Апелляционное постановление № 22-325/2025 от 8 сентября 2025 г.

судья Полевщиков В.В. дело № 22-325/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Элиста 9 сентября 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего - судьи Фурманова И.В.,

при секретаре - Лагаевой Э.К.,

с участием: прокурора уголовно – судебного отдела прокуратуры РК Семенова А.О.,

осуждённой ФИО1,

её защитника – адвоката Бадмаева И.Э.,

осуждённого ФИО2,

его защитника – адвоката Дорджиева Д.Б.,

осуждённой ФИО3,

её защитника – адвоката Сергеева Б.В.,

осуждённой ФИО4,

её защитника – адвоката Мухлаева А.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, а также защитников – адвокатов Сергеева Б.В. и Мухлаева А.Б. на приговор Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка РФ,с высшим образованием, замужняя, неработающая, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, судимая приговором Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, к обязательным работам сроком 200 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, (приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ), неотбытая часть дополнительного наказания составляет 6 месяцев 20 дней,

осуждена по п. «а» ч.2 ст.127, ч.2 ст.309 УК РФ на основании ч.4 и 5 ст.69 УК РФ, с применением ч.2 ст.53.1 УК РФ к окончательному наказанию в виде принудительных работ на срок 3 года с удержанием 10% из заработной платы осуждённой в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с отсрочкой исполнения наказания в виде принудительных работ до достижения малолетней ФИО11 четырнадцатилетнего возраста, по ч.2 ст.309 УК РФ освобождена от наказания на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовной ответственности; в окончательное наказание ФИО1 зачтено отбытое по приговору Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в срок отбытия наказания ФИО1 зачтено: время задержания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ, время нахождения под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с ч.3.4 ст.72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей, подлежащий последовательному зачету в срок отбытия наказания на основании ч.3 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ;

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, военнообязанный, со средним профессиональным образованием, женатый, неработающий, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден по п. «а» ч.2 ст.127, ч.1 ст.307, ч.2 ст.309 УК РФ к наказанию в виде принудительных работ на срок 3 года с удержанием 10% из заработной платы осуждённого в доход государства, по ч.1 ст.307, ч.2 ст.309 УК РФ освобождён от наказания на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовной ответственности; в срок отбытия наказания ФИО2 зачтено время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании ч.3 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ, время нахождения под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании ч.3.4 ст.72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей, подлежащий последовательному зачету в срок отбытия наказания на основании ч.3 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ, время применения запрета, предусмотренного п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ, со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на основании п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ из расчета два дня применения запрета за один день содержания под стражей, подлежащий последовательному зачету в срок отбытия наказания на основании ч.3 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ;

ФИО3, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка РФ, невоеннообязанная, с высшим образованием, разведенная, являющаяся адвокатом Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, несудимая,

осуждена по ч.2 ст.309 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размерах 150 тыс. руб., с лишением права заниматься адвокатской деятельностью, деятельностью по представлению интересов физических лиц и юридических лиц (кроме законного представительства) в правоохранительных органах и судах на срок 2 года, от назначенного наказания освобождена на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовной ответственности;

ФИО4, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка РФ, невоеннообязанная, с высшим образованием, замужняя, являющаяся адвокатом Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, несудимая,

осуждена по ч.2 ст.309 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размерах 100 тыс. руб., с лишением права заниматься адвокатской деятельностью, деятельностью по представлению интересов физических лиц и юридических лиц (кроме законного представительства) в правоохранительных органах и судах на срок 1 год 6 месяцев, от назначенного наказания освобождена на основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовной ответственности.

Заслушав доклад председательствующего судьи об обстоятельствах дела, доводах апелляционных жалоб, возражений на них, выступления осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, их защитников – адвокатов Бадмаева И.Э., Дорджиева Д.Б., Сергеева Б.В., Мухлаева А.Б., поддержавших доводы жалоб по изложенным в них основаниям, мнение прокурора Семенова А.О. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Согласно приговору ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в незаконном лишении свободы человека, не связанном с его похищением, совершенном группой лиц по предварительному сговору, ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 признаны виновными в принуждении свидетеля к даче ложных показаний, соединенном с угрозой убийством, а ФИО2 также и в даче заведомо ложных показаний свидетеля в ходе досудебного производства, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в совершении инкриминируемых преступлений не признала, при этом показала, что ее знакомый Потерпевший сам, без какого-либо принуждения, решил дать показания о том, что управлял ее автомашиной, она и ФИО2 не лишали Потерпевший свободы, в своем доме не удерживали, убийством ему не угрожали.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в совершении инкриминируемых преступлений не признал, при этом показал, что Потерпевший сам решил взять на себя вину в управлении транспортным средством, он и ФИО1 не лишали Потерпевший свободы, в своем доме не удерживали, убийством ему не угрожали.

В судебном заседании подсудимая ФИО3 вину в совершении инкриминируемого преступления не признала, при этом показала, что не вступала с кем-либо из подсудимых в сговор, не оказывала незаконного воздействия на потерпевшего Потерпевший, не угрожала ему, оперативно-розыскные мероприятия в отношении нее проведены незаконно.

В судебном заседании подсудимая ФИО4 вину в совершении инкриминируемого преступления не признала, при этом показала, что не вступала в преступный сговор ни с кем из подсудимых на принуждение к даче ложных показаний Потерпевший с применением угрозы убийством, незаконных действий в отношении него не совершала, оперативно-розыскные мероприятия проведены незаконно.

Не согласившись с принятым по делу судебным решением, осужденная ФИО3 подала апелляционную жалобу (основную и дополнительную), в которой просит приговор отменить ввиду незаконности, необоснованности и существенного нарушения судом норм материального и процессуального права, вынести по делу оправдательный приговор. В обоснование своих доводов ссылается на то, что уголовное дело было возбуждено в отношении адвокатов ФИО3 и ФИО4 по ч.2 ст.309 УК РФ незаконно, поскольку в материалах уголовного дела отсутствует заявление Потерпевший, в котором он бы указывал о принятии в отношении него противоправных действий ФИО1, ФИО2 и адвокатами ФИО3 и ФИО4. Считает, что разрешение на проведение оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» в отношении неё было выдано неуполномоченным лицом, поскольку разрешение на проведение оперативно-розыскных мероприятий может выдавать лишь установленный круг лиц из уголовной коллегии Верховного Суда Республики Калмыкия, а при их отсутствии только председатель Верховного Суда. Судом не приняты во внимание показания, данные в ходе судебного заседания подсудимыми ФИО1, ФИО1, свидетелем ФИО5, кроме того по-своему интерпретированы показания потерпевшего Потерпевший Считает, что судом необоснованно и немотивированно положены в основу приговора противоречивые показания потерпевшего Потерпевший, в то же время не приняты во внимание доказательства, представленные стороной защиты, в том числе показания подсудимых ФИО1, ФИО2, а также показания свидетелей. Указывает на то, что в показаниях Потерпевший имеются существенные противоречия, которым суд не дал должной оценки. Так, судом достоверно установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ Потерпевший находился под контролем правоохранительных органов, в связи с чем считает, что все его объяснения, показания были даны под воздействием сотрудника УФСБ России по РК ФИО6, при этом на всем протяжении предварительного следствия изменялись им, дополнялись и уточнялись, однако суд положил в основу приговора противоречивые показания Потерпевший, не устранив эти противоречия в ходе судебного следствия, при этом суд не отрицал факта нахождения Потерпевший в указанные периоды времени под контролем правоохранительных органов, о чем сам вынес суждение в приведённом приговоре. Ссылается на то, что её действия по принуждению Потерпевший к даче ложных показаний с применением угроз убийством нельзя квалифицировать по ч.2 ст.309 УРФ, поскольку угроза убийством является обязательным квалифицирующим признаком состава преступления, между тем судом с достоверностью установлено, что угроз убийством адвокаты ФИО3 и ФИО4 не высказывали. Указывает на то, что суд самостоятельно распределил роли между подсудимыми, определил роль каждому подсудимому, отличную от предъявленного обвинения, необоснованно предъявил ей обвинение в части подготовки текста ложных показаний Монгуша, а также действия по контролированию и координированию действий всех соучастников

