Приговор № 1-59/2024 от 18 октября 2024 г. по делу № 1-59/2024

1-59/2024 (12401440002000023)


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Ола 18 октября 2024 года

Ольский районный суд Магаданской области в составе:

председательствующего – судьи Жаворонкова И.В.,

при секретаре Дорджиевой М.В.,

с участием:

государственного обвинителя Иржановой А.С.,

подсудимой ФИО1 и её защитника – адвоката Камкина А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ольского районного суда уголовное дело в отношении

ФИО1, <дата> рождения, уроженки <место рождения>, <гражданство>, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, <образование>, незамужней, иждивенцев не имеющей, официальной трудовой занятости не имеющей, являющейся получателем пенсии по старости, несудимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО1 совершила на территории посёлка Ола Ольского района Магаданской области угрозу убийством при следующих обстоятельствах.

В период с 10 часов 50 минут до 11 часов 30 минут 25 февраля 2024 года у Сеньчуры, находившейся в помещении метеостанции, расположенной в доме № по <адрес>, на почве личных неприязненных отношений с находившейся там же И.Я.В., возник преступный умысел, направленный на угрозу убийством в адрес последней.

Реализуя указанный умысел, направленный на формирование у И.Я.В. тревожной обстановки, страха за свою жизнь и здоровье, Сеньчура, находясь в указанное время в указанном месте, умышленно, осознавая противоправность, общественную опасность и фактический характер своих действий, желая усилить психическое воздействие на И.Я.В., подошла к последней, схватив её обеими руками за шею, и, сдавливая пальцы левой руки спереди шеи, высказала в адрес И.Я.В. угрозу убийством словами: «Я тебя убью», «Я тебя задушу!», «Я тебя спалю!», создав тем самым своим поведением видимость реальной возможности осуществления высказанной ею в адрес И.Я.В. угрозы убийством. Учитывая сложившуюся обстановку, агрессивное поведение Сеньчуры, ограниченное пространство, будучи уверенной, что Сеньчура исполнит высказанную угрозу, И.Я.В. данную угрозу восприняла реально и у неё имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

В судебном заседании Сеньчура вину в предъявленном обвинении не признала и показала, что она вместе с сожителем С.Я.Н. проживает в доме № по <адрес>. Данное здание представляет собой дом на двух хозяев, ранее в соседней квартире названного дома проживала М.О.А., которая умерла в 2023 году. В соседнем здании, в доме № по <адрес>, располагается помещение метеостанции, где работает потерпевшая И.Я.В.. На земельном участке возле её (Сеньчуры) дома располагались 3 массивных бревна, которые её сожитель – С.Я.Н., приобрёл в 2022 году для ремонта дома (строительный материал), а также деревянные бруски, используемы М.О.А. для растопки печи (дрова). 24 февраля 2024 года С.Я.Н. сообщил, что И.Я.В. и её муж вместе с дровами распилили и забрали их брёвна. В тот же день она (Сеньчура) зашла в помещение метеостанции, сообщив работнику В.Н.С. о случившемся, на что последняя пояснила, что смена И.Я.В. будет 25 февраля 2024 года. На следующий день она (Сеньчура) и её сожитель приехали к дому № по <адрес>, и в 10 часов 50 минут она зашла в помещение метеостанции. С.Я.Н. в это время ждал её на улице. Увидев И.Я.В., она стала спрашивать о произошедшем. На это И.Я.В. попросила покинуть помещение, иначе она вызовет полицию, пояснив, что занята работой и выполняет «срок» (заполняет аналитическую таблицу на компьютере). Затем, она (Сеньчура) ушла. Всего в помещении метеостанции она пробыла 2-3 минуты, при этом никаких угроз И.Я.В. не высказывала, руками её не хватала. Ввиду чего И.Я.В. её оговаривает ей не известно.

Оценивая показания Сеньчуры, суд признаёт их достоверными в части времени, места происходящих событий, а также факта нахождения в помещении метеостанции совместно с потерпевшей И.Я.В..

Её же показания Сеньчуры о непричастности к инкриминируемому преступлению суд считает недостоверными, расценивая их как избранный способ защиты, поскольку эти показания полностью опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, виновность Сеньчуры в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах подтверждается следующими доказательствами.

25 февраля 2024 года в книге учёта сообщений о преступлениях ОтдМВД России по Ольскому району зарегистрировано заявление И.Я.В., поступившее в дежурную часть в 15 часов 41 минуту того же дня, согласно которому на территории метеостанции – в доме № по <адрес>, в ходе произошедшего конфликта её душила Сеньчура, причинив телесные повреждения (том 1 л.д. 18).

Из показаний потерпевшей И.Я.В., оглашённых в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что она работает в здании метеостанции, расположенном в доме № по <адрес>. В соседнем доме № проживает Сеньчура, а также ранее проживала М.О.А., умершая в 2023 году. М.О.А. при жизни собирала и складировала там же, на территории участка, где расположены дома № и №, различные бруски, доски (дрова). После её смерти сын М.О.А. – М.А.Н. забрал часть этих дров, а оставшуюся часть он и его супруга М.О.С. разрешили забрать ей (И.Я.В.). В связи с этим, 24 февраля 2024 года она (И.Я.В.) и её сожитель Ф.А.П. вывезли часть этих дров по месту своего жительства. Далее, с 8 часов 30 минут 25 февраля 2024 года она (И.Я.В.) находилась на рабочем месте одна, сменив С.О.Ю.. Около 10 часов 50 минут того же дня в помещение зашла Сеньчура, которая стала вести себя агрессивно, говорила, что она (И.Я.В.) и Ф.А.П. украли чужое имущество и требовала вернуть стройматериалы. Она (И.Я.В.) ответила, что не брала вещей Сеньчуры. Затем, на её (И.Я.В.) просьбы покинуть помещение, Сеньчура подошла к ней ближе и, схватив обеими руками за шею, стала сдавливать горло, крича «Я тебя убью, я тебя задушу, я тебя спалю». Она (И.Я.В.) пыталась вырваться, однако ввиду того, что Сеньчура выше и сильнее её, а также находилась в положении стоя, в то время, как она (И.Я.В.) сидела, у неё ничего не получилось. От этих действий и угроз ей стало страшно, поскольку она полагала, что Сеньчура действительно её задушит. В какой-то момент Сеньчура отпустила её и ушла. Всё происходило на протяжении примерно 5-7 минут. После этого она (И.Я.В.) сфотографировала на свой мобильный телефон образовавшиеся от действий Сеньчуры покраснения в области шеи, а около 11 часов 0 минут того же дня позвонила М.О.С., которой сообщила о случившемся и направила ей указанные фотографии. О произошедшем она (И.Я.В.) также рассказала работникам метеостанции В.Н.С. и С.О.Ю.. Около 15 часов 40 минут 25 февраля 2024 года она (И.Я.В.) обратилась в полицию, а на следующий день – в Ольскую районную больницу. Сразу в полицию она не позвонила, так как боялась, что Сеньчура может вернуться после того, как участковый уйдёт (том 1 л.д. 46-49).

В судебном заседании потерпевшая подтвердила данные показания в полном объёме. Дополнительно сообщила, что до произошедшего В.Н.С. и С.О.Ю. говорили ей (И.Я.В.) о недовольстве Сеньчуры фактом вывоза дров с территории, прилегающей к метеостанции. При этом никаких строительных материалов, а также имущества Сеньчуры среди вывезенных 24 февраля 2024 года дров не имелось До случившегося у неё (И.Я.В.) на шее никаких покраснений не было, аллергических реакций никогда не возникало. Снимки на шее она сделала примерно через 5 минут после ухода Сеньчуры.

Свои показания И.Я.В. подтвердила в ходе очной ставки, проведённой с Сеньчурой 22 апреля 2024 года (том 1 л.д. 146-150), а также 19 апреля 2024 года в ходе их проверки на месте совершения преступления – в помещении метеостанции, продемонстрировав с участием статиста взаимное расположение её (сидя за столом) и Сеньчуры (стоя слева от неё) в ходе конфликта, произошедшего около 10 часов 50 минут 25 февраля 2024 года, а также последовательность действий Сеньчуры, схватившей обеими руками и сдавливающей её (И.Я.В.) горло и высказывающей угрозы убийством в её адрес (том 1 л.д. 68-82).

В ходе осмотра 22 марта 2024 года здания метеостанции, расположенном в доме № по <адрес>, зафиксирована территория возле здания, а также общее расположение помещений в метеостанции. Участвующая в осмотре И.Я.В. продемонстрировала расположение своего рабочего места в одном из помещений метеостанции (том 1 л.д. 34-38).

Допрошенный в судебном заседании врач Ольской районной больницы С.А.И., показания которого оглашены в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтверждены им, сообщил, что 26 февраля 2024 года к нему на приём с жалобами на боли в области передней поверхности шеи, а также боль при глотании обратилась И.Я.В.. У последней обнаружены линейные участки гиперемии кожи, отмечалась болезненность в указанном месте при пальпации. После приёма о случившемся медсестра сообщила в дежурную часть (том 1 л.д. 109-110). Дополнительно пояснил, что гиперемия обычно образуется в результате длительного контакта с кожей. Имевшиеся у И.Я.В. покраснения не могли быть вызваны аллергической реакцией, поскольку для этого необходимы сопутствующие симптомы, которых у последней на момент обращения не имелось.

Согласно результатам осмотра С.А.И. И.Я.В. 26 февраля 2024 года у последней установлены линейные участки гиперемии кожи, боль при глотании и пальпации по передней поверхности шеи, выставлен диагноз – ушиб горла (в результате сдавления) (том 1 л.д. 33).

26 февраля 2024 года в дежурную часть ОтдМВД России по Ольскому району поступило сообщение из Ольской районной больницы об оказании медицинской помощи И.Я.В., которой выставлен диагноз «ушиб в результате сдавления горла, травма получена в результате конфликта на рабочем месте» (том 1 л.д. 19).

Из заключения эксперта от 5 марта 2024 года № 20/ж следует, что при обращении И.Я.В. 26 февраля 2024 года за медицинской помощью каких-либо телесных повреждений в области шеи у неё не имелось, а имеющиеся участки гиперемии (покраснения) кожных покровов могли образоваться от различных причин, в том числе – аллергических реакций, трения (механического воздействия), волнения, перепада температур (том 1 л.д. 127-128).

Соответствующие участки покраснения кожи в районе шеи И.Я.В. зафиксированы на фотоснимках, представленных последней и приложенных к протоколу её допроса (том 1 л.д. 54-55), а также идентичные снимки в цветном виде приобщены к материалам дела по ходатайству потерпевшей в судебном заседании.

Из показаний свидетеля С.О.Ю., оглашённых в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтверждённых ею, следует, что днём 25 февраля 2024 года ей позвонила И.Я.В., и сообщила, что в помещение метеостанции приходила Сеньчура, которая душила её и угрожала фразами «Я тебя убью, я тебя задушу, я тебя спалю». И.Я.В. во время разговора была очень взволнована и напугана, боялась вызвать сотрудников полиции. После того, как она (С.О.Ю.) приехала к И.Я.В., они вызвали полицию. Как ей (С.О.Ю.) стало известно, конфликт между И.Я.В. и Сеньчурой произошёл из-за дров, находившихся на земельном участке возле метеостанции. Эти дрова ранее принадлежали М.О.А., умершей в 2023 году, а после её смерти сын М.О.А. разрешил И.Я.В. забрать эти дрова (том 1 л.д. 90-91).

В судебном заседании С.О.Ю. дополнительно показала, что И.Я.В. сменяла её в 8 часов 30 минут 25 февраля 2024 года, и никаких покраснений у той на шее не имелось, однако когда она (С.О.Ю.) приехала в тот же день после звонка И.Я.В., эти следы у последней на шее появились. Кроме того, И.Я.В. была сильно взволнована, у неё дрожал голос. Указала, что ранее у сотрудников метеостанции неоднократно возникали конфликты с Сеньчурой по поводу использования последней земельного участка метеостанции в личных целях.

Допрошенная в судебном заседании свидетель В.Н.С. пояснила, что в дневное время, после 11 часов 0 минут 25 февраля 2024 года её коллега И.Я.В., находившаяся на смене, прислала в мессенджере «WhatsApp» фотоснимки с участками покраснений в районе шеи, и написала, что Сеньчура, проживающая в соседнем с метеостанцией доме, пыталась её задушить. И.Я.В. написала, что конфликт между ними произошёл из-за брёвен, которые находились на земельном участке около метеостанции. Насколько она (В.Н.С.) помнит, Сеньчура и И.Я.В. не могли определиться с принадлежностью этих брёвен. Вечером, около 20 часов 30 минут 25 февраля 2024 года она (В.Н.С.) встретилась с И.Я.В., и у последней на шее действительно имелись покраснения. Также у И.Я.В. хрипело горло и она была напугана. В судебном заседании свидетелем В.Н.С. продемонстрирована переписка в мессенджере «WhatsApp» с потерпевшей за 25 февраля 2024 года, в ходе которой И.Я.В. направила ей снимки, содержание которых идентично снимкам, представленным в судебное заседание.

Согласно показаниям свидетеля П.В.Н., оглашённых в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и подтверждённых свидетелем, в вечернее время 25 февраля 2024 года ей звонила коллега И.Я.В. и рассказала, что в указанный день в помещение метеостанции приходила Сеньчура, которая ругалась из-за дров, угрожала и душила её (том 1 л.д. 105-106).

Дополнительно свидетель П.В.Н. в судебном заседании пояснила, что видела, как М.О.А. при жизни собирала эти дрова и складировала их на земельном участке возле здания метеостанции. После смерти М.О.А. её сын М.А.Н. разрешил забрать эти дрова И.Я.В.. Кроме того, 25 февраля 2024 года после конфликта с Сеньчурой И.Я.В. пересылала ей (П.В.Н.) в мессенджере фотографии, на которых на шее И.Я.В. виднелись красные пятна.

В судебном заседании свидетель М.О.С. показала, что около 11 часов 0 минут 25 февраля 2024 года от знакомой И.Я.В. в мессенджере поступили фотографии, на которых в районе шеи И.Я.В. имелись покраснения и следы от пальцев. Со слов самой И.Я.В., в указанный день, когда она была на работе, в помещение метеостанции ворвалась Сеньчура, которая кричала, душила её и говорила, что она (И.Я.В.) что-то украла. Голос И.Я.В. был тревожным и охрипшим, хотя за день до этих событий она виделась с И.Я.В. и голос у неё был нормальным, а на шее не было никаких следов. Насколько ей (М.О.С.) известно, конфликт между И.Я.В. и Сеньчурой произошёл из-за дров, принадлежащих М.О.А.. Эти дрова после смерти М.О.А. сын последней, М.А.Н., являющийся её (М.О.С.) сожителем, разрешил забрать И.Я.В..

Аналогичным образом, из показаний свидетеля М.А.Н., оглашённых в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтверждённых им, следует, что его мать М.О.А. при жизни собирала дрова, после её смерти Сеньчура предлагала ему купить эти дрова, однако он разрешил данные дрова забрать И.Я.В.. Впоследствии, со слов сожительницы М.О.С. ему стало известно, что 25 февраля 2024 года Сеньчура приходила в здание метеостанции и душила И.Я.В. из-за конфликта, связанного с этими дровами (том 1 л.д. 94-96).

Свидетель С.Я.Н. в судебном заседании указал, что 24 февраля 2024 года он приехал к дому № по <адрес>, где он проживает с ФИО1, и увидел, что И.Я.В. с сожителем пилят и забирают принадлежащие им (С.Я.Н. и М.Н.) брёвна. На это он (С.Я.Н.) сделал замечание И.Я.В. и её сожителю, однако те не отреагировали. О случившемся он позднее в тот же день рассказал ФИО1, которая обратилась на метеостанцию и узнала, что И.Я.В. будет работать 25 февраля 2024 года. На следующий день около 10 часов 45 минут он и Сеньчура подъехали к зданию метеостанции, после чего Сеньчура зашла внутрь, а он остался ждать её на крыльце. Спустя непродолжительное время, не более 5 минут, Сеньчура вышла и сказала, что сообщила И.Я.В. о необходимости вернуть принадлежащее им имущество. Полагает, что Сеньчура не могла совершить инкриминируемые ей действия, поскольку находилась в болезненном состоянии из-за болезни сердца. Сожительницу может охарактеризовать исключительно с положительной стороны, как любящую, работящую, спокойную женщину.

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля Ф.А.П. следует, что 26 февраля 2024 года ему позвонила сожительница И.Я.В. и сообщила, что находится в больнице. В обеденное время того же дня И.Я.В. рассказала ему, что 25 февраля 2024 года, когда она была на смене, к ней на работу приходила Сеньчура, между ними произошёл конфликт, в ходе которого последняя душила её и угрожала словами. При этом на шее у И.Я.В. имелись покраснения, которых 24 февраля 2024 года у неё не имелось. Насколько ему известно, конфликт между И.Я.В. и Сеньчурой произошёл из-за досок, которые он и И.Я.В. забрали с участка возле метеостанции.

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 25 апреля 2024 года № 57/к, у Сеньчуры имеется застарелый вывих акромиального конца правой ключицы с формированием умеренной приводящей контрактуры правого плеча; снижение мышечной силы в проксимальных отделах правой верхней конечности, однако движения правой кистью сохранены в пределах нормы (мышечная сила достаточная). Сеньчура может правой рукой осуществлять сдавливание шеи человека (том 1 л.д. 136-143).

Исследовав все приведённые доказательства, проанализировав их в совокупности, суд пришёл к выводу, что виновность подсудимой Сеньчуры в совершении преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах нашла своё подтверждение в ходе судебного заседания доказательствами, представленными стороной обвинения, каждое из которых суд признаёт имеющим юридическую силу, поскольку они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, и достоверными, а совокупность их – достаточной для вывода о том, что преступные действия подсудимой имели место так, как это изложено в описательной части настоящего приговора. Все доказательства стороны обвинения не находятся в противоречии между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства произошедшего.

Вопреки доводам защиты, оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей обвинения у суда не имеется. Указанные лица допрошены по правилам, предусмотренным УПК РФ, потерпевшая и свидетели как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, неоднократно и последовательно дали согласующиеся между собой непротиворечивые показания.

Мотивы для оговора Сеньчуры данными лицами стороной защиты не приведены и судом не установлены. Как пояснила сама подсудимая, а также подтвердили потерпевшие и свидетели, неприязненных отношений между ними до произошедших событий не имелось.

В судебном заседании защитник настаивал на непричастности Сеньчуры к инкриминируемому деянию, указав, что согласно материалам дела в период, вменяемый дознанием в качестве времени совершения преступления, а именно с 10 часов 50 минут, И.Я.В., являясь работником метеостанции, выполняла «срок», то есть заполняла аналитическую таблицу на компьютере. По мнению защитника, если бы инкриминируемые Сеньчуре события имели место, то И.Я.В., находившаяся по версии дознания, в сильном душевном волнении, не смогла бы заполнить указанную таблицу.

Как следует из сведений, представленных ФГБУ «Колымское УГМС» по запросу защитника, и согласуется с пояснениями работников указанного Учреждения И.Я.В., В.Н.С., П.В.Н. и С.О.Ю., наблюдение за метеорологическими величинами производится в единые синхронные сроки (применительно к рассматриваемому делу – в 00:00 Всемирно-скоординированного времени, соответствующего 11 часам Магаданского времени). За 10 минут до срока наблюдений на автоматизированном рабочем месте техника-метеоролога открывается окно для ручного ввода данных, которое автоматически закрывается в 0 минут срочного часа, при этом открыть окно ввода вручную невозможно.

Из согласованных показаний свидетеля ФИО2 и потерпевшей И.Я.В. следует, что за нарушение отправки указанных сведений предусмотрена ответственность, однако И.Я.В. успела направить данные сведения, каких-либо нареканий от руководства в её адрес не имелось (аналогичная информация представлена и ФГБУ «Колымское УГМС»).

Из показаний потерпевшей И.Я.В. также следует, что ввод данных занимает в среднем около 2 минут, соответствующие сведения внесены и отправлены ею непосредственно перед прибытием в помещение метеостанции Сеньчуры. В этой части её показания согласуются как с приведёнными сведениями ФГБУ «Колымское УГМС», показаниями В.Н.С., П.В.Н. и С.О.Ю., а также с показаниями свидетеля С.Я.Н., сообщившего, что к зданию метеостанции он и Сеньчура прибыли около 10 часов 45 минут 25 февраля 2024 года, затем Сеньчура зашла в указанное здание, где пробыла не более 5 минут.

При таких обстоятельствах, суд отмечает, что период вменяемого Сеньчуре преступления – с 10 часов 50 минут до 11 часов 30 минут 25 февраля 2024 года, установлен в ходе предварительного расследования правильно и с достоверностью подтверждается имеющимися доказательствами.

Доводы защиты о том, что имеющееся у И.Я.В. заболевание в виде хронического отита исключало возможность слышать какие-либо угрозы со стороны подсудимой, носят очевидно предположительный характер. Сама потерпевшая, будучи неоднократно допрошенной как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, последовательно утверждала о содержании высказанных Сеньчурой в её адрес угроз.

То обстоятельство, что потерпевшая указала на факт нахождения Сеньчуры в момент преступления в перчатках, не опровергает вывод о совершённых последней действиях в виде угрозы убийством в адрес И.Я.В., выразившихся в словесной форме и путём сдавливания горла потерпевшей руками.

Каких-либо противоречий, в том числе существенных, свидетельствующих о наличии оснований для возвращения дела прокурору, материалы уголовного дела и обвинительный акт не содержат.

Судом установлено, что в период с 10 часов 50 минут до 11 часов 30 минут 25 февраля 2024 года Сеньчура, находясь в помещении метеостанции – в доме № по <адрес> высказала в адрес И.Я.В. угрозы убийством, выразившиеся в сдавливании шеи потерпевшей и обращённых к последней фразах «Я тебя убью», «Я тебя задушу», «Я тебя спалю». При этом в совокупности с отсутствием в помещении иных лиц, внезапным агрессивным поведением Сеньчуры, сдавившей шею потерпевшей руками, смысл данных фраз и действий явился очевидным для потерпевшей, поскольку сводился к угрозам подсудимой лишить её жизни, и давал И.Я.В. реальные основания опасаться осуществления Сеньчурой своих угроз.

Вопреки доводам защиты, факт угрозы убийством в отношении потерпевшей подтверждается её неоднократными подробными и последовательными показаниями об этих обстоятельствах. При этом данные показания в полной мере согласуются с показаниями самой Сеньчуры и С.Я.Н., указавших на присутствие подсудимой в одном помещении с потерпевшей в юридически значимый период; показаниями свидетелей В.Н.С., С.О.Ю. и М.О.С., которым спустя короткое время после случившегося потерпевшая направила снимки с имеющимися у неё участками гиперемии в районе шеи и сообщила о произошедшем; показаниями свидетелей С.О.Ю., М.О.С. и Ф.А.П., сообщивших об отсутствии каких-либо повреждений подобного рода у потерпевшей непосредственно перед встречей с подсудимой 25 февраля 2024 года, фотоснимками, приложенными потерпевшей к протоколу своего допроса и представленными в судебное заседание, которые согласуются как с её показаниями, так и с показаниями врача-хирурга С.А.И. и его заключением по результатам осмотра И.Я.В. 26 февраля 2024 года; показаниями свидетелей М.А.Н., М.О.С., В.Н.С., С.О.Ю. и Ф.А.П., указавших на наличие конфликтной ситуации между Сеньчурой и И.Я.В. ввиду наличия притязаний у подсудимой на имущество, которое 24 февраля 2024 года потерпевшая обратила в свою собственность.

Доводы стороны защиты об имеющейся у И.Я.В. возможности покинуть помещение и избежать конфликта не имеют правового значения для установления юридически значимых обстоятельств по настоящему делу, поскольку поведение потерпевшей не влияет на квалификацию инкриминируемого Сеньчуре деяния.

