохода ФИО6-5064675,00 рублей, ФИО12-4164740,00 рублей, невозможно однозначно установить как, когда и при каких обстоятельствах они в качестве дохода от осуществления незаконной предпринимательской деятельности получили эти денежные средства, поскольку в обвинительном заключении указано, что доход от осуществления незаконной предпринимательской деятельности составил 1049115,00 рублей. Также не согласен с выводом суда, что текст обвинительного заключения не содержит ни расчет, ни объяснения указанной суммы «причиненного в результате преступления ущерба» в размере, указанном в обвинительном заключении, что не позволяет сделать однозначный вывод о том, какой доход был извлечен каждым членом группы. Имеющиеся, по мнению суда, в обвинительном заключении нарушения, в частности, требований ст.ст.73,220 УПК РФ, не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, влекут за собой нарушение прав подсудимых на защиту от предъявленного обвинения по каждому эпизоду. Вместе с тем, данное постановление, считает государственный обвинитель, является незаконным и подлежит отмене по основанию, предусмотренному п.2 ст.389.15 УПК РФ, ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, по следующим основаниям. Так в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору, если обвинительное заключение составлено с нарушениями требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании обвинительного заключения. Считает, что обвинительное заключение по данному делу составлено в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, не содержат неопределенности в предъявленном обвинении, какие-либо нарушения, препятствующие рассмотрению дела по существу, нет. Так при описании события преступления в обвинительном заключении указано, что руководители и организаторы организованной группы - неустановленные следствием лица, а также ее участники ФИО3, ФИО6, ФИО2, ФИО4, ФИО1 и ФИО13 в ходе осуществления в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в нарушение ч.1 ст.2,ч.3 ст.49 Гражданского кодекса РФ, Федерального закона от 4.05.2011 №99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в ходе оказания ряду граждан услуг в медицинском центре «<данные изъяты>»», по адресу: <адрес>, извлекли доход на общую сумму 1049115,00 рублей, из которых при непосредственном участии неустановленных следствием лиц, ФИО3, ФИО4, ФИО1 и ФИО5 в составе организованной группы - 1049115,00 рублей, что в соответствии с примечанием к ст.170.2 УК РФ, является особо крупным размером, ФИО6- 5064675,00 рублей - крупным, ФИО12 -4164740,00 рублей - крупным. При этом в обвинительном заключении подробно отражены роли и действия всех подсудимых, как участников организованной группы, периоды времени преступной деятельности, так и отражены, раскрыты признаки организованной группы - устойчивость, сплоченность, криминальная целенаправленность, тщательное планирование и подготовка совершения преступления, меры конспирации. Иная квалификация действий ФИО6 и ФИО12- без квалифицирующего признака, предусмотренного п.«б» ч.2 ст.171 УК РФ (извлечение дохода в особо крупном размере), связана с меньшим, относительно иных обвиняемых, периодов времени участия в преступной группе и, соответственно, преступной деятельности (ФИО6- в период примерно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 - примерно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), что отражено в обвинительном заключении. В связи с этим, сумма извлеченного в результате незаконной предпринимательской деятельности дохода в эти периоды, меньше общей суммы дохода, полученного в ходе деятельности преступной группы (в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) - 1049115,00 рублей. Вменение ФИО6 и ФИО12 в виду получение дохода в период, когда они не занимались преступной деятельностью, противоречило бы установленному ст.5 УК РФ принципу вины, и не соответствовало бы собранным в ходе следствия доказательствам. При этом, расчет сумм полученного дохода, отраженных в обвинении, произведен в заключении специалиста от 7.04.2023, являющимся доказательством по уголовному делу и указанном в обвинительном заключении в качестве доказательства обвинения с отражением его содержания. Отмечает, что положения п.4 ч.2 ст.171 УПК РФ (с учетом п.п.1-4 ст.73 УПК РФ), не содержат требования об обязательном расчете суммы полученного дохода, так и «объяснения» указанных сумму, на что обращено внимание в обжалуемом постановлении. Данные обстоятельства относятся к предмету доказывания по уголовному делу и следуют из собранных по делу доказательств, которые подлежат исследованию в судебном заседании. Кроме того, указание в обжалуемом постановлении суда на отсутствие расчета «причиненного ущерба», являются необоснованными, поскольку причинение какого-либо ущерба обвиняемым не вменяется. Учитывая, что обвиняемым вменяется осуществление в составе организованной группы незаконной предпринимательской деятельности, в результате которой извлечен доход в крупном и особо крупном размере, конкретная денежная сумма, полученная каждой из обвиняемых для распоряжения по собственному усмотрению, не влияет на объем предъявленного им обвинения и не подлежит обязательному указанию в обвинительном заключении. В обвинительном заключении конкретно отражено места осуществления незаконной предпринимательской деятельности, реквизиты используемых для ее осуществления юридических лиц, используемые ими банковские счета, а также сам характер этой деятельности, в том числе медицинские и другие приборы, лекарственные и иные средства, оказываемые медицинским центром услуги, перечислены установленные в ходе расследования лица, обращавшиеся в медицинский центр. Вопреки утверждению суда, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении указано, каким образом клиентами незаконного медицинского центра оплачивались его услуги (как за счет собственных средств, так и кредитных, на основании соответствующих кредитных договоров, путем их внесения на банковские счета и в кассу). При этом в обвинительном заключении подробно указаны реквизиты банковских организаций, номера расчетных счетов, местонахождение кассы организации. Наличие либо отсутствие более подробного описания получения и оплаты услуг медицинского центра пациентами, не влияет на объем предъявленного обвинения и не свидетельствует о его неконкретности. Таким образом, место, время и способ совершения преступления указаны в обвинительном заключении с той степенью конкретизации, с которой возможно было их установить в ходе расследования уголовного дела. Кроме того, решение суда о возвращении уголовного дела прокурору ввиду нарушений, допущенных при составлении обвинительного заключения, в том числе неконкретности обвинения, несоответствия сумму полученного дохода, явно преждевременно, поскольку не было оглашено обвинение, не исследовались доказательства. Обращает внимание, что в судебном заседании подсудимые и защитники указали на ясность и понятность предъявленного обвинения. При таких обстоятельствах, незаконное и необоснованное решение о возвращении уголовного дела прокурору лишает подсудимых права на рассмотрение их уголовного дела судом, влечет ущемление их конституционного права на доступ к правосудию. Так же указывает, что в резолютивной части постановления не указано должностное лицо, которому возвращается уголовное дело. Таким образом, считает, что обжалуемое постановление от 4.12.2023 является необоснованным, вынесенным в нарушение требований ст.237 УПК РФ.

