Апелляционное определение № 33-13032/2025 33-1636/2026 от 26 января 2026 г.

Судья Минина О.С. УИД 63RS0040-01-2025-006061-93

Гр. дело № 33- 1636/2026

(номер дела, присвоенный судом первой инстанции 2-5135/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 января 2026 года г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего судьи Хаировой А.Х.,

судей Андреевой Е.А. и Мороз М.Ю.,

при помощнике судьи Бирюковой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Самарского областного суда Хаировой А.Х. гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО5 в лице представителя по доверенности ФИО6 на решение Октябрьского районного суда г. Самары от 06 октября 2025 года,

установила:

Истец ФИО5 обратилась в суд с иском к ответчику ПАО «Сбербанк» о признании кредитного договора № от 25.07.2024 г. на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и на основании п. 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование исковых требований истец указала, что она осуществляет трудовую деятельность в <данные изъяты> в должности доцента кафедры прикладного менеджмента. 24.07.2024 г., примерно в 12-00 на телефон истца пришло сообщение от проректора по учебной части университета ФИО1, о том, что сейчас с истцом свяжется сотрудник по финансовой безопасности некий ФИО2, и что истец обязана выполнить все его инструкции, а также сообщила, что произошла утечка персональных данных сотрудников университета и истец может быть обвинена в мошеннических действиях по переводу денежных средств на поддержку вооружённых сил Украины. Переписка с ФИО1 не вызвала подозрений у истца, так как ранее между ними велась переписка.

После этого истец, поверив звонкам граждан, представившимся ФИО2, ФИО3 и ФИО4 полностью выполнила указанные ими действия, получила кредиты: в ПАО Сбербанк – 900 000 рублей; в ПАО Почта Банк – 700 000 рублей; в Совкомбанк – 400 000 рублей. Переводы осуществлялись на банковскую карту АО «Озон банк». После того, как истец рассказала о происшедшем матери, та предположила, что они мошенники, но через какое-то время ФИО4 вновь позвонил. Истец передала трубку маме, он пояснил ей, что это спецоперация и мама истца тоже перевела на специальный счет мошенников 6 000 000 рублей. Кроме того, мошенники убедили истца продать автомобиль и деньги также перевести на их счёт и перестали выходить на связь. Действиями мошенников истцу причинен материальный вред в размере 1 800 000 рублей.

Осознав произошедшее, истец обратилась в Отдел ОУР ОП по Октябрьскому району У МВД России по г. Самара с заявлением о преступлении, возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и истец признана потерпевшей.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО5 просила суд признать кредитный договор № от 25.07.2024 г., заключенный с ПАО Сбербанк, недействительным и не применять последствия недействительности сделки в виде двусторонний реституции.

В судебном заседании истец и её представитель ФИО6, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержали в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО Сбербанк – ФИО7, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения исковых требований.

Октябрьский районный суд г. Самары 06 октября 2025 года постановил по данному делу решение:

«Исковые требования ФИО5 к ПАО «Сбербанк» о признании кредитного договора № от 25.07.2024 г. недействительным, – оставить без удовлетворения».

В апелляционной жалобе истец ФИО5 в лице представителя ФИО6 (по доверенности) просит отменить решение суда первой инстанции и принять новое решение об удовлетворении исковых требований истца в полном объеме. Ссылается на нарушение судом норм материального и процессуального права. Указывает, что юридически значимым и подлежащим доказыванию по данному делу являлся вопрос – могла ли истец понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения сделки. Ссылается на заключение комплексной судебно-психологической экспертизы от 05.11.2024 №, проведенной в рамках производства по уголовному делу. Истец не оспаривает, что действия ответчика соответствовали закону и ответчик пытался выяснить действительную волю заемщика. Суд первой инстанции, несмотря на перечисление в исковом заявлении норм права от статьи 168 до статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, неправильно их истолковал и применил.

Проверив законность и обоснованность оспариваемого решения суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения ответчика на апелляционную жалобу истца, заслушав пояснения истца ФИО5 и её представителя по доверенности ФИО6, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя ПАО Сбербанк – ФИО7 (по доверенности), на доводы апелляционной жалобы истца, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы истца.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 25.10.2010 г. между ПАО Сбербанк и ФИО5 заключен договор комплексного банковского обслуживания №, в рамках которого Банк предоставляет клиенту возможность получать в подразделениях Банка и/или через удалённые каналы обслуживания и/или вне подразделений Банка с использованием мобильного рабочего места банковские продукты и пользоваться услугами, в том числе третьих лиц, информация о которых размещена на официальном сайте Банка и/или в подразделениях Банка, при условии прохождения успешной идентификации и аутентификации клиента.

25.07.2024 г. между ПАО «Сбербанк» и ФИО5 заключен договор потребительского кредита № в офертно-акцептном форме. 25.07.2024 г. в 12:17 истцом подана заявка на получение кредита. ФИО5 поступило сообщение с предложением подтвердить заявку на кредит и указаны сумма, срок кредита, интервал процентной ставки, пароль для подтверждения (900 000 руб., срок 60 мес., 22% годовых, счет зачисления, код). Пароль подтверждения был корректно введен истцом, так заявка на кредит и данные анкеты подписаны клиентом простой электронной подписью.

25.07.2025 г. в 12:19 истцу Банком направлено смс следующего содержания: «Мы приостановили оформление кредита. Будьте внимательны, с вами могут общаться мошенники. Если позвонили незнакомцы, представились сотрудниками банка, полиции или других организаций и вынуждают взять кредит - не верьте и не отвечайте им. Узнать больше о схемах мошенничества s.sber.ru/cNR5vG.Продолжить оформление кредита сможете через 4 часа с момента отклонения операции».

Указанное смс – сообщение обозревалось также судом в телефоне истца.

25.07.2024 г. в 17:35 Банком направлено смс-сообщение с кодом подтверждения получения кредита, который был корректно введен истцом.

Далее, 25.07.2024 г. в 17:36 Банком выполнено зачисление кредита в сумме 900 000 рублей.

Истец распорядилась денежными средствами, а именно: 25.07.2024 г. в 18:43 - осуществила снятие наличных в банкомате в сумме 500 000 рублей, в 18:44 - в сумме 400 000 рублей.

При этом, до снятия денежных средств в банкомате, Банком истцу направлено следующее сообщение: «Для безопасности ваших средств банк остановил снятие наличных по карте <данные изъяты> на 500000.0RUB в банкомате. Чтобы проверить операцию, пожалуйста, позвоните на 900 или +7 495 500-55-50. Узнать об уловках мошенников s.sber.ru/lQ44dP».

Разрешая спор, суд первой инстанции, установив изложенные выше обстоятельства, правильно руководствуясь частью 2 статьи 5 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», положениями ст. ст. 845, 849 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2.10 Положения Банка России «Об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием» от 24.12.2004 № 266-П, пришел к выводу, что оспариваемый договор заключён между истцом и ответчиком на согласованных сторонами условиях, в офертно-акцептном порядке, все операции совершены с использованием персональных средств доступа клиента, вины Банка в наступлении неблагоприятных последствий для истца, нет. Договор не может быть признан недействительным на основании ст. 168 ГК РФ (недействительность сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта), поскольку договор заключен в полном соответствии со ст. ст. 160, 432, 434, 819, 820 ГК РФ, Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», Федерального закона «О потребительском кредите (займе).

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции и отмечает, что в апелляционной жалобе истец указывает, что с такими выводами суда сторона истца согласна, вина Банка не установлена.

Разрешая заявленные истцом исковые требования, исходя из основания иска _ п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правильно указал, что в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана, входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки, и пришел к выводу, что таких обстоятельств судом не установлено.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции и приходит к выводу, что при изложенных выше обстоятельствах оснований для признания оспариваемой ФИО5 сделки применительно к положениям статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда инстанции действительно не имелось.

В пункте 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ указано что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.

Как разъяснено в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана, входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Как указывалось выше, и не отрицает истец в апелляционной жалобе, кредитный договор заключен ФИО5, в действиях Банка вины нет.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что суд должен был прийти к выводу о том, что истец ФИО5 при заключении спорного кредитного договора не могла понимать значение своих действий, не влекут отмену решения суда, поскольку стороной истца не было заявлено такое основание иска как по п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд не рассматривал требование истца о признании кредитного договора недействительным в связи с тем, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (п. 1 ст. 177 Гражданское кодекса Российской Федерации).

По этому же основанию судебная коллегия не принимает во внимание доводы апелляционной жалобы по оценке представленного истцом заключения экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела. Суд не оценивал материалы уголовного дела и не принял решение по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации

В соответствии с правилами ст. 39 ГПК РФ только истцу принадлежит право заявить основание иска.

Как следует из разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" в силу части 6 статьи 327 ГПК РФ в суде апелляционной инстанции не применяются правила о соединении и разъединении исковых требований, об изменении предмета или основания иска и размера исковых требований, о предъявлении встречного иска, замене ненадлежащего ответчика и привлечении к участию в деле соответчика и третьих лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Так, для признания сделки, совершенной гражданином, недействительной по правилам пункта 1 указанной статьи этому гражданину (либо иному лицу, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате совершения сделки) необходимо доказать только то, что в момент ее совершения он находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Бремя доказывания соответствующих обстоятельств, однако, в соответствии с общими правилами доказывания в гражданском процессе возлагается на истца (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом особенным средством доказывания в таких делах выступает заключение судебной экспертизы.

Учитывая, что истец не заявляла требование о признании спорного кредитного договора недействительным вследствие того, что она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, не заявляла ходатайство о назначении судебной экспертизы, судебная коллегия не принимает во внимание указанные выше доводы апелляционной жалобы и отмечает, что истец вправе обратиться в суд по иным основаниям.

Несостоятельны доводы апелляционной жалобы и о том, что в исковом заявлении были перечислены основания со ст. 168 ГК РФ до ст. 179 ГК РФ и суд должен был прийти к выводу, что истец не могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения спорной сделки.

Обращаясь в суд, истец просила признать спорный кредитный договор недействительным на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также основании п. 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Октябрьского районного суда г. Самары от 06 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО5 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02 февраля 2026 года.