Приговор № 1-40/2020 от 1 сентября 2020 г. по делу № 1-40/2020

Дело № 1-40/2020


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

с. Подгорное 02 сентября 2020 года

Чаинский районный суд Томской области в составе председательствующего судьи Николаенко Н.Г., при секретаре Пахомовой Г.С., с участием государственных обвинителей - зам. прокурора Чаинского района Томской области Морозова А.В., ст. помощника прокурора Чаинского района Томской области Латыгольца Е.С., потерпевшей ФИО3, подсудимого ФИО4, защитника - адвоката Чарного С.М., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО4, родившегося (дата) в <адрес>, гражданина РФ, холостого, образование среднее, не военнообязанного, пенсионера, проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого, задержанного в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ (дата), (дата) избрана мера пресечения – заключение под стражу,

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

В период с 19 часов 50 минут до 22 часов 00 минут (дата), ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения в <адрес>, в ответ на неоднократно повторенные ФИО5 оскорбления в адрес его покойной сожительницы ФИО1, выраженные в грубой нецензурной форме, порочащие память покойной, действуя умышленно, с целью убийства, использовав топор в качестве оружия, нанес им ФИО5 три удара в область шеи, причинив телесные повреждения в виде рубленой раны на правой передне-боковой поверхности шеи в верхней трети на расстоянии 154 см. от подошвенной поверхности правой стопы с многочисленными кровоизлияниями в мягкие ткани, повреждениями нервных волокон, рубленой раны на правой передне-боковой поверхности шеи в средней трети на расстоянии 153 см. от подошвенной поверхности правой стопы с многочисленными кровоизлияниями в мягкие ткани, повреждениями нервных волокон, рубленой раны на правой передне-боковой поверхности шеи в средней трети на расстоянии 152 см. от подошвенной поверхности правой стопы с многочисленными кровоизлияниями в мягкие ткани, повреждениями нервных волокон, повреждающей правую общую сонную артерию, правую внутреннюю яремную вену, которые взаимно отягощают друг друга и в совокупности относятся к категории тяжкого вреда здоровью как непосредственно создающие угрозу для жизни, осложнившиеся развитием острой кровопотери, и повлекшие смерть ФИО5 на месте происшествия.

Своими действиями ФИО4 совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, квалифицируемое как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В судебном заседании ФИО4 вину в предъявленном обвинении признал, показания давать отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, подтвердив при этом правдивость своих показаний, данных в ходе предварительного следствия.

В ходе предварительного следствия, будучи допрошенным в качестве подозреваемого (т. 1, л.д. 125-132), обвиняемого (т.1, л.д. 137-139, 153-157), в ходе проверки показаний на месте совершения преступления (т. 1, л.д. 141-148) ФИО4 показывал, что вечером (дата) распивал в зальной комнате своего дома спиртное с ФИО2 и ФИО5. В ходе распития ФИО5 стал в грубой оскорбительной форме отзываться о его покойной сожительнице ФИО1. На просьбы прекратить оскорблять память покойной не реагировал, тогда он предупредил, что отрубит ему голову, но потерпевший и после этого не унимался. Тогда он сходил на кухню за топором, вернулся в зальную комнату, и нанес им три удара в область шеи лежащего на полу ФИО5 У потерпевшего обильно пошла кровь и он понял, что ФИО6 умирает.

Кроме собственных признательных показаний, вина подсудимого подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевшая ФИО3, сообщила, что о смерти отца узнала от сотрудников полиции. На похоронах, очевидец преступления ФИО2 рассказал ей, что когда они вместе выпивали в доме подсудимого, отец стал оскорблять покойную супругу ФИО4. Тот предупредил отца, что отрубит ему голову, если он не прекратит оскорбления, но покойный не унимался. Тогда ФИО4 сходил за топором и реализовал свою угрозу. Пояснила, что отец с подсудимым были давно знакомы, поддерживали дружеские отношения и вместе злоупотребляли спиртным.

ФИО9 рассказала, что об убийстве узнала из звонка сотрудников полиции. Приехав на место происшествия к дому отца, видела как его выводили из дома. Отец был в состоянии алкогольного опьянения, координация движений у него была нарушена. Впоследствии ФИО2 рассказывал ей, что все произошло очень быстро, пока он снимал свитер, ФИО5 был уже весь в крови. Он испугался увиденной картины и убежал.

Из оглашенных в судебном заседании показаний ФИО26 следует, что (дата), около 21.50 часов, к ней пришел испуганный ФИО2, находившийся в состоянии алкогольного опьянения. Из его сбивчивого рассказа, она поняла, что он распивал спиртное в доме ФИО4 с хозяином и ФИО5. ФИО6 стал оскорблять покойную сожительницу ФИО4 – ФИО1. ФИО4 предупредил его, что отрубит ему голову, если он не прекратит оскорбления и поскольку тот не остановился, сходил за топором и нанес им удар по шее лежащего на полу ФИО5, убив его. О случившимся она сообщила в полицию, приезда которой ФИО7 остался дожидаться у нее дома (т. 1, л.д. 90-93).

Согласно показаниям ФИО2 (т. 1, л.д. 94-98), с <данные изъяты> он проживал в доме у ФИО4, вечером к ним зашел в гости ФИО5, вместе с которым они выпили спирта. Когда опьянели, ФИО5 вспомнил покойную сожительницу ФИО4 – ФИО1 и стал награждать ее грязными эпитетами. ФИО4 разозлился и злобно сказал ФИО6, что отрубит ему голову, если он не замолчит. ФИО5 не отреагировал на его слова и продолжил в грубой нецензурной форме оскорблять покойную. Тогда ФИО4 разозлился еще больше, психанул, и вышел из зальной комнаты, где они сидели. В этот момент он стал снимать с себя свитер. Когда стянул свитер с головы, увидел, что ФИО4 держа двумя руками топор, наносит им удар по шее лежащему в тот момент на полу ФИО5, не прекращавшему что-то бубнить. После первого удара, ФИО4 стал с коротким замахом наносить последующие. ФИО5 захрипел и у него обильно пошла кровь. Испугавшись, он убежал к своей родственнице ФИО26, которой сообщил об увиденном.

Свидетель ФИО11 положительно охарактеризовала подсудимого и покойного, рассказала, что они поддерживали дружеские отношения. Об убийстве узнала из звонка ФИО26.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО12 положительно охарактеризовала подсудимого и потерпевшего, рассказала об их дружбе, сообщила, что в последний раз видела ФИО5 (дата) около 18.00 часов в хорошем настроении.

(дата), в 21.55 часов, в дежурную часть ОМВД России по <адрес> позвонила ФИО26, проживающая по адресу: <адрес>, и сообщила, что (дата), в вечернее время, от пришедшего к ней домой ФИО2 она узнала, что в доме по адресу: <адрес> ФИО4 в ходе распития спиртных напитков нанес удар топором по шее ФИО5, в результате последний умер (т. 1, л.д. 54)

При проведении осмотра дома, расположенного по адресу: <адрес>, был обнаружен труп ФИО5, зафиксированы имеющиеся на трупе телесные повреждения. Обнаружены и изъяты: топор с деревянной рукоятью, сотовый телефон «Itel it2160» IMEI 1: №, IMEI 2: № с сим-картой оператора «Tele2» и аккумуляторной батареей, принадлежащий ФИО4, сланцы (пара сандалет), осмотренные и приобщенные к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. 1, л.д. 8-49, т. 2, л.д. 68-69).

(дата) у ФИО4., получен образец слюны, изъяты носки, брюки спортивные, футболка, приобщенные к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т.1, л.д. 167-171, 177-179, т. 2, 68-69).

У судебно-медицинского эксперта ФИО14 был изъят на марле образец крови ФИО5, приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства (т.1, л.д. 198-203, т. 2, л.д. 68-69).

В соответствии с выводами судебно-медицинской экспертизы (т. 1, л.д. 211-224), смерть ФИО5 наступила от рубленых ран правой передне-боковой поверхности шеи (3) с повреждением правой общей сонной артерии, правой внутренней яремной вены, нервных волокон шеи, осложнившихся развитием острой кровопотери, в пределах не менее 12 и не более 24 часов до момента экспертизы трупа - (дата), в 10 часов 00 минут.

На теле ФИО5 обнаружено 4 телесных повреждения (три рубленных раны шеи и одна ссадина левой кисти), которые образовались как минимум от четырехкратного воздействия.

Три рубленые раны на правой передне-боковой поверхности шеи: рана № 1 в верхней трети шеи, на расстоянии 154 см. от подошвенной поверхности правой стопы в верхней трети, рана № 2 в средней трети шеи, на расстоянии 153 см. от подошвенной поверхности правой стопы (рана № 2 сливается с раной № 3); рана № 3 в средней трети шеи, на расстоянии 152 см. от подошвенной поверхности правой стопы в проекции которой обнаружены полностью пересеченная правая общая сонная артерия, частично (по передней поверхности) пересеченная внутренняя яремная вена. Данные рубленые раны шеи образовались по одному механизму, в результате неоднократного (минимум 3-х кратного) действия орудия (предмета), имевшего в зоне контакта близкое к прямолинейному, обладающую рубящим действием кромку, чем в том числе могло быть лезвие топора. Могли образоваться практически одномоментно за 10-30 минут до момента наступления смерти, оцениваются в совокупности, так как сопровождались выраженным наружным кровотечением, чем взаимно отягощали друг друга, относятся к категории тяжкого вреда здоровью как непосредственно создающие угрозу для жизни, вызвавшие развитие острой кровопотери, которая не могла быть компенсирована организмом самостоятельно и закончилась наступлением смерти. Рубленные раны шеи имеют прямое отношение к наступившей смерти, привели к развитию острой кровопотери, возникли практически одномоментно или с короткими временными интервалами между собой.

Все телесные повреждения, обнаруженные на теле ФИО5, прижизненного характера.

После образования телесных повреждений №№ 1, 2, 3 ФИО5 мог прожить не менее 10 и не более 30 минут, совершение им каких-либо активных действий в указанный период и собственноручное причинение данных ран маловероятно.

С учетом локализации телесных повреждений №№ 1, 2, 3, потерпевший и нападавший вероятнее находились друг напротив друга, либо близко к таковому взаиморасположению. Направление воздействий, при которых образовались телесные повреждения №№ 1, 2, 3 спереди назад (относительно тела потерпевшего) и перпендикулярно оси тела.

При судебно-химическом исследовании крови трупа ФИО5 обнаружен этиловый спирт в концентрации: в крови 7,036 г/л, что при жизни могло соответствовать сильной степени алкогольного опьянения.

Из заключения экспертной комиссии № 233 от 02.04.2020 (комплексной амбулаторной психолого-психиатрической судебной экспертизы) следует, что ФИО4 хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным расстройством психики не страдал и не страдает, у него имеется эмоционально-неустойчивое расстройство личности в сочетании с синдромом зависимости от алкоголя. Данное заключение подтверждается анамнестическими сведениями, указывающими на прослеживающиеся у подэкспертного со школьного возраста такие черты характера, как эмоциональная неустойчивость, конфликтность, несдержанность, пренебрежение к образованию, общепринятым нормам поведения, склонность к неупорядоченному образу жизни, к систематическому запойному употреблению алкогольных напитков, быстро сформировавшиеся признаки зависимости от алкоголя, неспособность извлекать уроки из ошибок прошлого, сужение круга общения лицами употребляющими алкоголь, ведущими асоциальный образ жизни.

Психиатрическое обследование выявило у ФИО4 эмоциональную неустойчивость, несдержанность, низкий порог разряда агрессии, стремление оправдывать свои промахи и недостатки, морально-этическое огрубление, узость интересов. Выявленные в психике ФИО4 особенности не столь выражены, не сопровождаются утратой критических и прогностических возможностей и не лишают его в настоящее время, не лишали и в период совершения правонарушения способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период совершения правонарушения у ФИО4 отсутствовали какие-либо признаки временного болезненного расстройства психической деятельности, он находился в простом алкогольном опьянении, о чем свидетельствует его правильная ориентировка в окружающей обстановке, его действия носили последовательный, целенаправленный характер, он менял свое поведение в зависимости от обстановки, у него в поведении отсутствовали признаки бреда, галлюцинаций, расстроенного сознания. Он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В ходе следствия ФИО4 мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО4 также может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания, осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий, руководить ими, принимать участие в следственных действиях и судебном заседании. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО4 не нуждается, так как психических расстройств, связанных с возможностью причинения им иного существенного вреда, либо опасностью для себя и окружающих, у него нет. Нарушений памяти по материалам уголовного дела и результатам настоящего обследования у ФИО4 не имеется.

