Апелляционное определение № 33-9002/2025 от 10 декабря 2025 г.

Советский районный суд г. Махачкалы РД

судья Атаев Э.М.

дело № 2-1416/2025

УИД: 05RS0038-01-2024-006386-76

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 11 декабря 2025 года, № 33-9002/2025, г. Махачкала

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего - судьи Загирова Н.В.,

судей Омарова Д.М. и Гаджимагомедова Т.С.,

при секретаре судебного заседания Хаттаевой Р.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1-ФИО4 в защиту интересов ФИО3 к ФИО2, третьим лицам - ГКУ РД «Управление социальной защиты населения в муниципальном образовании город Махачкала», Отделению фонда пенсионного и социального страхования РФ по РД, ОСФР по Ставропольскому краю о взыскании неосновательного обогащения,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО2 на решение Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 11 июня 2025 г. и дополнительное решение от 12 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Дагестан ФИО9, доводы ответчика ФИО2 и её представителя - адвоката ФИО11, просившие отменить принятые судом решения, истца ФИО1-А. и его представителя - адвоката ФИО10, полагавшие, что апелляционная жалоба подлежит отклонению, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан

установила:

ФИО1-А. в защиту интересов ФИО3 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в обоснование указал, что 1 июня 2017 г. ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, установлена инвалидность: ребёнок-инвалид, что подтверждается справкой МСЭ-2016 № 0315711. Уход за ребёнком-инвалидом ФИО3, с даты присвоения инвалидности по настоящее время, осуществляет его отец - ФИО1-А. (истец). В соответствии с действующим законодательством ребёнок-инвалид является получателем различных социальных выплат. Ребёнку-инвалиду выплачивается пенсия по инвалидности, положена с момента получения инвалидности и до её окончания, составляющая в настоящее время 18 438 руб.; пособие по уходу за ребёнком с инвалидностью, получает один трудоспособный родитель, усыновитель или опекун, который не работает, либо работает неполное рабочее время и ухаживает за ребёнком с инвалидностью, составляющая в настоящее время 10 000 руб., выплачивается дополнительно к детской пенсии по инвалидности; ежемесячная денежная выплата (далее - ЕДВ), составляющая в настоящее время 2224,28 руб.

Таким образом, в настоящее время ребёнку-инвалиду выплачивается ежемесячно 30 662 руб. 28 коп.

В материалах дела имеется ответ Фонда пенсионного и социального страхования в РФ по РД от 19 сентября 2024 г. за № АГ-05-26/16316, из которого следует, что ФИО2 за период времени с 1 июня 2020 г. по 10 сентября 2024 г. получила денежные средства, предназначенные ребёнку-инвалиду ФИО3 в совокупном размере 1 491 315,41 руб. Из которых: государственная пенсия по инвалидности - 802 345,67 руб.; компенсация по уходу - 513 333,33 руб.; ЕДВ, категория 1 - 165 636,41 руб.; пенсия - 10 000 руб. Также ФИО2 является получателем ежемесячного пособия в связи с рождением и воспитанием ребёнка ФИО3 в размере 6 533,00 руб. с <дата> по <дата>, в совокупном размере 71 863 руб.

Назначение и выплата ежемесячного пособия в связи с рождением и воспитанием ребёнка осуществляются: одному из родителей (усыновителей, опекунов (попечителей) ребёнка в возрасте до 17 лет, являющегося гражданином Российской Федерации и постоянно проживающего на территории Российской Федерации.

Начиная примерно с июня 2020 года и по настоящее время, ответчик ФИО2 с ребёнком-инвалидом ФИО3 не проживает, общее хозяйство не ведёт, какую-либо материальную помощь не оказывает, получаемые социальные выплаты ребёнку-инвалиду, либо лицу, осуществляющему за ним уход, не передаёт, фактически их присваивает.

Таким образом, ответчиком присвоены выплаты ежемесячного пособия в связи с рождением и воспитанием ребёнка с 1 октября 2023 г. по 10 сентября 2024 г., в совокупном размере 71 863 руб., а всего - 1 563 178,41 руб.

На основании изложенного в иске, просит взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3, <дата> года рождения, сумму неосновательного обогащения в размере 1 563 178 руб. 41 коп.

Решением Советского районного суда города Махачкалы Республики Дагестан от 11 июня 2025 г. постановлено:

«Исковые требования ФИО1-А. в защиту интересов ФИО3 к ФИО2, третьему лицу - Отделу опеки и попечительства администрации внутригородского района «Кировский район» г. Махачкалы, Отделению фонда пенсионного и социального страхования РФ по РД о взыскании неосновательного обогащения, удовлетворить.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серии <...>) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №), сумму неосновательного обогащения в размере 1 563 178 руб. 41 коп.

