Апелляционное постановление № 22-8421/2025 от 6 октября 2025 г.

Рег. №...

Дело №... Судья Трофимова С.А.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 07 октября 2025 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда ФИО1,

с участием:

прокурора отдела управления прокуратуры Санкт-Петербурга ФИО2,

осужденного ФИО3,

представителя потерпевшей Потерпевший №2 – адвоката Давыдкина Д.П.,

адвоката Скочко Д.М. действующего в защиту осужденного ФИО3,

при секретаре Тимошенко Л.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании <дата> в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя прокуратуры <адрес> Санкт-Петербурга ФИО4, представителя потерпевшей Потерпевший №2 – адвоката Давыдкина Д.П., на приговор Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата>, в отношении ФИО3, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, имеющего 3 несовершеннолетних детей, являющегося индивидуальным предпринимателем, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>, не судимого, под стражей по настоящему делу не содержащегося, который,

осужден:

- по ч. 2 ст.216 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО3 наказание суд постановил считать условным с испытательным сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

Суд обязал ФИО3 не менять без уведомления государственных специализированных органов, осуществляющих исправление условно осуждённых, постоянного места жительства, а также обязать его ежемесячно являться в уголовно-исполнительную инспекцию по месту проживания для регистрации, в установленные данным органом дни и часы.

Суд постановил меру пресечения в отношении ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении - отменить по вступлении приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №2 к подсудимому ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда суд удовлетворил частично.

Суд взыскал с ФИО3 в пользу Потерпевший №2 в счёт компенсации морального вреда – 800 000 (восемьсот тысяч) рублей.

Доложив материалы дела, заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Приговором Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> ФИО3 осужден за совершение нарушения правил безопасности при ведении иных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель прокуратуры <адрес> Санкт-Петербурга ФИО4, просит приговор Невского районного суда <адрес> от <дата> в отношении ФИО3 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание о применении в отношении ФИО3 ст. 73 УК РФ.

Назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно- распорядительным функциями при производстве строительных, ремонтных работ и благоустройстве на срок 2 года.

Назначенное наказание в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать в колонии-поселении.

В остальной части приговор оставить без изменения.

В обоснование доводов представления указывает, что не оспаривая выводы суда о виновности ФИО3 и квалификации его действий, полагает, что приговор Невского районного суда <адрес> от <дата> является незаконным и необоснованным, подлежит изменению в связи с несправедливостью наказания в связи с его чрезмерной мягкостью, вызванной применением ст. 73 УК РФ.

В силу требований ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ наказание должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Руководствуясь ч. 1 ст. 73 УК РФ суд, назначив исправительные работы, ограничение по военной службе, содержание в дисциплинарной воинской части или лишение свободы на срок до восьми лет, придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, он постановляет считать назначенное наказание условным.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №... «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления, при этом следует иметь в виду, прежде всего, направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.

Степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности, от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, от вида умысла либо неосторожности.

Обосновывая применение ст. 73 УК РФ при назначении основного наказания в виде лишения свободы, суд учел данные о личности подсудимого ФИО3, его возраст, семейное положение и состояние их здоровья.

Однако в приговоре отсутствует вывод суда о том, как все учтенные судом обстоятельства свидетельствуют о возможности исправления осужденных без реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

Напротив, фактические обстоятельства совершения преступления, характер и степень общественной опасности содеянного, наступившая смерть потерпевшего, свидетельствуют о невозможности исправления осужденного без реального отбывания лишения свободы. А компенсация причиненного преступлением вреда является характерной для лица, совершившего преступление по неосторожности, адекватной реакцией человека, осознавшего последствия своих действий, что не уменьшает степень общественной опасности содеянного.

При этом данные о личности осужденного, приведенные судом смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих обстоятельств, не смогут столь существенно уменьшить степень общественной опасности содеянного, так как преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 216 УК РФ, является двухобъектным составом, вред причинен не только основному объекту преступленного посягательства - общественным отношениям в сфере безопасности при ведении строительным или иных работ, но и дополнительному, которым являются жизнь и здоровье человека, важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, утрата которой необратима и невосполнима.

Так, осужденный ФИО3 в период совершения инкриминируемого деяния являлся индивидуальным предпринимателем, производства мебели, на которого была возложена обязанность по организации охраны труда, соблюдение техники безопасности, проведение инструктажа с каждым из сотрудников поступающим на службу в ИП «<...>». В данном случае, назначение столь мягкого наказания должностному лицу, совершившему преступление, последствием которого явилось неосторожная смерть человека, дискредитирует органы судебной власти в глазах общественности и, в целом, подрывает доверие граждан к органам государственной власти.

Таким образом, автор представления полагает, что назначенное подсудимому наказание с применением ст. 73 УК РФ является излишне мягким, поскольку не соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, также указанные судом смягчающие наказание обстоятельства не могут быть признаны достаточными для не назначения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Допущенное судом первой инстанции нарушение закона являются существенным, так как назначение несправедливого наказания вследствие его чрезмерной мягкости противоречит целям уголовного закона и основным принципам судопроизводства, поскольку только справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в ст.ст. 2 и 43 УК РФ.

Указанное существенное нарушение уголовного закона, по мнению государственного обвинителя, повлекло за собой вынесение незаконного приговора, который подлежит изменению. Просит удовлетворить апелляционное представление.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Потерпевший №2 – адвокат Давыдкин Д.П., просит изменить приговор Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата>, назначив ФИО3 наказание в виде реального лишения свободы и удовлетворив исковые требования потерпевшей Потерпевший №2 в полном объеме на сумму 3 500 000 руб.

В обоснование доводов указывает, что обжалуемый приговор не отвечает установленным законом требованиям, в связи с чем является необоснованным и несправедливым, и подлежит изменению с назначением более строгого наказания и удовлетворению искового заявления в полном объеме по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При определении вида и размера наказания в соответствии с общими принципами назначения наказания суд должен был учесть, что подсудимый ФИО3 свою вину в инкриминируемом преступлении признал лишь частично, извинений в адрес потерпевшей Потерпевший №2 так и не принес, совершил преступление, относящееся в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории средней тяжести, повлекшее за собой смерть Щ.А.А., что подтверждает причинение морального вреда потерпевшей Потерпевший №2, однако подсудимый ФИО3 самостоятельных действий по заглаживанию причинного морального вреда не совершил.

Кроме того, суд должным образом не учел показания Потерпевший №2, допрошенной <дата> по средствам ВКС в качестве потерпевшей, из которых следует, что погибший Щ.А.А. являлся ее родным братом и единственным мужчиной, продолжателем рода и фамилии родителей, также Щ.А.А. принимал участие в жизни и обеспечении семьи потерпевшей Потерпевший №2, которая в установленном законом порядке признана опекуном своего недееспособного сына М.К.И., имеющего инвалидность первой группы с детства, что подтверждается приобщенными <дата> к материалам настоящего уголовного дела копиями удостоверения №... и справки серии МСЭ-№... №... от <дата>.

Тем самым, принятые подсудимым ФИО3 меры по заглаживанию вреда, причиненного преступлением, в виде оплаты стоимости транспортировки тела Щ.А.А. из Санкт-Петербурга в Архангельск и оплаты ритуальных услуг, явно не соразмерны степени общественной опасности совершенного преступления, поскольку последствием данного преступления явилась смерть Щ.А.А.

Принимая во внимание указанные обстоятельства дела, все данные о личности подсудимого ФИО3, несмотря на категорию преступления (неосторожное преступление средней тяжести), наличие по делу смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд пришел к необоснованному и несоразмерному степени общественной опасности выводу о необходимости назначить ФИО3 не только мягкое наказание, но и более чем в 4 (четыре) раза снизить размер заявленного к взысканию в гражданском иске морального вреда, что не отвечает принципу справедливости и не соответствует характеру и степени общественной опасности преступления.

Вместе с тем, судом в обжалуемом приговоре не приведены достаточные и обоснованные выводы о необходимости столь значительного снижения суммы компенсации морального вреда, а также не принята позиция государственного обвинителя, поддержавшего исковые требования в полном объеме.

