Апелляционное определение № 33-8420/2026 от 12 мая 2026 г.

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

УИД 03RS0020-01-2025-001001-82

судья Уралбаева И.Р.

кат. 2.025

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


дело № 33-8420/2026 (№ 2-28/2026 (2-750/2025))

г. Уфа 13 мая 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Абдрахмановой Э.Я.,

судей Зиновой У.В.,

ФИО5,

при секретаре судебного заседания Лысенко А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению прокурора Альшеевского района Республики Башкортостан в интересах ФИО8 к о признании фактическим воспитателем, имеющим право на получение гарантий и компенсаций, как член семьи погибшего военнослужащего

по апелляционным жалобам федерального казенного учреждения «Военный комиссариат Республики Башкортостан», Министерства обороны Российской Федерации на решение Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 21 января 2026 г.

Заслушав доклад судьи Зиновой У.В., судебная коллегия

установила:

прокурор адрес Республики Башкортостан в интересах ФИО9 обратился в суд с указаннымзаявлением, мотивировав его тем, что ФИО1, дата рождения, является приемным сыном ФИО8 Родители ФИО1 - мать ФИО2, дата рождения, умерла дата, отец - ФИО3, дата гожа рождения, решением Вилюйского районного суда Республики Саха от дата лишен родительских прав.

На основании постановления администрации муниципального образования Вилюйский улус (район) №...-п от дата ФИО1 передан в приемную семью, приемным родителем назначен ФИО4, дата г.р. С 2003 г. ФИО1 проживал в приемной семье.

дата ФИО4 обратился с заявлением о снятии опекунства над ФИО1, после чего постановлением администрации муниципального образования Вилюйский улус (район) Республики Саха №... снято опекунство.

Постановлением администрации муниципального района Альшеевский район РБ №... от дата по заявлению ФИО4 установлена опека над несовершеннолетним ФИО1

ФИО8 состояла в зарегистрированном браке с ФИО4 с дата ФИО4 умер дата

ФИО8 водила ФИО1 в школу, интересовалась его успехами, принимала участие в его жизни как родная мать, содержала, контролировала его поведение в подростковом возрасте, следила за успеваемостью и поведением в школе, организовывала мероприятия в выходные дни, фактически заменила ему полностью отсутствие родного отца и матери. Таким образом, ФИО8 до совершеннолетия осуществляла уход за ФИО1, то есть не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

ФИО1 подписал контракт с Министерством обороны Российской Федерации и отправлен для прохождения военной службы на территорию проведения Специальной военной операции.

дата поступило извещение №... о том, что ФИО1 пропал без вести дата при выполнении задач в ходе проведения специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, адрес и адрес.

дата внесена актовая запись о смерти ФИО1 дата

На основании изложенного прокурор просил суд признать ФИО8, дата рождения, фактическим воспитателем ФИО1, дата рождения, и имеющей право на получение гарантий и компенсаций, как член семьи погибшего военнослужащего.

Определениями судьи к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство обороны Российской Федерации, ФКУ Военный комиссариат Республики Башкортостан, Министерство семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан, ГКУ «Республиканский цент социальной поддержки населения», АО «Согаз», отдел ЗАГС Альшеевского района Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции, ОСФР по Республике Саха (Якутия) (л.д. 53,124), в решении суда указанные лица указаны заинтересованными, дело рассмотрено в особом порядке.

Решением Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от дата исковые требования прокурора района удовлетворены.

Не согласившись с указанным решением суда, Министерство обороны Российской Федерации, ФКУ «Военный комиссариат Республики Башкортостан» подали апелляционные жалобы, в которых просят вынесенное судебное постановление отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать.

В апелляционной жалобе ФКУ «Военный комиссариат Республики Башкортостан» указывает на незаконность решения суда первой инстанции, принятого в результате неправильного применения норм материального и процессуального права, выразившегося в неопределении юридически значимых обстоятельств и распределении бремени доказывания. Вывод суда о признании заявителя ФИО8 фактическим воспитателем противоречит требованиям законодательства, согласно которым полное содержание предполагает обеспечение несовершеннолетнего за счет собственных средств воспитателя при отсутствии государственной поддержки, тогда как в данном случае воспитанник ФИО1, дата рождения, находился на государственном обеспечении. Правоотношения сторон основывались на актах органов опеки, в связи с чем обязанности по содержанию и воспитанию исполнялись на возмездной основе за счет выделяемых из бюджета пособий.