Исходя из установленных по делу фактических обстоятельств, суд не усматривает оснований ни для оправдания подсудимой, ни для прекращения в её отношении уголовного дела.

С учётом изложенного, суд квалифицирует действия подсудимой ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ как угрозу убийством, при которой имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

В судебном заседании изучалась личность подсудимой Сеньчуры, которая ранее не судима, к административной ответственности не привлекалась; на учётах у врачей психиатра и нарколога не состоит, <семейное положение> иждивенцев не имеет; не трудоустроена, является получателем пенсии по старости, согласно имеющимся выписным эпикризам имеет <диагноз>, в связи с которым периодически получала лечение; по месту жительства характеризуется в целом удовлетворительно, знакомыми Ф., Л., а также сожителем С.Я.Н. характеризуется исключительно положительно. Также, Сеньчура оказала благотворительную помощь, передав администрации Ольского муниципального округа в дар саженцы Красноярской сосны, что, по мнению суда, также характеризует её с положительной стороны.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимой Сеньчуры суд в соответствии со ст. 61 УК РФ признаёт пожилой возраст подсудимой и состояние её здоровья.

Обстоятельства, отягчающие наказание подсудимой Сеньчуры, судом не установлены.

При назначении подсудимой вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, отнесённого законодателем к категории небольшой тяжести, направленного против жизни и здоровья личности, конкретные обстоятельства дела, данные о личности подсудимой, в том числе – её возраст, состояние здоровья, имущественное и семейное положение, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние наказания на исправление подсудимой, условия её жизни и жизни её семьи.

Оценив всю совокупность обстоятельств, влияющих на назначение наказания, следуя целям и принципам уголовного наказания, суд пришёл к убеждению, что Сеньчуре следует назначить наказание в виде ограничения свободы, поскольку такое наказания будет справедливым и соразмерным обстоятельствам преступления, окажет необходимое и достаточное воспитательное воздействие на подсудимую.

При этом в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ суд считает необходимым установить Сеньчуре следующие ограничения: не изменять места жительства или пребывания, не выезжать за пределы территории Ольского муниципального округа Магаданской области, без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы. Суд также считает необходимым возложить на Сеньчуру обязанность являться один раз в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

Обстоятельства, препятствующие назначению подсудимой наказания в виде ограничения свободы в силу ч. 6 ст. 53 УК РФ, судом не установлены.

Судом обсуждался вопрос о возможности назначения подсудимой Сеньчуре менее строгого вида наказания, однако учитывая обстоятельства дела, цели и мотивы преступления, с учётом совокупности всех приведённых обстоятельств, данных о личности подсудимой, её возраста и имущественного положения, суд, проанализировав данные обстоятельства в совокупности пришёл к убеждению о невозможности назначить ей наказание в виде обязательных работ, поскольку менее строгое наказание не сможет в достаточной мере способствовать исправлению подсудимой и не будет соразмерным содеянному.

Какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, иные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности, судом не установлены, в связи с чем оснований для назначения подсудимой наказания с применением положений ст. 64 УК РФ не имеется.

В ходе предварительного расследования процессуальными издержками признана сумма вознаграждения адвокату П.Ю.Н. в размере 13 852 рубля 50 копеек.

Поскольку из материалов дела следует, что в ходе предварительного расследования Сеньчура отказалась от услуг адвоката и защитник участвовал по назначению дознавателя, суд в соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ приходит к выводу о необходимости возместить указанные процессуальные издержки за счёт средств федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296-299, 303, 304, 307-310 УПК РФ,

п р и г о в о р и л:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, и назначить ей наказание в виде ограничения свободы на срок 8 (восемь) месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения:

не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы,

не выезжать за пределы территории Ольского муниципального округа Магаданской области без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО1 обязанность являться один раз в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

Срок наказания исчислять со дня постановки ФИО1 на учёт уголовно-исполнительной инспекцией.

Процессуальные издержки в сумме 13 852 (тринадцати тысяч восьмисот пятидесяти двух) рублей 50 копеек возместить за счёт средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Магаданского областного суда через Ольский районный суд в течение пятнадцати суток со дня его постановления. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём необходимо указать в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий подпись И.В. Жаворонков