Решение № 2-3179/2025 2-331/2026 от 11 мая 2026 г.

36RS0001-01-2024-002071-45

Дело №2-331/2026


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 апреля 2026 года Железнодорожный районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Романенко С. В.,

при секретаре Пузаковой С.В.,

с участием

представителя истца адвоката Турищева А.А., предъявившего удостоверение № ..... от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № ..... от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ФИО1 – ФИО2, действующего по доверенности <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного транспортному средству в результате дорожно-транспортного происшествия,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного транспортному средству в результате дорожно-транспортного происшествия, указав, что 11.03.2024 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств: GEELY EMGRAND X7, государственный регистрационный знак № ..... под управлением ФИО1 (собственник) и AUDI А6, государственный регистрационный знак № ..... находящегося под его управлением и принадлежащего ему на праве собственности. В результате ДТП автомобили получили технические повреждения. ФИО1 признана виновной в данном ДТП. Страховщик АО «ГСК «Югория» выплатил ему страховое возмещение по договору ОСАГО в размере 400 000 рублей, однако этой суммы недостаточно для возмещения причиненного ущерба. Согласно проведенному экспертному заключению, стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства без учета износа составила 3 781 800 руб., поскольку указанная сумма превышает стоимость автомобиля, которая составляет 2 411 700 руб., а величина годных остатков после ДТП 375 412, 94 руб., то размер причиненного ему ущерба составил 2 036 287,06 руб., что послужило основанием для обращения к ответчику с претензией, оставленной без ответа. В связи с чем просит суд взыскать с ответчика убытки в размере 1 636 287,06 руб., стоимость экспертизы в размере 18 000 руб., а также судебные расходы по оплате госпошлины в размере 16 471 руб. (Том 1 л.д.4-8).

В ходе судебного разбирательства истец уточнил исковые требования и просил взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 1 632 800 рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 18 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 16 471 рубль и расходы по оплате судебной экспертизы в размере 25 000 рублей (Том 3 л.д.64).

Истец в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещался надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщено. Ранее в судебном заседании пояснял, что в момент столкновения с транспортным средством ответчика он двигался со скоростью не более 60 км/ч. С какой скоростью он двигался до этого, он не знает. Примерно через 10 секунд после перестроения из среднего ряда в крайний правый ряд, для опережения впереди движущихся транспортных средств, ответчик без включения поворотного сигнала на транспортном средстве, внезапно повернула направо, однако, применив экстренное торможение, ему не удалось избежать столкновения с автомобилем ответчика. От места расположения камеры видео фиксации до места столкновения автомобилей примерно 150 метров. Не смотря на то, что камерой видео фиксации было зафиксировано превышение скоростного режима, он сбросил скорость и на момент столкновения скорость была не более 60 км/ч. С момента как он увидел маневр ответчика и до столкновения с автомобилем ответчика прошло около 1-3 секунд. Место столкновения транспортных средств является поворот на автомобильную мойку.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал и просили их удовлетворить в полном объёме, указав, что ответчик не убедилась в безопасности своего манёвра, нарушила требования ПДД РФ, в связи с чем и произошло ДТП.

Ответчик в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщено. Ранее в судебном заседании поясняла, что она двигалась по проезжей части на автомобиле со скоростью 45-60 км/ч. Посмотрев в правое наружное зеркало и убедившись, что отсутствуют помехи для совершения маневра, она включила правый сигнал поворота и перестроилась в крайнюю правую полосу. С момента включения сигнала поворота и до момента перестроения прошло около 10 секунд. Столкновение с автомобилем истца произошло, когда она уже была в крайней правой полосе. После столкновения транспортное средство осталось на месте. Место столкновения поворот на автомобильную мойку.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, указав, что в связи с превышением истцом скоростного режима, а именно, движение со скоростью 116 км/ч, имеется причинно-следственная связь с ДТП и наступившими последствиями. Кроме того, транспортное средство на территории РФ не зарегистрировано и не растаможено, в связи с чем его стоимость будет меньше, чем стоимость аналогичного растаможенного транспортного средства.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщено.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО4, суду пояснил, что, поскольку нет следов торможения, то установить действительную скорость транспортного средства «Ауди» не представляется возможным, однако для проведения экспертизы скорость транспортного средства «Ауди» была задана. Когда имеет место превышение скорости устанавливается длина расстояния. Экспертным путём было установлено расстояние от камеры видео-фиксации до автомобиля «Ауди» и до места столкновения. За одну секунду до момента столкновения истец не располагал возможностью избежать столкновения с транспортным средством ответчика. Все расчёты производятся от места контакта транспортных средств. Ели бы истец двигался со скоростью 60км/ч в момент обнаружения опасности, то он имел бы возможности избежать столкновения.