ФИО8, вступившая в брак с опекуном дата (свидетельство 1...) и проживавшая с ним совместно, фактически участвовала в воспитании подопечного в рамках оплачиваемой опеки, что исключает статус фактического воспитателя в смысле пенсионного законодательства.

Кроме того, суд в нарушение норм процессуального права не установил наличие спора о праве, возникшего в связи с тем, что признание юридического факта влечет возникновение права на меры социальной защиты и компенсационные выплаты членам семьи погибшего военнослужащего, и не оставил заявление без рассмотрения с разъяснением права на обращение в исковом порядке, что в силу части 3 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является безусловным основанием для отмены судебного акта.

В апелляционной жалобе Министерство обороны Российской Федерации указывает на незаконность и необоснованность решения суда первой инстанции, поскольку вывод о признании истца фактическим воспитателем противоречит нормам материального права, в соответствии с которыми полное содержание воспитанника предполагает обеспечение несовершеннолетнего за счет собственных средств воспитателя при отсутствии материальной поддержки со стороны государственных или муниципальных органов.

Семейные отношения сторон базировались на постановлениях администрации №...-п от дата о передаче ребенка в приемную семью с назначением ФИО4 приемным родителем и №... от дата, однако суд не дал правовой оценки факту нахождения ФИО1 в Вилюйском детском доме им. ФИО19 в период с апреля 2008 г. по ноябрь 2013 г., не разъяснил наличие документального подтверждения опекунства исключительно в отношении ФИО4 при отсутствии такового в отношении ФИО8, а также не исследовал вопрос о выплате государственного вознаграждения и пособий на содержание подопечного.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от дата ..., для признания лица фактическим воспитателем необходимо доказать, что оно не только осуществляло воспитание, но и полностью содержало ребенка за свой счет не менее пяти лет до его совершеннолетия без получения ежемесячного денежного вознаграждения от государства.

Суд первой инстанции, не установив обстоятельства, имеющие значение для дела, и не определив надлежащее распределение бремени доказывания, допустил неправильное применение норм материального и процессуального права, в связи с чем его выводы не основаны на законе, а для удовлетворения заявленных требований отсутствовали правовые основания.

Истец в возражениях на апелляционную жалобу указывает на несостоятельность доводов ФКУ «Военный комиссариат Республики Башкортостан» и законность вынесенного решения, поскольку судом достоверно установлено, что ФИО8 с 1972 г. совместно проживала с супругом ФИО4, являвшимся законным опекуном ФИО1 в периоды с дата по дата и с дата, ведя общее хозяйство и осуществляя воспитание внука. ФИО8, являясь бабушкой погибшего, полностью содержала ФИО1 в течение более пяти лет до достижения им совершеннолетия за счет собственных средств, не получая от органов опеки и попечительства денежных пособий на содержание ребенка либо ежемесячного вознаграждения по договору о приемной семье, что подтверждается ее достаточным материальным положением.

В судебном заседании представитель отдела опеки и попечительства администрации муниципального района Альшеевский район Республики Башкортостан поддержал требования и подтвердил факт воспитания и содержания несовершеннолетнего заявительницей, которая также указала на непрерывное совместное проживание и заботу о внуке вплоть до его совершеннолетия.

На основании совокупности исследованных доказательств суд правомерно признал ФИО8 фактическим воспитателем, поскольку семейные связи не прерывались и после достижения им совершеннолетия, а условие полного содержания без государственного финансирования полностью соответствует требованиям законодательства для возникновения соответствующих правовых последствий, в связи с чем основания для отмены обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству с указанием времени и места судебного разбирательства размещена в открытом доступе на официальном сайте Верховного Суда Республики Башкортостан (vs.bkr.sudrf.ru) в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте проведения судебного заседания судебной коллегии заблаговременно и надлежащим образом, что подтверждается отчетами почтовых отправлений.

На основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность постановленного по делу судебного акта в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения прокурора Байкову А.Ф., полагавшую решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном решении» №... от дата, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Решение суда указанным требованиям не соответствует в полном объеме.