преступления, в том числе и потерпевшего. Ссылается на то, что состав преступления, предусмотренный ст.309 УК РФ, не предусматривает квалифицирующего признака - совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору. Вывод суда о том, что текст с заведомо ложными показаниями для Потерпевший был подготовлен ею, не был установлен в ходе предварительного, а также судебного следствия, в связи с чем является необоснованным. Указывает на то, что Потерпевший в рамках уголовного дела ФИО1 по ч.1 ст.264.1 УК РФ не был допрошен судом, его показания суд не исследовал и не оглашал, то есть судом не была дана надлежащая его оценка показаниям, в связи с чем ложность показаний Потерпевший не была установлена судом, и он не был привлечен по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний. Считает, что показания Потерпевший не могут свидетельствовать о принадлежности голоса в представленных аудиограммах и фонограммах подсудимым. При назначении лингвистической судебной экспертизы следователем были допущены нарушения, материалы уголовного дела были разделены и направлены в разные экспертные учреждения. Указывает на то, что отсутствие факта ложности показаний Потерпевший подтверждается постановлением начальника отделения СО УМВД России по г. Элисте ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении него на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, из которого следует вывод, что у Потерпевший отсутствует факт ложности показаний по установленным правоохранительным органом обстоятельствам, постановление вступило в законную силу, в связи с чем нельзя говорить о действиях подсудимых по принуждению свидетеля к даче ложных показаний. Оставлены без внимания доводы защиты о провокации со стороны правоохранительных органов. Так, материалами дела установлено, что ОРМ «Наблюдение», ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», ОРМ «Получение компьютерной информации» в отношении адвокатов ФИО3 и ФИО4 были проведены в период времени с ДД.ММ.ГГГГ, что было достоверно также установлено судом. Между тем решения судов о выдаче разрешения на проведение ОРМ в отношении адвокатов ФИО3 и ФИО4 были вынесены намного позже. Об обстоятельствах, не терпящих отлагательств по производству ОРМ не было сообщено суду в установленные законом сроки. В приведённом приговоре суд не дает вообще никакой оценки данным обстоятельствам, о которых сторона защиты заявляла с самого начала предварительного следствия. Согласно постановлению Верховного Суда Республики Калмыкия № от ДД.ММ.ГГГГ о даче разрешения УФСБ России по Республике Калмыкия на проведение ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» в отношении адвоката КРКА ФИО3 судом было выдано разрешение на 180 суток, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, тогда как действия оперативных сотрудников УФСБ России по Республики Калмыкия по проведению ОРМ в отношении адвоката ФИО3 имели место с ДД.ММ.ГГГГ. Данный довод защиты судом оставлен без внимания. Судом нарушены положения ст.267 УПК РФ, поскольку несвоевременно было разъяснено подсудимым право на прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности. Указывает на то, что судом в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ были допущены недопустимые высказывания, свидетельствующие о заинтересованности председательствующего по делу и его необъективности, судом были созданы неравные условия для реализации сторонами своих процессуальных прав и исполнения предусмотренных законом обязанностей. Выводы суда о виновности в совершении преступлений инкриминируемых подсудимым деяний не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела. Не все доказательства судом были проверены и оценены в соответствии с требованиями ст.87 УПК РФ с учетом правил, предусмотренных ст.88 УПК РФ, с точки зрения их достаточности, допустимости и относимости к рассматриваемому событию. Выводы обвинительного приговора судом надлежащим образом не мотивированы. Таким образом, допущенные судом нарушения повлияли на исход уголовного дела. Кроме того, суд, назначив ей дополнительное наказание, не мотивировал и не обосновал невозможность сохранения за ней права заниматься адвокатской деятельностью по представлению интересов в правоохранительных органах и судах, ссылка на ч.3 ст.47 УК РФ в обжалуемом приговоре отсутствует. Указывает на то, что суд назначил ей наказание в виде штрафа в размере 150 000 руб.с лишением права заниматься адвокатской деятельностью, деятельностью по представлению интересов физических и юридических лиц в правоохранительных органах и судах на срок 2 года, как основное единое наказание, что является недопустимым.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитник Сергеев Б.В. в интересах осужденной ФИО3 просит приговор в отношении неё отменить ввиду его незаконности, необоснованности и существенного нарушения норм материального и процессуального права, вынести оправдательный приговор. В обоснование доводов жалобы указывает на недоказанность причастности его подзащитной к осуществлению угроз убийством в отношении потерпевшего, в связи с чем в её действиях отсутствует состав инкриминируемого ей преступления. Считает, что по делу не установлена объективность показаний потерпевшего, что исключает возможность использования их в качестве основы обвинительного приговора. Ссылается на то, что на допросах и очных ставках, где Потерпевший фактически являлся подозреваемым, не было обеспечено участие защитника, в связи с чем все показания Потерпевший, протоколы его допросов и очных ставок являются недопустимыми доказательствами. Оперативные справки-меморандумы считает недопустимыми и недостоверными доказательствами. Обращает внимание на то, что в постановлении о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 не указаны повод и основания для возбуждения уголовного дела.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО2 просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор или направить дело на доследование. Указывает на то, что обвинение не представило доказательств предварительного сговора с ФИО1 еще ДД.ММ.ГГГГ. Судом не дано оценки его доводу о неопределенности предъявленного обвинения. Так, согласно обвинению он обвиняется в том, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ незаконно ограничил в свободе передвижения и понудил потерпевшего Потерпевший, угрожая ему убийством, дать ложные показания, таким образом, по версии обвинения, он в течение двух разных периодов совершил одни и те же действия. Судом не приведено доказательств, свидетельствующих о сговоре и применении им угроз убийством. Также судом не указано, когда именно и какие угрозы он высказывал потерпевшему. Довод суда об ограничении в свободном передвижении Потерпевший путем запирания двери в жилом доме опровергается его же собственными показаниями в судебном заседании, согласно которым Бая и он (ФИО2) спали на первом этаже дома, дверь была закрыта и Потерпевший решил уйти в окно. Доводы о том, что они с ФИО1 ограничивали свободу передвижения потерпевшего и доставляли его против воли в коллегию адвокатов и отдел дознания УМВД России по <адрес> опровергается показаниями дознавателя ФИО8, показавшего суду, что Потерпевший никаких заявлений и жалоб ни ему, ни другим сотрудникам полиции в ходе следственных действий не заявлял. Указывает на необоснованность вывода суда относительно оценки показаний свидетеля ФИО9 Выводы суда об ограничении свободы Потерпевший и удержании его в доме ФИО16 были опровергнуты показаниями свидетеля ФИО5, который показал, что каждое утро приезжал к ФИО16 домой, находился у них, и входная дверь дома всегда была открыта, а также в нем находились двое детей ФИО1, которых он отвозил в школу. О ложности показаний потерпевшего Потерпевший по данному делу свидетельствует и тот факт, что он сообщил суду об отсутствии детей ФИО1 в тот период дома и их нахождении у матери последней. Ссылка суда, как на доказательства, на исследованные в судебном заседании протоколы следственных действий с его участием, проведенных дознавателем ФИО8, необоснованна и незаконна, поскольку указанные показания судом не оценивались в качестве доказательств по приговору, состоявшемуся в отношении ФИО1 по ч.1 ст.264.1 УК РФ, в основу приговора не легли. Доводы о том, что Потерпевший якобы испугался его и ФИО1, являются надуманными и недостоверными. Позиция суда относительно оценки показаний ФИО1 в судебном заседании является односторонней. Суд, ссылаясь на фонограммы проведенных ОРМ, содержащихся на дисках с аудио и видеозаписью в отношении подсудимых, оставил без внимания тот факт, что указанные доказательства были представлены суду в измененном виде. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о признании недопустимыми доказательств по делу и их исключении. Представленные в суде фоноскопические и лингвистические экспертизы не содержат сведений о принадлежности голосов, содержащихся на дисках, установление принадлежности голоса со слов потерпевшего является грубейшим нарушением. Суд необоснованно вышел за пределы предъявленного обвинения и определил иной период совершения преступления, указав, что еще ДД.ММ.ГГГГ имелась договоренность на понуждение к даче ложных показаний между подсудимыми, в то время, как обвинением предъявлен иной период. Суд незаконно ссылается на протокол допроса его в качестве свидетеля, поскольку в настоящем деле он имеет статус обвиняемого, и в момент дачи показаний в качестве свидетеля не обладал правами, предусмотренными ст.47 и 51 УПК РФ. Считает, что было допущено нарушение его конституционных прав на прослушивание телефонных переговоров.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденная ФИО1 просит приговор отменить ввиду его незаконности и несправедливости, вынести оправдательный приговор или вернуть уголовное дело на доследование. Указывает на ложность выводов суда о наличии между подсудимыми предварительного сговора на принуждение Потерпевший к даче ложных показаний, а также о том, что они с супругом насильно удерживали последнего у себя дома. Утверждает, что не знала адвокатов ФИО3 и ФИО4, а также у неё отсутствовала возможность сразу оплатить услуги ФИО3. Выражает несогласие с выводом суда о том, что она оплачивала за Потерпевший услуги адвоката ФИО4 Суд не принял во внимание её показания, данные в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, где она подробно рассказывала обстоятельства дела, равно как и не принял её показания в части оказания давления со стороны сотрудника УФСБ ФИО6 Обращает внимание на то, что вынужденно оговорила адвокатов, поскольку сотрудник УФСБ ФИО6 оказывал на неё давление, при этом последний совместно со следователем ФИО17 обещали взамен дачи ею против адвокатов ФИО3 и ФИО4 показаний прекратить уголовное дело по ст.127 в отношении неё и ФИО2, снять с неё браслет, а её мужа отпустить из-под стражи. Суд не принял во внимание заявление Потерпевший, которое он давал полиции о том, что никто его не удерживал, произошло недоразумение. Судом не приняты во внимание различия в показаниях Потерпевший на стадии предварительного следствия и в суде. Суд не принял показания свидетеля ФИО5, который также подтвердил факт того, что они ездили к Потерпевший после суда ДД.ММ.ГГГГ, чтобы узнать о его состоянии. Он был очевидцем, когда Потерпевший сам предложил взять вину на себя. Считает незаконным вывод суда об отсутствии факта давления со стороны сотрудника УФСБ ФИО6 Указывает на то, что судом незаконно приобщена к материалам уголовного дела копия постановления об отказе в возбуждении дела, против чего все стороны возражали, потому что эта была ксерокопия. Судья при рассмотрении дела неоднократно высказывал свое мнение по делу, говорил о доказанности вины, а также на всем протяжении судебного разбирательства был на стороне государственного обвинителя, что является недопустимым. Судом необоснованно не приняты во внимание показания свидетелей ФИО12, подтвердившего факт того, что видел сотрудника ФИО3 на 9 мкр., где находился под домашним арестом ФИО2, а также свидетеля ФИО13, который показал, что видел видеокамеру, установленную сотрудником УФСБ ФИО3. Указывает на нарушение судом сроков выдачи копий приговора и протокола судебного заседания.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденная ФИО4 просит приговор в отношении неё отменить ввиду его незаконности, необоснованности и существенного нарушения норм материального и процессуального права, вынести оправдательный приговор. Указывает на нарушение судом положений ст.259, 312 УПК РФ, ввиду несвоевременного вручения копий приговора и протокола судебного заседания, а также ознакомления с материалами дела. Ссылается на то, что в описательной части постановления о привлечении её в качестве обвиняемой от ДД.ММ.ГГГГ перечислены действия иного лица, а именно сделан вывод о том, что своими умышленными и противоправными действиями ФИО3 совершила преступление, предусмотренное ч.2 ст.309 УК РФ – принуждение свидетеля к даче ложных показаний, соединенное с угрозой убийством. Однако на основании описанных действий иного лица в резолютивной части указанного постановления следователь постановил привлечь в качестве обвиняемой ФИО4 и предъявить ей обвинение в совершении указанного преступления, в связи с чем считает, что нарушены её права на защиту (ст.16 УПК РФ), а также предусмотренные ч.4 ст.47 УПК РФ. Отмечает, что в описательной части постановления следователь не может самостоятельно вносить уточнения анкетных данных после того, как постановление уже вынесено, подписано и вручено. Считает, что квалификация её действий, исходя из предъявленного обвинения, произведена с нарушением действующего законодательства, поскольку конкретные её действия не установлены следствием и не были изложены в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой. Указывает, что в обоснование обвинения по ч.2 ст.309 УК РФ фактически заложен квалифицирующий признак, не предусмотренный вменяемой ей статьёй УК РФ, в связи с чем указание на наличие обстоятельства, отягчающего ей наказание, - совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, подлежит исключению. Считает, что суд, принимая на себя функцию гособвинителя, в приговоре необоснованно расширил и скорректировал обвинение, изложенное в обвинительном заключении. Указывает на необоснованность утверждений суда о том, что в целях создания видимости оказания юридической помощи Потерпевший она оформила соглашение об оказании юридической помощи, при этом вознаграждение по данным соглашениям оплатила ФИО1; о том, что ДД.ММ.ГГГГ около 17 часов по пути из отделения дознания, двигаясь с ней на её автомобиле Потерпевший удалось сбежать, в действительности его никто не удерживал, а он попросил остановиться по ходу движения транспортного средства, что она и сделала. Оставлен без внимания довод стороны защиты о том, что в материалах дела отсутствует заявление Потерпевший в правоохранительные органы по факту его незаконного удержания ФИО1, ФИО1, принуждения его к даче ложных показаний под угрозой убийством и (или) по факту совершения каких-либо иных противоправных действиях в отношении него кем-либо, в том числе адвокатами ФИО3 и ФИО4 Судом необоснованно положены в основу обвинительного приговора противоречивые показания Потерпевший Показаниям подсудимых ФИО1 и ФИО2 в ходе судебного разбирательства судом не дано надлежащей оценки. Отмечает, что постановлением начальника отделения СО Управления МВД России по городу Элисте от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершенном преступлении, предусмотренном ч.1 ст.307 УК РФ в отношении Потерпевший, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. Таким образом, факт ложности показаний Потерпевший не был установлен судом. Оставлен без надлежащей оценки довод стороны защиты о том, что постановление о проведении ОРМ «Наблюдение» по якобы планируемой передаче ФИО1 взятки неустановленным сотрудникам полиции (т.1 л.д. 136-137) было вынесено для создания видимости наличия законного основания проведения незаконного ОРМ в отношении адвокатов и на территории адвокатского образования. Возникают неустранимые сомнения в подлинности всех фонограмм, полученных в результате ОРМ, и в отсутствии внесенных в них изменений, как и в принадлежности имеющихся на них голосов кому-либо из подсудимых. Полагает, что разрешение на ОРМ «ПКИ» в отношении неё было получено незаконно, само ОРМ проведено незаконно, и все доказательства, полученные по его результатам, подлежат исключению. Утверждает, что никакого давления или принуждения в отношении Потерпевший она не оказывала, в том числе во время проведения следственных действий. Указанные обстоятельства подтверждены показаниями дознавателя ФИО8 в судебном заседании и на следствии, а также самим Потерпевший Считает, что все доказательства, полученные следствием в результате проведенных УФСБ ОРМ без судебного разрешения и до возбуждения уголовного дела, подлежат исключению из числа доказательств. В справке-меморандуме от ДД.ММ.ГГГГ оперуполномоченным УФСБ России по РК ФИО6 указано: «в результате проведенного ОРМ «Получение компьютерной информации» в отношении ФИО4 получены следующие фонограммы телефонных переговоров». В последующем результаты фактически проведенного ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», как и производные от него документы и предметы (т.3 л.д.72-73, т.3 л.д.74-75, т.3 л.д.76-84, т.9 л.д.79-92, т.9 л.д.93-94), незаконно положены в обоснование обвинения и признаны доказательствами. Однако судебного акта о выдаче разрешения на проведение в отношении неё, как действующего адвоката, ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» в материалах дела не имеется, в связи с чем считает, что были нарушены её конституционные права, ОРМ «ПТП» в отношении неё оперативными сотрудниками проводилось незаконно, доказательства по результатам данного ОРМ получены с нарушением требований УПК и подлежат исключению из числа доказательств. Кроме того, из заключения эксперта № (стр.2,3,7), № (стр.2,3,7) следует, что эксперт провел осмотр представленных материалов: оптического диска рег. №/CD-R с результатами проведенного ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО4, копии справки-меморандум по результатам ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» от ДД.ММ.ГГГГ. Однако в материалах деля такого документа (доказательства) - справки- меморандума по результатам ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» от ДД.ММ.ГГГГ не имеется, следовательно, и диска с результатами такого ОРМ не может быть. Не приняты судом первой инстанции и доводы стороны защиты, изложенные в ходатайствах об исключении фоноскопических экспертиз, в том числе в части наличия неустранимых сомнений в подлинности представленных экспертам записей разговоров, отсутствии монтажа, иных вносимых в них изменений, принадлежности голоса и т.д. Заключения судебных лингвистических экспертиз также являются недопустимыми доказательствами, как производных от фоноскопических экспертиз. Выводы в представленных заключениях об имеющихся действиях в форме «побуждения» ею кого-либо не соответствуют действительности и не могут являться доказательствами по уголовному делу. Кроме того, не принят судом первой инстанции во внимание и не оценен довод стороны защиты о том, что производство лингвистических экспертиз было поручено экспертам двух экспертных учреждений, в связи с чем выводы в представленных заключениях являются недопустимыми доказательствами. Материалы уголовного дела, представленные следователем в распоряжение экспертов, были разделены и представлены не в полном объеме, а разные его части. Указывает на то, что признав совершение ею указанного преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, суд не указал, какие конкретно преступные действия были совершены ею по принуждению Потерпевший к даче ложных показаний, соединенному с угрозой убийством, кроме как его контролирование на допросе. Из приведенных в приговоре доказательств не усматривается, что между ней и другими подсудимыми была достигнута договоренность на совершение данного преступления и между ними были распределены роли, что их действия носили совместный и согласованный характер и были направлены на достижение единого результата. С учетом освобождения от наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности считает необоснованным сохранение адвокатам меры пресечения в виде подписки о невыезде, как и назначение наказания в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью. Указывает на то, что судом были нарушены положения ст.ст.47, 254, 267 УПК РФ в связи с несвоевременным разъяснением подсудимым права на прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков уголовной ответственности.

В апелляционной жалобе защитник Мухлаев А.Б. в интересах осужденной ФИО4 просит приговор в отношении неё отменить ввиду его незаконности, необоснованности и несправедливости, вынести оправдательный приговор. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что обвинение по ч.2 ст.309 УК РФ свормулировано неверно в связи с указанием в нём несуществующего квалифицирующего признака в виде группы лиц по предварительному сговору. Считает, что незаконно вынесенное постановление о привлечении в качестве обвиняемого прямо нарушает права обвиняемой ФИО4 на защиту, поскольку нарушает право последней знать, в чём она фактически обвиняется. Указывает на то, что материалами уголовного дела не установлен факт вступления подсудимых в предварительный сговор, направленный на принуждение Потерпевший к даче заведомо ложных показаний по уголовному делу, с целью создания алиби для ФИО1 В материалах уголовного дела отсутствуют доказательства о вступлении в предварительный сговор подсудимых в период времени не позднее ДД.ММ.ГГГГ, то есть не указаны время и место. Утверждает, что ФИО4 не совершала каких-либо прямых действий по принуждению Потерпевший к даче заранее подготовленных заведомо ложных показаний. Обращает внимание на то, что квалифицирующий признак ч.2 ст.309 УК РФ – соединенное с угрозой убийством не раскрыт в обвинении, то есть не указано, в какой форме до Монгуша была доведена угроза убийством. Статьёй 119 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Таким образом, законодатально закреплено, что у потерпевшего имелось опасение осуществления таковой угрозы. Между тем, отсутствие в обвинении прямых действий подсудимых ФИО2 и ФИО1 при осуществлении угрозы убийством Потерпевший ставит под сомнение наличие таковой опасности.

В письменных возражениях на вышеуказанные апелляционные жалобы осужденных и их защитников государственный обвинитель Семенов А.О. выражает своё несогласие с изложенными в них доводами и просит оставить жалобы без удовлетворения.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на них, судебная коллегия приходит к следующему.

Анализ приведённых в приговоре доказательств свидетельствует о правильном установлении судом фактических обстоятельств дела.

Утверждения стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 состава инкриминируемых им преступлений проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку вывод суда об их виновности основан на имеющихся в материалах дела доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне, полно и объективно.

Вина ФИО1 и ФИО2 в незаконном лишении свободы человека, не связанном с его похищением, совершенном группой лиц по предварительному сговору, ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 - в принуждении свидетеля к даче ложных показаний, соединенном с угрозой убийством, а также ФИО2 в даче заведомо ложных показаний свидетеля в ходе досудебного производства, установлена и подтверждается следующими доказательствами.

