Апелляционное постановление № 10-Ч-2/2017 от 31 июля 2017 г. по делу № 10-Ч-2/2017

Дело №10-Ч-2/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ДД.ММ.ГГГГ года с. Красные Четаи

Судья Ядринского районного суда Чувашской Республики Михайлов Ю.И., при секретаре Шипееве А.Д.,

с участием государственного обвинителя – и.о. прокурора Красночетайского района Чувашской Республики Данилова С.И., потерпевшей ФИО4, представителя потерпевшей – ФИО8, осужденного ФИО1, защитников осужденного – адвоката Антошина А.В., представившего ордер № - Д от ДД.ММ.ГГГГ, адвоката Рязановой Е.В., представившей ордер № –Д от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор мирового судьи судебного участка №1 Красночетайского района Чувашской Республики, которым:

ФИО1 <данные изъяты>,

осужден по части 1 статьи 330 Уголовного Кодекса Российской Федерации к наказанию в виде 400 часов обязательных работ,

Заслушав пояснения защитников осужденного – адвокатов Антошина А.В., Рязановой Е.В., осужденного ФИО1, поддержавших апелляционную жалобу, потерпевшую ФИО4, ее представителя ФИО8, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором мирового судьи судебного участка №1 Красночетайского района Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден за совершение самоуправства, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред.

Согласно указанному выше приговору, ДД.ММ.ГГГГ, в доме ФИО4, расположенном по адресу: <адрес>, между индивидуальным предпринимателем – главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 и индивидуальным предпринимателем – главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1, был заключен договор № купли – продажи крупного рогатого скота, согласно которому ФИО4 продала в собственность ФИО1 14 голов крупно – рогатого скота общей стоимостью <данные изъяты> руб.. Тогда же указанными лицами был составлен акт приема – передачи товара к договору № от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому ФИО1 получил в собственность указанный крупно – рогатый скот в количестве 14 голов, общей стоимостью 394150 руб. После этого в тот же день ФИО1 оплатил покупку указанного крупно – рогатого скота путем перечисления денежных средств в сумме <данные изъяты> руб. платежным поручением на расчетный счет ФИО4. Однако в тот день ФИО1 купленный скот не забрал, а согласно п.п.1.3 п.1 указанного выше договора № от ДД.ММ.ГГГГ, оставил скот ФИО4 для обеспечения ею выпаса проданного скота до окончания летнего пастбищного периода, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. В один из дней начала октября 2016 года ФИО1 потребовал от ФИО4 возврата заплаченных за приобретение крупно – рогатого скота денежных средств, в связи с тем, что она составила вышеуказанный договор купли – продажи крупно – рогатого скота без оформления ветеринарно – сопроводительных документов и купленный скот оказался больным, не соответствующим по упитанности нормам, указанным в договоре купли – продажи. Однако, ФИО4 денежные средства ФИО1 возвращать отказалась. Днем ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, действуя умышленно, не обращаясь в суд с исковым заявлением к ФИО4, осознавая противоправность своих действий и пренебрегая предусмотренными главами 4 и 13 арбитражно – процессуального Кодекса РФ и главами 11 и 12 Гражданско – процессуального Кодекса РФ, иными нормативными актами и другими законными способами урегулирования гражданских споров, самовольно, вопреки установленным законом нормам по взысканию долговых обязательств, совместно со своими знакомыми ФИО10 и ФИО11. которые не знали о преступных намерениях ФИО1, без ведома ФИО4, забрал с летнего пастбища индивидуального предпринимателя – главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2, расположенной на правом <адрес> и перегнал принадлежащий последней крупно – рогатый скот в количестве 23 голов, общей стоимостью <данные изъяты>., что превышает количество и стоимость скота, отраженных в договоре купли – продажи, с указанного пастбища в хозяйство ФИО1, находящееся по адресу: <адрес>. Затем, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 реализовал указанный крупно – рогатый скот неустановленным покупателям. Таким образом, своими противоправными действиями ФИО1 причинил ФИО4 материальный ущерб на сумму <данные изъяты> руб. при вышеуказанных обстоятельствах.

Обжалуемым приговором ФИО1 осужден по части 1 статьи 330 УК РФ к наказанию в виде 400 часов обязательных работ. Этим же приговором с ФИО1 взыскано в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежные средства в размере <данные изъяты> руб.. Гражданский иск потерпевшей ФИО4 о взыскании с ФИО1 материального ущерба в размере <данные изъяты> руб., оставлен без рассмотрения.

В суде 1 инстанции ФИО1 свою вину в совершении преступления не признал.

Не согласившись с указанным выше приговором, осужденный ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой указал, что приговор суда является незаконным и необоснованным и подлежит отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильного применения уголовного закона, нарушения уголовно-процессуального закона. Как следует из материалов дела, потерпевшая ФИО4 заявила о хищении принадлежащего ей крупного рогатого скота в количестве 23 голов на общую сумму <данные изъяты> руб.. В последующем каких-либо заявлений о привлечении его к ответственности за самоуправство она не заявляла. Из анализа показаний потерпевшей ФИО4 следует, что фактически она не оспаривает законность его действий (лишь сообщает о том, что свои обязательства по передаче скота она исполнила - в указанной части суд отнёсся к её показаниям критически). Согласно ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. В силу ст.310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательств недопустим. Согласно ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определённую денежную сумму. Согласно условиям договора № от ДД.ММ.ГГГГ продавец обеспечивает выпас проданного скота до окончания летнего пастбищного периода, до ДД.ММ.ГГГГ. Согласно акту приёма-передачи товара к названному договору от ДД.ММ.ГГГГ 14 голов крупного рогатого скота были переданы ФИО4 ФИО1 в его собственность. В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия. В соответствии со ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи. Таким образом, согласно приведённым нормам ГК РФ, документом, подтверждающим гражданско-правовые отношения между ним и ФИО4, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, ему на пастбище ФИО4 принадлежал на праве собственности крупный - рогатый скот в количестве 14 голов, и который по условиям договора, лишь остался на пастбище ФИО2 до ДД.ММ.ГГГГ. Тем самым, никаких самоуправных действий в отношении 14 голов крупно - рогатого скота он не совершал и совершить не мог. Согласно материалам дела, его показаниям, показаниям свидетелей, им с пастбища ФИО4 было изъято 20 голов КРС. Доводы ФИО4 об изъятии 23 голов не только не нашли своего объективного подтверждения, но и были оценены судом критически. Кроме того, уголовно-наказуемым самоуправством являются действия, которыми причинён существенный вред. В данном случае суду необходимо было определить количество КРС, изъятых вопреки установленному законом порядку, установить их совокупную стоимость и определить, является ли данный вред существенным. Необходимо обратить внимание на то, что справка, выданная потерпевшей о размере причинённого ущерба, не может являться допустимым доказательством для определения размера вреда, так как потерпевшая является заинтересованным в исходе дела лицом, заявляющим исковые требования. Кроме того, отказывая в удовлетворении иска, суд посчитал, что при расчёте суммы причинённого ущерба отсутствует его обоснование. Таким образом: размер ущерба до сих пор не установлен, а потому нельзя прийти к выводу о его существенности. На основании изложенного просит приговор мирового судьи судебного участка № 1 Красночетайского района Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ в отношении него по уголовному делу отменить, с вынесением в отношении него оправдательного приговора.

Из письменного возражения представителя потерпевшей ФИО4 на апелляционную жалобу ФИО1 следует, что доводы ФИО1, указанные в апелляционной жалобе, не соответствуют действительности. Считает, что выводы суда при вынесении приговора основаны на объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств. Все обстоятельства, имеющие юридическое значение при рассмотрении дела, установлены судом правильно. В решении дана надлежащая оценка представленным доказательствам. Доводы, указанные в обоснование апелляционной жалобы, являлись предметом проверки в суде первой инстанции, при этом суд не согласился с ними обоснованно, о чем указано в решении суда. Считает, что оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, отмены решения суда не имеется. На основании изложенного, просит оставить приговор мирового судьи судебного участка № 1 Красночетайского района Чувашской Республики без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения в части привлечения к уголовной ответственности ФИО1 по ч. 1 ст. 330 УК РФ.

В ходе судебного заседания осужденный ФИО1 свою жалобу поддержал по мотивам, указанным в жалобе. Он показал, что был составлен договор купли - продажи крупного рогатого скота в количестве 14 голов между ним и ФИО4 на сумму <данные изъяты> руб. После подписания акта приема - передачи скота он скотину к себе не забирал. Указанных в договоре взрослых коров у ФИО4 не было, а были только молодые телки и бычки. Потом он попытался вернуть обратно свои деньги за указанный скот, который к себе не забирал, но ФИО4 отказалась ему возвращать деньги. ДД.ММ.ГГГГ он в счет возврата денег перегнал с пастбища ФИО4 к себе домой 20 голов молодых телок и бычков. На вид эти телки и бычки выглядели как 3-4 месячные, так как за ними не было надлежащего ухода и подкормки, паслись сами по себе. Средний вес указанных телок и бычков было около 100 кг. живого веса. Он продал на мясо указанных бычков и телок за <данные изъяты> руб., точнее продал только 18 голов, по <данные изъяты> руб., а две головы отдал бесплатно, так как последние были совсем худые и больные. Фактически ФИО4 сама еще должна ему деньги. Скотину ФИО4 на пастбище обмерить фактически не имела возможности, так как скотина паслась без присмотра и на свободе к себе не подпускает.

Защитник осужденного ФИО1 - адвокат Антошин А.В. в суде поддержал жалобу ФИО6 и дополнил, что в обжалуемом приговоре указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 купил у ФИО4 14 голов крупного рогатого скота за <данные изъяты> руб. и оставил купленный скот на пастбище ФИО4 до окончания пастбищного периода, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. В начале октября 2016 года ФИО1 потребовал от ФИО4 возврата денежных средств за приобретение крупного – рогатого скота в связи с тем, что она продала ему скот без оформления ветеринарно – сопроводительных документов и купленный скот оказался больным и не соответствующим по упитанности нормам, указанным в договоре купли – продажи. ФИО4 отказалась возвращать ФИО1 указанные денежные средства. Далее в приговоре указано, что днем ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, действуя умышленно, не обращаясь в суд с исковым заявлением к ФИО4, осознавая противоправность своих действий и пренебрегая предусмотренными главами 4 и 13 арбитражного – процессуального Кодекса РФ и главами 11 и 12 Гражданского – процессуального Кодекса РФ, иными нормативными актами и другими законными способами урегулирования гражданских споров, самовольно, вопреки установленных законом норм по взысканию долговых обязательств, без ведома ФИО4, перегнал с пастбища в свое хозяйство принадлежащий последней крупно – рогатый скот в количестве 23 голов, общей стоимостью 531 312 руб., что превышает количество и стоимость скота, отраженных в договоре купли – продажи. ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 реализовал указанный крупно – рогатый скот неустановленным покупателям. Таким образом, своими противоправными действиями ФИО1 причинил ФИО4 материальный ущерб на сумму <данные изъяты> руб. при вышеуказанных обстоятельствах. То есть суд указывает, что в пастбище ФИО4 имелся скот, купленный ФИО1 на сумму <данные изъяты> руб., но сумму ущерба определяет в размере <данные изъяты> руб. за 23 головы, ничем не обосновывая эту сумму. В приговоре суд оставляет без рассмотрения гражданский иск о возмещении материального ущерба в размере <данные изъяты> руб., в связи с тем, что отсутствует обоснованный расчет. Выводы суда противоречивые в части показаний потерпевшей. Фактически по делу не установлен размер ущерба, причиненный потерпевшей стороне. Размер ущерба установлен по справке, представленной потерпевшей без какого – либо обоснования, кроме того данная справка не изучена в ходе судебного заседания, поэтому не может являться доказательством по делу. Если точно не установлен размер материального ущерба, то невозможно определить, является ли ущерб существенным. В материалах дела нет доказательств, подтверждающих материальное положение потерпевшей стороны. Кроме того, судом допущены существенные процессуальные нарушения при замене государственного обвинителя и секретаря судебного заседания, не разъяснены права отвода государственному обвинителю и новому секретарю, отсутствует подпись старого секретаря в протоколе судебного заседания. По делу с ФИО1 необоснованно взыскано 5000 руб. в счет компенсации морального вреда.Защитник осужденного ФИО1 - адвокат Рязанова Е.В. поддержала позицию адвоката Антошина А.В..

Потерпевшая ФИО4 в суде возражала против жалобы ФИО1. Она пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 забрал у нее купленный крупно - рогатый скот. Последние должны питаться, за ними нужен уход, поэтому она бесплатно не собиралась ухаживать за скотиной ФИО1. В октябре 2016 года ФИО1 украл с ее пастбища 23 голов крупно - рогатого скота. В ходе предварительного следствия ей сказали принести справку о сумме причиненного ущерба, но ей никто не объяснил, где взять эту справку, как высчитать ущерб. Она сама составила эту справку на основании ведомости о ежемесячных обмерах крупно –рогатого скота. Сведения о численности, о привесах крупного рогатого скота она передавала в администрацию <адрес> ежемесячно. Количество и состав крупно - рогатого скота у нее постоянно менялся.

Представитель потерпевшей ФИО4 – ФИО8 в суде показал, что со слов ФИО4 он знает, что в день подписания договора ФИО1 перегнал к себе 14 голов крупного - рогатого скота, которых мог свободно продать, также как потом в октябре 2016 года за два дня продал 20 голов скота, угнанных с пастбища ФИО4

В ходе судебного заседания государственный обвинитель Данилов С.И. показал, что квалификация содеянного ФИО1 судом определена правильно. Оснований для оправдания ФИО1 не имеются. Однако в связи с существенными нарушениями уголовно – процессуального закона, противоречивыми выводами суда, обоснование приговора доказательствами, неисследованными в суде, нарушениями при составлении протокола судебного заседания считает необходимым приговор отменить и направить на новое рассмотрение другому мировому судье.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции

В соответствии со ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд пришел к следующему.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать помимо описания преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, также и доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Согласно ст. 240 УПК РФ приговор должен быть основан лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

При постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам. Суд в соответствии с требованиями закона должен указать в приговоре, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.

Судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены (п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года в редакции от 16 апреля 2013 года "О судебном приговоре").

Однако по настоящему делу указанные требования закона судом не выполнены.

Согласно диспозиции части 1 статьи 330 УК РФ уголовная ответственность за самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку, совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, наступает при условии, если такими действиями причинен существенный вред.

Таким образом, существенный вред является обязательным признаком уголовно-наказуемого деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ.

Понятие существенного вреда является оценочным и подлежит установлению в зависимости от размера причиненного материального ущерба. Существенность вреда определяется судом с учетом конкретных обстоятельств дела, его значимости для потерпевшего, а также от материального положения последнего.

По данному делу мировым судьей признано, что существенный вред выразился в причинении ФИО4 материального ущерба в размере <данные изъяты> руб., то есть вред, причиненный самоуправными действиями ФИО1, определен исходя из стоимости 23 голов крупного - рогатого скота.

При этом сумма ущерба по пропаже крупно - рогатого скота определена только справкой, изготовленной самой потерпевшей ФИО4, без какого – либо обоснования. Кроме того данная справка (л.д. 110), согласно протоколу судебного заседания (л.д.321-322), в судебном заседании не исследована.

Выводы суда противоречивые в части оценки показаний потерпевшей. В приговоре после изложения показаний потерпевшей суд делает вывод, что относится критически к показаниям потерпевшей в части того, что ФИО1 в начале июня 2016 года забрал из ее стада 14 голов скота, поскольку опровергаются материалами дела. Однако после изложения всех доказательств по делу суд делает вывод о том, что не находит оснований не доверять показаниям потерпевшей, поскольку они полные, последовательные, объективно подтверждаются материалами дела.

Судом не дана оценка показаниям свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 и ФИО14 о количестве, возрасте, состоянии здоровья, упитанности телят и бычков, перегнанных с пастбища ФИО4 к себе домой ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.

Имея противоречия в показаниях потерпевшей, подсудимого, свидетелей, судом первой инстанции мер по устранению противоречий не принято, не выяснена значимость причиненного ущерба для потерпевшей, не установлено материальное положения потерпевшего, вывод о том, что в результате самоуправных действий ФИО1 потерпевшей ФИО4 причинен существенный имущественный вред, не мотивирован.

Кроме того, согласно ст. 245, 259 УПК РФ в судебном заседании ведется протокол судебного заседания, в котором излагаются действия и решения суда, а равно действия участников судебного разбирательства, полно и правильно отражаются все необходимые сведения о ходе рассмотрения дела. Полнота и правильность изготовления протокола должна быть заверена подписью председательствующего и секретаря судебного заседания. Протокол в ходе судебного заседания может изготавливаться по частям, которые, как и протокол в целом, подписываются председательствующим и секретарем.

В материалах дела имеется единый протокол судебных заседаний, начатый ДД.ММ.ГГГГ и законченный ДД.ММ.ГГГГ, подписанный секретарем судебного заседания ФИО16. Однако из указанного протокола судебного заседания следует, что секретарем судебного заседания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была ФИО15, а с ДД.ММ.ГГГГ перед прениями сторон произошла замена секретаря ФИО15 на ФИО16, которая подписала единый протокол, а подписи ФИО15. которая должна была изготовить свою часть протокола, отсутствует. В нарушение ч. 6 ст. 259 УПК РФ протокол не подписан секретарем судебного заседания, что не позволяет констатировать наличие его в деле как обязательного процессуального акта, отражающего ход судебного разбирательства.

Отсутствие протокола судебного заседания в том виде, в каком он должен быть оформлен и содержать необходимые реквизиты в соответствии с требованиями УПК РФ, свидетельствует о несоблюдении судом обязательной к исполнению процедуры фиксации уголовного процесса, что ставит под сомнение законность и обоснованность самого итогового решения, принятого в рамках данного судебного процесса.

В силу п. 11 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ отсутствие в уголовном деле надлежаще оформленного протокола судебного заседания является существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона.

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 266 УПК РФ председательствующий объявляет состав суда, сообщает, кто является обвинителем, защитником, потерпевшим, разъясняя сторонам право заявления отвода, а в соответствии с п. 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ подсудимый вправе заявить отвод секретарю судебного заседания, государственному обвинителю.

Указанные требования закона при рассмотрении данного уголовного дела судом первой инстанции не выполнены, поскольку в ходе судебного разбирательства ДД.ММ.ГГГГ произошла замена секретаря судебного заседания с ФИО15 на ФИО16( л.д.327), а ДД.ММ.ГГГГ произошла замена государственного обвинителя с Данилова С.И. на ФИО17 и в нарушение положений ст. 47, 266 УПК РФ председательствующий не выяснил у стороны защиты наличие отводов секретарю судебного заседания ФИО16 и государственному обвинителю ФИО17

Таким образом, судом установлено, что выводы мирового судьи, изложенные в приговоре от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании; судом не устранены противоречия, имеющие существенное значение по делу, а также не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, в связи с чем этот приговор нельзя признать законным и обоснованным и он подлежит отмене, как не соответствующий фактическим обстоятельствам уголовного дела и постановленный с грубыми нарушениями норм процессуального права, с передачей дела на новое судебное разбирательство.

Передавая уголовное дело на новое судебное разбирательство, суд исходит из того, что допущенные мировым судьей нарушения не могут быть устранены в ходе апелляционного рассмотрения дела, поскольку в ситуации, когда суд первой инстанции, проявив формальный подход к судебному разбирательству по уголовному делу, суд апелляционной инстанции не находит возможным восполнить указанные пробелы ввиду нарушения судом фундаментальных основ уголовного судопроизводства, последствия которых привели к нарушению прав сторон на справедливое судебное разбирательство. При этом суд учитывает, что именно в суде первой инстанции стороны могут полнее реализовать свои права по предоставлению доказательств и их оценке.

В ходе нового разбирательства мировому судье следует устранить вышеуказанные нарушения, дать оценку иным доводам, изложенным в апелляционной жалобе осужденного ФИО1, и принять законное и обоснованное решение по делу.

Учитывая основания отмены приговора и исходя из положений ч. 4 ст. 389.19 УПК РФ о недопустимости предрешения вопросов о доказанности или недоказанности обвинения, суд апелляционной инстанции не входит в оценку доводов стороны защиты, касающихся наличия в действиях ФИО1 состава преступления.

Таким образом, в соответствии со ст. 389.22 ч. 1 УПК РФ приговор подлежит направлению председателю Ядринского районного суда Чувашской Республики для передачи на новое судебное рассмотрение другому мировому судье со стадии судебного разбирательства.

В целях охраны прав и законных интересов участников процесса и надлежащего проведения судебного заседания в разумные сроки суд апелляционной инстанции считает необходимым оставить без изменения меру пресечения, избранную осужденному ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, ч. 1 ст. 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор мирового судьи судебного участка №1 Красночетайского района Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить председателю Ядринского районного суда Чувашской Республики для передачи на новое судебное рассмотрение другому мировому судье.

Меру пресечения избранную в отношении ФИО1, в виде подписки о не выезде и надлежащем поведении оставить без изменения

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашкой Республики в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Председательствующий Михайлов Ю.И.