Как следует из материалов дела и установлено судом, Как следует из материалов дела, ФИО4 и ФИО6 заключили брак дата, после заключения брака жене присвоена фамилия ФИО22, что подтверждается свидетельством о заключении брака I-АР №... от дата (л.д. 12,10).

Родителями погибшего военнослужащего ФИО1, дата рождения, являлись ФИО3 (отец), дата рождения и ФИО7 (мать), дата рождения, о чем Кысыл-Сырской администрацией Вилюйского улуса Республики Саха составлена запись акта о рождении №... от дата (л.д. 26).

Из свидетельства о смерти следует, что ФИО2 умерла дата в адрес Вилюйского улуса Республики Саха (Якутия), о чем составлена запись акта о смерти №... от дата (л.д. 27).

Из решения Вилюйского районного суда Республики Саха от дата следует, что ФИО3 лишен родительских прав в отношении несовершеннолетнего сына ФИО1, дата рождения (л.д. 28).

Согласно постановлению администрации муниципального образования Вилюйский улус (район) №...-п от дата ФИО4 назначен опекуном ФИО1 (л.д. 16).

Постановлением администрации муниципального образования Вилюйский улус (район) Республики Саха (Якутия) №... от дата, исходя из интересов несовершеннолетнего ФИО1, ФИО4 освобожден от исполнения обязанности по опеке несовершеннолетнего в связи с отсутствием взаимопонимания с подопечным (л.д. 33).

Распоряжением главы администрации муниципального района Вилюйский улус (район) Республики Саха (Якутия) №... от дата несовершеннолетний ФИО1, проживающий по адресу: адрес, определен в МОУ «Вилюйский детский дом им. С.Аржакова» до постоянного устройства (л.д. 34).

Постановлением главы администрации муниципального образования Альшеевский район Республики Башкортостан №... от дата ФИО4 назначен опекуном ФИО1 (пункт 1). Пунктом 2 указанного постановления глава администрации постановил ходатайствовать перед Министерством образования Республики Башкортостан о выделении денежных средств на выплату ежемесячного пособия подопечному с дата (л.д. 23).

В тот же день с ФИО4 заключен договор №... о передаче ребенка на воспитание в семью (л.д. 24-25).

Из свидетельства о смерти III-АР №... от дата, выданного отделом ЗАГС адрес Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции, следует, что ФИО4 умер дата (л.д. 15)

Из извещения войсковой части 91711 Министерства Обороны Российской Федерации следует, что ФИО1, дата рождения, пропал без вести дата г. в н.адрес в ходе боевых действий (л.д. 17.) Согласно справке от дата ФИО1 в процессе выполнения боевой задачи попал под минометный огонь противника, после чего перестал выходить на связь (л.д. 18).

Приказом командира воинской части №... от дата ФИО1 признан без вести пропавшим (л.д. 20-21).

Согласно свидетельству о смерти V-АР №... от дата, выданным отделом ЗАГС адрес Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции, ФИО1 умер дата, место смерти – Луганская Народная Республика, адрес (л.д 46).

Согласно справке администрации сельского поселения Раевский сельсовет муниципального района адрес от дата №... ФИО4, проживающий по адресу: адрес, имеет следующий состав семьи: ФИО8 – жена, ФИО1 – внук, ФИО14 – опекаемый. ФИО1 зарегистрирован по вышеуказанному адресу с дата (л.д. 32).

Из трудовой книжки ФИО8 следует, что ФИО8 работала с дата по дата (л.д. 40-45).

Согласно пенсионному удостоверению №... от дата ФИО8 с дата назначена пенсия по старости (л.д. 11).

В ответе отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по адрес (Якутия) от дата на запрос суда указано на наличие в архивной базе данных «АРМ Пенсии» адрес сведений о снятии с учета дата ФИО8, дата рождения, в связи с выездом из района; данные о выплатах отсутствуют (л.д. 135).

Согласно ответу отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по адрес на запрос суда ФИО8 является получателем пенсии по старости, по состоянию на дата размер пенсии составляет 37361,79 руб. (л.д. 114-115).