В этой связи, по мнению представителя потерпевшего, назначенное ФИО3 наказание идет в разрез с принципами справедливости и назначения уголовного судопроизводства, закрепленными в ст. 43 УК РФ, «противоречат принципам, закрепленным в ст. 52 Конституции РФ, признающей право на жизнь высшей ценностью. Провозглашение этого права требует от государства соответствующей охраны и защиты путем изменения обжалуемого приговора в виде реального лишения свободы и удовлетворения исковых требований о взыскании морального вреда в полном объеме. Просит удовлетворить апелляционную жалобу.

Обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы представителя потерпевшего, выслушав участников процесса и проверив материалы дела, Суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, возражения на них, суд апелляционной инстанции находит вывод суда о виновности ФИО3 в совершении им преступления, основанным на исследованных в судебном заседании доказательствах, анализ которых содержится в приговоре, и никем не оспаривается.

Указанным доказательствам судом дана надлежащая оценка, они полно и подробно изложены в приговоре, согласуются между собой и с другими материалами дела, в связи с чем, правильно признаны судом достоверными и взяты за основу при постановлении обвинительного приговора. Судом приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Противоречия, обнаружившиеся в отдельных доказательствах, выяснены и оценены. Существенных противоречий, которые могли бы свидетельствовать об их недостоверности, показания потерпевших и свидетелей обвинения не содержат.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей обвинения, у суда не имелось, поскольку они последовательны, логичны, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, признанными судом достоверными. Причин для оговора осужденного данными лицами судом не установлено. Не усматривается таких оснований и Судебной коллегией.

При этом суд дал правильную оценку показаниям осужденного, как на предварительном следствии, так и в суде первой инстанции.

Вина ФИО3 в инкриминированном ему преступлении подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре, а именно показаниями потерпевшей Потерпевший №2, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №2, Свидетель №4, Свидетель №3, специалиства П.А.В,, по обстоятельствам дела, а также письменными доказательствами протоколом осмотра места происшествия, телефонограммой, заключениями экспертиз, а также другими доказательствами по делу, которым суд дал надлежащую оценку в приговоре и которые по существу сторонами не оспаривается.

На основании совокупности всесторонне исследованных доказательств судом правильно постановлен обвинительный приговор в отношении ФИО3 по ч.2 ст. 216 УК РФ.

Стороны обвинения и защиты также не оспаривают квалификацию действий осужденного.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену или изменение приговора по делу не допущено.

Исходя из материалов дела и протоколов судебного заседания, суд апелляционной инстанции считает, что судебное следствие по делу проведено объективно, полно и всесторонне: судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав, все заявленные сторонами ходатайства были рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения, права и законные интересы участников уголовного судопроизводства не были стеснены или нарушены. Судом обеспечены иные процессуальные права участников.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, либо его изменения, суд апелляционной инстанции не усматривает. Судебное разбирательство было проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности, равноправия сторон и права на защиту, презумпции невиновности.

По делу отсутствуют какие-либо нарушения уголовного закона, влекущие отмену или изменение приговора, в части определения вида, назначенного осужденному ФИО3 наказания.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона и является справедливым.

Доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы представителя потерпевшей являются неубедительными, т.к. судом в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ при назначении наказания осужденному ФИО3 были учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства, влияющие на наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также судом первой инстанции в полной мере было учтено, что инкриминируемое ФИО3 преступление предусматривает в качестве объекта общественную безопасность при ведении иных работ, а дополнительным объектом является здоровье и жизнь человека, как важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, утрата которой необратима и невосполнима и доводы в этой части являются несостоятельны и удовлетворению не подлежат.

Судом первой инстанции исследовался вопрос о вменяемости подсудимого.

Согласно приобщенным к делу справкам на учете у врачей психиатра и нарколога ФИО3 не состоит, в связи с чем, исходя также из поведения подсудимого в судебном заседании, психическое состояние подсудимого у суда сомнений не вызвало, он каким-либо психическим расстройством не страдает, и в полной мере осознает фактический характер и общественную опасность своих действий, а потому суд верно указал в приговоре, что признает подсудимого вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступления, влияние назначаемого наказания на исправление виновного и на условия жизни его семьи, данные о личности ФИО3, не судимого, являющегося гражданином РФ, женатого, имеющего 3 малолетних детей, являющегося ИП с основным видом деятельности – производство прочей мебели, имеющего положительную характеристику по месту жительства.

В качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств в соответствии с п.п. «г», «к» ч.1 ст.61 УК РФ суд признал наличие 3 малолетних детей на иждивении подсудимого, в отношении которых он родительских прав не лишен, родительские обязанности выполняет, а также оказание иной помощи потерпевшей Потерпевший №2 непосредственно после совершения преступления в виде оплаты транспортировки тела и всех необходимых ритуальных услуг при погребении Щ.А.А., оплаты памятника, оплаты услуг по транспортировке личных вещей погибшего его родственникам.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел частичное признание подсудимым вины, сожаление о случившемся, принесение им соболезнований потерпевшей, его положительную характеристику по месту жительства, частичное заглаживание вреда самому Щ.А.А. в виде приобретения средств первой необходимости и лекарств для Щ.А.А. при его нахождении в больнице, оплаты арендной платы за квартиру погибшего в Санкт-Петербурге.

Отягчающих наказание подсудимого обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено.

С учетом всех обстоятельств дела, данных о личности подсудимого, наличия смягчающих наказание и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу, что в целях исправления подсудимого, совершившего преступление средней тяжести по неосторожности, предупреждения новых преступлений, а также восстановления социальной справедливости, наказание ФИО3 за совершенное преступление должно быть назначено исключительно в виде лишения свободы, поскольку иное, более мягкое наказание, в том числе и альтернативное лишению свободы наказание в виде принудительных работ, не достигнет целей наказания.

Учитывая совокупность смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих, а также положительные характеристики подсудимого, наличие 3 малолетних детей на иждивении, а также принимая во внимание обстоятельства совершенного преступления, оснований для назначения ФИО3 дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч.2 ст.216 УК РФ, суд обоснованно не усмотрел.

С учетом того, что ФИО3 не судим, впервые совершил преступление средней тяжести, женат, имеет 3 малолетних детей на иждивении, занимается производственной деятельностью, и обеспечивает рабочие места для иных лиц, предпринял действия, направленные на оказание помощи и заглаживание вреда Щ.А.А. до момента его смерти, на заглаживание вреда потерпевшей Потерпевший №2, с учетом его положительной социализации, наличия совокупности смягчающих обстоятельств и отсутствия отягчающих обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу, что исправление подсудимого возможно без его реальной изоляции от общества, в соответствии со ст.73 УК РФ, с установлением испытательного срока, в течение которого ФИО3 должен своим поведением доказать свое исправление, доводы апелляционного представления и доводы апелляционной жалобы в этой части являются несостоятельными и удовлетворению не подлежат.

При наличии смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, при определении срока наказания за совершенное преступление суд применил положения ч.1 ст.62 УК РФ.

В отсутствие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, оснований для применения к подсудимому положений ст. 64 УК РФ суд не усмотрел.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, и степени его общественной опасности, суд не нашел предусмотренных законом оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Суд верно указал, что предусмотренных законом оснований для прекращения уголовного дела в отношении подсудимого ФИО3, его оправдании, освобождении последнего от уголовной ответственности или от наказания – не имеется.

Оснований для освобождения ФИО3 от уголовной ответственности в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, о чем просила сторона защиты, сославшись также на отсутствие претензий к подсудимому у самого Щ.А.А., суд верно не усмотрел, мотивировав подробно свое решение в приговоре.

С учетом установленных обстоятельств, необходимости соответствия меры наказания характеру и степени общественной опасности содеянного, целей наказания, личности подсудимого, руководствуясь принципом соразмерности и справедливости при назначении наказания, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что ФИО3 должно быть назначено наказание в виде лишения свободы, поскольку иной, более мягкий вид наказания, не будет в достаточной мере способствовать его исправлению, и не сможет обеспечить достижение целей наказания, условно с применением требований ст.73 УК РФ.

Вместе с тем, исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, судом не усмотрено, в связи с чем оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имелось.

Оснований для изменения категории преступления, совершенного ФИО3 на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, у суда первой инстанции не имелось. Не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционного представления, апелляционной жалобы представителя потерпевшей, с учетом всех обстоятельств по делу, требований закона, характера и степени тяжести совершенного преступления суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО3 наказания в виде лишения свободы, однако не связанного с реальным отбыванием наказания - с применением ст. 73 УК РФ в виде условного осуждения, с возложением на осужденного определенных обязанностей.

Целью уголовного наказания согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ является исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (общая и частная превенция). Суд с учетом личности ФИО3 и обстоятельств совершенного преступления пришел к правильному выводу о том, что назначение иного, чем лишение свободы наказания, не будет способствовать достижению целей уголовного наказания.

Необходимость назначения осужденному ФИО3 именно лишения свободы в качестве основного наказания обоснованно, в том числе характером и степенью общественной опасности преступлений, конкретными обстоятельствами их совершения, целями исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Мотивируя применение положений ст. 73 УК РФ, суд обоснованно учел совокупность смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, судом апелляционной инстанции также принимается во внимание поведение ФИО3 после совершения преступления.

Принимая решение о применении к ФИО3. условного осуждения в соответствии со ст. 73 УК РФ и определяя испытательный срок с возложением на осужденного обязанностей, суд первой инстанции вопреки доводам представления и апелляционной жалобы, учитывал не только совокупность смягчающих наказание обстоятельств, но и принял во внимание влияния назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия его семьи, при этом суд апелляционной инстанции также отмечает, что на иждивении ФИО3 находятся малолетние дети, которым он оказывает необходимую помощь.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от <дата> №...-П, указал, что законодательное установление ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной юридической оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего его лица, и применение мер ответственности без учета характеризующих личность виновного обстоятельств противоречили бы конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма. Так, согласно Уголовному кодексу Российской Федерации лица, совершившие преступления, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств (статья 4) и только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена их вина (часть первая статьи 5); наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть первая статьи 6).

На основании изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы представителя потерпевшего о том, что суд при назначении наказания ФИО3 необоснованно применил положения ст. 73 УК РФ, является несостоятельным, поскольку в соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> №... «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» необходимо исполнять требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, имея в виду, что справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в ст.ст. 2 и 43 УК РФ.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО3 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных преступлений и личности виновного, интересам малолетних детей, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Оснований для исключения указания о применении ст. 73 УК РФ, как об этом стоит вопрос в апелляционном представлении, апелляционной жалобе представителя потерпевшей суд апелляционной инстанции не находит.

Согласно положениям ч. 1 ст. 73 УК РФ, если, назначив наказание в виде лишения свободы на срок до 8 лет, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, он постановляет считать назначенное наказание условным. Применение условного осуждения, согласно закону, не ограничено ни характером, ни степенью тяжести содеянного. Исключения, касающиеся невозможности применения условного осуждения, приведенные в ч. 1 ст. 73 УК РФ, не относятся к осужденному ФИО3

Судом первой инстанции, вопреки доводам представления, апелляционной жалобы, мотивировано применение положения ст. 73 УК РФ, предусматривающей возможность исправления ФИО3. без реального отбывания им наказания в виде лишения свободы. Таким образом, назначенное ФИО3 наказание отвечает выраженным в Конституции РФ и главе 11 УК РФ принципам справедливости, гуманизма и индивидуализации ответственности, а также недопустимости применения чрезмерных мер уголовной репрессии, соответствует требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, и с учетом установленных по делу обстоятельств не может быть признано чрезмерно мягким либо чрезмерно суровым, и, как следствие несправедливым.

Какие-либо обстоятельства, которые не были бы учтены судом при постановлении приговора, и могли бы повлиять на вид и размер наказания, а также нормы Общей части УК РФ, которые были нарушены судом при назначении наказания, в апелляционном представлении, а также в апелляционной жалобе не приведены.

Доводы государственного обвинителя о том, что нарушение ФИО3 правил обеспечения безопасного производства иных работ и охраны труда повлекло совершение им инкриминируемого преступления в связи с чем имеются основания для назначения последнему дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ст. 216 ч. 2 УК РФ в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с организационно- распорядительным функциями при производстве строительных, ремонтных работ и благоустройстве на срок 2 года, согласно приговора суда мотивы применения этого наказания, приведенные в апелляционном представлении, не являются основаниями для вывода о несправедливости назначенного осужденному ФИО3 наказания.