Эксперт ФИО5, в судебном заседании пояснил, что он производил оценку рыночной стоимости повреждённого транспортного средства. Из-за редкости повреждённого автомобиля «Ауди», всего было менее пяти предложений. Стоимость транспортного средства, зарегистрированного в Беларусь и не растаможенного будет дешевле, чем стоимость транспортного средства, состоящего на учёте в РФ, однако определить стоимость идентичного транспортного средства, зарегистрированного на территории Беларусь, не представляется возможным. Кроме того, регистрация транспортного средства на стоимость восстановительного ремонта не влияет.

Выслушав лиц, участвующих в деле, экспертов, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Задачей гражданского судопроизводства является повышение гарантий и эффективности средств защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских правоотношений при соблюдении требований закона.

Статьей 3 ГПК РФ закреплено право на обращение в суд. Заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Способы возмещения вреда предусмотрены ст.1082 ГК РФ, согласно которой требования о возмещении вреда могут быть удовлетворены в натуре или путем возмещения причиненных убытков по правилам п.2 ст.15 ГК РФ.

Согласно п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Взыскание убытков допустимо только при следующих условиях: наличие противоправного поведения ответчика, доказанность убытков в виде реального ущерба либо упущенной выгоды (их наличие и размер), причинная связь между действиями ответчика и возникшими убытками (вредом).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, исходя из указанных положения закона и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, ответственность за причиненный вред наступает при совокупности условий, которая включает: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

Согласно пункту 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства в пределах страховой суммы, установленной данным федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации (пункт 1 статьи 6 Закона об ОСАГО).

Из вышеприведенных норм закона следует, что надлежащим исполнением обязательства страховщика, застраховавшего ответственность владельца транспортного средства по договору обязательного страхования, является страховое возмещение, которое может быть осуществлено в двух формах: страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства. При этом пределы страхового возмещения при наступлении каждого страхового случая ограничены страховой суммой.

Согласно пункту "б" статьи 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик обязуется при наступлении каждого страхового случая, возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 000 рублей.

Судом установлено, что истцу на праве собственности принадлежал автомобиль «AUDI А6», регистрационный знак республики Беларусь № ..... (Том 1 л.д.15).

Ответчику на праве собственности принадлежит автомобиль «GEELY EMGRAND X7», государственный регистрационный знак <***> (Том 1 л.д.194).

Как установлено судом и следует из материалов дела, что 11.03.2024 у д.4/1 по ул.ФИО6 г.Воронежа произошло ДТП с участием транспортных средств: «GEELY EMGRAND X7», государственный регистрационный знак № ..... под управлением ФИО1 и «AUDI А6», регистрационный знак республики Беларусь № ..... находящегося под управлением ФИО3 Виновным в ДТП признана водитель «GEELY EMGRAND X7», государственный регистрационный знак № ..... ФИО1, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении, которое ответчиком не оспорено (Том 2 л.д.78-80).

Судом установлено и подтверждается материалами выплатного дела, что 22.03.2024 ФИО3 обратился в АО «ГСК «ЮГОРИЯ» с заявлением о прямом возмещении убытков по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (Том 1 л.д.136 обор.ст.).

Согласно акту о страховом случае от 03.04.2024 размер ущерба причиненного ТС истца, составил 1 434 433,81 руб. (Том 1 л.д.135), в связи с чем 05.04.2024 АО «ГСК «ЮГОРИЯ» выплатило ФИО3 максимальную сумму страхового возмещения в размере 400 000 рублей (Том 1 л.д.135 обор.ст.).

В обосновании взыскиваемого размера причиненного ущерба, истцом было представлено экспертное заключение № 11394 от 15.04.2024, согласно которому стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства «AUDI А6», регистрационный знак республики Беларусь № ....., без учета износа составляет 3 781 800 рублей (Том 1 л.д.18-62).

В ходе судебного разбирательства, возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчиком было заявлено ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы, производство которой было получено экспертам ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы».

Согласно заключению экспертов ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» №6586/7-2-25, №6587/7-2-25 и №6588/7-2-25 от 05.03.2026, отдельные элементы механизма рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия представляются в следующем виде:

- до рассматриваемого ДТП а/м «Geely Emgrand Х7» и «Audi А6» двигались по ул. ФИО6 г.Воронежа в попутном направлении (от ул. Ленинградская в сторону ул. Димитрова). При этом «Geely Emgrand Х7» двигался первым, а а/м «Audi А6» вторым, нагоняя его;

- в процессе этого движения водитель а/м «Geely Emgrand Х7» начинает смещаться вправо, траектория его движения пересекается с траекторией движения попутного а/м «Audi А6» и на правой стороне проезжей части ул. ФИО6 г.Воронежа до конечного положения правой передне-угловой части первого, наиболее вероятно в районе начала места примыкания въезда на прилегающую территорию (если смотреть по направлению движения автомобилей), происходит их столкновение;

- первичный контакт имел место между правой передне-угловой частью кузова а/м «Geely Emgrand Х7» и левой боковой частью кузова а/м «Audi А6», при этом продольные оси ТС располагалась под острым углом, примерно так, как это изображено на схеме №3 в исследовании;

- продолжая движение а/м «Audi А6» выезжает правыми колёсами на прилегающую территорию и совершает наезд на снежный вал, в результате чего ТС отрывается от опорной поверхности (подлетает). Преодолев некоторое расстояние а/м «Audi А6» падает на опорную поверхность, после чего продолжает движение в направлении конечного положения по траектории, обусловленной следами розлива технической жидкости;

- израсходовав остатки кинетической энергии ТС занимают конечное положение, зафиксированное на «схеме»;

- ввиду отсутствия сведений о следах колёс обоих ТС, оставленных ими, в процессе развития рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации до момента контакта, высказаться о фактических траекториях ТС на этапе сближения, скоростях движения, а также установить место столкновения (как точку на плоскости с численными привязками) и положения ТС относительно элементов дороги в момент первичного контакта не представляется возможным.

Если скорость движения а/м «Audi А6» в момент возникновения опасности для движения составляла 60,0 км/ч (как это указано в определении о назначении настоящей экспертизы со слов водителя), то в таком случае при заданных исходных данных расстояния между ТС в момент начала выполнения манёвра перестроения водителем а/м «Geely Emgrand Х7» было недостаточно для того, чтобы водитель а/м «Audi А6» снизил скорость своего движения до скорости движения а/м «Geely Emgrand Х7», тем самым не вступил в контакт с последним. Иными словами, при данном условии водитель а/м «Audi А6» не располагал технической возможностью предотвратить попутное столкновение с момента возникновения опасности.

Если же скорость движения а/м «Audi А6» в момент возникновения опасности для движения составляла 116,0 км/ч (как это зафиксировано комплексом измерения скорости транспортных средств фоторадарным «КОРДОН», установленным до места ДТП), то водитель а/м «Audi А6» с момента начала перестроения а/м «Geely Emgrand Х7» в его полосу при условии соблюдения скоростного режима (т.е. при движении со скоростью не более 60,0 км/ч) и своевременной реакции располагал технической возможностью снизить скорость своего движения до скорости движения а/м «Geely Emgrand Х7», тем самым располагал технической возможностью предотвратить попутное столкновение с ним (подробнее см. исследование).

При имеющихся исходных данных определить даже минимально возможное значение скорости движения а/м «Audi А6» в момент столкновения расчётными методами автотехнической экспертизы не представляется возможным (причины подробно изложены в исследовании по вопросу №1). В связи с чем решить данный вопрос определения также не представляется возможным.

Что касается скорости движения а/м «Audi А6», равной 116,0 км/ч (зафиксированной комплексом измерения скорости транспортных средств фоторадарным «КОРДОН»), то техническая оценка данного обстоятельства с позиции требований ПДД РФ (в части наличия несоответствий требованиям ПДД РФ и нахождении этих несоответствий в причинной связи с рассматриваемым ДТП) приведена в исследовании по вопросу №7.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель а/м «Geely Emgrand Х7», с технической точки зрения, располагал возможностью предотвратить столкновение с а/м «Audi А6» путём выполнения требований п. 1.5 абз.1, 8.1, 8.2 и 8.4 ПДД РФ (подробнее см. исследование).

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при обстоятельствах, известных из представленных материалов, водителю а/м «Geely Emgrand Х7» необходимо было руководствоваться требованиями п. 1.5 абз.1, 8.1, 8.2 и 8.4 ПДД РФ.

В той же дорожно-транспортной ситуации водителю а/м «Audi А6» необходимо было руководствоваться требованиями п. 10.1 и 10.2 ПДД РФ.

Технической оценкой действий участников рассматриваемого происшествия при заданных исходных данных установлено, что:

- в действиях водителя а/м «Geely Emgrand Х7» усматриваются несоответствия требованиям п. 1.5 абз.1, 8.1, 8.2 и 8.4 ПДД РФ, которые находятся в причинной связи с рассматриваемым ДТП;

- если судом будет установлено, что водитель а/м «Audi А6» в момент возникновения опасности осуществлял движение со скоростью 60,0 км/ч (как это указано в определении с его слов), то в таком случае в его действиях несоответствия требованиям п. 10.1 и 10.2 ПДД РФ, находящиеся в причинной связи с рассматриваемым ДТП усматриваться не будут (поскольку при данном условии с момента возникновения опасности для движения он не располагал технической возможность предотвратить попутное столкновение);

- если же судом будет установлено, что водитель а/м «Audi А6» в момент возникновения опасности осуществлял движение со скоростью 116,0 км/ч (как это зафиксировано комплексом измерения скорости транспортных средств фоторадарным «КОРДОН»), то в таком случае в его действиях будут усматриваться несоответствия требованиям п. 10.1 и 10.2 ПДД РФ (в т.ч. в части превышения максимально допустимой скорости движения), находящиеся в причинной связи с рассматриваемым ДТП (подробнее см.

В общем случае причиной любого ДТП (в т.ч. рассматриваемого столкновения а/м «Audi А6» и «Geely Emgrand Х7»), с технической точки зрения, является пересечение траекторий движения ТС в одно время в одном месте.

Решение вопроса об установлении прямых причинных связей между действиями конкретных лиц и наступившими последствиями требует юридической оценки всех доказательств, собранных по делу, в т.ч. настоящего заключения, что выходит за пределы компетенции эксперта автотехника и является прерогативой органов дознания, следствия и суда. Техническая оценка действий участников рассматриваемого происшествия (вопрос о наличии несоответствий ПДД РФ в их действиях и нахождении этих несоответствий в причинной связи с рассматриваемого ДТП, в т.ч. в части выбора скоростного режима) приведена в исследовании по вопросу №7.

По результатам проведенных расчетов, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Audi А6» государственный регистрационный номер № ..... на дату рассматриваемого ДТП (11.03.2024 г.), исходя из среднерыночных цен без учета износа, с учетом округления до сотен составляет 3 543 500 (Три миллиона пятьсот сорок три тысячи пятьсот) рублей 00 копеек.

Рыночная стоимость исследуемого КТС - автомобиля «Audi А6», государственный регистрационный номер № ..... с учетом округления до сотен, на дату проведения исследований может составлять 2 408 300 (Два миллиона четыреста восемь тысяч триста) рублей 00 копеек.

Сопоставляя значение рыночной стоимости КТС со стоимостью восстановительного ремонта КТС, можно высказаться о том, что условие расчета стоимости годных остатков, указанное в условии вопроса, выполняется.

Стоимость годных остатков автомобиля «Audi А6», государственный регистрационный номер № ..... после ДТП, имевшего место 11.03.2024 года, на дату проведения исследований может составлять 375 500 (Триста семьдесят пять тысяч пятьсот) рублей 00 копеек.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Audi А6», государственный регистрационный номер № ..... на дату проведения исследований, исходя среднерыночных цен, с учетом округления до сотен составляет:

- без учета износа 4 084 300 (Четыре миллиона восемьдесят четыре тысячи триста) рублей 00 копеек;

- с учетом износа 2 615 500 (Два миллиона шестьсот пятнадцать тысяч пятьсот) рублей 00 копеек.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Geely Emgrand Х7», государственный регистрационный номер № ..... на дату проведения исследований, как с учетом износа, так и без его учета, исходя из среднерыночных цен, с учетом округления до сотен составляет 106 000 (Сто шесть тысяч) рублей 00 копеек.

Согласно проведенным расчетам, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Audi А6», государственный регистрационный номер № ....., на момент дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 11.03.2024 года, рассчитанная, в соответствии с требованиями Положения Банка России от 04 марта 2021 года № 755-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства», с учетом округления до сотен рублей, составляет:

- без учета износа 4 327 800 (Четыре миллиона триста двадцать семь тысяч восемьсот) рублей 00 копеек;

- с учетом износа 2 519 300 (Два миллиона пятьсот девятнадцать тысяч триста) рублей.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Geely Emgrand Х7», государственный регистрационный номер <***>, на момент дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 11.03.2024 года, рассчитанная, в соответствии с требованиями Положения Банка России от 04 марта 2021 года № 755-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства», с учетом округления до сотен рублей, составляет:

- без учета износа 77 300 (Семьдесят семь тысяч триста) рублей 00 копеек;

- с учетом износа 60 800 (Шестьдесят тысяч восемьсот) рублей (Том 3 л.д.3-54).

При принятии решения суд берет за основу заключение эксперта ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» №6586/7-2-25, №6587/7-2-25 и №6588/7-2-25 от 05.03.2026, поскольку у суда не имеется сомнений в правильности и обоснованности судебной экспертизы, которая достоверно отражает характер образования повреждений на автомобиле истца, а также действия истца и ответчика в соответствии с правилами ПДД РФ в момент ДТП. Выводы заключения мотивированы и согласуются с его исследовательской частью, эксперты, проводившие экспертизу, имеют соответствующую квалификацию, предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, экспертам были предоставлены все необходимые материалы для проведения экспертизы, которые были приобщены к материалам дела, экспертами даны исчерпывающие ответы на все поставленные перед ними вопросы.

Данное заключение соответствует требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 01.05.2001 года № 73-ФЗ. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ.

Суд полагает, что указанное заключение отвечает требованиям относимости и допустимости доказательства по гражданскому делу, выводы экспертов полны и обоснованны. Примененных ими методов исследования было достаточно для ответа на вопросы. Суд не располагает сведениями о том, что применённые экспертами методы исследования несовершенны. Выводы экспертрв не вызывают сомнений. В судебном заседании не установлено обстоятельств дела, которые не согласуются с выводами экспертов.

Судом оценено заключение по правилам ст.ст.86, 67 ГПК РФ, оснований для сомнений в объективности эксперта у суда не имеется. Также у суда нет и сведений о том, что эксперты каким-либо образом заинтересованы в исходе дела.

Между тем, в обосновании своих возражений относительно заключения судебной экспертизы, представителем ответчика было предоставлено заключение специалиста ИП ФИО7 №4090 от 15.04.2026, опровергающее, по мнению представителя ответчика, выводы судебной экспертизы ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» №6586/7-2-25, №6587/7-2-25 и №6588/7-2-25 от 05.03.2026 (Том 3 л.д.77-97).

Однако суд не может принять во внимание представленное представителем ответчика заключение специалиста, поскольку оно проведено без исследования материалов дела и материалов об административном правонарушении. Кроме того, эксперт, составивший заключение, не предупреждался об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

В судебном заседании представитель ответчика не согласился с выводами эксперта, представил заключение специалиста ИП ФИО7 №4090 от 15.04.2026, заявив ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы, при этом просил поставить перед экспертом аналогичные вопросы.

В соответствии со ст.87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Однако судом в удовлетворении ходатайства было отказано, поскольку каких-либо сомнений в правильности или обоснованности ранее данного заключения, либо наличия противоречий в заключении экспертов ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» №6586/7-2-25, №6587/7-2-25 и №6588/7-2-25 от 05.03.2026 у суда не имеется.

Кроме того, само по себе несогласие с выводами судебной экспертизы не является основанием для назначения по делу повторной экспертизы.

Ссылка представителя ответчика на заключение специалиста ИП ФИО7 №4090 от 15.04.2026 не может служить основанием для назначения по делу повторной экспертизы, поскольку представленное заключение специалиста является частным мнением эксперта, к тому же оно было проведено без исследования материалов дела и материалов об административном правонарушении. Кроме того, эксперт, составивший заключение, не предупреждался об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

В силу ст. ст. 35, 56 ГПК РФ представление доказательств в обоснование своих требований и возражений является не только правом, но и обязанностью стороны, и неисполнение данной обязанности влечет наступление последствий, предусмотренных законодательством о гражданском судопроизводстве.

Согласуясь с закрепленными в ст.ст. 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод правом каждого на справедливое судебное разбирательство и правом на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в п.1 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах, в ч.1 ст.19, ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ принципом состязательности и равноправия сторон, принципом диспозитивности, приведенные выше положения Гражданского процессуального кодекса РФ предполагают, что свобода определения объема своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объема предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (ч.2 ст.57, ст.ст. 62, 64, ч.2 ст.68, ч.3 ст.79, ч.2 ст.195, ч.1 ст.196 ГПК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В соответствии с п.1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п.8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п.8.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

На основании п.8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

При таком положении суд приходит к выводу, что на ответчике, как на участнике дорожного движения, при перестроении из средней полосы в правую, лежала обязанность по выполнению указанных выше пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации и в первую очередь уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения, в данном случае истцу, однако истцом такая обязанность выполнена не была, что привело к дорожно-транспортному происшествию.

Между тем, в ходе судебного разбирательства установлено и никем не оспаривается, а также подтверждается фиксацией комплексом измерения скорости транспортных средств «Кордон», который имеет диапазон измерения дальности от 10 до 60 метров, что истец на расстоянии не менее 60 метров до комплекса «Кордон», который расположен в непосредственной близости от места столкновения транспортных средств на фонарном столбе, двигался со скоростью 116 км/ч (Том 2 л.д.132,134).

В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В силу п.10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

При таком положении, учитывая, что водитель автомобиля «Audi А6» осуществлял движение со скоростью 116,0 км/ч, то в таком случае с технической точки зрения, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля «Audi А6», не соответствовали требованиям п.п. 10.1 и 10.2 ПДД РФ, что находятся в прямой причинно-следственной связи с причиной совершения ДТП, поскольку водитель располагал технической возможность избежать/предотвратить столкновение при условии соблюдения им скоростного режима, что водителем автомобиля «Audi А6» сделано не было.

Вместе с тем, в силу ч.1 ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владелец источника повышенной опасности, в частности автомобиля, отвечает независимо от вины, следовательно, должен действовать с большей осторожностью и осмотрительностью в целях обеспечения безопасности дорожного движения и исключения возможности причинения вреда иным участникам дорожного движения (п.1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Согласно п.25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина, судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников.

При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК РФ по правилам пункта 2 статьи 1081 ГК РФ, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Согласно п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Таким образом истец, как водитель транспортного средства, при выборе скорости движения должен был учитывать дорожную обстановку, интенсивность движения при движении на любом участке дороги, при этом выбранная им скорость должна обеспечивать возможность постоянного контроля за движением автомобиля, а ответчик, в свою очередь должен был убедиться в безопасности своего манёвра при перестроении из средней полосы в правую и уступить дорогу водителю автомобиля «Audi А6», обладавшего преимуществом по отношении к нему.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло в следствие несоблюдения как истцом так и ответчиком Правил дорожного движения РФ и в их действиях имеется причинно-следственная связь.

Оценивая в совокупности изложенные обстоятельства и подтверждающие их доказательства суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении ущерба истцу, а также собственной вины истца в нарушение пунктов Правил дорожного движения РФ.

Однако поскольку ущерб истцу причинен по вине как самого истца, так и ответчика, то суд полагает с учетом степени вины каждого определить доли виновности в ДТП ФИО3 – 50% и ФИО1 - 50%.

В соответствие со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Между тем суд принимает во внимание заключение судебной экспертизы ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» №6586/7-2-25, №6587/7-2-25 и №6588/7-2-25 от 05.03.2026 в качестве надлежащего доказательства размера причинённого истцу ущерба, которое никем не оспорено, и с учетом установленной судом степени виновности истца и ответчика в произошедшем ДТП суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 в счет причиненного ущерба в результате ДТП денежных средств в размере 816 400 рублей 00 копеек, поскольку стоимость восстановительного ремонта транспортного средства составляет 1 632 800 (2 408 300 (рыночная стоимость транспортного средства) – 375 500 (годные остатки) – 400 000 (сумма страхового возмещения) х 50% (степень вины водителя ФИО3 в произошедшем ДТП) = 816 400).

Кроме того, суд с учетом установленной судом степени виновности ФИО3 в произошедшем ДТП также полагает необходимым взыскать в его пользу понесенные им расходы на оплату услуг эксперта в размере – 9 000 рублей (18000 х 500%) (Том 1 л.д.10-11). Факт оплаты истцом услуг эксперта никем не оспаривается.

Частью 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии с абзацем 2 ч. 2 ст. 85 Гражданского процессуального кодекса РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений ч. 1 ст. 96 и ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Судом установлено, что ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы поступили как от истца, так и от ответчика, в связи с чем расходы по оплате экспертизы были возложены на истца и ответчика в равных долях по 50 %.

При таких обстоятельствах, поскольку ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы поступили как от истца, так и от ответчика, а проведение экспертизы необходимо было как для подтверждения заявленных требований, так и в опровержение их, то суд полагает возможным отказать истцу в удовлетворении требований о взыскании с ответчика внесённых денежных средств на депозит Управления Судебного департамента в Воронежской области в размере 25000 рублей.

При принятии решения суд учитывает, что стороны не представили суду иных доказательств в обоснование своих требований и возражений, заявлений и ходатайств об истребовании и представлении доказательств от лиц, участвующих в деле, не поступило.

Суд также принимает во внимание то, что иных доказательств суду не предоставлено, и в соответствии с требованиями ст.195 ГПК РФ основывает решение на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании и принимает решение только по заявленным истцом требованиям (ч.3 ст.196 ГПК РФ).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56-57, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

взыскать с ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, зарегистрирована: <адрес>, № .....) в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, № .....) в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 11.03.2024 года, денежные средства в размере 816 400 рублей 00 копеек, расходы по оплате досудебного экспертного заключения в размере 9 000 рулей 00 копеек, а всего 825 400 (восемьсот двадцать пять четыреста) рубля 00 копеек.

В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию Воронежского областного суда в месячный срок со дня изготовления решения в окончательной форме через районный суд.

Председательствующий Романенко С.В.

Мотивированное решение изготовлено 12.05.2026.