Свидетели ФИО15, ФИО16 суду первой инстанции показали, что ФИО4 и его супруга ФИО8 после смерти дочери, взяли на воспитание ее сыновей - ФИО1 и его брата. Проживали совместно, создавали благоприятные условия для проживания, становления и развития внуков, заботились о них, воспитывали, а также помогали им и после достижения совершеннолетия.

Представитель органа опеки и попечительства администрации муниципального района адрес Республики Башкортостан ФИО17 в судебном заседании суда первой инстанции пояснила, что сведений о семье в органе опеки и попечительства нет, семья получала выплаты на содержание ребенка (л.д. 69, 71).

Суд первой инстанции, разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, исходил из того, что факт совместного проживания ФИО1 до достижения совершеннолетия с ФИО4 и ФИО8 достоверно подтверждается показаниями допрошенных свидетелей ФИО15 и ФИО16, которые, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, указали на то, что после смерти дочери супруги ФИО22 взяли на воспитание ее сыновей, создали им благоприятные условия для жизни, становления и развития, осуществляли заботу и воспитание, а также оказывали поддержку после совершеннолетия внуков. Суд не усмотрел оснований для сомнения в достоверности данных показаний, нашедших объективное подтверждение в совокупности с исследованными письменными доказательствами.

Судом констатировано, что ФИО8 с 1972 г. фактически проживала совместно с супругом ФИО4, осуществлявшим опекунство над ФИО1 в периоды с дата по дата и с дата, ведя общее хозяйство и занимаясь воспитанием и содержанием внуков, включая ФИО1, на протяжении более пяти лет до дня его совершеннолетия, при этом родственные связи не прерывались и совместное проживание продолжалось после достижения им совершеннолетия. ФИО8 не только воспитывала, но и полностью содержала его в течение указанного срока за счет собственных средств, не получая от органов опеки и попечительства предусмотренных законом денежных пособий на содержание ребенка либо ежемесячного вознаграждения по договору о приемной семье. Материальное положение заявительницы позволяло ей нести указанные расходы, а поскольку она состояла в браке с ФИО4, доходы последнего от трудовой деятельности признавались общим имуществом супругов, направляемым на нужды семьи.

На основании исследованных доказательств и норм действующего законодательства суд пришел к выводу об установлении юридического факта, что ФИО8, дата рождения, является лицом, фактически воспитывавшим и содержавшим несовершеннолетнего ФИО1, дата рождения, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия, в связи с чем удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Судебная коллегия не может согласиться с приведенными выводами суда первой инстанции, поскольку они не соответствуют установленным по делу обстоятельствам и сделаны при неправильном применении норм материального права.

Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» предусмотрено, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации. Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета.

Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее по тексту Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ).

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

Пунктом 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ было определено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица следующие лица: супруга (супруг), состоявшая (состоявший) на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним; родители (усыновители) застрахованного лица; дедушка и (или) бабушка застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей; отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет; несовершеннолетние дети застрахованного лица, дети застрахованного лица старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, его дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях; подопечные застрахованного лица.

Статьей 1 Федерального закона от 14 июля 2022 г. № 315-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ о выгодоприобретателях по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) застрахованного лица дополнен абзацем восьмым следующего содержания: «лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель)». Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом настоящего пункта).

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 14 июля 2022 г. № 315-ФЗ данный Федеральный закон вступил в силу со дня его официального опубликования - 14 июля 2022 г.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного г. со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях.

Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Согласно статье 1 Федерального закона от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» опека – форма устройства малолетних граждан (не достигших возраста четырнадцати лет несовершеннолетних граждан) и признанных судом недееспособными граждан, при которой назначенные органом опеки и попечительства граждане (опекуны) являются законными представителями подопечных и совершают от их имени и в их интересах все юридически значимые действия; попечительство – форма устройства несовершеннолетних граждан в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет и граждан, ограниченных судом в дееспособности, при которой назначенные органом опеки и попечительства граждане (попечители) обязаны оказывать несовершеннолетним подопечным содействие в осуществлении их прав и исполнении обязанностей, охранять несовершеннолетних подопечных от злоупотреблений со стороны третьих лиц, а также давать согласие совершеннолетним подопечным на совершение ими действий в соответствии со статьей 30 Гражданского кодекса Российской Федерации; подопечный - гражданин, в отношении которого установлены опека или попечительство.