В частности, показаниями потерпевшего Потерпевший в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т.4 л.д.3-9, 10-12, 17-25), согласно которым он показал, что в начале декабря 2022 года он был в доме у знакомой ФИО1 (ранее была замужем за его другом ФИО14) по адресу <адрес>, где также находился сожитель ФИО1 ФИО2 Вместе они распивали спиртное, после чего он уснул на 2-м этаже дома. Ночью он покинул дом ФИО1 и ушел домой. Примерно через 2 дня к нему домой приехали ФИО2 и ФИО1, которая рассказала, что после его ухода из дома она проснулась и поехала искать его, в процессе чего была остановлена сотрудниками ДПС при управлении транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1 обвинила его в сложившейся ситуации, предложила ему дать показания о том, что он находился за рулем автомобиля ФИО1, однако он отказался. Через несколько дней он поехал на заработки в <адрес>, вернулся домой в конце февраля – начале марта 2023 года. ФИО1 и ФИО2 пригласили его в свой дом осмотреть строительные материалы, обещая заплатить деньги. После этого по предложению ФИО1 он стал распивать водку, в ходе чего ФИО1 и ФИО2 вновь стали уговаривать его дать ложные показания, заверяли, что ему грозит лишь штраф, который оплатит ФИО1. Он отказался от их предложения, не желая давать ложные показания. От выпитого спиртного он уснул в доме ФИО1. Проснувшись утром, он хотел уйти к себе домой, но не смог, поскольку входная дверь была заперта на ключ, который отсутствовал в замочной скважине. В это время ФИО1 и ФИО2 стали требовать, чтобы он (Потерпевший) дал ложные показания. ФИО1 и ФИО2 стали угрожать, что вывезут его в степь, убьют и закопают, если он не согласится с их требованиями. Из-за высказанных угроз он согласился с требованиями ФИО1 и ФИО2. После этого около 10 часов он, ФИО1 и ФИО2 на такси приехали в адвокатскую контору на <адрес>, где встретились с адвокатом ФИО3 Она дала ему лист бумаги с напечатанным текстом показаний, которые он должен давать дознавателю. Позже она привела адвоката ФИО4, сообщив, что последняя будет присутствовать при его допросе дознавателем. По приезду в отдел полиции на <адрес> к дознавателю зашли ФИО1 и адвокат ФИО3, после них к дознавателю зашли он и адвокат ФИО4. Когда дознаватель стал задавать ему вопросы, он стал нервничать, не дал показания и вышел из кабинета. Затем адвокат ФИО4 и на своем автомобиле отвезла его, ФИО1 и ФИО2 к дому ФИО1, по пути вернув ему телефон. Он попросил отвезти его домой, но адвокат ФИО4, ФИО1 и ФИО2 стали требовать, чтобы он вышел из машины. Затем адвокат ФИО4 стала выталкивать его из машины. В этот момент ФИО1 и ФИО2 вдвоем вытащили его из машины, скрутили его руки за спину и затащили его в свой дом. При этом ФИО1 и ФИО2 снова стали угрожать убийством, что вывезут его в степь, изобьют и закопают, если он не даст показания, необходимые ФИО1. На следующий день около 10 часов он, ФИО1 и ФИО2 на такси приехали в отдел полиции. ФИО1 потребовала от него дать показания, что он (Потерпевший) был за рулем ее автомобиля. Опасаясь угроз ФИО1 и ФИО2, он дал ложные показания о том, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ находился за рулем автомобиля ФИО1, а когда их остановили сотрудника ДПС, он убежал. Он рассказал адвокату ФИО4, что ФИО1 и ФИО2 удерживали его против воли в своем доме. На следующий день его вызвали в отдел полиции по факту его исчезновения. На входе его встретил сотрудник УФСБ ФИО6, стал выяснять обстоятельства его исчезновения. Он рассказал о произошедших с ним событиях. Далее они уехали в УФСБ России по <адрес>, где его опросили, после чего он дал согласие участвовать в оперативных мероприятиях. Позже ФИО1 и ФИО2 на такси отвезли его в адвокатскую контору, откуда на автомобиле адвоката ФИО4 они уехали к дознавателю в отдел полиции на <адрес>. Во дворе отдела полиции на его вопросы по поводу ложных показаний адвокат ФИО4 сказала, чтобы он не боялся, объяснила, что если он не признается в даче ложных показаний, они «будут считаться правдивыми», за это ему «ничего не будет», но если он сознается в даче ложных показаний, ему грозит штраф или обязательные работы. Далее он и адвокат ФИО4 зашли в кабинет к дознавателю, где в ходе очных ставок с сотрудниками ГАИ, действуя в рамках оперативно-розыскных мероприятий, он подтвердил ложные показания о том, что он находился за рулем автомобиля ФИО1. После этого он и адвокат ФИО4 вышли на улицу, где их ожидали ФИО1 и ФИО2, которым они сообщили, что все прошло хорошо. После этого адвокат ФИО4 отвезла его домой, по пути просила его придерживаться ранее данных показаний, не подставлять ее, чтобы у нее в дальнейшем не возникли проблемы.

Протоколом проверки показаний на месте потерпевшего Потерпевший от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к нему, согласно которому потерпевший Потерпевший указал на здание Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов по адресу: <адрес>, куда его привезли ФИО1 и ее сожитель ФИО2 (ФИО2) до первого допроса у дознавателя, где он встретился с адвокатом по имени ФИО3 (ФИО3) (т.4 л.д.13-16).

Протоколом проверки показаний на месте потерпевшего Потерпевший от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к нему, согласно которому потерпевший Потерпевший в полном объеме подтвердил свои показания, указал в здании Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов по адресу <адрес>, фойе, где он встретился с адвокатами ФИО3 и ФИО4, а также служебный кабинет №, где адвокат ФИО3 распечатала для него лист с показаниями (т.4 л.д.26-37).

Протоколом проверки показаний на месте потерпевшего Потерпевший от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к нему, согласно которому потерпевший Потерпевший в полном объеме подтвердил свои показания, указал на домовладение ФИО1 по адресу <адрес>, микрорайон Молодежный, 16, где его против воли удерживали ФИО1 Б.А. и ее сожитель ФИО1, требовали под угрозой убийством дать ложные показания по уголовному делу ФИО1 о том, что он находился за рулем автомобиля ФИО1; в ходе следственного действия была проверена работоспособность врезного замка на входной двери дома (т.4 л.д.39-50).

В судебном заседании потерпевший Потерпевший подтвердил свои показания, отраженные в протоколах проверки показаний на месте, указал, что самостоятельно указывал, где будут проверяться его показания, следователь записывал показания с его слов.

После прослушивания в судебном заседании аудиозаписей, содержащихся в аудиофайлах «rec1.mp3», «rec2.mp3» (на оптическом диске №/СD-R), «EM_0015.wav», «EM_0016.wav» (на оптическом диске №/CD-R), «EM_0014.wav» (на оптическом диске №/CD-R), потерпевший Потерпевший показал, что на аудиозаписи «rec1.mp3» имеются его голос и голоса подсудимых ФИО3 и ФИО4, на аудиозаписи «rec2.mp3» имеются голоса подсудимых ФИО1, ФИО2 и ФИО4 (запись сделана после очной ставки в отделе полиции), голоса его и подсудимой ФИО4 (запись в сделана в автомобиле ФИО4), на аудиозаписи «EM_0015.wav» имеются голоса его и подсудимой ФИО4 (запись сделана в адвокатской конторе), на аудиозаписи «EM_0016.wav» имеются голоса его и подсудимых ФИО3, ФИО4, ФИО1 и ФИО2 (запись сделана в адвокатской конторе), на аудиозаписи «EM_0014.wav» имеются голоса его, ФИО15, ФИО1 и ФИО2 (запись сделана рядом с домом ФИО1); данные аудиозаписи были сделаны на записывающее устройство, которое ему было выдано в УФСБ России по <адрес>, при этом в момент записи он видел тех, чьи голоса зафиксированы на аудиозаписях.

Протоколом допроса свидетеля Потерпевший от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в период с 12 час. 42 мин. дознаватель ОД УМВД России по <адрес> ФИО9 в кабинете № ОД УМВД России по <адрес> по уголовному делу № допросил в качестве свидетеля Потерпевший; в протоколе допроса зафиксированы показания свидетеля Потерпевший, в том числе о том, что примерно ДД.ММ.ГГГГ он приехал в гости к знакомой ФИО1 по адресу <адрес>, где сделал расчет строительных материалов для ремонта потолка; у него закончились сигареты, примерно в 23 час. он вышел на улицу, сел за руль принадлежащего ФИО1 автомобиля марки «Рено Логан» белого цвета, ФИО1 села на заднее пассажирское сиденье, на переднее пассажирское сиденье сел мужчина имени ФИО2; они выехали на автомобиле от дома ФИО1 на остановку «Конечная» в <адрес>, где он купил сигареты, после чего снова сел за руль указанного автомобиля и они поехали обратно; проезжая автомобильное кольцо <адрес>, их стал преследовать патрульный автомобиль с включенными проблесковыми маячками, сотрудники полиции требовали остановиться, он боялся, поэтому не останавливался; он приехал к дому ФИО1, где остановился, сзади остановился патрульный автомобиль; он перелез на заднее пассажирское сиденье, открыл заднюю левую дверь и убежал; протокол допроса от ДД.ММ.ГГГГ не подписан свидетелем Потерпевший в соответствующих графах, в протоколе имеется рукописная запись, выполненная дознавателем, о том, что допрос прерван, поскольку свидетель Потерпевший покинул кабинет и ушел из здания УМВД России по <адрес> (т.2 л.д.99-102).

Копией заявления Потерпевший и адвоката ФИО4 на имя начальника УМВД России по <адрес>, согласно которому Потерпевший отказывается от видеосъемки при проведении допроса в качестве свидетеля по уголовному делу №, желает давать показания без видеосъемки; заявление подписано от имени Потерпевший и адвоката ФИО4 (т.2 л.д.103).

Копией протокола допроса свидетеля Потерпевший от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в период с 14 час. 35 мин. до 16 час. 46 мин. дознаватель ОД УМВД России по <адрес> ФИО9 в кабинете № ОД УМВД России по <адрес> по уголовному делу № допросил в качестве свидетеля Потерпевший; в протоколезафиксированы показания свидетеля Потерпевший, в том числе о том, что ДД.ММ.ГГГГ около 22-23 часов ФИО1 находилась в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем он сел за руль управления автомобиля «Рено Логан» белого цвета, поехал к магазину у автобусной остановки «Конечная» в <адрес>, где ФИО1 купила сигареты и вернулась в автомобиль, после чего он поехал к дому ФИО1 по адресу <адрес>; путь движения от дома ФИО1 до остановки «Конечная» в <адрес> и обратно не помнит; по пути следования к дому ФИО1 его не останавливали сотрудники ДПС, но видел, что за ними движется автомобиль, после остановки он увидел, что это патрульный автомобиль ДПС; в этот момент на переднем пассажирском сиденье сидел ФИО2, у него на коленях сидела ФИО1, которые после остановки сразу вышли из автомобиля; он испугался, перелез на заднее сиденье и вышел из автомобиля через заднюю левую дверь; поскольку у него не было водительского удостоверения, он убежал в сторону балки; при этом его никто не заметил (т.2 л.д.104-108).

Копией протокола очной ставки между свидетелем Потерпевший и подозреваемой ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ он приехал домой к ФИО1 по адресу <адрес>; позже он попросил ФИО1 съездить за сигаретами; ФИО1 была пьяная, поэтому он сел за руль управления автомобиля «Рено Логан» белого цвета, ФИО1 села на заднее пассажирское сиденье, ее парень по имени ФИО2 сел на переднее пассажирское сиденье; они приехали к магазину на остановке «Конечная» в <адрес>, где ФИО1 купила сигареты, после чего они поехали к дому ФИО1; в пути следования ФИО1 пересела на переднее пассажирское сиденье на колени ФИО2; подъехав к дому ФИО1, он увидел, что приехал патрульный автомобиль ДПС; он перелез на заднее пассажирское сиденье автомобиля; ФИО2 и ФИО1 вышли из автомобиля и стали разговаривать с сотрудниками ДПС, в это время он вышел через заднюю пассажирскую дверь со стороны водителя и ушел (т.2 л.д.110-114).

Копией протокола очной ставки между свидетелем Потерпевший и свидетелем ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, протокола очной ставки между свидетелем Потерпевший и свидетелем ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ он приехал домой к ФИО1 по адресу <адрес> позже он попросил ФИО1 съездить за сигаретами; ФИО1 была пьяная, поэтому он сел за руль управления автомобиля «Рено Логан» белого цвета, ФИО1 села на заднее пассажирское сиденье, ее парень по имени ФИО2 сел на переднее пассажирское сиденье; они приехали к магазину на остановке «Конечная» в <адрес>, где ФИО1 купила сигареты, после чего они поехали к дому ФИО1; в пути следования ФИО1 пересела на переднее пассажирское сиденье на колени ФИО2; подъехав к дому ФИО1, он увидел, что приехал патрульный автомобиль ДПС; он перелез на заднее пассажирское сиденье автомобиля; ФИО2 и ФИО1 вышли из автомобиля и стали разговаривать с сотрудниками ДПС, в это время он вышел через заднюю пассажирскую дверь со стороны водителя и ушел (т.2 л.д.115-120, 121-126).

Протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к нему, согласно которому в служебном кабинете СУ СК России по Республике Калмыкия у потерпевшего Потерпевший был изъят лист бумаги формата А4 с напечатанным текстом показаний, упакован в опечатанный бумажный конверт (т.3 л.д.163-165).

Изъятый у потерпевшего Потерпевший лист с печатным текстом осмотрен, признан вещественным доказательством, приобщен к уголовному делу (т.9 л.д.143-147, 148-149).

Из содержания печатного текста, выполненного машинописным способом на листе бумаги формата А4, начинающегося со слов «Я хочу показать, что знаю ФИО1…» и заканчивающегося словами «не садились и не управляли», следует, что в нем от имени автора излагаются события, имевшие место в декабре 2022 года, из-за контузии, полученной в зоне СВО, он не помнит подробности; в его присутствии ФИО1 и ФИО2 не садились за руль и не управляли транспортным средством «Рено Логан»; в нижней части листа после печатного текста имеются записи, выполненные рукописным способом: «в 15-20 – нач. заглядывал с коридора» (т.9 л.д.146).

Копией соглашения об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ № между доверителем Потерпевший и адвокатом ФИО4, согласно которому Потерпевший поручил адвокату ФИО4 защиту прав и законных интересов при допросе в качестве свидетеля в ОД УМВД России по г. Элисте по уголовному делу в отношении ФИО1 за вознаграждение в размере 5 000 рублей; соглашение подписано от имени сторон (т.3 л.д.54).

Копией соглашения об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ № между доверителем Потерпевший и адвокатом ФИО4, согласно которому Потерпевший поручил адвокату ФИО4 защиту прав и законных интересов в качестве свидетеля в ОД УМВД России по г. Элисте на следственном действии от ДД.ММ.ГГГГ и на очной ставке от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу в отношении ФИО1 за вознаграждение в размере 5 000 рублей; соглашение подписано от имени сторон (т.3 л.д.55).

Копией ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому он выдан Калмыцкой республиканской коллегией адвокатов адвокату ФИО4 на осуществление защиты прав и законных интересов свидетеля Потерпевший в ОД УМВД России по г. Элисте на следственном действии по уголовному делу в отношении ФИО1. по соглашению (т.2 л.д.109).

Протоколом предъявления лица для опознания от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к нему, согласно которому Потерпевший среди предъявленных ему трех лиц опознал (по росту, телосложению, чертам лиц, цвету и длине волос) ФИО2, как мужчину по имени ФИО2, который совместно с Баиртой незаконно удерживал его в доме по адресу <адрес>, а также принуждал к даче ложных показаний (т.11 л.д.1-5).

Показаниями свидетеля ФИО15 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т.4 л.д.156-159), согласно которым он показал, что примерно в 00 час.40 мин. ДД.ММ.ГГГГ у <адрес> он и инспектор ФИО16 заметили автомобиль марки «Рено Логан» белого цвета, государственный регистрационный знак №, водитель которого (по манере езды) предположительно находился в состоянии опьянения. Они проследовали за указанным автомобилем на служебном автомобиле, включили проблесковые «маячки», через специальное громкоговорящее устройство подали сигнал об остановке автомобиля. Однако указанный автомобиль стал скрываться, до остановки указанный автомобиль не пропадал из его поля зрения, на служебном автомобиле был включен дальний свет фар. После остановки автомобиля «Рено Логан» с переднего пассажирского места вышел ФИО2, а ФИО1 перелезла с водительского места на пассажирское заднее сиденье и оттуда вышла из автомобиля. У нее имелись признаки алкогольного опьянения – запах алкоголя изо рта, нарушение речи, поведение, не соответствующее обстановке. В связи с этим ФИО1 были разъяснены права, ей предложили пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с помощью прибора на месте, а затем – освидетельствование в медицинском учреждении, что ФИО1 сделать отказалась. Позже по данному факту в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело.

Копией протокола очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ между свидетелями ФИО1 и ФИО15, в ходе которой последний полностью подтвердил ранее данные им показания (т.2 л.д.158-160).

В судебном заседании свидетель ФИО15 подтвердил свои показания, данные им на очной ставке со свидетелем ФИО1

Показаниями свидетеля ФИО16, оглашенными в судебном заседании на основании ч.1 ст.281 УПК РФ (т.4 л.д.149-152), согласно которым примерно в 00 час.40 мин. ДД.ММ.ГГГГ у <адрес> он и инспектор ФИО15 заметили автомобиль марки «Рено Логан» белого цвета, государственный регистрационный знак №, водитель которого (по манере езды) предположительно находился в состоянии опьянения. Они проследовали за указанным автомобилем на служебном автомобиле, включили проблесковые «маячки», через специальное громкоговорящее устройство подали сигнал об остановке автомобиля. Однако указанный автомобиль стал скрываться, до остановки указанный автомобиль не пропадал из его поля зрения, на служебном автомобиле был включен дальний свет фар. После остановки автомобиля «Рено Логан» с переднего пассажирского места вышел ФИО2, а ФИО1 перелезла с водительского места на пассажирское заднее сиденье и оттуда вышла из автомобиля. У нее имелись признаки алкогольного опьянения – запах алкоголя изо рта, нарушение речи, поведение, не соответствующее обстановке. В связи с этим ФИО1 были разъяснены права, ей предложили пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с помощью прибора на месте, а затем – освидетельствование в медицинском учреждении, что ФИО1 сделать отказалась.

Показаниями свидетеля ФИО5 в судебном заседании, согласно которым он на протяжении нескольких лет состоит в дружеских отношениях с ФИО1, ФИО1, неоднократно был у них дома по адресу <адрес><адрес>. В декабре 2022 года он приехал на указанный адрес, где стояли патрульные автомобили ДПС. Инспектор ГИБДД сообщил ему, что ФИО1 будет задержана за управление транспортным средством состоянии опьянения. Позже прибыл инспектор ПДН, чтобы забрать детей ФИО1. Он подписал документ, что будет находиться с детьми, после чего остался с детьми в доме, а ФИО1 увезли сотрудники полиции. На следующий день он и ФИО2 приехали к мировому судье, где забрали ФИО1. Находясь в его машине, ФИО1 позвонила адвокату ФИО3 и рассказала, что ее (ФИО1) хотят посадить за управление автомобилем в состоянии опьянения. Адвокат ФИО3 попросила ФИО1 привезти видео произошедшего ночью. Позже он, ФИО1 и ФИО2 поехали к адвокату ФИО3, где все вместе стали смотреть видеозапись на флешкарте. В ходе этого он предложил сказать, что за рулем автомобиля был он, но ФИО1 ответила, что он не подходит из-за телосложения. После этого ФИО1 спросила у адвоката ФИО3, что будет грозить Потерпевший, если тот скажет, что он был за рулем автомобиля. Адвокат ФИО3 ответила, что в этом случае будет штраф.

Из показаний свидетеля ФИО5, оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ в судебном заседании (т.4 л.д.126-129), следует, что в декабре 2022 года он встретился с ФИО1, которая рассказала, что в отношении нее по факту управления автомобилем в пьяном состоянии возбудили уголовное дело, она наняла адвоката по имени ФИО3 (позже узнал ее фамилию – ФИО3). ФИО1 показала ему флешкарту, на которой есть видеозапись момента ее остановки сотрудниками ГИБДД по адресу: <адрес>. Где ФИО1 взяла эту флешкарту, ему неизвестно. Он отвез ФИО1 по ее просьбе в адвокатскую контору к адвокату ФИО3, которая находилась в небольшой комнате с компьютером. После просмотра видеозаписи в ходе обсуждения ФИО3 сказала, что ФИО1 нужно выходить из ситуации, предложила найти надежного человека, который скажет, что он был за рулем автомобиля ФИО1 и вышел через заднюю дверь, когда подъехали сотрудники ГИБДД, тем самым возьмет вину на себя.

Показаниями свидетеля ФИО15, оглашенными в судебном заседании в порядке п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ (т.4 л.д.140-143), согласно которым в марте 2023 года он находился в гостях у друга Потерпевший по адресу <адрес>. Потерпевший рассказал, что ФИО1 и ее сожитель удерживали его у себя в доме, чтобы тот дал ложные показания о том, что он управлял транспортным средством ФИО1, однако ему удалось убежать от ФИО1. Деталей этих обстоятельств Потерпевший ему не рассказал.

Из протокола проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицы к нему следует, что свидетель ФИО15 указал место жительства ФИО1 по адресу: <адрес>, микрорайон Молодежный, <адрес>, где в марте 2023 года они с ФИО4 искали Потерпевший, который накануне вечером уехал из своего дома после разговора с ФИО1 и ее сожителем ФИО2; в ходе проверки показаний на месте свидетель ФИО15 повторил ранее данные им показания и дополнительно пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ сотрудник УФСБ ФИО6 предложил ему принять участие в оперативно-розыскных мероприятиях, с чем он согласился (т.4 л.д.144-148).

Показаниями свидетеля ФИО17 (т.4 л.д.122-125), оглашенными в судебном заседании на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, согласно которым ее сын Потерпевший состоит в дружеских отношениях с ФИО14, периодически проживал у последнего, помогал строить дом для ФИО14 и ФИО1. После развода с ФИО1 ФИО10 жил у них дома. В марте 2023 года она находилась в <адрес>, сын Потерпевший позвонил ей и сообщил, что ФИО1 обманом привезла его к себе домой, где закрыла и держала 2 дня, после чего Потерпевший сбежал. Со слов Потерпевший, ФИО1 просила его взять на себя ответственность по уголовному делу.

Копией постановления мирового судьи судебного участка № Элистинского судебного района Республики Калмыкия, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № Элистинского судебного района Республики Калмыкия, от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, согласно которому ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.7 КоАП РФ, ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей; ФИО1 признана виновной в том, что ДД.ММ.ГГГГ в 00 час. 50 мин. в районе <адрес>, лишенная права управления транспортными средствами, в качестве водителя управляла транспортным средством марки «Рено Логан», ГРЗ №, чем нарушила п.2.1.1 Правил дорожного движения; на постановлении имеется отметка о вступлении в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.д.45).

Копией ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому он выдан Калмыцкой республиканской коллегией адвокатов адвокату ФИО3 на осуществление защиты прав и законных интересов ФИО1 в Элистинском городском суде Республике Калмыкия по соглашению (т.3 л.д.46).

Из справок-меморандумов по результатам ОРМ «Наблюдение» с использованием технических средств от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ следует, что Потерпевший и ФИО15 прибыли к дому по адресу: <адрес>, где состоялся разговор между Потерпевший, ФИО15 и ФИО1., неизвестным мужчиной, который зафиксирован специальным техническим средством аудиозаписи (видеофайл «PTDC0004.avi», аудиофайл «EM_0014.wav» записаны на оптические диски №/CD-R и №/CD-R), содержание разговоров приведено в стенограммах в двух справках-меморандумах по результатам ОРМ «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ Потерпевший перед участием в очной ставке по просьбе ФИО1 прибыл в Адвокатскую палату Республики Калмыкия по адресу: <адрес>, где с 13 час. 35 мин. состоялся разговор между Потерпевший и ФИО3, ФИО4, с 14 час. 45 мин. состоялся разговор между Потерпевший и ФИО3, ФИО1, неизвестным мужчиной и ФИО4, которые зафиксированы специальным техническим средством аудиозаписи (аудиофайлы «EM_0015.wav», «EM_0016.wav» записаны на оптический диск №/CD-R), содержание разговоров приведено в стенограмме в справке-меморандуме по результатам ОРМ «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ; результаты проведенных ОРМ «Наблюдение» с использованием технических средств с участием Потерпевший и ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе оптические диски №/CD-R, №/CD-R, №/CD-R ДД.ММ.ГГГГ УФСБ России по <адрес> в установленном порядке рассекречены и переданы в СУ СК России по <адрес> для решения вопроса об уголовном преследовании ФИО1, ФИО3, ФИО4 (т. 1 л.д. 129-131, 132-133, 136-137, 138-145, 156-165, 166-168, 169-171).

Протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен оптический диск №/СD-R и прослушаны записанные на него аудиофайлы «EM_0015», «EM_0016», содержание аудиозаписей разговоров между Потерпевший и адвокатом ФИО4, между Потерпевший и адвокатами ФИО3, ФИО4, ФИО1 и неизвестным мужчиной приведено в протоколе осмотра в виде стенограммы (т.9 л.д.11-23).

Протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен оптический диск №/CD-R и прослушан записанный на него аудиофайл «EМ_0014», содержание аудиозаписи разговора Потерпевший и ФИО15 с ФИО1 и неизвестным мужчиной приведено в протоколе осмотра в виде стенограммы (т.9 л.д.46-50).

Протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым осмотрен оптический диск №/CD-R и записанный на него видеофайл «PTDC0004», содержание видеозаписи разговора Потерпевший и ФИО15 с ФИО1 и неизвестным мужчиной приведено в протоколе осмотра в виде стенограммы (т.9 л.д.53-60).

Заключением судебной фоноскопической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено дословное содержание разговоров, зафиксированных в файлах «EM_0015», «EM_0016» на представленном оптическом диске №/СD-R, тексты разговоров (стенограммы) приведены в Приложении № к заключению (т.5 л.д.202-211).

Заключением судебной фоноскопической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено дословное содержание разговора, зафиксированного в файле «PTDC0004» на представленном оптическом диске №/CD-R, текст разговора (стенограмма) приведен в Приложении № к заключению (т.6 л.д.110-115).

Из справки-меморандума по результатам ОРМ «Наблюдение» с использованием технических средств от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в связи с полученной УФСБ России по <адрес> оперативной информацией о том, что ФИО1, являясь подозреваемой по уголовному делу №, расследуемому ОД УМВД России по <адрес> по признакам преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, и адвокаты Адвокатской палаты Республики Калмыкия ФИО3, ФИО4 в целях фальсификации доказательств по уголовному делу путем подкупа и принуждения склонили Потерпевший к даче заведомо ложных показаний об управлении им в ночь на ДД.ММ.ГГГГ транспортным средством ФИО1, на основании постановления УФСБ России по <адрес> о проведении ОРМ «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ, постановления Верховного Суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ о даче разрешения УФСБ России по <адрес> на проведение ОРМ «Наблюдение» ДД.ММ.ГГГГ УФСБ России по <адрес> в отношении адвоката Адвокатской палаты Республики Калмыкия ФИО4 проведено оперативно-розыскное мероприятия «Наблюдение» с использованием специальных технических средств аудиозаписи, к проведению которого был привлечен Потерпевший, добровольно согласившийся участвовать в ОРМ, которому в целях документирования противоправной деятельности ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в 09 час. 35 мин. выдано специальное техническое средство для скрытой аудиозаписи; ДД.ММ.ГГГГ Потерпевший и адвокат ФИО4 прибыли к отделу дознания УМВД России по <адрес> по адресу: <адрес>, где с 17 час. 30 мин. состоялся разговор между Потерпевший и адвокатом ФИО4, с 19 час. 00 мин. состоялся разговор между Потерпевший, адвокатом ФИО4, ФИО1 и неизвестным мужчиной, которые зафиксированы специальным техническим средством видеозаписи (аудиофайлы «rec1.mp3», «rec2.mp3» записаны на оптический диск №/СD-R), содержание разговоров приведено в стенограмме в справке-меморандуме по результатам ОРМ «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ; результаты проведенного ОРМ «Наблюдение» с использованием технических средств с участием Потерпевший от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе оптический диск №/СD-R, УФСБ России по <адрес> рассекречены ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ переданы в СУ СК России по <адрес> (т.2 л.д.2-5, 12-20).

Протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен оптический диск №/СD-R и прослушаны записанные на него аудиофайлы «rec1.mp3», «rec2.mp3», содержание аудиозаписей разговоров между Потерпевший и адвокатом ФИО4, между Потерпевший и адвокатом ФИО4, ФИО1, неизвестным мужчиной приведено в протоколе осмотра в виде стенограммы (т.9 л.д.1-8).

Заключением судебной фоноскопической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено дословное содержание разговоров, зафиксированных в файлах «rec1.mp3», «rec2.mp3» на представленном оптическом диске №/СD-R, тексты разговоров (стенограммы) приведены в Приложении № к заключению (т.6 л.д.51-57).

Из справки-меморандума по результатам ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в отношении адвоката Адвокатской палаты Республики Калмыкия ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 180 суток и в отношении ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 180 суток в ходе проведения ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» получены сведения о причастности ФИО1, ФИО3 и ФИО4 к совершению противоправных действий в целях фальсификации доказательств и воспрепятствования расследованию уголовного дела № (результаты ОРМ записаны на оптический диск №/CD-R), содержание телефонных переговоров между ФИО3 и ФИО1, ФИО1 с Потерпевший и ФИО14 приведено в стенограммах в справке-меморандуме по результатам ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.193-196, 197-205).

Протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен оптический диск №/CD-R и прослушаны записанные на него аудиофайлы «443411BF», «70486D3B», «8АЕ36285», «8AF91A10», содержание аудиозаписей телефонных переговоров между адвокатом ФИО3 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО1 и Потерпевший от ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО1 и ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ приведено в протоколе осмотра в виде стенограммы (т.9 л.д.26-36).

Заключением судебной фоноскопической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено дословное содержание разговоров, зафиксированных в файлах «8AF91A10», «8АЕ36285», «70486D3B», «443411BF» на представленном оптическом диске №/CD-R, тексты разговоров (стенограммы) приведены в Приложении № к заключению (т.6 л.д.19-26).

Из справки-меморандума по результатам ОРМ «получение компьютерной информации» от ДД.ММ.ГГГГ, ответов УФСБ России по <адрес> на запрос прокуратуры Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ и на запрос Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в отношении адвоката Адвокатской палаты Республики Калмыкия ФИО4 в ходе проведения ОРМ «получение компьютерной информации» УФСБ России по <адрес> у оператора сотовой связи ПАО «Мегафон» получены фонограммы телефонных переговоров ФИО4 от 13, 14, 15, 17, 19, ДД.ММ.ГГГГ, содержащие сведения о причастности ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к совершению противоправных действий в целях фальсификации доказательств и воспрепятствования расследованию уголовного дела № (фонограммы телефонных переговоров предоставлены на оптическом диске №/CD-R), содержание телефонных переговоров между ФИО4 и ФИО3, ФИО1, ФИО1 приведено в стенограммах в справке-меморандуме по результатам ОРМ «получение компьютерной информации» от ДД.ММ.ГГГГ; результаты ОРМ «получение компьютерной информации», в том числе оптический диск №/CD-R ДД.ММ.ГГГГ УФСБ России по <адрес> в установленном порядке рассекречены и переданы в СУ СК России по <адрес> для решения вопроса об уголовном преследовании ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 (т.3 л.д.72-84).

Протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен оптический диск №/CD-R и прослушаны записанные на него аудиофайлы «a0c942b2-fda2-42db-baa3-422c3c2ab4f0», «411aa78f-76f0-4518-bf9e-ed50c97d7625», «f4134604-952e-4b2e-a0f6-97912e5949e0», «7e2144bb-715b-4493-87ce-50fd6e8f2817», «f1dd8978-7435-430a-86f9-98b63d913f1f», «f50df72e-627b-4597-90cb-15260de427ec», «fbcc7e7e-1112-4cde-aa6d-6234ac66da9d», «fa87c828-657c-44f3-90d6-112c24114a05», «7657fe81-aa37-4317-9c42-0f359b39e40a», «af6a04a1-7881-439d-b244-cf187812b82e», «b028bf2d-49db-40d4-a06e-640151752377», содержание аудиозаписей телефонных переговоров между адвокатами ФИО4 и ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, между адвокатом ФИО4 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, между адвокатом ФИО4 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ приведено в протоколе осмотра в виде стенограммы (т.9 л.д.79-92).

Заключением судебной фоноскопической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено дословное содержание разговоров, зафиксированных в файлах «a0c942b2-fda2-42db-baa3-422c3c2ab4f0», «411aa78f-76f0-4518-bf9e-ed50c97d7625», «f4134604-952e-4b2e-a0f6-97912e5949e0», «7e2144bb-715b-4493-87ce-50fd6e8f2817», «f1dd8978-7435-430a-86f9-98b63d913f1f», «f50df72e-627b-4597-90cb-15260de427ec» на оптическом диске №/CD-R, тексты разговоров (стенограммы) приведены в Приложении № к заключению (т.6 л.д.197-202).

Заключением судебной фоноскопической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено дословное содержание разговоров, зафиксированных в файлах «fbcc7e7e-1112-4cde-aa6d-6234ac66da9d», «fa87c828-657c-44f3-90d6-112c24114a05», «7657fe81-aa37-4317-9c42-0f359b39e40a», «af6a04a1-7881-439d-b244-cf187812b82e», «b028bf2d-49db-40d4-a06e-640151752377» на оптическом диске №/CD-R, тексты разговоров (стенограммы) приведены в Приложении № к заключению (т.6 л.д.167-172).

В судебном заседании прослушаны аудиозаписи, содержащиеся в файлах «rec1.mp3», «rec2.mp3» (на оптическом диске №/СD-R), «EM_0015.wav», «EM_0016.wav» (на оптическом диске №/СD-R), «443411BF.wav», «70486D3B.wav», «8АЕ36285.wav», «8AF91A10.wav» (на оптическом диске №/CD-R), «E_2135.mp3» (на оптическом диске №/CD-R), «EM_0014.wav» (на оптическом диске №/СD-R), «a0c942b2-fda2-42db-baa3-422c3c2ab4f0», «411aa78f-76f0-4518-bf9e-ed50c97d7625», «f4134604-952e-4b2e-a0f6-97912e5949e0», «7e2144bb-715b-4493-87ce-50fd6e8f2817», «f1dd8978-7435-430a-86f9-98b63d913f1f», «fbcc7e7e-1112-4cde-aa6d-6234ac66da9d», «f50df72e-627b-4597-90cb-15260de427ec», «fa87c828-657c-44f3-90d6-112c24114a05», «7657fe81-aa37-4317-9c42-0f359b39e40a», «af6a04a1-7881-439d-b244-cf187812b82e», «b028bf2d-49db-40d4-a06e-640151752377» (на оптическом диске №/CD-R), просмотрены видеозаписи, содержащиеся в файлах «PTDC0004» (на оптическом диске №/CD-R), «PTDC0201» (на оптическом диске №).

Фактическое содержание разговоров, телефонных переговоров, которые зафиксированы в прослушанных аудиозаписях и осмотренных видеозаписях, соответствуют содержанию стенограмм, приведенных в соответствующих справках-меморандумах по результатам ОРМ, протоколах осмотра и прослушивания фонограмм, приложениях к заключениям экспертов.

На аудиозаписи в файле «a0c942b2-fda2-42db-baa3-422c3c2ab4f0» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 19 час. 46 мин.) зафиксирован телефонный разговор ФИО3 и ФИО4, в ходе которого ФИО3 предложила ФИО4 на следующий день сопроводить свидетеля на допрос по уголовному делу по «УНС» (ст. 264.1 УК РФ) в отношении ее знакомой, которая не признает вину: «свидетеля надо сопроводить… девчонка знакомая… у нее там УНС, там … вину не признаем», также сообщила, что на свидетеля можно переложить вину: «информация такая… сказали, что можно и на него», уточнила, что свидетель будет давать согласованные с ними показания: «надо будет его сопроводить, показания мы скажем, какие давать»; в ходе разговора ФИО4 согласилась с предложением ФИО3, уточнила, не откажется ли свидетель, где будет проводиться допрос, предложила встретиться заранее; ФИО3 сообщила, что со свидетелем «поработают сегодня», «поговорят с ним», чтобы он не отказался, уточнила, что допрос состоится около 10 час. 30 мин. у дознавателя.

На аудиозаписи в файле «411aa78f-76f0-4518-bf9e-ed50c97d7625» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 13 час. 28 мин.) зафиксирован телефонный разговор ФИО4 и ФИО3, ФИО4 сообщила, что у сопровождаемого ею лица «прихватило живот», они вышли на улицу, ФИО3 предупредила, чтобы ФИО4 следила, чтобы сопровождаемое лицо не убежало.

На аудиозаписи в файле «f4134604-952e-4b2e-a0f6-97912e5949e0» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 14 час. 15 мин.) зафиксирован телефонный разговор ФИО4 и ФИО3, ФИО4 сообщила, что допрос не состоялся из-за того, что допрашиваемый кричит «на весь отдел», они вышли из помещения; ФИО3 предложила выйти на улицу, где находится «Бая» (ФИО1), которая успокоит сопровождаемое ФИО4 лицо.

На аудиозаписях в файле «7e2144bb-715b-4493-87ce-50fd6e8f2817» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 16 час. 57 мин.) и в файле «f1dd8978-7435-430a-86f9-98b63d913f1f» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 17 час. 03 мин.) зафиксированы телефонные разговоры ФИО1 и ФИО4, в ходе которых обсуждалось сопровождаемое ФИО4 лицо; ФИО1 уточнила, находится ли сопровождаемый с ФИО4, предложила остановиться на автомойке «Драйв», указала, что они на такси едут следом за ФИО4; в дальнейшем ФИО1 и ФИО4 обсуждали поиски лица, сопровождаемого ФИО4

На аудиозаписях в файле «fbcc7e7e-1112-4cde-aa6d-6234ac66da9d» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 17 час. 17 мин.) и в файле «f50df72e-627b-4597-90cb-15260de427ec» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 18 час. 23 мин.) зафиксированы телефонные разговоры ФИО4 и ФИО2, которые обсуждали поиски сопровождаемого ФИО4 лица; в ходе разговора ФИО4 сообщила, что данное лицо неожиданно для нее вышло из автомобиля по пути следования на <адрес>, до этого она предупредила сопровождаемое лицо, чтобы тот не изменял позицию: «ему сказала, если вы сейчас отскочите, еще хуже сделаете»; ФИО2 в разговоре сообщил, что они давно «ловили», не могли «поймать» это лицо, «только недавно поймали» и «держали его», теперь это лицо «от нас убегает», сказал, что необходимо было в автомобиле «дверь… заблокировать».

На аудиозаписях в файле «af6a04a1-7881-439d-b244-cf187812b82e» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 12 час. 38 мин.) и в файле «b028bf2d-49db-40d4-a06e-640151752377» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 15 час. 51 мин.) зафиксированы телефонные разговоры ФИО3 и ФИО4; ФИО3 сообщила, что Батр (Потерпевший) трезвый, за ним поехала «Бая» (ФИО1), поскольку дознаватель назначил следственное действие на 15 часов, предложила, чтобы Потерпевший привезли к 14 часам, «чтобы он у нас был на виду, никуда не ушел», не смог выпить, пообещала «сопровождать, чтобы все нормально прошло»; ФИО4 сказала, что приедет на работу; в дальнейшем ФИО3 сообщила ФИО4, что объект разговора был найден дома: «он только зашел и они его поймали».

На видеозаписи в файле «PTDC0004.avi» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 14 час. 19 мин.) и на аудиозаписи в файле «EM_0014.wav» зафиксированы обстоятельства разговора Потерпевший и ФИО15 с ФИО1 и ФИО1 во дворе дома ФИО1 по адресу <адрес>; в начале разговора ФИО1 и ФИО2 высказали претензии ФИО15 из-за его обращения в полицию; далее в ходе разговора Потерпевший спросил, где его телефон, попросил вернуть ему телефон, на что ФИО1 ответила, что телефон находится у «адвоката ФИО4» (ФИО4); далее ФИО1 и ФИО2 стали выяснять, какие показания Потерпевший дал сотрудникам полиции, пойдет ли Потерпевший на очную ставку «в субботу»; Потерпевший заверил, что явится на очную ставку, даст показания, как договорились.

На аудиозаписи в файле «EM_0015.wav» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 13 час. 53 мин.) зафиксирован разговор Потерпевший с ФИО3, а затем с ФИО4; в ходе разговора с ФИО3 Потерпевший спрашивает про «ФИО4» (ФИО4), ФИО3 сообщает, что ее в данный момент нет, сообщает номер телефона ФИО4 9275943174; в разговоре с ФИО4 Потерпевший спрашивает, отдала «Байка» (ФИО1) его телефон, ФИО4 ответила, что отдала телефон ей (ФИО1), затем проинструктировала Потерпевший, что нужно говорить в ходе очной ставки с сотрудниками ГАИ, далее Потерпевший сообщил ФИО4, что не желает ехать в машине с ФИО1

На аудиозаписи в файле «EM_0016.wav» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 14 час. 45 мин.) зафиксирован разговор Потерпевший с ФИО3, затем к их разговору присоединяются ФИО1 и ФИО2; в ходе разговора с ФИО3 Потерпевший неоднократно сообщил, что не желает ехать «с ними» (ФИО1 и ФИО1), на что ФИО3 сказала, что Потерпевший поедет со своим адвокатом, заверила, что Потерпевший никто больше «не будет дергать».

На аудиозаписи в файле «rec1.mp3» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 17 час. 30 мин.) зафиксирован разговор Потерпевший с ФИО4, в ходе которого Потерпевший сообщил, что боится, спросил, что ему грозит, ФИО4 разъяснила, что за управление без водительского удостоверения предусмотрена административная ответственность, поскольку у Потерпевший не установлено состояние опьянения, при этом уточнила, что у «Баи» (ФИО1) будет уголовная ответственность, так как та повторно управляла автомобилем в состоянии опьянения.

На аудиозаписи в файле «rec2.mp3» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 19 час. 00 мин.) зафиксирован разговор Потерпевший с ФИО4, а также ФИО1 и ФИО1; в начале разговора ФИО4 и Потерпевший говорят о том, что Потерпевший порвал обувь из-за прыжка, далее на вопросы ФИО1 и ФИО2 о том, как все прошло, Потерпевший и ФИО4 сообщили, что Потерпевший подтвердил показания в присутствии двух сотрудников ГАИ, также ФИО4 сообщила, какие показания дали сотрудники ГАИ; далее ФИО2 и ФИО4 обсудили, что пока что им не нужен Потерпевший, после чего ФИО1 поблагодарила Потерпевший и потребовала не обижаться.

На аудиозаписи в файле «443411BF.wav» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 14 час. 46 мин.) зафиксирован телефонный разговор между ФИО3 и ФИО1, ФИО1, которые обсуждали получение ФИО1 уведомления от дознавателя об отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела и направление в суд уголовного дела в отношении ФИО1

На аудиозаписи в файле «8АЕ36285.wav» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 17 час. 50 мин.) зафиксирован телефонный разговор между Потерпевший и ФИО1, которые обсуждали передачу Потерпевший вознаграждения за дачу им показаний в пользу ФИО1

На аудиозаписи в файле «8AF91A10.wav» (запись от ДД.ММ.ГГГГ с 18 час. 10 мин.) зафиксирован телефонный разговор между ФИО1 и ФИО14, в ходе разговора ФИО1 сообщила, что скоро должен начаться суд по ее делу, в связи с чем «ФИО3» (ФИО3) предложила найти «Потерпевший» (Потерпевший) и договориться обо всем, рассказала о разговоре, состоявшемся между ней и Потерпевший по поводу денег, попросила у ФИО14 1 000 рублей для передачи Потерпевший, также сообщила, что их телефоны прослушиваются.

Протоколом обыска от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому с участием ФИО2 в жилище ФИО1 по адресу <адрес>, был изъят (добровольно выдан ФИО1) мобильный телефон «Redmi» imei: №, №, упакован в опечатанный полимерный пакет (т.3 л.д.154-158).

Изъятый мобильный телефон марки «Xiaomi» модели «Redmi 9C NFC» в чехле из черного полимерного материала со вставленной сим-картой оператора связи «Мегафон», imei1: №, imei2: № осмотрен, признан вещественным доказательством, приобщен к уголовному делу; при осмотре журнала звонков в телефонной книге установлены соединения с абонентом «Таня Адвокат» (№) ДД.ММ.ГГГГ в 15 час. 14 мин. (исходящий вызов), в 15 час. 21 мин. (исходящий вызов), в 15 час. 42 мин. (исходящий вызов), в 16 час. 38 мин. (исходящий вызов) (т. 9 л.д. 103-106, 107-108).

Изъятый мобильный телефон марки «Tecno» модели «Spark KG5m» в чехле из прозрачного полимерного материала со вставленными 2 сим-картами оператора связи «Билайн», imei1: №, imei2: № осмотрен, признан вещественным доказательством, приобщен к уголовному делу; при осмотре журнала звонков в телефонной книге установлены соединения с абонентом «ФИО3 Адвокат» (№) ДД.ММ.ГГГГ в 15 час. 26 мин. (исходящий вызов), в 15 час. 29 мин. (входящий вызов), в 17 час. 32 мин. (исходящий вызов), в 17 час. 43 мин. (исходящий вызов), в 17 час. 45 мин. (исходящий вызов), ДД.ММ.ГГГГ в 12 час. 52 мин. (исходящий вызов), в 15 час. 10 мин. (4 исходящих вызова), в 16 час. 05 мин. (входящий вызов), соединения с абонентом «ФИО4» (№) ДД.ММ.ГГГГ в 12 час. 14 мин. (исходящий вызов), в 12 час. 15 мин. (исходящий вызов) (т.9 л.д.95-100, 101-102).

Согласно предоставленных ПАО «ВымпелКом» сведений о принадлежности абонентских номеров за ФИО3 зарегистрирован номер № (со ДД.ММ.ГГГГ), за ФИО10 (ФИО1 зарегистрирован номер № (с ДД.ММ.ГГГГ); сведения о соединениях между абонентами, абонентскими устройствами в отношении абонентского номера № предоставлены на оптическом диске CD (т.2 л.д.166-168, 175).

Согласно предоставленных ПАО «Мегафон» сведений о принадлежности абонентских номеров за ФИО3 зарегистрирован № (с ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ), за ФИО4 (ФИО21) Г.Н. зарегистрированы номера № (с ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ), за ФИО1 зарегистрированы номера № и № (с ДД.ММ.ГГГГ), за Потерпевший зарегистрированы номера № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (с ДД.ММ.ГГГГ); предоставлены сведения о соединениях между абонентами, абонентскими устройствами в отношении абонентских номеров №, № и №. (т.2 л.д.177-182, 183-185, 199).

В обоснование виновности осужденных в приговоре приведены и другие доказательства, в частности, протоколы осмотров предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, обыска от ДД.ММ.ГГГГ, показания свидетеля ФИО9 в судебном заседании и на предварительном следствии (т.4, л.д. 101-104, 153-155), показания свидетеля ФИО17 в судебном заседании, копии протоколов допроса свидетеля ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, очных ставок между свидетелем ФИО1 и ФИО16, подозреваемой ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, копия приговора Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ, заключения судебных лингвистических экспертиз №, № от ДД.ММ.ГГГГ, а также иные доказательства, содержание и подробный анализ которых имеется в приговоре.

Тщательно проанализировав представленные сторонами доказательства, дав им надлежащую правовую оценку, как в отдельности, так и в совокупности, правильно установив их относимость, допустимость, достоверность, а в совокупности и достаточность, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о виновности ФИО1 и ФИО2 в незаконном лишении свободы человека, не связанном с его похищением, совершенном группой лиц по предварительному сговору, ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 - в принуждении свидетеля к даче ложных показаний, соединенном с угрозой убийством, а также ФИО2 в даче заведомо ложных показаний свидетеля в ходе досудебного производства, при этом верно квалифицировав действия ФИО1 по п. «а» ч.2 ст.127, ч.2 ст.309 УК РФ, ФИО2 по п. «а» ч.2 ст.127, ч.1 ст.307, ч.2 ст.309 УК РФ, ФИО3 и ФИО4 по ч.2 ст.309 УК РФ.

Достоверность доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Судом не установлено наличие у потерпевшего и свидетелей оснований для искажения известных им событий или оговора подсудимых. Показания указанных лиц об основных обстоятельствах дела последовательны, обстоятельны, согласуются между собой, а также с добытыми по делу документами, то есть подтверждаются объективными доказательствами, а потому обоснованно расценены судом как непредвзятые, беспристрастно отражающие реальные события.

Вопреки утверждениям стороны защиты о том, что судом не дано должной оценки показаниям потерпевшего Потерпевший, которые, по мнению авторов жалоб, противоречат друг другу, не согласуются с показаниями подсудимых и свидетелей, в том числе ФИО1, ФИО2 и ФИО5, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что показания потерпевшего последовательны и определенны, детально раскрывают обстоятельства совершенных в отношении него преступлений, а также согласуются с другими доказательствами по делу и не содержат существенных противоречий.

Так, показания потерпевшего Потерпевший согласуются с данными на стадии предварительного следствия показаниями ФИО1 (при допросе в качестве обвиняемой от ДД.ММ.ГГГГ, на очных ставках с подозреваемой ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, с подозреваемой ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, с обвиняемым ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО2 (при допросе в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ – в части действий адвоката ФИО3), свидетеля ФИО9, результатами, полученными в ходе оперативно-розыскной деятельности, протоколами осмотра и прослушивания фонограмм, заключениями экспертов (судебных фоноскопических и лингвистических экспертиз), протоколами осмотра сведений о телефонных соединениях, сведений об операциях перечисления денежных средств по счетам ФИО3, ФИО4, протоколами выемки и осмотра изъятого у Потерпевший листа бумаги с текстом ложных показаний, иными документами – копиями протоколов следственных действий с участием Потерпевший по уголовному делу № в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ.

Как справедливо отмечено в приговоре, о правдивости показаний потерпевшего свидетельствуют обстоятельства, в соответствии с которыми потерпевший Потерпевший последовательно на стадии предварительного следствия и в судебном заседании давал тождественные показания обо всех имеющих правовое значение обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовному делу, при этом сторона защиты имела возможность задавать потерпевшему Потерпевший вопросы, опровергать его показания, однако, несмотря на это, показания потерпевшего являлись стабильными по содержанию, а потому сомнений у суда первой инстанции обоснованно не вызвали.

Кроме того, на стадии предварительного следствия показания потерпевшего Потерпевший были проверены на месте, где происходили события, о которых им даны показания, при этом потерпевший не только воспроизвел ранее данные показания, но и уточнил их, исходя из обстановки на месте.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что некоторые расхождения, имеющиеся в показаниях потерпевшего Потерпевший, о чем указывает сторона защиты в своих жалобах, являются несущественными, при этом обусловлены свойствами памяти и длительным периодом времени, прошедшим после событий, о которых давал показания потерпевший, и в этой связи не влияют на оценку показаний последнего в целом, как достоверных.

Судебная коллегия, также как и суд первой инстанции, не находит оснований не доверять показаниям потерпевшего Потерпевший, поскольку согласно выводам заключения судебной психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № по изучению его личности, подэкспертный Потерпевший в период совершения в отношении него противоправного деяния хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным расстройством психической деятельности не страдал и не страдает в настоящее время, по своему психическому состоянию может осуществлять право на защиту, в мерах медицинского характера не нуждается.

Вместе с тем, поскольку показания потерпевшего Потерпевший, исходя из их содержания, подтверждаются совокупностью иных исследованных судом доказательств, источники которых не связаны с последним, доводы стороны защиты о наличии у потерпевшего Потерпевший физических недостатков, являющихся последствием перенесенных травм, а также о злоупотреблении им спиртными напитками, правильно расценены судом первой инстанции, как не ставящие под сомнение достоверность его показаний.

Более того, при оценке правдивости показаний потерпевшего судом сделан обоснованный вывод об отсутствии оснований полагать, что потерпевший Потерпевший оговорил подсудимых в совершении инкриминируемых им преступлений, поскольку каких-либо бесспорных и достоверных доказательств этого суду, в том числе, стороной защиты представлено не было, при этом в обжалуемом приговоре правильно обращено внимание на то, что отношения между подсудимой ФИО1 и потерпевшим Потерпевший носили приятельский характер, при этом подсудимая охарактеризовала их как «братские».

Вопреки утверждениям в жалобах об обвинительной интерпретации добытых доказательств и избирательном подходе к показаниям подсудимых и свидетелей, суд первой инстанции, сопоставив показания ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, свидетеля ФИО5, данные ими в ходе судебного разбирательства и на стадии предварительного следствия, оценив их в совокупности с другими исследованными доказательствами, проанализировав причины изменения показаний, правомерно признал наиболее достоверными и положил в основу приговора показания допрошенных лиц в той части, в которой они согласуются с иными доказательствами по делу.

Оснований для признания показаний осужденной ФИО1 на предварительном следствии (т.10 л.д.43-55, 110-117, т.4 л.д.202-225, т.5 л.д.1-17) недопустимыми доказательствами, ввиду того, что по утверждению последней, они были даны в результате оказания на неё незаконного воздействия со стороны сотрудника УФСБ России по <адрес> ФИО6, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, поскольку по результатам процессуальной проверки в отношении данного сотрудника вышеуказанные факты, изложенные осужденной, не подтвердились.

Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела, вышеперечисленные следственные действия с участием ФИО1 на стадии предварительного следствия были проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в присутствии её защитников – адвокатов Бадмаева И.Э. и Доржиновой К.Ю., допрашиваемому лицу были разъяснены её права, предусмотренные ст.47 УПК РФ, ст.51 Конституции РФ, созданы необходимые условия для их реализации. Правильность изложенных в протоколах сведений удостоверена подписями всех участников следственных действий, при этом замечаний по их содержанию ни от самого допрашиваемого лица, ни от её защитников, не поступало.

В этой связи последующий отказ подсудимой ФИО1 от ранее данных ею показаний со ссылкой на то, что они были даны в результате незаконного воздействия на неё со стороны сотрудника УФСБ России по <адрес> ФИО6, правильно расценены судом, как избранный подсудимой способ защиты от обвинения, предъявленного ФИО1 и иным подсудимым.

Не соглашаясь с утверждениями жалоб об обратном, судебная коллегия отмечает, что каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по настоящему уголовному делу, влекущих отмену обжалуемого приговора и необходимость возвращения дела прокурору либо исключение вышеизложенных доказательств из материалов дела, допущено не было.

Так, вопреки доводам жалоб, порядок возбуждения уголовного дела в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4, а также привлечения последней в качестве обвиняемой, нарушен не был.

Постановление о привлечении в качестве обвиняемой ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ (т.12 л.д.139-147) соответствует требованиям ст.171 УПК РФ, вынесено надлежащим должностным лицом, при этом предъявленное ей обвинение является конкретным, содержит в себе полное описание преступного деяния, в совершении которого она обвиняется, с указанием места, времени, а также иных обстоятельств его совершения, подлежащих доказыванию в соответствии с требованиями ст.73 УПК РФ.

Допущенная в вышеуказанном постановлении явная техническая ошибка в части формулирования в его описательной части вывода о совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, ФИО3, а не ФИО4, вопреки доводам жалоб об обратном, не влечет нарушения права осужденной на защиту, равно как и её прав, предусмотренных ч.4 ст.47 УПК РФ, недействительность предъявленного ей обвинения, при этом не ставит под сомнение факт производства всех процессуальных и следственных действий именно с ней, а не с иным лицом.

В этой связи доводы жалоб осужденной ФИО4 и её защитника в указанной части нельзя признать обоснованными, поскольку постановление о привлечении в качестве обвиняемой от ДД.ММ.ГГГГ соответствует требованиям ст.171 УПК РФ, содержит описание конкретной преступной деятельности последней, вышеуказанная ошибка, допущенная следователем, носит явно технический характер, вследствие чего не влечет нарушения права осужденной на защиту.

Кроме того, вопреки доводам жалоб осужденной ФИО3 и её защитника об обратном, судебная коллегия констатирует факт соблюдения органом предварительного расследования порядка возбуждения уголовного дела в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4, установленного главой 19 УПК РФ.

Так, уголовное дело № возбуждено в отношении ФИО3 и ФИО4 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, уполномоченным должностным лицом, с соблюдением требований ст.145-146 УПК РФ, при наличии повода и оснований, предусмотренных ст.140 УПК РФ, а именно поводом для его возбуждения послужил рапорт следователя по особо важным делам первого следственного отделения отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> ФИО17, что соответствует положениям п.3 ч.1 ст.140 УПК РФ (т.1 л.д.37-39).

Из постановления от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.72) следует, что поводом для возбуждения уголовного дела № в отношении ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.307 УК РФ, послужило постановление прокурора <адрес> ФИО18 о направлении материалов в орган предварительного следствия для решения вопроса об уголовном преследовании по факту дачи показаний свидетелем ФИО1, что согласуется с требованиями п.4 ч.1 ст.140 УПК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит несостоятельными доводы вышеуказаннных жалоб о нарушении порядка возбуждения уголовного дела в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4, а также привлечения последней в качестве обвиняемой.

Вопреки утверждениям авторов жалоб об обратном, судебная коллегия отмечает, что оперативно-розыскные мероприятия по делу проведены для решения задач, указанных в ст.2 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст.7 и 8 названного Федерального закона, при отсутствии признаков провокации или подстрекательства преступлений со стороны сотрудников правоохранительных органов и иных участвующих в мероприятиях лиц, а полученные результаты после их рассекречивания (о чем имеются соответствующие решения) представлены органам предварительного расследования в установленном порядке и закреплены путем производства необходимых процессуальных действий, отвечающих требованиям УПК РФ.

Каких-либо нарушений, ставящих под сомнение законность указанных проведенных оперативно-розыскных мероприятий: «наблюдение», «прослушивание телефонных переговоров» и «получение компьютерной информации», а также производных от них доказательств – заключений судебных фоноскопических и лингвистических экспертиз, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Так, из положений ст.8 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» следует, что проведение оперативно-розыскных мероприятий (включая получение компьютерной информации), ограничивающих конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, производство предварительного следствия по которому является обязательным, о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших такое деяние, или о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации.

При этом проведение оперативно-розыскных мероприятий допускается применительно к обстоятельствам, когда уголовное дело еще не возбуждено, но уже имеется определенная информация, которая должна быть проверена (подтверждена или отвергнута) в ходе оперативно-розыскных мероприятий, по результатам которых и будет решаться вопрос о возбуждении уголовного дела, опираясь не на предположения о совершении противоправного деяния и о его субъектах, а на конкретные фактические обстоятельства, обоснованно подтверждающие наличие признаков преступления.

В связи с поступлением вышеуказанной информации, а именно получением в процессе проведения оперативно-розыскной деятельности сведений о противоправной деятельности ФИО1 и неустановленных сотрудников УМВД России по <адрес>, связанной с фальсификацией доказательств по уголовному делу путем принуждения Потерпевший к даче заведомо ложных показаний и получением взятки, при наличии согласий потерпевшего Потерпевший и ФИО15 на участие в оперативно-розыскном мероприятии «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ, на основании постановления заместителя начальника УФСБ России по <адрес> ФИО19 № от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с положениями Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» было проведено оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение» от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, по результатам которого были получены данные, свидетельствующие о наличии в действиях ФИО1 и неустановленных на тот момент лиц признаков преступлений, предусмотренных ч.2 ст.303, ч.2 ст.309 УК РФ.

Поскольку проведением указанного оперативно-розыскного мероприятия не ограничивались вышеупомянутые конституционные права участвующих в нем лиц на тайну телефонных и иных переговоров, что прямо следует из содержания постановления заместителя начальника УФСБ России по <адрес> ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ № и справок-меморандумов по результатам его проведения, в соответствии с которыми использованные технические средства имели встроенные накопители информации и не осуществляли передачу данных по беспроводному каналу, получения судебного решения на его проведение от органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, исходя из вышеуказанных норм закона, не требовалось.

Вместе с тем, из содержания вышеупомянутого судебного решения и согласий потерпевшего Потерпевший и ФИО15 на участие в оперативно-розыскном мероприятии «Наблюдение», прямо следует факт его проведения в отношении ФИО1 и неустановленных сотрудников УМВД России по <адрес>, а не адвокатов ФИО3 и ФИО4, и в этой связи противоправная деятельность последних была зафиксирована органами УФСБ в ходе проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия ввиду осуществления ими в инкриминируемый период времени в составе группы лиц по предварительному сговору совместно с ФИО1 и ФИО1 действий по принуждению Потерпевший к даче заведомо ложных показаний по уголовному делу в отношении ФИО1 в целях реализации их совместного преступного замысла.

В этой связи, вопреки доводам жалоб осужденных и их защитников, судебная коллегия отмечает, что нарушений положений ч.3 ст.8 Федерального закона от 31 мая 2002 года №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», в связи с неполучением до проведения вышеуказанного оперативно-розыскного мероприятия судебного решения на его проведение в отношении адвокатов ФИО3 и ФИО4 допущено не было.

Судебная коллегия считает необходимым отметить также и то, что разрешение на проведение оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» в отношении адвоката ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ было дано в полном соответствии с положениями вышеупомянутого Федерального закона от 31 мая 2002 года №63-ФЗ, на основании постановления заместителя начальника УФСБ России по <адрес> ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ № и постановления Верховного Суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ №.

С приведением надлежащих мотивов судом отклонены, как необоснованные, доводы стороны защиты о нарушениях, допущенных по их мнению, при получении и использовании результатов оперативно-розыскного мероприятия «получение компьютерной информации», содержащих фонограммы телефонных переговоров адвоката ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Так, данное оперативно - розыскное мероприятие проведено в строгом соответствии с требованиями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», на основании постановления Верховного Суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ № уполномоченным органом - УФСБ России по <адрес> путем получения у оператора сотовой связи голосовой информации пользователя услуги связи (ФИО4), которая хранилась оператором связи на основании ст.64 Федерального закона от 7 июля 2003 года № 126-ФЗ «О связи», Правил хранения операторами связи текстовых сообщений пользователей услугами связи, голосовой информации, изображений, звуков, видео-, иных сообщений пользователей услугами связи, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 12 апреля 2018 года № 445.

По результатам проведения оперативно-розыскного мероприятия - "получение компьютерной информации" составлена справка – меморандум от ДД.ММ.ГГГГ, в которой приведены соответствующие его результаты.

Из содержания вышеуказанного постановления Верховного Суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что в соответствии с данным правовым актом судом было дано разрешение на проведение в отношении ФИО4 оперативно-розыскного мероприятия «получение компьютерной информации» с абонентских номеров сотовой связи, находящихся в пользовании ФИО4, сроком на 180 суток с ДД.ММ.ГГГГ, за прошлый период времени – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При таких обстоятельствах получение уполномоченным органом у оператора сотовой связи фонограмм телефонных переговоров ФИО4 за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, то есть даты, включенные в вышеуказанный, разрешенный к истребованию, согласно постановлению от ДД.ММ.ГГГГ, период, полностью соответствует требованиям закона и содержанию вышеупомянутого судебного решения.

Как правильно установлено судом первой инстанции, фонограммы телефонных переговоров ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ были получены именно по результатам проведения оперативно-розыскного мероприятия «получение компьютерной информации», в дальнейшем именно эти фонограммы были осмотрены следователем и предоставлены для проведения экспертных исследований на том же носителе, что был предоставлен следователю УФСБ России по <адрес>.

Ввиду изложенного, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ссылка подсудимой ФИО4 на неверное указание наименования данного оперативно-розыскного мероприятия, как «прослушивание телефонных переговоров», допущенное следователем в ходе осмотра и прослушивания фонограмм и при назначении судебных экспертиз, не свидетельствует о том, что данные фонограммы были получены в ходе оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», равно как и о том, что при проведении оперативно-розыскного мероприятия «получение компьютерной информации» были допущены какие-либо нарушения закона.

Кроме того, вышеупомянутая допущенная следователем техническая ошибка, вопреки доводам жалоб об обратном, не ставит под сомнение допустимость производных от полученных в результате указанного оперативно-розыскного мероприятия фонограмм доказательств, в том числе и судебных фоноскопических экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку объектом данных исследований являлись сами фонограммы, а не их стенограммы, приведенные в справке-меморандуме.

Как правильно отмечено судом в обжалуемом приговоре, то обстоятельство, что на указанных фонограммах зафиксированы переговоры ФИО4 с иными лицами, в отношении которых не было дано разрешение на проведение оперативно-розыскного мероприятия «получение компьютерной информации», не свидетельствует о незаконности проведенного оперативно-розыскного мероприятия, равно как и недопустимости результатов, полученных по его итогам.

В этой связи довод жалобы осужденной ФИО3 о незаконности прослушивания её телефонных переговоров в период с ДД.ММ.ГГГГ ввиду получения соответствующего судебного решения позднее начала проведения в отношении неё указанного оперативно-розыскного мероприятия, не может быть принят судебной коллегией во внимание, поскольку вопреки изложенному утверждению, содержание телефонных переговоров осужденной ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ стало известно сотрудникам УФСБ в рамках проведения оперативно-розыскного мероприятия «получение компьютерной информации» в отношении иного лица, а именно ФИО4, в связи с тем, что последняя и осужденная ФИО3 в указанные даты осуществляли телефонные звонки друг другу.

Вместе с этим, как указано выше, оперативно-розыскное мероприятие «получение компьютерной информации» в отношении ФИО4 проведено в полном соответствии с требованиями закона, на основании соответствующего судебного решения.

При таких обстоятельствах, изложенный выше довод жалобы осужденной ФИО4 о фактической подмене разрешенного оперативно-розыскного мероприятия «получение компьютерной информации» иным мероприятием - прослушиванием телефонных переговоров и недопустимости в этой связи всех производных от его результатов доказательств и их исключении, не может быть признан судебной коллегией состоятельным и подлежит отклонению.

Не соглашаясь с доводами жалобы осужденной ФИО3, судебная коллегия считает необходимым отметить, что оперативно-розыскное мероприятие «прослушивание телефонных переговоров», по результатам которого получены фонограммы телефонных переговоров ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, проведено в отношении данной осужденной в полном соответствии с положениями вышеупомянутого Федерального закона от 31 мая 2002 года №63-ФЗ, на основании предварительно полученного судебного решения – постановления заместителя Председателя Верховного Суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ №№.

Оснований ставить под сомнение законность данного судебного решения судебная коллегия не усматривает, поскольку процессуальный порядок его вынесения, предусмотренный ст.9 ФЗ от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ, соблюден, при этом согласно представленному в ходе судебного разбирательства ответу из Верховного Суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ наличие у заместителя Председателя данного суда ФИО20 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ полномочий по рассмотрению материалов об ограничении конституционных прав граждан, в том числе на тайну телефонных переговоров, подтверждено со ссылкой на приказ Верховного Суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ №-п «О распределении обязанностей между Председателем Верховного Суда Республики Калмыкия и его заместителями» (т.17 л.д.170).

В этой связи утверждения стороны защиты об отсутствии у заместителя Председателя Верховного Суда Республики Калмыкия ФИО20 полномочий по даче разрешения на проведение вышеуказанного оперативно-розыскного мероприятия не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку прямо опровергаются представленными материалами дела.

Не могут быть признаны состоятельными и подлежат отклонению доводы жалоб о провокации к совершению инкриминируемых преступлений со стороны сотрудников правоохранительных органов, поскольку наличие таковых обстоятельств по настоящему уголовному делу не установлено, а указанным доводам стороны защиты судом дана надлежащая оценка.

Ввиду изложенного, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и проведении вышеупомянутых оперативно-розыскных мероприятий судебная коллегия не усматривает, в связи с чем оснований для признания полученных по их результатам производных доказательств недопустимыми и их исключения, вопреки мнению стороны защиты, не находит.

Обоснованно и с приведением надлежащих мотивов в основу обжалуемого приговора судом положены выводы проведенных по делу судебных фоноскопических, лингвистических и психиатрических экспертиз, поскольку, вопреки доводам жалоб, выводы экспертов по результатам вышеупомянутых исследований являются ясными, полными и непротиворечивыми, основанными на научно обоснованных методиках и методах исследования, при этом содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные.

Как следует из материалов уголовного дела и обжалуемого приговора, факт принадлежности голосов и изображений на исследованных аудио и видеофайлах именно подсудимым с достоверностью установлен судом первой инстанции как посредством опроса по данному факту потерпевшего Потерпевший, которым в ходе судебного разбирательства последние были опознаны на представленных ему для обозрения аудиозаписях, так и путем сопоставления номеров телефонов лиц, в отношении которых проводились оперативно-розыскные мероприятия, и их собеседников, со сведениями, полученными у операторов связи, а также содержания переговоров с установленными по делу конкретными обстоятельствами, в том числе относительно мест нахождения абонентов, наличия в переговорах имен подсудимых.

В этой связи необходимо отметить, что факт неустановления экспертным путем принадлежности голосов и изображений на исследованных аудио и видеофайлах подсудимым не ставит под сомнение правильность выводов суда в указанной части, кроме того, доводы стороны защиты о том, что для исследования экспертам не были представлены образцы голосов, не свидетельствуют о недостоверности выводов экспертов относительно содержания исследованных фонограмм, видеозаписей, равно как и о недопустимости заключений экспертов, поскольку судебные экспертизы были проведены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

При таких обстоятельствах в ходе судебного разбирательства по настоящему делу не нашли своего подтверждения доводы стороны защиты о наличии неустранимых сомнений в подлинности представленных для производства фоноскопических экспертиз записей разговоров, отсутствии признаков монтажа либо иных вносимых в них изменений, принадлежности голосов, а также о неполноте представленных для производства судебных фоноскопической и лингвистической экспертиз материалов, и в этой связи данные доводы обоснованно не приняты судом во внимание при оценке допустимости указанных заключений экспертиз в качестве доказательств по делу.

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, аналогичные тем, что выдвигались в ходе судебного разбирательства по настоящему уголовному делу, в том числе связанные с отсутствием в действиях ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 составов инкриминируемых им преступлений, ввиду отсутствия между ними предварительного сговора, недоказанности фактов незаконного лишения свободы Потерпевший, а также оказания на него давления с целью принуждения к даче им ложных показаний, непричастности их к осуществлению угроз убийством в отношении последнего, являлись предметом проверки и оценки судом первой инстанции, при этом обоснованно были признаны несостоятельными по мотивам, изложенным в обжалуемом приговоре, оснований не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 при совершении ими преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, а именно принуждении свидетеля Потерпевший к даче ложных показаний, соединенном с угрозой убийством, действовали группой лиц по предварительному сговору, поскольку об этом свидетельствует совместный, согласованный и тождественный характер их действий, объединенных единым умыслом и направленных на достижение единого преступного результата в виде принуждения Потерпевший под угрозой его жизни к даче по уголовному делу в отношении ФИО1 в качестве свидетеля заведомо ложных показаний об управлении им в ночь на ДД.ММ.ГГГГ автомобилем «Рено Логан», при этом в процессе совершения указанного преступления каждый из осужденных строго выполнял отведенную ему роль, действия каждого из них взаимодополняли друг друга, в том числе, в части оказания на потерпевшего незаконного воздействия, что также свидетельствует о заранее достигнутой между ними договоренности на совершение преступления и осведомленности о преступном характере совершаемых действий.

По этим же основаниям, ввиду того, что действия ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по принуждению свидетеля Потерпевший к даче ложных показаний, соединенному с угрозой убийством, носили совместный и согласованный характер, при этом были объединены единым умыслом и направлены на достижение вышеуказанного единого результата, не могут быть приняты во внимание и подлежат отклонению доводы жалоб об отсутствии в действиях ФИО3 и ФИО4 состава инкриминируемого им по ч.2 ст.309 УК РФ преступления со ссылкой на неосуществление ими угроз убийством в адрес потерпевшего Потерпевший

Так, в задачи осужденных ФИО3 и ФИО4, согласно установленным судом фактическим обстоятельствам дела, входили иные, отличные от задач, поставленных перед ФИО1, ФИО1, действия, связанные с формированием заведомо ложных показаний в печатном виде, доведением их содержания до сведения Потерпевший, осуществлением контроля адвокатом ФИО4 при допросе Потерпевший в качестве свидетеля за дачей им ложных показаний в соответствии с заранее подготовленным адвокатом ФИО3 текстом, что свидетельствует лишь о выполнении каждым из соучастников своей части действий в целях реализации совместного умысла на достижение общей цели.

Вопреки доводам жалоб, судебная коллегия отмечает, что все обстоятельства, подлежащие доказыванию, перечисленные в ст.73 УПК РФ, в том числе время, место, способ совершения инкриминируемых преступлений, а также время вступления осужденных в предварительный сговор, с достоверностью установлены судом первой инстанции, при этом оснований не согласиться с мотивами, приведенными в обоснование принятого решения, у судебной коллегии не имеется.

Судебная коллегия учитывает, что инкриминируемое подсудимым время совершения преступлений включает в себя совершение всех вышеперечисленных действий, составляющих объективную сторону по вышеуказанным составам преступлений, в том числе по незаконному лишению свободы Потерпевший, не связанному с его похищением, совершенному группой лиц по предварительному сговору, принуждению Потерпевший к даче ложных показаний, соединенному с угрозой убийством.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что время совершения указанных преступлений подсудимыми основано на иных исследованных доказательствах по делу и согласуется с ними, а также определено с точностью, достаточной для правильной уголовно-правовой оценки содеянного, и в этой связи доводы жалобы осужденного ФИО2 об обратном судебная коллегия находит несостоятельными.

В ходе судебного разбирательства по настоящему делу заведомая ложность показаний, данных ФИО1 в качестве свидетеля в ходе допроса от ДД.ММ.ГГГГ, а также на очных ставках от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, достоверно установлена судом на основании совокупности исследованных доказательств, в том числе показаний потерпевшего Потерпевший, свидетелей ФИО16, ФИО15, ФИО9, показаний подсудимой ФИО1 и подсудимого ФИО2, копии приговора Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ.

Из разъяснений, изложенных в п.24, 27 Постановления Пленума Верховного Суда Республики Калмыкия от 28 июня 2022 года № 20 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях против правосудия» следует, что преступление, предусмотренное ст.307 УК РФ, является оконченным в отношении заведомо ложных показаний, сообщаемых в ходе предварительного расследования, с момента подписания допрашиваемым лицом протокола следственного действия, составленного дознавателем; если лицо в ходе производства по одному делу неоднократно с единым умыслом дает заведомо ложные показания, его действия не образуют совокупность преступлений, а подлежат квалификации как единое преступление, предусмотренное соответствующей частью ст.307 УК РФ.

С учетом изложенного, тождественные действия ФИО2, направленные на дачу с единым умыслом по одному уголовному делу заведомо ложных показаний свидетеля в ходе допроса от ДД.ММ.ГГГГ и на очных ставках от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, обоснованно расценены судом как единое продолжаемое преступление, оконченное после оформления в установленном уголовно-процессуальном порядке дознавателем протокола допроса в качестве свидетеля ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, протоколов очных ставок свидетеля ФИО2 со свидетелем ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, со свидетелем ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, с подозреваемой ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, содержащих заведомо ложные показания свидетеля ФИО2

При таких обстоятельствах доводы жалобы осужденного ФИО2 о том, что вышеуказанные показания не являлись предметом исследования судом в качестве доказательств по уголовному делу по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, вопреки мнению стороны защиты, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку основаны на неверном толковании вышеупомянутых норм уголовного закона.

По этим же основаниям, ввиду того, что судом в ходе судебного разбирательства с достоверностью установлено, что в результате совместных и согласованных, умышленных действий подсудимых Потерпевший дал заведомо ложные показания в качестве свидетеля по уголовному делу по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, в ходе его допроса ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, не могут быть приняты во внимание и подлежат отклонению доводы жалоб осужденных ФИО3 и ФИО4 об отсутствии в их действиях состава инкриминируемого им по ч.2 ст.309 УК РФ преступления со ссылкой на то, что вышеуказанные показания Потерпевший не являлись предметом исследования судом в качестве доказательств по уголовному делу в отношении ФИО1, при этом за дачу заведомо ложных показаний по ст.307 УК РФ последний не привлекался.

То обстоятельство, что в материалах дела отсутствует заявление Потерпевший в правоохранительные органы об осуществлении в отношении него со стороны подсудимых, в том числе адвокатов ФИО3 и ФИО4, какой-либо противоправной деятельности, на что обращают внимание осужденные в своих жалобах, при установленных судом фактических обстоятельствах дела и с учетом совокупности приведенных выше и положенных в основу приговора доказательств, не ставит под сомнение правильность выводов суда относительно виновности осужденных в совершении инкриминируемых им по п. «а» ч.2 ст.127, ч.2 ст.309 УК РФ преступлений.

Оценивая доводы жалоб о том, что в ходе допросов и очных ставок, где Потерпевший фактически являлся подозреваемым, не было обеспечено участие защитника, в связи с чем протоколы его допросов и очных ставок, по мнению стороны защиты, являются недопустимыми доказательствами, судом не указано, когда именно и какие угрозы, а также в какой форме высказывались ФИО1 потерпевшему, о том, что ДД.ММ.ГГГГ по пути следования из отделения дознания Потерпевший никто не удерживал, в связи с чем он беспрепятственно покинул автомобиль ФИО4, выйдя на ближайшем перекрёстке, о необоснованности вывода суда, в соответствии с которым ФИО1 оплатила за Потерпевший адвокатские услуги ФИО4, судебная коллегия констатирует факт того, что указанные доводы жалоб не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку полностью опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств.

Так, из содержания исследованных судом материалов уголовного дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, а именно, протоколов допроса свидетеля Потерпевший от ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.99-102, Т.2 л.д.104-108), протоколов очных ставок между свидетелем Потерпевший и свидетелями ФИО15 и ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.115-120, 121-126), напротив, следует факт того, что в ходе их проведения Потерпевший, наделенный по данному делу статусом свидетеля, был обеспечен услугами защитника – адвоката по соглашению ФИО4

Кроме того, вопреки доводам жалоб ФИО2 и адвоката Мухлаева А.Б. о том, что судом не указано, когда именно и какие угрозы были высказаны ФИО1 потерпевшему, а также в какой форме они были выражены, судебная коллегия отмечает, что судом в обжалуемом приговоре прямо указано на то, что подсудимые ФИО1 и ФИО2, выполняя отведенную им роль в совершении преступления, в период незаконного лишения свободы Монгуша ДД.ММ.ГГГГ, находясь в домовладении ФИО1 по адресу <адрес>, действуя совместно и согласованно высказали в адрес Потерпевший требование дать ложные показания в качестве свидетеля в интересах ФИО1, при этом, получив его отказ, с целью подавления воли Монгуша к сопротивлению и принуждения его к даче ложных показаний, высказали в адрес Монгуша угрозу убийством, а именно вывезти его в степь, где убить и закопать, которая была воспринята потерпевшим Потерпевший реально, учитывая сложившуюся обстановку (нахождение в закрытом помещении, отсутствие какой-либо возможности обратиться за помощью) и физическое превосходство ФИО1 и ФИО2

Таким образом, из содержания приговора следует, что все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст.73 УПК РФ по инкриминируемому подсудимым ФИО2 и ФИО1 по п. «а» ч.2 ст.127 УК РФ преступлению, в том числе конкретные обстоятельства высказывания последними угрозы убийством в отношении потерпевшего Потерпевший, определены с точностью, достаточной для правильной уголовно-правовой оценки содеянного, вместе с тем, из установленных судом фактических обстоятельств следует, что угроза в адрес потерпевшего была высказана подсудимыми в словесной форме.

Из положений закона, в частности ст.252 УПК РФ следует, что суд по результатам судебного разбирательства может изменить обстоятельства, касающиеся события инкриминируемого подсудимому преступления в том случае, если данные изменения не являются существенными и не нарушают право подсудимого на защиту от такого обвинения.

С учетом изложенного, то обстоятельство, что при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, суд определил конкретный временной период достижения договоренности между подсудимыми ФИО1, ФИО1 и ФИО3 на совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, а также уточнил роль каждого из них в совершенном в соучастии преступлении, в соответствии с исследованными в суде доказательствами и в пределах обстоятельств, указанных в обвинительном заключении, вопреки доводам жалоб, не свидетельствует о таком изменении формулировки обвинения, которое существенным образом отличалось бы от ранее предъявленного, в том числе в части времени совершения инкриминируемого деяния, не влечет за собой изменения представлений о месте, способе, форме вины и других обстоятельствах совершения преступления, влияющих на квалификацию деяния либо вид и меру наказания, в связи с чем указанные уточнения, изложенные в приговоре суда, не ухудшают положения осужденных и не нарушают их право на защиту.

Довод жалобы осужденной ФИО4, согласно которому по пути следования из отделения дознания Потерпевший никто при ней не удерживал, в связи с чем он беспрепятственно покинул её автомобиль, выйдя на ближайшем перекрёстке, противоречит установленным судом фактическим обстоятельствам дела и опровергается совокупностью исследованных и приведенных выше доказательств, в частности, показаниями потерпевшего Потерпевший в указанной части, согласно которым после окончания допроса он попросил адвоката ФИО4 отвезти его в центр города, но в этот момент ей позвонила ФИО1 и попросила остановить машину на <адрес>, чтобы они могли забрать его, аудиозаписями в файлах «7e2144bb-715b-4493-87ce-50fd6e8f2817», «f1dd8978-7435-430a-86f9-98b63d913f1f», «fbcc7e7e-1112-4cde-aa6d-6234ac66da9d», «f50df72e-627b-4597-90cb-15260de427ec», согласно которым зафиксированы телефонные разговоры между ФИО1 и ФИО4, ФИО4 и ФИО1, в ходе которых ими обсуждались поиски сопровождаемого ФИО4 лица, в ходе разговора ФИО4 сообщила, что данное лицо неожиданно для нее вышло из автомобиля по пути следования на <адрес>, до этого она предупредила сопровождаемое лицо, чтобы тот не изменял позицию, при этом ФИО2 сказал, что необходимо было ехать всем вместе, а ФИО4 в свою очередь согласилась с ним.

Не могут быть приняты во внимание и подлежат отклонению также доводы жалоб осужденных ФИО1, ФИО4 и ФИО3 о необоснованности утверждений суда о том, что ФИО1 оплатила за Потерпевший адвокатские услуги ФИО4, а текст с заведомо ложными показаниями для Потерпевший был подготовлен именно ФИО3, поскольку материалами дела, в частности показаниями потерпевшего Потерпевший в указанной части, в соответствии с которыми адвокат ФИО3 дважды передавала ему текст с показаниями, при этом предварительно распечатав его до проведения очной ставки в адвокатской конторе, содержанием аудиозаписи «EM_0016.wav», а также сведениями о движении денежных средств по банковским счетам ФИО3 и ФИО4, вышеуказанные доводы, напротив, были полностью опровергнуты по итогам судебного разбирательства.

Поскольку судом с достоверностью установлен факт совершения осужденными преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, в составе группы лиц по предварительному сговору, вместе с тем санкция указанной статьи не предусматривает наступления ответственности за совершение преступления с таким квалифицирующим признаком, суд первой инстанции в полном соответствии с п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ обоснованно признал отягчающим наказание осужденным обстоятельством совершение вышеуказанного преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Доводы жалоб о вручении осужденным копии приговора и протокола судебного заседания с нарушением сроков, предусмотренных ст.259 и ст.312 УПК РФ, не свидетельствуют о незаконности и необоснованности вынесенного приговора и не являются основанием для его отмены, поскольку несвоевременное вручение осужденным копий указанных процессуальных документов не послужило препятствием для реализации ими прав на апелляционное обжалование указанного судебного решения, при этом поданные ими жалобы явились предметом исследования судом апелляционной инстанции.

Исходя из позиции стороны защиты, которая заключалась в оспаривании предъявленного обвинения, у суда первой инстанции не имелось оснований для прекращения настоящего уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, и в этой связи доводы жалоб о несвоевременном разъяснении судом подсудимым соответствующего права судебная коллегия находит несостоятельными.

В ходе судебного разбирательства, сохраняя объективность и беспристрастность, суд обеспечил сторонам равные условия для всестороннего и полного исследования всех обстоятельств дела, предоставления и исследования доказательств. Заявленные сторонами ходатайства разрешены судом с соблюдением положений ст.256 УПК РФ, после выяснения мнений участников судебного разбирательства. Решения суда по данным ходатайствам являются надлежащим образом мотивированными, сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают.

Каких-либо нарушений норм закона, в том числе прав осужденных на защиту, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства не допущено. Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса в исследовании имеющихся доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании допущено не было.

В этой связи, вопреки доводам авторов жалоб, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в оспариваемом приговоре проанализированы все представленные суду доказательства, в том числе показания самих осужденных, потерпевшего, свидетелей, а также письменные доказательства по делу. Всем доказательствам дана надлежащая оценка. Достоверными обоснованно признаны те из них, которые соответствуют фактическим обстоятельствам преступлений и подтверждены другими доказательствами. Суд в приговоре мотивировал выводы о том, по каким основаниям отвергнуты одни доказательства и признаны достоверными другие.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств и доводов сторон убедительными, а доводы осуждённых и их защитников по указанным вопросам не основанными на исследованных судом доказательствах. При этом доводы стороны защиты по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судом исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. Вместе с тем, само по себе несогласие с данной судом оценкой доказательств не влияет на правильность выводов суда, не свидетельствует об односторонней оценке доказательств и в силу ст.389.15 УПК РФ не является основанием для отмены или изменения судебного решения в указанной части.

Исследовав в судебном заседании все представленные, как стороной обвинения, так и стороной защиты доказательства, дав им правильную правовую оценку как в отдельности, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, так и в совокупности, с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в совершении вышеназванных действий и правильно квалифицировал действия ФИО1 и ФИО2 по п. «а» ч.2 ст.127 УК РФ, как незаконное лишение свободы человека, не связанное с его похищением, совершенное группой лиц по предварительному сговору, ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по ч.2 ст.309 УК РФ, как принуждение свидетеля к даче ложных показаний, соединенное с угрозой убийством, а действия ФИО2 также по ч.1 ст.307 УК РФ, как дача заведомо ложных показаний свидетеля в ходе досудебного производства.

Согласно ст.6 и ч.3 ст.60 УК РФ назначаемое подсудимому наказание должно быть справедливым, соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, в том числе с учётом обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, его влияния на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом первой инстанции при назначении наказания ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, данные об их личности, наличие отягчающего (по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.309 УК РФ) и совокупности смягчающих наказание обстоятельств, которыми судом обоснованно признаны: в отношении ФИО1 по обоим преступлениям – наличие у неё на иждивении малолетнего ребенка, а по эпизоду преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, также активное способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, в отношении ФИО2 по всем трем преступлениям – наличие у него на иждивении двоих малолетних детей, а также последствий травмы в виде перелома шейного отдела позвоночника, в отношении ФИО3 – наличие у неё на иждивении троих малолетних детей, положительные характеристики по месту жительства и работы, совершение впервые преступления небольшой тяжести, а также в отношении ФИО4 – наличие у неё на иждивении малолетнего ребенка, положительные характеристики по месту жительства и работы, совершение впервые преступления небольшой тяжести.

При таких обстоятельствах, с учётом характера и степени общественной опасности совершённых деяний, относящихся к категории преступлений небольшой (по ч.2 ст.309, ч.1 ст.307 УК РФ) и средней (по п. «а» ч.2 ст.127 УК РФ) тяжести, направленных против правосудия, свободы, чести и достоинства личности, данных о личности подсудимых, совокупности смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление и условия жизни их семей, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о назначении ФИО1 и ФИО2 за совершение преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.127 УК РФ и ч.2 ст.309 УК РФ, наказания в виде лишения свободы, ФИО3 и ФИО4 за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, наказания в виде штрафа, а также ФИО2 за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.307 УК РФ, наказания в виде обязательных работ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.127 УК РФ, поведением осужденных ФИО1 и ФИО2 во время и после его совершения, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, оснований для назначения последним наказания с применением положений ст.73 УК РФ, снижения категории тяжести совершенного преступления, а также назначения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Выводы суда в указанной части надлежащим образом мотивированы совокупностью конкретных обстоятельств дела, данными о личности виновных, подробно приведенными в приговоре и установленными на основании представленных сторонами сведений. При этом оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется.

Учитывая сведения о личности осужденных ФИО1 и ФИО2, наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возможности исправления последних без реального отбывания наказания в местах лишения свободы путем замены назначенного им наказания в виде лишения свободы принудительными работами в соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ.

Оснований полагать, что суд не учёл какие - либо иные сведения о личностях ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 или обстоятельства содеянного ими, которые могли дополнительно повлиять на вид и размер назначенного наказания, не имеется, в материалах дела не содержится и стороной защиты не представлено.

Освобождая ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 от наказания, назначенного по ч.2 ст.309 УК РФ, а также ФИО2 от наказания, назначенного по ч.1 ст.307 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности суд правильно применил положения п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ.

Кроме того, судом первой инстанции правильно применены положения ст.82 УК РФ об отсрочке отбывания наказания в виде принудительных работ ФИО1 до достижения её ребенком ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, четырнадцатилетнего возраста, а также положения ст.72 УК РФ и п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ при разрешении вопроса о зачете в срок наказания в виде принудительных работ ФИО1 и ФИО2 времени задержания и нахождения под домашним арестом ФИО1, а также времени содержания под стражей, нахождения под домашним арестом и применения запрета, предусмотренного п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ, в отношении ФИО2

Согласно правовой позиции, сформулированной в п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года №58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", одновременно со штрафом, назначенным в качестве основного наказания, допускается назначение за то же преступление дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью при условии соблюдения правил применения этих видов наказаний, установленных частью 3 статьи 47 УК РФ.

Частью 3 статьи 47 УК РФ предусмотрено, что лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

С учетом характера, степени общественной опасности и конкретных обстоятельств совершенного преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, данных о личности осужденных ФИО3 и ФИО4, роде их деятельности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения последним дополнительного наказания в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью, деятельностью по представлению интересов физических и юридических лиц (кроме законного представительства) в правоохранительных органах и судах. Сомнений в справедливости размера дополнительного вида наказания, назначенного ФИО3 и ФИО4, у судебной коллегии не имеется.

Вместе с тем неточность, допущенная в обжалуемом приговоре, в части ссылки судом при назначении указанного дополнительного наказания подсудимым на ч.3 ст.43 УК РФ, а не ч.3 ст.47 УК РФ, как этого требуют вышеизложенные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ и нормы уголовно-процессуального закона, вопреки доводам жалобы осужденной ФИО3 об обратном, носит характер явной технической ошибки, и в этой связи не ставит под сомнение правильность и мотивированность выводов суда о необходимости назначения указанного дополнительного наказания, его виде и размере.

Не может быть признан состоятельным и подлежит отклонению также довод жалобы осужденной ФИО3 о назначении ей за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ, наказания в виде штрафа с лишением права заниматься адвокатской деятельностью, деятельностью по представлению интересов физических и юридических лиц (кроме законного представительства) в правоохранительных органах и судах, как основного единого наказания, поскольку указанный довод основан на неверном толковании вышеизложенных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, в соответствии с которыми одновременно со штрафом, назначенным в качестве основного наказания, допускается назначение за то же преступление дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью при условии соблюдения правил применения этих видов наказаний, установленных частью 3 статьи 47 УК РФ. Данные правила применения указанного вида дополнительного наказания, как изложено выше, были соблюдены судом первой инстанции.

Вместе с тем судебная коллегия находит приговор суда подлежащим изменению, ввиду допущенных судом технических ошибок при изложении во вводной части обжалуемого приговора анкетных данных подсудимых ФИО3 и ФИО2 по следующим основаниям.

Так, в соответствии со ст.304 УПК РФ во вводной части приговора указываются, в том числе, сведения о дате и месте рождения подсудимого.

Как следует из копии паспорта ФИО2 (т.11 л.д.214-217), являющегося документом, удостоверяющим его личность, он родился ДД.ММ.ГГГГ, а не ДД.ММ.ГГГГ, как на это ошибочно указано в обжалуемом приговоре. Данная дата рождения указана и в обвинительном заключении в отношении ФИО2

Кроме того, из копии паспорта ФИО3 (т.12 л.д.85-87), являющегося документом, удостоверяющим её личность, следует, что она родилась в <адрес>, а не <адрес>, как на это ошибочно указано в обжалуемом приговоре. Данное место рождения указано и в обвинительном заключении в отношении ФИО3

Приведенные неточности, изложенные в обжалуемом приговоре, являются очевидными техническими ошибками, которые не нарушают право осужденных ФИО3 и ФИО2 на защиту и не влияют на выводы суда о виновности последних в совершении преступлений, признанных судом доказанными, а потому не являются основаниями для отмены обжалуемого приговора и могут быть устранены судом апелляционной инстанции.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, которые могли бы повлечь изменение или отмену оспариваемого приговора, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

Приговор Элистинского городского суда Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 изменить:

- указать во вводной части приговора, что ФИО2 родился ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО3 родилась в <адрес>.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, а также защитников – адвокатов Сергеева Б.В. и Мухлаева А.Б. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня провозглашения и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции через Элистинский городской суд Республики Калмыкия в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня провозглашения. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.В. Фурманов