Апелляционное определение № 22-3819/2025 от 23 декабря 2025 г.

Судья Коломинова Ю.В. Дело № 22-3819/2025

Докладчик Шибаев А.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 декабря 2025 года город Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Краева С.А.,

судей Шибаева А.А., Харитонова В.А.,

при секретаре Пуд Е.А.,

с участием прокурора Поваровой А.М.,

осужденных ФИО1 и ФИО2 в режиме видео-конференц-связи,

защитников – адвокатов Капустина О.А, Чанцева Д.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Капустина О.А., Чанцева Д.А., Тихонова Н.Г., апелляционному представлению заместителя Котласского межрайонного прокурора Сбродова Н.П. на приговор Котласского городского суда Архангельской области от 31 октября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес>, не судимый,

осужден по пп.«а», «з» ч.2 ст.126 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 31 октября 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес>, не судимый,

осужден по пп.«а», «з» ч.2 ст.126 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к 2 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО2 под стражей с 31 октября 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Шибаева А.А., выслушав выступления осужденных ФИО1 и ФИО2 в режиме видео-конференц-связи и защитников Капустина О.А. и Чанцева Д.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Поваровой А.М., поддержавшей доводы апелляционного представления, судебная коллегия

установила:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в похищении человека, совершенном группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Капустин О.А. приводит доводы о несогласии с приговором ввиду несоответствия изложенных в нем выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Не соглашается с квалификацией действий ФИО2 Излагая установленные судом обстоятельства дела и ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 года №58 «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми» указывает, что под похищением понимается незаконных захват, перемещение и последующее удержание в целях совершения другого преступления либо по иным мотивам, которые для квалификации содеянного значения не имеют. Настаивает, что захват, перемещение и удержание являются обязательными признаками данного состава преступления. Вместе с тем потерпевшему Потерпевший №1 удалось выпрыгнуть из автомобиля, а данных о каком-либо ином его удержании при описании преступного деяния не приведено. Осужденные в своих показаниях не указывали, что намеревались удерживать потерпевшего в каком-либо другом месте. Таким образом, объективная сторона состава преступления не была доведена до конца, а выводы суда об удержании Потерпевший №1 в автомобиле основаны на неверном толковании закона. На основании изложенного просит приговор суда отменить и направить дело на новое рассмотрение либо переквалифицировать действия ФИО2 на п.«а» ч.2 ст.127 УК РФ и назначить ему наказание, не связанное с лишением свободы.

В апелляционном представлении заместитель Котласского межрайонного прокурора Сбродов Н.П., не оспаривая виновность и квалификацию действий осужденных, находит приговор подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона. Ссылаясь на взаимосвязанные положения п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ и п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ указывает, что под орудиями, оборудованием и иными средствами совершения преступления, подлежащими конфискации, понимаются предметы, используемые в целях достижения преступного результата, при условии, что их использование имело непосредственное отношение к исполнению действий, образующих объективную сторону состава преступления. В судебном заседании достоверно установлено и подтверждено совокупностью исследованных доказательств, что при совершении преступления ФИО1 и ФИО2 использовался принадлежащий последнему автомобиль марки «Джак ДжиЭс 7». Вместе с тем в нарушение требований закона, разрешая судьбу вещественных доказательств, суд пришел к выводу о необходимости оставления этого автомобиля у законного владельца. На основании изложенного просит приговор изменить, автомобиль маки «Джак ДжиЭС 7» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> конфисковать в соответствии с п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ в собственность государства, наложив на него арест в целях обеспечения исполнения приговора.

В апелляционной жалобе адвокат Чанцев Д.А. полагает, что не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, в приговоре не указано по каким причинам при наличии противоречивых доказательств, суд принял одни, отвергнув другие. Ссылается на показания ФИО1 и ФИО2 признавших, что они ввели Потерпевший №1 в заблуждение и перевезли его из одного места в другое, при этом каких-либо угроз ему не высказывали, не требовали передачи денежных средств и автомобиля, а поняв, что их шутка затянулась, остановили автомобиль и добровольно освободили Потерпевший №1 Настаивает, что единственным доказательством виновности осужденных являются показания потерпевшего Потерпевший №1, иных не имеется. Хищение телефона, принадлежавшего Потерпевший №1, не нашло своего подтверждения и не вменялось осужденным, согласованность действий осужденных также не нашла своего подтверждения. Считает, что суд, располагая прямыми, взаимно исключающими друг друга доказательствами, свидетельствующими о совершении преступления в составе группы лиц по предварительному сговору и из корыстных побуждений, не устранил противоречия. Ссылаясь на позицию Верховного Суда РФ о применении примечания к статье 126 УК РФ, отмечает, что добровольным следует признавать такое освобождение похищенного человека, при котором виновное лицо осознавало, что у него имелась реальная возможность удерживать потерпевшего, но оно освободило его либо указало откуда его можно освободить. Настаивает, что ФИО1 на протяжении всего следствия пояснял, что отпустил Потерпевший №1 добровольно, цели его удержания не имел и, отреагировав на просьбу потерпевшего, остановил автомобиль. Такие же показания даны и ФИО2 Подвергает сомнению показания потерпевшего об обратном, указывая на то, что автомобиль оборудован автоматической блокировкой дверей, а также на отсутствие у Потерпевший №1 телесных повреждений, образовавшихся бы в случае выпрыгивания из автомобиля. Просит приговор суда изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на ч.1 ст.126 УК РФ, исключив из объема обвинения квалифицирующие признаки совершения преступления «в составе группы лиц по предварительному сговору» и «из корыстных побуждений»; на основании примечания к ст.126 УК РФ освободить ФИО1 от уголовной ответственности в связи с добровольным освобождением похищенного человека.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО111 также находит приговор суда несправедливым и подлежащим отмене. Ссылаясь на показания осужденных, утверждает, что целью их действий был розыгрыш без какого-либо продолжения, что исключает похищение человека, его перемещение, удержание и выдвижение имущественных требований. Осужденные ни о чем не договаривались, они не осознавали общественную опасность своих действий, не предвидели наступления общественно-опасных последствий и не желали их наступления. Потерпевший сам сел к ним в автомобиль, при этом Потерпевший №1 в своих показания указывал на то, что не воспринимал требования ФИО1 и ФИО2 о передаче денежных средств и автомобиля всерьез, поскольку они не предпринимали никаких активных действий. Отмечает, что ФИО2 никаких требований не высказывал. Потерпевший также действий для побега не совершал, вышел, когда автомобиль был остановлен. Настаивает на добровольном освобождении потерпевшего, поскольку у осужденных отсутствовали препятствия для продолжения его удерживания. Ссылаясь на признательную позицию, совокупность смягчающих наказание обстоятельств и данные о личности ФИО2, просит переквалифицировать его действия на ч.1 ст.126 УК РФ и освободить от уголовной ответственности на основании примечания к статье.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Капустин О.А. не соглашается с изложенными в нем доводами, просит оставить апелляционное представление без удовлетворения, а приговор в части решения судьбы вещественных доказательств – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и представлении, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО1 в приговоре надлежащим образом мотивированы и являются правильными, основаны на совокупности исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре, проверенных и оцененных в ходе судебного разбирательства в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ.

Установленные судом фактические обстоятельства дела подтверждаются:

- показаниями ФИО2 и ФИО1 в части, не противоречащей иным исследованным в судебном заседании доказательствам. Так, будучи допрошенными на стадии следствия и в суде, она показали, что ночью ДД.ММ.ГГГГ, двигаясь на автомобиле «Джак», принадлежащем ФИО2, по трассе между городом Котласом и поселком Вычегодский, заметили на обочине автомобиль «Форд Фокус» и, предположив, что его водитель причастен к обороту наркотиков, решили его припугнуть. Остановившись и подойдя к этому автомобилю, они представились водителю сотрудниками «наркоконтроля», он в ответ пояснял, что является таксистом, показывал соответствующее приложение в телефоне. ФИО1 забрал у потерпевшего телефон, они предложили проехать на освидетельствование по поводу употребления наркотиков. Мужчина согласился и сел в автомобиль ФИО2 Под управлением ФИО1 они поехали в сторону кладбища. Ехали молча, никаких угроз в адрес потерпевшего не высказывали, затем потерпевший попросил остановить автомобиль, что ФИО1 выполнил, потерпевший вышел из автомобиля и убежал;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что двое мужчин из автомобиля «Джак» подбежали к его автомобилю, открыли двери с криками «Госнаркоконтроль» и сели в салон, где стали называть его наркоманом. Он оправдывался, показывал приложение в телефоне, но ФИО1 телефон отобрал. Полагая, что ФИО1 и ФИО2 являются сотрудниками правоохранительных органов и подозревают его в употреблении наркотиков, он согласился проследовать на освидетельствование и вышел из автомобиля. Далее ФИО1 взял его за рукав куртки и сопроводил в их автомобиль, туда же сел ФИО2 После они на большой скорости поехали в сторону городского кладбища. Во время движения ФИО1 кричал: «Тебе сейчас конец! Ты перепишешь машину на нас и будешь искать деньги», в связи с чем потерпевший понял, что они не сотрудники полиции. Действия осужденных его напугали, он опасался за свои жизнь и здоровье. Проезжая мимо кладбища, ФИО1 сказал ФИО2: «Я знаю, куда мы его повезем», автомобиль снизил скорость и стал поворачивать на территорию кладбища. Воспользовавшись этим моментом, потерпевший выпрыгнул из автомобиля и побежал к могилам, где спрятался. Автомобиль осужденных несколько минут оставался на месте, а после – уехал;

Оснований не доверять показаниям потерпевшего у суда не имелось, поскольку на протяжении предварительного расследования и судебного следствия эти показаний были последовательны и непротиворечивы, они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оснований для оговора осужденных у потерпевшего не имелось, поскольку ранее он с осужденными знаком не был.

Кроме того, показания потерпевшего Потерпевший №1 полностью согласуются с показаниями свидетеля ФИО16 – пассажира такси под управлением потерпевшего, который видел, что к автомобилю Потерпевший №1 лоб-в-лоб припарковался автомобиль китайской марки.

Свое подтверждение непротиворечивая позиция потерпевшего находит в иных исследованных материалах дела – протоколах следственных действий, включая осмотры предметов: автомобилей Потерпевший №1 и ФИО2, в последнем из которых обнаружен и изъят телефон потерпевшего, в свою очередь содержащий сведения о принятом потерпевшим в 01 час 14 минут ДД.ММ.ГГГГ заказе на поездку к <адрес> (место похищения), иных письменных материалах дела.

Оснований сомневаться в достоверности исследованных в судебном заседании доказательств, взятых за основу приговора, у суда не имелось. Все они подробны, последовательны, согласуются между собой, дополняют друг друга.

Исследованные доказательства с достаточностью указывают на обстоятельства совершенного преступления и не влекут возникновения неустранимых сомнений в виновности ФИО1 и ФИО2

Оценку суда получили как доказательства, представленные стороной обвинения, так и доказательства стороны защиты, сведений о тенденциозном подходе суда материалы дела не содержат.

Нарушения принципов состязательности, равноправия сторон и презумпции невиновности в судебном заседании не допущено.

Приведенные в апелляционных жалобах и сводящиеся к переоценке доказательств доводы, аналогичные высказанным в суде первой инстанции: об отсутствии умысла на похищение Потерпевший №1, об отсутствии предварительного сговора на совершение преступления и корыстного умысла, о добровольном освобождении потерпевшего, судом проверены, не подтвердились и обоснованно отклонены.

Так, в соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2019 №58 «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми» похищение человека считается оконченным преступлением с момента захвата и начала его перемещения.

Согласно пункту 3 названного постановления в отличие от похищения человека при незаконном лишении свободы, предусмотренном ст.127 УК РФ, потерпевший остается в месте его нахождения, но ограничивается в передвижении без законных на то оснований (например, виновное лицо закрывает потерпевшего в доме, квартире или ином помещении, где он находится, связывает его или иным образом лишает возможности покинуть какое-либо место).

Как верно установлено судом, ФИО1 и ФИО2, действуя умышленно, вынудили потерпевшего пересесть в автомобиль ФИО2 и проследовали с ним в автомобиле до кладбища «Макарово», тем ограничивали его передвижение и удерживали в указанной автомашине до тех пор, пока Потерпевший №1 самостоятельно не вышел из автомобиля и убежал.

В этой связи доводы жалоб о переквалификации действий виновных на ст.127 УК РФ являются безосновательными.

Квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» нашел свое подтверждение в судебном заседании. Судом установлено, что ФИО1 и ФИО2 оба представились потерпевшему сотрудниками правоохранительных органов, совместно имитировали ситуацию его задержания по подозрению в противоправных действиях, чем вместе подавили его волю к сопротивлению, обманом вынудили проследовать с ними на автомобиле, тем самым захватили, переместили и начали удерживать потерпевшего против его воли. Описанные действия виновных явно носили совместный и согласованный характер, преследовали единую противоправную цель, были продиктованы общим преступным умыслом, являлись последовательными и взаимодополняющими.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, похищение человека квалифицируется по пункту «з» части 2 статьи 126 УК РФ (из корыстных побуждений), в том числе, если оно совершено в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение и т.п.). Состоявшееся изъятие ФИО1, действующим в сговоре с ФИО2, телефона потерпевшего в момент его похищения, а также высказанные осужденными в адрес Потерпевший №1 угрозы с требованиями передачи автомобиля и денежных средств с достаточностью подтверждают наличие данного квалифицирующего признака. Наличие иной мотивации у виновных своего подтверждения не нашло с учетом показаний потерпевшего об обстоятельствах произошедшего, оснований сомневаться в которых судебная коллегия не находит.

Таким образом, суд пришел к верным выводам о доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в содеянном и квалификации их действий как похищение человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, то есть по пп.«а», «з» ч.2 ст.126 УК РФ.

Примечание к статье 126 УК РФ устанавливает правило об освобождении от уголовной ответственности лица, которое добровольно освободило похищенного. По смыслу закона добровольным является освобождение похищенного человека, при котором виновное лицо осознавало, что у него имелась реальная возможность удерживать потерпевшего, но оно освободило его.

В рассматриваемом случае материалами уголовного дела достоверно установлено, что освобождение Потерпевший №1 произошло не по инициативе осужденных, а явилось следствием самостоятельных действий потерпевшего, оказавшего своим побегом активное сопротивление виновным.

Доводы стороны защиты о наличии функции блокировки дверей, а равно об отсутствии у потерпевшего соответствующих телесных повреждений несостоятельны.

Так, осужденные показали, что потерпевший самостоятельно открыл дверь автомобиля и побежал от них, то есть никакой блокировки замков установлено не было, однако побег и попытки Потерпевший №1 спрятаться на кладбище красноречиво демонстрируют характер происходивших событий и их восприятие потерпевшим, опасавшимся за свои жизнь и здоровье, а не воспринимавшим себя в безопасности после добровольного освобождения.

Отсутствие в материалах дела сведений о телесных повреждениях у потерпевшего выводов, изложенных в приговоре суда, не порочит, поскольку по показаниям как Потерпевший №1, так и ФИО1 с ФИО2, в момент побега потерпевшего скорость автомобиля была минимальной в связи с выполняемым поворотом и съездом с асфальтированной на грунтовую дорогу. Сам потерпевший, описывавший момент покидания автомобиля, также не говорил о своем падении.

Таким образом, добровольности освобождения похищенного человека по делу не усматривается, оснований для применения положений примечания к статье 126 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

При назначении осужденным наказания судом учтены положения ст.ст.6, 43 и 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновных, возраст и состояние их здоровья, семейное положение, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал каждому из осужденных: наличие малолетнего ребенка, явку с повинной, активное способствование расследованию преступления, изобличение другого соучастника преступления, добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, наличие инвалидности.

ФИО1 в качестве смягчающего наказание обстоятельства также признано наличие хронических заболеваний, а ФИО2 – розыск имущества, добытого в результате преступления, и участие в специальной военной операции, награждение орденом Мужества, наличие статуса ветерана боевых действий.

Принимая во внимание данные о личности каждого из осужденных, совокупность смягчающих обстоятельств, суд признал данные обстоятельства исключительными и применил положения ст.64 УК РФ, что позволило назначить им наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч.2 ст.126 УК РФ.

Оценив характер и степень общественной опасности преступления, сведения о личности виновных, суд обоснованно не усмотрел фактических и правовых оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Вопрос о возможности применения положений статьи 73 УК РФ при постановлении приговора обсуждался, оснований для этого суд не усмотрел. Судебная коллегия находит данный вывод суда правильным, поскольку применение к виновным менее строгих мер исправительного воздействия не обеспечит достижение целей наказания, предусмотренных ч.2 ст.43 УК РФ.

По своему виду и размеру назначенное наказание отвечает требованиям закона, является справедливым и соразмерным содеянному, поэтому приговор в этой части изменению не подлежит.

Вид исправительного учреждения, где осужденным надлежит отбывать наказание, определен верно.

Вместе с тем при разрешении вопроса о судьбе вещественных доказательств требования закона судом нарушены.

Согласно материалам уголовного дела и как установлено судом, при совершении преступления осужденные использовали автомобиль марки «JAC JS6» с регистрационным номером P233 СТ29.

Наличие в предъявленном обвинении и описании преступного деяния в приговоре явной опечатки при указании модели данного автомобиля (поименовано как «Джак ДжиЭс 7») сомнений не порождает, поскольку иной идентификационный признак автомобиля, использовавшегося при совершении преступления – государственный регистрационный знак <***> регион, в совокупности и исследованным судом свидетельством о регистрации транспортного средства (том 2 л.д.32-33) позволяют правильно определить модель этого автомобиля – «JAC JS6» 2023 года выпуска с VIN №.

В соответствии с положениям п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ, п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ вещественными доказательствами признаются любые предметы, которые служили орудиями, оборудованием или иными средствами совершения преступления или сохранили на себе следы преступления. Орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации.

Между тем, разрешая вопрос о судьбе вещественных доказательств по делу, сняв автомобиль марки «JAC JS6» с ответственного хранения ФИО2 и разрешив законному владельцу распоряжаться им, суд не привел мотивов принятого решения, не высказался об обстоятельствах, по которым данное средство совершения инкриминируемого деяния не подлежит конфискации.

При таких обстоятельствах решение суда о судьбе данного вещественного доказательства является необоснованным, в связи с чем приговор суда подлежит изменению с принятием решения о конфискации у ФИО2 автомобиля марки «JAC JS6» 2023 года выпуска с VIN № в собственность государства.

В целях исполнения приговора на конфискуемый автомобиль следует наложить арест.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих изменение или отмену приговора, не допущено, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Котласского городского суда Архангельской области от 31 октября 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить.

Наложить арест на принадлежащий ФИО2 автомобиль марки «JAC JS6» 2023 года выпуска с VIN № в виде запрета распоряжения и пользования этим имуществом.

Автомобиль марки «JAC JS6» 2023 года выпуска с VIN № конфисковать у ФИО2 и обратить в собственность государства.

Решение об оставлении автомобиля «Джак» осужденному ФИО2 отменить.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.А. Краев

Судьи А.А. Шибаев

В.А. Харитонов