Согласно пункту 3 статьи 148 Семейного кодекса Российской Федерации дети, находящиеся под опекой или попечительством, имеют право на содержание, денежные средства на которое выплачиваются ежемесячно в порядке и в размере, которые установлены законами субъектов Российской Федерации.

Указанное право подопечного ребенка на обеспечение ему содержания корреспондируется с установленной пунктом 3 статьи 36 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанностью опекуна или попечителя заботиться о содержании своего подопечного.

При этом федеральным законодательством регламентированы вопросы, касающиеся прав подопечных, а также опекунов (попечителей) на суммы пособий и иных выплат, представляющие собой установленную федеральным и региональным законодательством государственную поддержку подопечных и опекунов (попечителей), а также установлен порядок распоряжения этими средствами.

Согласно статье 31 Федерального закона от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» подопечные, а также опекуны или попечители имеют право на установленные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации виды государственной поддержки. Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для проживания, питания и обеспечения других нужд подопечного, принадлежат самому подопечному и расходуются в соответствии с положениями, установленными Гражданским кодексом Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.

Суммы пособий и иных выплат, предназначенных для обеспечения нужд опекуна или попечителя, принадлежат опекуну или попечителю и расходуются ими по своему усмотрению.

Указанные правила вытекают из части 1 статьи 17 Федерального закона от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», согласно которой подопечные не имеют права собственности на имущество опекунов или попечителей, а опекуны или попечители не имеют права собственности на имущество подопечных, в том числе на суммы алиментов, пенсий, пособий и иных предоставляемых на содержание подопечных социальных выплат.

Согласно пункту 1 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации опекун или попечитель распоряжается доходами подопечного, в том числе доходами, причитающимися подопечному от управления его имуществом, за исключением доходов, которыми подопечный вправе распоряжаться самостоятельно, исключительно в интересах подопечного и с предварительного разрешения органа опеки и попечительства.

Суммы алиментов, пенсий, пособий, возмещения вреда здоровью и вреда, понесенного в случае смерти кормильца, а также иные выплачиваемые на содержание подопечного средства, за исключением доходов, которыми подопечный вправе распоряжаться самостоятельно, подлежат зачислению на отдельный номинальный счет, открываемый опекуном или попечителем в соответствии с главой 45 данного Кодекса, и расходуются опекуном или попечителем без предварительного разрешения органа опеки и попечительства.

Опекун или попечитель предоставляет отчет о расходовании сумм, зачисляемых на отдельный номинальный счет, в порядке, установленном Федеральным законом от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве».

Согласно пункту 3 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации опекуны и попечители, а также лица, осуществляющие уход и воспитание за несовершеннолетним ребенком (детьми) в приемных семьях, не могут требовать взыскания алиментов от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия. По смыслу приведенных норм и разъяснений в отличие от опекунов (попечителей, приемных родителей), получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. Также между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части содержания и воспитания последнего. Однако у фактического воспитателя отсутствуют соответствующие родительские обязанности в отношении ребенка в силу закона или судебного решения.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» в своих разъяснениях указал, что под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

Суд первой инстанции при разрешении спора не учел, что под полным содержанием воспитанника с учетом изложенных ранее позиций закона следует понимать действия воспитателя, направленные на обеспечение несовершеннолетнего всем необходимым за счет собственных средств при отсутствии материальной поддержки от государственных, муниципальных органов, то есть доходы и имущество фактического воспитателя должны являться единственным источником средств существования будущего военнослужащего. Также имеет значение период, в течение которого данные действия выполнялись, то есть не менее пяти лет до совершеннолетия.

Опекуны, попечители, приемные родители, в отличие от фактических воспитателей (родственников ребенка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребенка на безвозмездной основе за счет собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания, поскольку они выполняют обязанности воспитателя в соответствии с решениями органов опеки за вознаграждение; воспитанники находятся на полном государственном обеспечении, ежемесячно за время пребывания в семье опекуна или попечителя из бюджета выделяются денежные средств на их питание, одежду, обувь и мягкий инвентарь, проживание, а также бесплатно оказывается медицинская помощь.

Соответственно в случае смерти воспитанника-военнослужащего у опекунов, попечителей и приемных родителей отсутствуют материальные потери в виде будущей возможности получать от него содержание.

Как следует из материалов дела правовые отношения по устройству, воспитанию и содержанию ФИО1 носили официально оформленный характер и основывались на актах органов опеки и попечительства.

ФИО8 являлась супругой опекуна (попечителя) ФИО4, состояла с ним в зарегистрированном браке с 1972 г., проживала совместно с ним и вела общее хозяйство. Таким образом, воспитание и содержание ФИО1 осуществлялось в рамках установленных законом форм устройства детей, оставшихся без попечения родителей, что предполагает государственную поддержку, выплату ежемесячных пособий на содержание подопечного за счет бюджетных средств, а также предоставление вознаграждения лицам, осуществляющим воспитание по договору.

В периоды осуществления опеки и попечительства содержание ребенка производилось не за счет личных средств ФИО8, а за счет ежемесячных пособий и вознаграждения, выделяемых из бюджета на основании постановления главы администрации муниципального района от дата №... и договора о передаче ребенка на воспитание в семью.

ФИО8 не была назначена опекуном или попечителем несовершеннолетнего. Ее участие в воспитании ФИО3 осуществлялось в рамках совместного проживания с опекуном – супругом ФИО4, и ведения с ним общего хозяйства, что само по себе не трансформирует ее правовой статус в статус фактического воспитателя, особенно в условиях, когда воспитание и содержание подопечного носили возмездный характер.

Кроме того, суд первой инстанции не учел, что супруг ФИО8, с которым она проживала одной семьей, являлся опекуном ФИО1 в период с дата по дата (с 7 до 11 лет ФИО1), и с дата по дата (с 17 до 18 лет).

При этом из представленных в дело документов следует, что супруг ФИО8 был освобожден от исполнения обязанностей по опеке несовершеннолетнего ФИО1 на основании заявления ФИО18 в связи с отсутствием взаимопонимания с подопечным и исходя из интересов несовершеннолетнего (л.д. 33), и в возрасте 11 лет его определили в детский дом.

После чего он в период с 2008 г. по 2013 г. (с 11 до 17 лет) находился на полном государственном обеспечении в детском доме МКОУ «Вилюйский детский дом им.ФИО19» (л.д. 34), чему суд первой инстанции оценки в оспариваемом судебном акте не дал.

В характеристике данного учреждения указано, что имелись сложности обучения ФИО1, так как сказывалась запущенность в начальных классах (то есть в период опеки над ним супругом заявителя (л.д. 29).

Таким образом, совокупность представленных доказательств свидетельствует о том, что большую часть своей сознательной жизни до достижения возраста совершеннолетия ФИО1 находился в детском доме на полном государственном обеспечении, опека в последний год до совершеннолетия ФИО1 осуществлялась на возмездной основе супругом заявителя.

Обстоятельства общения и проживания с ФИО1 после достижения им возраста 18 лет правового значения для разрешения настоящего дела не имеет.

При таких обстоятельствах, совокупность установленных фактов и представленных в дело доказательств не подтверждает доводы заявления о том, что ФИО8 фактически воспитывала ФИО1, способствовала становлению его личности как будущего защитника Отечества, воспитывала и содержала его за счет собственных средств, тогда как, напротив, материалами дела подтверждается, что большую часть своего взросления ФИО1 находился в детском доме на полном государственном обеспечении, а потому у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований прокурора в интересах ФИО8 о признании ее фактическим воспитателем погибшего военнослужащего.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 21 января 2026 г. отменить, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении требований прокурора Альшеевского района Республики Башкортостан о признании ФИО8, дата года рождения, фактическим воспитателем ФИО1, дата рождения, погибшего дата, и имеющей право на получение гарантий и компенсаций, как член семьи погибшего военнослужащего.

Кассационная жалоба может быть подана в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий Э.Я. Абдрахманова

Судьи У.В. Зинова

ФИО5

Мотивированное апелляционное определение изготовлено дата



Суд:

Верховный Суд Республики Башкортостан (Республика Башкортостан) (подробнее)

Судьи дела:

Зинова Ульяна Викторовна (судья) (подробнее)