Индивидуально-психологическим особенностям испытуемого свойственны: поверхностность суждений и оценок, эгоцентричность, раздражительность, вспыльчивость, склонность к импульсивным действиям, снижение порога разряда агрессии в состоянии алкогольного опьянения, обидчивость, конфликтность, отсутствие требовательности и взыскательности к себе, снисходительность к собственным поступкам и образу жизни, преобладание утилитарно-гедонистической мотивации, направленной на поиск и употребление спиртных напитков, морально-этическое снижение, сужение и примитивность круга интересов, снижение критики к употреблению алкоголя, при сохранных критических возможностях в целом, склонность вести малоупорядоченный образ жизни, неразборчивость в связях и способах время препровождения, эмоциональное огрубление.

Повышенной склонности к фантазированию в ходе обследования у испытуемого не выявлено. Свойственные испытуемому индивидуально -психологические особенности отразились в юридически значимой ситуации, однако существенного влияния на его сознание и деятельность не оказали. Учитывая уровень психического развития испытуемого и его индивидуально-психологические особенности, он мог правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания в ходе следствия. В юридически значимой ситуации ФИО4 в состоянии аффекта не находился (т. 2, л.д. 7-10).

При проведении генотипической судебной экспертизы установлено, что следы вещества на предметах одежды и обуви ФИО4, изъятых 20.02.2020, образованы кровью ФИО5 Наслоение на клине топора, изъятого в ходе осмотра места происшествия (дата) по адресу: <адрес>, образовано кровью человека (т. 1, л.д. 234-239).

Согласно выводам медико-криминалистической судебной экспертизы (т. 2, л.д. 33-38), повреждения (1.1-1.3) на лоскуте кожи с правой боковой поверхности шеи от трупа ФИО5 является рублеными.

Данные повреждения были образованы в результате неоднократного (минимум 3-х кратного) действия орудия (предмета), имевшего в зоне контакта близкую к прямолинейной, обладающую рубящим действием кромку, чем в том числе могло быть лезвие топора. Длина рубящей кромки в зоне контакта, учитывая следовоспринимающие свойства кожи (растяжимость, сократимость), по повреждениям: 1.1 – до 115 мм., 1.2 – до 108 мм., 1.3 – определить длину не представляется возможным в связи с соединением его просвета с просветом другого повреждения.

В момент образования указанных повреждений длинник воздействующей части (рубящей кромки) травмирующего орудия (предмета) по отношению к поверхности лоскута действовал в косо-горизонтальной, либо близкой к ней плоскости, под некоторым углом к поверхности лоскута.

При сравнении параметров орудия, установленных по рубленым повреждениям с лоскута кожи, с параметрами лезвия представленного на экспертизу топора, установлено, что они сходны по общим признакам – видовой принадлежности орудия - по наличию в зоне действия близкой к прямолинейной, обладающей рубящим свойством кромке (лезвия). Указанное сходство позволяет допустить возможность образования рубленых повреждений с лоскута кожи лезвием представленного на экспертизу топора.

Представленные суду экспертные исследования мотивированы, согласуются с протоколами следственных действий, показаниями подсудимого, свидетелей и сомнений у суда не вызывают.

Анализируя представленные доказательства, суд считает, что действия ФИО4 подлежат квалификации по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Факт нанесения телесных повреждений, приведших к смерти ФИО5, подсудимым признается, подтверждается заключениями судебно-билогической, судебно-медицинской и медико-криминалистических экспертиз. Очевидцем нанесения подсудимым ударов топором по шее ФИО5 является ФИО7. Кровь потерпевшего обнаружена, согласно заключению судебно-генотипической экспертизы, на одежде подсудимого. Причинно-следственная связь между насильственными умышленными действиями подсудимого и смертью ФИО5 на месте происшествия установлена заключением СМЭ. Умысел на причинение смерти подтверждается использованием в качестве орудия преступления топора, количеством нанесенных ударов, и их локализацией в области жизненно-важных органов.

Определяя меру наказания, суд учитывает вид умысла, мотив и цель, способ, обстановку совершения преступления, а также личность виновного, его отношение к содеянному, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, личность потерпевшего, его взаимоотношения с подсудимым, а также поведение, предшествовавшее убийству, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Поскольку ФИО4 не предоставлял следствию информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, в качестве смягчающего наказание обстоятельства следует учитывать признание вины и раскаяние в содеянном (ч. 2 ст. 61 УК РФ), имеющаяся в материалах дела явка с повинной не может быть признана добровольным заявление о преступлении, поскольку сделана ФИО2 после его задержания по подозрению в совершении этого преступления.

Исходя из показаний подсудимого, свидетеля ФИО2, действия ФИО4 стали реакцией на грубые непристойные высказывания ФИО5, выраженные в нецензурной форме, оскорбляющие память покойной сожительницы подсудимого – ФИО1. Учитывая, что употребление матерных слов и выражений, которые по своей сути предназначены для оскорбления адресата или отрицательных оценок людей и явлений, не допускается общественной моралью, суд считает необходимым признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ).

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, суд признает отягчающим вину обстоятельством совершение преступления в состояние алкогольного опьянения (п. 1.1. ст. 63 УК РФ), поскольку совершению преступления предшествовала алкоголизация, которая в соответствии с выводами комплексной амбулаторной психолого-психиатрической экспертизы, полностью согласующимися с данными о личности подсудимого, способствовала возбуждению отрицательно заряженных эмоций и понижению порога разряда агрессии. Сам ФИО4 признает, что мысль отрубить обидчику голову топором является порождением измененного алкоголем сознания и никогда бы не пришла ему на трезвую голову.

Наличие в действиях подсудимого отягчающего наказание обстоятельств делает невозможным изменение ФИО4 категории преступления на менее тяжкую в соответствии с положениями, установленными ч. 6 ст. 15 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 года).

Исключительные обстоятельства, предусмотренные ст. 64 УК РФ, судом не установлены.

При решении вопроса о мере наказания суд, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, представляющее повышенную общественную опасность, направленное против жизни. Личность подсудимого, характеризующегося в целом удовлетворительно, его пенсионный возраст и состояние здоровья, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание. С учетом данных обстоятельств, суд считает, что достижение целей наказания – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений возможно лишь при назначении наказания в виде реального лишения свободы.

Оснований для применения ст.73 УК РФ, суд не усматривает.

Назначение дополнительного наказания в виде ограничения свободы, с учетом смягчающих наказание обстоятельств, возраста подсудимого, суд считает нецелесообразным.

Для отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО4 должен быть направлен в исправительную колонию строгого режима, поскольку им совершено особо тяжкое преступление, (п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ).

При назначении ФИО4 наказания, суд учитывает требования статей 6, 43, 60 УК РФ, в том числе все обстоятельства, влияющие на назначаемое наказание, приведенные в приговоре.

Потерпевшей заявлен иск о взыскании с ФИО4 1000000 рублей в возмещение морального вреда, причиненного смертью отца. Размер исковых требований обосновывает тем, что отец был последним из ее близких родственников, с утратой которого она осиротела и понесла глубокое душевное потрясение.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может наложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с требованиями разумности и справедливости, характером пережитых потерпевшей нравственных страданий, фактическими обстоятельствами дела, индивидуальными особенностями потерпевшей получившей тяжелую моральную травму в связи с убийством последнего близкого родственника, степень вины причинителя вреда, совершившего умышленное преступление относящееся к категории особо тяжких, суд полагает необходимым взыскать в возмещение морального вреда 500.000 рублей.

Учитывая имущественное положение подсудимого, являющегося пенсионером, наличие удовлетворенных судом исковых требований потерпевшей, в соответствии с ч. 6 ст. 132 УПК РФ суд считает возможным освободить подсудимого от уплаты судебных издержек в связи с его имущественной несостоятельностью.

В соответствии с ч. 1 ст. 81 УПК РФ хранящиеся при уголовном деле, приобщенные к материалам дела в качестве вещественных доказательств: топор, пара носков, спортивные брюки, футболка, образец слюны ФИО4, кусок марли с образцом крови ФИО5, хранящиеся в камере хранения Молчановского МСО СУ СК России по Томской области, подлежат уничтожению как орудия преступления и как предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной (п.п. 1, 3).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде восьми лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО4 –содержание под стражей в ФКУ СИЗО-2 г. Колпашево, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения.

Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с (дата) до дня вступления приговора в законную силу ФИО4 зачесть в срок лишения свободы из расчета один день заключения под стражу за один день отбывания наказания.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

топор, пару носков, спортивные брюки, футболку, образец слюны ФИО4, кусок марли с образцом крови ФИО5, хранящиеся в камере хранения Молчановского МСО СУ СК России по Томской области - уничтожить.

Процессуальные издержки за участие адвоката в уголовном судопроизводстве возместить за счет средств федерального бюджета, в связи с имущественной несостоятельностью ФИО4

Взыскать в возмещение морального вреда причиненного преступлением с ФИО4 в пользу ФИО3 <данные изъяты> рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Томский областной суд через районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы и представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и пользоваться услугами адвоката. Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья Н.Г. Николаенко