Приговор № 1-7/2019 от 1 апреля 2019 г. по делу № 1-7/2019

Дело № 1-7/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

02 апреля 2019 года г. Губкин

Губкинский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего - судьи Стёпкина П.Д.,

при секретаре судебного заседания Синдей О.Е.,

с участием: государственного обвинителя – помощника Губкинского городского прокурора Жилиной Ю.В.,

потерпевших О.В., Д.В., их представителя – адвоката Шнайдмиллера Е.В.,

подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Симонова А.А., представившего удостоверение и ордер ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело по обвинению:

ФИО1, не судимого,

в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО1, управляя автомобилем, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 18 декабря 2017 года на ул. Белгородская с. Сергиевка Губкинского района Белгородской области автодороги «Короча-Горшечное» при таких обстоятельствах.

Около 8 часов ФИО1, управляя принадлежащим Сергиевской территориальной администрации Губкинского городского округа автомобилем ВАЗ - 213100 , двигался по указанной дороге со стороны г. Белгорода в направлении г. Губкин.

Приближаясь к указанному участку дороги, на котором расположен нерегулируемый пешеходный переход, обозначенному дорожным знаком 5.19.1 приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ (далее ПДД), подсудимый вёл транспортное средство по правой полосе без учёта погодных и дорожных условий (тёмное время суток, ограниченная видимость, мокрое асфальтное покрытие, наличие осадков в виде дождя) и интенсивности движения в населённом пункте, со скоростью, которая в нарушение п. 10.1 ПДД не обеспечивала ему возможности постоянного контроля за движением автомобиля. При этом, приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу, в нарушение п. п. 1.3., 1.п. 1.5 абз.1, 14.1 ПДД, не снизил скорость своего движения и не остановился, не предоставил преимущество в движении пешеходу Д.Д., переходящему дорогу по нерегулируемому пешеходному переходу слева направо относительно движения автомобиля подсудимого, на нерегулируемом пешеходном переходе, на правой полосе проезжей части совершил на него наезд.

При этом потерпевшему Д.Д. были причинены множественные телесные повреждения, в том числе открытая черепно-мозговая травма, несовместимая с жизнью, повлекшая по неосторожности подсудимого его смерть.

Смерть Д.Д. наступила в результате отека и нарушения микроциркуляции головного мозга как осложнение открытой черепно-мозговой травмы, причинённой в результате дорожно-транспортного происшествия.

Своими действиями ФИО1 нарушил п. п. 10.1 и 14.1 ПДД, что находится в прямой причинной связи с совершением дорожно-транспортного происшествия, повлекшим по неосторожности смерть Д.Д.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в предъявленном обвинении по ч.3 ст. 264 УК РФ не признал, по факту произошедшего с его участием ДТП показал, что 18 декабря 2017 года около 8 часов, управляя автомобилем ВАЗ-213100 «Нива», двигаясь по автодороге «Короча-Горшечное» в сторону г. ФИО4 со стороны г. Белгорода, когда ещё было темно, шёл дождь, освещение дороги отсутствовало, наезд на пешехода совершил вне пешеходного перехода, наезд был совершен в районе автобусной остановки с. Сергиевка. Все правила дорожного движения соблюдал. Подъехав к дорожному знаку «Пешеходный переход», он сбросил скорость, поскольку никого на пешеходном переходе не было, он останавливаться не стал и продолжил движение с разрешенной скоростью, проехав пешеходный переход, внезапно выскочивший напротив автобусной остановке человек в темной одежде, в тёмное время суток, ударился в переднее левое крыло его автомобиля. В тот момент, он практически ничего не понял, кто это был, откуда он вышел, и только после остановки автомобиля, выйдя из машины, он увидел, что напротив остановки в 20-ти метрах от пешеходного перехода на левой полосе движения лежал человек. Он считает причиной столкновения противоправные действия пешехода, который внезапно оказался в темное время суток на проезжей части в условиях ограниченной видимости. Он технически не мог предотвратить столкновение, поскольку в этом месте он не ожидал, что может появиться кто-либо. Он сразу же принял все меры, чтобы вызвать скорую помощь. Он предполагает, что пешеход не стал доходить до конца пешеходного перехода пошел напрямую по проезжей части, по диагонали к автобусной остановке. Автобуса на автобусной остановке не было. Место нахождения пешехода после удара находилось в том же месте, где находилось место наезда на пешехода.

Несмотря на такие показания подсудимого, его вина в совершении инкриминируемого деяния подтверждается показаниями потерпевших, свидетелей, результатами осмотра места происшествия и транспортного средства, заключениями экспертиз и иными доказательствами в их совокупности.

Из показаний потерпевших О.В. и Д.В. - матери и отца Д.Д., свидетеля О.В.- тёти погибшего, следует, что с 01 сентября 2017 года, Д.Д., один проживал в с. Сергиевка. Каждый день на рейсовом автобусе он ездил на учебу. Д.Д. характеризуется как спокойный, серьезный парень. Вредных привычек он не имел, к административной и уголовной ответственности не привлекался. 18 декабря 2017 года, утром, Д.Д., как обычно, направлялся из дома на автобусную остановку, которая расположена на противоположной стороне ул. Белгородская. Путь следования на проезжую часть в месте выхода на дорогу и на автобусную остановку возможен только через проем в шумоизиляционном экране (заборе). Около этого проема на проезжей части имеется нерегулируемый пешеходный переход, обозначенный дорожным знаком «Пешеходный переход». На указанном пешеходном переходе его сбила машина, а 20 декабря 2017 года он умер в больнице. Кроме того, О.В. и Д.В. в суде подтвердили, что подсудимым ФИО1 в добровольном порядке был возмещён материальный вред, связанный с похоронами сына в денежном выражении.

Показания свидетеля Е.Ю. подтверждают, что около 08 часов 18 декабря 2017 года на проезжую часть ул. Белгородская, со стороны домов, вышел молодой парень Д.Д., который поздоровался с ней и с ФИО2, и по пешеходному переходу стал переходить проезжую часть ул. Белгородская на противоположную сторону. В этом месте на проезжей части расположен нерегулируемый пешеходный переход, обозначенный дорожными знаками «Пешеходный переход». Парень по пешеходному переходу шел, не останавливаясь, других пешеходов не было. Она увидела, что двигавшиеся по проезжей части ул. Белгородская автомобили, двигавшиеся со стороны г. Губкин в направлении г. Белгород, стали снижать скорость и останавливаться, уступая дорогу ФИО3 на проезжей части и на остановке не было. Она видела, что парень по пешеходному переходу прошел приблизительно до середины проезжей части, до разделительной полосы, после чего она отвернулась, и через мгновение она услышала звук удара, доносившийся со стороны проезжей части ул. Белгородская, с того места, где шел парень. Она оглянулась на звук и увидела лежащего на проезжей части ул. Белгородская, парня, в стороне от пешеходного перехода, за которым стоял легковой автомобиль. Она поняла, что этот легковой автомобиль совершил наезд на Д.Д.

Из показаний свидетеля И.И. следует, что около 08 часов 00 минут 18 декабря 2017 года на проезжую часть ул. Белгородская, со стороны домов, вышел Д.Д. и по пешеходному переходу стал переходить проезжую часть на противоположную сторону дороги. Автобусов на проезжей части и на остановке не было. Она видела, что этот парень шел именно по пешеходному переходу на противоположную сторону дороги, по пути не останавливался. Парень дошел приблизительно до разделительной полосы, обозначенной линиями дорожной разметки. Потом она свое внимание обратила на стоящих на автобусной остановке детей, и практически сразу, спустя несколько секунд, она услышала громкий хлопок, доносившийся с того места, где шел парень. Она оглянулась на этот хлопок и увидела, что на проезжей части, в стороне от пешеходного перехода в направлении г. Губкин, лежал Д.Д. Она только видела, что парень пешком дошел приблизительно до разделительной полосы, обозначенной сплошными линиями разметки.

Свои показания Е.Ю. и И.И. подтвердили и при их проверке на месте, когда они в присутствии следователя и понятых на месте ДТП рассказали и наглядно показали, где они находились в момент ДТП, указали место, где видели идущего пешехода Д.Д., а также, место где лежал Д.Д. после ДТП.

Из показаний свидетеля С.Н. следует, что 18 декабря 2017 года около 07 часов 55 минут она находилась на автобусной остановке, расположенной по ул. Белгородская с. Сергиевка Губкинского района, чтобы уехать на автобусе в г. Губкин. По краям проезжей части в месте, где расположена автобусная остановка, имеется сплошной шумоизоляционный экран, и в месте нахождения пешеходного перехода, данный экран с обоих сторон имеет проходы. Пешеходный переход обозначен дорожными знаками. Автобусная остановка, для движения в сторону г. Губкин, расположена непосредственно за пешеходным переходом. Около 08 часов 00 минут 18 декабря 2017 года, находясь на остановке, и смотря в сторону ФИО4, так как автобуса еще не было, она услышала громкий хлопок. Когда она обернулась, увидела резко останавливающийся легковой автомобиль. Она увидела, что автомобиль остановился на краю проезжей части около автобусной остановки и из машины вышел ФИО1 Так же она увидела, что за автомобилем на проезжей части лежал человек. Она поняла, что человека сбил именно автомобиль, из которого вышел ФИО1

Показаниями потерпевших, свидетелей о фактических обстоятельствах происшедшего подтверждается факт того, что ФИО1, управляя автомобилем, нарушил Правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть Д.Д. Сомневаться в правдивости показаний, допрошенных в суде потерпевших и свидетелей у суда нет оснований, поскольку они соответствуют обстоятельствам, установленным по делу, иным исследованным доказательствам. Указанные показания суд признает достоверными, они являются относимыми, допустимыми, поэтому служат доказательствами виновности подсудимого в совершенном преступлении.

Из сообщения инспектора ДПС ФИО5 от 18 декабря 2017 года следует, что в с. Сергиевка в районе школы автомобиль совершил наезд на ребенка.

Из сообщения приемного отделения ЦРБ Гладких от 18 декабря 2017 года следует, что с ДТП поступил Д.Д.,

Из сообщения приемного отделения ЦРБ от 20 декабря 2017 года следует, что в реанимационном отделении скончался Д.Д.

Протоколом осмотра трупа Д.Д. от 20.12.2017 были установлены многочисленные видимые телесные повреждения, в том числе в области головы

При осмотре места происшествия, произведенном непосредственно после автоаварии, с соблюдением норм процессуального права, регулирующих порядок проведения этого следственного действия, обнаружено, что место дорожно-транспортного происшествия расположено по ул. Белгородская, с. Сергиевка, на проезжей части автодороги «Короча-Горшечное» Губкинского района, Белгородской области. Проезжая часть горизонтальная, асфальтированная, мокрая, без дефектов. Дорожное покрытие для двух направлений, шириной 17,4 м, ширина асфальтированной разделительной полосы 2,1 м. На проезжей части нанесены сплошные линии дорожной разметки, обозначающие разделительную полосу, сплошная линия дорожной разметки, обозначающая края проезжей части для встречного направления. Ширина пешеходного перехода от дорожного знака до дорожного знака «Пешеходный переход» 8,2 м. Место происшествия находится в зоне действия дорожных знаков: «Пешеходный переход» 5.19.1; «Место остановки автобуса и (или) троллейбуса» 5.16 ПДД РФ. Место наезда на пешехода расположено на проезжей части ул. Белгородская, в районе дома с. Сергиевка, предназначенной для движения в сторону г. Губкин, до места нахождения пятна вещества бурого цвета и легкового автомобиля ВАЗ 213100 . Автомобиль расположен на правой стороне проезжей части автодороги, передней частью направлен в сторону г. Губкин, расстояние от осей переднего и заднего правых колес до края проезжей части 0,5 м и 0,6 м, от осей переднего и заднего левых колес до линии дорожной разметки 5,5 м и 5,4 м. Расстояние от оси переднего правого колеса до дорожного знака «Пешеходный переход» 51 м, до дорожного знака «Место остановки автобуса и (или) троллейбуса» 40,4 м, до пятна вещества бурого цвета 21 м. Следы торможений, следы шин отсутствуют. Обломанные или утерянные части транспортного средства отсутствуют. На проезжей части, предназначенной для движения в сторону г. Губкин, на расстоянии 2,7 м от сплошной линии дорожной разметки, на расстоянии 5 м до края проезжей части, на расстоянии 21 м до оси переднего правого колеса автомобиля, находится пятно вещества бурого цвета. Автомобиль имеет повреждения переднего бампера слева в виде вмятины, повреждение переднего капота в виде вмятины слева, на решетке радиатора отсутствует фрагмент решетки, левое переднее крыло повреждено в виде вмятины. Рулевое управление, тормозная система автомобиля исправны. Шины повреждений не имеют, давление воздуха в шинах визуально в норме. Стекла, осветительные приборы, зеркала, в норме. В ходе осмотра изъяты: автомобиль ВАЗ 213100 , водительское удостоверение , свидетельство о регистрации транспортного средства ; страховой полис , путевой лист легкового автомобиля от 18 декабря 2017 года.

Акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 18 декабря 2017 года подтверждает, что у ФИО1 состояние опьянения не установлено

Протоколом осмотра транспортного средства от 18 декабря 2017 года установлено, что на ул. Белгородская, с. Сергиевка, Губкинского района, Белгородской области, осмотрен легковой автомобиль ВАЗ 213100 , принадлежащий Сергиевской территориальной администрации Губкинского городского округа. У автомобиля повреждены передняя рамка, левое переднее крыло, капот и решетка радиатора.

При дополнительном осмотре автомобиля ВАЗ 213100 установлено, что от асфальтированной поверхности до нижней части переднего бампера 43 см., ширина переднего бампера 8 см. Высота от точки опоры до верхней части капота слева в районе повторителя поворота 92 см., до верхней части капота в районе лобового стекла 102 см.

Протокол осмотра предметов подтверждает, что осмотрен автомобиль ВАЗ 213100 . В ходе осмотра проводилась фотосъемка и осмотрены документы: водительское удостоверение ; свидетельство о регистрации транспортного средства ; страховой полис ; путевой лист легкового автомобиля от 18 декабря 2017 года, из которых следует, что ФИО1 имеет право управлять автомобилем ВАЗ 213100

Из протоколов выемки и осмотра предметов следует, что у потерпевшей ФИО6 изъята и осмотрена куртка мужская, черного цвета, с рукавами и капюшоном серого цвета. Осматриваемая куртка обильно пропитана веществом бурого цвета похожего на кровь. На рукавах куртки имеются полосы синего цвета.

Постановлением следователя указанный автомобиль, документы и куртка признаны в качестве вещественных доказательств

Протоколом следственного эксперимента по установлению скорости движения пешехода установлено, что статист, по возрасту и телосложению схож с Д.Д., прошел расстояние 9,7 м за 7,3 сек., 7,21 сек. и 7,08 секунд.

Протоколы следственных действий являются относимыми и допустимыми доказательствами, поскольку составлены надлежащими лицами в соответствии с требованиями УПК РФ и объективно подтверждают совершение подсудимым ФИО1 инкриминируемого ему преступления.

Заключением эксперта № 182 от 20 января 2018 года, установлено, что при судебно-медицинском экспертном исследовании трупа Д.Д. выявлены повреждения . Все выявленные повреждения образовались от действия твердых тупых твердых предметов, в срок, который может соответствовать 18 декабря 2017 года. Смерть гражданина Д. Д. наступила в результате отека и нарушения микроциркуляции головного мозга как осложнение открытой черепно-мозговой травмы. Не исключено образование всех выявленных повреждений в результате ударов о детали кузова легкового движущегося автомобиля, забрасыванием тела на капот и последующим отбрасыванием тела с ударом о дорожное покрытие в момент дорожно-транспортного происшествия. Между причинением Д. Д. открытой черепно-мозговой травмы и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Из заключения эксперта от 12 марта 2018 года (автотехническая экспертиза) следует, что на основании проведенного исследования можно сделать вывод о том, что скорость движения пешехода на участке пути длиной 9,7 м, пройденного за 7,08+7,21+7,3 сек. составляет величину около 4,93+4,84+4,78 км/ч соответственно. Таким образом, пешеходу преодолеть расстояние 22,2+22,5 м со скоростью 4,93+4,84+4,78 км/ч, за 1,0+2,0 сек. невозможно, т.к. с данной скоростью время движения пешехода составляет 16,21+16,94 сек.

Заключением эксперта от 26 февраля 2018 года установлено, что между причинением Д.Д. повреждений нижних конечностей и наступлением смерти причинно-следственной связи не имеется. Учитывая локализацию и характер повреждений следует, что в момент получения первичного удара ФИО7 находился в вертикальном, или близком к таковому положению и был обращен правой переднебоковой поверхностью к травмирующему предмету.

Заключением эксперта от 13 апреля 2018 года, (ситуационная медикокриминалистическая экспертиза) установлено, что при изучении материалов уголовного дела, а также медицинской документации у Д.Д. зафиксированы следующие повреждения, определен механизм их образования:

Учитывая зафиксированные повреждения , объективные данные, полученные в ходе следствия (сведения о траектории движения автомобиля согласно схеме места ДТП, о локализации повреждений, зафиксированных на автомобиле, согласно протоколу осмотра места происшествия, а также дополнительного осмотра предметов от 22.02.2018г.), локализацию расположения тела потерпевшего после падения на дорожное покрытие (согласно показаниям свидетеля С.Н.), выявленный механизм образования отдельно повреждений потерпевшего, следует, что имело место 3 фазы при фронтальном столкновении пешехода с автомобилем: фаза 1: столкновение передней части автомобиля слева с вертикально расположенным потерпевшим. В момент столкновения потерпевший был обращен переднеправой поверхностью тела к выступающей контактной части автомобиля (бампера слева). В момент столкновения потерпевший находился на правой опорной стопе. В данный момент образовались переломы обеих костей правой голени: фаза 2: тело потерпевшего падает навстречу продолжающему движение вперед автомобилю передней поверхностью живота, подвздошной областью на решетку радиатора, на капот. В данный момент образовалась тупая травма туловища: фаза 3: вследствие соударения с продолжающим движение автомобилем тело потерпевшего развивает ускорение, происходит попутное отбрасывание, и далее приземляется на дорожное покрытие. В данный момент образовались ссадины туловища и конечностей, черепно-мозговая травма. Учитывая выявленный механизм травмирования потерпевшего, наиболее вероятно, потерпевший был расположен вертикально в положении стоя на ногах при наезде легкового автомобиля ВАЗ 213100 . Наезд на пешехода произошел на проезжей части до места окончательной локализации тела потерпевшего в пределах расстояния около 18,2 м, в том числе на пешеходном переходе. Версия водителя ФИО1 о месте наезда (непосредственного удара) опровергается следующими несовпадениями с объективно установленными данными: потерпевший не имел физиологической возможности преодолеть самостоятельно расстояние около 20 м за 1-2 секунды (на основании заключения эксперта дополнительной автотехнической экспертизы), несовпадение в расположении тела потерпевшего по отношению к автомобилю в момент первичного контакта; также следует учесть, что при совершении 3-х фазного травмирования потерпевший обычно занимает окончательное место на проезжей части на удалении вперёд от места первичного контакта, то есть место наезда обычно не совпадает с местом окончательного расположения тела потерпевшего, что объясняется возникновением ускорения тела и последующим отбрасыванием при фронтальном столкновении в попутном направлении с автомобилем. Версии свидетелей И.И. и Е.Ю. являются состоятельными на основании совпадения с объективно установленными данными: потерпевший не имел физиологической возможности преодолеть самостоятельно расстояние около 20 м за 1-2 секунды, но имел возможность преодолеть указанное расстояние частично либо полностью совместно с автомобилем, располагаясь на капоте после первичного контакта до падения на проезжую часть, также не исключается преодоление указанного расстояния частично либо полностью посредством отбрасывания тела после соударения с автомобилем; совпадение в возможном расположении тела потерпевшего по отношению к автомобилю в момент первичного контакта.

Заключением эксперта от 30.11.2018 года (комплексная медикокриминалистическая экспертиза) подтверждаются ранее установленные обстоятельства ДТП и вместе с тем, установлено, что пешеход Д.Д. осуществлял переход в границах пешеходного перехода и пройденное им расстояние до момента наезда (составляет не менее 9,7 м), что исключает внезапность появления его на проезжей части.

Выводы проведенных в рамках уголовного дела экспертиз научно обоснованы, их правильность и объективность сомнений у суда не вызывает, они основаны на непосредственном исследовании погибшего, медицинских документов, материалов уголовного дела и предметов.

В ходе судебного разбирательства не установлено каких-либо нарушений процессуального законодательства, влекущих признание вышеизложенных доказательств недопустимыми. Суд проверил и оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Исследовав все представленные доказательства в их совокупности, сопоставив их между собой, суд находит вину ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления доказанной.

Доводы ФИО1 о том, что пешеход Д.Д. до середины дороги мог дойти по пешеходному переходу, а потом он направился по диагонали к автобусной остановке и наезд был совершен вне пешеходного перехода опровергаются выводами судебно - медицинских экспертиз, выводами комплексной медико-криминалистической и автотехнической экспертизой, исследованными в судебном заседании, которыми установлено, что в момент удара выступающими частями движущегося автомобиля, Д.Д. был обращен переднеправой поверхностью тела к автомобилю, т.е. двигался под прямым углом к автомобилю, который, как установлено в суде, двигался прямолинейно по крайней правой полосе проезжей части. Указанное опровергает довод ФИО1 о том, что пешеход мог двигаться по диагонали к автобусной остановке и находиться в момент наезда вне пешеходного перехода, т.е. исходя из показаний ФИО1, удар автомобилем должен был бы прийтись в заднебоковую правую сторону тела Д.Д. Кроме того, комплексной медико-криминалистической и автотехнической экспертизой установлено, что наезд на пешехода мог произойти в пределах нерегулируемого пешеходного перехода, что не противоречит показаниям свидетелей И.И. и Е.Ю.

Ссылки подсудимого на неблагоприятные дорожные и метеорологические условия, плохую видимость ввиду чего он не заметил одетого в темную одежду пешехода, свидетельствуют не в его пользу.

В данном случае согласно требованиям ПДД РФ ФИО1 был обязан обеспечивать постоянный контроль при управлении автомобилем (источником повышенной опасности), учитывая при этом дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, и не просто был обязан замедлить движение автомобиля или остановить его перед пешеходным переходом, а пропустить шедшего по нему пешехода Д.Д.

Вместе с тем, такие требования ФИО1 проигнорированы, хотя он имел все основания предполагать опасность для своего движения, поскольку неблагоприятные дорожные и метеорологические условия, ограниченная видимость, должны были вызывать у подсудимого чувство опасности и особой осмотрительности при движении.

Нарушение ФИО1 п. п. 10.1, 14.1 ПДД РФ в полной мере нашло свое подтверждение и находится в прямой причинной связи с совершенным дорожно-транспортным происшествием и наступившими в его результате последствиями в виде смерти ФИО7

Не устранённых сомнений в виновности ФИО1, требующих истолкования их в пользу последнего, не установлено.

Таким образом, действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено подсудимым по неосторожности. Нарушая при управлении автомобилем правила дорожного движения, он не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть эти последствия.

При назначении ФИО1 наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личности подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Кроме того, суд учитывает, что вид и мера ответственности лица должны определяться исходя из публично-правовых интересов.

Подсудимый на учёте у врачей психиатра и нарколога не состоит, к административной ответственности не привлекался. По месту жительства и месту работы характеризуется положительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, в соответствии с п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ суд признаёт оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненных в результате преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого судом не установлено.

При таких обстоятельствах, исходя из целей наказания и принципа его справедливости, закреплённых в ст. ст. 6, 43 УК РФ, суд считает, что восстановление социальной справедливости, исправление ФИО1 и предупреждение совершения им новых преступлений могут быть достигнуты только с назначением наказания в виде лишения свободы, с учётом правил ч.1 ст. 62 УК РФ.

С учётом характера и степени общественной опасности преступления, суд признаёт невозможным сохранение за ФИО1 права на управление транспортными средствами и считает необходимым назначить ему и дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Исходя из степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, (сбил пешехода на нерегулируемом пешеходном переходе) относящегося к категории средней тяжести, размера причиненного вреда и иных фактических обстоятельств, повода для применения положений части 6 ст. 15 УК РФ и снижения категории преступления до уровня небольшой тяжести суд не находит.

Не установлено судом и исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, либо других обстоятельств, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, которые возможно расценить как основания для назначения более мягкого наказания, а равно определения его ниже низшего предела, чем предусмотрено санкцией статьи (статья 64 УК РФ), как не усматривается и возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания (статья 73 УК РФ).

По этим же причинам суд не находит оснований для замены лишения свободы принудительными работами, поскольку исправление подсудимого без реального отбывания наказания в местах лишения свободы невозможно.

Наказание ФИО1, ранее не отбывавшему лишение свободы, за неосторожное преступление следует отбывать с учетом п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ в колонии-поселении. Оснований для назначения отбывания наказания в исправительной колонии общего режима суд не усматривает.

Поскольку ФИО1 после совершения преступления не скрывался, избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не нарушал, имеет постоянное место жительства на территории РФ, являлся в судебные заседания, суд считает возможным, в соответствии со ст. 75.1 УИК РФ, определить ему самостоятельный порядок следования к месту отбывания наказания в виде лишения свободы в колонию-поселение.

Потерпевшими О.В. и Д.В. в судебном заседании поддержаны заявленные ими на предварительном следствии гражданские иски.

В пользу каждого из них они просили суд взыскать с подсудимого по 1 000 000 рублей в счёт компенсации морального вреда.

Свои требования о компенсации морального вреда потерпевшие обосновали большой степенью нравственных переживаний, горя и страданий, вызванных преждевременной смертью их несовершеннолетнего сына.

Считая виновником ДТП самого погибшего, ФИО1 возражал против удовлетворения гражданских исков.

Признавая подсудимого виновным в смертельном ДТП, суд считает, что в результате гибели сына, его родители претерпели моральный вред, однако конкретные суммы требований являются чрезмерными.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, принимая во внимание характер и степень нравственных страданий потерпевших, степень вины ФИО1 и его материальное положение, оценивая указанные обстоятельства на разумной и справедливой основе, суд присуждает каждому заявителю по 700 000 рублей.

Вопрос о вещественных доказательствах необходимо разрешить в соответствии со ст.ст.81, 82 УПК РФ: автомобиль ВАЗ 213100 , водительское удостоверение , свидетельство о регистрации транспортного средства , страховой полис , путевой лист легкового автомобиля от 18 декабря 2017 года, возвращенные на хранение ФИО1 надлежит оставить у него же.

По делу имеются процессуальные издержки за оплату услуг представителя потерпевших О.В. и Д.В. адвоката Шнайдмиллера Е.В. в порядке ст. 42 УПК РФ за представление их интересов в ходе предварительного следствия и в суде в общей сумме 50 000 рублей, которые на основании ч.3 ст. 42 УПК РФ, ст. ст. 131, 132 УПК РФ подлежат взысканию с ФИО1

Руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ и назначить ему по этой статье наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

Определить ФИО1 самостоятельный порядок следования в колонию-поселение.

Срок основного наказания осуждённому исчислять с момента прибытия в колонию-поселение.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в силу оставить подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Гражданские иски потерпевших удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в счёт компенсации морального вреда в пользу О.В. и Д.В. по 700 000 рублей каждому.

Вещественные доказательства по уголовному делу – автомобиль ВАЗ 213100, водительское удостоверение, свидетельство о регистрации транспортного средства, страховой полис, путевой лист легкового автомобиля от 18 декабря 2017 года, возвращенные на хранение ФИО1 - оставить у него же .

Взыскать с ФИО1 в пользу О.В. и Д.В. процессуальные издержки по 25 000 рублей каждому.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда через Губкинский районный суд Белгородской области в течение 10 суток со дня провозглашения.

Председательствующий: судья П.Д. Стёпкин.