Определением суда от 27 июня 2025 г. исправлена описка, допущенная в решении суда.

Определено, считать правильным и указать в резолютивной части мотивированного решения Советского районного суда г.Махачкалы от 11 июня 2025 года: «Исковые требования ФИО1-А. в защиту интересов ФИО3 к ФИО2, третьим лицам - ГКУ РД «Управление социальной защиты населения в муниципальном образовании город Махачкала», Отделению фонда пенсионного и социального страхования РФ по РД, ОСФР по Ставропольскому краю о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить», вместо ошибочно указанного: «Исковые требования ФИО1-А. в защиту интересов ФИО3 к ФИО2, третьему лицу - Отделу опеки и попечительства администрации внутригородского района «Кировский район» г.Махачкалы, Отделению фонда пенсионного и социального страхования РФ по РД о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить».

Между тем, в ходе рассмотрения дела, протокольным определением Советского районного суда г. Махачкалы от 3 апреля 2025 г. к производству приняты уточнения к исковым требованиям ФИО1-А. о взыскании с ответчика ФИО2 суммы неосновательного обогащения в размере 1 627 694,81 руб. и судебных издержек в размере 50 000 руб., по которому судом решение не принято.

Дополнительным решением Советского районного суда г. Махачкалы от 12 сентября 2025 г. постановлено:

Взыскать с ФИО2, <дата> р., (паспорт серии 8203 №) в пользу ФИО3, <дата> г.р., (паспорт серии № №), сумму неосновательного обогащения в размере 64 516,4 руб., судебные издержки в размере 50 000 руб., а всего 114 516 руб. 40 коп.

На решение Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 11 июня 2025 г. и дополнительное решение этого же суда от 12 сентября 2025 г. ответчиком ФИО2 подана апелляционная жалоба, в которой она выражает несогласие с судебными актами по следующим основаниям.

Считает, что суд первой инстанции пришёл к выводу о присвоении ответчицей денежных средств, назначение которых связано с содержанием и обеспечением ребёнка-инвалида. При этом судом не установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, в частности факт противоправного завладения денежными средствами, расходование их в личных целях, а также отсутствие их использования на нужды ребенка.

Истцом не представлены доказательства, подтверждающие факт присвоения ею денежных средств. Суд не установил, что спорные суммы не были потрачены на ребёнка-инвалида. Отсутствуют банковские выписки, чеки, квитанции, договоры, рецепты и иные документы, подтверждающие движение средств.

Также в дополнение к апелляционной жалобе указано, что рассмотрение дела в суде первой инстанции было проведено в отсутствие ответчицы, а также в отсутствие её представителя. Надлежащего извещения о дате, месте и времени проведения судебных заседаний она не получала. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт направления и получения ею судебных повесток или уведомлений. Это является существенным нарушением норм процессуального права, повлекшим невозможность реализации её процессуальных прав, включая право на участие в судебном заседании, представление возражений и доказательств. Кроме того, судом не учтены фактические обстоятельства, а именно то, что до января 2024 года она проживала с истцом и их детьми, вела общее хозяйство, участвовала в воспитании детей, в том числе несовершеннолетнего ребёнка-инвалида - ФИО3 Она осуществляла уход за ним, оплачивала его лечение, сопровождала на операции, обеспечивала быт.

В судебное заседание судебной коллегии представители третьих лиц не явились, надлежащим образом о дате, времени и месте проведения судебного разбирательства уведомлены, о причинах своей неявки не сообщили и ходатайств об отложении дела не заявляли.

Исходя из принципа диспозитивности сторон, согласно которому стороны самостоятельно распоряжаются своими правами и обязанностями, осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе (ст. ст. 1, 9 ГК РФ), а также исходя из принципа состязательности, суд вправе разрешить спор в отсутствие стороны, извещённой о времени и месте судебного заседания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение сторон, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Согласно п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретённое или сбережённое имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счёт другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счёт другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

В силу ч. 1 ст. 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В соответствии с ч. 1 ст. 38, чч. 1, 2 ст. 39 Конституции Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в том числе для воспитания детей, на условиях, установленных законом.

Семейный кодекс Российской Федерации (далее - СК РФ) закрепляет право ребёнка на получение содержания от своих родителей (п. 1 ст. 60) и корреспондирующую этому праву обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (п. 1 ст. 80).

В силу п. 3 ст. 1 СК РФ регулирование семейных отношений осуществляется в соответствии с принципами обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних.

В соответствии с п. 2 ст. 60 СК РФ суммы, причитающиеся ребёнку в качестве алиментов, пенсий, пособий, поступают в распоряжение родителей (лиц, их заменяющих) и расходуются ими на содержание, воспитание и образование ребёнка.

Таким образом, денежные средства причитающиеся несовершеннолетнему ребёнку являются его собственностью, а законный представитель является лишь их распорядителем.

Как следует из материалов дела, ФИО1-ФИО4 и ФИО2 являются родителями несовершеннолетнего ФИО3, <дата> года рождения, который, согласно справке МСЭ-2016 № 0315711 от 23.05.2016 г., является ребёнком-инвалидом.

Как усматривается из заключения органа опеки и попечительства Кировского района г. Махачкалы, с мая 2021 года фактически брачные отношения между ФИО1-А. и ФИО2 прекращены, общее хозяйство не ведётся.

Судом первой инстанции установлено и не оспорено ответчиком, что несовершеннолетний ребёнок-инвалид ФИО3 проживает вместе со своим отцом по адресу Республика Дагестан, г. Махачкала, <адрес>, что также подтверждается вышеуказанным заключением и свидетельством № 2609 о регистрации по месту жительства.

Из представленных сведений из Отделения фонда пенсионного и социального страхования РФ по РД (№ АГ-05-26/16316 от 19.09.2024 г.) следует, что несовершеннолетний ФИО3 в период с 01.06.2020 г. по 10.09.2024 г. являлся получателем:

- государственной пенсии по инвалидности с 01.06.2016 г. по 17.09.2027 г. в соответствии с п. 1 ст. 11 Федерального закона № 166-ФЗ от 15.12.2001 г. «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

Получателем пенсии, ухода и ЕДВ, является мать ребёнка-инвалида ФИО3 - ФИО2, <дата> г.р.;

- ежемесячной денежной выплаты по категории «дети-инвалиды» с 09.06.2016 по 17.09.2027 в соответствии с п. 1 ст. 28.1 Федерального закона от 24.11.1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации».

К размеру государственной пенсии данному пенсионеру (ребёнку-инвалиду ФИО3) установлена ежемесячная выплата лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами в возрасте до 18 лет или инвалидами с детства 1 группы - 10 000 руб.

С 01.06.2016 г. по настоящее время ухаживающим лицом за получателем пенсии (ребёнком-инвалидом ФИО3) является ФИО1-ФИО4, <дата> г.р.

Также из материалов дела следует, что ФИО2 за период времени с <дата> по <дата> получила денежные средства, предназначенные ребёнку-инвалиду ФИО3 в совокупном размере 1 491 315,41 руб., из которых государственная пенсия по инвалидности - 802 345,67 руб.; компенсация по уходу - 513 333,33 руб.; ЕДВ, категория 1 - 165 636,41 руб.; пенсия - 10 000 руб.

Ответчиком ФИО2 получено ежемесячное пособие в связи с рождением и воспитанием ребёнка ФИО3 в размере 6 533 руб. с 1 октября 2023 г. по 30 сентября 2024 г.

Кроме того, в период за сентябрь и октябрь 2024 г. ответчиком ФИО2 получена государственная пенсия по инвалидности, компенсация по уходу, ЕДВ, категории 1, в размере 64 516,4 руб.

Общая сумма полученных ФИО2 в качестве пособий составила 1 627 694 руб. 81 коп.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1102, 1107, 1109 ГК РФ, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГК РФ, пришёл к выводу, что ответчиком неправомерно получена приведённая денежная сумма, ввиду прекращения брачных отношений сторон и проживания ребёнка-инвалида ФИО3 с отцом ФИО1-А., у ответчика возникло обязательство по возврату неосновательного обогащения перед истцом, поэтому требования истца о взыскании с ответчика суммы в размере 1 627 694 руб. 81 коп., удовлетворены судом правильно.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учётом изложенного, истец обязан доказать факт приобретения ответчиком денежных средств без оснований, предусмотренных законом, а ответчик - наличие оснований для получения денежных средств, либо наличие обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, в том числе указанных в подпункте 4 статьи 1109 ГК РФ, ответственность по возмещению ущерба истцу, судом верно возложена на ответчика.

Получая денежные средства, являющиеся собственностью ребёнка-инвалида ФИО3, ответчик ФИО2 приняла на себя обязательство документально подтверждать их целевое расходование, если этот факт ставится под сомнение другим законным представителем (отцом ребёнка) или органом опеки.

Ответчиком ФИО2 в ходе рассмотрения дела, доказательств распоряжения спорной денежной суммой в интересах несовершеннолетнего ребёнка-инвалида ФИО3 не представлено (чеки, квитанции, договоры на оказание медицинских и образовательных услуг, выписки со счетов, подтверждающие оплату именно нужд и услуг в отношении ФИО3).

Данный вывод суда основан на материалах дела.

Утверждения ответчика в суде апелляционной инстанции о том, что средства тратились на лекарства и питание, носят голословный характер и не подкреплены новыми допустимыми доказательствами, которые могли быть представлены в суд первой инстанции.

Как пояснил в суде апелляционной инстанции несовершеннолетний ФИО3, его мать ФИО2 не давала ему использовать принадлежащие ему денежные средства, которые он фактически никогда и не использовал, а потраченные денежные средства в грубой форме требовала вернуть с помощью отца ФИО1-А.

В соответствии с ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции принимает новые доказательства только в случае, если лицо обоснует невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него. Таких обоснований ответчиком не представлено.

Судом первой инстанции установлено, что с июня 2020 года ребёнок ФИО3 проживает с отцом ФИО1-А., который осуществляет за ним уход. Именно отец, а не мать является получателем официальной выплаты по уходу в размере 10 000 рублей. Данный факт объективно свидетельствует о том, что фактическое содержание и обеспечение потребностей ребёнка, включая особые потребности, связанные с инвалидностью, осуществлялось отцом за его счёт и счёт полагающийся ему выплаты по уходу.

Получение ответчиком средств на ребёнка, который с ней не проживает и содержание которого она не обеспечивает, при отсутствии доказательств перечисления этих средств второму родителю или иного целевого использования, безусловно свидетельствует о неосновательном обогащении за счёт имущественных прав несовершеннолетнего ФИО3

Доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО2 о её ненадлежащем извещении при рассмотрении вопроса о вынесении дополнительного решения по делу являются необоснованными.

В соответствии с ч. 1 ст. 113 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение.

Согласно п. 1 ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

По смыслу пункта 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, ввиду чего она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несёт адресат и при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято. В пункте 68 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что ст. 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Так, в материалах дела имеется извещение суда о рассмотрении вопроса о вынесении дополнительного решения по делу, направленное по адресу регистрации/проживания ответчика ФИО2, а именно - <адрес> г. Махачкала, РД (т. 2 л.д. 235).

Согласно отчёту об отслеживании № (т. 2 л.д. 237), 27 августа 2025 г. почтовому отправлению присвоен трек-номер, а 29 августа 2025 г. оно принято в отделении связи. 2 сентября 2025 г. значится отметка «неудачная попытка вручения», а 9 сентября 2025 г. «возврат отправителю из-за истечения срока хранения».

Кроме того, в материалах дела имеется заявление ответчика ФИО2, зарегистрированное в суде первой инстанции 2 сентября 2025 г., об ознакомлении с материалами гражданского дела. На самом заявлении учинена запись «с делом ознакомилась 08.09.2025 г.» подпись, фамилия и инициалы ФИО2 (т. 2 л.д. 241).

В силу ч. 1 ст. 35 ГПК РФ на ответчика возложена обязанность добросовестно пользоваться всеми процессуальными правами.

Таким образом, довод апелляционной жалобы о том, что ответчик не был надлежащим образом извещён о дате, месте и времени судебного разбирательства по вопросу вынесения дополнительного решения по делу, судебная коллегия также находит необоснованным.

Решение суда первой инстанции в соответствии с ч. 4 ст. 198 ГПК РФ полностью соответствует требованиям данной нормы, основано на установленных судом фактических обстоятельствах дела, не противоречит имеющимся по делу доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в их совокупности, и соответствует требованиям действующего законодательства, регулирующего правоотношения сторон, на нормы которого суд правомерно сослался.

На основании изложенного, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение основано на исследованных с достаточной полнотой обстоятельствах дела, правильной правовой оценке представленных доказательств. Нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного акта, судебной коллегией не установлено, в связи с чем предусмотренных статьёй 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 11 июня 2025 г. и дополнительное решение этого же суда от 12 сентября 2025 г., оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнением ответчика ФИО2, без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трёх месяцев, в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в г. Пятигорск, через суд первой инстанции.

Председательствующий Н.В. Загиров

Судьи Д.М. Омаров

Т.С. Гаджимагомедов