Согласно санкции ч.2 ст.216 УК РФ наказание предусматривает принудительные работы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишение свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Применение данной нормы закона является правом, а не обязанностью суда.

По смыслу статей главы 10 УК РФ и в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, указанными в постановлении от <дата> №... «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», обязательной мотивировке подлежит в приговоре назначение дополнительного наказания по статьям уголовного закона, предусматривающим возможность их применения по усмотрению суда.

Как следует из приговора, суд, учитывая личность осужденного ФИО3, его социальное и имущественное положение, нахождение у него на иждивении малолетних детей и иных иждивенцев посчитал возможным не применять к нему дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Обстоятельства, указанные государственным обвинителем в качестве оснований для назначения осужденному ФИО3 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с организационно- распорядительным функциями при производстве строительных, ремонтных работ и благоустройстве, таковыми не являются, поскольку в соответствии со статьей 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

К сведениям о личности, которые подлежат учету при назначении наказания, могут, в частности, относиться данные о семейном и имущественном положении совершившего преступление лица, состоянии его здоровья, поведении в быту, наличии у него на иждивении несовершеннолетних детей, иных нетрудоспособных лиц. (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от <дата> №...).

В связи с изложенным доводы апелляционного представления о наличии оснований для назначения осужденному ФИО3 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с организационно- распорядительным функциями при производстве строительных, ремонтных работ и благоустройстве судом апелляционной инстанции отвергаются.

Доводы представления, апелляционной жалобы представителя потерпевшего о том, что суд не в полной мере учел характер, степень общественной опасности, тяжесть совершенного преступления сделаны без учета конкретных обстоятельств дела, направлены на переоценку выводов суда, не свидетельствуют о нарушениях закона при назначении наказания ФИО3

С учетом изложенного, а также с учетом того факта, что обстоятельства, на которые ссылается авторы представления, апелляционной жалобы были учтены судом, постановившим приговор, при определении вида и размера наказания назначенного ФИО3, и повторному учету не подлежат, оснований для удовлетворения апелляционного представления и апелляционной жалобы в части назначенного наказания судом апелляционной инстанции не усматривается.

Доводы апелляционного представления в части того, что назначение столь мягкого наказания должностному лицу, совершившему преступление, последствием которого явилось неосторожная смерть человека, дискредитирует органы судебной власти в глазах общественности и, в целом, подрывает доверие граждан к органам государственной власти, являются голословными и не могут служить безусловным основанием для их удовлетворения.

При этом, вопреки доводам апелляционного представления, апелляционной жалобы, оснований считать примененное к ФИО3. согласно ст. 73 УК РФ условное осуждение несправедливым вследствие чрезмерной мягкости и как следствие оснований для назначения ему реального наказания, усиления как основного наказания, так и дополнительного, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Указанные доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы были предметом исследования суда первой инстанции и им дана соответствующая оценка. Не согласие авторов апелляционного представления и апелляционной жалобы с данной судом оценкой не делает ее неверной и незаконной.

Оснований для назначения более мягкого наказания, в том числе с применением ст. 64 УК РФ суд верно не нашел, поскольку все вышеперечисленные смягчающие обстоятельства судом в приговоре не уменьшают степени общественной опасности совершенного ФИО3 преступления, вследствие чего более мягкое наказание не будет в полной мере соответствовать принципу справедливости назначения наказания и предупреждения совершения подсудимым новых преступлений. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований и для применения к ФИО3 и положений ч. 2 ст. 53.1 УК РФ.

Выводы суда об отсутствии оснований для прекращения уголовного дела, освобождения ФИО3 от уголовной ответственности на основании ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ были правильно изложены в приговоре суда, оснований для переоценки данных выводов, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 17 УПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Как правильно суд указал в приговоре, что основным объектом преступления, совершенного ФИО3, являются общественные отношения в сфере общественной безопасности. Дополнительный объект преступного посягательства - это здоровье и жизнь человека, - важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, непреходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима.

Очевидно, что само по себе возмещение всех расходов, связанных с транспортировкой личных вещей и тела погибшего, ритуальных услуг по погребению, которые (расходы) подсудимый просил суд первой инстанции учесть как компенсация морального вреда потерпевшей Потерпевший №2, являющейся родной сестрой Щ.А.А., принесение соболезнований родственникам, частичное заглаживание вреда непосредственно пострадавшему Щ.А.А. при нахождении его в больнице, а также положительные характеристики подсудимого, ни коим образом не могут устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного, заключающуюся в гибели Щ.А.А., либо иным образом свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как дополнительному, так и основному объекту преступного посягательства. По этой причине, а также ввиду отсутствия подтверждения о заглаживании вреда потерпевшей Потерпевший №2 от самой потерпевшей, указанные обстоятельства не могут быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления и самого подсудимого, которое действительно позволило бы суду освободить подсудимого от уголовной ответственности.

При указанных обстоятельствах, оснований для освобождения ФИО3 от уголовной ответственности в связи с назначением судебного штрафа, о чем просила сторона защиты при выступлении в прениях, у суда не имелось. Не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции..

В ходе судебного следствия в суде первой инстанции представителем потерпевшей Потерпевший №2 – адвокатом Давыдкиным Д.П. был заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО3 в её (потерпевшей) пользу компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 3 500 000 рублей, в котором потерпевшая обосновала свои нравственные страдания невосполнимой утратой единственного в их семье мужчины – ее брата Щ.А.А., который мог бы быть продолжателем рода и фамилии родителей, в связи со смертью брата она испытала сильные нравственные страдания и переживания, которые не прекращаются и в настоящее время, она испытывает чувство одиночества, отчаяния и подавленное настроение.

Давая показания в судебном заседании, потерпевшая Потерпевший №2 также сообщила суду первой инстанции, что брат Щ.А.А. оказывал ей периодически материальную помощь путем перевода ей денежных средств в связи с тем, что она одна воспитывает и ухаживает за ребенком-инвалидом и на двоих с ребенком они имеют небольшой доход в сумме около 40 000 рублей в месяц.

Отказ от иска до окончания судебного следствия потерпевшей не заявлен, последняя не представила в суд сведений о частичном или полном добровольном возмещении вреда. Представитель потерпевшей – адвокат Давыдкин Д.П. просил удовлетворить требования иска в полном объеме.

Прокурор поддержал требования гражданского иска потерпевшей, просил удовлетворить его в полном объеме.

Подсудимый гражданский иск не признал, полагая его необоснованным, не доказанным и не подлежащим удовлетворению.

Защитник подсудимого, согласившись с позицией последнего, полагал, что положения ст.1064 ГК РФ применимы к компенсации морального вреда в тех случаях, когда вред причинен непосредственно лицу, заявляющему требование, а Потерпевший №2 таким лицом не может являться, так как нарушения трудового законодательства, наличие которых не оспаривал ФИО3, касались исключительно погибшего работника Щ.А.А. и его работодателя ФИО3, соответственно правовая связь между нарушением подсудимым (ответчиком) трудового законодательства и моральными страданиями истца – отсутствует, моральный вред самой Потерпевший №2 не причинен, сам по себе факт родства с погибшим Щ.А.А. не может служить достаточным и самостоятельным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, нравственные переживания Потерпевший №2 не подтверждены медицинскими и иными документами. Кроме того, ФИО3 в момент нахождения Щ.А.А. в больнице оказывал тому поддержку, приобретал и передавал лекарства, одежду, обеспечил оплату проживания Щ.А.А. в арендуемой последним квартире, после смерти Щ.А.А. оказал его родственникам помощь в организации похорон, оплатил ритуальные услуги, обеспечил доставку личных вещей и тела Щ.А.А. по месту проживания его родственников, то есть своими действиями постарался минимизировать страдания родственников погибшего и выразить свое участие после смерти Щ.А.А., своими действиями он произвел компенсацию морального вреда добровольно и в полном объеме.

Заслушав стороны, суд верно указал, что гражданский иск потерпевшей Потерпевший №2 о компенсации морального вреда, вопреки позиции защиты, не представляющейся суду основанной на законе, содержит основания, из которых усматривается, что моральный вред причинён ей изложенными выше противоправными действиями ФИО3, повлекшими по неосторожности смерть Щ.А.А., являющегося родным братом потерпевшей Потерпевший №2, что, безусловно, привело к нравственным страданиям потерпевшей Потерпевший №2, а потому гражданский иск подлежит удовлетворению, однако не в заявленном размере, то есть частично.

Разрешая требования гражданского иска, суд первой инстанции обоснованно сослался на ст. 151 ГК РФ, согласно которой в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из разъяснений, данных в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. В числе иных заслуживающих внимания обстоятельств учитывается имущественное положение ответчика-гражданина.

Также, согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», решая вопрос о размере компенсации причиненного потерпевшему морального вреда, следует исходить из положений ст. 151 и п. 2 ст. 1101 ГК РФ и учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствовался ст.1101 ГК РФ и учел установленные обстоятельства произошедшего и последствия, выразившиеся в нравственных переживаниях потерпевшей (гражданского истца), обусловленных смертью ее родного брата Щ.А.А., который являлся единственным мужчиной в их семье, оказывал ей периодически материальную поддержку путем перевода денежных средств на карту, в общем сумме около 30 000 рублей в год, так как она одна воспитывает и осуществляет уход за ребенком инвалидом, который (ребенок) также имел большую привязанность к Щ.А.А. (дяде), также суд учитывает объем причиненных моральных страданий их глубину, и объем защищаемого права. Кроме того суд принял во внимание степень и форму вины нарушителя, его материальное и семейное положение, учитывает возможность получения им заработка, характер причинённых потерпевшей нравственных страданий, вызванных смертью ее близкого родственника - брата, принятые ФИО3 меры, направленные на заглаживание и снижение вреда в виде принесения соболезнований потерпевшей, организации транспортировки личных вещей и тела погибшего к месту проживания потерпевшей, покрытие всех расходов по оказанию ритуальных услуг и организации похорон погибшего, и, с учётом требований разумности и справедливости, суд обоснованно посчитал необходимым уменьшить определенный истцом размер компенсации морального вреда до 800 000 рублей, что, по мнению суда, будет разумной и справедливой компенсацией морального вреда гражданскому истцу, а также будет отвечать требованиям разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения. С данными выводами суда первой инстанции согласен и суд апелляционной инстанции и доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего в этой части являются неубедительными и удовлетворению не подлежат.

Доводы представителя потерпевшей части того, что судом в обжалуемом приговоре не приведены достаточные и обоснованные выводы о необходимости столь значительного снижения суммы компенсации морального вреда, удовлетворению не подлежат, поскольку опровергаются приговором суда.

Так выводы суда первой инстанции о причинении указанному лицу морального вреда подробно мотивированы в приговоре и сомнений не вызывают, а доводы апелляционной жалобы, в которых утверждается о меньшей степени такового, свидетельствуют о несогласии с выводами суда, что не является достаточным основанием для отмены или изменения приговора.

Доводы апелляционной жалобы в части того, что судом не принята позиция государственного обвинителя, поддержавшего исковые требования в полном объеме, являются неубедительными и удовлетворению не подлежат, поскольку размер компенсации морального вреда, взысканный с осужденного в пользу потерпевшей, определен судом, исходя из принципов разумности и справедливости.

Доводы апелляционного представления, а также доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшей при указанных обстоятельствах, сводятся к переоценке сделанных судом выводов и вытекают из несогласия авторов представления и жалобы с назначенным наказанием и частичным удовлетворением гражданского иска.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, допущено не было.

В связи с этим, апелляционное представление и апелляционная жалоба представителя потерпевшей удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в отношении ФИО3 – оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционную жалобу представителя потерпевшей - без удовлетворения.

Кассационные жалобы, представление на приговор или иное итоговое судебное решение районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора или иного судебного решения районного суда, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного выше срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. Такое ходатайство лицом, содержащимся под стражей, или осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы, может быть заявлено в кассационной жалобе либо в течение 3 суток со дня получения ими извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий