Апелляционное постановление № 22-6324/2021 от 11 октября 2021 г. по делу № 1-151/2021

Судья Низаева Е.Р. № 22-6324/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 12 октября 2021 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Пикулевой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Удовенко Е.В.,

с участием прокурора Жигалова Е.О.,

адвокатов Копытова О.А., Суетиной Е.Н.,

осужденных ФИО1, ФИО2

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам адвокатов Копытова О.А. в защиту ФИО1, Суетиной Е.Н. в защиту ФИО2 на приговор Чернушинского районного суда Пермского края от 18 августа 2021 года, которым

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к штрафу в размере 25000 рублей;

ФИО2, дата рождения, уроженка ****, несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 318 УК РФ к штрафу в размере 25000 рублей.

Решены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционных жалоб, возражений, заслушав выступления адвокатов Копытова О.А., Суетиной Е.Н., осужденных ФИО1, ФИО2, поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Жигалова Е.О. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными каждый в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти К1., в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступления совершены 5 марта 2021 года в с. Трун Чернушинского района Пермского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Копытов О.А., выступая в защиту интересов осужденного ФИО1, ставит вопрос об отмене приговора и оправдании ФИО1, ссылаясь на показания свидетелей К2. и Б., которые сообщили, что ФИО1 сотрудника полиции за шею не хватал, на землю не ронял. По мнению автора жалобы, запись видеорегистратора опровергает версию потерпевшего о применении в отношении него насилия со стороны ФИО1 Считает, что к показаниям сотрудников полиции необходимо отнестись критически. Указывает на противоречивость сведений, изложенных К1. относительно действий ФИО1 в рапорте и в его дальнейших показаниях, а также записи видеорегистратора. Отмечает, что в ходе предварительного следствия К1. неоднократно менял показания в части того, какой рукой ФИО1 схватил его за шею. Сообщает, что ФИО1 К1. не оттаскивал, поскольку в это время находился в поле зрения видеорегистратора. Считает, что если бы С2. видел, как ФИО1 применял насилие в отношении К1., то не прошел бы мимо него за К2. и предпринял бы меры. Полагает, что никаких объективных данных, подтверждающих наличие ушиба мягких тканей шеи у К1., медицинские документы не содержат. Кроме того, покраснение на шее могло образоваться от трения об одежду в момент активного удержания ФИО1 Ссылается на показания А., которому в служебном автомобиле ФИО1 высказал удивление по поводу своего задержания, а также утверждал, что никакого насилия в отношении сотрудника полиции не применял, что, по мнению автора жалобы, косвенно свидетельствует в пользу осужденного. Полагает, что сотрудники полиции оговаривают ФИО1 в целях избежать возможные негативные последствия из-за необоснованного применения физической силы и специальных средств, то есть превышения должностных полномочий в отношении ФИО1

В апелляционной жалобе адвокат Суетина Е.Н., выступая в защиту интересов осужденной ФИО2, ставит вопрос об отмене приговора в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления. Считает, что уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном, а приговор основан на предположениях. Полагает, что суд не дал надлежащей оценки доказательствам, исследованным в судебном заседании, свидетельствующим о невиновности ФИО2, в числе которых, записи видеорегистратора, а также показания очевидцев произошедшего - К2., Б. и ФИО1 По мнению адвоката, суд пришел к необоснованным выводам о заинтересованности свидетелей К2. и Б. в исходе дела и наличия неприязни к сотрудникам полиции. Считает, что доказательств того, что ФИО2 применила насилие против представителя власти К1. либо имела на это прямой умысел, в судебном заседании не добыто, представленная суду видеозапись таких кадров не содержит. Сообщает, что ФИО2 пыталась освободить сына ФИО1 от незаконных действий сотрудников ГИБДД, так как боялась за его жизнь и здоровье, что не образует состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ. Автор жалобы отмечает, что ФИО2 не вмешивалась в действия сотрудников полиции до того, пока они не стали применять насилие в отношении ее сына, при этом умысла прекратить законную деятельность сотрудников полиции она не имела. Доказательств того, что удержание и применение физической силы в отношении ФИО1 сотрудниками полиции были законными, суду не представлено. Полагает, что заключение судебно-медицинской экспертизы и иные медицинские документы не свидетельствуют о причастности ФИО2 к причиненным телесным повреждениям на лице К1., поскольку данные повреждения могли причинить иные лица либо сам потерпевший. Ссылается на противоречивость показаний потерпевшего К1. и свидетеля С2. относительно применения насилия ФИО2 к потерпевшему. Полагает, что показания сотрудников ГИБДД С3., А. и С1. не подтверждают преступных действий ФИО2, поскольку данные свидетели очевидцами произошедшего не являлись, в силу корпоративной солидарности дали обвинительные показания.

В возражениях государственный обвинитель Орлова Е.А. считает приговор законным и обоснованным, просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, постановленный приговор – без изменения.

Заслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Доводы стороны защиты о том, что осужденные ФИО1 и ФИО2 не виновны в совершении инкриминируемых преступлений, проверены судом первой инстанции, признаны необоснованными, поскольку не нашли своего подтверждения, опровергнуты в ходе судебного разбирательства.

Выводы суда первой инстанции о доказанности вины осужденных в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти К1. в связи с исполнением им своих должностных обязанностей основаны на добытых в ходе предварительного расследования доказательствах, тщательно исследованных в судебном заседании и подробно приведенных в приговоре. При этом суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, а выводы, содержащиеся в приговоре, полностью соответствуют установленным по данному делу обстоятельствам.

Так, из показаний потерпевшего К1., подтвержденных, в том числе, в ходе очных ставок с ФИО1, Б. и ФИО2, следует, что после составления протокола об отстранении от управления транспортным средством в отношении К2., ФИО1 мешал производству дела, пытался вывести К2. из служебного автомобиля, одновременно ФИО1 он неоднократно разъяснял и предлагал не препятствовать действиям сотрудников полиции, после того, как К2. вышел из служебного автомобиля, ФИО1 не давал ему пройти к К2., оттолкнул его рукой за шею, отчего он упал и ударился затылком, после того, как он со С2. стал удерживать ФИО1, ФИО2 отталкивала его (К1.), два раза ударила его рукой по лицу.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции обоснованно признал показания потерпевшего допустимым и достоверным доказательством, поскольку они получены в установленном законом порядке, по своему содержанию подробны, логичны, последовательны, при этом каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевшего либо оговоре им осужденных, судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых суд апелляционной инстанции.

Кроме того, показания потерпевшего К1. по обстоятельствам дела согласуются с другими исследованными доказательствами по делу, в частности, показаниями свидетелей С2., подтвержденными, в том числе, в ходе очных ставок с ФИО1, ФИО2, о том, что при ознакомлении в служебном автомобиле К2. с протоколом об отстранении от управления транспортным средством ФИО1 открывал дверь, его неоднократно предупреждали и предлагали отойти от автомобиля и не мешать, однако он продолжал вытаскивать К2., который впоследствии смог покинуть служебный автомобиль, К1. препятствовал К2. выйти из автомобиля, при этом ФИО1 оттолкнул за шею К1., который упал, он (С2.) помогал потерпевшему удерживать ФИО1, который при этом пытался встать и освободиться, находящаяся рядом ФИО2 отталкивала его (С2.) и потерпевшего от ФИО1, наотмашь ударив К1. кулаком в левую часть лица, после чего у К1. имелись покраснения на лбу и щеке; С3. и А., пояснивших о том, что, прибыв на помощь на место происшествия, они увидели, что К1. и С2. удерживают ФИО1, который с применением физической силы был помещен в автомобиль ДПС, ФИО2 кричала и ругалась в адрес сотрудников полиции, у К1. была разорвана куртка, на лице было покраснение; С1. о том, что по приезду К1. в отдел полиции, он видел у него покраснение на шее и на лице, а также разорванную куртку и жилет, после служебной проверки в действиях К1. и С2. нарушений служебной дисциплины не установлено; К2. об обстоятельствах составления в служебном автомобиле ДПС в отношении него протокола об отстранении от управления транспортным средством, ФИО1 пытался помешать составлению протокола в отношении него, помог ему выйти из служебного автомобиля ДПС, сотрудники ГИБДД С2. и К1. ему препятствовали, усаживали обратно его на место, затем С2. и К1. задержали ФИО1, в это время ФИО2 находилась рядом; Б. о том, что ФИО1 находился в служебном автомобиле ДПС, ФИО1 и ФИО2 находились около автомобиля, ФИО1 разговаривал с сотрудниками ДПС, пытался помочь К2. выйти из автомобиля, после того, как К2. вышел, К1. тоже вышел из автомобиля, и, оттолкнув ФИО1, проследовал за К2., повалил его на землю, но поскольку ФИО1 мешал, то К1. и С2. уронили его и удерживали, К1. применял физическую силу, в это время ФИО2 успокаивала сотрудников ГИБДД, пыталась освободить ФИО1, оттаскивала сотрудников ДПС от него; З. о том, что сотрудники ГИБДД пытались усадить в служебный автомобиль ФИО2

Показания свидетелей К2. и Б. были оценены судом по правилам ст. 88 УПК РФ в совокупности с иными доказательствами. Вместе с тем, суд первой инстанции обоснованно отнесся к ним критически в той части, в которой они сообщают, что ФИО1 и ФИО2 насилие в отношении потерпевшего не применяли, поскольку данные показания опровергается иными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.

Оснований для оговора осужденных потерпевшим и свидетелями судом первой инстанции не установлено, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Кроме того, показания допрошенных лиц о применении осужденными насилия в отношении представителя власти К1. при исполнении им служебных обязанностей объективно подтверждены письменными материалами уголовного дела, оснований не доверять которым также не установлено: справками ГБУЗ ПК «Чернушинская районная больница» об обращении 6 марта 2021 года за медицинской помощью К1., у которого выявлены ушибы мягких тканей и повреждения лица и левой половины шеи, а также указано на повреждение одежды; заключением эксперта о наличии у К1. ушибов мягких тканей лица, которые образовались от ударных и ударно-касательных воздействий твердого тупого предмета (предметов), в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении, не исключается получение данных повреждений от ударов кулаками, при этом экспертом исключается образование повреждений при падении, данные повреждения расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью; фотографиями о наличии повреждений форменного обмундирования К1.; приказом о назначении К1. на должность старшего инспектора (дорожно-патрульной службы) отделения ДПС ГИБДД Отдела МВД России по Чернушинскому району; Постовой ведомостью расстановки нарядов по обеспечению правопорядка в общественных местах на 5 марта 2021 года; графиком работы отделения ГИБДД на март 2021 года, согласно которому 5 марта 2021 года инспекторы ДПС К1. и С2. находятся на службе; должностным регламентом старшего инспектора дорожно-патрульной службы Отделения дорожно-патрульной службы ГИБДД Отдела МВД России по Чернушинскому району; протоколами выемки DVD-R дисков, осмотра предметов, воспроизведении видеозаписей с событиями от 5 марта 2021 года; и другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Оснований не доверять изложенным доказательствам у суда первой инстанции не имелось; всем исследованным доказательствам в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ судом дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, достоверности, допустимости, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела по существу и постановления обвинительного приговора в отношении ФИО1 и ФИО2

Доводы стороны защиты о субъективности показаний потерпевшего о наличии у него телесных повреждений и возможности получения им покраснений на коже от натирания одеждой либо при иных событиях нельзя признать обоснованными, поскольку опровергаются не только показаниями потерпевшего об обстоятельствах применения к нему насилия со стороны осужденных во время выполнения им своих служебных обязанностей, но и показаниями свидетелей С2., Б., А., С1., которые какой-либо заинтересованности в исходе дела не имеют, а также справками о незамедлительном обращении потерпевшего в медицинские учреждения, где у него объективно зафиксированы телесные повреждения; заключением судебно-медицинского эксперта, согласно которому достоверно установлено наличие телесных повреждений у потерпевшего и механизм их образования, при этом исключено образование повреждений при падении; видеозаписями с места происшествия.

Вопреки доводам стороны защиты, показания потерпевшего и свидетелей С2., Б., А., С1. о том, что ФИО1 схватил К1. за шею, а затем ФИО2 нанесла последнему удары рукой по лицу, не содержат существенных противоречий, не вызывают сомнений в своей правдивости и объективности, поскольку подтверждены видеозаписями с места происшествия.

Таким образом, суд первой инстанции, оценив в совокупности приведенные выше доказательства, пришел к правильному выводу об установлении фактов применения ФИО1 и ФИО2 насилия в отношении сотрудника полиции К1. при исполнении им своих служебных обязанностей и наличии у осужденных умысла на совершение преступлений, о чем свидетельствуют фактические обстоятельства дела.

Доводы осужденной ФИО2 о том, что она пыталась пресечь незаконные действия сотрудников полиции в отношении своего сына ФИО1, также получили оценку в приговоре и признаны несостоятельными, мотивы такого решения суд апелляционной инстанции признает обоснованными.

Доводы стороны зашиты о противоправности действий сотрудников полиции являются надуманными, опровергаются материалами дела. Как правильно установлено в ходе судебного разбирательства и объективно подтверждено материалами уголовного дела, действия потерпевшего носили законный характер, в соответствии с законодательством Российской Федерации, в том числе Законом «О полиции», а основания, по которым суд первой инстанции пришел к указанному выводу, убедительно изложены в обжалуемом приговоре.

Иные доводы стороны защиты, приведенные в апелляционных жалобах и судебном заседании апелляционной инстанции, на существо обвинительного приговора в отношении ФИО1 и ФИО2 не влияют.

Несогласие авторов апелляционных жалоб с оценкой доказательств не ставит под сомнение правильность выводов суда первой инстанции о виновности осужденных в содеянном и не свидетельствует об односторонней судебной оценке доказательств. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих об обвинительном уклоне в действиях суда, необъективности процедуры судебного разбирательства, в материалах уголовного дела не содержится.

Как видно из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства в соответствии со ст. 15, 244 и 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Все представленные сторонами доказательства исследованы судом, а заявленные участниками судебного разбирательства ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

Судом апелляционной инстанции не установлено каких-либо данных, свидетельствующих об исследовании недопустимых доказательств, ошибочном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного разрешения дела. Предусмотренные ст. 252 УПК РФ пределы судебного разбирательства и право осужденных на защиту не нарушены.

Таким образом, действия осужденных ФИО1 и ФИО2 квалифицированы правильно. Оснований для оправдания ФИО1 и ФИО2 либо иной квалификации действий виновных не имеется.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, судом первой инстанции не допущено. Доводы стороны защиты о нарушении уголовно-процессуального закона при возбуждении уголовного дела также нельзя признать обоснованными. Как следует из представленных материалов дела, уголовное дело возбуждено по ч. 1 ст. 318 УК РФ в отношении ФИО2 и ФИО1 по факту применения 5 марта 2021 года около 23 час. 50 мин. насилия в отношении сотрудника полиции К1. в виде удушения органов шеи руками и нанесения ударов в область лица. При возбуждении уголовного дела соблюден порядок вынесения данного решения, дело возбуждено надлежащим должностным лицом при наличии соответствующего повода и основания для возбуждения уголовного дела, в отсутствие обстоятельств, исключающих производство по делу. Постановление о возбуждении уголовного дела от 9 апреля 2021 года соответствует требованиям ст. ст. 140, 146 УПК РФ. Поскольку преступные действия ФИО1 и ФИО2 были тесно взаимосвязаны между собой по фактам применения насилия в отношении одного сотрудника полиции практически в один период времени, возбуждение в отношении них уголовного дела одним постановлением нарушением требований ст. 146 УПК РФ не является. С учетом изложенного доводы стороны защиты о незаконности возбуждения уголовного дела основаны на неверном толковании закона, являются несостоятельными.

При назначении наказания суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности содеянного, сведения о личности каждого виновного, влияние назначаемого наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи, а также отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Мотивы, изложенные в приговоре, о необходимости назначения осужденным наказания в виде штрафа в определенном размере и отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ судом также подробно аргументированы, сомнений в своей объективности не вызывают.

Таким образом, все обстоятельства, которые должны приниматься во внимание при назначении наказания, судом первой инстанции в полной мере учтены. Сомнений в справедливости и соразмерности назначенного наказания не имеется, оснований для его смягчения суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Нарушений процессуальных требований при производстве по уголовному делу не допущено, оснований для отмены или изменения состоявшегося приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Чернушинского районного суда Пермского края от 18 августа 2021 года в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Копытова О.А., Суетиной Е.Н. – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий