Апелляционное постановление № 22-2114/2024 от 11 сентября 2024 г. по делу № 1-188/2024

Судья ФИО19 ФИО20 Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<дата> г. Махачкала

Суд апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего ФИО9,

при секретаре ФИО3,

с участием: защитника подсудимой ФИО1 - адвоката ФИО4, прокурора ФИО5,

рассмотрев в судебном заседании апелляционное представление помощника прокурора <адрес> ФИО6 на постановление Дербентского городского суда РД от <дата>, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159.2 УК РФ, возвращено прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом первой инстанции,

заслушав доклад судьи ФИО9, выступления прокурора ФИО5, просившего отменить постановление суда по доводам апелляционного представления, защитника ФИО8 - адвоката ФИО4, просившей постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения,

установил:

В апелляционном представлении помощник прокурора <адрес> ФИО6 просит постановление суда в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить в тот же суд для рассмотрения по существу, указав на то, что уголовное дело судом возвращено прокурору по не предусмотренным ст.237 УПК РФ основаниям, постановление суда является незаконным, поскольку в ходе предварительного следствия ФИО1 в статусе обвиняемой были разъяснены права, в том числе на обеспечение перевода на родной язык, которым она владеет, ей разъяснено, в чем она обвиняется, какие преступные действия она совершила, какой ущерб причинила в денежном выражении, ФИО1 знала о последствиях уголовного преследования, разъяснение ФИО1 прав, в том числе право на перевод, происходило на русском языке, после которого ФИО1 не изъявила желание (не воспользовалось правом) на перевод, разъясняемых ей прав на лезгинский язык, так и перевода на протяжении всего предварительного следствия процессуальных и следственных действий, общение между следователем и ФИО1 происходило на русском языке, автор апелляционного представления полагает несостоятельной ссылку суда на то, что ФИО1 имеет неполное среднее образование - 4 класса, по национальности является лезгинкой и русским языком недостаточно владеет, писать и читать на русском языке не может, услугами переводчика в предварительном следствии обеспечена не была, поскольку ФИО1 имеет начальное образование 4 класса русского языка, на вопросы при установлении личности о фамилии, имени, место рождении, места жительства и на другие вопросы отвечала на русском языке, образование 4 класса на русском языке свидетельствуют об этом, более того, подтверждает о ее свободном владении русским языком, адвокат ФИО7 и дочери подсудимой подтверждает факт владения русским языком ФИО1 и пояснения их «не в полной мере понимала русский язык» лишь субъективное восприятия этих слов, поскольку, юридической терминологией не владела и дочь подсудимой, ФИО1 не понимает юридические термины и терминологии, и вопрос не в знании русского языка, а трудности в понимании юридических терминов, в связи с чем для этого последней был обеспечен защитник.

Проверив материалы дела, заслушав сторон, обсудив и проверив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения постановления суда по доводам апелляционного представления прокурора либо иным основаниям.

Согласно п.4 ст.7 УПК РФ судебное решение должно отвечать принципам законности, обоснованности, справедливости и быть мотивированным.

По смыслу ст.237 УПК РФ, суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе вправе возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты проведенного дознания или предварительного следствия, при этом, помимо оснований, прямо предусмотренных ст.237 УПК РФ, уголовное дело подлежит возвращению прокурору и в том случае, если на стадии досудебного производства допущено нарушение конституционных прав обвиняемого.

Частью 2 статьи 26 Конституции РФ установлено, что каждый имеет право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, означающее, что нарушение на стадии досудебного производства права обвиняемого на пользование родным языком является основанием для возвращения уголовного дела прокурору при условии, если подобное нарушение препятствует разрешению уголовного дела по существу в ходе судебного разбирательства и допущенные нарушения могут быть устранены органами предварительного следствия в порядке, установленном ст.237 УПК РФ.

Приведенные положения нашли свое отражение в ч.2 ст.18, п.6 ч.4 ст.47 УПК РФ, предусматривающихправо обвиняемого давать показания и объясняться на родном языке или языке, которым он владеет.

По смыслу взаимосвязанных положений ч.ч.1 и 2 ст.18, п.п.6 и 7 ст. 47 УПК РФ уголовное судопроизводство ведется на русском языке, участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по уголовному делу,должно быть разъяснено и обеспечено право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, давать показания и объяснения и выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика в порядке, установленном УПК РФ.

Согласно требованиям ст.ст.18, 59, 164 и 169 УПК РФ органы предварительного следствия обязаны проводить все следственные действия с участием обвиняемого, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по уголовному делу, с обязательным участием назначенного переводчика.

В соответствии с ч.3 ст.18 УПК РФ, если в соответствии с требованиями УПК РФ следственные и судебные документы подлежат обязательному вручению обвиняемому, то указанные документы должны быть переведены на родной язык обвиняемого.

Согласно ст.47 ч.4 п.2 УПК РФ, обвиняемый вправе получать копию постановления о привлечении его в качестве обвиняемого, копию постановления о применении к нему меры пресечения и копию обвинительного заключения или обвинительного акта.

Как следует из материалов уголовного дела и обоснованно на то указано в обжалованном постановлении суда, указанные требования закона органами следствия выполнены не были.

Судом первой инстанции установлено, что подсудимая ФИО1, по национальности лезгинка, имеет 4 классное начальное образование, ее родным языком является лезгинский язык, а также она недостаточной степени владеет русским языком, на котором ведется судопроизводство по настоящему делу, судом обеспечена переводчиком.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 с участием переводчика и адвоката пояснила, что русским языком владеет плохо, писать и читать на русском языке самостоятельно не может, нуждается в услугах переводчика.

Вместе с тем, следственные действия с участием ФИО1 были проведены без участия переводчика, в то время, как заявление об отказе от переводчика, который реально не предоставлялся, в материалах дела отсутствует.

В материалах уголовного дела отсутствуют перевод постановления о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительного заключения на лезгинский язык, которым владеет ФИО8, также сведения о получении последней копий указанных документов.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что допущенное органом предварительного расследования нарушения уголовно-процессуального закона исключают возможность рассмотрения уголовного дела по существу, поскольку нарушает право ФИО1 на защиту.

Доводы апелляционного представления о том, что ФИО8 не заявляла ходатайств о предоставлении переводчика, не освобождало следствие предоставить ей копии постановления о предъявлении обвинения и обвинительного заключения на языке, которым она владеет.

Допущенные судом приведенные нарушения обоснованно признаны судом первой инстанции существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, повлиявшими нарушение права ФИО8 на защиту, выразившееся в не обеспечении реализации ею конституционного права на свободное пользование родным языком, также эффективную защиту своих прав и законных интересов в ходе производства ее уголовного дела при фактически признанном судом установленной недостаточность владения обвиняемой русским языком.

Приведенные допущенные органом следствия нарушения уголовно-процессуального закона, по обоснованному мнению суда первой инстанции, являются препятствием для рассмотрения уголовного дела судом по существу предъявленного ФИО1 обвинения, исключающими возможность постановления судом законного и обоснованного приговора или вынесения на его основе иного решения.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления суда по данному делу, не допущено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Дербентского городского суда РД от <дата> в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя по делу - помощника прокурора <адрес> ФИО6 - без удовлетворения.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: