Приговор № 1-85/2018 от 2 октября 2018 г. по делу № 1-85/2018

Дело № 1-85/2018


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 октября 2018 г. г. Сегежа

Сегежский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Пушаевой Е.П.,

с участием государственных обвинителей Бескембирова Р.А., Дудливой Ю.З.,

защитника адвоката Болгова В.Ф., представившего ордер №000385 от 09.07.2018 г. и удостоверение,

подсудимого ФИО1,

потерпевшей Н.,

при секретаре Медведевой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, <данные о личности изъяты>, ранее судимого приговором мирового судьи <данные изъяты> от хх.хх.хххх по ч. 1 ст. 157 УК РФ к исправительным работам на срок 10 месяцев с удержанием в доход государства 5 % заработка с отбыванием наказания в месте, определенном органами местного самоуправления по согласованию с уголовно–исполнительной инспекцией, в районе места жительства осужденного,

задержанного в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ хх.хх.хххх,

под стражей содержащегося с хх.хх.хххх,

в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

В период с 09 часов 00 минут хх.хх.хххх до 01 часа 30 минут хх.хх.хххх ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения по адресу: <адрес>, имея умысел на причинение смерти С., на почве личных неприязненных отношений к последней, испытывая к ней злость и раздражение из-за того, что она громко храпит во время сна, тем самым мешая ему, умышленно совершил действия, направленные на причинение смерти спящей С., сдавливая ее шею руками до тех пор, пока не наступила ее смерть.

В результате преступных действий ФИО1, направленных на лишение жизни С., последней причинены телесные повреждения в виде:

- тупой травмы шеи с тремя кровоподтеками на шее и подбородке, обширными кровоизлияниями в мышцы шеи по передней и боковым поверхностям и надключичных областей, кровоизлияниями в глубокие мышцы шеи, осложнившейся развитием смертельной механической асфиксии, вызвавшей вред здоровью, квалифицируемый судебно-медицинским экспертом как тяжкий по признаку опасного для жизни человека, вызвавшего расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и заканчивается смертью (угрожающего жизни состояния) и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти;

- кровоизлияния в кожно-мышечные лоскут головы с внутренней стороны в затылочной области и кровоподтек в проекции гребня правой подвздошной кости, кровоподтеки в лобной области справа и в проекции наружного конца правой брови, которые у живых лиц не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья, и судебно-медицинским экспертом квалифицируются как не причинившие вреда здоровью человека.

Смерть С. наступила в период с 09 часов 00 минут хх.хх.хххх до 01 часа 30 минут хх.хх.хххх непосредственно после совершения ФИО1 преступных действий, направленных на лишение ее жизни, от тупой травмы шеи с кровоподтеками и кровоизлияниями в глубокие мышцы шеи, осложнившейся развитием механической асфиксии.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 признал вину в совершении преступления полностью, при этом пояснил, что убивать С. он не хотел, хотел только, чтобы она перестала храпеть. ФИО1 дал пояснения в суде аналогичные показаниям, данным им на предварительном следствии о том, что на протяжении 1,5 лет он проживал вместе с С. по адресу: <адрес>. Они нигде не работали, употребляли спиртные напитки. Проживали на деньги, которые приносила им мать С.. Употребляли спиртное столько, насколько хватало денег, могли напиваться до беспамятства. К ним в квартиру приходили М., Х., Б.. Некоторое время проживал в их квартире В. с девушкой по имени А.. хх.хх.хххх они стали употреблять спиртное в дневное время, употребляли разведенный спирт. Во время распития С. легла спать и стала сильно храпеть. Он продолжил распивать спиртное, хотел посмотреть телевизор, но из-за сильного храпа С. не мог это сделать. С. спала на диване, на левом боку. Он толкнул ее локтем в бок или туловище, после чего она перевернулась и перестала храпеть. Он немного посидел и потом пошел за спиртным. Он отсутствовал в квартире не более 10 минут, при этом, когда уходил, то в квартире оставалась одна С., входную дверь квартиры он закрыл на ключ. Когда он вернулся, то С. спала, храпела. Они были вдвоем, иных лиц в квартире не было. Он неоднократно просил С. не храпеть, но она не смолкала, лежала на животе. Он не выдержал, испытывал раздражение и злость. Встал на колено рядом с С., обхватил руками ее шею и стал сильно трясти, т.е. стал толкать ее голову в подушку, сдавливая шею обеими руками. Голову приподнимал от подушки на достаточную высоту, чтобы тряхнуть ее, и так несколько раз. После чего С. перестала храпеть. Он выпил еще спиртного, хотел разбудить С., но не смог, она не просыпалась, признаков жизни не подавала, после чего он побежал в скорую помощь. (т. 1 л.д.206-210, 215-219, 233-237, 242-247)

Кроме собственного признания вина подсудимого в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном следствии:

Показаниями потерпевшей Н., пояснившей, что С. приходилась ей дочерью, проживала 1,5 года совместно со ФИО1 по адресу: <адрес>, они нигде не работали, злоупотребляли спиртными напитками. Она часто приходила к ним по месту жительства, приносила продукты, давала деньги, беспокоилась, что к ним ходят иные лица распивать спиртные напитки, иногда они жили у них. Дверь в квартиру у них была всегда закрыта, посторонним свободно попасть в квартиру нельзя. Отношения со ФИО1 у дочери были хорошие, иногда они могли поругаться, но дочь никогда не жаловалась на ФИО1. хх.хх.хххх она пришла к ним, ФИО1 открыл дверь, сказал, что дочь спит, она не стала ее будить. Ничего не заподозрила, хх.хх.хххх пришла вновь. ФИО1 дал бумаги со скорой помощи, на одной было написано, что С. надо вывозить в морг. Она зашла в спальню, где на диване лежала С. лицом к стене. Она перевернула дочь и почувствовала неприятный запах изо рта С.. Далее ничего не помнит. Помнит, что приехала машина, и С. увезли. Телесных повреждений на теле дочери она не видела, было немного крови у рта. ФИО1 сказал, что С. спала, сильно храпела. Он выпил, хотел посмотреть телевизор, пытался ее разбудить, что-то с ней сделал, а потом испугался. Точнее, что делал с дочерью, он не говорил. Все соседи на него указывали, говорили, что он убил С., как убил, не говорили. С. действительно могла сильно храпеть во время сна, особенно после выпивки. ФИО1 это не нравилось, Он высказывал недовольство по поводу того, что С. храпит. Подсудимого она не простила, наказание оставила на усмотрение суда.

Показаниями свидетеля Б., подтвердившего свои показания данные на предварительном следствии ( л.д. 174-176, т.1) о том, что знаком со ФИО1 с 6 класса, с С. познакомился 5 лет назад, часто приходил к ним в гости. Они жили вдвоем, иногда в их квартире жила А. с мужчиной. Отношения между ними были нормальные, конфликтов не было. ФИО1 всегда говорил о том, что С. сильно храпит, и ничего ему не помогает от этого. Говорил ФИО1 об этом без агрессии, шутил. Он слышал, что С. храпела. ФИО1 подходил к ней в этот момент, клал ей руку на плечо, шевелил не сильно, она успокаивалась. хх.хх.хххх он уехал из <адрес> и вернулся хх.хх.хххх. А. сказала, что ФИО1 задушил С.. ФИО1 мог выпивать каждый день, мог падать на улице с похмелья, после чего ничего не помнил.

Показаниями свидетеля А., подтвердившей свои показания данные на предварительном следствии ( л.д. 170-173, т.1) о том, что с хх.хх.хххх проживала с В. по месту жительства ФИО1 и С.. Последние любили друг друга, но ссорились когда выпивали. ФИО1 поднимал руку на С. во время конфликтов, один раз это было при ней, во время ссоры на кухне. Тогда она сделала замечание подсудимому. Также подсудимый один раз ударил С. по щеке, на лице остался маленький синяк. ФИО1, мог ударить С. по спине, толкал, т.к. С. иногда назвала ФИО1 по имени бывшего мужа. С. храпела, мешала ФИО1 смотреть телевизор. ФИО1 кричал на нее, ночью толкал, бил, говорил ей перевернуться. Стены тонкие были, слышно все, как она по стене рукой или ногой ударялась, спрашивала его, что он делает, поскольку у нее ноги болели. Он говорил, чтобы она не храпела. По поводу смерти С., ФИО1 ей рассказал, что он и С. выпили, уснули, а потом он не мог разбудить С.. Сказал, что может он С. во сне придушил, признавал свою вину в смерти С.. Пьяным ФИО1 мог быть агрессивным.

Аналогичными показаниями свидетеля В., оглашенными в суде ( л.д. 180-184, т.1), дополнившего, что он неоднократно слышал от ФИО1 претензии к С. из-за ее храпа. Он неоднократно просыпался от того, что ФИО1 громко ругался на С. из-за ее храпа, он слышал звуки, похожие на удары. ФИО1 проявлял к С. резкость, грубо с ней разговаривал. Во время распития спиртных напитков ФИО1 пару раз поднимал руку на С., он за нее заступался. С. была спокойная, неконфликтная, он не давал ФИО1 ее обижать.

Показаниями свидетеля Х., подтвердившего свои показания данные на предварительном следствии ( л.д. 177-179, т.1) о том, что часто приходил в гости к С. и ФИО1, 2 месяца жил у них. Между ФИО1 и С. происходили конфликты из-за храпа, в том числе в его присутствии. ФИО1 ударил С. по телу, он заступился за С..

Показаниями свидетеля М., подтвердившего свои показания данные на предварительном следствии ( л.д. 164-166, 167-169 т.1) о том, что неоднократно приходил в гости к ФИО1 и С., вместе распивали спиртные напитки. В квартиру к последним невозможно было попасть постороннему человеку, прежде чем прийти надо было позвонить. хх.хх.хххх около 20 час. 00 мин. он приходил к ним. Распил с ними одну бутылку водки, после чего пошел домой, находился у них около 1 часа. Во время распития спиртного телесных повреждений у С. он не видел. О смерти С. он узнал от жильцов дома. ФИО1 пояснил ему, что С. умерла во сне. По характеру С. спокойная, агрессии со стороны ФИО1 он не видел.

Показаниями свидетеля П., оглашенными в суде ( л.д. 188-190, т.1) о том, что ФИО1 и С. приходятся ей знакомыми, к которым она ходила в гости, в свою квартиру они впускали только знакомых. Входная дверь в квартире была всегда закрыта. Она узнала о смерти С. в тот день, когда последняя была доставлена в морг. ФИО1 пояснил, что С. храпела во сне и вдруг замолчала, после чего он вызвал скорую. Со слов ФИО1 она поняла, что в тот период времени, никого кроме них самих в квартире не было.

Показаниями свидетеля К. оглашенными в суде ( л.д. 185-187, т.1) о том, что знакома с С. и ФИО1, неоднократно была у них в гостях, посторонним они дверь не открывали. Прежде чем к ним прийти необходимо было позвонить, по особенному постучать. При этом С. и ФИО1 всегда дверь держали закрытой, перепроверяли это. Несколько раз на лице у С. она видела телесные повреждения, но последняя ничего об этом не поясняла.

Показаниями свидетеля И. оглашенными в суде ( л.д. 157-159, т.1) о том, что она работает фельдшером отделения скорой медицинской помощи <данные изъяты>. хх.хх.хххх заступила на работу в 20 час.00 мин.. В ночь с хх.хх.хххх на хх.хх.хххх в отделение пришел незнакомый ей мужчина, который просил оказать помощь его сожительнице. Он пояснил, что не может разбудить женщину, при этом, конкретных обстоятельств не пояснял. На указанный вызов выехала бригада скорой помощи, в которую входила фельдшер Л..

Показаниями свидетеля Л., оглашенными в суде о том, что она работает фельдшером отделения скорой медицинской помощи <данные изъяты>. После полуночи ей поступило сообщение о необходимости оказания медицинской помощи женщине в одной из квартир, расположенных в <адрес>. Она в составе бригады скорой помощи прибыла по указанному адресу, дверь в квартиру открыл неизвестный мужчина. Мужчина сказал, что совместно с сожительницей несколько дней употреблял спиртное, сожительница уснула, и он долго не может ее разбудить. Она пыталась выяснить, с какого времени мужчина не мог разбудить женщину, но он внятного ничего пояснить не мог. На момент прибытия женщина была мертва. Она зафиксировала смерть, при визуальном осмотре, ничего подозрительного не заметила.

Рапортом о получении телефонного сообщения о происшествии, требующем проверки на наличие признаков преступления или административного правонарушения от хх.хх.хххх, согласно которому хх.хх.хххх в <адрес> обнаружен труп С., хх.хх.хххх (т. 1 л.д.14).

Рапортом об обнаружении признаков преступления от хх.хх.хххх, согласно которому хх.хх.хххх в следственный отдел <адрес> поступило сообщение о том, что в морг <данные изъяты> доставлен труп С., хх.хх.хххх г.р. с телесными повреждениями. (т. 1 л.д.9).

Копией карты вызова скорой медицинской помощи от хх.хх.хххх, согласно которой хх.хх.хххх в 01 час 14 минут в отделение скорой медицинской помощи <данные изъяты> поступило сообщение о том, что С. не просыпается. хх.хх.хххх в 01 час 30 минут медицинскими работниками по адресу: <адрес>, зафиксирована смерть С. (т.1 л.д. 47-48).

Протоколом осмотра места происшествия от хх.хх.хххх, согласно которому осмотрена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, зафиксирована обстановка в квартире. В ходе осмотра установлено, что на входной двери в квартиру дверная ручка повреждена, открытие двери со стороны лестничной площадки при положении замка «закрыто» невозможно. (т. 1 л.д. 22-32).

Протоколом дополнительного осмотра места происшествия от хх.хх.хххх, согласно которому хх.хх.хххх ФИО1 в квартире по адресу: <адрес>, продемонстрировал где спала С., а также продемонстрировал как он обхватил руками ее шею и «тряхнул» ее несколько раз лицом в подушку, после чего С. перестала храпеть. (т. 1 л.д. 33-34).

Фототаблицей к протоколу дополнительного осмотра места происшествия от хх.хх.хххх (т. 1 л.д. 35-36).

Заключением эксперта №... от хх.хх.хххх (судебно-медицинская экспертиза трупа), актов судебно-гистологического исследования №..., судебно медицинского (судебно-химического) исследования №..., фото таблицей, согласно которым исследование трупа С. начато в 09 часов 00 минут хх.хх.хххх. Смерть С. наступила от тупой травмы шеи с кровоподтеками и кровоизлияниями в поверхностные и глубокие мышцы шеи, осложнившейся развитием механической асфиксии. Судя по трупным явлениям, зафиксированным на момент начала исследования трупа, можно полагать, что смерть С. наступила в период времени не более 3 суток до осмотра трупа в морге. При исследовании трупа обнаружены следующие телесные повреждения: тупая травма шеи с кровоподтеками на шее (3) и подбородке, обширными кровоизлияниями в мышцы шеи по передней и боковым поверхностям и надключичных областей, кровоизлияния в глубокие мышцы шеи. Кроме того обнаружены: комплекс общеасфиксических признаков: множественные мелкоточечные кровоизлияния под плевру обоих легких (пятна Тардье), мелкоточечные кровоизлияния в конъюнктиву правого глаза и слизистую оболочку лоханок почек, полнокровие ткани легких, наличие очаговой острой альвеолярной эмфиземы легких и мелких редких, ярко окрашенных геморрагий, не имеющих признаков перифокальной воспалительной клеточной реакции. Редкие мелкие периваскулярные, ярко окрашенные кровоизлияния в ткани головного мозга. Тупая травма шеи с кровоподтеками на шее (3) и подбородке, обширными кровоизлияниями в мышцы шеи по передней и боковым поверхностям и надключичных областей, кровоизлияния в глубокие мышцы шеи, осложнившаяся развитием смертельной механической асфиксией, вызвала вред здоровью, который квалифицируется как тяжкий по признаку опасного для жизни человека, вызвавшего расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и заканчивается смертью (угрожающего жизни состояния) и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти С. Тупая травма шеи образовалась в результате сдавления шеи тупым предметом с ограниченной поверхностью, в направлении спереди назад по отношению к телу потерпевшей, причинена прижизненно, непосредственно перед наступлением смерти. Каких-либо следообразующих особенностей травмирующего предмета на шее не отобразились. После причинения данной травмы С. совершать какие-либо самостоятельные активные действия не могла. Также при исследовании трупа С. обнаружены повреждения:

- кровоизлияния в кожно-мышечные лоскут головы с внутренней стороны в затылочной области и кровоподтек в проекции гребня правой подвздошной кости, кровоподтеки в лобной области справа и в проекции наружного конца правой брови - причинены незадолго до наступления смерти, возможно в агональном периоде, не менее, чем от трех травматических воздействий;

- кровоподтек в правой височной области с кровоизлиянием в правую височную мышцу, кровоподтек на груди справа и кровоизлияние в мягкие ткани спины - причинены в промежуток времени от 1,5 до 3 часов до наступления смерти, не менее чем от трех травматических воздействий;

- кровоподтек в окружности левого глаза с кровоизлиянием в конъюнктиву левого глазного яблока, кровоизлияние в мягкие ткани верхней и нижней губы слева – причинены в промежуток времени от 3 до 24 часов до наступления смерти, не менее чем от двух травматических воздействий;

- данные повреждения образовались от воздействии тупого твердого предмета (предметов). У живых лиц не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и расцениваются как не причинившие вреда здоровью человека. С данными повреждениями С. могла жить и совершать самостоятельные активные действия.

- в крови трупа С. обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,43 г/л. (т. 1 л.д. 86-102)

Заключением эксперта №... от хх.хх.хххх (дополнительная судебно-медицинская экспертиза), согласно которому, образование тупой травмы шеи, обнаруженной при исследовании трупа С., при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1- не исключается. (т. 1 л.д. 107-111).

Заключением эксперта №... от хх.хх.хххх, согласно которому кровь трупа С. относится к группе А с сопутствующим антигеном Н. Кровь подозреваемого ФИО1 относится к группе В? с сопутствующим антигеном Н. В подногтевом содержимом с левой руки подозреваемого ФИО1 обнаружена кровь человека. При установлении групповой принадлежности крови выявлены антигены А и Н. Следовательно, кровь происходит от лиц с группой А? с сопутствующим антигеном Н. Таким образом, происхождение крови от потерпевшей С. не исключается. Происхождение крови от подозреваемого ФИО1 исключается. При цитологическом исследовании препаратов, приготовленных из подногтевого содержимого с левой и правой руки подозреваемого ФИО1, обнаружены клетки поверхностных слоев кожи человека. При установлении групповой принадлежности клеток выявлены антигены А, В и Н, что не исключает присутствие клеток лиц с любой группой по системе АВО. Таким образом, в подногтевом содержимом с левой и правой руки подозреваемого ФИО1 присутствие клеток потерпевшей С., подозреваемого ФИО1 не исключается. (т.1 л.д. 125-128).

Протоколом проверки показаний на месте от хх.хх.хххх, согласно которому обвиняемый ФИО1 продемонстрировал в <адрес> где и в каком положении спала С., а также продемонстрировал каким образом он обхватил шею С. руками и какие действия совершил в последующем, после которых С. перестала храпеть. (т. 1 л.д.220-232).

Таким образом, оценивая вышеуказанные доказательства, проанализировав их в совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении преступления.

Его действия суд квалифицирует по ч.1 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Приведенные доказательства являются относимыми, допустимыми, а все исследованные доказательства в совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела и постановления обвинительного приговора.

Обстоятельства совершения преступления, подтверждаются показаниями потерпевшей, свидетелей обвинения, письменными материалами дела, заключениями экспертиз. Не отрицает своей вины в совершении преступления и сам подсудимый ФИО1, указывая на то, что умысла в совершении убийства С. у него не было, преступление он совершил в состоянии алкогольного опьянения. Оснований не доверять показаниям потерпевшей, свидетелей у суда не имеется, поскольку представленные доказательства согласуются между собой, показания потерпевшей и свидетелей последовательны и логичны. Доказательства, представленные обвинением, получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает.

На предварительном следствии подсудимый дал подробные показания об обстоятельствах совершения преступления, подтвердил их в судебном заседании.

Показания ФИО1 на предварительном следствии, полученные с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, подтвержденные им в суде, не противоречат установленным обстоятельствам дела, подтверждаются показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколом проверки показаний на месте, протоколами осмотра места происшествия, заключениями судебно-медицинских экспертиз, письменными материалами дела, принимаются судом в качестве доказательства и кладутся в основу обвинительного приговора. К показаниям ФИО1 об отсутствии умысла на убийство С., суд относится критически и расценивает их как способ защиты.

Как видно из заключения судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 совершая преступление, мог отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими. В момент совершения преступления не находился в состоянии сильного душевного волнения, физиологического аффекта или в ином особом эмоциональном состоянии, которое могло оказать существенное влияние на его сознание и поведение. Преступление совершил во вменяемом состоянии.

Об умысле ФИО1 на лишение жизни С. свидетельствует характер действий подсудимого, направленных на удушение С., сдавливал ее шею руками до тех пор, пока не наступила смерть С..

Судом установлено, что имевшиеся у С. телесные повреждения, повлекшие смерть, образовались в результате умышленных действий подсудимого ФИО1.

ФИО1 не находился в момент причинения телесных повреждений С. в состоянии необходимой обороны, либо превышении пределов необходимой обороны, поскольку С. активных действий по отношению к подсудимому не совершала, она спала.

Признаков состояния аффекта в действиях ФИО1 судом не установлено. Оснований для переквалификации его действий на ч.1 ст. 107 УК РФ суд не усматривает.

Иные лица к причинению С. телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшей, отношения не имеют, что судом также проверялось.

Мотивом совершенного преступления явились злоба и раздражение из-за того, что потерпевшая громко храпела во сне, возникшие на почве личных неприязненных отношений.

При решении вопроса о назначении наказания суд, в соответствии с ч.3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, данные личности виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом принимается во внимание, что подсудимый совершил умышленное особо тяжкое преступление.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств, суд учитывает: в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, с ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого, <данные о личности изъяты>.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч.1 ст.63 УК РФ судом не установлено.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и данные, характеризующие личность виновного, совершение ФИО1 преступления в состоянии алкогольного опьянения, что им не оспаривается, суд признает отягчающим наказание обстоятельством ФИО1, в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Подсудимый ФИО1 характеризуется следующим образом: <данные о личности изъяты>

<данные о личности изъяты>

<данные о личности изъяты>

Принимая во внимание данные о личности подсудимого, условия и образ его жизни, обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание, связанное с реальным лишением свободы, поскольку его исправление не возможно без изоляции от общества. Суд не находит исключительных обстоятельств, которые существенно уменьшили бы степень общественной опасности преступления, совершенного ФИО1. Оснований для применения ст. 64 УК РФ не имеется. Не находит суд оснований и для назначения наказания условно, учитывая тяжесть содеянного, а также личность подсудимого. При назначении наказания суд не применяет правила ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку имеются отягчающие наказание обстоятельств.

Принимая во внимание личность подсудимого, совокупность смягчающих наказание обстоятельств и наличие отягчающего наказание обстоятельства, суд полагает нецелесообразным назначение ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Оснований для изменения категории преступления, совершенного ФИО1 на менее тяжкую не имеется, в связи с тем, что совершенное им преступное деяние представляет повышенную общественную опасность, как направленное против жизни и здоровья человека, повлекло за собой необратимое последствие – смерть потерпевшей.

Принимая во внимание, что по приговору мирового судьи судебного участка <данные изъяты> от хх.хх.хххх назначенное наказание ФИО1 не отбыто, необходимо назначить окончательное наказание по совокупности приговоров в соответствии ст. 70 УК РФ. При назначении наказания суд учитывает положения ч. 4 ст. 70 УК РФ, согласно которым окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и не отбытой части наказания по предыдущему приговору суда.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание ФИО1 следует отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по делу отсутствуют.

Гражданский иск по делу не заявлен.

По делу одновременно с постановлением приговора судебным решением удовлетворено заявление адвоката о выплате денежного вознаграждения, в связи с участием в судебном разбирательстве в качестве защитника подсудимого ФИО1 по назначению. В соответствии со ст. 131-132 УПК РФ денежные суммы, выплаченные адвокату за счет средств федерального бюджета за оказание юридической помощи подсудимому в суде, следует отнести к процессуальным издержкам. Процессуальные издержки, предусмотренные ст. 131 УПК РФ, в соответствии с ч. 2 ст. 132 УПК РФ подлежат взысканию с осужденного ФИО1, оснований для его освобождения от возмещения процессуальных издержек суд не находит, поскольку он является трудоспособным лицом, инвалидности, не имеет, сведений, подтверждающих его имущественную несостоятельность, суду не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307,308-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде 9 (девяти) лет 6 ( шести) месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров частично присоединить не отбытую часть наказания по предыдущему приговору мирового судьи <данные изъяты> от хх.хх.хххх., и окончательно определить ФИО1 наказание в виде 9 (девяти) лет 7 (семи) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить заключение под стражу.

Срок наказания исчислять с хх.хх.хххх. Зачесть в срок отбывания наказания, период содержания под стражей с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх включительно.

Процессуальные издержки, составляющие оплату труда адвоката в суде, отнести на счет осужденного ФИО1

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда республики Карелия через Сегежский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным к лишению свободы - в тот же срок с момента получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, заявив об этом в течение 10 суток со дня вручения им копии приговора, апелляционного представления, апелляционной жалобы.

Судья: подпись Пушаева Е.П.

Копия верна: Судья Пушаева Е.П.