В совместной апелляционной жалобе защитника Кудиновой Н.А. и подсудимой ФИО6 излагаются доводы несогласия с постановлением суда о возвращении уголовного дела. Указывают, что суд посчитал, что нарушены требования УПК РФ при составлении обвинительного заключения в связи с неопределенностью изложенного в обвинительном заключении существа обвинения, отсутствия указаний на распределение ролей, а также действий и расчетов сумм, вменяемых преступлений. Ссылаясь на положения п.1 ч.1 ст.237, ч.1 ст.220 УПК РФ, излагают позицию несогласия с решением суда, считают, что нет препятствий для того, чтобы после рассмотрения судом дела и оценки представленных стороной обвинения доказательств, принять итоговое решение, в соответствии со ст.299 УПК РФ, в частности разрешить следующие вопросы: доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимые, доказано ли что деяние совершено подсудимым, является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей УК РФ оно предусмотрено, виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, подлежит ли подсудимый наказанию за это преступление, имеются ли смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, имеются ли основания для изменения категории преступления. Считают, что решение суда о возвращении дела является незаконным, нарушающим права подсудимой на разумный срок уголовного судопроизводства (ст.6.1 УПК РФ) Кроме того, подсудимая ФИО6, проживающая в <адрес>, будет вынуждена нести значительные необоснованные транспортные расходы. Просят отменить постановление суда. При этом подсудимая ФИО6 просит рассмотреть данную апелляционную жалобу в ее отсутствие, с участием защитника Кудиновой Н.А.

В апелляционной жалобе защитник Барбашова С.А. в интересах подсудимой ФИО5 излагает несогласие с постановлением суда о возвращении уголовного дела прокурору, как безосновательным. Указывает, что по делу отсутствуют основания, предусмотренные п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, поскольку по делу не имеется оснований, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения. При этом указанные судом первой инстанции недостатки могут быть восполнены им в ходе судебного разбирательства. Обращает внимание, что указанные судом обстоятельства связаны с восполнением неполноты предварительного следствия. Неполнота предварительного следствия не может быть основанием для возвращения уголовного дела прокурору, недостаточность доказательств вины подсудимых, события преступления являются основаниями для постановления оправдательного приговора, а невозвращения дела прокурору. Просит отменить обжалуемое постановление суда, как необоснованное, передать уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд.

В апелляционной жалобе защитник Раева Л.С. в интересах подсудимой ФИО1 также излагает несогласие с выводами обжалуемого постановления о возвращении уголовного дела прокурору, при этом указывает, что отраженные в обвинительном заключении сведения соответствуют требованиям ст.220 УПК РФ, в нем подробно расписано существо обвинения, роль каждой из подсудимых в совершении инкриминируемых деяний, имеются указания на каждого пациента клиники, каким образом заключался договор и на какую сумму, что позволяет рассмотреть уголовное дело по существу и принять законное и обоснованное решение. Оснований для применения положений п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ не имеется. Просит отменить постановление суда от 4.12.2023 о возвращении уголовного дела в отношении подсудимых ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО2 прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционной жалобе защитник Мартемьянов П.Н. в интересах подсудимой ФИО4, считает постановление суда незаконным и необоснованным. Выражает несогласие с выводами суда об имеющихся неустранимых препятствиях рассмотрения дела судом, а именно: что текст обвинительного заключения не содержит ни расчета, ни объяснения указанной суммы причиненного в результате преступления ущерба в размере, указанном в обвинительном заключении, что якобы не позволит сделать однозначный вывод о том, какой доход был извлечен каждым членом группы, что невозможно установить конкретно, сколько из участвующих и неустановленных лиц получили доход. Считает, что выводы суда ошибочны, так как структура обвинительного заключения ясна и понятна, непризнание вины обвиняемой ФИО4 не является основанием возвращения дела. Кроме того, позиция обвиняемой ФИО4 последовательна и непротиворечива с другими доказательствами по делу, а неполнота проведенного расследования, неопределенность размера ущерба не являются основанием для возвращения дела прокурору. Просит отменить обжалуемое постановление, возвратить дело в тот же суд ля рассмотрения по существу, в ином составе.

В апелляционной жалобе защитник Чеботарев Д.А. в интересах подсудимой ФИО3 также излагает несогласие с выводами суда о возвращении уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, просит отменить его как незаконное и необоснованное. Указывает, что вопреки положениям ст.7 УПК РФ, согласно которой решения суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными, суд не мотивировал должным образом решение о возвращении дела прокурору. Так, возвращая прокурору уголовное дело, суд указал, что основанием для этого явилось отсутствие точного расчета суммы причиненного в результате преступления ущерба, что якобы лишает суд возможности сделать вывод о том, какой доход был извлечен каждым членом группы. При этом суд отметил, что ФИО3, ФИО4, ФИО1 и ФИО5 вменено извлечение дохода от осуществления незаконной предпринимательской деятельности в размере 1049115,00 рублей, что дополнительно квалифицировано по п.«б» ч.2 ст.171 УК РФ, тогда как ФИО6 и ФИО2 соответственно вменен доход в размере 5064675,00 рублей и 4164740,00 рублей. Полагает, что выводы суда являются преждевременными, принятыми без рассмотрения дела по существу. Обвиняемым по уголовному делу предъявлено обвинение в совершении преступления с квалифицирующим признаком его совершения в составе организованной группы. При указанных обстоятельствах доход от преступной деятельности определен совокупно. Что нашло отражение в обвинительном заключении, утвержденном прокурором. С учетом этого, доводы оспариваемого постановления опровергаются самим же судом, указавшим суммы незаконного дохода, вмененного каждой из обвиняемых по уголовному делу. Вопрос же конкретизации данного размера является предметом доказывания по уголовному делу и подлежит последующей оценке судом в совокупности с иными доказательствами по делу при принятии итогового процессуального решения. Отмечает, что суд указал, что место и время совершения преступления, а также его способ сформулированы «неопределенно», что само по себе, не добавляет определенности оспариваемому решению. Данный вывод суда также не обоснован и не мотивирован, поскольку, во-первых, в обвинительном заключении нашли отражение все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, включая время и место совершения преступления, а также его способ, и, во-вторых, неясно, каким образом суд, без изложения государственным обвинителем обвинения, не рассматривая дело по существу, не исследуя представленные стороной обвинения доказательства, пришел к выводу об их отсутствии в предъявленном обвинении. Суд обосновал постановление о возвращении дела необходимостью устранения препятствий его рассмотрения, поскольку посчитал, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, исключающим для суда возможность постановления приговора или иного решения. Однако анализ обвинительного заключения в полной мере опровергает выводы суда о его неконкретности и, якобы, отсутствии в нем обязательных элементов, установленных ст.73 УПК РФ. При этом суд не привел обстоятельств, которые в полной мере лишают его возможности принять по данному делу итоговое процессуальное решение, поскольку размер преступного дохода, как элемент вмененного в вину подсудимым преступления, может быть уточнен в ходе судебного разбирательства, а указание о времени и месте совершения преступления, как указано выше, обвинительное заключение содержит. Просит отменить обжалуемое постановление, уголовное дело направить для рассмотрения по существу в тот же суд.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении, апелляционных жалобах, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции находит постановление суда подлежащим отмене.

Согласно ч.4 ст.7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, мотивированными, основанными на всесторонне исследованных материалах уголовного дела.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного заключения или акта.

Вместе с тем, как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ в своих решениях, основаниями для возвращения уголовного дела прокурору являются такие нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, в частности, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. При этом, во всяком случае, возвращение уголовного дела прокурору в целях устранения допущенных нарушений, представляя собой особый порядок движения уголовного дела, не тождественный его возвращению для производства дополнительного расследования, не допускается в целях восполнения неполноты произведенного предварительного расследования.

В соответствии с разъяснениями в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебном разбирательству» от 22.12.2009 №28, при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в ст.237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения, изложенных в ст.ст.220,225,ч.ч.1,2 ст.226.7 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд в обжалуемом постановлении указал, что при описании события преступления не содержится указания на то, где и когда совершены действия, связанные с незаконной банковской деятельностью, не конкретизировано, кто занимается подысканием пациентов и как пациенты оплачивали услуги медицинского центра, не указано какие действия совершали каждый из членов (указанной в обвинительном заключении) организованной группы при осуществлении предпринимательской деятельности без лицензии, что является обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу согласно положениям ст.73 УК РФ. Исходя из вмененной суммы извлеченного дохода ФИО6-5064675,00 рублей, ФИО12-4164740,00 рублей, невозможно однозначно установить как, когда и при каких обстоятельствах они в качестве дохода от осуществления незаконной предпринимательской деятельности получили эти денежные средства, поскольку в обвинительном заключении указано, что доход от осуществления незаконной предпринимательской деятельности составил 1049115,00 рублей.

Также указал, что текст обвинительного заключения не содержит ни расчет, ни объяснения указанной суммы «причиненного в результате преступления ущерба» в размере, указанном в обвинительном заключении, что не позволяет сделать однозначный вывод о том, какой доход был извлечен каждым членом группы.

Имеющаяся, по мнению суда, в обвинительном заключении нарушения, в частности, требований ст.ст.73,220 УПК РФ, не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, влекут за собой нарушение прав подсудимых на защитьу от предъявленного обвинения по каждому эпизоду.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционного представления государственного обвинителя и апелляционных жалоб стороны защиты о том, что обвинительное заключение по данному делу составлено в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, не содержат неопределенности в предъявленном обвинении, какие-либо нарушения, препятствующие рассмотрению дела по существу отсутствуют.

При описании события преступления в обвинительном заключении указано, что руководители и организаторы организованной группы неустановленные следствием лица, а также ее участники ФИО3, ФИО6, ФИО2, ФИО4, ФИО1 и ФИО13 в ходе осуществления в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в нарушение ч.1 ст.2,ч.3 ст.49 Гражданского кодекса РФ, Федерального закона от 4.05.2011 №99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в ходе оказания ряду граждан услуг в медицинском центре «<данные изъяты>»», по адресу: <адрес>, извлекли доход на общую сумму 1049115,00 рублей, из которых при непосредственном участии неустановленных следствием лиц, ФИО3, ФИО4,ФИО17 и ФИО5 в составе организованной группы – 1049115,00 рублей, что в соответствии с примечанием к ст.170.2 УК РФ, является особо крупным размером, ФИО6- 5064675,00 рублей - крупным, ФИО12 - 4164740,00 рублей - крупным.

В обвинительном заключении подробно отражены роли и действия всех подсудимых, как участников организованной группы, периоды времени преступной деятельности, так и отражены, раскрыты признаки организованной группы - устойчивость, сплоченность, криминальная целенаправленность, тщательное планирование и подготовка совершения преступления, меры конспирации.

Иная квалификация действий ФИО6 и ФИО12 - без квалифицирующего признака, предусмотренного п.«б» ч.2 ст.171 УК РФ (извлечение дохода в особо крупном размере), связана с меньшим, относительно иных обвиняемых, периодов времени участия в преступной группе и, соответственно, преступной деятельности (ФИО6- в период примерно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 - примерно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), что отражено в обвинительном заключении. В связи с этим, сумма извлеченного в результате незаконной предпринимательской деятельности дохода в эти периоды, меньше общей суммы дохода, полученного в ходе деятельности преступной группы (в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) – 10491115,00 рублей.

Вменение ФИО6 и ФИО12 в виду получение дохода в период, когда они не занимались преступной деятельностью, противоречило бы установленному ст.5 УК РФ принципу вины, и не соответствовало бы собранным в ходе следствия доказательствам. При этом, расчет сумм полученного дохода, отраженных в обвинении, произведен в заключении специалиста от 7.04.2023, являющимся доказательством по уголовному делу и указанном в обвинительном заключении в качестве доказательства обвинения с отражением его содержания.

Так, положения п.4 ч.2 ст.171 УПК РФ (с учетом п.п.1-4 ст.73 УПК РФ), не содержат требования обязательном расчете суммы полученного дохода, так и «объяснения» указанных сумму, на что обращено внимание в обжалуемом постановлении. Данные обстоятельства относятся к предмету доказывания по уголовному делу и следуют из собранных по делу доказательств, которые подлежат исследованию в судебном заседании.

Нельзя не согласиться с доводами апелляционных представления и жалоб, о том, что указание в обжалуемом постановлении суда на отсутствие расчета «причиненного ущерба», являются необоснованными, поскольку причинение какого-либо ущерба обвиняемым не вменяется.

Принимая во внимание, что подсудимым вменяется осуществление в составе организованной группы незаконной предпринимательской деятельности, в результате которой извлечен доход в крупном и особо крупном размере, конкретная денежная сумма, полученная каждой из обвиняемых для распоряжения по собственному усмотрению, не влияет на объем предъявленного им обвинения и не подлежит обязательному указанию в обвинительном заключении.

Суд апелляционной инстанции считает, что в обвинительном заключении конкретно отражены места осуществления незаконной предпринимательской деятельности, реквизиты используемых для ее осуществления юридических лиц, используемые ими банковские счета, а также сам характер этой деятельности, в том числе медицинские и другие приборы, лекарственные и иные средства, оказываемые медицинским центром услуги, перечислены установленные в ходе расследования лица, обращавшиеся в медицинский центр.

Вопреки утверждению суда, в обвинении и обвинительном заключении указано, каким образом клиентами незаконного медицинского центра оплачивались его услуги (как за счет собственных средств, так и кредитных, на основании соответствующих кредитных договоров, путем их внесения на банковские счета и в кассу), при этом в обвинительном заключении подробно указаны реквизиты банковских организаций, номера расчетных счетов, местонахождение кассы организации. Наличие либо отсутствие более подробного описания получения и оплаты услуг медицинского центра пациентами, не влияет на объем предъявленного обвинения и не свидетельствует о его неконкретности.

Таким образом, место, время и способ совершения преступления указаны в обвинительном заключении с той степенью конкретизации, с которой возможно было их установить в ходе расследования уголовного дела.

Кроме того, решение суда о возвращении уголовного дела прокурору ввиду нарушений, неясностей, допущенных при составлении обвинительного заключения, в том числе неконкретности обвинения, несоответствия сумму полученного дохода, при том, что в судебном заседании подсудимые и защитники указали на ясность и понятность предъявленного обвинения, явно преждевременно, поскольку не было оглашено обвинение, судом не исследовались доказательства.

При таких обстоятельствах, незаконное и необоснованное решение о возвращении уголовного дела прокурору лишает подсудимых права на рассмотрение их уголовного дела судом, то есть влечет ущемление их конституционного права на доступ к правосудию.

Кроме того, в резолютивной части постановления суд не указал должностное лицо, которому возвращается уголовное дело.

Изложенные в постановлении суда выводы, не являются препятствием для постановления итогового решения на основе обвинительного заключения, поскольку в нем с достаточной полнотой изложены обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционных представления и жалоб, приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, для возвращения уголовного дела прокурору, и не может признать постановление районного суда законным и обоснованным, поскольку предъявленное подсудимым обвинение не препятствует постановлению судом приговора или вынесения иного решения на основе обвинительного заключения, а потому обжалуемое постановление суда подлежит отмене, а дело передаче на новое судебное разбирательство в тот же суд.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28,89.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Центрального районного суда Воронежской области от 4 декабря 2023 года о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, в совершении преступлении, предусмотренного п.п.«а», «б» ч.2 ст.171 УК РФ, ФИО2, ФИО6, в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст.171 УК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом, отменить, удовлетворив апелляционные представление государственного обвинителя и жалобы подсудимой, а также защитников.

Меры пресечения подсудимым ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО2 оставить без изменения, подписку о невыезде и надлежащем поведении, каждой.

Уголовное дело направить для рассмотрения в тот же суд, в ином составе.

Апелляционное постановление вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст.401.10-401.12 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий Беляева Э.А.